Я лишу тебя сексуальной безграмотности

У Тэхёна было стойкое ощущение, что рано или поздно грянет молния, и на Кёнгэ обрушится ливень. Он предчувствовал грозу каждой клеточкой своего тела и особенно левой кистью, которую когда-то давно сломал. Он чувствовал это и по ноющей боли в голове, и желанию залезть под покрывало и провалиться в крепкий сон, потому что поездка домой под рассказы о секс-игрушках разморили его. — Фух, кошмар, как жарко, — ХёнЭ оттянула ворот футболки, надеясь, что так за шиворот пройдёт хоть немного воздуха. Она просто сидела за рулём, наслаждаясь умеренной работой кондиционера, так как боялась, что из-за сильного потока холодного воздуха Тэхён простудится, но за последние десять минут дома успела обзавестись мокрыми пятнами на футболке под мышками. — Если жарко, просто разденься, — предложил Тэхён, первым показывая ей пример и скидывая футболку. Он швырнул её на спинку дивана, убирая руки за голову и протяжно выдыхая. В домике неплохо было бы провести уборку и проветрить всё хорошенько, потому что спёртый воздух был одновременно пропитан влажным деревом и теми арома-палочками с цитрусом, что стояли как в ванной комнате, так и в гостиной, и в кухне. Лучше всего пахло в спальне ХёнЭ — маршмеллоу и разноцветными белковыми печеньками с миндальной начинкой. Оказалось, она забыла закрыть дверцу шкафа, и запах саше, хранившегося между вешалками, проник в комнату. ХёнЭ запамятовала, что на самом деле хотела быстро сполоснуться, переодеться в чистую одежду и приготовить что-то, что уняло бы сосущее чувство в животе, но полуобнажённый Тэхён напрочь отметал у неё желание сдвигаться с места. Недалеко от окна, где стоял высокий белый столик с пузырьками парфюмов, помадами и прочим, был лучший ракурс, чтобы рассматривать парня. Он растянулся на диване, держа ноги полусогнутыми. Резинка жёлтых шортов была так низко опущена, что можно было рассмотреть чёрную полоску боксеров с белой надписью от фирмы, о которой ХёнЭ никогда прежде не слышала, и его рельефный пресс, с чёткими очертаниями кубиков, просто восхитительный переход к широкой груди и ещё более широким плечам. ХёнЭ видела напряжённые мышцы рук, убранных за голову, и набухшие венки под идеальной смуглой кожей. — Кхм, тебе не нужно в душ? — спросила она, отводя взгляд в сторону, потому что Тэхён наверняка планировал взглянуть на неё после озвученного ею вопроса. — Если мы собираемся, наконец, собрать информацию для твоего следующего обзора, тогда, пожалуй, стоит, — он лениво оттолкнулся от диванных подушек, садясь в позу лотоса и глядя на ХёнЭ с восторгом в глазах. — Он ведь уже подзарядился? Головную боль и леность Тэхён отмахнул лёгким движением руки и уже весь сгорал от нетерпения. Он только и думал о постели ХёнЭ, розовом вибраторе с причудливой головкой и девичьем теле, которое хотел чувствовать на себе или под собой, или хотя бы в паре сантиметров от него. Он и не надеялся, что завоевать и добиться её будет просто. Она слишком часто отказывала ему или находила нелепые причины не торопиться, выставляя его корыстным и озабоченным злодеем. ХёнЭ переступила с ноги на ногу, выглядя как-то неловко перед тем, как заговорить. — Да, полностью заряжен, — она заправила волосы за уши, быстро облизывая губы, но после вытирая их тыльной стороной ладони. — Хочешь только смотреть или участвовать тоже? Тэхён умер бы от счастья, даже если бы просто смотрел, но перспектива помочь ХёнЭ кончить, была куда привлекательнее. — Второе, — его кривая улыбка была максимально добродушной и в то же время невинной. — Никогда не держал таких штук в руках. Мне интересно. ХёнЭ коротко кивнула, давая своё согласие. — Тогда пойдём, — скомандовала она, двигаясь явно в сторону спальни. Она шла быстро, чересчур торопясь, но выскочила из-за двери, как только Тэхён встал. Ему хотелось спросить, не решила ли она сменить локацию и свою постель на диван или что-то более интересное, вроде кухонного стола, но она махнула ему рукой в сторону ванной комнаты. Тэхён уже хорошо знал что там к чему: какой кран крутить до упора, как регулировать горячую воду, где лежат станки для бритья и в какой из шкафчиков припрятана пена для бритья, а ещё что вентиляция там ни к чёрту — задохнуться можно, принимая по-настоящему горячий душ. К счастью, ХёнЭ в