Круче тебя

«Нет». Просто, сука, «нет». А теперь лежи, Арсений, и думай, как это, блять, понимать! У Антона все в порядке с головой? Нет там, допустим, раздвоения личности? Перепадов настроения? Гормональных сбоев? Или как по-другому объяснить, что вчера он говорил одно, а сегодня — другое?! «Нам лучше не видеться», — а потом берет и лайкает фото! Чего он хочет этим добиться? Внимания? Уж Арсений ему его предоставит сполна! «Лучше нам не видеться», — а вот хуй ему! Арсений ждал первого шага от Антона — он его получил. И он не успокоится, пока не вытрясет из него объяснения. Так-то он всегда знал, что его трудно забыть, а Антон лишний раз это доказал. Что ж, с этим нужно что-то делать, потому что по неясной причине Арсений тоже не может выбросить из головы Антона. Так может, им не нужно сопротивляться? Ах да, он же «ебаная дрянь», а Антону подавай таких святош, как Ира. Тогда нехуй лайкать его фото! А то ишь, как устроился: сам решает, с кем видеться и кого лайкать! Арсений обязан с этим разобраться. *** Если вы решили, что наутро пыл Арсения погас, то ошибаетесь. Из-за ночных раздумий он поспал всего пять часов, но чувствовал себя бодрым и заряженным на любые скандалы. Не то чтобы он собирался с кем-то скандалить, но никогда не знаешь, как пройдет встреча с альфой, который так сильно засел в голове и начал этим безумно бесить. Чертова мята! Арсений принял душ, уложил волосы и надел то, что Сережа бы охарактеризовал как сучий наряд. Хотя, на самом деле, ничего такого: просто черная рубашка с двумя расстегнутыми верхними пуговицами и облегающие штаны с разодранными коленками. Дополняют образ незначительные украшения: часы и всего лишь два кольца — один на мизинец левой руки, другой на безымянный правой. Арсений чувствует себя увереннее, зная, что выглядит на все сто. По дороге он заезжает в пекарню и берет булочки вместе с горячим кофе. Кофе он выпивает, а булочки не трогает — они слишком калорийные для его фигуры. Без пятнадцати двенадцать он паркуется у здания офиса «Procter & Gamble». Ему приятно, что охранник его узнает и спокойно пропускает, лишь интересуясь, к кому он пришел. В этот раз в лифте, помимо него, оказываются еще человек шесть; они бурно что-то обсуждают, поэтому Арсению легче сосредоточиться и взять под контроль свою фобию. Он просто вникает в разговор, изучает стоящих рядом людей и представляет, что находится в какой-нибудь курилке, откуда спокойно может уйти в любую секунду. Тем не менее, он чувствует большое облегчение, когда створки лифта отворяются на пятом этаже. Разумеется, его появление не остается незамеченным, и вот уже большинство сотрудников оставляют свои дела и изучающе глядят на него, когда он проходит мимо их рабочих мест. Арсений на это и бровью не ведет, уверенно шагая вперед. Он видит Антона сразу. Тот нагнулся к столу, за которым сидит какой-то парнишка, и что-то ему говорит, все время тыча пальцем в бумаги перед собой. То ли отчитывает, то ли направляет — Арсению не слышно, о чем они говорят. За несколько шагов до них Антон его учуял. Или как объяснить, что он резко выпрямляется и оборачивается? — Арсений, — спокойно произносит он, в этот раз хорошо маскируя свое удивление. — Либо мы идем в твой кабинет, либо я учиняю скандал прямо тут, — твердо говорит Арсений, заряженный к бою. Число зевак лишь увеличивается, и это начинает напрягать. Арсений не хочет, чтобы их проблемы личного характера знал каждый в офисе. Антон тоже это понимает, поэтому переводит взгляд на своих сотрудников: — Я не понял, вы уже все сделали? — не грубо, но довольно-таки жестко произносит он, как и в прошлый раз, когда «просил» Арсения сесть в машину. — Санченко, графики готовы? Дронов, отчет