5 глава
9 июля 2022 г., 15:00
На следующий день им так и не удалось встретиться. Рион за всё время ни разу не вышел из дома, решив обдумать произошедшее более глубоко, попытавшись разобраться в речах отца и бабушки с дедушкой. Мирабель решила не беспокоить в этот раз своего друга пустыми разговорами.
В ту ночь девочке приснилась смерть мамы Риона. Женщина работала в поле. Погода с самого начала не сулила ничего плохого. Со временем, грозовые облака сгущались всё сильнее, не привлекая к себе внимание женщины. Хлынул дождь. Капли скатывались по её взлохмаченным волосам, которые выбились из-под платка. Прогремел гром. Женщина не собиралась уходить с рабочего места. Подобная погода как никогда радовала её после знойного дня. Молнии засверкали в небе. Множество мелких полосок забегали в облаках. Несколько молний ударили в землю и одна из таких попала в мать, поразив её насмерть.
Мирабель закричала от страха, проснувшись в холодном поту. До этого девочке долго не удавалось заснуть, а теперь сон отбило окончательно. Мира никогда ранее не думала о том, что её страх гроз и молний настолько силён. Девочка не знала, как ей теперь заснуть, поэтому решила накинула на себя шерстяной плед, аккуратно сложенный в углу комнаты, пытаясь избавиться от возникшего холода.
Мирабель спустилась на первый этаж укладываясь на кресло-качалку в гостиной. На столике перед ней лежала закрытая книжка. Открыв её в поисках картинок, Мира, практически сразу же, отложила книгу в сторону, не найдя ничего стоящего.
На улице потихоньку вставало солнце, освещая раскинутые ветви деревьев. Мире редко выдавалась возможность увидеть ранний рассвет, поэтому всё её внимание было сосредоточено на окне. Даже прошедший день и сон не смогли испортить прекрасный рассвет. Ярко-оранжевый свет проникал в гостиную через окно, подогревая деревянный пол.
Мирабель решила подойти к окну, подставляя своё лицо под тёплые лучи. Из окна дома вдали виднелось то самое озеро. По всей территории с утра стелился прохладный туман.
Девочке слишком уж сильно захотелось прогуляться по рассветной деревне, не снимая с плеч шерстяной плед. Мирабель обратила своё внимание на туфли, стоящие у выхода, и сразу же приоткрыла дверь, вдыхая прохладный летний воздух, в котором витал лёгкий аромат цветов и клубники. С утра всё ощущалось по-особенному, все смешавшиеся запахи пробирали до мурашек. Птицы, уже вовсю пели, успокаивая, но в тоже время не оказывая усыпляющий эффект. От раскрывающегося пейзажа исходила тишина и умиротворенность, сопровождающаяся мелодией птиц. Они словно останавливали время, давая возможность побыть в моменте, ощущая настоящую свободу.
Шаг в прохладную росу, покрывающую траву, был для Миры сравним с шагом в манящую неизвестность. Придерживая рукой плед на плечах, она побежала по траве. Видела бы это её мама, то сразу загнала бы домой.
Если смотреть на дом Миры, то справа от него можно было заметить территорию их поля для посадки овощей. А вот сразу за ней стоял дом Риона. Девочке было жутко интересно узнать, что в тот день делал Орион и о чём думал.
