Dreams

Ò.Ô&Ő.Ő

Рон закрыл за ними дверь своей спальни. — Так, Гарри, почему Снейп вышел из той комнаты один? Гарри устроился на занимаемой им кровати и слегка пожал плечами. — Потому что мы с Северусом решили, что не хотим, чтобы наши отношения ассоциировались с войной, а если мы выйдем вместе, то так оно и будет. Задумчивое выражение появилось на лице Гермионы, когда она прислонилась к стене. — А разве это не будет связано с ней в любом случае? Неважно, когда вы дадите знать прессе, война всё равно останется с вами, и это всё, что они увидят. — Мы знаем... но мы хотим, чтобы они сначала покончили с военными новостями. Поэтому до тех пор никто из нас не будет упоминать другого. Не могли бы вы двое сохранить это в тайне? Гарри усмехнулся, когда они оба посмотрели на него с выражением «а ты как думаешь»‎. — Ты сказал, что объяснишь всё позже, — осторожно проговорил Рон, прекрасно понимая, что журналисты преследовали Гарри с того момента, как он вышел из Хогвартса сегодня утром, и до того, как они сели в Хогвартс-экспресс. Даже их последняя ночь в общежитии не уберегла от вопросов. — Сейчас уже достаточно поздно? — Да, — Гарри знал, что ему повезло с этими двумя друзьями, они терпеливо ждали, в отличие от остальных. — Северус назвал вас Рэдом и Букс, потому что эти имена мы использовали с первого дня, когда я познакомился с вами двумя. Для Северуса это уже более двадцати лет. То, что он назвал вас этими именами вслух, показало, что в данный момент он не был Директором или Профессором, а действовал как Северус. — А почему не наши настоящие имена? — Гермиона изучала лицо Гарри, пытаясь понять, как она относится к тому, что её называют Букс. — Когда мы поняли, что находимся в разных временах, мы больше не могли использовать имена. Мы знали, что это может привести к нарушению временной линии, если одно из этих имён даст понять, в каком году живёт другой, и никто из нас не хотел рисковать, — Гарри пожал плечами. — Так или иначе, Рон, ты стал Рэдом в тот момент, когда я узнал, что не могу использовать твое имя. Гермиона, ты стала Букс пару ночей спустя. — Букс? Неужели ты не мог придумать что-нибудь получше? — Гермиона ждала, что скажет Гарри в свое оправдание. Было так много других вещей, которыми её можно было бы назвать. Рон фыркнул. — Я Рэд, Гермиона! Вся моя семья может так называться. В этом нет ничего выдающегося, по крайней мере, Букс что-то говорит о тебе. — Мне было одиннадцать! — Гарри сложил руки и слегка сверкнул на них глазами. — Рон, твоя семья была известна как семья Рэда – братья, сестра, Мама или Папа. Гермиона, а ты получила это имя ещё до того, как мы подружились, и оно прижилось. Рон рассмеялся. — Значит, я – истинный Рэд, а все остальные известны благодаря своему родству со мной? Гарри быстро кивнул и решил, что пора сменить тему разговора. — Ну, как продвигаются ваши поиски дома? Рон и Гермиона посмотрели друг на друга и усмехнулись. — Мы нашли один, — Гермиона взяла с тумбочки Рона пергаменты и протянула его Гарри. — Это небольшое помещение, и его нужно немного доработать, но... Она замолчала, когда Гарри вскочил и обнял их обоих. — Это прекрасно! Достаточно места вокруг, чтобы расширяться при необходимости, достаточно маленький, чтобы быть уютным, и уединённый, — отпустив их, Гарри оглядел маленький коттедж. — Когда вы собираетесь купить его? — Завтра утром, — Рон наклонился поближе к изображению и постучал пальцем по мелкому шрифту внизу. — Папа собирается поехать с нами. Близнецы предложили помочь покрыть часть расходов, если я буду работать в их магазине, чтобы расплатиться. Родители Гермионы тоже помогут. Гарри положил руку на руку Рона. — Я тоже помогу. Только дай мне знать, сколько, и я дам тебе. Ты сможешь расплатиться со мной позже. Карие, зелёные и голубые глаза встретились над пергаментом. — Договорились, — Гермиона и Рон произнесли одновременно. Гарри притянул их в объятия и прошептал. — Как тебе удалось уговорить Мать семейства Уизли согласиться на то, чтобы вы жили вместе до свадьбы? Улыбка Рона показала, насколько сильно он был связан со своими братьями. — Я пригрозил сбежать.

