Plucker|Щипач

Амбуаз, 1998 год

      Лиён сидит на диване и смотрит на счастливую четвёрку. Ради этого блеска в глазах стоило рискнуть и устроить эту авантюру. Правда, в замок парней зря привели, но теперь уже поздно метаться и отправлять их в тот самый домик для персонала. Главное, чтобы не появлялись на территории со стороны входа, где больше всего людей из «Гобо». Женщина разглядывает избранников сыновей и отмечает их хороший вкус. Обе парочки смотрятся очень гармонично. Но если Мими и Юнги ведут себя сдержанно, то Тэ сидит слишком близко к Чонгуку и не выпускает его ладонь из своей. Их глаза, направленные друг на друга, светятся счастьем и бесконечной любовью. Они уже познакомились и поужинали, а сейчас пьют чай у камина, удобно расположившись в малой гостиной.       — Значит, сюда приезжал Сокджин? — удивляется Тэ.       — Верно…       — Почему ты не сказала? — возмущается Тьерри.       — А ты почему молчал? Знал же, что он жив! — парирует мама.       — Мне запретили говорить, — оправдывается он.       — Мне тоже, — смеётся Лиён.       — Ладно, очень рад, что вы наконец встретились! — примирительно говорит Тэ.       — Когда я поняла, что есть возможность для свидания, попросила его устроить такую же встречу и для вас, — тепло отвечает женщина.       — Спасибо, мама! — произносит Мишель. — Не хватает только Хосока и Саши, — вздыхает он.       — Думаю, она бы сейчас была здесь, если бы Хоби не уехал к родителям, — предполагает Тьерри.       Чонгук с Юнги переглядываются и улыбаются.       — Нет, не думаю, — загадочно говорит Гук.       — Почему? — удивляется Тэри.       — У нас для вас кое-какая новость, — добавляет Шуга, едва сдерживая улыбку.       — Боже, да не томите уже! — восклицает Мишель.       — Скоро ты станешь дядей, Тьерри, — произносит Чонгук, наблюдая, как медленно опускается чашка в руке Венсана и его рот открывается от изумления.       — Да ладно?! — ошарашенно говорит он.       — Почти двадцать четыре недели, — серьёзно заявляет Юнги.       — И вы молчали? — возмущается Мишель.       — Ну не с порога же про это сообщать, — оправдывается Чонгук.       — Обалдеть! Вот это новость! — качает головой Венсан-старший.       — Хоть кто-то подарит нам внуков! — радостно говорит Лиён.       Они ещё долго сидят и делятся новостями, а когда стрелки часов над камином переваливают за полночь, отправляются спать.

***

      У каждой влюблённой пары свой маленький мир. Особая планета, где есть место только для двоих. Там всегда царит любовь и взаимопонимание, да и время течёт как-то по-особенному. А иногда и вовсе замирает, давая возможность пропитаться чувствами насквозь, насладиться мгновением и просто запечатлеть тот или иной яркий момент.       Прикосновения…       Разве мог Тьерри знать, что обычные пальцы способны обжигать кожу, заставлять сердце учащённо биться и останавливать дыхание?       И не догадывался…       Но когда ладонь Чонгука коснулась лица, то он тут же прильнул к ней, прикрывая глаза от удовольствия, а потом и вовсе поймал его пальцы и осыпал невесомыми поцелуями.       Не глядя, Тэ нащупал щеколду на двери и поспешно её задвинул, отрезая их от внешнего мира. Они ждали слишком долго, чтобы терять сейчас драгоценные секунды на разговоры. Для этого ещё будет время, а пока хотелось лишь одного — наслаждаться друг другом.       Желание невероятно сильное и взаимное, и руки обоих двигаются в унисон, помогая избавиться от ненужной преграды в виде одежды. Хочется со всей силы дёрнуть рубашку, чтобы чёртовы пуговицы разлетелись в стороны, но парни с улыбками торопливо справляются с ними, обнажая плечи.       — Невероятная татуировка, — шепчет Венсан, прикасаясь к коже, шагает пальцами вниз, повторяя некоторые узоры.       — Она ещё не закончена…       — Расскажешь о ней потом?       — Обязательно! — обещает он. — Какой же ты… — шепчет Гук, дотрагиваясь до его груди.       Он проводит указательным пальцем вокруг соска, чувствуя, как тот мгновенно твердеет. Не выдерживает и примыкает к нему губами, слегка втягивая. И ответом слышится приглушённый стон Тьерри. Он выгибается вперёд, запуская пятерню в его волосы. Губы прокладывают влажную дорожку поцелуев обратно к шее, чуть задерживаясь в области ключицы. Словно мазком кисти, язык скользит по коже, заставляя тут же покрыться мурашками.       — Oh, mon dieu! — выдыхает Тэ и приподнимает его лицо за подбородок.       Опьянённый взгляд Щипача так и манит в сети, а Тьерри и не сопротивляется этим чарам. Погружается без остатка, целует влажно, чуть прикусывая, и начинает французский поцелуй.       Как же Чонгук скучал по этим ласкам, по чувственным губам и такому дерзкому языку. Как кайфовал сейчас, вжимаясь в стену, и ощущал, как в области паха всё буквально пылает от возбуждения. Он закидывает правую ногу на бедро Тэри, прижимаясь к нему плотнее, и чувствует ответное желание.       — Я сейчас кончу от одних только поцелуев, — смеётся Щипач, переводя дыхание.       — У нас вся ночь впереди, — шепчет Тэ, вновь завладевая его ртом.       С этим человеком можно было целоваться часами. Венсан очень хорошо считывал его эмоции и улавливал каждую реакцию, слишком пылкую и откровенную. Чонгук был настоящим: он не притворялся ни секунды и страстно отвечал на все прикосновения. Единственный, кому Тьерри хотел доставить удовольствие в первую очередь, забывая о себе.       Венсан расстёгивает его брюки, не разрывая зрительного контакта, и ныряет рукой под резинку боксеров. Кое-кто уже давно готов и изнемогает от желания, но так хочется подразнить его и продлить прелюдию.       — Идём, — шепчет он, утягивая его за собой. — Все хозяйские спальни оснащены шикарными ваннами.       Передвигаются в темноте, но глаза уже давно привыкли к полумраку. В помещении огромное окно, через которое проникает свет от полной луны. Тэ колдует над кранами, настраивая воду, и попутно стягивает с себя остатки одежды. В этом свечении он чертовски сексуальный и притягательный. Чонгук не может отвести от него взгляда, просто любуясь невероятной красотой.       Ванная комната наполняется цветочным ароматом; обнажённые и возбуждённые, они продолжают ласки уже в воде, прикасаясь в самых сокровенных местах.       — Je te veux tellement, Thierry! — рычит Чонгук, опускаясь всё ниже, чтобы завладеть наконец его членом.       Язык скользит по всей длине и кружит вокруг головки. Он чувствует, как на плечах сжимаются пальцы Тэ, а стоны эхом отражаются от стен. Плотнее сжимает губы и двигается быстрее, помогая рукой.       — Je te veux en moi… — шепчет Венсан.       Чонгук замирает, поднимая глаза.       — Ты уверен? А как же святая святых? — слегка улыбается он и облизывает губы.       — Ты же поможешь, чтобы всё прошло хорошо? — спрашивает Тэ, притягивая его к себе.       — J'en serais honoré, monsieur Vincent! — говорит Щипач, накрывая его губы.       Доверие…       Мог ли Тьерри допустить мысль, что захочет когда-то вновь повторить печальный опыт? Но с Гуком ему хотелось испробовать всё. Брать его целиком и отдаваться без остатка.       Любить и быть любимым…       Раскатывая презерватив, Чонгук в который раз мысленно поблагодарил Юнги за то, что собрал для друга такой же набор, как и для себя. Тьерри, возбуждённый и расхристанный от его пальцев и настойчивых ласк, лежит на кровати. В нетерпении сам направляет член в нужном направлении и подаётся чуть вперёд, чувствуя, как головка с трудом входит внутрь.       — Ты слишком напряжён, Тэ, — мягко говорит Чонгук, нависая над ним.       Целует со всей страстью, кусает за мочку уха и горячо шепчет:       — Какой же сладкий, мой лакричный мальчик…       Двигается медленными короткими толчками, погружаясь всё глубже. И когда входит полностью, замирает, привыкая к новым ощущениям.       — Oh, merde! — восклицает Тьерри, хватая ртом воздух. — Ne t'arrête pas!       Он нетерпеливо подмахивает бёдрами навстречу, потому что ему определённо это нравится. Нет никакой ужасной боли, но есть Щипач, который сдерживается из последних сил, чтобы не сорваться.       — Ну же, Чонгук-и! — стонет Тэ. — Fais-moi du bien!       — Дай мне знать, если что-то не так, ладно? — произносит он, поддерживая его под ягодицы. И вскоре меняет темп с плавного на более резкий и быстрый.       Обхватывая член Тьерри, Гук подстраивает движения руки под собственный ритм, доводя парня до исступления. Венсан мечется из стороны в сторону и кусает губы, снова выкрикивая французские эпитеты. Горячий и такой желанный, но Чонгук не торопится заканчивать так быстро. Он замедляется, давая им небольшую передышку, а затем снова вбивается в него, жадно целуя.       — Jouis pour moi, Thierry! — выдыхает Чон ему в губы.       Тэ парит, словно птица… Он улетает куда-то далеко и чувствует своё тело отдельно от себя. Оно рассыпается на крошечные частицы и соединяется обратно в единое целое. Не оргазм, а нечто большее, потому что острота ощущений за гранью его восприятия. Это что-то новое и невероятное, ранее для него неизвестное, но такое потрясающее, что на глазах выступают слёзы.       Чонгук устроился рядом, обнимая Венсана, и шумно дышал, довольно улыбаясь в темноту.       Лежать вот так и переплетаться руками и ногами, разгорячёнными после жаркого секса, было умопомрачительно!       — Je n'arrêterai pas de dire combien je t'aime… — говорит он спустя время.       — Обожаю твой французский и этот американский акцент, — укладывая голову ему на грудь, произносит Тэ.       — Жалею, что не учил его ранее, иначе знал бы всё, что ты говорил мне на лайнере.       — Я могу повторить кое-что, если хочешь. — Тьерри приподнимается на локте и убирает влажные пряди волос с его лба.       — Правда? — радуется он.       — Может, не дословно, но цитирую: «Je t'aime et je ne survivrai pas, si quelque chose t'arrive. Je t'aime plus que la vie, jusqu'à la folie, jusqu'à l'arrêt cardiaque…»       — Ох, Тьерри! — Чонгук смотрит на него снизу вверх. — Иди ко мне! — Он сжимает его в объятиях. — Надеюсь, тебе было хорошо сейчас…       — Это лучший секс в моей жизни, Гук-и! — говорит Венсан.       — Льстец! — смеётся он и толкает его в плечо.       — Никогда подобной хернёй не занимался и сейчас сказал правду. Мой первый раз был ужасен, поэтому существовал некий барьер и страх. Наверное, я бы никому не доверился, кроме тебя. До этого даже желания такого не было.       — Я никогда не был сверху…       — Что? Ты сейчас не шутишь? — удивляется он.       — Нет.       — Тогда ты справился на десять из десяти! — добавляет Венсан. — Я бы повторил! — Он садится на него, стягивает презерватив, завязывая в узел, и отбрасывает в сторону. — Но сейчас моя очередь возносить тебя на небеса…

***

      Напряжение витало в воздухе. Оно настолько ощутимо, что при желании его можно было даже разрезать ножом. Когда Тьерри без вопросов отнёс сумку Юнги к нему в комнату, Мими слегка стушевался. Чертовски неудобно перед мамой, да и вся прыть куда-то делась, когда они оказались наедине.       «Идиотское волнение!»       Ему казалось, что если между людьми уже что-то было, то всё как-то проще. Но он лишь кусал пухлые губы и перекладывал вещи с места на место.       — Мишель, — окликает его Шуга.       Тот мгновенно вздрагивает и поднимает удивлённые глаза, будто до этого тут Юнги не было вовсе и он впервые его видит.       — Ты такой забавный, — смеётся Мин.       — Тебе смешно? — Щёки Венсана вспыхивают от возмущения.       