глава тринадцатая
15 октября 2022 г., 17:01
Следующее утро мы с Яку потратили на осмотр достопримечательностей Эдинбурга. Ему я, конечно, этого не сказал, но Яку оказался на изумление замечательным гидом. Он с таким упоением рассказывал мне об истории местной архитектуры, о тайнах, что крылись за могучими стенами древних крепостей, что я невольно позавидовал моему спутнику: он родился и жил в этой прекрасной стране, в то время как я обдирал коленки на обычных бостонских улицах.
К зданию киностудии, где проходили съемки, мы подошли ближе к обеду, о чем я не преминул напомнить Яку (и заунывное урчание желудка подтверждало верность моих слов). Но мой новоиспеченный партнер лишь укоризненно взглянул на меня, словно я был ребенком, который клянчил у отца конфеты.
— Тецуро, друг мой, сначала дела, потом еда. — При этом он играючи похлопал меня по животу. — Хотя в твоем возрасте я тоже то и дело что-то жевал и при этом оставался в замечательной форме без особых усилий.
Я хотел было ответить, что и мне, в общем-то, уже не семнадцать, но и он старше меня всего лет на десять, но в итоге решил молча принять своеобразный комплимент и направился к входу вслед за Яку.
Внутри помещение состояло из нескольких павильонов. Один из них был обустроен в виде изящной девичьей спальни, расположенной где-нибудь в башне средневекового замка: кровать под бархатным балдахином, кресла с резными подлокотниками, зеркало в массивной позолоченной оправе. Второй павильон, который сразу же бросался в глаза — тронный зал с величественным престолом, на котором сейчас никто, впрочем, не восседал, лишь одинокий королевский венец лежал на пустом троне.
Не успел я продвинуться вглубь, чтобы оглядеться получше, как нам навстречу выскочил высокий, стройный брюнет лет тридцати и тут же повис на Яку, осыпая того поцелуями в обе щеки.
— Мориске, котик, ну наконец-то! Уж думал посылать за тобой отряд констеблей!
Каждое слово он чередовал звучным чмоком, отчего мне стало казаться, будто лицо Яку уже стало поблескивать от слюней. Я хмыкнул, и в тот же момент восторженный брюнет перевел свой взгляд на меня.
— Оу, а кто этот сладкий кусочек?
Я ожидал, что он того и гляди набросится на меня, чтобы отведать моей аппетитной плоти, потому едва удержался от трусливого желания спрятаться за спиной Яку.
— Сугуру, знакомься, этот молодой джентльмен — Куроо Тецуро, мой деловой партнер, а так же подопечный, которого я собираюсь провести через все прелести этой жизни, — довольно ответил Яку, чем, собственно, спас меня от пристального взора мистера Ганнибала Лектера.
— Так это воплощение мужественности и сексуальности и есть тот самый Куроо Тецуро, о котором ты мне рассказывал? — Его голос стал на порядок выше. Я стал переживать, что вскоре он может начать говорить ультразвуком, если будет продолжать в том же духе.
К слову, я впервые чувствовал себя так неуютно, когда омега осыпал меня лестными эпитетами. Я был будто кусок парного мяса, а он — изголодавшийся по хорошему стейку гурман.
— Вы мне льстите, — ответил я так, чтобы мои слова не выглядели флиртом, но, по-моему, он воспринимал меня только глазами и, кажется, пропустил мою реплику мимо ушей.
— Да, тот самый, но не стоит так уж откровенно его перехваливать, а то я начинаю ревновать, — пошутил Яку, и они оба засмеялись, а я же совсем не находил в себе и намека на веселость.
— Ладно, душа моя, прости, — защебетал Сугуро, подхватив Яку под руку. — Ты же знаешь, что всегда был и остаешься для меня самым любимым мужчиной. — После чего он беззаботно потрепал его гладковыбритые щеки.
А вот теперь мне стало смешно от того, насколько абсурдным и нелепым показался этот жест. Я не был посвящен в тайны совместного прошлого Яку и Сугуро, но готов был поклясться, что их связывали куда более близкие и глубокие отношения, чем просто дружба.
— Тецуро, не поверите, но я не один раз сам делал Мориске предложение, — снова обратился ко мне Сугуро. — Буквально отдавал себя в его крепкие руки.
