Забытоe время

—Хочешь кофе? Карл поднимает взгляд с того места, где он лежит среди кучи одеял и подушек. Квакити становится на колени, предлагая мальчику побитую оловянную кружку. Карл молча берет его, покачивая головой и потягивая теплый напиток. Он задает вопрос с опозданием на секунду, является ли напиток отравленным или наркотическим — это же преступники. Но он чувствует себя в безопасности. Он всё ещё слаб, его тело болит от каждого движения. Помимо ослабления болезни, на его коже ощущается тусклое кольцо боли, бинты скрывают ярко-красные ожоги на коже. Он не покидал море ткани с тех пор, как проснулся, хотя и не хотел пытаться. Он боится не Сапнапа или Квакити, а своего собственного тела, которое подводит его. Два преступника жёстко разговаривают, напоминая друг другу и Карлу, что они разыскиваемые, вооруженные люди, но их действия только утешают и заботятся друг о друге и Карле. Пока Квакити хвастается своими навыками стрельбы, он прикладывает холодный влажный компресс ко лбу Карла. Пока Сапнап бормочет дрожащие по спине заигрывания, которые каким-то образом граничат с горячим и мучительным, он протягивает Карлу тарелку теплого супа. Когда появляются оба, вооруженные не ружьями, а бинтами, Карл не пугается. Несмотря на то, что его ограбили и он находится в эпицентре их мира, он не боится ни одного из них. Он был в бессознании несколько дней — у них были все шансы его убить. Но вместо этого они лечат его. Карл всё еще хочет получить ответы на некоторые вопросы. Он ждет, пока они оба сядут рядом с ним, нежные пальцы начнут разжимать его открытую руку, чтобы задать вопрос. — Ребята вы меня спасли от огня? — Нет, стадо ходагов несли тебя на своих спинах. Мы только украли тебя у них.– Усмехается Квакити, его прикосновения легки на обожженном плече. — И пальто мне тоже стадо ходагов порвало– Карл улыбается, и его встречают два коротких, тихих смеха. Это прекрасно, впервые за несколько недель он почувствовал, что ему рады. Лагерь замолкает на минуту или около того, все трое смотрят, как спадают белые бинты, обнажая красные ожоги на коже Карла. — Так… вы, ребята, живёте здесь? — Что ты со своими вопросами, красавчик?– Два пальца проводят по миске с зеленой пастой, пытаясь добраться до ожогов. Карл вздрагивает от прикосновения, сквозь стиснутые зубы вырывается кипящий вздох. Но прикосновение Сапнапа нежное и теплое, мазь наносится на поврежденную кожу. Это так приятно, что Карл почти стонет, закрывая глаза и опираясь на руку. — Хотя мы всегда знали, что ты любопытный. — Просто хочу понять, почему меня похитили два красивых и суровых преступника. Квакити, кажется, прихорашивается в ответ на комплимент, а Сапнап только качает головой и сдерживает смех. – Ну, слушай сюда, партнер. У нас в этом лагере есть правила, и правило номер один: мы не похитители. Скажи только слово, и мы отвезем тебя в ближайший «цивилизованный город» — Голос Квакити суров, но Карл не принимает его предложение. Он знает, что — они преступники, они ограбили его, но он чувствует себя здесь в большей безопасности, чем когда-либо, когда весь фургон ехал на запад. — Все эти вопросы к нам, но у нас есть несколько вопросов и к тебе, Карл. Сапнап протягивает руку Карла, намыливая последние ожоги. Он смотрит вверх из-под темных скромных ресниц, на его лице коварная улыбка. – Так почему бы нам не заключить сделку – ты можешь задавать столько вопросов, сколько хочешь, но когда ты закончишь, мы сможем задать вопрос тебе. – Оу давайте.