99% мягкости и один львиный взгляд

      «…стать одной из них…» − боль, которую он сам себе прописал, отдаётся сильным уколом в сердце. Было глупо верить, что собственные поступки не аукнутся парню в самый отчаянный момент. Момент, которого он ждал так долго и действия, которыми собственноручно вырыл себе яму.       И если ему больно, то как же должно быть больно Ариес, что даже вспышка желания не смогла перекрыть её внутренние переживания. Чёрт, а ведь Локи даже не задумался о ней, о том, что ей может быть неприятно, а просто поддался навязчивому порыву. Его эгоистическое влечение к девушке взяло верх, а ведь нужно было сдержаться. Просто сдержаться, перетерпеть. И тогда бы всё было по-другому. Ему стоило не идти на поводу у Аквариус, а послушать внутренний голос насчет сомнительности её идеи. Теперь же даже их дружеская связь, которая парню всегда была необходима, как воздух, разрушилась в момент, оставляя его мучиться с вакуумом в душе.       Что же… Что же шатену теперь делать?       Догнать девушку и настойчиво доказать ей, в какой степени она ему не безразлична? Но в таком порыве он может ещё сильнее напугать хрупкую натуру, вызывая только больше неприятных ощущений им обоим.       Ариес… Самое страшное для парня было причинить боль ей, но насколько же глуп он был, делясь с ней подробностями своих свиданий. И оправдаться тем, что ничего из ряда вон выходящего на них происходило, не получится. Все из его окружения прекрасно знали о несерьёзности намерений златогривого, и бесконечная череда свиданий была лишь неким должностным порывом, который шатен сам себе выдумал. В попытках помочь прекрасному полу почувствовать себя желаннее, он закрыл глаза на собственные чувства и, тем самым, принял истинное влечение к одной единственной, находящейся всегда рядом девушке за приятную дружбу. Так ещё и со временем накопил в себе страх лишиться этой драгоценной связи. Собственноручно воздвиг себе репутацию отпетого ловеласа, а теперь пожинает плоды, с горестью сжимая кулаки до побеления костяшек.       Его чертово чувство долга, подаренное звездами вместе с силой предводителя, портило парню настоящее восприятие мира. Однако стоило наконец осознать свою нелепость и настоящие чувства, как судьба подкинула новое испытание в отместку за необдуманность. Но и сказать о том, что он не заслужил такого, нельзя. Как бы ни было убийственно, мужчина понесёт это наказание, как и тогда, в попытке защитить самую дорогую соратницу и подставить под угрозу волшебные способности своего прошлого заклинателя, которые привели к смертельному исходу. Три года на Земле, вдали от звездного мира, близких и неё, как бы Локи не пытался отвлечься на людские возможности, были очень мучительны, но он пережил их и, благодаря Люси Хартфелии, своей нынешней держательнице, вернулся домой.       А теперь должен не просто пережить это происшествие, а всеми силами попытаться исправить ситуацию, принося свои извинения и надеясь вернуть доверие девушки. Да, он сделает всё, что угодно, чтобы вернуть её доверие и хоть каплю того тепла, которое было во время их дружеского общения. Ведь без общества нежной мягкой розоволосой овечки шатен просто сломается, не имея возможности восстановиться.       Даже заперевшись у себя дома и свернувшись калачиком на удобной постели, сердце Ариес не могло перестать бешено стучать. Она изо всех сил пыталась привести в норму своё состояние, однако всё равно каждой клеточкой тела чувствовала гулкое сердцебиение, которое ни в какую не хотело становиться тише. Сейчас её мозг разрывался на две части: та, которая не может поверить в происходящее и та, которая отчаянно желает вернуть эти умопомрачительные ощущения. Но только та напуганная и обескураженная часть все же выигрывала, хоть и с небольшим отрывом.       Овечка настолько привыкла к тому, что она для Локи словно младшая сестричка, что теперь разуму было сложно воспринять факт взаимных чувств парня. В мыслях тут же появилось предположение, что он просто решил поиграться с ней так же, как и с остальными девушками, и оно запульсировало в сознании едкой вспышкой, заслоняя отчаянное желание быть ближе к шатену, переступить через тонкую грань дружбы и стать для мужчины кем-то большим.       