такую жару предпочитала скорее прохладный, и первым делом прокрутила кран прилично ниже отметки в тридцать восемь градусов. Сделав это, она отложила вибратор в раковину, что была ближе всего к душевой кабинке, и повернулась к Тэхёну. — Он водонепроницаемый, — посчитала нужным объяснить она. — И мне нравится использовать такие игрушки в ванной и стоя. Дав свой комментарий, она повернулась к нему спиной, аккуратно подцепляя футболку, ранее заправленную в шорты. Она сняла её, забросив сразу в корзину с грязным бельём, потом чёрный лифчик, а тогда перешла к нижней части. Тэхён посчитал, что ему тоже стоит покончить с одеждой и стянул шорты с трусами приблизительно в то же время, что и ХёнЭ. Её плечи вздрогнули, и она хохотнула, пытаясь скрыть своё смущение за смехом. Тэхён считал её и вправду раскрепощённой, а ей отчаянно хотелось прикрыться, когда он подошёл ближе, опуская руку ей на плечо и наклоняясь вниз, чтобы поцеловать её в висок. Он был не то чтобы ненастойчив, но давал ХёнЭ время делать всё первой. Страх спугнуть её и принимать душ в одиночку был почти что невыносим и заставлял его тоже дрожать. Но может дело было в прохладе, которая почему-то держалась в ванной, но была напрочь замещена духотой в остальных частях дома. ХёнЭ схватила Тэхёна за предплечье, крепко сжимая его руку и таща в направлении пока что сухого белого дна кабинки. Она заставила его зайти первым, а только когда дотянулась до вибратора, зашла следом. Стоять друг напротив друга, глядя не в глаза, а намного ниже, было непросто. Пусть ХёнЭ и знала, что может касаться его как угодно и где угодно, действуя в личных интересах и позволяя ему делать то же самое, начать не решалась. — Сначала включить воду? — предположил Тэхён, видя, что она сомневается, сильнее сжимая пальцы вокруг силиконовой головки игрушки. — Нет, — оборвала его ХёнЭ, выходя из короткого ступора. Она свела ноги вместе, надеясь, что так Тэхён будет смотреть на её руки, а тогда протянула в его сторону игрушку. — Она включается долгим нажатием на эту кнопку, — начала она инструктаж. Он ведь говорил, что ему интересно. И ещё утром хотел знать, как оно включается и как жужжит, если жужжит. — Совсем тихо, — с удивлением заметил Тэхён. Он сжал пальцами кисть ХёнЭ, притягивая её и вибратор ближе к себе, чтобы расслышать очень тихое ритмичное гудение. Когда он прислушивался, мог различить короткую паузу между максимально тихим клокотанием. ХёнЭ сменила три режима подряд. — Сейчас громче, но он снова будет тише при контакте с кожей, — она одёрнула руку, желая продемонстрировать. Тэхён не скрывал своей заинтересованности и откровенного восторга, что вызывала у него эта штука. Он ждал, что она будет вибрировать, но вибрация была минимальной. — С каждой пульсацией он выталкивает воздух. Вроде как выдаёт воздушные волны через носик, — ХёнЭ указала пальцем на углубление, из которого и исходил звук. — Такая стимуляция на первый взгляд не очень ощутима, но здесь, насколько мне помнится, одиннадцать режимов, и то, как оно ощущается на коже, далеко на то же самое, что на клиторе. Тэхён согласно кивнул, понятия не имея, что чувствует девушка, но веря ХёнЭ на слово. — Вот так, — она сменила режим на второй или третий, прижимая округлую силиконовую головку к левому соску Тэхёна. Ему это ничем не напоминало потоки воздуха, но ощущения были забавными. Что-то там действительно происходило, соски от этого набухали, — причём не только у него — но не то чтобы это его сильно возбуждало. Зажимы казались круче и чуть болезненнее. — Нравится? — ХёнЭ вздёрнула подбородок, чтобы посмотреть на то, как Тэхён смотрит на её руку с розовым вибратором. Он мотнул головой, скорее говоря нет. Поскольку основную информацию он уже получил, перехватил у ХёнЭ игрушку. Он пару раз нажал на более крупную кнопку, убеждаясь в том, что вибрация в руке усиливается при смене режимов, и вернулся к начальным. Ему не казалось, что теперь ХёнЭ сбежит, но непреодолимое желание опустить руку ей на поясницу и притянуть её ближе к себе не давало ему покоя, так что он ему поддался. Их бёдра прижались друг к другу, сбивая дыхание ХёнЭ, и оно таким прерывистым и шумным оставалось и после того, как Тэхён прижал силиконовую головку к её соску. Она разомкнула губы, обронив один стон. Не потому