Ò.Ô&Ő.Ő

— Кто этот партнёр, Гарри? — Сириус хмуро смотрел на своего крестника, ожидая его ответа, надеясь, что на этот раз он получит ответ. Он задавал этот вопрос на протяжении последних трёх недель. Сидя посреди многочисленных сундуков и коробок, Гарри вздохнул. Поскольку Питер Петтигрю был одним из тех, кого схватили после битвы в Хогвартсе, с Сириуса сняли подозрения, и на следующей неделе его крёстный переезжал из дома номер двенадцать на площади Гриммо. Он нашёл другой дом, поближе к Косой Аллее, и Кричер уже начал переносить вещи. Гарри понимал, почему Сириус покидает дом на Гриммо. Сириус сказал, что это только до тех пор, пока они не избавятся от портрета и других ненужных артефактов. Поскольку некоторые вещи нельзя было упаковать с помощью магии, Гарри согласился помочь с ними, но уже начал жалеть о своём решении. Не то чтобы он был против помочь со сбором вещей, он знал, что Сириус нуждается в помощи, но подобные расспросы начинали действовать ему на нервы. — Я не хочу это обсуждать. Мы с моим партнёром договорились хранить наши отношения в тайне до тех пор, пока пресса не прекратит преследовать меня в надежде получить интервью, связанные с войной, — Гарри уставился на свои руки, зная, для чего он, с одобрения Северуса, рассказал о том, что у него есть партнёр – Ведьмин Еженедельник опубликовал статью, в которой прорекламировал его на весь Волшебный мир, и письма с предложениями потекли к нему, точнее, хлынули потоком. Это была ещё одна причина, по которой он находился здесь – защита на доме семьи Блэк не пропускала нежелательные письма. — Это же я, Гарри. Уверен, я заслуживаю знать, — Сириус ворвался в комнату и уставился на мальчика, надеясь, что его слова не выглядят как нытьё. Ему не нравилось, когда его оставляли в стороне. — А Ремус знает? Раздражение сгустилось внутри Гарри. Бестолковые Гриффиндорцы пришли бы в бешенство, если бы узнали, что он состоит в отношениях с Северусом. Злость на то, как они обращались с Северусом, кипела в нём, и эти знания сказались на его отношениях с Сириусом и Ремусом в течение последних двух лет. Подняв голову, Гарри окинул Сириуса холодным, непреклонным взглядом. — Нет, он тоже не знает. Я расскажу всем, когда буду готов, и ни секундой раньше. Так что перестань давить. Взгляд Сириуса сделался более пристальным. Он заколебался, выглядя так, словно боролся между отступлением и дальнейшим натиском. — Наверняка Гермиона и Рон знают, не так ли? — прорычал он наконец, и его отчаяние и разочарование взяли верх. Гарри вздохнул. — Это не имеет значения. Я не скажу тебе прямо сейчас. Сириус, пожалуйста... прекрати это, хорошо? Они смотрели друг на друга, не желая сдаваться. В конце концов, Сириус потряс плечами и достал из кармана пальто официальный свиток. — Это прибыло для тебя. Гарри принял свиток, и его глаза расширились, когда он заметил печать. — Мои оценки, — крепко сжимая свиток, Гарри пожалел, что не может прямо сейчас аппарировать к Северусу, чтобы они могли открыть его вместе. Или к Рону и Гермионе. Сделав глубокий вдох, он ослабил хватку и сломал печать. Сириус заглянул ему через плечо, пока Гарри изучал результаты. Трансфигурация: П Астрономия: В Уход за магическими существами: П Чары: П Защита от Тёмных Искусств: П Гербология: П Зелья: П Древние Руны: В Арифмантика: В — Ты сдавал девять предметов? — Сириус был шокирован. Гарри пожал плечами. — Я попросил Директора освободить меня от Истории и Маггловедения, иначе я бы взял одиннадцать. Наверное, я мог бы их сдать, но я не хотел слишком напрягаться. Свернув свиток, Гарри спрятал его в карман и встал. — Думаю, время для перерыва. Сириус рассмеялся, и их спор был частично забыт. — Конечно, Гарри. Ты очень хорошо справился. Пойдем, отметим эти баллы. Не хочешь мороженого от Фортескью? — Косая Аллея? Ты что, шутишь? — возмущенно ответил Гарри. — Эти репортёры не дают мне ни минуты передышки, что бы я им ни говорил. Нет, но все равно спасибо. — Гарри быстро направился на кухню, надеясь, что Кричер уже приготовил обед. — Как насчёт какого-нибудь места в маггловском Лондоне? — Сириус двинулся за ним. — В обед.

