Начало Охоты

       Киллуа наблюдал. Он расслабленно шёл между группами людей, прислушиваясь к их разговорам, фильтруя пустой трёп и запоминая полезную информацию об экзамене. Информации было не много — хантеры хорошо знали своё дело и не позволили никому узнать, что они подготовили для участников в этом году.       Да, «в этом году», так как каждый год не только меняется место проведения, но и сами испытания, которые экзаменаторы — профессиональные хантеры, между прочем — придумывают с помощью своей больной фантазии. Это может быть что угодно: от банальных загадок на время до смертельных поединков. В общем, от проваливших прошлые экзамены участников можно было услышать немало подобных слухов и страшилок, из которых становится ясно, что все испытания предсказуемо непредсказуемы.       Но для Киллуа это не было новостью, он и не надеялся услышать что-то новое. По настоящему его интересовали другие участники, причём вполне конкретные, которых он у себя в голове пометил как «опасных».        В первую очередь номер 44, Хисока. Красноволосый молодой мужчина загримированный под циркового «джестера» и одетый с соответствующий сценический костюм, только вот он был лишен непрактичных элементов вроде бубенцов, бантов или парика, должных делать «клоуна» смешным для детей. В нём было удобно двигаться, ткань не шуршала. Рукава отсутствовали, открывая вид на перевитые тугими жилами руки с острыми ногтями.       Хисока с ухмылкой стоял в пятиметровой зоне отчуждения рядом с корчащимся на земле телом другого участника. Обе его руки были отрезаны по локоть, кровь хлестала неостановимым потоком. Под ним натекла уже довольно большая лужа крови.        — Ах, какая незадача ♣️ , — протянул Хисока с притворным участием, — его руки растворились в воздухе. И никакого дыма и зеркал, дамы и господа! ♣️♥️ — он театрально развёл руками и повернулся к умирающему, — Внимательнее надо быть. А когда в кого-то врезаешься — следует извиняться. ♥️        — Он убил его просто за то, что в него врезались?.. Опять делает, что вздумается!.. Психованный ублюдок… — зашушукались зрители, впрочем, не рискуя поднимать голос или смотреть убийце в глаза.       Номер 44, Хисока, как понял Киллуа из подслушанных до этого момента разговоров, предпринимает уже вторую попытку сдать экзамен. Причём совсем не по тем причинам, по которым претенденты обычно проваливаются при первой попытке. Он, ни много ни мало, был дисквалифицирован за убийство экзаменатора! Профессионального хантера!       Именно этот факт и заставляет других участников боятся его — пусть он и далеко не первый маньяк, желающий стать хантером, многие из присутствующих смогут вспомнить пару-тройку таких из прошлого-позапрошлого года, — и такие типы почти всегда плохо кончали, погибая от рук других участников, устраивающих над ними самосуд. Но факт убийства хантера сильно выделяет Хисоку среди них. Демонстрация силы! Обычные гражданские могут в этом не разбираться, но участники не понаслышке знают, что пытаться конфликтовать с экзаменатором равноценно самоубийству.       И не только из-за их подавляющей силы — если даже кандидаты могут совершать во время экзамена любые действия, считающиеся преступлениями в большинстве стран, то что уж говорить и полноценных членах Ассоциации? Что возвращает к обмолвке Саймона в лифте о бюджете этой организации: не только деньги не являются для них проблемой как таковой, но и отношение всего мира к их действиям. Множество смертей на испытаниях? Они сами виноваты, что не отнеслись серьёзно к предупреждениям об опасности. Случаи противоправных действий участников? Опять же — они знали, на что шли, никто не заставлял их рисковать собой ради вожделенного титула.        Да-да, хантер — это скорее «титул», нежели элитная профессия. Слишком много привилегий они имеют: от бесплатных перемещений по миру на любом виде транспорта, до иммунитета от уголовных взысканий. «Работа хантера в приоритете»! Даже если он совершил несколько убийств в процессе — то отделается устным предупреждением, а максимум — крупным штрафом.        