что стимуляция сосков была так же восхитительна, как стимуляция клитора, а потому что член Тэхёна упирался в её правое бедро. Наверняка вскоре любопытство и эксперименты переместились бы вниз, и это заставило ХёнЭ провернуть кран, включая воду. Ещё не прогревшаяся настолько, насколько нужно было, она полилась из душа, прикреплённого выше, и от холодных капель, стекающих по спине, Тэхён невольно передёрнул плечами. ХёнЭ не очень уверенно опустила руки на его бёдра, не зная, оставить их просто легонько касаться или сжать их. А может и вовсе завести руки за его спину и погладить? — Можно? — Тэхён держал голову опущенной, без конца стараясь заглянуть ХёнЭ в глаза. — Ага, — она кивнула, не зная, о чём именно он спрашивает, но это не имело значения. Они уже всё равно были голые в душе, и он уже разобрался, как менять режимы. Тэхён выключил игрушку, зажав кнопку включения на несколько секунд, а тогда отложил её на полочку с баночками, маленькими пузырьками и пемзой. Где-то там стоял гель для душа, который он несколько секунд искал взглядом, прежде чем взяться за банку. Он отвернулся от воды, выдавливая немного на руку, хотя у ХёнЭ для этого была салатовая мочалка. Ему просто хотелось самому её намылить, водя руками по всему её телу. — Выключи, пожалуйста, — попросил он, оставаясь сосредоточенным на пене и своих руках. Когда ХёнЭ выключила воду, он буквально набросился на неё. Не с поцелуями или новыми попытками прижаться вплотную, а с мыльными руками. Гель пах сладко, очень по-летнему, и кожа от него становилась будто шелковистой, но потрогать ХёнЭ не могла — Тэхён сам намыливал её шею и ключицы, руки от плеч и до кончиков пальцев, грудь, не уделяя никакого особого внимания соскам, но попутно возбуждая её больше, живот и ноги. Он присел перед ней на корточки, выдавливая ещё геля, но не избегая зоны паха. ХёнЭ решила, что таким образом он демонстрирует своё смущение, но он всего-то применял знания, полученные в процессе просмотра её видео. Она множество раз напоминала о гигиене и советах врачей, которые говорили, что лучше всего использовать просто воду, чтобы не навредить. Так что, как только он снял душ и стал смывать приятно пахнущую пену с тела ХёнЭ и со своих пальцев, в первую очередь накрыл ладонью её половые губы. Она была немного зажата и не сразу расслабилась, получая удовольствие от его пальцев, увязающих в естественной смазке. Они толком ничего не делали, но она была мокрой вовсе не от воды. — Итак, — он всего пару раз прошёлся по клитору, зато почти вошёл в неё указательным пальцем, — нужно накрыть его полностью? — Да. Он привесил душ обратно, таки дожидаясь небольшого дождя, который не мешал им двоим видеть друг друга, но спускал немало воды в слив. Из-за шума работу вибратора совсем не было слышно, хотя Тэхён по-прежнему чувствовал вибрацию в руке. Он пока не знал тело ХёнЭ настолько хорошо, чтобы с первого раза находить то, что нужно, потому провёл ещё одно небольшое ощупывание. Её пальцы на его бёдрах сжались, оставляя после красные полосы. — Другой… режим, — попросила она, намекая, что это слишком и ей нужно привыкнуть. Она стиснула бёдра, но Тэхён явно не собирался заканчивать так быстро. Свободной рукой он поддел её подбородок, опуская голову и целуя ХёнЭ в губы. Пока режим оставался вторым, уж очень лёгким, ХёнЭ была очень старательной в поцелуях, но стоило Тэхёну дважды кликнуть по кнопке, и поцелуи тоже сменились. Мягкие и расслабленные превратились в жёсткие, быстрые и довольно громкие. Если ХёнЭ и отрывалась от него, то с громкими чмокающими звуками. — Ты можешь вернуться ко второму? — попросила она, заставляя Тэхёна гадать, неужели четвёртый режим из одиннадцати настолько интенсивный. — И войти в меня. Он кивнул скорее, чем осознал до конца её просьбу. Она просила войти? Как… войти своим членом? Так скоро? — Можешь сзади, — убирая мокрые волосы с лица, предложила ХёнЭ. — То есть не буквально сзади, а встав сзади… Ну, ты понял. Тэхён ступил под струи воды, передавая ХёнЭ вибратор. Он ещё ничего не сделал, но был на седьмом небе от счастья. — Спасибо, — он явно улыбался, благодаря её за то, что и так предполагалось, когда она соглашалась спать с ним. — Говори мне, если будет неудобно или если захочешь поменять позу. Да и вообще говори мне обо всём.