– Карл не колебался. Что самое худшее, что они могли спросить? Он усаживается на кровать, думая о своем следующем вопросе. Но он быстро отвлекается, когда замечает расположение места, где он отдыхает. Есть ещё несколько палаток, но он заметил, что это единственная с кроватью. Односпальная кровать для двух преступников, и он её занимал. Он не знает, что делать с этой информацией, но его щеки и уши начинают гореть, когда он прокручивает ее в голове. Он вздрагивает и скулит, когда Сапнап проводит пальцем по его запястью, где ожоги болят больше всего. Сразу же Сапнап отступает, молча наблюдая за выражением лица Карла, прежде чем на его лице появляется мягкая дразнящая улыбка. Карл позволяет ему продолжать без колебаний. Он отвлёкся. Вопросы, правильно. — Как вы узнали, что я в огне? – Мы этого не делали.– Квак пожимает плечами. Он откладывает использованные бинты в сторону и начинает разматывать свежие. –Мы просто знали, что там был обоз, а потом пожар. – — И вы не ограбили его? — спрашивает Карл. – Нет, слишком много работы, этого недостаточно. Нам нужны богатые дилижансы.– Сапнап фыркает. Он наклоняется, и Карл обнаруживает, что откинулся назад, почти сидя на коленях у Сапнапа. — Или своенравный цветок пустыни. — Поэтому вы спасли меня? Чтобы снова ограбить меня? — Голос Карла становится кротким, но он не уклоняется ни от одного прикосновения. Он наблюдает, как Сапнап проводит рукой по белым бинтам, мозолистыми пальцами по своей коже, а затем к напарнику. Их прикосновение интимное, личное, до такой степени, что Карлу кажется, что он вторгается во что-то, наблюдая за ними. —Разве преступники не могут поступать правильно без скрытых мотивов? — В ухмылке Квакити чувствуется намёк на раздражение. – Хотя, я уверен, что не прочь послушать больше таких историй, которые у тебя есть. – —В зависимости от того, получу ли я своё пальто обратно? — Карл знает, что, возможно, ему не стоит торговаться с этими двумя, но он действительно хочет вернуть своё пальто. Это ощущается как часть его самого, как западные ковбои сентиментально относятся к своим шляпам. Это всегда был он, его пальто, его книги и его часы. — Не волнуйся, красавчик, я хорошо об этом позабочусь.– Одни только слова звучат угрожающе, но в сочетании с мягкой улыбкой на покрытом шрамами лице Квакити Карл чувствует, что может доверять ему. Другой рукой Карл находит карманные часы, вытаскивает их и проводит пальцем по гладкому металлу. Хранить его под одеялами, подальше от глаз Сапнапа и Квакити. Он оглядывается, наблюдая мирную природу вокруг себя. Вдалеке он слышит крики и пение животных и зверей, тихий шепот ветра, танцующего в можжевеловых деревьях, древесный ароматный запах, плывущий вокруг него. Это красиво, и ясно, что Сапнап и Квакити являются частью всего этого. Они двигаются вместе с листьями, танцуя вокруг друг друга и зелени. Это танец, частью которого он хочет стать. Ему хочется положить руки на плечи Квакити и почувствовать Сапнапа на своей талии. Нежные прикосновения и тихие слова. Он хочет быть в их объятиях, зажат между ними. Безопасность между ними. — Значит, вы двое живете здесь? Сапнап откидывается на спинку кресла, наслаждаясь солнечным светом. – В детстве я постоянно приходил сюда с отцами. Чтобы пересечь эти холмы и каньоны, нужно знать природу. Легкое место, чтобы спрятаться тоже. Промышленности это не очень нравится.– —После… э-э, неудачи с нашим последним лагерем, мы переехали сюда— Квакити нервно смеётся, проводя рукой по волосам. Волосы, с которыми Карл хочет поиграть. –И это лучшее, что я сделал с тех пор, как сбежал. Я люблю это.– — Это определенно не то, что ты сказал, когда мы приехали.– Сапнап слегка бьет своего напарника. — Я помню, ты сказал что-то вроде «похоже, гном напился яда василиска»– – Я всё ещё придерживаюсь этого.