Вот тут я даже не сомневался. Яку и вправду имел над омегами какую-то странную власть, так что те готовы были вручать ему свое тело и душу без лишних колебаний.
— Не преувеличивай, дорогой, — отмахнулся Яку, а я заметил, что ему по какой-то причине не понравилось упоминание того этапа их минувших отношений. — Мы оба знаем, что ни ты, ни я не созданы для семьи. Согласись я тогда, то уверен: ты сбежал бы, едва ступив на порог церкви.
— Ой, какой же ты всё-таки хитрюга, Мориске. — Сугуро снова залился смехом, который больше подошел бы смазливой и пустоголовой блондинке (как раз появившейся за его спиной), а не зрелому мужчине-омеге, который мог бы произвести вполне приятное впечатление, не пытайся он казаться кокеткой.
Тем временем блондинка, дождавшись, когда Сугуро вернет себе более серьезное настроение, похлопала его по плечу.
— Да, Вивиан?
— Джош просил передать, что мы начинаем через пару минут.
— О, отлично! Спасибо, Вив, мы уже идем.
Прежде чем уйти, блондинка — Вивиан — подмигнула мне так, чтобы другие не заметили, и засеменила в сторону павильона-спальни.
— Вивиан Куин одна из наших главных звезд, она чудесно артистичная девочка, — пояснил Сугуро, подхватив на этот раз под руку и меня. — Хотя зачем зря сотрясать воздух, сейчас вы сами всё увидите.
Усадив нас с Яку напротив сцены, олицетворявшей тронный зал, Сугуро ненадолго оставил нас, чтобы переговорить с Джошем — оператором фильма. Мой напарник вытащил из кармана мобильник и начал строчить кому-то смс. Я сразу подумал о Льве, но допускал, что он запросто мог вести переписки сразу с десятком своих воздыхателей.
Наглый ловелас!
Я же, не зная, чем себя занять, начал глядеть по сторонам. Вивиан Куин снова появилась в поле моего зрения. В этот раз она была одета в платье, соответствовавшее той же эпохе, что и декорации перед нами. Платье в пол насыщенного винного цвета с позолоченной вышивкой, волнистые волосы свободно струились по спине, а на лице почти никакого макияжа (ну или не такое количество, какого я ожидал увидеть на актрисе порнофильма). Лицо Вивиан было сосредоточено, будто она повторяла про себя слова роли (кто знает, может, они и правда есть в сценарии). А затем, заметив, что я смотрю в ее сторону, расслабилась и помахала мне рукой.
Я быстро улыбнулся, хотя и сидел в неосвещенной части помещения, так что она запросто могла не разглядеть моего ответного жеста.
— Не возражаете? — спросил немолодой уже мужчина, подойдя к стоящему впритык к моему стулу.
— Да, конечно, садитесь.
— Энди Шульц, кинокритик из «Скотланд Муви Ревью»— представился он, протянув мне мощную ладонь. — Вы от ассоциации независимого кино?
— Я? Нет. Сугуру пригласил нас с коллегой на пробный прогон, — честно признался я, параллельно удивляясь тому, что подобные картины, оказывается, посещают критики.
— Давно с ним знакомы?
— Сегодня встретились, впервые вообще-то.
Мой собеседник резко замолчал, однако меня начал распирать интерес, и я задал вопрос:
— А вы часто пишете отзывы на такого рода фильмы?
— Вы и представить себе не можете, какого только дерьма я не насмотрелся, — Шульц хмыкнул. — Однажды я два с половиной часа лицезрел на экране, как женщина-аутистка складывала оригами. Верите-нет, но режиссер той картины отхватил приз на каком-то специфическом фестивале. Так что историческая порнуха обещает быть не таким уж серьезным испытанием. Но обычно мне приходится работать с фильмами поскромнее. Однако Сугуру обещал удивить. Вот и посмотрим.
Шульц загадочно улыбнулся. Думаю, он и правда в предвкушении. Один я чувствовал себя не в своей тарелке, сам толком не понимая по какой причине.
Тем временем Сугуру вернулся вместе с высоким парнем, облаченным в царственный наряд. Впрочем, его золотистые кудри и чересчур скуластое лицо позволяли ему претендовать на роль венценосного принца. Полагаю, именно он на пару с Вивиан и будет участвовать в демонстрационном показе.