***

ХёнЭ как-то не учла, что Тэхён после секса станет таким чувствительным и тактильным. Он давно мог уйти в гостиную, занявшись своими делами, заварить себе рамён, потому что потратил много сил в душе, или попросту уснуть, пока она строчила на ноутбуке. Но он буквально прилип к её спине, опустил голову ей на плечо, обвил руками талию и обнимал её так, словно это было в последний раз. Это отвратительно влияло на её вдохновение — ей нужно было написать сценарий для будущего видео и скинуть примерный текст обзора Дженне, чтобы та скинула его менеджеру от Satisfyer, — а ещё совсем не щадило её сердце. Оно просто горело в груди, пылало красным и синим пламенем, а Тэхён всего-то от нечего делать поглаживал её пальцами через футболку и выдыхал в шею. Он притворялся, что ему нет дела до текста, но явно читал его. Во-первых, потому что было интересно узнать о её ощущениях и хотя бы попытаться себе представить, каково это — кончать и от того, что он в ней, и от крохотных толчков воздуха. Во-вторых, потому что хотел убедиться, что его роль во всём этом будет как-то учтена. И она была. В одном из последних абзацев: «Советую использовать его как дополнение к сексу с партнёром. Для быстрого финиша и особенно чувствительных — третий режим, для менее чувствительных — можно подниматься дальше четвёртого. Если хотите растянуть удовольствие и закончить приблизительно в одно время при проникновении, первого или второго режима будет достаточно». — Ты можешь, — она приподняла плечи, нечаянно подбивая Тэхёна и заставляя его клацнуть челюстями, чуть не прикусив язык, — не выдыхать мне на ухо? У меня из-за тебя постоянно мурашки… Тэхёну пришлось немного отстраниться, но убирать руки от её тела он не спешил. — Когда закончишь писать, не хочешь посидеть со мной на кухне? — предложил он. — Я приготовлю для тебя что-нибудь. — Ты разве умеешь? — с подозрением протянула ХёнЭ, взглядом пробегаясь по тексту, но в упор его не видя и уж точно не вникая в смысл написанного. Тэхён едва слышно фыркнул. — Я несколько месяцев вёл кулинарное шоу, если ты забыла, — он легонько пощекотал её рёбра, не планируя затевать длительную игру в щекотку. — Вести шоу и готовить — не одно и то же. ХюнУ до сих пор иногда вспоминает, как ты сжёг нам дома мидии… Запах был просто отстойный. Он опустил голову, каясь, потому что и правда всё испортил. Но это было давно и тогда у него не было практики в нарезании овощей для гостей шоу или вереницы дегустаций. — Сейчас будет лучше, — пообещал он. — Так что? ХёнЭ очень хотела, чтобы Тэхён её побаловал. Это придавало тому, что было в душе какую-то особую значимость. Ведь любовники обычно расходятся сразу после оргазмов, а Тэхён сидит с ней в обнимку больше получаса и хочет приготовить для них ужин. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, и слишком нереально, чтобы ХёнЭ отказалась. В какой ещё параллельной реальности Ким Тэхён будет вести себя, как влюблённый и заботливый, на самом деле вовсе не являясь таковым? Она согласно кивнула, даже не беспокоясь о том, что он переведёт продукты. Черновой вариант сценария она отправила Дженне файлом и так же в обнимку поплелась с Тэхёном в кухню. Он затеял игру, в которой они дрались за возможность отдавить друг другу ноги, и это вызывало у него звонкий и искренний смех, особенно когда ХёнЭ обвивала его руками в ответ, вешаясь на шею. Они официально игру не заканчивали, и даже в процессе готовки иногда срывались на смех, когда совершенно «нечаянно» сталкивались босыми ногами. Тэхён с заумным видом сообщал ей, что на пачке с лапшой всегда написано время готовки, и что в соус непременно нужно добавить полчерпака воды из-под лапши — не совсем тайна, но в каком-то смысле неожиданность, которой поделился Чон Чонгук, когда был приглашённым гостем. Он тогда готовил чёрную пасту с зелёным соусом, что на камеру выглядела просто волшебно, да и в жизни тоже. Тэхён же приготовил соус из помидоров, немного смухлевав и добавив помимо кочучжана ещё и кетчупа. За