Легенда золотого дракона

В палате было тихо, сквозь приоткрытую дверь просачивался свет из коридора. Луна окутала мир своим бледным светом. Соседи спали, шумели аппараты. Уснуть было трудно, поэтому он разглядывал тени на стене. Луна порождала их, а фары проедающих машин, вдыхали в них жизнь. Не было мыслей, не было сил думать. Дни тянулись один за другим. Он не совсем помнил, как снова очутился дома. Там был телевизор. Его подарили на совершеннолетие, как и колонку в котором жил голосовой помощник, чтобы ему было не скучно лежать. Она включала и выключала телевизор, переключала каналы, включала музыку. Уже тогда не было сил держать в руках телефон. А сейчас стало и всё равно, что смотреть, что жизнь животных, что на силуэты деревьев на стене. Открылась дверь. Настя вернулась, и почто тут же заглянув в комнату. Теперь она не носит платки, у неё красивые парики. — Вышла! Новая часть «Легенд золотого дракона»! — улыбнулась она. — Я же говорила, что доживём! Послушаем? Егор утвердительно моргнул в ответ. — Пока о концертных планах ничего не слышно. Но как только, я обязательно пойду всё сниму. Он грустно вздохнул. Она не обязана, но ни как не хочет почему-то его оставлять. Он бы не обидится, если она однажды не вернуться за ним в больницу. — Недоживу… — еле слышно ответил он. — Об альбоме ты так же говорил. Сейчас почитаю, либретто и послушаем! Тихая радость всё же родилась в его душе. И, наверное, это чувство могло считаться нетерпением. Тусклое воспоминание, наполненное радостью, вновь возродилось в его душе. Он стоит на сцене и поёт вместе с любимой группой. А ещё в тот день он впервые увидел её, заметил вызывающую футболку и несоответствующей ей платок. Она не любила рок, ей нравился рэп. А он сильно волновался, но он пел, в том числе ему аплодировали, и он решился к ней подойти, сказав, что у неё очень красивый платок. У неё с сейчас почти нет волос, только она носит красивый светлый парик. Чтобы они были в одном цвете. Вот только она в стойкой ремиссии, а он умрёт. А ещё она любит рок. Настя выключила телевизор, осторожно пристроилась рядом с ним на кровати и начала читать. Эта была история одного дня, что начался с дружеских посиделок и выходки неуёмного полуэльфа, и закончилась катастрофой для Альмана, нападением на город орков. Трагедией для всего мира, Меч и Посох похищены ледяным драконом и людским магом. Диллон виня себя, возвращается на Остров и здесь впервые появляется Золотой дракон. В песне с первого альбома «Неспящие» он и его Серебряный собрат упоминались. Помня сюжет этой песни, было проще понять, что происходит в башни чародея. Айскай никогда не был злом. Он лишь второе одиночество среди бесчисленных миров, обманутый человеком только потому, что выполнял заповеди Старших. Он осознал свою ошибку слишком поздно, и младший собрат находит единственное верное решение. Что бы ни допустить беды, нужно закрыть портал в Изначальном мире и на эту роль годиться сильнейший маг и избранный Мечом. Героическое путешествие в другой мир, находчивость полуэльфа, и портал из Безвременья закрыт, но уже слишком поздно, демоны прорвались в родной для героев мир. Бой за опустошённую деревню и несчастный обречённый на смерть мальчишка. Диллон теряет контроль над своим магическим даром. Он, уничтожая всех демонов своей силой, понимая, что ему не выжить. Торваль скорбит по своему другу, но Фаэрол даёт надежду, говоря, что он не совсем погиб, что заклятье разорвало связь тела и души и он найдёт душу полуэльфа среди миров. — Не люблю, когда всё заканчивается на клиффхэнгере, — прокомментировала Настя. — До третей части я точно не доживу. — Вечно ты так говоришь! — усмехнулась Настя, оставляя парик на тумбочке и осторожно положив голову на его плечо. На губах Егора скользнула тень улыбки. — Тебе не обязательно быть рядом со мной… — Опять! Серьёзно! Только не начинай! Люблю я тебя, глупый! — Настя подняла голову, чтобы со злости не придавить руку, смотря в глаза Егору. — Любым люблю! Понимаешь? Я тоже могу умереть в любой момент. Пока сидела, сосед рассказывал. Он пришёл, общался с крепким парнем в предбаннике, всё было хорошо. А затем парень зачал заваливаться вперёд. Сорок минут качали и наши врачи и со скорой. Только толку-то калий зашкалил, сердце остановилось и всё! Даже не понял, как умер. Мы будем вместе до конца. Понял? — Ты ходишь… — А ты лежишь. И что с этого? И вообще, слушать будем? — спросила она. Он положительно моргнул. Настя