Dreams

ō.ō&ö.ö

Гарольд опустился на диван, его зеленые глаза расширились от шока. Северус оторвался от пергамента, на котором что-то выводил, ЖАБА были в этом году. — Гарольд? Что случилось? Перебрал со сладостями на Хэллоуинском пиршестве? — Если бы, — Гарольд покачал головой и уставился на Северуса. — Ты же помнишь, я упоминал, что в школе состоится важная игра, верно? Северус кивнул. — И что только седьмые курсы могут участвовать. Учитывая, что сегодня Хэллоуин, а мы оба знаем, что в этот день тебе везет больше всего в году, предположу, что ты каким-то образом в этом поучаствуешь. На медленный кивок Гарольда брови Северуса взметнулись вверх. — Ты соревнуешься? Когда Гарри снова кивнул, Северус негромко выругался под нос. — Итак, нам предстоит готовиться к ЖАБА, а тебе – участвовать в соревновании. Гарольд подскочил с дивана. — Я – четверокурсник! Никаких ЖАБА для меня. Северус также подскочил, наклонился близко к лицу Гарольда, отчетливо проговаривая слова, его тембр был низким и угрожающим. — Ты участвуешь в соревновании для старших курсов. Ты будешь учить и усваивать материал ЖАБА. Я не допущу твоей смерти, если могу ее предотвратить. Он ждал, что Гарольд ответит, но все, что сделал подросток, это шокировано уставился на него. — Прекрасно, а теперь давай начнём. Он мягко подтолкнул Гарольда назад на диван, а затем сел рядом с ним, придвинув поближе книги. — Я думаю, нам стоит продолжить с Чарами. Они могут пригодиться, и не придётся разыскивать Профессора Зелий, чтобы тот понаблюдал, как ты будешь варить зелья. Следующей будет Трансфигурация. Гарольд опустил взгляд на книгу, зубами терзая нижнюю губу. Сделав успокаивающий вдох, он вновь посмотрел на Северуса. — Спасибо. Спасибо, что остаёшься рядом со мной. — Кто ушёл? — резко прозвучал вопрос. — Рэд. Прямо как Лилс...

