Устранение в стиле «Миньярд»

      Зевс направил свой гнев на людской народ. Небо было затянуто плотными и серыми облаками, через которые не проскочит ни один лучик солнечного света. Ветер складывал деревья пополам. Яркие вспышки молнии вспороли небо. И вместе с ними ужасный гром ударялся об планету, пугая маленьких детишек. Дождь сыпался каскадом, что кажется даже зонты и крыши не спасут, если ты оказался на улице. Машины неслись по дорогам, обрызгивая все, и проезжали дальше, чтобы побыстрее оказаться в теплом и сухом доме. Но один парень не спешил вернуться и спрятаться в укрытие. Ники мчался со всех ног вдоль шоссе по сырой земле, давно перемешенную в грязь. Ноги скользили по поверхности, намереваясь уронить владельца, но благодаря экси, что обучило его держать равновесие, избегал этого происшествия. Он продолжал все так же бежать куда вели его ноги, и что видели его глаза. Перед ним была лишь тропа из грязи, а по сторонам — лес и дорога. Но его это не беспокоило. Голова была заполнена словами Лютера, про случай с Эндрю, все тем дерьмом, что отец и мать принесли в его жизнь. Ветер бил ему в лицо, но не выветривал эти прилипчивые мысли. Легкие отказывались работать и обеспечивать кислородом организм, толи из-за непрерывного бега, толи эти мысли и перекрывали дыхание. Но если он упадет, то не поднимется.       Почему этот разговор пробудил в нем чувство вины? За что ему винить себя, ведь он первый, кто бросился на помощь братьям, оставив все, и кто их любит? Но также и привел их на тот ужас… Почему этим мыслям нравятся влезть и заполонить все пространство в голове? Почему? Почему? Почему вина такое невыносимое чувство?       Ноги продолжали бежать, дождь идти, а мысли приходить. — Эй, парень! Подойди сюда! Вдруг из-за спины послышал низкий мужской голос, что вывел того из транса. Наконец-то он остановился, чуть не рухнув на землю из-за усталости, и повернул голову на источник звука, которым чудом расслышал среди постороннего шума. Вдоль дороги стояла темно-лазурная машина, средней ценовой категории, а в ней сидел мужчина, медленно покуривая сигарету. Пошатываясь из-за ватности в ногах, Хэммик подошел поближе к стоявшей машине, так как дальше продолжить свой бег от мыслей физически не сможет. — Ты чего под такой ливень пробежку устроил? Ники не ответил. Лишь тяжело дышал, прожигая горло и легкие об лезвия холодного воздуха, и держался рукой за крышу машины. Пристальный взгляд мужчины был направлен на этого насквозь промокшего парнишку, который кажется сейчас потеряет сознание. — Чего стоишь? Залезай, — спокойным голосом сказал владелец, открывая дверь возле переднего сиденья. — Простите… но, я… не могу… — когда вернулась возможность более-менее произносить слова, он отказался, но мужчина не закрывал дверь и продолжал ждать, когда тот перестанет ломаться и залезет внутрь. На спор у него не осталось сил, поэтому залез и захлопнул дверь. Салон был самый обычный, единственное, что в нем не понравилось — светлые сиденья, на которых уже виднелось мокрое пятно от его одежды. Сейчас он мог получше рассмотреть не только салон, но своего, так называемого, спасителя. Это был мужчина лет 40-45, со светлой кожей и голубыми глазами. На голове была седина, а волосы плешивели. Одет в обычную белую рубашку, черный свитер и легкую куртку, что делали его полнее, чем был на самом деле. Он расслаблено сидел в кресле и рассматривал Хэммика. От такой заинтересованности ему стало некомфортно, потому перевел свой взор на лобовое стекло, через которое виднелись размытые силуэты включенных фар и машин, даже той черной с золотистыми полосками, остановившийся далеко на другой стороне шоссе. Только сейчас в голову начало приходить осознание, к какому концу такая встреча может привести. Как ошпаренный, прижался к двери и посмотрел на мужчину, но тот искал что-то в своем пакете, уже докурив сигарету и выбросив ее в открытое окно. Ники слегка вытянул шею — старался взглянуть внутрь пакета — и уже придумал каким способом отправится на небеса. Но все оказалось куда безобиднее, водитель