Парень подходит к нему и пытается забрать из рук какую-то вещицу. Несколько секунд молчаливой борьбы, и Мишель уступает.       — Ты не рад меня видеть? — спрашивает Шуга.       — Что? Боже… Нет! — качает головой он.       — Тогда что происходит?       — Я… Мне…       Но Юнги не даёт договорить, накрывая его рот губами. Сразу берёт нахрапом и чувствует, что на верном пути. Мишель, который сначала был напряжён, уже через пару секунд запрокидывает голову, подставляя шею под жаркие поцелуи.       — Вот так уже лучше, — шепчет Шуга, опаляя кожу жарким дыханием. — Мой маленький скромняга! — И его губы трогает лёгкая улыбка.       Это был идеальный тандем, где один вёл партию, а другой позволял это делать, но в какой-то момент перехватывал инициативу на себя.       — Я иду в душ первый, — говорит Мими, отрываясь от его губ.       — Как скажешь, — соглашается Юнги.       Когда Шуга всё же дожидается своей очереди и отправляется в ванную, Мишель затягивает потуже пояс на халате и выбегает из спальни. Путь до винного погреба довольно длинный, но на кухне точно должны быть запасы. Персонал уже давно разошёлся по комнатам, поэтому Мими без труда возвращается в спальню с двумя бокалами и бутылкой шардоне незамеченным.       На кровати сидит хмурый Юнги, который, увидев Венсана, расплывается в улыбке.       — А я уж думал, ты просто сбежал! — качает головой он.       — Из собственной спальни? — смеётся Мими.       — У вас тут огромный замок, может, нашёл себе место получше…       Мишель разливает вино по бокалам и залезает на кровать, протягивая один из них Юнги.       — Волнуешься? — усмехается Шуга.       — Очень.       — Но почему? Мы же уже…       — Это неважно, Август!       — Если ты не хочешь секса, Мими, его не будет. Давай просто поговорим, выпьем вина и ляжем спать. Ты что, думаешь, я из Испании ехал, чтобы просто потрахаться? — смеётся Юнги.       — А для чего? — опуская глаза, спрашивает он.       — Я скучал по тебе… Или для тебя такой вариант не допустим?       — Когда я увидел тебя в замке, не представляешь, как обрадовался! А потом подумал, что ты приехал просто за компанию, а я тут на твоей шее повис…       — Удивительный ты человек, Мишель Венсан! — вздыхает Шуга. — Невероятно красивый, талантливый, умный и такой неуверенный в себе.       — Ничего подобного, — возражает он.       — Ну а как тогда ещё объяснить твои опасения? Мы провели чудесную ночь на лайнере, но я приехал к тебе не ради секса, а чтобы просто увидеть.       — Вот как? — прищуриваясь, говорит он.       — Вопрос с подвохом? — смеётся Юнги.       — Вовсе нет.       Парень допивает вино и ставит бокал на тумбочку. Он вышел из душа в одном нижнем белье, поэтому в таком виде его и застал Мишель.       Венсан смотрит на обнажённое тело, вспоминая его прикосновения, и снова теряется в мыслях.       — Давай просто ляжем спать, Мими, — миролюбиво предлагает Шуга.       Ему меньше всего сейчас хочется спать, но и наброситься на Юнги мешают стеснение и дурацкий страх.       — Как скажешь, — пожимая плечами, произносит он.       Мишель встаёт с кровати, оставляет бокал на комоде и выключает свет. Скидывает халат и забирается под одеяло.       Полностью обнажённый.       Юнги сидит в темноте и сверлит парня озадаченным взглядом. Мин никак не мог понять, в какую игру тот играл. Учитывая его возможности в покере, он наверняка задумал что-то, но было сложно разгадать этот ребус.       — Ты всегда спишь голый? — спрашивает он.       — Когда жара, то да.       — Но сейчас прохладно.       Мишель поворачивается к нему и не сводит с него красивых глаз.       — Рядом с тобой мне всегда жарко… — шепчет он.       — Мими… — Юнги прижимается ближе. — Просто скажи мне «да» или «нет».       — Да, чёрт тебя дери, да! Поломаться даже не дал! — смеётся Мишель.       — Ах ты ж маленький засранец! — ныряя под одеяло, возмущается Шуга.