поправила колонку на тумбочке и осторожно легла обратно, чтобы не придавить. И попросила голосовой помощник включить альбом. Заиграла музыка. Она уносила в свой особенный мир. В душе возникло чувство подъёма, ему было не безразлично, что происходит в песнях, впервые за долгое время. Башня чародея, голос Димы, могущественного Ирьена. И вот вступает золотой дракон. Это был его голос. Его манера петь. Может этот человек поёт лучше, но… так же как и он. Затем Энди, Юра, и кто-то незнакомый, в роли Айская. Меркушев сел за сбыт наркотиков. — Ещё раз, — попросил Егор, нахмурившись, пытаясь сосредоточиться, собраться с мыслями. Настя послушно включила ещё раз, затем ещё и ещё. Если бы болезнь не забрала бы у него голос, то он бы сейчас спел бы. Настя не понимала, просто лежала, слушая вмести с ним песню. Она ему не помощник, сама признаваясь, что ей «медведь на ухо наступил». Но ведь это его голос! — Ещё раз? — спросила она, на последних аккордах. Он отрицательно повёл глазами. Он убедился, что ему не слышаться. Где-то крутилось смутное воспоминание, но он не мог полностью понять, о чем оно. Мысли мешали погрузиться в музыку и вот уже играет последняя песня. Шелихов и золотой дракон Фаэрол, который пытается дать Торвалю надежду на возвращение друга. И тут это так слышно! И шикарный инструментал, трогательное завершение не вызывает столько эмоций. И ещё звучала музыка, когда Егор спросил: — А кто поёт? — спросил он. Настя потянулась за телефоном и зачитала имена исполнителей ролей. Все привычные и знакомые. Только он не узнал Кирилла Борисова в короткой роли старого солдата Освальда. Место злодея Кармы занял Ян Владко, и вот его захотелось послушать потом отдельно. Егору раньше попадалась «Blob real», но ему не казалась привлекательным их творчество, слишком много чернухи. Настя продолжала читать и усмехнулась: — Надо же твой тёзка: Егор Игорёв — золотой дракон Фаэрол. И тут странное чувство захлестнуло душу, он вспомнил, странного ночного гость, который сначала не выглядит как он, а затем стал как он и слова: «Я не заберу твою жизнь. Год: участие в постановке «Легенды золотого дракона». Моё имя Фэр». Ему казалось это сном, ведением от лекарств, но неужели это правда? — Включи последнюю песню, — попросил он. Умная колонка выполнила просьбу. Он старался вспомнить всё в подробностях. Ночь, нет сна. На стене в свете фар и Луны покачиваются тени. Дверь приоткрыта, там пост медсестры. И неожиданно голос: — Здравствуй, Егор. Его это не удивило, не было сил что-то чувствовать. Он перевёл взгляд на молодого человека в золотистом кардигане, седевшего у его кровати. — Поправь подушку, — ели слышным шёпотом попросил Егор. Посетитель, кивнул, быстро поднялся, исполнил просьбу и остался стоять, немного подвинувшись, чтобы Егору не приходилось напрягаться. — В детском отделении было лучше, — констатировал он. Егор утвердительно моргнул в ответ. Дверь всё так же была приоткрыта, из-за неё просачивался свет из коридора, тихие шаги медсестры. — Они только могут убрать боль, — полуутвердительно заметил посетитель и представился. — Можешь звать меня Фэр. Вновь согласие. Егор вгляделся в лицо посетителя, и нахмурился. Перед ним сидел он же сам, вернее тот человек, каким он себя помнил. Последние года полтора он старался избегать зеркал. — Тебе не кажется, — улыбнулся Фэр. — Я хочу просить о немного странной вещи, но она даст тебе славу, о которой ты мечтал когда-то. Ты хорошо поел и если бы не болезнь, то мог бы… — Не мог. Духу не хватило бы, — прервал гостя Егор. — Ты как я. Так валяй… — Я не отберу твою личность. Только год. Участие в постановке новой части «Легенды золотого дракона» и вокалистом в Реалях. — Я умру хоть завтра. — Не думаю, — покачал головой Фэр. — Мне всё равно, — безразлично ответил Егор. — Все мои следы приведут к тебе. Поэтому, ты просто должен знать. — Мне всё равно, — повторил Егор. Песня закончилась, комната осталась в тишине. Он видел, что Настя продолжает лежать на плече. Внезапно словно гром прозвонил таймер. Настя поднялась. — Пара переворачиваться и переодеваться. Он никак не отреагировал, в мозгу начинал разгораться пожар боли. Настя осторожно сняла одеяло, начиная разминать ноги. Егор взглядом указал на шкаф. Она кивнула. Затем немного подумав он, попросил, обращаясь к голосовому помощнику: — Включи последний альбом «Blob real». Настя удивлённо взглянула на него, но никак не прокомментировала, продолжая рутину их семейной жизни.