притянул бедному парню нетронутую бутылку воды, явно купленную совсем недавно. С недоверием все же взял предложенную воду и начал рассматривать ее на признак вскрытия и добавления чего-нибудь — видел, как это делают в фильмах. — Успокойся, я не убийца, а простой офицер, — сказав это, мужчина протянул удостоверение детектива полиции США. Протянутая вещичка моментально оказалась в руках парня, что крутили ее в разные стороны. Это и правду оказалось удостоверение офицера. Но все-таки он начал внимательно его рассматривать и изучать на подлинность — тоже трюк подсмотренный из фильма. — Что-то вы не очень-то похожи на Френка, — пошутил Хэммик, стараясь для себя разрядить обстановку, которая сейчас спокойствием не блещет. — Потому что я много работал, чтобы не было видно откуда я, — равнодушно ответил Холл, не реагируя на шутку. Ники еще раз ознакомился с предоставленной информаций, чтобы понять: стоит ли ему прямо сейчас спасаться бегством. Когда смог уверить мозг в своей безопасности - отдал удостоверение обратно. — А ты у нас кто? — спросил Френк, поворачивая ключ зажигания, — Из дома сбежал или натворил что? — Я Ники. Ники Хэммик, — губа была прикусана, а пальцы рук слегка гнул, как переживал и не знал стоит что-либо рассказывать офицеру, огромного опыта в общение с ними у него не имелось. — Я ничего не делал. Просто убежал от неприятного разговора с отцом, — врать не умел, а если убежит, то будет очень подозрительно. Тогда осталось одно решение: говорить все как есть, но не вдаваясь в детали. — Тогда вести тебя в отдел полиции не имеет особого смысла, раз по твоим словам ты ничего не делал, — равнодушно ответил Холл, уже включая дворники, чтобы улучшить обзор через лобовое стекло. — Говори куда тебя отвезти. Глаза слегка расширились, голову непроизвольно наклонил в бок. Он не ожидал от такого, на первый взгляд, хмурого и недружелюбного офицера услышать предложение подвезти его. В голове появился вопрос, который случайно произнес вслух: — А вам разве не нужно домой? — Дома меня никто не ждет, поэтому я никуда не тороплюсь. Так скажешь куда тебя везти или все-таки в отдел? — мужчина перевел взгляд на парня, приподнял бровь и ждал ответа. — Хмм… — Ники преподнес указательный палец к подбородку и начал его тереть, изображая мозговой штурм. Вариант с отделом полиции сразу отпал. Ехать на стадион или в «башню» желания никого не было, как Ваймак, так и Кевин ему точно всыплют по первое число за его отгул от тренировки. В доме в Колумбии быть одному не хочется, поэтому выбор пал на единственный остающийся вариант: — Знаете клуб «Райские сумерки», в Колумбии? — Френк недобро на него взглянул, но ничего не сказал, сменил передачу и начал потихоньку встраиваться в движение.

***

      Дождь все не утихал. Также барабанил по крышам машин и всячески портил обзор водителям. Карие глаза следил за дворниками, что поднимались вверх и вниз, стирая капли и их следы. Он чувствовал себя холодно и измотанно. Ноги пульсировали и болели, как будто по ним прошлась клюшка Эндрю. Но на радость Ники голова была пуста, никакой мысли там не существовало, потому можно позволить себе спокойно посидеть и расслабиться. Но из этого транса умиротворения, в который начал входить, его вывел несильный удар в бок. Он непонимающе посмотрел на Френка, который ни на секунду не сводил взгляда с дороги, следя за каждой машиной. «Телефон» — ответил Холл на немой вопрос, что повис в воздухе. После этого слова почувствовалась вибрация в кармане куртки, чудом работающего телефона. Он поспешил его достать, но, как в клишированных фильмах, вызов прекратился, стоило вытащить устройство. На дисплее высветилось «Старый лис (Ваймак) пропущенный вызов» и несколько сообщений от старшекурсников. Ники легонько облизывал и покусывал губы, стучал пальцем об заднюю панель, решая что делать. — Не боишься, что отец напишет заявление о твоей пропаже? — спросил Френк, понимая, что тот перезванивать не собирается. — Насчет отца не боюсь, а вот по поводу «Лисов» и тренера — можно побеспокоиться, — когда речь зашла о товарищах на лице парня появилась легкая улыбка, что делала из него менее похожего на брошенную дворняжку, — А. Я просто являюсь участником университетской команды Пальметто по экси, — решил уточнить Хэммик, хоть мужчина этого не просил.       