– Эти двое продолжают шутить, шутки чередуются с прикосновениями, ухмылки встречаются с близостью. Карл не может не хихикать про себя, с легкой улыбкой и расслабленными плечами, когда он лежит в постели. Его шоу длится недолго. Взгляд возвращается к нему достаточно скоро. — А, ты считаешь себя умным, а Карл Джейкобс? — Сапнап внезапно переключает внимание с Квакити на Карла, который вырывается из своих мыслей и садится прямо. На его щеках появляется румянец, когда он смотрит во все стороны, кроме двоих. — Ч-что ты имеешь в виду? Я понятия не имею, о чём ты говоришь— Он начинает смеяться, но смех застревает у него в горле, когда Квакити ползает по кровати по его ногам. Черноволосый бандит с карими глазами сидит верхом на коленях Карла. Последнее, что Карл хочет сделать, это оттолкнуть его. Сапнап замечает это и скользит позади Карла. Оба нежны, осторожны, когда закутывают Карла. — Я думаю, у нас была сделка, Дикий цветочек.– Голос Квакити низкий и рокочущий, от которого у Карла по спине пробегают мурашки. – Если ты закончил расспрашивать нас, у нас есть по одному для тебя. – Карл изо всех сил старается не смотреть ему в глаза. Он боится, что если он это сделает, то для него все будет кончено. Его карие глаза, пронзительные и острые, но теплые и приветливые. Один был затуманен, розовый шрам от брови до губы пробудил любопытство Карла. Прикосновение Квакити говорит, кто в доме хозяин, но каждое движение — это еще и вопрос. Как бы Карл ни был в их власти, он также и главный. – Ну, сделка есть сделка. Сап. – Это вызывает смешок у Сапнапа, который наклоняется и обнимает обоих мужчин. Эти двое осторожно касаются ран Карла, и он замечает, что Сапнап время от времени проводит по перебинтованной лопатке, а затем проводит рукой по щеке Карла. Проверяю, нет ли новых признаков его ослабления инфекции. – Ты иди первым, Кью. Ты тот, у кого большие юридические мозги. – — Почему ты на Западе, Карл? — Вопрос сразу. Ясно, что этот вопрос был у него на уме в течение некоторого времени. Он выстрелил, как пуля из ружья. — Что тебя так интересует, что ты продолжаешь, даже после того, как мы тебя ограбили?– Карл смотрит вниз, двигая руками так, чтобы они обхватывали друг друга. Он жаждет кожи на пальцах, царапин карандаша на страницах. – Всю свою жизнь я рос, слушая эти шепчущиеся обрывки историй отсюда. Там, где я вырос, все всегда было просто… черно-белым. Я застрял между ними, но я хотел увидеть другую сторону. Мне нравилось писать, и эти истории вдохновляли меня. Вот я и вышел. Записывать эти истории, потому что они заслуживают того, чтобы их рассказали. Всё до последнего. А здесь все так по-другому. Так-так…– – Дико? — подсказывает Сапнап, и Карл улыбается, кивая так, что его каштановые кудрявые локоны подпрыгивают. —Во всяком случае, вы двое, ограбившие меня той ночью, только что доказали мне, что я был в новом месте. Кроме того, вы всё-таки спасли меня— Карл склоняет голову набок, заметив, как Квакити тоже склоняет голову. Желая поддерживать тесный контакт с Карлом, пока он говорил. Наблюдая за ним, как за птицей. – И довольно привлекательный приём на Западе. – На этот раз краснеть стали Квакити и Сапнап. Квакити спотыкается на его словах, но вместо этого его быстро спасает Сапнап. – Хорошо, время ответить на мой вопрос. – – Ну давай.– Карл оборачивается, оглядываясь через плечо. Звезды, угольно-серый взгляд Сапнапа был таким теплым, как его волосы падали на плечи, когда они не были взлохмачены банданой или шапкой. Еще один хор смешков, прежде чем лагерь замолкает. Кажется, даже птицы, ветер ждут вопроса Сапнапа. Когда оно слетает с его губ, слова вспыхивают в воздухе. — Как ты оказался в огне?