Plucker|Щипач

Аликанте, 1997 год

      Венсан-младший не шутил, когда сказал, что вытрясет из Юнги всю душу, если он не расскажет правду. Но Шуга не знал, как много поведал Чонгук Тьерри, поэтому приходилось отвечать однобоко.       — Зачем все эти выдумки с именами? — уставившись на него, спрашивает Мишель.       — Я бы назвался своим, но один молодой человек не так давно у меня его позаимствовал! — начинает Юнги.       — Какая жалость! — притворно вздыхает Венсан. — А что за Шуга? — продолжает допытываться Мими.       — Эта кличка ещё с интерната, — опуская глаза, произносит он.       — Ты сирота? — удивлённо шепчет Мишель.       — Ага, при живых родителях, — грустно усмехается Мин.       — Они в Сеуле, как я понимаю?       — Верно, это было давно, Мими, и никак к делу не относится, — устало говорит парень, давая понять, что эта тема ему неприятна.       — Как вы познакомились с Чонгуком? — встревает Хосок.       — Как раз в интернате.       — Он что, тоже сирота? — снова удивляется Мишель.       Тема потери родителей режет у Венсана где-то под сердцем острым и болезненным воспоминанием о собственной утрате. И сейчас он вдруг представил Юнги и Чонгука где-то в далёком и ужасном нью-йоркском доме, растерянных и таких одиноких.       — Ты можешь не забрасывать меня вопросами? Я сам расскажу нашу историю знакомства, — миролюбиво предлагает Шуга.       — Я весь внимание! — Венсан садится на диван, подбирает под себя ноги и устраивает подбородок на коленях.       Когда Юнги начинает свой рассказ, к ним присоединяются Чонгук с Тьерри. Щипач садится в свободное кресло, утягивая Тэ к себе на колени. Кажется, им обоим хочется везде и всюду демонстрировать свои чувства. Остальным троим немного неловко, но они стараются игнорировать их взаимодействия. Шуга кратко поясняет, каким образом очутился в интернате и как потом встретил Чонгука, который отчаянно нуждался в защите. Про их побег, жизнь беспризорников на вокзале, воровской опыт и дальнейшее попадание одного и другого к разным братьям Кимам.       — Такая дружба точно на века… — произносит Хосок. — Много же вы пережили вместе.       Мин смотрит на Чонгука, вспоминая все приключения, которые выпали на их долю. Для него Гук был не просто другом, а чем-то большим. Родным человеком, названным братом, и ради него он был готов горы свернуть, уверенный, что тот сделал бы то же самое.       — Я искал Чонгука очень долго, но не терял надежды, что найду, — говорит Юнги.       — Если б не ты, мне бы так и пришлось торчать в этом «Гобо»! — вздыхает Чонгук.       — А теперь там застряли мы… — произносит Мишель с отчаянием.       — Шуга, позволь продолжить рассказ? — Чон перехватывает инициативу.       — Конечно. — Он с радостью умолкает, потому что как раз дошёл до того момента, когда не был уверен, что именно знает Тьерри.       — Я рассказал Тэ, на кого работаю и кто его настоящий отец, — начинает Гук.       — А вот тут поподробнее! — говорит Мими.       После анализа увиденного в каюте и того, с каким теплом эти двое сейчас смотрели друг на друга, Мишелю было очевидно, что Тэри не просто простил ему эту ложь, но и принял всю правду безоговорочно. Оставалось выяснить, что же там за правда, которая позволила Щипачу получить прощение брата так быстро.       — Родной брат Намджуна — Ким Сокджин — и есть отец Тэ, мы с Юнги работаем на него.       Младший Венсан и Хосок смотрят ошарашенно, переваривая услышанное.       — Охренеть! Я думал, шокирующие новости закончились, но это какой-то бразильский сериал, вам не кажется? — Мишель нервно смеётся.       — К сожалению, много лет назад Намджун сломал судьбы двух влюблённых людей, инсценировал смерть Лиён и убил собственного брата. Точнее, был уверен, что убил, — продолжает Гук.       — А как же ДНК? — спрашивает Хоби.       — Ложный, — говорит Мин.       — Тогда почему же этот Сокджин до сих пор не заберёт нас оттуда? — возмущается Мими.       — Пока это невозможно. К этому гаду не так-то просто подобраться… — поясняет Чон. — А ещё он очень непредсказуемый.       — А вы зачем здесь? — спрашивает Хосок.       Чонгук смотрит на Юнги и замечает его красноречивый взгляд: «Не говори ничего!»       — Присматриваем за вами, ограбление принцессы срывать не планируем.       — Твою мать, вы что, и про тиару знаете?! — восклицает Мими.       Чонгук чувствует, как после этой фразы Тьерри весь подбирается и замирает в напряжении.       — Мы в курсе всего, что происходит в «Гобо», — говорит Мин.       — Откуда? Кто же там стукач? — любопытствует Мишель.       — Сухва-ан… — одновременно выдыхают Тьерри и Хоби, глядя друг на друга.       — Так вот почему он не сдал тебя Намджуну! — хлопая себя по колену, восклицает Хосок.       — Всё верно, он тоже человек Джина.       Тэ запускает пятерню в волосы и снова анализирует информацию. Никак он не ожидал, что правая рука Джуна и есть тот самый человек, сливающий всю информацию.       «Не дай бог это выяснится: тогда Сухван больше не жилец!»       — А мама вообще в курсе, что он жив? — Мими вдруг вспоминает о Лиён.       — Пока нет, Сокджин очень осторожен, ей пока лучше не знать про это. — Чонгук поглядывает на старшего Венсана, который о чём-то задумался, закусив нижнюю губу.       — Но, если Нам узнает правду, нас ждёт просто громадный пиздец! — в ужасе произносит Мишель.       — Вот поэтому мы все должны помалкивать, — добавляет Юнги.       — Боже, я не могу смотреть на ваши разбитые физиономии! — закатывает глаза Венсан-младший. — Неужели нельзя было обойтись без этого? Хорошо хоть мы выступить успели…       — Вам бы обработать ссадины, — разглядывая парней, говорит Хоби.       Чонгук виновато утыкается лицом в плечо Тьерри. Они после вчерашнего и поговорить толком не успели: настолько стремительно всё развивалось. Но ему так нравится его обнимать, чувствуя стопроцентную взаимность.       — Можно я переговорю с парнями? — глядя сверху вниз на Чонгука, спрашивает Тэ.       — Конечно. — Щипач нехотя выпускает Венсана и встаёт с кресла. — К тому же нужно решить вопрос с погромом в каюте.       — Готов скинуться на ремонт, — смеётся Тэри.       — Я зайду через час. — Чонгук обнимает его и трётся щекой, прикасаясь губами к уху. — Только никуда не уходи, — шепчет он.       Тьерри кивает в ответ, улыбаясь краешком губ. Мишель смотрит на уходящего Юнги, отмечая, что весь разговор тот глядел только на него и даже не пытался отвести глаза, когда Венсан встречался с ним взглядом.       Как только дверь за ними закрывается, две пары глаз вопросительно буравят Тэри.       — Что? — удивляется он, направляясь в спальню.       — Эй, погоди, ты куда? — Мими спрыгивает с дивана и следует за ним.       Хосок смеётся, наблюдая за братьями.       «Кажется, сейчас начнутся разборки по-венсановски!»       — Дай прилечь, на мне живого места нет! — Тэ со стоном медленно укладывается на кровать.       — Вы там что, реально переспали? — не унимается Мишель.       — И не один раз, — прикрыв глаза, с улыбкой отвечает Тьерри.       — Офигеть, конечно! Ты и Щипач… Не мог кого-то другого найти для этих целей?       — Я тебе уже говорил, что у меня от него ум за разум заезжает…       — Ага, и подключается совсем другая голова! — ехидничает брат.       — Я не пойму, тебе завидно, что ли? Уж двадцатник почти, а ты всё в девственниках ходишь… Вон иди и трахни этого своего Августа! — смеётся он.       — Сдурел? Я не гей вообще-то! — возражает Мишель.       — Ага, это ты нашему Гастону расскажешь…       — Тьерри! — Мими пихает его в плечо, отчего тот сразу морщится и шипит от боли.       — Прости, — тут же извиняется он. — Вот на хрена вы подрались?       — Я его обидел, даже не хочу повторять эти слова… — вздыхает Тэ. — Ну и понеслось. Оба были такие злые, что просто пиздец. Думал, мы там поубиваем друг друга.       — Вы просто два сумасшедших! Интересно, в какой момент ярость переросла в стадию «Я хочу тебя трахнуть»? — смеётся Хосок.       — В тот самый, когда я понял, что если уйду, то мы больше никогда не встретимся…       — Тэ, я впервые тебя таким вижу. Скажи мне, ты влюбился? — убирая прядь волос с его лба, спрашивает младший.       — Да не знаю я ничего, сам себя не узнаю! Но такого секса у меня никогда не было…       — Не зря же его Ким ищет, — задумчиво тянет Хоби.       — Ещё раз напомнишь про это — и я тебе врежу! — цедит Тэ.       — Божечки… Да ты ревнуешь адски! — улыбается Мими.       — Не представляю, как мне теперь с этим Намджуном общаться, зная всю правду…       За это время, что они находились в его особняке и изучали азы воровской деятельности, Тьерри даже немного свыкся с мыслью, что Намджун — его папаша, правда, Тэхёном себя называть запретил категорически.       — Придётся играть роль, — говорит Мишель.       — Видимо. Вот только актёр из меня так себе… — усмехается Венсан.

***

      Юнги и Щипач стоят на верхней палубе и смотрят на водную гладь. Пришвартованный лайнер выпустил в Лиссабоне туристов, словно большой кит стаю планктона, и они огромным потоком распределились на группы: кто-то отправился на экскурсию, а другие просто прогуляться.       — Чонгук, у нас есть большая проблема… Мы так и не сказали о наших планах насчёт тиары. — Юнги нервно чешет глаз.       — Знаю, я пока не решил, как и когда это сделать. Но обманывать их мы больше не будем.       — Мы уже скоро прибудем в Геную, нужно подготовиться.       — Уже есть информация о том, в какой именно каюте будет принцесса? — уточняет Гук.       — Да, это на верхнем этаже, где проживают Тьерри и Мишель.       — Есть возможность попасть туда до её заселения?       — Я попробую устроить, — задумчиво говорит Юнги.       — У неё будет охрана, поэтому Венсанам явно понадобится помощь.       — Ты хочешь посодействовать? — удивляется Шуга.       — Чувак, мы в одной упряжке, хотя пока этого и не осознаём. Мне нужно заменить одну тиару на другую.       — Погоди, я не понял…       — Я сделаю всё, чтобы у нас был оригинал.       — Но братья с Хосоком на такое точно не пойдут! Изначально же планировалось, что мы просто украдем её у них.       — Господи боже… Конечно, мы можем так сделать, но это подло! Всё, больше никаких тайн, — мотает головой Гук.       — И когда ты ему скажешь? — хмыкает Шуга.       — Посмотрим. Либо после ограбления, либо же во время него.       — Почему не сейчас? — удивляется он.       — Не знаю… Не уверен в его реакции, — задумчиво произносит Чон.