Ò.Ô& ö.ö

— Северус! — Гарольд метался по кабинету. — Я здесь, Гарольд. Не надо кричать. Что уже натворил этот глупый гриффиндорский пёс? — Он изводит меня и не отступает, сколько бы раз я ни отказывался рассказать кто мой партнер. Он лишь на мгновение забудет об этом, а потом начинает снова, — Гарольд прислонился к столу Северуса. — Но я здесь не для этого. — Никаких претензий к Прессе, никаких восторгов по поводу дома Букс и Рэда... что заставило тебя прервать совещание преподавателей? — Северус был рад, что у него была практика разделения своего внимания. Просто неподвижно стоять было слишком тяжело. Гарольд подпрыгнул на месте, ухмыляясь как безумец. — Я получил результаты по ЖАБА! Превосходно по всем предметам, кроме Рун, Арифмантики и Астрономии! По ним Выше Ожидаемого! Борясь с желанием ухмыльнуться так же широко, как это делал Гарольд, а также с намерением помчаться праздновать вместе с ним, Северус устремил свой взгляд на стол. — Очень хорошо, Гарольд! Как я уже говорил, беспокоиться было не о чем. Смех Гарольда наполнил его, когда молодой человек исчез из его сознания.

ō.ō&ö.ö

— Из всех возможных тупостей! — Гарольд опустился в кресло, его взгляд метался по гостиной дома в Паучьем тупике. В конце концов, его взгляд остановился на Северусе, который сидел в кресле рядом с ним. — Журналисты – тупицы, — Северус слегка вздохнул. — Мне тоже трудно поверить, что они провели последние четыре недели, бегая за тобой по пятам и делая всё, что в их силах, чтобы огорчить тебя. Меня они преследовали всего две недели. — Тебе нужно было возвращаться в Хогвартс. У меня нет такого оправдания. Они постоянно спрашивают меня о моих планах на будущее, а потом игнорируют, когда я рассказываю им о них, — Гарольд зарычал от разочарования. — Честно говоря, я рад, что принял предложение гоблинов стать у них разрушителем проклятий. Единственное, о чём я жалею, это трёхлетний договор о выезде из страны, который мне придётся подписать. Северус плотно сжал губы, сдерживая свой протест. Он знал, что ожидание того стоит. — Кроме того, меня раздражает то, что Минерва и другие преподаватели, а также Альбус так заняли меня, что я не могу от них отвязаться. Они чувствуют себя виноватыми за то, как обращались со мной, и пытаются загладить свою вину. Я снова и снова говорю им, что лучше бы они оставили меня в покое. Устало проведя рукой по лицу, Северус наклонился вперед, упираясь локтями в колени. — Было решено, что я вернусь к преподаванию Зелий, а Альбус снова станет Директором. Минерва будет исполнять обязанности Директрисы, а я буду её Заместителем, когда он будет отлучаться в Министерство. Я не знаю, сколько времени потребуется, чтобы закончить наводить порядок в Министерстве. — Возможно, даже три года. Так они будут чувствовать себя более счастливыми, а тебе будет чем заняться, пока я в отъезде, — Гарольд откинулся на спинку кресла и угрюмо уставился в камин. Он знал, что дуется, но ему было всё равно. — Я просто снова хочу увидеть тебя наяву. Пристально глядя на него, Северус глубоко вздохнул и осторожно произнес. — Я возьму отпуск, целую неделю, начиная с твоего дня рождения. Я буду здесь, в Паучьем тупике. Может быть, ты сможешь ускользнуть и присоединиться ко мне? Гарри тут же повернулся к нему, на его лице расплылась широкая улыбка. — Я обязательно приду.