Конечно, в таких делах есть множество подводных камней и юридических механизмов, делающих страны совсем не беззубыми против хантеров-беспредельщиков (не редко натравливая на них других хантеров), но это ничуть колеблет впечатление о власти Ассоциации. А эта власть лишь слегка не дотягивает до абсолютной.       Все правительства заинтересованы в уменьшении влияния хантеров на их решения, но даже на саммитах главы стран ограничиваются лишь внесением предложений по изменению процесса отбора на экзаменах или некоторых незначительных пунктов в правах и обязанностях хантеров, дабы избежать частных случаев, при этом предоставляя целые горы документов, в надежде лишь на то, что председатель их хотя бы рассмотрит. Ни о каких ультиматумах не может быть и речи!       На то есть несколько причин.        Первая — хантеры полезны. История знает множество случаев, когда хантер своими действиями спасал множество жизней, предотвращал катастрофы, изобретал альтернативные источники энергии, спасал редкие виды животных или создавал вакцину во время смертельно опасной эпидемии. Всё перечисленное имеет огромную историческую ценность и, конечно же, достигшие всего этого гении не должны иметь на своём пути всякие тривиальные препятствия вроде закона или этики. Если хантер требует свежие трупы прямиком из морга для вскрытия с целью изучения новой болезни — значит он их получит немедленно, и никак иначе, ибо промедление может стоить ещё несколько тысяч жизней.        Можно сказать, что Ассоциация — это воплощение меритократии в глазах общественности, благодаря наработанной за десятилетия репутации, по этому, согласно всё тому же общественному мнению, работа хантеров всегда должна быть в приоретете и иметь как можно меньше препятствий на своём пути. И власть имущие в целом с этим согласны, расширяя список полномочий хантера.        Вторая причина — среди хантеров есть те, кто и сами являются этими «власть имущими». Высокопоставленные политики, бизнесмены, криминальные авторитеты, либо просто те, кто имеет друзей или партнёров в верхах — никто из них не заинтересован в том, чтобы позиции Ассоциации пошатнулись.       И последняя, но не по значимости, причина — личная сила. Каждый хантер является сильным бойцом со сверхчеловеческими способностями, убить одного из которых — нетривиальная задача даже для сверхдержав. Причём сложен не столько сам процесс устранения, сколько сокрытие улик от следователей из Ассоциации, чьи детективные способности не менее фантастические, чем боевые.       Вот почему люди во всём мире желают иметь корочку хантера — без преувеличений, свидетельство того, что имеющий её человек принадлежит к элите всего человечества. И не важно, как человек получил лицензию — своей силой, умом или хитростью с харизмой. Умные поведут мир к новым горизонтам, харизматичные позаботятся о том, чтобы весь мир об этом услышал и признал их заслуги, а сильные — сделают Ассоциацию неприкосновенной.       Потому-то экзаменаторам и их руководству плевать на мировоззрение экзаменуемым, если они относятся к одной из трёх вышеперечисленных категорий. Именно по этому людям вроде Хисоки без вопросов дали бы возможность перепройти экзамен столько раз, сколько нужно. Сила — одно из решающих преимуществ в любом обществе, и Ассоциация хочет эту силу. А точнее — людей, чьи способности явно превосходят таковые у большинства других.        Вот Киллуа и скрылся среди толпы зевак, нацепив испуганное выражение лица, для того, чтобы эти самые способности и узнать.       Он пригляделся к пострадавшему, который уже перестал всхлипывать и теперь конвульсивно подёргивался, лёжа в крови. Срезы на культях были очень чистыми, как будто ему не отрубили руки, а отрезали одним движением. Угол разреза — снизу-вверх, относительно стоящего человека. Удары Хисока наносил со спины… Чем?       «На виду оружия не держит, — мальчик опасливым взглядом украдкой пробежался по его фигуре, впрочем не упустив ни малейшей детали, — но в его одежде можно многое скрыть. Учитывая раны — скорее всего это короткое клинковое оружие… Но куда он дел отрезанные руки?»       Взгляд Киллуа заметался по сторонам, выискивая потерянные конечности — и не мог их найти. Он пытался найти хоть малейшие зацепки, но они будто в впрямь «растворились в воздухе»!        Иллюзионисты очень часто показывают вещи, кажущиеся невозможными, что на деле является лишь хорошо продуманным обманом восприятия, достигаемым с помощью дыма, зеркал, оптических иллюзий и прочих рукотворных трюков, а вовсе не магии. И если Хисока достиг такого уровня мастерства в иллюзиях, что может использовать их в бою, то Киллуа обязан как можно скорее разгадать, в чём заключается секрет трюков возможного противника.        Мальчик некоторое время сосредоточенно сканировал окружение, пока не вздрогнул: Хисока смотрел прямо ему в глаза. Его ухмылка стала шире. ♠️♦️ Киллуа резко отвернулся и скрылся в толпе.       В свои 12 лет, Киллуа достиг мастерства во многих аспектах ремесла, которым его семья занимается много поколений. Он был не по годам умён, значительно превосходя своих одногодок и конечно же был гораздо сильнее. И Киллуа прекрасно это знал, потому и некоторая доля гордыни не обошла его стороной. Однако, на тренировках на территории поместья его семьи, Киллуа быстро научили отбрасывать гордыню и признавать тех, кто сильнее. Не вступать с ними в прямую конфронтацию, а затаиться и наблюдать. И по наблюдениям выходило, что Хисока не просто «сильнее». Все замеченные детали так и кричали: «не связывайся!», и Киллуа благоразумно последовал этому совету.       Отойдя достаточно далеко, он вздохнул. Жажда убийства и какое-то вожделение — Хисока совершенно не заботился о сокрытии своей природы. Поиздеваться над своей жертвой или продлить её мучения — Киллуа это не было чуждо, но только в том случае, если это не будет иметь фатальных последствий. Устраивать же прилюдное кровавое шоу, при этом совершенно беспричинно раскрывая часть своих карт возможным врагам — было противоположно всему, чему Киллуа учили.        А вот стоять посреди толпы, ничем из не не выделяясь — совершенно другое дело! Ещё лучше — попытаться наладить с кем-нибудь непринуждённое общение, попытавшись влиться в какую-либо из групп. А если кто-то идёт на конфликт — вяло поогрызаться, при этом демонстрируя слегка напуганный взгляд. У Киллуа тут было преимущество — будучи ребёнком легче завоевать доверие. В общем, надеть маску очередняры, от которого никто ничего не ожидает — вот идеальная модель поведения в этой ситуации для таких как он.       И вот так совпадение — всем этим пунктам следовал участник под номером 294 — бритоголовый парень по имени Ханзо, в котором, после непродолжительных наблюдений, Киллуа признал своего коллегу. Убийцу.       Окончательно Киллуа в этом убедился, когда Ханзо с заговорщицким выражением лица сказал другому участнику:        — Ты только никому не говори, но на самом деле я — ниндзя! Я хочу стать хантером, чтобы найти свиток с секретными техниками сеннина! Только тссссс!..       Киллуа от этой сцены хмыкнул, вспомнив, как сам, подбоченившись, с важным видом сказал одному мафиози:        — Вообще-то я из семьи наёмных убийц! И я вовсе не прошу здесь милостыню — это маскировка, чтобы моя цель меня не опознала!.. Н-но, если ты так сильно хочешь меня угостить обедом, то я не буду возражать… — сентиментальность одного из бывших «детей улиц» для его капо тогда обернулась печально: приведённый в семью новичок — голодающий мальчик с улицы — действительно оказался убийцей, уже неделю как выслеживающим их тайное убежище.       «Хорошие времена!»       Был ли Ханзо здесь по работе, хотел ли получить лицензию хантера для будущей работы, или же вообще хотел эту работу сменить — Киллуа не знал. Но он точно знал, что с него также не следует лишний раз спускать глаз.        