Кричи моё имя

      Обычный день. Обычное утро. Несчастные пару часов сна мстят синяками под глазами, сероватым оттенком кожи и хронической усталостью. Диана сколько себя помнит вечно лезет вон из кожи, чтобы угодить всему своему окружению. Особенно матери. Лучшая во всём. Ледяная королева, высокомерная стерва. Диана со средней школы окружена завистливыми, лживыми подругами и тысячами сплетен, но никто даже представить себе не мог насколько всё это ранило девушку. Сколько слёз она проливала ночами, заглушая рыдания подушкой. Сколько нервных срывов перенесла. Никто не знает как она теряла сознание после изнурительных тренировок, практически голодовок и всё для того, чтобы иметь стройное, подтянутое тело. Аппетитные и упругие формы. Девушки завидовали, парни пускали слюни. И от того, и от другого Князеву буквально тошнило, но она должна была, просто не видела для себя другой жизни. Всё стало намного сложнее, когда мать выставила её из дома. Первого сентября, на первом курсе медицинского университета. Хотелось напиться, устроить истерику, высказать родительнице, что не она, не Диана виновата в том, что её родили в восемнадцать лет. Что не по её вине отец оказался ублюдком и сбежал. Нужно было сделать аборт и тогда никто и ни в чём не был виноват. У всех была бы идеальная жизнь. Или её отсутствие.       Идеальный макияж скрывает недостатки, подчёркивает достоинства. Пушистые ресницы, аккуратные стрелки и взгляд серых глаз становится более выразительным. Более высокомерным. Сегодня Диана Князева заканчивает ординатуру. Ещё немного, ещё пара шагов и она станет полноправным врачом, педиатром. Хоть на работе она будет окружена бесхитростными, ещё не знающими о лицемерии детьми. Ди стольким пожертвовала чтобы добиться этого, что капля гордости за саму себя приятно греет душу. Идеально сидящий костюм, белая рубашка, как акцент бордовый галстук и того же цвета лакированные лодочки на шпильке. Волосы, от природы почти пепельного цвета, лишь поддерживаемые специальным шампунем до нужного тона, сейчас ровными, крупными волнами обрамляют аккуратное личико. Спускаются по плечам и спине. Девушка последний раз смотрит в зеркало и улыбается пухлыми губками сама себе. Миндалевидные глаза с хитростью во взгляде щурит и подмигивает. Определённо этот день для неё один из самых важных. В сумочке, что имеет тот же цвет, что и галстук с лодочками идеальный порядок и всё самое необходимое. Телефон, документы, розовый блеск, ключи и флешка с дипломной работой. Впервые ощущая усталость выходя из дома, Диана ощущает воодушевление. Самое сложное позади.       В планах уход со скорой помощи, сразу после устройства на работу. Настроение настолько хорошее, что хочется побаловать себя горячей выпечкой и терпким кофе. Время в запасе есть, поэтому Диана впервые за почти год позволяет себе уклон от диеты, сворачивает не в сторону остановки. Ради небольшого магазина с всегда свежей и тёплой ещё выпечкой придётся сделать круг, но это того стоит. Есть на ходу неудобно и некрасиво, Князева съедает слойку с вишней там же за небольшим столиком, оставшееся эспрессо забирает с собой. Торопиться всё ещё не нужно, но девушка хочет прийти заранее, поэтому цокот каблуков звучит более частно. Это происходит резко. Ощущение, что в твоей спине прожигают дыру неприятной волной пробегается по телу. Ди несколько нервно оглядывается, замечает пару парней позади и даже немного успокаивается. Такое уже было, может даже зайти до попытки познакомиться, но ей это неинтересно. Диана вполне может назвать себя асексуальной девушкой, её за короткую жизнь ещё ни разу не привлекали ни девушки, ни парни. Всё, что стоит её внимания это поддержание своего статуса и достижение определённых карьерных высот. А энергией и позитивом она заряжается с пусть и лживыми, лицемерными, но подругами. Шоппинг, прогулки, походы в кино или кафе. Князева всегда в центре внимания, душа компании, заводила. И сколько бы сплетен про неё не пускали, без неё бывает скучно. Не хватает искры.       