уже написал? Все моментально погружаются в работу. Шелестит бумага и стучат кнопки клавиатур, а Арсений лишний раз убеждается в том, какой многогранный Антон. И что он ни черта о нем не знает. — За мной, — строго произносит Антон, обращаясь уже конкретно к нему. Он открывает дверь кабинета с табличкой «Гендиректор» и пропускает сперва Арсения. Вновь бросает взгляд на сотрудников и лишь после закрывает дверь. — Только не!.. — испуганно вырывается у Арсения, и он спешно закрывает рот, не желая показаться слабаком. Хотя к чему эта показушность, если Антон и так знает о его фобии? Тот кивает и снова демонстративно открывает дверь. — Она не заперта, — мягко произносит он, а после просит Арсения сесть. Кабинет устроен по-простому, без лишнего лоска: стол, кресла, один стеклянный шкаф, доверху забитый документами, и один видавший виды диван. Лучше смотреть на Антона, тот одет поинтереснее: темно-синяя рубашка, но нет галстука; зато из кармана черного пиджака торчит аккуратно сложенный край платка в цвет рубашки. Складывается впечатление, что у него есть стилист, который его ежедневно одевает. Ну как парень, который раньше даже не заправлял свои ужасные клетчатые рубашки, может сейчас выглядеть как с обложки модного журнала? — О чем ты хотел поговорить? — спрашивает Антон, когда Арсений садится за стол и кладет на него бумажный пакет с логотипом популярной кондитерской. Сам же Антон двигает стул ближе к нему и садится рядом. — О том, что ты не можешь со мной так поступать! — эмоционально произносит он. Арсений обожает примеривать на себя образ «drama queen». — И как я с тобой поступаю? — веселясь, спрашивает Антон. — Ты не можешь просить держаться от тебя подальше, а потом лайкать мои фотки как ни в чем не бывало, — продолжает Арсений. — Потому что, представь себе, я тоже человек и у меня тоже есть чувства! — Сложно представить, — усмехается Антон, словно специально пытается вывести его еще больше из себя. — Я сам не в восторге, — фыркает Арсений, — но ты правда меня волнуешь и мы должны с этим что-то сделать. Я все обдумал и пришел к выводу, что есть два выхода из сложившейся ситуации. — Слушаю, — произносит Антон, за секунду переключаясь в деловой режим. — Мы можем действовать радикально, — прямо говорит Арсений то, к чему пришел этой бессонной ночью. — Я давно живу на два города, и в Питере у меня есть квартира. Я переезжаю туда, чтобы мы никак не пересекались, удаляю твой номер и отписываюсь от тебя в инсте. Либо… — Либо, — твердо произносит Антон, даже не дослушав, что предложит Арсений. Он хмурится — видимо, первый вариант его совершенно не устроил. — Либо, — продолжает Арсений, — ты даешь мне шанс, и мы пытаемся наладить отношения. — Ты предлагаешь нам начать встречаться? — удивленно переспрашивает Антон. — Пробный вариант отношений, — кивает Арсений, пытаясь правильно передать свою мысль. — Дело в том, что я совершенно тебя не знаю. Может, мы совсем не сойдемся характерами и я зря трачу на тебя свое время? Я просто помешался на мяте, и мне… — Арсений разом замолкает, лишь сейчас осознавая, что не чувствует запаха мяты. Антон использовал блокаторы, но почему? А может, ему поставили метку и запах омеги на нем пока еще ощущается слабо? Арсений не отдает себе отчета в действиях, когда привстает и буквально припадает к шее Антона. Только представьте, каким идиотом он себя ощущает: сидит тут и размышляет про отношения, когда Антон, возможно, уже принял от кого-то метку. Лишь бы не от Иры, пожалуйста. Он слышит, как Антон громко сглатывает. — У меня сегодня совещание, а по регламенту все обязаны принять подавители, чтобы не отвлекаться, — тихо объясняет Антон. Он осторожно хватает Арсения за