Исчезновение и нетерпение

Юрган Боец шёл по лесу. Смеркалось. Он замёрз и был напуган. Это не подобало смелому воину норду. После стычки троллем его отряд разбросало по местности, и вот уже битый час он блуждал по лесу. Ночевать на голой земле, завернувшись в плащ, очень не хотелось. Задачей было не столько вернуться, сколько выйти к людям и чем ниже опускалось солнце, чем становилось холоднее, тем более неважно к кому проситься переночевать. Хоть Талморцы, хоть имперцы, хоть аборигены! Собравшись с духом, он набрал как можно больше воздуха в лёгкие, и лес огласило протяжное «Ау!». Юрган прислушался к эху собственного голоса и машинально подумал, что как бы по близости не оказалось бы оборотней или как бы рядом не оказалось бы Стражи рассвета или Серебряной Руки, вдруг его за вервольфа примут. Но делать было нечего. Немного пройдя вперёд, он вновь затянул свою отчаянную песнь. В этот раз ему отозвались и на слух, определив направление, он сделал несколько шагов, закричал вновь и вот так перекликаясь, пошёл в сторону единственной откликнувшейся души в почти ночном лесу. В один момент между деревьями показался свет, и крикнув: «Я здесь! Близко!» поспешил к нему, совершенно не ожидая, что из-за одного из деревьев к его горлу представят меч. С секунду Юрган смотрел на негодяя, посмевшего с ним так поступить. И кроме шуток ему холодно, голодно, страшно! А этот имперский хмырь! В груди вскипала злость. Хотелось по серьёзке вдарить, ему по тыльной стороне руки и повалить на землю. Он не понимает что ли, что человеку плохо! Всё приехали! — Бунтовщик! — усмехнулся имперец. — Что ты забыл на этих землях? — Я заблудился, — сдерживая злость, признал гордый норд, которому уже было всё равно на правое дело Братьев Бури и хотелось только одного, согреть мёрзнущие пальцы и вообще расположиться поближе к живительному пламени. — Я тоже, — неожиданно ответил имперец, делая шаг назад, но продолжая держать меч поднятым. — Взаправду? Утвердительный кивок. Имперец убрал меч и, ниспуская взгляд со своего гостя, вернулся к костру. — Прекрасно! — сплюнул Юрган, напряжённо следуя за ним. — Небоись! — успокоил его имперец. — Я по солнцу ориентироваться умею. Утром выведу нас либо к трассе, либо к железке. А от станции доберёмся обратно. Только вот, что я тебя в плен возьму. — Валяй! Мне не страшна ни смерть на плахе, ни вечное заточение. — Мне смерть тоже не страшна, а вот в заточение можно помереть от скуки, — не согласился имперец. — Тебя как зовут? — Юрган, — представился гордый норд, а затем, заметив брошенный на него взгляд поправился. — Юра, то бишь. А от вечного заточения меня спасёт прекрасная эльфийка Томаэль. — Талмор? — быстро спросил имперец. — Обижаешь! — воскликнул Юрган. — Гильдия воров. — Эх, это была бы красивая история о запретной любви или дружбе, — быстро прибавил имперец. — Дима. Диониус, вернее наоборот, — улыбнулся он. — Шоколадку хочешь? — Будем знакомы, — кивнул Юра. — Хочу. С утра ничего не ел. — Плохо о вас заботиться этот Ульфрик ваш! В ответ доблестный норд только протяжно выдохнул. Это было, наверное, лет восемь назад. Дин нажал на тормоз. Новая TES только вышла и стала очень популярной и было интересно играть на новой территории. Парковка около станции была забита машинами. А что сегодня на повестки дня он не совсем понял. Тогда они действительно вышли к станции, голодные и гордо не обращающие внимания на косые взгляды местных. После прогулок на свежем воздухе хотелось, есть и они, совершенно не стесняясь антуража и не обращая внимания на причитания и пересуды достопочтимых пожилых женщин, гордо прошествовали в сельмаг. У него в нагрудном кармане свитера завалялось сто рублей и гордые воины, присев на пьяную покосившуюся лавочку за магазином с удовольствием поглощали свежий батон белого хлеба, запивая его кефиром. За эти годы здесь в сущности ничего не изменилось. Тот же сельмаг, те же разобранные дороги. Памятное место, Денис свернул на просёлок, указанный на карте. Без неё он бы давно заблудился и где-нибудь свернул бы. Ещё полчаса неторопливой езды по просёлку и он достиг заброшенной воинской части и припарковался перед двумя заросшими столбами и всё ещё крепкой бетонной будкой. Чтобы никого не злить дальше стоило идти пешком. Начало в два, поэтому у него ещё есть время. Главное найти Славу. У стены первого из зданий, видимо бывшего гаража разговаривали трое в потёртой одежде. В этот раз заброшенная воинская часть была заброшенным городком где-то на Диком Западе. — Здорово! — поприветствовал он компанию. По нему мазнули взглядом и явно не признав решили, что он новичок. Сообщество их города не такое уж и большое, все друг друга если не в лицо, то по нику знают. — Грабли не видели? — спросил он. — Где-то здесь, — неопределённо махнул рукой первый из парней, толи антураж у него был так себе, толи он ещё не успел навести марафет. — Кажется, к бандитам пошёл, — подсказал второй одетый в чапы из-под которых торчали светлые зауженные джинсы, указав направление. Полное имя Славы было давно забыто, если вообще когда-то было известно, его ник был «НеоСлав», а промеж себя его называли просто «Грабли». Уже неизвестно когда и в каком контексте он это впервые произнёс, но прозвище, как и сама фраза, крепко запала в саму душу