ō.ō&ö.ö

— Я не буду проходить ЖАБА, я не готов к ним – независимо от твоего мнения, Северус, — Гарольд опустился в удобное кресло в комнате, в которой оказался. Здесь стояла узкая кровать, комод, выглядевший таким же запущенным, как и комод в родительском доме Северуса, и длинный стол. Гарольд не сомневался, что он предназначался для занятий зельеварением и служил в качестве письменного стола. Северус покачал головой. — Мне на самом деле кажется, что ты сможешь, но пока заставлять тебя я не буду. Как продвигается твое соревнование? — Я прошёл первую часть, разбираюсь, как выполнить вторую, а также беспокоюсь о третьей. Как там с ученичеством? Северус опустился на маленькую кровать и улыбнулся, рассеянно поглаживая левое предплечье. — Хорошо. Сложно, множество правил и инструкций. Мастер Данкворт – интересная личность, обладающая обширными знаниями, которые мне хотелось бы постичь. Гарольд едва услышал это всё. Сузив глаза, он молниеносно переместился и задрал левый рукав Северуса прежде, чем тот успел ему помешать. Северус был склонен скрывать раны. Глаза Гарольда расширились и кровь отхлынула от лица. Там, на руке его друга, была Тёмная метка – чёрная и зловещая, кожа вокруг неё распухла и покраснела. Опустившись на пол, он оторвал взгляд от метки, чтобы взглянуть на лицо Северуса. Тёмные глаза изучали его лицо, будто пытаясь прочесть мысли и чувства. — Я так понимаю, ты знаешь, что это? И ты не одобряешь это, — в тоне Северуса чувствовались беспокойство и решимость. Гарольд медленно кивнул. — Это метка Тёмного Лорда... того, кто убил моих родителей, — его глаза стали ещё шире, в то время как Северус побледнел. — Нет- мне не следовало этого говорить! Северус забудь, что я сказал. — Нет, я бы предпочел это знать, — сдавленным голосом ответил Северус. — Ты уверен, что именно он это сделал? За всю историю было немало Тёмных Лордов. Гарольд всматривался в знак, о существовании которого узнал только этим летом. — Да, — он ответил, цепляясь за соломинку, осознавая, что, скорее всего, ошибается, — это уникальная метка, но она может быть и не его, — покачав головой, он отпустил рукав, прикрывая череп и змею. — Почему ты присоединился к Тёмному? Северус поднял бровь на эту кличку, но не стал возражать. — Магглы, Гарольд, посмотри на своих Тётю и Дядю, посмотри на моего Отца. Думаю, между двумя обществами нужно больше границ. Независимо от того, как он называет себя, он не является истинно тёмным. Просто он стремится защитить нас от наихудших Магглов, разделив наши миры ещё больше. Гарольд подтянул ноги к груди и положил голову на колени. — А как насчёт Магглорождённых, таких как Лилс и Букс? Должны ли они просто умереть, или исчезнуть, или же им запрещено применять магию? Северус слегка нахмурился, а затем покачал головой. — Нет, Тёмный Л- хочет, чтобы они были воспитаны в магических семьях. Я думаю, для них так будет лучше. Они не окажутся в невыгодном положении, придя в школу или работая в Волшебном мире. — То есть, выкрасть их из семьи, возможно, использовать чары памяти, если будут вести себя хорошо, а потом отдать на воспитание кому-то другому? — в голосе Гарольда слышался гнев, который он всеми силами пытался подавить. — Гарольд, — Северус сложил руки на груди и сжал губы, прежде чем продолжить свою мысль. — Если эти перемены чересчур для тебя, если ты не в состоянии справиться с тем, кто я есть... — он прервался, устремив взгляд вдаль. Гарольд уткнулся лбом в коленки и задрожал, мысленно негодуя от неправильности происходящего. «Как Северус может так поступать!? Почему он стал тёмным, злым? Как он мог стать настолько Слизеринцем?» Последняя мысль пробудила старое воспоминание. «Сортировочная Шляпа сказала, что он похож на Салазара, и это действительно напоминает его. Этот старый змей бросил остальных троих по причине разногласий из-за Магглов.» Разговор, состоявшийся между ними, заверения, данные Северусу в тот момент, прозвучали в его голове. «Как только он увидит, что на самом деле представляет собой Волдеморт, то не захочет быть частью этого. Он их покинет или придумает, как сбежать. Я знаю Северуса, он не злой.» Подняв голову, Гарольд решительно посмотрел на Северуса. — Я справлюсь с этим. Ты – это ты. Если это то, что ты хочешь сделать, значит, так тому и быть. Северус ощутил, как его внутренности обмякли от облегчения. — Я не собираюсь получать твоё мастерство, — продолжил Гарольд, намеренно меняя тему разговора. Он больше не мог слушать ложь, которую Волдеморт – да, он знал, что это именно он – скармливал его другу. — Неа, Зелья – совсем не моя страсть. А потому тебе придется помочь мне выяснить, где раздобыть немного Жаброслей. Мы с Рэдом и Букс всю ночь искали иной вариант. Медленно моргая, Северус задался вопросом, для чего они понадобились Гарольду. — Ты можешь попросить у своего Профессора Зелий. Я вполне уверен, что у него есть несколько штук в запасе. А Рэд вернулся? — Мой Профессор Зелий, помнишь? Он не одолжил бы мне и палочку для размешивания, разве что для спасения моей жизни, и то, он бы швырнул её в меня. Да, Рэд вернулся, — Гарольд улыбнулся, ощущая себя немного счастливее благодаря хоть одной хорошей новости. — Первая часть соревнования показала ему, что я не хотел участвовать во всём этом – это доказывает, что одни рыжие лучше других. Северус немного нахмурился, но затем стер это выражение с лица. — Я рад, что он возвратился. Ты можешь заказать почтой из Аптеки. Гарольд вздохнул. Плохо, что времени на это у него не осталось, следующее испытание предстоит уже утром.