***

      Чонгук возвращается в каюту Тьерри ровно в тот момент, когда из неё выходят Мишель и Хосок. Те смотрят с лёгким недоумением.       — Щипач? — Мими делает реверанс и хитро улыбается.       — Прекращай! — закатывает глаза он.       Идёт в глубь помещения и замечает раскинувшегося поперёк кровати Тэри, который лежит на спине в позе морской звезды.       — Тэ? — шепчет Чонгук, но ответа не получает.       Кажется, у кого-то сели батарейки после случившегося. Да это и неудивительно, потому что всё произошедшее за последние сутки не укладывалось в голове. Эта безумная ночь всё ещё яркой вспышкой мелькает самыми острыми фрагментами в памяти. И сейчас Гук ложится рядом, разглядывая своего прекрасного француза: спящее умиротворённое лицо, тихое дыхание и подрагивающие веки.       «Интересно, что ему снится?»       Он гладит его волосы, касается большим пальцем открытого лба, проводит по шелковистой медовой коже, опускаясь к губам. Они чуть приоткрыты, и очень хочется их поцеловать, но Чонгук медлит, наслаждаясь таким моментом. Тьерри Венсан, кажется, спит сном младенца, совершенно не подозревая о присутствии Чона. На нём всё ещё вчерашний костюм, правда, пиджак он давно снял, потому что тот порвался в нескольких местах после драки. Внезапно Гук чувствует, как талию обнимает рука Тэ: он притягивает его ближе, не открывая глаз.       — Нам нужен душ… — бубнит он.       — Ты можешь просто полежать со мной пару часов? — шепчет в самое ухо.       — Разве что пару…       И они засыпают, прижимаясь друг к другу. Наслаждаются простой близостью, объятиями и одним дыханием на двоих.       Первым пробуждается Тьерри. Он поворачивает голову и смотрит на Чонгука. Его лицо буквально в паре сантиметров от него. Думал ли когда-нибудь Венсан, что будет вот так лежать и любоваться спящим парнем? Смотреть с таким восхищением и обожанием, разглядывать и отпечатывать в памяти каждую чёрточку его лица.       Что будет после круиза? Как им видеться дальше? Что с ними станет, когда Намджун узнает, что Тэ ему не сын, а Щипач теперь его любовник? Всё как-то не туда завернулось, но ни один из них уже не мог этому противостоять. Венсан снова вспоминает те дни на вилле после ограбления. Каким беззащитным тогда был этот парень, как смотрел на него во все глаза и смущался, когда Тэ это замечал. Его пальцы легонько касаются разбитой губы, и нежно, словно дуновение ветра, он целует его, заключая в объятия.       — Мы так проваляемся весь день, Чонгук, — шепчет он. — Просыпайся.       Гук сонно моргает и улыбается, прижимаясь ещё ближе.       «Лежать бы так вечно и ни о чём не думать!»       Но ощущение голода уже не позволяет заснуть, поэтому он садится и трёт глаза. Смотрит на Тьерри сверху вниз, и эта ссадина на скуле немым укором напоминает о недавней драке. Всё как-то разом всплывает в памяти, отчего Чонгук хмурится.       — Что такое? — спрашивает Венсан.       — Я должен спросить у тебя кое-что…       — И?       — Ты видишь продолжение наших отношений? Или для тебя это просто временное увлечение?       — Ты хочешь поговорить об этом? — усмехается Тэ и садится рядом, обхватывая колени.       — Хочу понять.       — Что именно?       — Как быть дальше? Через несколько дней я покину лайнер, понимаешь? И вы вернётесь в «Гобо»…       — Чонгук, я всё понимаю. Наше положение слишком шаткое, чтобы думать даже на несколько дней вперёд. Но я наслаждаюсь каждой минутой, проведённой с тобой. Никогда и ни с кем мне не было так хорошо.       — Ты про секс?       — Не только.       — Если бы ты изначально знал, кто я, всё равно бы хотел быть со мной? — спрашивает Чон.       — Я же сказал тебе, что ваша ложь всё усложнила. Но я понимаю твои мотивы, потому не осуждаю.       — Ты действительно считаешь меня его подстилкой? — тихо говорит Гук.       — Господи! Нет, я тогда сильно психанул. Прошлые отношения — твоё личное дело. Я же тоже не святой…       — Да, но ты не спал с главой «Гобо».       — А что ты к нему чувствовал? — вдруг спрашивает Тэ.       — Ничего. Это была самая большая ошибка в моей жизни, за которую я расплачиваюсь по сей день…       — А ко мне? — Тьерри наклоняет голову и заглядывает в глаза.       — Ты у меня под кожей сидишь, Тэ. С ума меня сводишь! — улыбается он.       — У меня такое же чувство. Ничего подобного не испытывал, и это слегка пугает.       — Меня беспокоит другое: как нам выпутать вас из «Гобо», чтобы никто не пострадал? Сокджин в свои планы не посвящает, поэтому иногда мне кажется, что он ослеплён жаждой мести, хотя рассуждает довольно здраво.       — Расскажи мне про него.       — Он очень красивый. Когда я увидел Сокджина и узнал, что он твой отец, сразу же подумал, что ты тоже должен быть красавчиком, а когда… — Он резко замолкает.       — Что «когда»? — прищуривается Венсан.       Чонгук чуть не ляпнул про Сашу, но вовремя остановился.       — Когда увидел твой снимок в газете, просто обалдел, — смущённо говорит Чон.       — Помню твоё офигевшее лицо, когда я снял маску в машине. — Тьерри начинает смеяться.       — Мне казалось, у меня глюки! — Гук мотает головой.       — Почему за все эти годы он так и не объявился? — интересуется Тэ.       — Думаю, этот вопрос лучше задать Джину. Он же думал, что Лиён погибла вместе с ребёнком.       — Знаешь, давным-давно я нашёл его фотографии у матери, там и снимок Намджуна был. Очень хорошо помню лицо Сокджина — согласен насчёт красавчика. Но меня интересуют его иные качества.       — Такой же он мудак, как и Намджун? — Гук получает утвердительный кивок от Тэ. — Нет, однозначно нет. Порядочный. Мне кажется, он — человек слова, и в нём точно нет такой жестокости, как в его старшем брате. Они полные противоположности.       — Это хорошо. Ты меня немного успокоил… — вздыхает Тьерри.       — Я пойду в свою каюту, нужно сходить в душ и переодеться, — вздыхает Гук. — Я впопыхах надел то, в чём с тобой дрался, и выгляжу не комильфо.       — Что значит «в свою каюту»? — округляет глаза Тьерри. — Нет, могу отпустить лишь за сменной одеждой.       — Шутишь сейчас? — Чонгук улыбается, глядя на француза.       — У тебя есть пять секунд, иначе ты больше меня никогда не увидишь… — притворно говорит Венсан.       — Передразнивать удумал?       — Хорошо, пять минут. Дверь в ванную не закрываю, ключ на комоде, — говорит Тэри и уходит принимать душ.       — Сумасшедший! — говорит сам себе Чонгук, но всё же торопится, чтобы успеть уложиться в отведённое время и вернуться обратно.       Он открывает дверь каюты и уже хочет войти, но из-за угла появляется Саша.       — Твою мать! А ты что тут делаешь? — Он вздрагивает и смотрит с шокированным выражением лица.       — Не ожидал? — Девушка заключает его в объятия.       — Зайди в каюту. — Чон тащит её внутрь, быстро закрывая дверь. — Как ты вообще здесь оказалась? Почему не прислали кого-то из людей Джина?       — Было непросто, я еле успела, если честно. У меня тут свои цели.       — Под названием «Хосок»? — догадывается Гук.       — Хотела взглянуть хотя бы издалека на него… Но главная причина моего визита не в этом.       — Тогда в чём? — Щипач хмурится, понимая, что Саша просто так не заявилась бы сюда.       — Сухван сообщил, что Намджун узнал о твоём нахождении на лайнере. Он появится здесь, когда вы причалите к Марселю.       — Вот дерьмо! — стонет Чонгук, закрывая глаза.