***
Вчера в комнате Ориона. Отец крайне быстро завёл сына в комнату, захлопнув за ними дверь. Развернув Ри к себе лицом, мужчина начал спрашивать: — Что происходит, ты мне можешь объяснить? Почему препираешься со мной? — повышенным голосом спросил отец. — Я не припираюсь. — А что же ты делаешь? — Ничего, я же ответил на все твои вопросы, — парень продолжал быть непоколебимым. — Да, ответил, но зачем ты заступаешься за какую-то девку? Кто она тебе вообще такая, чтобы ты ослушивался меня? Ей же пять отроду, — не стесняясь и не подбирая слова произнес отец, глядя в глаза сына, всё также держа за плечо. — Какая тебе разница? Ты же не ради этих вопросов сюда пришёл, — уже не сдерживаясь заговорил Орион. — Как ты смеешь повышать на меня голос? — Кристиан толкнул сына в грудь. Орион был слишком шокирован таким поведением незнакомца и подальше от беды решил в будущем сдерживать себя в эмоциональных проявлениях. — Я и правда пришел с другой вестью, — немного успокоившись начал отец. — Ты уезжаешь через полторы недели. — Ч-что? Куда? — сын не на шутку растерялся. Кристиан сумбурно и очень кратко рассказывал всё самое важное, как будто бы он куда-то опаздывал. Все слова уже не укладывались у Риона в голове из-за зависшей перед глазами фразы: «Ты скоро уезжаешь». Единственное, что Рион успел ухватить из рассказа Кристиана, так это то, что уезжает он на пятилетнее обучение куда-то далеко. В ушах звенело от количества поступающей информации, а голова начала болеть совсем не на шутку. — И да, можешь забыть про свою подружку, как там её? Изабель? Не важно. Главное, что она просто не для тебя. — Она Мирабель, — сквозь зубы произнес Рион. — Да мне плевать. Я тебе всё сказал. Лучше сейчас забудь её и потом ещё спасибо мне скажешь. — У меня всё равно это не выйдет, — шёпотом и со злостью произнес тот. — Что ты сейчас сказал? Мне не послышалось? Не сработает? А ты пробовал? Хотя, если ты к ней неравнодушен, то, конечно, не получится, — передразнивая, начал провоцировать его отец. — Я не знаю. — Что ты именно не знаешь? — продолжил Кристиан раздражаясь из-за затянутости и бестолковости их диалога. — Про все вопросы, связанные с Мирабель. Я ничего на этот счёт не знаю, — пробурчал Рион, глядя в пол и не понимая, с какой целью выпалил эти слова. Однако такое раскрытие души отец не оценил и решил закончить диалог, возвращаясь к своей первоначальной цели. — Как я и сказал ранее, мне абсолютно всё равно, что ты там чувствуешь к этой девочке. У тебя нет других вариантов. Резкий прилив адреналина пробудил в Орионе желание крушить всё на своём пути, а если быть точнее, то, что находилось в комнате. — Хватит истерить и не забудь мои слова. Через одиннадцать дней в четыре утра за тобой приедут люди. Отец не то чтобы вышел из комнаты, а вылетел, чуть ли не выбивая дверь. После его ухода в комнате осталась витать напряженная атмосфера, не дающая возможности успокоиться. Всё, на что падал взгляд Ориона, побуждало в нём всё большее желание испортить целостность вещи. Стул, стол, кровать, и он даже взял уже вазу в руки, чтобы разбить её о пол, но вовремя одумался. "Нет, это мне не поможет решить проблему. Потом еще ругань бабушки слушать…" Аккуратно поставив вазу на подоконник, Рион обессилено упал на кровать. В его голове всё снова и снова прокручивались слова отца, и на глазах стали проступать слезы. Ему ранее не приходилось проявлять свои эмоции на людях и боясь быть замеченным, тот схватился за голову, пряча взгляд. Услышав шаги, парню подумалось, что это отец. Орион сел на край кровати. Как только до него донёсся уже родной и испуганный дрожащий голос, то Рион сразу же пробудился от своей ненависти, обращая своё внимание на маленькое ходящее солнце, освещающее всё пространство при своём появлении. Ориону было крайне сложно сообщить подруге о своем отъезде — она этому тоже не обрадовалась бы. И это было сильнейшей правдой. В её глазах парень увидел столько грусти и непонимания, что в какой-то момент пожалел о произнесённом. Теперь Рион неосознанно пытался запомнить каждый её жест, улыбку, смех. Он точно знал, что рано или поздно это всё закончится, и Мирабель останется лишь в воспоминаниях, но в тот момент он не хотел об этом задумываться. После объятий с Мирабель парень всегда чувствовал себя лучше, как будто она ими была способна не то чтобы исцелять, а возрождать. Расставаться с ней в конце дня ему было по-особенному тяжело, словно уже тогда им приходилось прощаться навсегда. Ри не отходил от её дома, пока девочка не скрылась за дверью. Домой