Ò.Ô&Ő.Ő

Гарри прошмыгнул в дверь Рона и Гермионы ровно в тот момент, когда Гермиона заклинанием захлопывала её, в результате чего последним снимком фотографа стала закрываюшаяся дверь. — Этому надо положить конец! — вздохнул Гарри, когда Рон закончил накладывать заклинание на окна и закрывать шторы. Подняв свою собственную палочку, он наложил заклинания конфиденциальности на все двери и окна, чтобы то, что он собирался сказать, не было опубликовано завтра, или даже уже этим вечером. — Я знаю, приятель, — Рон бросил взгляд на дверь. — Для нас тоже почти нереально что-либо делать. Но у тебя всё ещё хуже. Жду не дождусь, когда у Билла появится минутка, чтобы возвести те защитные заклинания, про которые мы говорили. — К сожалению, с папарацци ничего нельзя поделать, Гарри. Даже в Маггловском мире. — Гермиона со вздохом проводила их в столовую, где был накрыт завтрак. — Как они тебя нашли? Ты же наверняка аппарировал недалеко. Гарри покачал головой. — Не знаю. Я появился не далее чем в трёх метрах от двери, а они уже стояли передо мной, требуя сделать снимки, спрашивая, что мы собираемся делать, и... — он окинул двух своих лучших друзей испуганным взглядом, — ... не состоим ли мы между собой в романтических отношениях. С чего это вдруг? Рон и Гермиона так и застыли над своими креслами, широко раскрыв глаза. Рон первым завершил процесс усаживания и уже наполнил свою тарелку, в то время как Гермиона и Гарри устроились в своих креслах. — Это что-то новенькое. Неужели они не прислушались ни к одному твоему слову о Снейпе? Гермиона бросила на Гарри пронизывающий взгляд. — Они могли бы прислушаться, если бы ты просто использовал его имя, а не называл его своим партнёром. Гарри покачал головой. — Мы договорились не выносить наши отношения в прессу, пока эти преследования не прекратятся. Поэтому я называю его своим партнёром, поскольку не собираюсь отрицать его существование. Северус согласился с этим. Мы оба опасаемся, как поведёт себя пресса, если они узнают об этом прямо сейчас. — Ты всё ещё собираешься вырваться и Аппарировать, чтобы встретиться с ним сегодня? Сделать этот день рождения по-настоящему счастливым? — Рон намазал свой тост джемом. Когда Гарри утвердительно кивнул, он усмехнулся. — Итак, Гермиона, насколько весело мы можем провести время с этим новым уклоном в наших отношениях? — Мы не собираемся намеренно распространять такую идею. Гарри и Снейп в один прекрасный день собираются предать гласности свои отношения, и это им не нужно. Гарри рассмеялся. — О, не знаю, они могут решить, что Северус и я вместе – это вариант получше. Более здравый. Карие глаза сузились, прежде чем по лицу Гермионы скользнула ухмылка. — Было бы забавно не содействовать и не препятствовать этой идее. Пусть они раздувают из мухи слона, а мы будем сидеть и наблюдать. Если только Снейп согласится. — Я дам тебе знать к вечеру, — С этими словами Гарри принялся за яичницу с беконом.

