Потерять:Найти:Сбежать

Город… Незнакомый… Холодный, как сталь… Дождливый, будто оплакивает невосполнимую утрату… И такой людный, но нелюдимый…

      Чувство обреченности появилось у Мориса едва он с остальными инвалидами дошел до жилых домов. Начался дождь, туман начал сгущаться и сопровождающий поспешил завести семерых своих подопечных в четырехэтажное здание из серого кирпича, почти никак не выделяющееся от других и тем более от тумана, единственное что отличало — это фонари у входа, табличка с названием улицы и дома, покрашенная яркой синей краской, вырвиглазно-яркой…       Внутри не лучше, однозначно: слабый свет лампочки, с явной желтизной, (наверное лампочка накаливания, как подумал синий), освещал такое же серое пространство лестничной площадки. Увидев лестницу, трое из калек вздохнули с недовольством, синий вообще зашипел — левая нога будто уже давно ампутирована, правая готова согнутся напополам и больше не разгибаться, держащая костыль рука просто устала и точно подъем не выдержит, правая же уже белая была от того, как он сжимал кулак, осознавая, что это не конец. — Так, инвалиды, отставить характер! Я сейчас позову жильцов помочь вам подняться! А вы пока посидите лавке! — И ящер зашёл в комнату консьержа, а синий не успел моргнуть, как лавка, что была в тени, была уже занята. «Блять… За что мне это? В чем я провинился, что меня теперь все боги так ненавидят? То неверную невестку подсунут, то ногу сломают, то в невесть какую пизду засунут…» — размышлял ежик опершись об угол и понемногу скатываясь по стенке, не в силах держать ногу прямо, а костыль устойчиво.       Звенящая тишина… Дыхание и тихие всхлипы лишь дополняли ее, не как не перебивая… Неужели он обречен умереть тут и так? Звон пустоты начинал бить по ушам как, на рок-концерте, мысли летали по всей голове и бились об череп, в разных местах головы из-за этого будто начинали плескаться волны, как у берегов Остарании…

Звон вдруг пронзился криком, но где-то не здесь… Где-то… Где-то. Лицо почему-то тоже начало ощущаться как неспокойное море, в котором хотелось утонуть… Перед глазами было лишь произведение абстрактного искусства… Вот красивые и манящие к себе губы… О, какой прекрасный оттенок загорелой слегка кожи… Красные мазки над ними, на розоватых пятнах… И темные иглы, с красными полосками краски… А…

      Вдруг синий осознал, что он смотрит не на картину, а на чёрного ежа, что выглядел как житель южных регионов Мобираны, материка на котором живет большинство всех мобианцев. Точно… Загорелая кожа, темный окрас и характерный жесткий говор, с каким-то слабым, но необычайно красивым акцентом… — Он явно был под наркотой, когда сюда попал… В общем скоро отойдет, — чёрный еж, посмотрел куда-то назад и снова стал хлестать по щекам Мориса, от чего тот полностью пришел в себя. — Бля, перестань! Я уже соображаю! — где-то после пятого удара закричал он, и черный поднялся и за собой поднял синего, тот только успел поймать костыль и через минуту на него опереться, от чего рука была не в восторге, заявляя ужасным покалываем по всей длине, что она не очень хочет снова работать. — Отлично, так где именно он живет? — черныш отпустил футболку синего, и посмотрел на стоящего позади ящера и остальных калек. — Так, как я помню третий этаж… На каждом этаже по четыре… Восемь… А, вспомнил! Десятая квартира, третья комната, — призадумавшись, ответил ящер. — Ох… Ладно, я его занесу, все равно в одной квартире живем… — еж подхватил Соника, закинул свободную руку собрата на плечо через шею и потащил по лестнице, да так быстро что синий едва успевал двигать ногой, что уже не могла нормально повиноваться хозяину.       Два этажа они прошли молча, но синий начал задавать ему вопросы: — Хей, чел… Как звать-то тебя, Уголёк или Подгорелый Хлебушек? — язык синего развязался сам по себе, в голове все так же пусто было, поэтому он говорил не-зная-что и не-зная-зачем. — Не смешно, Попугай… — фыркнул новый знакомый и сосед. — Я — Морис, мой язык не может сидеть за зубами, так что не обижайся… Я хочу наговориться перед смертью… — слабо усмехнулся Соник, на что получил жуткий и травмированный взгляд, что заставило его замолчать, — Прости… Как тебя называть? — Терриос… Дум… Можно просто Шедоу, меня тут только так и зовут… — он отвернулся и снова принял злобно-пофигистичное выражение лица. — Дум… Хм… О, я слышал эту фамилию, в новостях… Блэк Дум, да? Ты типа его родственник или просто однофамилец? Несколько дней назад говорилось, что у него пропал сын… Или внук… Или… Э… Не помню… — синий опустил голову пытаясь вспомнить что-то. — Забудь, отсюда не выбраться, поэтому ничего из этого не важно… — Морис поднял голову и увидел распахнутую дверь, где в прихожей сидел еще один еж, уже зеленый, весь в шрамах, похоже бухой.       Его затащили туда и потащили дальше, взгляд Соника не мог ни за что зацепиться, все плыло, как разные соусы на хот-догах… Как только он почувствовал мягкий жесткий матрас, разум его моментально вырубился.