плечи и отстраняет от себя. — Прости, — ничуть не пристыженно говорит Арсений — напротив, он рад, что ошибся в суждениях. А еще он чувствует внутреннее удовлетворение, когда видит расширенные от возбуждения зрачки Антона. К слову, выдержка у него колоссальная. Он прокашливается, отдергивает край пиджака, чтобы скрыть заметный бугорок, и как ни в чем не бывало говорит: — Ладно, поступим так: назначим испытательный срок, допустим, на неделю. Свидания, прогулки, разговоры — все то, что делают обычно парочки. Как знать, может, к концу недели мое больное помешательство на тебе спадет? Последнее предположение задевает Арсения, но тот никак себя не выдает. Антон сказал так, будто Арсений какая-то зараза, от которой лучше избавиться. Может, у них не лучшая история взаимодействия, но Арсений всегда крайне лояльно относился к Антону. — Хорошо, — кивает Арсений и лишь сейчас вспоминает про свой утренний забег в пекарню, — это тебе, кстати, — двигает он пакет Антону. Тот смотрит с подозрением, и Арсений цокает языком, объясняя: — Я ничего не готовил в этот раз. Там творожные булочки из кондитерской. Антон заглядывает в пакет, и по его снисходительной улыбке Арсений понимает, что опять где-то облажался. — Только, блять, не говори, что не ешь творог… — вздыхает Арсений. — Я все съем, — обещает Антон, но Арсению нахрен не сдались такие жертвы. Он вырывает пакет из рук и злится на себя за свою опрометчивость. — Со мной такое впервые, ладно! — заводится он, словно кто-то его в чем-то обвиняет. — Я раньше не имел желания о ком-то позаботиться, даже когда состоял в отношениях. А тут второй проеб за неделю! И знаешь, что? Напиши мне, блять, уже список всех продуктов, которые ты не ешь! — звучит агрессивно, но это лишь потому что Арсений нервничает. Он подсознательно хочет нравиться Антону, но почему-то снова все идет наперекосяк. А Антон тем временем улыбается, правильно истолковав поведение Арсения. — Верни мне мои булочки, — просит он, вытягивая свою руку, — я люблю творог больше, чем тыкву, — признается он и дотягивается до пакета. — Тыква, между прочим, очень полезная, — говорит Арсений и сожалеет, что не надел сегодня очки — лучшего момента, чтобы их поправить, он бы не нашел. Антон смеется и берет из пакета пышную булочку. В этот момент телефон Арсения начинает трезвонить, и тот достает его из кармана брюк. На дисплее высвечивается имя «Илья», что не остается без внимания. Правда, принять вызов он не успевает — все же слишком долго вытаскивал телефон из плена узких брюк. Зато следом прилетает сообщение. — Что-то случилось? — спрашивает Антон как бы невзначай. Он больше не улыбается и выглядит чересчур серьезным, словно готов решить любые вопросы. — А нет, я просто забыл у Ильи дома жакет, — без какой-либо задней мысли говорит Арсений, — он, скорее всего, звонит, чтобы я его забрал. Антон на долю секунды хмурится, но быстро берет себя в руки. Арсений, увлеченно набирающий текст сообщения, этого не замечает. — А давай я заберу, — неожиданно предлагает он, — я все равно должен был с ним повидаться. А вечером загляну к тебе. — Эм… ладно? — теряется Арсений. Он не придает особого значения поведению Антона, больше сосредоточившись на его втором предложении. — Ты придешь ко мне, чтобы?.. — не может же Арсений прямо спросить, собирается ли Антон с ним потрахаться. — Поговорить, — заканчивает фразу Антон, — в одиннадцать вечера, как и в прошлый раз, буду у тебя. Что ж, с этим Арсений сможет справиться. — Ужин с тебя, — кивает он, до конца не осознавая, что происходит. Они что, только что назначили их первое свидание? Вот так просто? — Нет проблем, — вновь возвращает себе улыбку Антон, — и дай мне свой номер телефона.