Отрицать того факта, что Ариес очень давно переросла желание быть для Локи просто другом, стало слишком сложно. Но, с другой стороны, едва ли кто спрашивал об истинных чувствах кудрявой обладательницы рожек. Поэтому всё, что у неё оставалось – это тихонько вздыхать по златогривому предводителю в моменты, когда она отчетливо вспоминала о своих внутренних ощущениях в различного рода ситуациях с неплохой возможностью рассмотреть мужские достоинства. Именно по этой причине девушке не удавалось хорошенько сосредоточиться на совместных тренировках, ведь когда перед тобой полуголый тяжело дышащий мужчина с блестящим от пота невероятно рельефным телом и прилипающими ко лбу волосами, то становится трудно думать о чем-то, кроме него. Много раз парень пытался тренировать девушку приемам из личной практики, но ничего путного из этого не вышло. Девушка то и дело отвлекалась, а при близком контакте вовсе терялась и жутко краснела, а затем приносила много-много извинений и отнекивалась от повторных предложений рыжеволосого. Ну ничего она не может с собой поделать, Локи тот мужчина, с которым ей больше всего хотелось отрабатывать приёмы, но в то же время нарастающая волна жгучих ощущений, скапливающихся внизу, не давала девушке этого делать.       Переворачиваясь на спину, кудряшка почувствовала, как плохие мысли одна за другой начали сменяться внутренним диалогом с самой собой. Чего же она боялась? Что её чувства, подавить которые не удалось даже по прошествии многих лет, разобьются на мелкие осколки от одного взгляда, означающего отсутствие взаимности? Или того, что она станет выглядеть в глазах лучшего друга в конец глупой и наивной дурочкой, которая теперь ещё и состоит в рядах тех девушек, что никогда не перетупят границу между вежливостью и настоящей заинтересованностью?       Действительно глупо. Она сказала, что не такая, как те молодые особы, но сама беспамяти влюбилась в мужчину, с которым у неё нет шансов на дальнейшие отношения. Вот и чем не дурёха? Боязливая, неуклюжая, не умеющая толком постоять за себя, но при этом упрямая овечка. Чудом защитить свою хозяйку с помощью волшебного шерстяного дара – максимум её прорывных способностей, а об отстаивании своих чувств и очаровании мужчины даже заикаться не стоит. Да и навряд ли шатен бы принял её потуги затмить его возможность постоянно крутиться в женском обществе, и лишь по-дружески бы похлопал Ариес по розоволосой головке, улыбаясь переменчивости девушки.       Однако было и кое-что, нескладывающееся в картинку понимания. Он поцеловал её, проявил инициативу. Почему? Да, вариант с неким мимолётным «спортивным» интересом, всё ещё маячил на горизонте мыслей. Но если… Если причина была не в этом? Могла ли быть возможность на иной порыв, и что же лежало в корне?       Ответы на эти вопросы, как бы неловко было признавать, были только у Локи.       И стоило девушке вспомнить парня, как на ум пришло воспоминание о его горячих губах, мягких и чувственных, даже не смотря на суховатую поверхность. Как они захватили в плен её собственные, и как от их совместных действий по телу то и дело пробегались миллионы мурашек, особенно ярко отражаясь между ног. Она бы хотела, чтобы эти губы целовали девушку до потери пульса, хотела бы в коротких перерывах вглядываться в его потемневшие, глаза. Возможно, она бы хотела почувствовать эти губы не только на своих устах, а в принципе по всему телу, но даже думать о таком было высшей степенью неловкости.       Вот и сейчас, разгорячившись от собственных мыслей, Ариес спрятала покрасневшее лицо в ладонях, в то время как бёдра девушки стиснулись сами собой, и удержаться от того, чтобы не создать нужное трение между ног, стало просто непосильной задачей.       «Какая же я всё таки…» ***       − Знаешь, Локи, я всё больше убеждаюсь, что без моего контроля вы ни черта сделать не можете.       − Я говорил, что ничего хорошего из этого не выйдет. И всё равно ведь послушался…       − Глупый лев. Тоже мне, царь зверей. Рыжий котенок, да и только. – Водолей раздраженно помешивала ложечкой свой давно остывший чай с молоком. Желание пить его пропало на том моменте, когда она услышала обреченную мужскую интонацию, а по ходу рассказа ситуации ещё и положила в кружку около шести ложек сахара, внимательно слушая и округляя глаза. Поэтому сейчас единственная роль, которая осталась у несчастного напитка – это содействовать раздраженной девушке, которая была на грани, чтобы металлическим прибором не разбить фарфоровые стенки от переполняющих эмоций.       В ответ на её слова Локи устало закатил глаза, откидываясь на спинку стула. Слушать нравоучения от русалки с небесными волосами совсем не входило в его планы, однако выбора у парня, увы, не было. Она бы всё равно достала шатена своими настойчивыми расспросами о том, как всё прошло. Поэтому вариант рассказать всё самому был, хоть и не самым желанным, но разумным.       Одну земную неделю назад они своей звёздной общиной проводили время за импровизированным пикником. Делились впечатлениями от заданий, обсуждали свои забавные ситуации и, в общем-то, веселились. Локи тогда открывался прекрасный вид на то, как звёздный ветер треплет мягкие локоны Ариес, в то время как сама обладательница лучезарно и слегка неловко улыбалась Вирго, которая со своим привычным спокойствием что-то рассказывала девушке. И парень совсем позабыл том, что его затяжное любование могли заметить, поэтому Аквариус, чуть пихнув того в бок, весьма ясно намекнула шатену о его маленькой оплошности поднятой бровью, а затем, коварно ухмыльнувшись, предложила тому возможность раскрыть свои точно не дружеские чувства.       Отказать женщине Локи не имел возможности, ведь нахлебаться воды в бушующем потоке совсем не входило в его список желаний. Оставалось лишь набраться побольше терпения и послушно внимать сначала тираде о том, какой парень злосчастный ловелас, и что если он хоть выдохнет в сторону овна со своим обыденным намерением, то ему явно не поздоровится, а потом слушать «грандиозный» женский план по сведению двух духов. Предлога, под которым овечка должна была прийти в место назначения, царь зверей не знал заранее, Аквариус лишь сказала, что что-нибудь придумает, ему же оставалось приспокойненько ждать в своём жилище. И то, что в этот день его вызвала Люси, как будто служило сигналом к плохому итогу.       Ну, не в конец плохому, ведь кое-что приятное Лео всё же не мог стереть из памяти, и это приятное то и дело всплывало в мыслях шатена. Её сладкие губы, чувствовать которые было самым настоящим блаженством, и ничего подобного парень ни с кем не испытывал. А то, как девичьи пальчики накрыли его плечи, заставило мышцы напрячься, но не от дискомфорта, а от пылающего пламени внутри, что потянулось к ней навстречу. Он бы хотел почувствовать её ладони на своей коже без преграды в виде материи. Хотел бы слушать рваное дыхание, вызванное новой вспышкой ощущений, и наблюдать за тем, как стремительно вспыхивает алебастровая кожа под его губами. Хотел бы срывать с её уст громкие стоны.       Чёрт, да он просто хотел её, всю. А ведь всё началось с простого желания быть ближе. Просто общаться и вместе проводить время, без задних мыслей. Оберегать и защищать от любых невзгод. Увидеть понимание в светящихся добротой глазах. Чувствовать себя уютнее с ней даже больше, чем в собственном доме.       − И что, каковы твои следующие действия?       − Мои действия? – карие глаза уставились на подругу в полном недоумении.       − Конечно твои, или хочешь, чтобы я взяла вас обоих за ручку и насильно приволокла в место уединения? Включи уже свой мозг, в конце-то концов.       − Твоя манера общения не делает тебя умнее, Аквариус. Считаешь, что если я не до сих пор не выломал дверь в доме Ариес и не рассказал ей о своих чувствах, пригвоздив к стене, то я не думаю об этом? Не думаю о ней, о её отстранённом виде, когда она уносила ноги, а я ничего не мог сделать? Я прекрасно осознаю, что виноват, но и заставить её поговорить не могу, − одна из ладоней под столом сжалась в кулак, пока на лице отображалась смесь гнева и отчаяния.       Взгляд Аквариус стал одновременно пронзительным и нечитаемым, а предугадать, что твориться у этой женщины в голове было просто нереально, и Локи счел это отличной возможностью ретироваться, пока он не выплеснул ещё больше негатива в её сторону.       − Я удовлетворил твою жажду подробностей, поэтому сейчас могу со спокойной душой прогуляться в одиночестве, − поднимаясь со своего места, Лео мимолётно взглянул на русалку, а затем как можно быстрее развернулся и раздраженно отправился восвояси.       − Не думала чуть смягчить свои методы общения, рыбка? – откуда-то сзади послышался низкий тембр с хрипотцей. Единственный, кто мог повлиять, смутить или противостоять Аквариус – Скорпио. Мужчина сочувственно смотрел в след уходящей рыжеволосой фигуре, расслабленно опираясь лицом на свою руку. До этого момента он лишь лениво наблюдал за ситуацией издалека, однако теперь захотел вмешаться.       − Так я действую на него гораздо сильнее, тем более Локи уже поддался на мою манипуляцию. Просто сил не хватает наблюдать, как эти два тугодума сохнут друг по другу в углах своих домов, забивая голову какими-то выдуманными препятствиями.       − Думаешь, таким образом, они сойдутся? – загорелые ладони легли на женские плечи, а его фраза опалила ухо русалки.       − Они созданы друг для друга, но я согласна с Лео. Им нужно время, чтобы упрямая овечка приняла всё как есть. Вот увидишь, эти двое ещё поблагодарят меня.       Обладатель созвездия скорпиона усмехнулся, целуя свою вторую половинку в висок.       − Что бы мы делали без твоей уверенности, милая?       В ответ Аквариус широко улыбнулась, оборачиваясь к своему возлюбленному.

***

      Овен нервничала. Она уже раз сто придирчиво осмотрела себя в зеркале и жутко, очень жутко нервничала. Платье, которое девушка сегодня выбрала, хоть и было в её излюбленном белом цвете, однако отличалось большей детальностью от повседневного шерстяного наряда и выглядело смелее. Рельеф мелких дырочек по всему материалу, особо выделявшихся на рукавах-фонариках и предусмотрительно поднятых наверх, а также оборке, был той самой фишкой, которая приглянулась овечке по настроению больше всего. Стоит упомянуть и шнуровку, стягивающая ткань от самой верхушки груди и до начала бедра для большего удобства облегания, потому что, глядя на неё, Ариес невольно вспоминала деву и её любовь к этой части наряда, в основном в чёрном цвете. Очень смелые и непристойные ассоциации. Это тоже самую малость вводило в краску.       Однако то, что было под платьем, заставляло девушку сомневаться в собственных решениях ещё больше. Раздельный комплект белья, который ей подарила Вирго (скорее быстро впихнула коробку в руки и унеслась восвояси) с пометкой «Для особого случая, он идеально подходит твоему стилю», хоть и прекрасно подчеркивал все окружности, повышая её привлекательность, заставлял жутко смущаться. Ведь сколько бы обладательница рожек не причитала об абсолютной ненадобности оного, в итоге достала эту злосчастную коробочку из самого отдалённого места в шкафу и таки надела на своё тело. Что насчёт стиля, то, пожалуй, она имела ввиду белый цвет, пропитавший её гардероб, словно губку. И лиф, и трусики были выполнены в нём.       В последний раз взглянув на себя в отражении, Ариес набрала полные лёгкие воздуха. Как же она докатилась до того момента, что просто выйти из дома к друзьям стало настоящим подвигом? Пожалуй, дело было не в основной массе, а в конкретном друге. Она не видела Лео пару дней, закрывшись в своём доме не только от него, но и в принципе от всего мира. Люси, словно чувствуя психологическую перемену своего духа, не вызывала её за это время, поэтому, пускай девушка и была звёздным созданием, Ариес погрузилась в бытовые дела, совсем не отличающиеся от людских. К тому же появилось больше времени на любимое вязание и рисование эскизов придуманных образов. Всё это расслабляло и помогало хоть ненадолго забыть о произошедшем с Локи, но мысли то и дело возвращались к нему и тому, какая девушка трусиха, раз не может даже ответить на его просьбу о том, чтобы они поговорили, предпочитая тихо слушать отчаянно-виноватый тон мужчины за углом перед коридором через входную дверь.       