Диана начинает вновь нервничать, когда те двое парней доходят вместе с ней до остановки. Подозрительно это или девушка слишком поддаётся паранойе уже не имеет значения, она сильнее сжимает лямку своей сумочки и методом поправления волос нервно оглядывается. Лето. Люди или на дачах или уже на работе. Остановка пуста. Не считая самой Дианы и тех двух парней. Страх гуляет по венам, паника охватывает разум. За идеальную фигуру и внешность платить приходиться не только изматывающими тренировками и правильным питанием, больше похожим на голодовки. Излишним вниманием мужского пола тоже. Ди знает об этом лучше всех. Ди пережила три попытки изнасилования и слава богу, все неудачные. Поэтому сейчас она боится, поэтому сейчас паранойя охватывает, набирает власть. Князева начинает думать, что незнакомцы преследуют её, ждут удачного момента, чтобы опозорить, обесчестить, испачкать своими грязными, мерзкими лапами. В подъехавший автобус девушка буквально влетает, смотрит на остановку и облегчённо выдыхает отворачиваясь к лобовому стеклу. Наблюдает за проезжающим мимо транспортом и восстанавливает дыхание. Они не сели в автобус. Ди в безопасности и просто сама себя накрутила, испугала, как всегда делала из мухи слона. О да, это она может. Девушка в этом мастер. Закатить скандал на пустом месте или разыграть драму из ничего. Диана определённо в этом имеет особый успех.       Несколько остановок и на нужной Князева выходит, поправляет на ходу пиджак, галстук останавливается, чтобы сделать несколько глубоких вдохов для успокоения. Паника ещё частично даёт о себе знать. Прикрыть глаза. Вдохнуть полной грудью. Выдохнуть. Повторить несколько раз и с гордо поднятой головой идти оформлять окончание ординатуры. Врач. Совсем скоро она станет полноправным врачом и кончики пальцев подрагивают в предвкушении. Только вот открыв глаза, Диана теряет то спокойствие которое обрела мгновением раньше. Кровь в венах от страха застывает, кристаллизуется. Те парни стоят в метре от неё. Она от страха вскрикивает, пятится назад, поспешно, нервно оглядывается. Никого. Абсолютно никого в округе, а незнакомцы наступают. Медленно, вальяжно, держа руки в карманах. Они словно коты перед загнанной в угол мышкой. В целом, именно ей девушка и ощущает себя. На шпильках не побегаешь. С двумя здоровыми, крепкими парнями она не справится сколько бы уроков самообороны не посещала.       Страшно. Страшно. Страшно.       Паника почти захватывает разум, когда она продолжая осматриваться по сторонам замечает мужчину. Он захлопывает дверь дорогущей, красивой иномарки и положив ладонь сзади на шею хрустит ей. Прикрывает глаза. На мгновение Диану ведёт от этой картины. До невозможности красив. Пожалуй, если характер похож на выстроенный в голове идеал, то она бы влюбилась. Отдала себя и физически, и морально. Всецело и навечно. Но это лишь секундное помешательство. Князева смотрит на приближающихся парней. Гордость так не во время поднимается, напоминает, что она будет уязвлена, если девушка попросит помощи у того мужчины. Диана топчет её, потому что надругательство над собой она просто не переживёт. И поэтому улыбается очаровательно когда поворачивается в сторону возможного спасителя. Она старается идти спокойно, не выдавая своего страха, но всё равно слишком быстро перебирает ногами. Цокот каблуков отдаётся болезненной пульсацией в висках.       Шаг. Второй. Третий.       — Милый, я думала встретимся в больнице, — слишком громко, чтобы преследователи услышали. Обнимает, закидывает голову назад, чтобы заглянуть мужчине в глаза. Нужно было заподозрить неладное ещё тогда. Он не был удивлён. Ни капли. — Помогите мне, эти парни преследуют меня, — тихо шепчет и непроизвольно прижимается к мускулистому телу ещё сильнее.       Мужчина медлит, она видит как он смотрит на тех парней, а после переводит взгляд на Диану. Улыбается. И от этой улыбки мурашки табуном пробегают по коже. Непонятно только от чего, потому что кажется, что эта улыбка ничего хорошего не принесёт. И Князева цепенеет, когда он наклоняется к её уху и шепчет в ответ:       — Не переживай, они со мной.       