Час они ехали в гробовой тишине, лишь шум двигателя и дождя разбавлял обстановку. По началу Ники все устраивало, даже радовало, но сейчас, когда он наконец-то из мертвеца восстал человеком, уже не очень, как способность все обдумывать и осмыслять снова к нему возвратилась. И чтобы не сойти с ума, решил идти на пролом и просто болтать с Холлом, даже если тот, видимо, желанием не горел: — Кстати, Френк, у вас в удостоверение было написано, что вы — офицер города Колумбии, тогда что вы делали в Пальметто? — Был по делам, — сухо ответил Холл. — А по каким? — Не твое, блять, дело, — в голосе уже звучали нотки раздражения. — Да ладно вам. Может вы были на задании и следили за преступником? Хотя навряд ли бы вы уехали оттуда… — Хэммик откинулся на сиденье и начал размышлять в слух. — Что же ты таким говорливым-то стал? — нервы Френка были уже на пределе: пальцы сильнее сжали в руль, а в сторону спутника был направлен косой взгляд, впервые оторванный от дороги, — Мне кажется, что из-за тебя тот разговор и был неприятным. Ники приподнялся, как и его брови, и взглянул на лицо мужчины, который уже отвернулся к стеклу. Сказанные слова эхом раздавались в голове. Тут все приобретенное спокойствие улетучилось, остались злость и обида. Скорее всего не будь Холл за рулем, то стал бы жертвой его агрессии, что сдерживал из-за всех сил. Хэммик отвернулся к своему окну и вцепился пальцами в куртку, что спасала руки от повреждений, в искусанную губу, на которых не осталось живого места, вонзились зубы. «Из-за тебя». Губы тихо произнесли эти слова, и горле почувствовалась невыносимая горечь. Он знал, что проблема только в его родителях и всегда в них была - никогда не был виноват. С самого детства старался быть послушным и выполнял все их приказания, но стоило оступиться и совершить «грех», то они отвернулись со стыдом от него и отдали на исправление, не желая понять и смириться с его не святой душой. А сколько оскорблений выслушал от них, хотя всегда оставался, как Хатико, верен им, и любил, а в итоге оказался обычной дворняжкой. Но боль, причиненная ему, не сравнится с тем, что они натворили с Аароном и Эндрю. Пальцы сильнее вцепились в кусок ткани, что костяшки стали белоснежными, а зубы сжались так сильно, что кажется вот-вот сломаются на мелкие кусочки, стоило в голове появится упоминаниям о братьях. Дрейк, изнасилование, больница, суд… Ники покидал контроль над своими эмоциями, он чувствовал крик, что терзался, как зверь в клетке, в горле, разрывая в клочья его. Зубы настолько сжались, что по губе стекала струйка крови, капли которой падали на футболку, оставляя алые пятна. — Твою ж мать… — выругался Френк, замечая, что его пасажир сотворил со своей губой. Холл одной рукой вытащил платок из бардачка и приложил ее к источнику крови, — Постарайся не убить себя. Ники перехватил платок на себя и начал вытирать излишки красной жидкости, которая не переставала идти из раны. Но когда заметил пятна, которые были по всей ткани — в нем появилось новое, совсем неизведанное ему чувство, которое не подавалось объяснению. Почему он проливает из-за этих ублюдков (родителей) свою кровь, когда делать это должны они? По Ники пробежал электрический разряд: тело покрылось мурашками, а волосы встали дыбом. Хэммик понимал всю грешность этих мыслей, но они его не пугали и не отталкивали, а наоборот, считались какой-то истиной, что давно таилась на старых страницах Библии. Себя и свои чувства совершенно перестал понимать, будто сейчас в ночном кошмаре, и совсем скоро все это кончится. Что и произошло.       