***

      Утро ворвалось в спальню вместе с первыми лучами. Тэ подошёл к окну и хотел задёрнуть шторы, но Чонгук попросил этого не делать.       — Ты такой красивый в этих солнечных бликах… — говорит он. — Я уже минут двадцать лежу и смотрю на тебя.       — Ещё очень рано, Гук-и, можно немножечко поспать, — сонно произносит Тьерри, утыкаясь носом ему в грудь.       И столько нежности в этом жесте, что Чонгук кладёт ладонь на его макушку, поглаживая. Он и не подозревает, что делает какие-то запретные действия, которые ранее никому из партнёров не разрешались.       Пальцы у Чонгука особенные. Ласковые. Любое прикосновение дарит столько любви, что Тьерри по-настоящему этим наслаждается.       — Умей я мурлыкать, как кот, непременно бы сделал это, — говорит Тэ.       — Мне достаточно видеть, как ты льнёшь к моей ладони и балдеешь.       — Поцелуй в шею… — просит Венсан.       Чонгук улыбается и касается его кожи возле уха, играя языком.       — Если бы у меня были силы, я бы трахнул тебя снова. Но ты выжал из меня все соки, Щипач.       Парень смеётся, пряча лицо в подушке.       — Сколько времени?       Тьерри поднимает глаза, смотря на настенные часы у двери.       — Шесть утра, Чонгук-и.       — Да, нужно вздремнуть хоть немного…       Засыпать и прижиматься друг к другу было так естественно, будто просто накрыться одеялом. Они находят удобную позу, переплетаясь руками и ногами, и замирают, проваливаясь в сон.

***

      Рука затекла нереально, и Юнги кажется, что он уже не сможет ей ничего делать. Осторожно высвобождает её из-под лохматой макушки Мими. Когда Венсан предупреждал, что любит обниматься во сне, он слегка слукавил. Этот парень просто не давал возможности отстраниться от себя. Как только Шуга пытался увеличить расстояние между телами, оно тут же сокращалось до минимума — бесполезно было сопротивляться. Вот и сейчас, разминая онемевшую кисть, другой рукой он придерживал Мишеля, давая ту самую иллюзию необходимых объятий.       Человек без детства.       Лишённый любви и ласки.       Брошенный на произвол судьбы…       Впервые он чувствовал себя так счастливо и уютно. Анализируя зарождающиеся отношения с Венсаном, Юнги понимал лишь одно: он хочет быть с ним. Сегодня, завтра — всегда. Комфортный, игривый, сексуальный… Мишель оказался очень страстным любовником и, безусловно, интересным собеседником. Они не спали всю ночь, наслаждаясь обществом друг друга.       — Ты мне не приснился? — Мишель проснулся и, моргая сонными глазами, смотрел на него.       — Нет, можешь убедиться, — целуя его в нос, шепчет Шуга.       Мими ложится на него сверху, просовывая руки под его лопатки, и утыкается в шею. Горячее дыхание будоражит, а тот факт, что они оба обнажены, очень скоро накрывает взаимным возбуждением.       — Ляг на живот, — нетерпеливо просит Юнги.       Мишель повинуется, удобно устраиваясь между подушек, и улыбается. Слышится шуршание, и Шуга уверенно раздвигает его ягодицы, смазывая проход. Накрывает телом и медленно входит, осыпая плечи и шею поцелуями.       — О-ох, Авгу-уст… — сжимая пальцами простыню, стонет Мими.       Вскрики Венсана в подушку заводят ещё больше, поэтому Юнги переворачивает его и скользит уверенно, ускоряясь с каждым толчком.       Линия подбородка, чуть приоткрытый рот и закрытые от наслаждения глаза — всем этим можно было любоваться бесконечно.       — Красивый мой… — шепчет Юнги.       — Ещё, ах… Да-а… — выгибаясь в пояснице, рычит он.       Шуга видит подрагивающий член, с головки которого уже капает, и понимает, что разрядка близко. Резко выходит, стягивает презерватив и обхватывает сразу два ствола, сжимает пальцами и доводит обоих до сумасшедшего оргазма.       Кончать одновременно и вот так бурно изливаться на живот — это просто невероятно!       — Как же кайфово! — потягиваясь, говорит Мишель. — Кажется, у горничной сегодня снова смена постельного белья. — Он вытирает себя и Юнги уголком одеяла.       — Думаю, не только в этой спальне, — усмехается Шуга.       — Я готов съесть слона, так что пойдём в душ. Умоемся и спустимся на завтрак! — говорит Мими, утягивая его за собой в ванную.