такое Чонгук не просто прибил бы, а ещё и проклял бы, но его ведь здесь не было. С подачей у Тэхёна ничего не вышло — вермишель отказывалась укладываться красиво, но ХёнЭ было совершенно всё равно, как оно выглядело. Она стащила у него из рук тарелку, запаслась вилкой и первой уселась за стол, пробуя пасту. Это было крайне далеко от ресторанной еды, но напоминало то, что готовил папа на ужины, когда они с ним жили вдвоём или ещё раньше — втроём, с ХюнУ. — М-м, совсем неплохо, — сдержанно похвалила она, накручивая на вилку лапшу. Она была очень голодна. Не чувствовала этого прежде и, скорее всего, насытилась бы простым рамёном, но скорый и вкусный ужин был очень кстати. Как и Тэхён, сидящий напротив. Он ел в разы медленнее неё, часто облизывая вилку из-под соуса и потягивая из банки холодное пиво, а также наблюдая за тем, как ХёнЭ ест. Когда их взгляды пересекались, они даже не пытались бороться с улыбкой. ХёнЭ сказала ему после душа, что ей понравилось. Теперь он вспоминал эти её слова, и его распирало от гордости. Он справился, у них всё хорошо, они продолжат в ближайшем будущем. — Перед сном я хочу зайти к папе, — она снова завладевала его вниманием целиком и полностью, — скажу, что мы останемся у себя, потому что мне нужно снимать, а у тебя другие дела в своём домике… — Но мы переночуем вместе, да? — чуть подпрыгивая на стуле, уточнил Тэхён. Он не надеялся, что они займутся чем-то таким перед сном, просто не хотел уходить к себе, чтобы не беспокоиться всю ночь о том, что кто-то снова объявится у её дома и напугает их двоих до смерти. Да и Тэхён уже чувствовал себя достаточно удовлетворённым и счастливым, чтобы перед сном хотеть только посмотреть, как ХёнЭ подбирает одежду для съёмок и какие-нибудь развлекательные ролики на YouTube о пугающих планетах Вселенной, тайнах, что скрывают глубины океана и глобальном потеплении. Когда он смотрел и слушал что-то такое, как будто забывал о своих проблемах, или они казались слишком незначительными в сравнении с таянием ледников в Антарктиде. — Да, — ХёнЭ несильно прикусила металлические зубчики вилки, глядя на Тэхёна с хитрецой. — Ты ведь не против переночевать на диване? — Что? — уголки его губ стремительно опустились вниз, и недоумение в его взгляде стало слишком очевидным. — Не хочешь спать вместе? Почему?.. — Кровать не такая большая, — ХёнЭ не смотрела ему в глаза, — да и будет неудобно спать вдвоём по многим причинам. Как дышать друг на друга утром, до того, как почистим зубы, и до принятия душа. — У тебя какой-то пунктик, да? — Тэхён облокотился на стол, прекращая кушать. — Анализы, эпиляция, душ, зубы… Ты панически боишься подхватить что-то или дело в эстетике? Она указала на него вилкой, говоря: — Я просто хочу избежать с тобой неудобства. Из-за всяких стрёмных болезней, лишней растительности или несвежего дыхания. ХёнЭ могла бы потерпеть, потому что знала, как иногда забалтываются отношения до такой степени, что потный секс или поцелуи после чесночных гренок кажутся вполне себе приемлемыми, но не думала, что Тэхёну захочется продолжать, если она не проследит за собой, а заодно и за ним. Поскольку они не пара и между ними нет этого классического «люблю тебя, несмотря ни на что», она обязана сделать всё максимально комфортным для них. — Стесняешься меня даже в этом? — он цокнул языком, опуская вилку в тарелку и глядя на ХёнЭ хмуро. — Разве помимо любовников, мы с тобой не друзья? — Нет, — она была очень серьёзна, — мы были друзьями до того, как стали любовниками. И продолжаем ими быть на словах — для папы, ХюнУ и всех остальных. Но друзья и любовники одновременно — несовместимо. — Глупость. Будь мы просто любовниками, тогда стоило бы забыть о совместных ужинах и прочем времяпровождении, и сосредоточиться на постели. Но мы ведь собираемся сбалансировать всё это. Он либо был очень глупым, либо манипулировал ХёнЭ, зная гораздо больше. Иначе почему он называл сбалансированные отношения со свиданиями и сексом дружбой, когда это называлось «встречаться»? — Но я услышал тебя, — он вернулся к своей пасте. — Не буду спать рядом и дышать на тебя по утрам, если тебе не нравится. Раз я уже получаю более чем достаточно, можешь просить взамен что угодно. Что угодно. И как ХёнЭ раньше не догадалась, что тоже может его о чём-то просить? Не выдвигать условия, с которыми она раздвинет перед ним ноги, а просьбы. Такой себе бартер ради общего удовольствия. — Тогда сходим вместе на рыбалку? ХёнЭ слышала, что когда-то её отец, отец Тэхёна и сам Тэхён вместе ходили на ночную рыбалку, и ранним утром выходили. ХюнУ пару раз они брали с собой, а вот ХёнЭ никогда даже не предлагали. — Ты хочешь ловить рыбу? Не похоже, чтобы ХёнЭ увлекалась чем-то таким. У неё в комнате была целая корзина с мягкими игрушками, правда неизвестно — сама она их покупала или надарили фанаты; ей нравились красивые блестящие блокноты, которым Тэхён запросто нашёл бы применение, а она никак не могла; с противоположной стороны от окна господин Джи привесил ей небольшую полку, на которой стопкой лежали потрёпанные книги про Гарри Поттера — ещё ХюнУ когда-то покупали — и мерч из вселенной Джоан Роулинг; ящичек с секс-игрушками, которые, как казалось Тэхёну, она вряд ли все использует; и забитый одеждой шкаф. Но ни намёка на рыболовные удочки. — Да, очень, — воодушевлённо сказала ХёнЭ. — Может, не с самого утра, чтобы ты успел выспаться… — Я могу и с утра, — со всей решительностью заявил Тэхён. — Я дольше вечности не занимался ничем таким.

***

Господин Джи был взволнован не на шутку, когда ранним утром, после ночной грозы, его младшая дочь пришла за удочками. Не будь у него работы, он бы с радостью пошёл тоже. Бессовестная ХёнЭ при нём выдохнула с облегчением, когда он стал сетовать на работу, а Тэхён пообещал сходить как-нибудь вместе, когда у него будет выходной. За это он и червяками поделился — красные, скользкие и влажные на вид они извивались в прозрачном контейнере с землёй, и нёс их именно Тэхён, потому что ХёнЭ ужасно боялась, что они как-нибудь вылезут через узкие отверстия для воздуха. Ещё до того, как они перебрались на обратную сторону канала и поехали на велосипедах вдоль до тех пор, пока Кёнгэ не остался позади, Тэхён знал, что приманка будет на нём, потому что ХёнЭ ни за что в руки ничего живого и извивающегося не возьмёт. Зато она озаботилась едой для них, пледом и почти ящиком стеклянных бутылок со светлым пивом. Она, должно быть, планировала споить его с утра пораньше, чтобы после рыбалки он растянулся на матрасе в домике «23» и проспал остаток дня. Зато ночью они могли бы заняться чем-то поинтереснее, потому что он бы возобновил силы к тому вечеру. По пути к идеальному месту, приблизительным расположением которого с ними поделился господин Джи, на ХёнЭ не раз покушались пауки — за ночь наплели паутину на каждом дереве, и Тэхён имел «удовольствие» слушать её перепуганный визг, хныканье и вопросы: «Оно на мне? Оно ведь на мне?» Со временем пришлось объехать ХёнЭ с другой стороны, подпустив её ближе к каналу и собирая паутину уже на себя. Но она и там нашла приключения — отдыхающая пара лебедей с первого взгляда её не взлюбила, и так и норовила с обеих сторон ущипнуть, пока она проезжала мимо. Тэхён смеялся до боли в животе, пока ХёнЭ не въехала в его заднее колесо, повалив их двоих на асфальтированную дорожку. Он счесал правую ладонь, а она отделалась лёгким испугом и парой разбитых бутылок с пивом. — Давай я промою, — настаивала ХёнЭ, когда они сидели на пледе у воды. Она взяла с собой только бактерицидные пластыри, но перед использованием стоило промыть хотя бы минералкой, раз ничего лучше поблизости было не найти. — Там совсем крохотная царапинка, — вредничал Тэхён, — оно пройдёт само по себе. — Хочешь, чтобы я обиделась на тебя? — щуря глаза, спросила ХёнЭ. — Обиделась? За что? — на его губах играла лёгкая улыбка, пока он нанизывал на крючок червяка. — За то, что сама же въехала в меня? — За то, что ты относишься к своему здоровью слишком несерьёзно. Я