Ники почувствовал, что машина больше не едет и стоит на месте. Он посмотрел в стекло и увидел здание — «Райские сумерки». Наконец-то сможет по-настоящему успокоиться и забыться. Хэммик вылез из машины и поблагодарил Френка за поездку, которая выдалась не самой приятной. Быстрым шагом, вскоре перешедший в бег, направился ко входу клуба. Сейчас благодарил Господа за свои связи в этом месте. Быстро проскользнул сквозь охрану и уже стоял по ту стороны двери. В клубе на всю громкость играла музыка, прожекторы святили различными цветами, а люди танцевали и толкали друг друга на танцполе. Не задумываясь ни на секунду, он пошел к барной стойке. За несколько сантиметров до своего пункта назначения уже увидел знакомую голову. Роланд делал какие-то напитки, отвернувшись от людей. Подойдя к стойке, он сел на стул и хотел позвать парня, как тот уже сам обернулся. — Боже, Ники, что с тобой стряслось?! — перед барменом сидел человек, чьи карие глаза, в которых чего-то не хватало, пронизали его и заставили вздрогнуть. Понимал кто перед ним, но в то же время, ему казалось, что совершенно не знает этот силуэт. Он поставил напитки на поднос и вручил его посетителю. Дальше взялся за другой коктейль, но уже вручил его Ники. Тот, не раздумывая, влил себя весь алкоголь. Жидкость сразу же ударил ему в голову, заставляя зажмурить в глаза, но жестом показал, что требуется в добавке. — Тебя опять какие-то придурки избили? — спросил Роланд, ставя новый бокал с алкоголем. — И ребята сегодня не с тобой? — повертев головой и не увидев никого из знакомых, уточнил. Ники тут же выпил предоставленный напиток. То непонятное чувство стало топиться в алкоголе, будто ничего и не было. Сейчас, всем своим телом и душой, полностью понял Кевина, который каждое свое неприятное чувство просто запивал. Но алкоголь еще и развязывал язык, поэтому, не особо стараясь выбирать слова, он ответил другу: — Неа, это я сам губу прикусил. И да, сегодня я пью один. Поэтому неси еще бокал, да покрепче, хочу напиться так, чтобы забыть сегодняшний день. — У тебя что-то случилось? — взволнованным голосом поинтересовался парень, тревожась от слов Хэммика, но все равно решается приготовить еще один напиток, но, в тайне от гостья, с меньшим количеством алкоголя. — Да, с отцом сегодня встретился. Он наговорил кучу херни из-за чего, я хожу весь злой, прям как Эндрю, — признался Ники. Хоть был разговорчивый, но пока что рассудок не терял и поток своих слов мог контролировать. — Да я и погляжу. С таким взглядом на меня смотрел, что подумал, что ты просто внешне похож на того Ники, — тоже пооткровенничал Роланд, ставя перед другом его заказ, и отошел выполнять запрос другого посетителя, что позвал его. Теперь Хэммик не заливал в себя сразу весь бокал, а отпивал обычными глотками с небольшими паузами между ними. С каждым глотком картинка становилась все размытие и размытие. Мысли переплетались в огромный узел. Вся злость затупилась, остался лишь неприятный осадок, что осел глубоко в душе, который готов, как порох, вспыхнуть в любой момент, лишь подайте огоньку. Голова становилась тяжелее, что шея уже не справлялась со своей задачей: держать ее. Поэтому переложил ее (задачу) на правую руку. Бокал медленно пустел, как и он сам. — Ты в порядке? — решил еще раз уточнить подошедший бармен, который уже забирал бокал друга. Теперь алкоголь совсем завладел головой и ртом, поэтому Хэммик признался: — Чувствую себя очень дерьмово… Хотя это мои родители должны сейчас себя так ощущать и страдать из-за этого, но им на все насрать в этой жизни, особенно на меня. Они, блять, только и думают что о себе, и притом стараются оставаться святыми. — Может поговоришь насчет всего этого с Бетси или Эриком? — Роланд быстро принялся готовить для него новый коктейль, но, еще больше беспокоясь за состояние гостя, решился добавить минимум алкоголя. — Нет, не буду поднимать эту тему с ними, слишком боюсь понимать то, что сейчас происходит. Просто хочу избавиться от них и спрятаться, — его глаза были направлены в неизведанность, будто он сейчас где-то, но не в жестокой реальности, а голос становился тише. На эти откровения Роланд не знал что ответить, как лучше отреагировать и стоит ли говорить кому-то из их компашки об этом. Он молча поставил бокал. — Ты сможешь