Конечно, они обязаны поговорить, но понимание этого не добавляло Ариес храбрости. Она перебрала в своей голове столько вариантов исхода, что теперь просто терялась в своих мыслях, так сильно страшась его слов. Однако мысль о том, что к чему бы они ни пришли, выразить это открыто друг другу в словесной форме будет хотя бы честно по отношению к ним обоим, стала ясной и перебивала все остальные к концу второго дня. Она нуждалась в ответах, он, скорее всего, тоже.       Ну, ещё ей нужно было поблагодарить деву, которая без вопросов помогла овечке с необходимыми продуктами и рассказывала о произошедшем за это время в обоих мирах. А затем предложила девушке наконец вылезти из кокона, пока не поздно, и повидаться на общих посиделках со всеми друзьями, которые успели соскучиться по её застенчивому виду. Вирго не стала упоминать, что Локи самолично попросил её об этом предложении и о его угрюмом состоянии, вызванном всем известно по какой причине. Да и о том, что он отклонил пару вызовов Хартфелии, рассказывать не стала. Мало ли как пушистая могла отреагировать, поток новых отрицательных мыслей никому не нужен.       В конечном итоге, Ариес смогла более менее себя настроить, что всё это к лучшему, и что это нужно в первую очередь ей самой, чтобы перестать мучить себя загадками по поводу его чувств. Сегодня она даже если не поговорит с Локи, то хотя бы выдержит его взгляд, каким бы тот ни был.       И почему-то она решила, что в этот раз должна проявить чуточку смелости, меняя облик и не имея при этом никаких надежд. Просто времяпрепровождение в близком кругу, и ей просто захотелось выглядеть слегка иначе, чем обычно (даже под слоем платья). Никто к этому не причастен.       Последний штрих, который овечка добавила прямо перед выходом, особо подчеркнул гладкую кожу шеи, и придавал девушке закрепляющую изюминку нежности. В итоге ей нравилось то, что она увидела при мимолётном взгляде на зеркало.       Он никогда не мог подумать, что ждать кого-то может быть настолько волнительно. Но Ариес похоже решила перевернуть все его привычные представления об исходах ссор. Пускай произошедшее сложно было назвать ссорой или подобной ситуацией, но это понятие подходило под ситуацию больше всего. Обычно, когда он сообщал своим мимолётным «интересам» об исчезновении из их жизни, девушки закатывали бурную истерику, сопровождая её избиением, бывало даже с помощью подручных атрибутов, и припоминая парню все грехи мира. Ариес же просто закрылась от Локи, причем буквально, и игнорировала все его попытки обсудить этот случай. Шатен хотел уже прийти к чему угодно, лишь бы она вернулась в общество. Он даже готов сам скрываться от неё, только бы девушке было комфортнее. На деле это не было выходом, но всё же.       Было странно сравнить её поведение с обычными девушками, ведь Ариес совершенно отличалась от них, но Лео нужно было на что-то опираться в своих размышлениях. Ариес не просто другая, для него она особенная и неповторимая. Те качества, на которые девушка всегда жаловалась, вроде неуклюжести и застенчивости, в карих глазах были такими очаровательными, делающими овечку той, кем она являлась. Её раскрепощенная манера общения с близкими, безграничная доброта и внимательность, то, как мило морщился носик, стоило духу сосредоточиться над своими творениями – всё это он любил до бесконечности. Даже её привычку постоянно извиняться (зачастую без повода), которая появилась благодаря ненавистным для шатена прошлым хозяевам, даже её мужчина любил. Как бы ему ни хотелось в то время разбить лица всех мужчин, которые не только заставляли девушку извиняться за всё, чего она не совершала, но и распускали свои поганые руки. Единственное, что утешало, время их всё-таки наказывало, а Ариес успевала вернуться в мир духов до того момента, пока не случилось бы что-то непоправимое.       И если бы такое случилось, Локи бы не колеблясь переступил через все правила, установленные по отношению к людям. Он был готов сделать это, и однажды сделал, отстаивая свою позицию перед Карен, осознание того, что духи тоже живые и чувствуют всё так же, не смотря на их неубиваемость, к которой пришло слишком поздно. Девушка перешла черту и позволила себе больше, чем могла, избивая духа за её оплошность, однако всё равно не заслужила смерти. Из-за него. Да, пускай Люси и остановила Лео от самонаказания в исчезновении навсегда, он до сих пор корил себя за содеянное. Но если бы не близкие друзья, понимающая держательница и его лучшая поддержка – розоволосая кудряшка, Локи бы не вернулся. Не справился со своим отчаянием и канул в пучине забвения.       