же беспокоюсь за тебя. Он знал, что она беспокоится — это было видно невооружённым глазом. — Хочешь, чтобы я заставила тебе проходить ещё двести тысяч анализов? Он не хотел. Пришлось сдаться и протянуть ей руку, прикусывая нижнюю губу, чтобы не зашипеть от жжения в ладони там, где появилась дюжина маленьких царапинок. — Поспорим насчёт того, кто поймает больше рыбы? — спросил Тэхён, сжимая пальцы ХёнЭ, когда она начала вытирать его ладонь сухими салфетками. — Уверена, что словлю больше, — её заявление было абсолютно лживым. Она не думала, что даже одну рыбу сможет вытащить. — Тогда давай тот, кто поймает меньше, сделает что-нибудь нелепое на обеде? Будет говорить всегда нараспев или держать палочки левой рукой? Походило на задания для детского сада, и Тэхён знал об этом. Он мог бы запросить что-то более глупое или придумать желание, касающееся постели, но держать палочки левой рукой весь обед… ХёнЭ уже хотелось попробовать. — Давай, — согласилась она, оборачиваясь назад, чтобы захватить уголок пледа со своей стороны и натянуть его на плечи. — Только ты же будешь закидывать для меня удочку? Папа рассказывал, как в детстве нечаянно подцепил самого себя. У него до сих пор шрам на попе, бр-р… Тэхён расхохотался, про себя говоря, что обожает искреннюю Джи ХёнЭ. Её страхи, что могли показаться кому-то нелепыми, ему казались не просто необычайно забавными, но и милыми. И ему правда приносило удовольствие поправлять её волосы, удерживая руль одной рукой, и доказывать ей, что ни одного паука в её волосах нет. — Конечно, буду, — сказал он, не в состоянии избавиться от улыбки. — Я очень беспокоюсь за твою попу, и не позволю тебе или себе быть неосторожными с острыми крючками.

***

У Тэхёна были все шансы победить, но ХёнЭ была так рада первой вытащенной рыбе, — крохотному бычку, который скормить можно было разве что котёнку, — что он сразу решился сдаться и не стремился подсекать вовремя. Более того, он задремал после завтрака из кимпаба, и пропустил весь клёв. А хитрая ХёнЭ разбудила его только когда сама вытащила карася и потребовалась замена червяка. Но Тэхён был вовсе не против глупостей в столовой. Он слушал безумные идеи ХёнЭ того, что мог бы делать или говорить, и был на всё согласен. Не беря во внимание маленькой аварии по пути на рыбалку, этот день выходил потрясающим. И стал ещё лучше, когда оказалось, что на обед подают суши. У кого-то из жильцов был день рождения и его родственники вызвали нескольких поваров, что стояли и крутили роллы. ХёнЭ больше нравились со снежным крабом и сыром Филадельфия, а ещё смесь угря и манго, а Тэхён набирал всё самое яркое и цветное, не сомневаясь, что ему понравится, и он съест большую тарелку, на которой собрал сет размера XXL. — Приятного аппетита, — пожелал он сидящей за столом госпоже Су. Она всё утро хотела его подловить, чтобы затащить к себе и поручить ему кое-какую работу, которую никак нельзя было откладывать на потом. — О, Юнги, ХёнЭ здесь, — расслышал он за спиной голос госпожи Мин. Обернувшись, он заметил, как бабушка без конца поддевает внука локтем, чтобы тот прекратил есть, отложил палочки, взял оба подноса и немедленно перебрался за соседний столик. — Я думала, вы двое так долго спите, — заговорила госпожа Су, — пришла вас будить, но в ваших домах было совсем пусто. Тэхён громко сглатывал, предвкушая обед, а ещё был очень сосредоточен на васаби, равномерно распределяя три небольших пакетика по роллам. Он ждал, что ХёнЭ ответит, но она уже быстро жевала, а её щёки были набиты, как у хомячка. — Мы рано утром уехали на рыбалку, — в итоге, сказал он. — ХёнЭ наловила целый пакет рыбы, и мы уже заложили ей всю морозилку. Точнее, я позволил ей наловить целый пакет, прекрасно исполняя роль ассистента, который отвечал за приманку… Юнги, подсевший вместе с бабушкой за их столик, одарил ХёнЭ обожающим взглядом. Всего на секунду, в которую Тэхён на него смотрел. А ХёнЭ в то же время смотрела на Тэхёна не менее тепло. — Вы вместе рыбачили? — ахнула