Как и с человека из «его команды», номера 100, Эна. Если с парочкой, напялившей камуфляж, всё более-менее, ясно — неуверенный в себе Бо решил рискнуть пойти сюда скорее всего по науськиванию его друга — Саймона, чтобы тот прикрыл ему спину, то вот Эн вызывал вопросы.       Вопросы не только о его выборе одежды или целях, от ответов на которые он ловко съезжал либо отшучивался. Ещё он странно поглядывал на самого Киллуа, также как тот смотрел недавно на Хисоку — будто пытаясь определить степень опасности и выработать стратегию по убийству. И также, как и Хисока, Киллуа заметил слежку, конечно же не давая об этом понять самому Эну, по дурному примеру того же маньяка-фокусника.       В общем, рядом с ним — постоянная бдительность. А рядом с ним Киллуа быть придётся, ведь Эн не собирался отделятся от парочки «туристов», как втайне надеялся мальчик-убийца. Да, Киллуа решил продолжать экзамен в составе группы, с которой пришёл. К этим людям у него в принципе никаких нареканий не было, кроме безалаберности Бо и подозрительного поведения Эна.       «На Саймона можно положиться в бою и он не глуп, пусть и может упускать некоторые детали. Только непонятно, зачем таскает за собой Бо… Да и странности Эна тоже можно объяснить тем, что он мыслит как я. Просто не обладает достаточными навыками, чтобы это скрыть», — нотка самодовольства Киллуа дала о себе знать, — «Не буду столь критичен к нему и продолжу наблюдать. О, помяни чёрта…»       На глаза убийце вновь попалась группа из четырёх участников, которые вышли из лифта последними — 403-й, 404-й и 405-й, а также присоединившийся к ним полный мужчина из «старых». И к ним целенаправленно приближалась группа Киллуа, во главе с Саймоном. Эн шёл чуть позади с удовлетворённой усмешкой.        — На вашем месте я бы не стал это пить, — пробасил Саймон, кивнув на жестяные банки с соком в руках новичков, после чего взглянул на подошедшего к ним ранее толстяка с номером 16 на груди, — Позвольте вам представить — Тонпа, более известный как «Гроза новичков».        — Ч-что?! — означенный Тонпа и номер 403, высокий парень в костюме, круглых очках и с кейсом, воскликнули одновременно.        — Что слышали, — буркнул Саймон, — Мы тоже сдаём в первый раз, просто пришли на несколько часов раньше и успели пообщаться с остальными. Интересные вещи про тебя говорят. Извращенец, который в течении 35 лет приходит на экзамен просто для того, чтобы завалить других, я даже знать не хочу, что у тебя в башке твориться, но если ты сейчас же не!..        — Одну минуту! — вмешался другой новичок, светловолосый юноша лет шестнадцати с номером 404, прикреплённом к синей одежде, похожей на длинное пончо, — вам не кажется, что вы перегибаете палку? Мы впервые встретились и вы сразу же нам говорите, что наш знакомый — саботажник, а потом ещё и гоните его. Не слишком ли это нагло? — произнёс он, смотря Саймону прямо в глаза.       Не смотря на очевидную разницу в комплекции, юноша не испытывал ни малейшего страха или опасения, его голос был спокоен. Как заметил медленно подходящий к ним Киллуа, скорее всего это связано с тем, что он не смотря на возраст довольно опытный мастер боевых искусств: от убийцы не скрылось, как тот рефлекторно подготовился к бою встав так, чтобы половчее выхватить оружие, скрытое под пончо за спиной.        — Д-да! Подходите и предъявляете мне претензии на ровном месте! А может быть вы просто хотите разделить нас, чтобы избавиться от конкурентов поодиночке! Ну, что молчите?! — вначале запинающийся, голос Тонпы обретал всё больше уверенности и возмущения, что совершенно не вязалось с начавшимся обильным потоотделением.       Это, конечно же, не укрылось от глаз остальных и все они постояли некоторое время в молчании.        — А это и впрямь подозрительно, Курапика, — буркнул 403-й обращаясь к светловолосому, — Он сидел тут несколько часов, а потом подошёл именно к нам, новичкам, и чуть не уболтал что-то выпить. А мы, как последние олухи…        — Все эти обвинения — полный вздор! Я мамой клянусь, что это не так! — взревел Тонпа, на некоторые стоящие рядом участники, прислушивающиеся к разгоревшемуся конфликту, злорадно захихикали. Тонпа проигнорировал их, — Если вы меня всё же подозреваете, то смотрите!       С этими словами Тонпа без колебаний сделал несколько глотков из открытой им банки.        — Вот, видите? Никакой отравы!..        — Конечно же в свою банку ты бы ничего добавлять не стал!..        — Да я не!..       В этот момент, молчавший до этого участник под номером 405, неловко подёргал Тонпу за рукав, отвлекая того от перепалки с 403-им:        — Простите, мистер Тонпа, — виновато потирая затылок произнёс он, — но похоже ваш сок действительно испорчен…        — Что?! — повторился Тонпа, уставившись на 405-го, который неожиданно оказался 12-летним ребёнком, уже вторым на этом экзамене. Все элементы его одежды — куртка, короткие шорты и ботинки — были зелёного цвета. За спиной висел рюкзак в притороченной сбоку складной удочкой. Короткие чёрные волосы стояли торчком, а карие глаза смотрели на Тонпу виновато и совершенно бесхитростно.        — В горах я часто питался травами и плодами, так что сразу могу сказать, можно ли что-то есть, или нет. Наверное, вы просто купили просроченный…        — Д-да, похоже, что так!.. — мгновенно уцепился за это Тонпа, — Чёртовы мерчендайзеры, выставляют свежее только в последних рядах… Но не думал же я, что они оставят просрочку!.. — залепетал он, впрочем, никто на это не купился.        — Вали уже отсюда, — Бо, как он сам считал, грозно положил руку на рукоять пистолета на поясе.        — Я уже ухожу! Простите!       Киллуа с интересом взглянул на «туристов»: теперь оба были в разгрузках и вооружены — у каждого по ножу и пистолету. Теперь их рюкзаки выглядели полегче. Логично, что в городе в таком не походишь и полностью снарядились они уже здесь.       А в это время две группы заинтересованно переглядывались. Саймон прокашлялся.        — Похоже, мы не с того начали знакомство, — начал он, — Ты — Курапика? Меня зовут Саймон.        — Приветствую. А это мои друзья — Леорио и Гон.        — Здравствуйте, — последний вежливо кивнул.        — Я — Бо, — изменившимся голосом проговорил небритый. Похоже он всё ещё взбудоражен от того, что смог по угрожать кому-то оружием.        — Эн. Приятно познакомиться! — приветливо произнес тот, при этом изучающе сверля Курапику, Леорио и Гона взглядом — также как до этого он осматривал Киллуа.       «Похоже, Эн и впрямь просто манипулятивный параноик, и ко мне он отностся также, как и ко всем остальным. Я не являюсь его целью. Пока что», — кивнул про себя убийца.        — А я — Киллуа, — с задорной улыбкой и прикрытыми глазами сказал он, — Рад встрече!        Едва он успел представится, как раздался знакомый звук — двери лифта дёрнулись и разьехались в стороны, пропуская, как все подумали, ещё новичков. Однако…        — Простите, что заставил ждать, — раздался чопорный голос вышедшего из лифта человека, — Приём кандидатов окончен. Начнём экзамен.       Участники взволнованно вздохнули и подобрались. Прибывший экзаменатор — беловолосый мужчина в костюме и с закрученными тонкими усами — спокойно пошёл сквозь толпу, продолжая говорить:        — Моя имя Сатоц, я — хантер, и я буду вашим экзаменатором на первом этапе, — он шёл, смотря перед собой нечитаемым взглядом и не обращая внимания на реакцию окружающих, — Из 405-ти заявленных кандидатов в экзамене примут участие 404. Позвольте вас предупредить, что экзамен невероятно сложен и на нём вы можете получить тяжёлые травмы или умереть. Опасность может исходить не только от тестов, но и от ваших товарищей, как это произошло только что, — Сатоц мазнул взглядом по Хисоке, — имейте это ввиду.       