Поэтому сегодня он вновь набрался решительности, очень надеясь поговорить с Ариес и прийти хотя бы к какому-то исходу.       Локи вновь взглянул на колонны у входной дорожки, шумно выдыхая. Шатен уже отбросил все возможности как-либо отвлечься на разговоры близсидящих Каприко и Саджитариуса, увлеченно обсуждающих материал, из которого были изготовлены стрелы второго, поэтому просто ждал, когда же она появится. И чем больше времени проходило, тем меньше надежды оставалось у мужчины на то, что овечка всё же объявится. Обреченно выдыхая, парень откинул все надежды и мимолётно взглянул на предполагаемый вход. Она…       Она выглядела потрясающе, по крайней мере, Локи не смог оторвать взгляда, пока девушка застенчиво оглядывала собравшихся и приветствовала ближайшую к ней Вирго, появившуюся словно из ниоткуда. Отсутствие привычных шерстяных атрибутов, заменой которым сегодня стало очаровательное платье с кремовыми туфлями на небольшом каблуке, открывало вид на стройные ножки и изящные руки, которые девушке обычно хотелось спрятать. Но стоило шатену увидеть белоснежную атласную ленту, перевязывающую кожу шеи, образуя при этом аккуратный бант, как горло стремительно пересохло, вынуждая мужчину сглотнуть образовавшуюся слюну. Его внутренние ощущения начали накапливаться и искриться, загораясь миллионами микроскопических огонёчков по всему телу. И мужчина смог отвести взгляд лишь, когда она мимолётно встретилась с его глазами. Ему не удалось прочитать то, что было в зеркальцах души овечки, однако он точно был уверен, что находиться неподалёку от шатена было для девушки настоящим испытанием.       Злость на самого себя снова прокралась в разум духа-предводителя, побуждая задвигать желваками, смотря куда-то в пол. Он мысленно отсчитал до десяти, прикрывая веки, а затем поднял голову, возвращаясь в происходящее.       Стало донельзя душно, от чего излюбленная зелёная куртка отправилась на спинку стула, оставляя парня в чёрной водолазке, ворот которой хотелось опустить до невозможного. Пока он всеми силами попытался вернуть гармонию телу (хоть она и исчезла после того самого поцелуя, не намереваясь возвращаться), парочка любопытных глаз заметила перемену в его облике. Черная материя выгодно подчёркивала мускулы, в частности на руках и широкой груди, и девушка почувствовала резкое покалывание на кончиках пальцев от желания прикоснуться. Он не так часто использовал своё телосложение для очарования девушек, предпочитая словесный вид обольщения, но, бесспорно, показать там явно было что.       Ариес вдохнула чуть больше воздуха, вновь чувствуя на себе его взгляд Лео. Либра что-то рассказывала про свою хозяйку и про свой недавний призыв на Землю. Поначалу розоволосая кудряшка внимательно и с интересом слушала, но стоило шатену, сидящему от неё в паре небольших столов, метнуть на неё свой странный взгляд, от которого тело начинало потихоньку плавиться, как всё внимание куда-то испарилось. Это было даже смешно. Они словно соревновались в битве тайных гляделок, вот только Лео одерживал неоспоримую победу.       Дух почувствовала, как глаза хищника словно разрывают в ней снова те ощущения, которые девушка себе постоянно подавляла. Они делали это так тщательно, крупицу за крупицей скапливая томящееся возбуждение. Ох, пресвятые…       Она не сможет. Пускай трусиха, пускай снова проявила свою слабость, но Ариес не справится. Овечка скорее провалится под землю, чем выдержит ещё хоть одну минуту под натиском пронзительного львиного взгляда. Какой же всё-таки плохой идеей это было. Резко поднимаясь со стула, Ариес поёжилась, стараясь не выдать своё желание создать необходимое трение между бёдер. Она неловко всем улыбнулась и, несколько раз попросив прощение, быстро устремилась в сторону выхода.       Локи даже не понял, что это было. Он просто не мог оторвать от неё взгляда, и, кажется, не проконтролировал своё желание упиваться её прекрасным обликом.