госпожа Мин. — Помню те славные времена, когда мы с дедушкой Юнги брали насос, надувную лодку и выдвигались с острова Чеджу на рыбалку… Он был очень категоричен, когда всё было условлено, и наши свидания на лодке проходили, несмотря на ливень или жгучее солнце. — Так вы были на свидании! — госпожа Су махнула рукой и нечаянно раскидала по столу несколько роллов с рисом навыворот. — Нет, — поспешила возразить ХёнЭ. — Да, — не сводя взгляда с Юнги, согласился Тэхён. — ХёнЭ приготовила с собой кимпабы и взяла пиво, так что мы классно посидели только вдвоём. Госпожа Мин выдавила натянутую улыбку, тоже поглядывая на внука и его реакцию. — Только вдвоём вовсе не значит, что это было свидание, — раскашлявшись из-за рисинки, попавшей не туда, кое-как проговорила ХёнЭ. Она ведь просила Тэхёна при всех вести себя как друзья, а не как любовники. Как Хебин стеснялся рассказать о любовных отношениях с ХёнЭ своим знакомым, так ХёнЭ боялась рассказать людям вокруг, что с Тэхёном её связывает секс. Одно дело хвастаться своим любимым парнем, и совсем другое — сексом с приятелем. Это было неловко. Особенно если бы они начали проводить параллели между тем, что она снимает для канала, и тем, что они делают с ним. — Целовались? — готовясь пытать Тэхёна, тыкая бамбуковой палочкой, спросила госпожа Су. Для неё времена, когда воздух вокруг был пропитан хоть чем-то отдалённо похожим на любовь, оставались в далёком прошлом. У неё никогда не было мужа, и последние кавалеры проявляли к ней любовный интерес два десятка лет назад. Так что она хотела знать всё о ХёнЭ и Тэхёне. Последний как раз открыл рот, во всеуслышание собираясь говорить правду, но ХёнЭ успела сунуть ему в рот два ролла с угрём, и спросила: — Разве за обедом мы не должны есть? Почему вы продолжаете спрашивать? — Это значит «да»? — сжав сильнее палочки, спросил Юнги. Тэхёну очень хотелось кивнуть. Не один раз, а десять, чтобы Мин Юнги, наконец, понял, что у него нет никаких шансов с ХёнЭ. Он слишком раздражающий тип, который говорит что-то про Тэхёна, но при этом сам неделю уже торчит в Кёнгэ, не работая, а проводя время с бабушкой и обедая в столовой именно за этим столиком в надежде непонятно на что. Если он и правда неглупый, должен был догадаться, что к чему. — Не целовались, — солгала ХёнЭ. — Мы просто рыбачили, а Тэхён проспал большую часть времени. — Класс, — не сдержался Юнги, насмехаясь. — ХёнЭ, а сможешь после обеда сходить со мной в офис ненадолго? По тому, как напрягся Тэхён, было ясно, что он тоже собирался идти в офис после. Только вот госпожа Су его быстро осадила. — Тогда Тэхён мне, наконец, поможет кое с чем, — обрадовалась она. — Я займу тебя буквально на полчасика. Он думал перенести снова, но его нога совсем не болела, да и если бы госпожа Су заплатила ему хоть что-то, это было бы просто замечательно. Он хотел предложить ХёнЭ заказать чачжанмён на ужин, но просить её оплачивать еду за двоих было стыдно. В крайнем случае, он бы снова приготовил что-то из того, что было в холодильнике. — Ладно, — буркнул он, вынимая вибрирующий мобильный из кармана толстовки и принимая вызов, заметив только первый слог имени. — Да, ГёнСун? — О, Тэхён! — вскрикнул тот в трубку. — ХюнУ уже у тебя? — У меня? — Она сказала, что поедет к тебе после смены. Что-то там по делу о блогере, которое она расследует. Но она забыла мобильный на работе, а мне очень нужно, чтобы по дороге домой она купила сыр. Сможешь передать ей, пожалуйста? Тот, который хорошо тянется при запекании… — Моцарелла? — предположил Тэхён, ощущая неприятный холодок на спине из-за упоминания о деле Мисон. Он надеялся, что допрос был последним обсуждением той девушки, и снова услышит он о ней либо в новостях, либо в каком-нибудь YouTube, когда её «друзья» буду выкладывать прощальные видео. — Да, Моцарелла будет супер, — обрадовался ГёнСун. — Так что скажи ей. И ещё выпроводи её из Кёнгэ до семи, чтобы мы ужинали не слишком поздно. — Да, не беспокойся. Постараюсь отправить её как можно раньше.