Крик застревает комом в горле. Мужчина одной рукой обнимает её с такой силой, что кажется рёбра захрустели. Она одна. Их трое. И больше никого. Загнана в ловушку, но стоит только ему открыть дверь машины свободной рукой, Диана словно пробуждается, начинает вырываться, кричать, даже угрожать полицией. Не помогает. Мужчина лишь шире, злее улыбается. Он больше не говорит ни слова, просто заталкивает её на заднее сиденье и садиться рядом. Наотмашь бьёт тыльной стороной ладони девушку по щеке, естественно в желании успокоить её этим. Эффект абсолютно противоположный. Ди словно сходит с ума, пытается расцарапать ему лицо сделанным вчера маникюром, на что похититель хрипло смеётся. Комариный укус принесёт ему вреда больше, чем её тщетные попытки. Но ему нравится. Машина трогается с места, водитель знает куда нужно ехать. Двое парней уже умчали на другом автомобиле. Он долго наблюдал за этой девушкой. Он знает всю её жизнь от момента рождения и до момента, когда она бросилась к нему ища помощи. Запуганная мышка. Такая прекрасная, чистая, словно берегла себя зная, что он появится в её жизни. Она всё ещё пытается бороться, когда он хватает её за запястья, выворачивает их, почти ломает. Диане больно и слёзы уже катятся по щекам. Она умоляет не трогать её, всё что угодно, но только не трогать. Она не переживёт. Она сломается, разобьётся подобно хрустальной вазе. Вдребезги на тысячи и тысячи осколков и после уже не собрать, не склеить. Похититель скалится, тянет на себя и смотрит в глаза.       — Со временем, ты будешь умолять о другом. Ты будешь умолять меня быть рядом, трогать тебя, ласкать, трахать. Я стану смыслом твоей жизни, как ты стала смыслом моей, — Диана ничего не понимает.       У неё шок и истерика на подходе. Ей страшно до одури, но всё же она понимает, что вырываться бесполезно, машина мчит по трассе на бешеной скорости, а у мужчины силы словно в титане. Князева временно сдаётся, затихает и тихо скулит от отчаяния, потирает запястья когда мужчина их отпускает. Она не верит его словам, невозможно заставить её желать то о чём он сказал, нет ни единого шанса в том, чтобы она его полюбила. Ведь только с любимым она будет хотеть близости. Ди ненавидит этого мужчину всем сердцем и ничто этого не изменит.       Ненавидит и боится.       Когда они подъезжают к загородному дому, сердце сжимается. На километры вокруг нет ни одного дома кроме этого. Помощи искать негде и шансы на побег, надежда который теплилась в сердце свелись почти к минимуму. Он шепчет ей, чтобы она была хорошей девочкой и сама прошла в свой новый дом. В противном случае будет наказана. Столько раз Диана слушала в новостях о похищениях, но никогда не думала, что это случится с ней. Нет смысла её похищать, ни одного логичного повода. Отца нет, мать выгнала, не богата, не влиятельна. Простая, среднестатистическая девушка. Почему именно она? Чем мотивирован мужчина? Она резко тормозит на каменной дорожке и смотрит ему в глаза. Непонятно откуда взявшаяся храбрость кипит в венах.       — Почему? Какой смысл? У меня ничего нет, никто не будет платить за меня выкуп, — её голос в равной пропорции смешан. Ярость и страх.       — Я сказал быть послушной и идти к дому, — ледяное, опасное спокойствие в хрипловатом тоне. Ноги подкашиваются, когда он сдавливает тонкую шею. — Или будет наказание. И у тебя есть больше, чем у большинства нынешних девушек. А деньги мне не нужны. У меня есть свои.       Дышать нечем, боль в шее, лопнувшие в глазах капилляры. Диана в какой-то момент думает, что пусть он лучше убьёт её, чем будет делать то, что её разобьёт. Давление на шею слабеет, похититель вынуждает девушку идти спиной вперёд. Зрительный контакт они не прерывают и спустя некоторое время, Ди спиной же упирается во что-то ровное, металлическое. Дверь, догадывается она. И с каждым следующим действием надежда рушится, исчезает. Он вынуждает пройти внутрь, после того как открыл дверь. Заходит сам и закрывает. Нужно оставить её пока одну, дать время успокоиться хоть немного, но он не может. Он так долго ждал и терпел, так долго наблюдал, что терпеть больше не в силах. Максим ею одержим. Эта девушка сама того не осознавая стала его благословением и проклятьем. Хочет её. Гордеев хочет ей обладать и она будет принадлежать ему.       Душой. Телом. Полностью.