и была не раз повторена. И дословно она звучала так: «Ну, не знаю! Представь, что твой персонаж наступает на грабли!». Неуютно чувствовать себя единственным чистым и опрятным человеком в мире, где случился зомбиапокалипсис. Дин старался как можно быстрее закончить с делами и поскорее уехать. А были тогда времена! Ведь интересно же было. А затем как-то постепенно это чувство угасло, и с тех пор он ни как не мог найти себе дело, которое так же его увлекало. Хоть именно поэтому над ним постоянно и подшучивали. Заметить Нео в толпе было задачей трудной. Мастер, кроме того, что не обладал примечательной внешностью, так ещё и каким-то непостижимым образом всегда сливался с толпой. — Слава! — окликнул его Дин, наконец, сумев выцепить его взглядом. Он обернулся, нахмурился, на ходу пытаясь понять, кто и что от него хочет. — Денис я. Я утром тебе писал, — поняв, что это ничуть не освежает памяти, он добавил. — О Юре. На этом моменте лицо Нео просветлело. — Юрган не любитель этой тематики, — ответил он, явно не до конца припоминая, о чём речь. — Вот именно об этом я и говорил… — начал Дин, думая стоит ли говорить об его исчезновении или нет. Слава человек надёжный и не кому ничего не расскажет. — Тут, в общем, такое дело… — начал он, но замялся. — Короче, исчез Юра. Мы думали, что он мог просто забыть предупредить об игре. Хотя обстоятельства там весьма странные… Если ты что-то знаешь… — Боги… — выдохнул Слава, пытаясь припомнить всё что мог знать. — Я его не видел в последнее время. По поводу переписки, это куда сложнее… Всё и не вспомню. Но если бы его сообщение выделялось, я бы запомнил. Да и думаю, запомнил бы, если бы Юрган решил бы отойти он единственной тематики. Нет, не думаю, что он мне или моим писал. — У меня такая просьба. Если кто будет спрашивать, не говори пока никому, ладно. Есть ещё шанс, что с Юрой всё в порядке. И если вдруг, он свяжется с тобой, то скажи. Ладно? — Постараюсь, — кивнул Слава. Повисла тишина. Нужно было, наверное, что-то сказать, но в таких ситуациях не всегда находиться нужные слова. Нео был бы рад ещё чем-то помочь, а Дин не знал, стоит ли прощаться и уходить или постараться узнать что-то ещё. Не раде же этого короткого диалога он проделал весь этот длинный путь. Но кто ещё и чем мог бы ему помочь? Это он тоже не представлял. — Ладно… Бывай, — наконец прервал молчание Дин. Слава кивнул, на мгновение замялся, а затем поспешил к одному из зданий. Денис какое-то мгновение остался стоять, но затем развернулся и пошёл к машине. Они могли сколько угодно врать, что Юра на игре, но вот надежда на то, что это правда почти полностью угасла. Да и не стоит забывать о некормленом коте. Он вернулся к станции и уже выезжал на шоссе, когда раздался звонок. Илья. Рановато для него. Для того кто заканчивает работать около полуночи, проснуться к полудню задача трудная. Дин снял трубку. — Привет! Не спиться? — спросил он. — Я с десяти не сплю, — ответил Илья. — Мне не спалось, я вот всё думал, что ещё можно сделать. И я открыл телефонный справочник. Тем более у Юры примечательная татуировка. В морги ещё не звонил. Трудная это задача дозвониться до приёмных покоев… — Что-то есть? — быстро спросил Дин. Некоторое время Илья молчал. — В ожоговом центре находиться человек с сорока процентами ожога… Спина и что-то ещё. Без сознания и документов, — наконец ответил он. — В лесопарке нашли. Вчера вечером. — Ты Энди звонил? — Я Мише сообщил. И кажется, с нашим Андреем что-то происходит. Давай, пока молчать. Зачем ему лишняя нервотрёпка. А если это не он? — Где? — взволновано, спросил Дин. — Денис, спокойнее, не торопись, а то воткнёшься в дерево. Приёмные часы с часу до полтретьего. Где? Сейчас скажу, — ответил Илья, раздалось шуршание, а затем он продиктовал адрес. — Не боись! Не влечу! — усмехнулся Дин. Илья в ответ издал издевательски-согласный звук. Телефон завибрировал от пришедшего сообщения. — Меня Миша хочет слышать, — констатировал Дин. — Так что давай, пока! Дорога была относительно пуста. Люди в двенадцать в среду никуда не едут. Они либо в отпуске сидят на даче, либо работают в городе. Единственное, что принесло внезапное огорчение это череда фур. Они появились из-за пригорка неожиданно и заставили немного занервничать. А Миша был вынужден услышать в трубке эмоциональное высказывание о том, что Дин думает об этих нехороших машинах. Шумная, дурно пахнущая, пылящая колона долго не хотела заканчиваться, несмотря на то, что он ехал ей на встречу. Наверное, можно было бы посчитать, сколько мимо проноситься машин, этот как в детстве считать количество вагонов проносящегося мимо товарного поезда. Нельзя было отвлекаться на посторонние вещи. Хватало мыслей и дурных предчувствий по поводу Юры. С одной стороны хотелось, что бы это был он, ведь тогда возникнет хоть какая-то определённость, и можно будет писать или звонить в Каир. Жалко прерывать отдых, Тома нужна будет здесь. С другой стороны не хотелось бы, чтобы это был он. Ведь тогда остаётся надежда, что он жив, здоров и что с ним всё хорошо. Хотя прошло больше суток, с тех пор как он пропал, и если бы с ним всё было бы хорошо, то он явно хоть как-то дал бы о себе знать. Но рассуждать об этом бесполезно. Как и что-то сейчас предполагать. Доедет до больнице — узнает.