***

      После такой бурной ночи все четверо думали только об одном: «А не слышно ли нас было остальным?»       Марта накрыла на стол, будто на завтрак прибыл целый солдатский отряд. Лиён ушла на виноградники, поэтому парни были одни.       — Всё так вкусно! Спасибо! — говорит Чонгук порхающей вокруг них женщине.       — Прекрасное начало дня, — довольно бубнит Юнги.       Тьерри смотрит на Гука и улыбается. Ему до сих пор не верится, что он здесь с ним.       — Креп «Сюзетт» просто бесподобный! — говорит Тэ, отправляя кусочек в рот.       — Смотри не переборщи с сиропом, — предупреждает Мишель.       — Немного можно, — подмигивает брат.       — Как прошла ночь? — спрашивает Тьерри, глядя, как лицо Мими заливается румянцем.       — Сегодня было жарко, — смеётся Юнги.       — Надеюсь, нас не было слышно? — спрашивает Чонгук.       — Здесь такие стены, что можешь за это не переживать, — успокаивает его Тэри.       — А то перед мадам Венсан слегка неудобно, — хихикает Гук.       — Мы все взрослые люди, поэтому она с пониманием относится к такому. Да и к нашей ориентации тоже. Хотя на Мими всё же возлагала большие надежды, но, увы… Юнги спутал все планы, — говорит Тьерри.       — Не взращивай во мне чувство вины, — бубнит Шуга.       Звонкий смех заполняет стены столовой. Сидеть вот так вчетвером за общим столом было чертовски здорово! На лайнере им приходилось постоянно прятаться и опасаться, что их кто-то засечёт из «Гобо». Здесь же парни чувствовали себя в безопасности и наслаждались общением.       Целый день они изучали замок, даже умудрились незаметно выбраться на плантации, чтобы оценить масштабы. Лиён с упоением рассказывала о производстве вин, разной выдержке и тонкостях хранения бочек. А к вечеру она оставила парней, предоставляя им возможность пообщаться. В правом крыле замка была комната отдыха с огромным бильярдным столом, возле которого они и решили остаться.       Венсаны горячо спорили насчёт какого-то вина, но спросить у мамы уже не могли, так как было довольно поздно.       — А вот и нет! Говорю тебе! — возмущается Мими. — Сейчас схожу в подвал и принесу его. Вот увидишь, что я прав!       — Иди-иди, — смеётся Тьерри, прижимаясь спиной к груди Щипача.       Не проходит и пяти минут, как к ним заглядывает Фредерик.       — Месье Венсан, вас к телефону, — говорит он.       — Небось Намджун проверяет, — раздражённо говорит Тэ и нехотя следует за мужчиной.       Юнги с Чонгуком продолжают партию без Венсанов, загоняя один шар за другим в узкие лузы.       — Не жалеешь, что приехал? — интересуется Шуга.       — Спрашиваешь ещё! — смеётся Гук.       — Вот бы остаться тут подольше, — мечтательно говорит Юнги, ударяя по шару.       — Да, я бы тоже не отказался! — соглашается Щипач. — А ты, я смотрю, окончательно влип с Мишелем.       — Ты снова про спор? — смеётся он.       — Хоть я и не могу особо ездить на своей тачке, но отдавать её тебе не сильно хочется.       — А я пока не уверен, что влюбил его в себя, поэтому давай забудем на хрен про это.       Чонгук поворачивается, замечая в дверях ошарашенного Мишеля с бутылкой вина. Он медленно подходит к ним, переводя взгляд с одного на другого.       — И какая же у тебя тачка? — тихо спрашивает он.       — Мими… — говорит Гук.       — Я, блядь, задал вопрос! — рявкает он.       Юнги вздрагивает, испуганно глядя на Венсана.       — Porsche 911, — тихо отвечает Щипач.       — А ключи с собой? — холодно говорит Мишель.       — Конечно нет.       — Тогда, как вернётесь, отдай их Юнги.       — Да зачем? — вклинивается Шуга.       — Потому что ты выиграл! — Он смотрит глазами, полными обиды.       — Проклятье, — шепчет Чонгук, пряча лицо в ладонях.       — Стой! — Юнги срывается с места, пытаясь догнать убегающего парня. Чуть не сбивает с ног вернувшегося Тьерри.       — Да что тут у вас случилось? — восклицает он.       — Присядь, — грустно просит Гук.       — Говори. — Уперев руки в бока, Тэ смотрит на него с недоверием. — Снова тайны?       — В тот день, когда мы прибыли на лайнер и увидели афишу с вами, Юнги так залип на Мишеля, что мы в шутку поспорили.       — Как это в шутку?       — На мою новую тачку, что Шуге удастся влюбить его в себя.       — Вы идиоты?       — Нет, погоди. Это же всё несерьёзно. Пока мы вас ждали, вспомнили про это и как раз говорили про спор, когда вернулся Мишель.       — Он что, всё слышал? — испуганно говорит Тэ.       — Да…       — Просто нет слов! — восклицает Венсан.       — Да стой же ты! — Теперь очередь Чонгука догонять Тьерри, потому что тот молча покидает помещение, явно направляясь на поиски брата.       — Я с тобой позже поговорю! — цедит он.