добраться до дома сам, или может мне позвонить Эндрю, чтобы забрал тебя? — не сумев построить в голове подходящий ответ, бармен решил поменять тему, которая тоже его волновала не меньше. — Не звони Эндрю. Да и вообще не говори о том, что я тут был и что наговорил тебе… — пальцы покрепче схватились за стакан, а голова поникла. Ники из-под низа посмотрел на Роланда. Он увидел, как тот вытирал руки какой-то тряпкой и кусал внутреннюю часть щеки. Его взгляд бегал то на него, то наверх, то в куда-то в бок, явно был в замешательстве, не зная как поступить. Тогда рукой, которой Хэммик придерживал голову, показал, чтобы тот подошел и наклонился к нему. Парень сделал, как ему "приказали". Он почувствовал легкое удушение на своей шее - его резко схватили за рубашку и потянули еще ниже. — Скажешь им — убью, — глаза бармена расширились, рот непроизвольно раскрылся, тряпка, что была в руках, упала на пол. Такого поведения от друга не ожидал. В голове возникло кучу вопросов и возмущений, но интонация, с которой проговорил Ники, дала понять, что тот не шутит, сейчас уж точно. — Налей мне еще бокал, и я пойду домой, — разжимая пальцы с рубашки, отпускает того из своего неожиданного капкана. Роланд выпрямился, поправил рубашку и ушел выполнять заказ гостя, будто ничего не произошло. Через две минуты бокал уже стоял перед ним, а он ушел к другому клиенту, не проронив ни слова. С ним Ники быстро расправился и уже с трудом качаясь шагал к выходу. Алкоголь теперь завладел и его телом, не давая скоординировать движения. Но главная его задача была выполнена: он забылся и ничего не помнил. Не без помощи охранников парень вышел из заведения. Холодный ветер тут же застал врасплох, заставив нервные окончания головного мозга вызвать табун мурашек по телу, но из-за пьяного сознания этого не почувствовалось. Облака давно рассеялись и открыли небо для звездного света и луны, что уже давно висела там. Сверчки, прячась в траве, стрекотали. Парень отошел от здания и начал смотреть по сторонам, пытаясь собрать свои мозги в единую массу и придумать, как же ему добраться до «Лисьей башни». Вдруг яркий свет фар был направлен на него. От такого глаза моментально закрылись. Послышался звук открывающийся двери и шаги в его сторону. Его берут за запястье и ведут. Из-за яркого света Ники видит только темный силуэт перед ним. Ноги путаются друг об друга из-за чего, несколько раз чуть не встретился с асфальтом, но его успевали поймать. — Боже, и надо было тебе напиваться в говно, — отругал парня Френк, заталкивая того на заднее сиденье. Когда Хэммик благополучно лежал на сиденьях и уже посапывал, Холл уселся за руль и вбил в навигатор «общежитие университета Пальметто».

***

Был уже час ночи, но «Лисы» не спешили ложиться спать. У них был перерыв от раннего подъема благодаря тому, что завтра будет 31-е октября — Хэллоуин. Что означало не только долгожданный, хоть и небольшой, отдых, но и то, что они наконец-то вместе соберутся и проведут этот праздник. Девочки сидели в комнате и доделывали свои костюмы. Они громко смеялись и разговаривали, предвкушая завтрашнее празднество. Но их веселье прервал звук открывающегося лифта, что для такого времени было странно. Дэн вышла из комнаты, чтобы посмотреть в чем дело, и ей в глаза попался Ники, что держался за стенку, чтобы не свалиться с ног. — Какого черта, Ники?! — от неожиданности встречи, девушка вскрикнула, что услышали и остальные жильцы этажа. Все ребята вышли из своих комнат и были удивленны не меньше их командира. Лишь Эндрю стоял с непоколебимым лицом, и Кевин со свирепым взглядом, увидевший в каком состоянии их защитки и вспомнивший о его неприбытие в «Лисью нору», подошел к нему и начал отчитывать: — Значит поэтому ты пропустил тренировку?! Для того, чтобы нажраться в хламину, вместо того, чтобы… Но Дэй не успевает закончить, как ему по лицу прилетела пощечина. Хоть она была не настолько сильной, чтобы он отошел или упал, но красный след на щеке точно оставила. — Отъебись! — крикнул Ники и оттолкнул «препятствие» со своего пути в комнату.