Участники начали собираться вокруг хантера, чтобы не упустить речь, и удивились, когда он, пройдя толпу насквозь, не снижая скорости продолжил идти дальше по коридору.        — Если вы считаете, что не готовы к этому, у вас ещё есть возможность покинуть экзамен на лифте позади вас. Остальные — следуйте за мной.       «Краткость — сестра таланта, да? Но так даже лучше. Мне уже надоело торчать в этом подземелье», — Киллуа посмотрел на хантера, — «Он сказал — «как это произошло только что»? То есть, если такое повториться — то он не будет возражать? Похоже, отбор начался…», — убийца огляделся и заметил, что не только он пришёл к этому выводу.        — Сатоц, куда ведёт этот туннель? — подал голос Ханзо.        — К месту проведения второго этапа, — всё также смотря вперёд ответил экзаменатор.        — Второго? А что насчёт первого?        — Он уже начался.       Услышавшие это изрядно напряглись, ведь на некоторых предшествовавших этому этапу отборочных тестах приходилось принимать неочевидные и быстрые решения за короткое время. Бывало такое, что ответ лежал на поверхности, но до самого конца не был замечен и тест не засчитывался. Эти самые тесты, а также четырёхчасовое ожидание в компании возможных врагов изрядно подточило нервы всем присутствующим.       Тем не менее конкретно этот тест не имел никаких нестандартных решений, всё было предельно просто и Сатоц уже собирался всё объяснить, однако среди участников нашлись те, ко нашёл свой ответ.        — Сдохни! — вскрикнул один из кандидатов бандитской наружности и с размаха всадил нож в шею идущему рядом парню без группы. Брызнула кровь.        «Опасность может исходить не только от тестов, но и от ваших товарищей, как это произошло только что» и «Первый этап уже начался», — напряжение и так было как заведённая пружина, так что не удивительно, что чей-то воспалённый мозг в такой ситуации сложил эти две фразы и среагировал привычным ему способом.       Это стало сродни взрыву бомбы: все выхватили оружие, а безоружные — встали в боевые стойки. Начался хаос.       За первой смертью последовала вторая — первый убийца был в группе из трёх человек, которые не замедлили последовать примеру лидера, убив другого стоящего рядом и не успевшего среагировать кандидата, отрубив тому руку и добив размозжившим голову ударом кастета.       Недалеко от них другой участник с ножом получил жесткий отпор — неловкий выпад впустую пронзил воздух, а его противник уже держал неудавшегося убийцу за голову, через мгновение с хрустом свернув ему шею.       Ещё дальше один сражался против троих, вот только нападавшим был именно этот одиночка — двухметровый мускулистый мужчина с копьём. С невероятной для своей комплекции ловкостью и скоростью он подскочил к ним, сходу снеся голову первому. Второй успел выхватить мачете, прежде чем получить два укола копьём — в сжавшую рукоять кисть, где листовидный клинок отрезал три пальца, обезоруживая участника, и добивающий в горло.        Третий же, пока происходила расправа над его товарищами, успел разорвать дистанцию и выхватить револьвер, взяв копейщика на прицел. Однако, прежде чем произошёл выстрел, копейщик буквально перетёк в другое положение тела, смещаясь с траектории пули, одновременно вырывая копьё из уже мёртвого тела и метая второй рукой нож. Спустил курок участник уже будучи отброшенным от попадания тяжёлого ножа, с легкостью пробившего череп…       Не обошла стороной эта свалка и группу Киллуа — всего три на вид взрослых мужчины, два подростка и два ребёнка — лёгкая добыча.        Сейчас на них оценивающе смотрела целая банда из где-то десяти головорезов, каким то образом в полном составе прошедшая отборочные. Вооружённых они были кто чем горазд, и только у главаря был пистолет.       Медлили они по той причине, что первые двое сунувшихся вперёд сейчас лежали на земле, корчась от боли, а над ними стоял Курапика всё-таки вытащивший своё оружие — два коротких деревянных меча, соединённых метровым тросиком.        — Бо, присмотри за пиздюками, — хрипло приказал Саймон, позабывший в этой ситуации о вежливости.        — Вы покалечили наших, — вышел вперёд главарь, поигрывая пистолетом, — там, снаружи, я бы ободрал вас до нитки, но сейчас нет на это времени… Так что пора вам умирать. Убить их! — взревел он, поднимая пистолет… и тут же падая замертво от выстрела Саймона. Но звук выстрела и падения тела потонул в общем хаосе и улюлюканье бросившихся в атаку бандитов, так что бой и не думал утихать.       Первых нападавших встретили стоявшие впереди Курапика и вытащивший из кармана раскладной нож Леорио. Киллуа, который, казалось, совершенно не взволнован происходящим, с интересом наблюдал за столкновением. И если в ловкости и точности движений Курапики, который взял на себя сразу четырёх противников, не было ничего неожиданного — ведь убийца при первой встрече сразу же признал в нём мастера боевых искусств, то Леорио удивил.        Взяв свой кейс на манер щита, Леорио принял на блок несколько ударов железной трубой, а когда бандит ударил с широким замахом — парировал и без колебаний нанёс несколько ударов ножом в живот.       «Неплохо. А по виду и не скажешь, что он к такому привычен», — Киллуа перевёл взгляд на остальных врагов, пробежавших мимо Леорио и Курапики напрямую к остальным.       Саймон успел выстрелить ещё несколько раз, убив двоих, прежде чем бандиты добрались до них. Так как «охраняющий» Гона и Киллуа Бо явно не был к такому готов и трясущимися руками пытался снять пистолет с предохранителя, — добраться до них успело четверо. И тогда вперёд выступил Эн.       Киллуа заметил в его руке кинжал, похожий на танто. Чёрная рукоять как будто вырастала из наруча. Клинок был сделан из кости, и только на кромке странно поблёскивал свет от ламп освещения туннеля.       Оскалившись, Эн сделал ещё один шаг и ударил. Удар был дилетантским, но невероятно быстрым, а внезапно удлинившийся до четырёх метров клинок с лёгкостью перерубил всех нападавших, вместе с их оружием.       Внутренности с хлюпаньем упали на землю, развалившиеся надвое тела брызнули кровью, немного которой попало прямо на лицо шокированного Бо, отчего тот выпустил из желудка всё, что недавно съел в лифте…        — Стойте!..       «Твою же мать», — Киллуа не глядя ленивым движением бросил скейт назад в подобравшегося с другой стороны нападавшего, не относящегося в только что вырезанной банде, — «Вот знал же, что так и будет!..», — скейт краем угодил прямо в переносицу участника, раздался хруст, — «Надо было сразу держаться как можно ближе к Сатоцу, тогда можно было бы избежать всего этого бреда», — срикошетив, скейт отлетел обратно прямо в поймавшие его руки убийцы, — «Хотя, теперь я лучше представляю, чего ожидать от моей команды. Ну и повеселиться можно…»       Киллуа медленно повернулся всем телом к напавшему на него согнувшемуся участнику, который выронил оружие и, пытаясь облегчить боль, держался за раздробленную переносицу, кровь из которой уже залила ему всё лицо        — Остановитесь, придурки!..        Глаза Киллуа похолодели, но уголки рта против его воли поднялись вверх. Он подошёл не нему и всё тем же скейтом, теперь на манер биты, с размаху нанёс удар по коленям всё ещё стоявшего человека. Плоть затрещала и обе ноги были вывернуты в обратную сторону. Скуление перешло в истошный вопль.        «Давай… Издай ещё какой-нибудь жалкий звук…»        — ХВАТИТ!!! — Киллуа наконец раздражённо глянул на кричавшего.       И похоже, что докричаться он смог не только до мальчика-убийцы — все участники как будто проснулись от недавнего безумия и огляделись. Сбившиеся в группы люди, ощетинившиеся оружием, редкие одиночки, с остервенением ожидавшие атаки со всех сторон, и мёртвые тела убитых самыми разнообразными способами участников. А главное — никто не мог найти экзаменатора.        — Нам не обязательно продолжать! Сатоц не говорил нам убивать друг друга! Вы просто пошли на поводу эмоций!.. И нескольких отбитых кретинов!.. — продолжал кричать участник. Он стоял во главе самой крупной группы — где-то в 30 человек.        — Где Сатоц? — пророкотал одиночка с копьём, уставившись на говорившего, от чего участник вздрогнул: он видел копейщика в действии и явно не желал конфликтовать с ним.        — Посмотрите вон туда, — он с готовностью показал вглубь туннеля.       Пусть и достаточно далеко, но ещё можно было разглядеть спины перешедших с шага на «марафонский» бег нескольких избежавших битвы участников и бегущую фигуру экзаменатора во главе. Среди участников, помимо неизвестных, Киллуа увидел примеченного им ранее Ханзо, Хисоку и, как ни странно, Тонпу. Видимо не просто так уже в 35-й раз сдаёт экзамен.        — Нам просто нужно следовать за ним! Поняли?! В этом тесте нам просто нужно поспевать за ним! Выносливость! Тест на выносливость! — продолжал лидер крупнейшей группы увещевать остальных.       Копейщик хмыкнул и отправился в сторону убегающих. Остальные некоторое время постояли, переваривая происходящее и, стиснув зубы, последовали его примеру.        — Все живы? Кто-нибудь ранен? — обеспокоенно спросил Курапика, подбежав к остальной группе после того, как разобрался со своими противниками.        — Пострадала только моя гордость, — после недолгого молчания невесело усмехнулся Бо, вытирая со рта рвоту.        — Ну, это не проблема, — хлопнул его по плечу Саймон, — Только в следующий раз не забывай стрелять.        — П-простите…        — Забудь, — произнёс Леорио. Не смотря на то, что неплохо показал себя в бою, он был бледен, — Это было просто какое-то безумие, мы не должны были через это проходить…        — А что в этом такого? — неожиданно спросил Гон, — В дикой природе все постоянно убивают друг друга, а это место не сильно от неё отличается. Одни совершили ошибку, другие за ними повторили, и в результате многие погибли… — его голос стал немного грустнее, — Но самое главное, что мы все живы. Давайте будем внимательнее и не совершать ошибок, как они, — Гон улыбнулся.       …Это было неправильно и сюрреалистично даже для Киллуа — множество ненужных смертей всего за пару минут боя, отдавшаяся низменным инстинктам толпа, куча трупов и ребёнок его возраста, совершенно не «испорченный» как сам Киллуа, неожиданно воспринимает реальность адекватнее всех. Указал на проблему и продолжил идти дальше с улыбкой, предложив принять это и стать лучше, хотя далеко не каждый взрослый выдержал бы это давление и не отчаялся.       Но обсуждать эту тему ни у кого не было ни настроения, ни времени — нужно было догонять экзаменатора.       Дальнейший путь по туннелю прошёл в напряжённом молчании. Пусть сражение и прекратилось, но у многих погибли друзья и знакомые от рук участников из соседних групп, так что вражда прекратилась только на время и однажды обязательно вспыхнет с новой силой.       Внутри группы Киллуа настроение тоже упало, да и бег на более чем 60 километров, да ещё и после боя, не способствует дружеской беседе.       Лишь под конец забега Киллуа разговорился с Гоном о причине его желания стать хантером. Оказалось, что он хочет найти своего пропавшего отца, который вместо воспитания сына предпочёл работу хантера. Сам же Киллуа сказал, что лицензия ему нужна только для путешествий без проблем, причём нисколько в этом не солгав...       ... Таким образом, начало экзамена было положено. И тот факт, что пролилась невинная кровь нисколько не поколебал решимость участников пройти его до конца - слишком уж хорош был приз.       Из 404-х кандидатов в живых осталось 334.

***

      И вот наконец-то в конце туннеля забрезжил свет…       Привыкшие к полумраку участники щурились от яркого солнца, которому клочья тумана и высокие деревья совершенно не мешали резать глаза людям.        — Болота Нумелль, — объявил Сатоц переводящим дух кандидатам, — Именно здесь и пройдёт второй этап экзамена!..