***

      «Он просто поспорил… Вот, значит, как!»       Мишель не успел закрыться в спальне до того, как его нагнал Юнги.       — Убери от меня руки! — зашипел Мими, вырываясь из его объятий.       — Да выслушай же ты меня! — выкрикивает Шуга.       — Не желаю тебя больше знать! Катись в свою Испанию! — Злые слёзы катятся по щекам Венсана.       — Мишель! — Руки Юнги крепко держат парня. — Неужели ты думаешь, что мне нужна какая-то тачка?       — Раз спорил, значит, да! — Он вырывается и даёт ему пощёчину. — Ненавижу тебя, Август!       Кожа на лице горит огнём, а в ухе звенит от удара, но Шуга не обращает на это внимания.       В спальню влетает Тьерри и, глядя на их борьбу, отталкивает Юнги.       — Выйди! — рявкает он.       Следом забегает Чонгук, понимая, что катастрофа достигла вселенских масштабов.       — Эй, оставь их пока, — тихо говорит он другу.       Они выходят, прикрывая дверь спальни, и садятся на каменные ступени лестницы.       — Ну вот нахер мы начали говорить про этот спор? — сокрушается Юнги.       — Не знаю… Простит ли он тебя?       — Ты вот сейчас вообще не помогаешь! — опуская голову на скрещенные руки, говорит Шуга.       Тьерри видит, что брат не совсем адекватен, поэтому молча заключает его в объятия.       — Ну же, выплесни все эмоции, mon bébé, сразу станет легче. — Его руки похлопывают Мишеля по спине.       И Мими утыкается в его плечо, сотрясаясь от беззвучных рыданий.       — Я же и правда влюбился, — всхлипывая, говорит он.       — И ежу понятно, что он тоже тебя любит.       — Нет, я всё слышал про этот грёбаный спор!       — Уверен, что мы с этим разберёмся, — спокойно говорит Тэ, усаживая его на кровать. — Хочешь, я сегодня переночую с тобой?       — Нет, Тэри, это лишнее… — грустно отвечает он. — Позови Юнги.       — Ты уверен? — спрашивает Тэ.       — Да.       Мишель уходит в ванную и умывается ледяной водой, но глаза опухли от слёз, и этот факт никак не скрыть. Возвращается и видит печального Шугу, стоящего у окна. Он оборачивается и смотрит на него.       — Думаю, на этом наша история закончена, Август, — тихо говорит он, усаживаясь в кресло.       — Послушай…       — Нет, я не хочу слышать никаких оправданий. Тачка твоя — так и знай. Я влюбился в тебя, действительно испытал это чувство, жаль, что всё так быстро закончилось.       — Мишель… не гони меня! — Юнги опускается на колени, обнимая его за ноги. — Я же…       — Просто замолчи. Не нужно высокопарных признаний. Завтра вы уедете, и больше мы с тобой не пересечёмся. Ах да, и вот это тоже забери. — Он встаёт и достаёт из комода те самые часы с гравировкой. — Я считаю минуты, когда ты уедешь, Август, — холодно говорит он.       — Ты совершаешь ошибку, Мими.       — Я распоряжусь, чтобы тебе подготовили спальню для гостей, — произносит Венсан и выходит из комнаты.       В коридоре стоят Тьерри и Чонгук, которые, опасаясь бурной ссоры, решили остаться у двери. Удивляются, глядя на выходящего Мишеля.       — Эй, ты куда? — спрашивает Тэ.       — Попрошу горничную, чтобы подготовила для него другую комнату.       — Твою мать, — шепчет Чонгук.       — Погоди, что он сказал? — Тэ тянет его за рукав.       — Ничего. Я и слушать ничего не стал. Для меня всё очевидно.       — Он любит тебя! — говорит Гук.       — Не забудь отдать ему свой Porsche 911, — усмехается Мишель и спускается.       — Да что ж ты такой упёртый! — восклицает Щипач и заглядывает в спальню.       Юнги сидит на полу, подтянув колени к груди, и смотрит в одну точку.       — Эй, дружище, ты как? — Чонгук присаживается на корточки.       — Я так проебался, Гук-и… Но он прав. Нет мне прощения, поэтому я уеду прямо сейчас.       — Ночью? Ты идиот? — возмущается друг.       — Прости, но я не могу остаться. Уплыву и дам парням у пристани денег, чтобы они вернули лодку обратно.       — Нет, я тебя одного не отпущу. Уедем вместе.       — Чонгук, не занимайтесь оба ерундой. У нас ещё одна ночь. И ты хочешь уплыть прямо сейчас? — встревает Тьерри.       — Но что мне остаётся? Я его не брошу, тем более в таком состоянии.       — Я знаю Мими: он всегда рубит с плеча, очень категоричен, но отходчив. Иди в мою спальню, я сейчас донесу кое-что до твоего друга и вернусь к тебе.       — Ладно, — неуверенно соглашается Чонгук.       Венсан садится напротив Шуги и слегка наклоняется вперёд.       — У меня всего два вопроса: первый касается спора, а второй — любишь ли ты моего брата?       — Я влюбился в тот самый момент, когда впервые его увидел, а этот спор — самая большая ошибка в моей жизни! — отвечает парень.       Тьерри улыбается, глядя на Юнги.       — Предположим, что он был и правда шуточным, но разговор о нём услышал Мишель, а память уже никак не стереть.       — Верно… — тихо говорит он.       — Не думал, что ты такой слабак и так быстро сдашься.       — О чём ты? — удивляется Мин.       — Если любишь, так докажи это, а не сбегай трусливо.       — Но он и слушать не хочет!       — Юнги, я знаю брата. А ещё он сказал, что влюблён в тебя. Это достаточно весомый аргумент, чтобы ты остался? — жёстко говорит Тэ.       — Да…       — Ну вот и чудесно! — довольно произносит Венсан. — И не вздумай идти в гостевую спальню!       — Я тебя услышал, — говорит Шуга, и его губы трогает лёгкая улыбка.       Тьерри уходит, оставив его в одиночестве, но долго ждать не пришлось, потому что Мишель вернулся буквально пять минут спустя.       — Твоя спальня готова, Юнги.       — И?       — Мне тебя силой выгонять? — Он начинает злиться.       — Нет. Но я никуда не уйду, — твёрдо говорит Шуга.       — Неслыханная наглость! — возмущается Мишель. — Чёрт с тобой, я сам там переночую!       Он уже направляется к выходу, когда сильная рука хватает его за плечо и разворачивает к себе. Губы властно целуют, но встречают яростное сопротивление.       — Не прикасайся ко мне! — шипит Мишель.       — Я люблю тебя, слышишь? Прости меня! — И он снова делает попытку поцелуя, но Венсан вырывается.       — Юнги…       — А теперь послушай внимательно. Этот спор был просто дурацкой шуткой, и я не позволю разрушиться нашим отношениям из-за какой-то ерунды. Никто из нас из этой спальни не выйдет!       — Живым?       — Ты так хочешь меня убить?       — Хотел…       — Ну что мне сделать? Как доказать свою любовь и искупить вину? — Шуга смотрит на него умоляющим взглядом.       — Это правда был несерьёзный спор? — после затяжного молчания спрашивает Мими.       — Самый идиотский, но я всё равно не должен был этого делать. Прости!       Мишель прижимается к нему, трётся щекой и прикрывает глаза. Юнги облегчённо вздыхает, понимая, что Венсан всё же сменил гнев на милость.       — Ты готов искупить вину? — улыбается Мими.       — Конечно, всё, что пожелаешь! — тут же соглашается Юнги.       — Тогда сегодня я буду сверху, Август.       У Шуги округляются глаза, и он начинает нервно смеяться.       — Ты серьёзно? Оттрахаешь меня за мой косяк?       — Да так, что завтра не присядешь, милый. Тебя подготовить? Или сам? — играя бровями, спрашивает Мишель.       — Сам справлюсь, — качая головой, отвечает Мин.       «Грёбаный спор!» — направляясь в ванную, мысленно сокрушается Юнги.