он шел вновь опустошённым. Придя к себе, парень пожелал бабушке с дедушкой спокойной ночи. Как только он закрылся в своей комнате, то эмоции сразу же накрыли его с новой силой. Слова отца и Мирабель закружились в голове, словно в быстром вальсе. Чтобы не тревожить бабушку с дедушкой, Орион лёг на кровать лицом в подушку и только тогда дал волю рыданиям. Сложно было понять, от чего именно. То ли просто от усталости из-за отсутствия выбора, права на мнение, на своё слово. То ли от того, что всё вокруг было, словно, против его счастья. В голове мелькали теплые воспоминания, связанные с бабушкой, дедушкой, друзьями, Мирабель. Как бабушка успокаивала в сложные моменты, помогала с учёбой. Как дедушка учил его основным знаниям и техникам работы. Его поддержки Рион практически не получал, но даже просто присутствие Филиппа облегчало ситуацию. Бабушка с дедушкой заменили парню родителей. Они всегда были рядом, несмотря ни на что. Да, они не всегда были к нему справедливы, да и разногласия были, но у кого их нет. Ссоры и ругань тоже были, но по сравнению с положительными эмоциями, это всё не имело значения. Безграничная любовь ко всем людям из его окружения переполняли сломленную душу. И теперь, после такой новости от отца, Риону нужно было от всего этого отказаться и идти против своих желаний и мечтаний. Немного успокоившись, парень попытался найти положительные стороны во всей ситуации. Он перевернулся на спину, остановив свой взгляд на потолке. За всё время ему не удалось схватиться хоть за что-то хорошее, и парня вновь накрыло воспоминаниями. Лёжа в слезах, Рион подумал, что ему никто не будет запрещать писать всем письма, сообщая о своих новостях. «Но как же объятья, улыбки, смех, грусть? И всё это я не будет видеть ближайшие пять лет». Парень вновь сменил позу: лёг на бок и свернулся в комок, словно потерявшийся и замёрзший котёнок. В таком положении ему нравилось спать в глубоком детстве и так ему удавалось достаточно быстро засыпать, но не в этот раз. От солёных слёз ему стянуло кожу лица. В душе Риона словно образовалась зияющая дыра. Такое в своей небольшой жизни ему ещё не приходилось ощущать и парню очень хотелось верить, что это в первый и последний раз. Теперь Рион понимал, что его жизнь разделится на до и после, перевернувшись на все 180 градусов. В голове не укладывалось, что через одиннадцать дней жизнь парня больше не будет прежней, и он не будет просыпаться в своем доме, зная, что его ждут и любят. Проведя всю ночь в размышлениях и опустошённом состоянии, Орион даже не заметил восхода солнца. Заснуть так и не получилось. Из-за того, что он больше не менял положение, всё его тело ужасно затекло. Недолго думая, Рион решил немного размяться и походить по комнате, но, подумав, что такого пространства ему маловато, пошёл в гостиную. В ней всё также витала напряжённая атмосфера вчерашнего вечера. От нахлынувших воспоминаний парень съёжился, по телу пробежались мурашки. Еле передвигая ноги, он подошел к окну и посмотрел сквозь грязноватые стекла. Как назло, глаза Ри наткнулись на бегающую по своему участку Мирабель. Такую счастливую и беззаботную, словно ничего и не произошло. Почему-то ему подумалось, что даже после отъезда она особо не заметит исчезновения друга. От этой мысли на глазах парня проступили слезы. Вдруг Рион услышал шаги в комнате бабушки с дедушкой и скрип открывающейся двери. Быстро смахнув стекающую слезу, он повернулся в сторону исходящих звуков. — Ой, напугал ты меня. Что ты здесь так рано делаешь? — сонным голосом спросила у Ри бабушка. — Да так, что-то не спится, — парень потер кулаком глаза. — Понимаю, ой, — бабушка Нюра схватилась за поясницу, — понимаю. Эта ночь, наверное, у многих из нас была бессонная. Бабушка решила не отставать от внука и также подошла к окну. На ее лице промелькнула ухмылка. Рион проследил за её взглядом: конечно, она увидела Мирабель. — Тебе правда она симпатична? От неожиданного вопроса парень опешил. — Не знаю, — ничего лучше не придумав, произнёс тот, почесав затылок. — Ну я так и поняла. Ладно, тебе и так сейчас сложно, не буду допытывать. — Спасибо, — на выдохе проговорил Орион. Завершив неудобный диалог, Нюра с внуком принялись завтракать. Дед всегда встает позже бабушки, поэтому его они дожидаться не стали. Прошедшая ночь дала Риону понимание о том, что жить с мыслью о своём отъезде краше судьбу не сделает, а настроение ухудшит. Поэтому парень принял решение забыть о прошедшем и жить как раньше, не думая о завтрашнем дне, чтобы всё шло так, как шло.