ō.ō&ö.ö

— Гарольд? — Северус следил за тем, как его друг, раскачивался туда-сюда на полу, свернувшись в клубок. — Уйди, Северус, — слова прозвучали холодно. В них отсутствовали любые интонации. Северус присел на пол, разглядывая темную голову, уткнувшуюся в узловатые колени. Всё кричало о поражении, о грусти и подавленности. — Нет, — отозвался он тоном, наполненным спокойной решимостью. Гарольд не покинул его, несмотря на все их разногласия. Вот и он не собирается покидать Гарольда, даже если младший юноша прикажет ему. Северус проследил, как голова Гарольда оторвалась от колен, зелёные глаза уставились на него. — А теперь выкладывай, что случилось. С каждым окончанием года становится всё хуже, так что сейчас я предположу, что кто-то либо погиб, либо получил серьёзные травмы. Гарольд долго и пристально глядел на него, руки его дрожали от силы, с которой их сжимали на коленях. Губы были сжаты, и Северус мог прочесть борьбу на напряженном лице. Что бы ни произошло, это определенно относилось к списку «не обсуждать», но, как обычно, он понимал, что они это сделают, да так, что ему не будут ясны подробности. Он изо всех сил избегал искать упоминания об этом. Ему совершенно не хотелось лишиться Гарольда. Северус покачнулся на пятках, когда Гарольд вскочил на ноги и заметался по комнате. Он наблюдал за своим другом, ожидая взрыва. Вскоре, его терпение было вознаграждено. — Ты предположил правильно. Кто-то умер. И что ещё хуже, по приказу Тёмного Лорда, — Гарольд выплюнул слова, на мгновение уставившись на левую руку Северуса. Однако тон быстро сменился, и теперь он был наполнен самобичеванием. — Я стоял там и смотрел, как это происходит! Я должен был сделать что-нибудь, заслонить его, оттолкнуть с пути... что-то ещё, а не стоять там, как идиот, — последние слова были произнесены со всхлипами. Северус ощутил словно кто-то ударил его по животу. Тёмный Лорд, его Тёмный Лорд, если взгляд Гарольда означает то, что он подумал, убил одного из студентов. Ужас от того, что он видел, от того, чего не должен был видеть, от того, что скрывали от Пожирателей смерти низшего ранга, заставил его желудок скрутиться, и тошноту подступить к горлу. Он пытался закрывать на это глаза, но с тех пор, как Гарольд сказал, что Тёмный Лорд – его Тёмный Лорд – убил его родителей, Северус не мог. И вот теперь ещё одно доказательство того, что Волдеморт оказался не тем, кем себя провозгласил. Отбросив растущие сомнения в сторону, Северус сосредоточился на текущей ситуации. Гарольд считал, что в смерти этого человека есть его вина, и он сильно ошибался. — Нет. Убил Тёмный – или отдал кому-то приказ убить, а ты был свидетелем смерти. Когда Гарольд продолжил смотреть на него, в глазах блестели злые слёзы, а руки сжались в кулаки, Северус ожидал удара, убеждённый, что заслужил его, хотя бы по той причине, что был одурачен и допустил ошибку. Но удара не последовало. — Я полагаю, было использовано Убивающее Заклятие? — это было одно из излюбленных проклятий Тёмного за закрытыми дверьми. За теми, куда Северус не должен был заглядывать. Напряженный кивок послужил ему ответом. — Я знаю, что ты не сталкивался с этим заклинанием, по крайней мере, я на это надеюсь. Гарольд хмыкнул. — Новый Профессор Защиты первым же занятием продемонстрировал Непростительные. Этим проклятием он убил паука. Прямо на наших глазах. Северус отмахнулся от этого. — Это совсем другое, нежели видеть, как его бросают в человека. Гарольд, в этой смерти нет твоей вины. Ты никак не мог заслониться от него, никак не мог действовать достаточно быстро, чтобы сбить другого с пути и при этом остаться в живых. Это точно не твоя вина. Мрачные зеленые глаза посмотрели на него. — Именно я – причина, по которой они убили его. Именно я – причина, по которой он вообще там оказался. У нас была ничья... и поэтому я позаботился о том, чтобы мы оба выиграли приз. Если бы мне было известно, что предстоит столкнуться с Тёмным, я бы постарался, чтобы мы оба согласились на поражение. — Кто-то другой мог выигрывать, тогда он был бы там, — Северус вскочил на ноги и склонился к Гарольду так близко, как только подросток позволил ему. — Это. Не. Твоя. Вина. Вбей это в свою твёрдую Гриффиндорскую черепушку. Гарольд уставился на Северуса, с запозданием понимая, что его друга не было среди Пожирателей Смерти на кладбище в эту ночь. Был ли Северус тем верным, кто пришел, по зову, был ли он тем, кто погиб, был ли он тем, кто бежал, был ли он в Азкабане, был ли он мертв, или он был одним из тех, с кем Волдеморт не пожелал связываться? Ему не хотелось, чтобы он оказался одним из них. Северус обязан был выжить и стать тем, кто победил. Кто выжил, несмотря на Волдеморта. «Если бы пришлось выбирать, я бы хотел, чтобы он затаился. Настолько далеко на задворках, что Волдеморт даже не заметит его.» Моргнув, он наконец осознал, что сказал Северус. — Это не моя вина? Ты серьёзно считаешь, что я не виноват? Северус качнул головой, притягивая к себе успокоившегося подростка. — Ты ни в коем разе не виноват. Тёмный – мерзкий мудак. Это его вина, и не смей забыть об этом. Прижавшись щекой к худой тёплой груди, Гарольд почувствовал, как первая настоящая за несколько дней улыбка растягивает его губы. Северус только что назвал Волдеморта мерзким мудаком. Его друг был на пути к освобождению.