Ò.Ô&Ő.Ő

Гарри огляделся по сторонам, когда шёл к дому с террасой со стороны парка. Его поразило, что он точно знал, куда идти, он знал дорогу, хотя и отвлекся. Все те сны, в которых мы ходили в парк, в них мы шли пешком. Полагаю, мы ходили настоящим путём. Когда он поднялся на порог дома Северуса, то почувствовал, что соседи смотрят на него сквозь занавески. Он был одет подобающим образом, он знал, что лучше не появляться в маггловском квартале в неуместном виде – Тётя Петунья и Дядя Вернон позаботились об этом. Видимо, у Северуса не так уж часто бывают гости. Постучав в дверь, Гарри задумался, выглядит ли дом внутри так же, как во снах. Гарри улыбнулся, когда Северус открыл дверь, одетый в чёрные брюки и застегнутую на все пуговицы рубашку. — Я сбежал. Ухмыляясь и не заботясь о том, что кто-то может это увидеть, Северус отступил назад, пропуская Гарольда в свой дом. — Вижу. С днем рождения, Гарольд. Гарри рассмеялся, войдя в дом, и машинально направился к скрытой лестнице, остановившись лишь для того, чтобы оглядеть прихожую. — Спасибо, это лучший из всех возможных подарков на день рождения. Свободно идти по дороге, и никто меня не преследует. Сегодня утром они увязались за мной до самой двери Гермионы и Рона. Он остановился и серьёзно посмотрел на Северуса. — По их мнению, Рон, Гермиона и я состоим в неких романтических отношениях. Если ты не возражаешь, мы решили не разубеждать прессу в этой версии, но и не поощрять её. Глаза Северуса расширились, а изо рта вырвался смешок. — Они думают, что Трио Страданий... ну, не пара, а тройничок? Надо будет полистать газеты, чтобы ознакомиться с их мнением. Пожалуй, мы позволим им погрязнуть в этой лжи на некоторое время. Им будет о чём написать, когда мы объявим о нас. Будут сотни статей о том, как я расколол Трио, или они могут предположить, что все четверо были вместе, но разделились на пары. Гарри упал в кресло, заливаясь смехом. — Вот это последнее... им будет очень весело, — Он поднял глаза на Северуса, на его лице все еще играла ухмылка. — Спасибо, мне нужно было посмеяться над этим. Осталось только отправить Рону и Гермионе сообщение о том, что ты согласен. — Позволь мне, — Северус достал свою палочку и произнес заклинание патронуса. Лань закружилась по комнате, а затем исчезла в стене, чтобы передать своё послание. — Итак, на сколько ты останешься? Улыбка Гарри сразу исчезла, он выпрямился, взгляд зелёных глаз стал серьёзным. — Если разрешишь, я планировал остаться на всю неделю. Затем я отправлюсь в Африку, где начну обучение в Гринготтсе, — он наклонился вперед в своём кресле. — А это значит, что с журналистами покончено. Ну, за исключением того, чтобы войти в Гринготтс для отбытия. Пальцы Северуса крепко сжали палочку. — Ты предпочитаешь спать в своей собственной комнате? Если да, то можешь занять мою старую. Гарри поднял брови. — Если можно, я бы хотел спать в твоей комнате, как мы делаем в наших снах. Если ты не хочешь этого, я займу другую комнату. Северус выдохнул с облегчением. — Тогда твой сундук можно поместить в мою комнату. Он придвинулся ближе к Гарольду. Прежде чем они продолжат, следовало уладить одну вещь. — Каким именем ты хочешь, чтобы я тебя называл? Гарольд или Гарри? Теперь мы оба знаем, что Гарри было и остается твоим настоящим именем. Если ты выберешь его, я буду делать всё, что в моих силах. Возможно, время от времени я буду сбиваться, но я буду стараться. Гарри покачал головой. — Оба варианта подойдут, но мне странно слышать, как ты называешь меня Гарри. Думаю, пока ты не плюёшься в меня Поттером, будет вполне достаточно. — Тогда Гарольд. Глубоко вздохнув, Северус опустил взгляд на Гарольда, нахмурился, а затем потянул юношу на ноги. — Лучше. Сделав ещё один вдох, он потянулся в карман, откуда выудил кольцо и протянул его Гарольду. — Мы знаем друг друга почти всю жизнь. Мы искренне согласились и вступили в отношения год назад. И сейчас я прошу тебя, готов ли ты носить моё кольцо в знак того, что ты обещаешь быть моим партнёром и другом до конца наших дней? Гарольд уставился на золотое кольцо, но потом его взгляд встретился с глазами Северуса. — У меня нет для тебя кольца. — Гарольд, это да или нет? Я был бы очень признателен за ответ на мой вопрос. — Конечно, да, но я не могу надеть это кольцо, пока у меня нет кольца для тебя. Северус выдохнул и снова начал дышать, облегчение захлестнуло его. Гарольд согласился! Вопрос с кольцом был легко решаем. — Если хочешь, мы можем пойти за ним сегодня. Как только эти слова слетели с его губ, он, наконец, исполнил свое желание и притянул Гарольда к себе, намереваясь крепко поцеловать его. Из его горла вырвался рык, когда Гарольд оттолкнулся и усмехнулся. — Пойдем. У меня всё ещё есть счёт, который мы для меня открыли, так что мы можем пойти в маггловские магазины и не привлекать внимание прессы в Волшебном мире. Потом мы отпразднуем это событие поцелуем и, как знать... может быть, действительно начнём эти отношения? Надежда, горевшая в этих зелёных глазах, заставила сердце Северуса забиться. Он прикоснулся губами к губам Гарольда и, отпустив его, положил золотое кольцо обратно в карман. — У тебя достаточно средств? Если нет, я добавлю, — Северус направился к двери, пока говорил. Кольцо следовало купить прямо сейчас. — Достаточно. Я перечислил туда ещё, когда расплачивался с тобой. Гоблины были достаточно любезны, чтобы перевести деньги на оба счёта, — Гарольд пошёл за Северусом к двери.