— Так, мальчики, актеры готовы, Джошу тоже не терпится начать, — сообщил Сугуру, садясь возле Яку. — Ладошки уже вспотели в ожидании? — пошутил он, а затем крикнул: — Ребята, мы начинаем!
В последующие минут сорок я успел порадоваться тому, что сижу в темноте. Одно дело — включить порнушку на досуге, завалившись в кровать с бутылочкой пива, но совсем другое — присутствовать во время ее создания, будучи окруженным съемочной группой, кинокритиком и своим новоиспеченным деловым партнером, который всё время шушукался с режиссером.
То, что представало перед моими глазами, порой заставляло меня удивляться и даже краснеть, как неопытного, стеснительного юнца. Возможно, неловкость во мне вызывали особо неожиданные сцены с использованием повышенной ловкости, гибкости и посторонних предметов, вовсе не предназначенных для манипуляций, в которых их применяли. А ведь я и сам не прочь был обратиться к паре-тройке нескромных штучек в постели. Но то было детским лепетом в сравнении с творением Сугуру Дайшо.
Участием Вивиан и Маркуса (так звали «принца») сцена в тронном зале не ограничилась. Позже в кадре появились еще двое мужчин в почти что рыцарских доспехах. Но и от них актеры довольно быстро избавились. Все персонажи чередовались в совокуплении друг с другом в хаотичной последовательности, словно им было абсолютно без разницы, кого следующего им предстоит ублажить. Стоит заметить, что эпизод с принцем и рыцарями, проходивший без временного присутствия Вивиан, был наиболее скромным из всего, что мне пришлось увидеть.
Когда действие переместилось в локацию спальни, рыцари уступили место двум омегам-горничным. Не буду врать, эта часть показалась мне увлекательней, хотя бы потому что тела омег превалировали над одним альфой, который изрядно приелся мне к тому моменту во всевозможных ракурсах. Я даже стал бояться, что ближайшую неделю буду видеть причиндалы принца во сне в мельчайших подробностях (его величавый «скипетр» почти внушал мне страх своими королевскими объемами).
Однако к моменту совершенно бесстыдного переплетения тел двух горячих омег размер собственной ширинки заставил меня поволноваться. Мне как-то абсолютно не хотелось, чтобы Сугуру, Яку и остальные стали свидетелями моей нескрываемой реакции на фильм. Благо, что к моменту развязки этой части прогона принц-альфа остался в спальне один на один со своими мыслями, зеркалом и пружинящим вверх-вниз королевским достоинством. Так что пока он предавался самолюбованию и игрищам со своим громадным членом, моя собственная эрекция заметно поугасла.
Наконец я услышал крик оператора, что съемки завершены и прогон закончен. Я даже облегченно вздохнул: теперь я, наверное, не скоро захочу включить порно.
— Ну, что скажете, Тецуро? — почему-то первым делом Сугуру обратился ко мне.
— Специфично. — Звучало, как отмазка, но я и себе не мог дать ответа, как обозвать то действо, которое почти час въедалось мне в мозг.
— Это ведь только часть, — Сугуру словно оправдывался. — В фильме есть еще батальная сцена и эпизод, где принц попадает в плен к своему заклятому врагу, и даже грандиозный бал в финале.
Могу поспорить, что бал на самом деле представляет собой лютую оргию, пленение обязательно включает пытки для любителей садо-мазо, а упоминание врага подразумевает под собой ожесточенный секс между ним и принцем.
— Охотно верю, что вы досконально продумали каждую сцену, — подтвердил я, стараясь, чтобы сарказм как можно меньше оттенял мои слова.
— Предлагаю обсудить нюансы и поделиться впечатлениями за обедом. Тут недалеко есть весьма приятное заведение, давайте сейчас же отправимся туда? — предложил Яку, пока Сугуру и дальше не продолжил распаляться.
— Поддерживаю! — согласился он, вскакивая с места. — Не возражаете, если Вивиан присоединится к нам?
— Будем только рады, — за нас обоих ответил Яку, так что я даже не успел среагировать.
Что ж, обед в обществе порноактрисы? Почему бы и нет, Тецуро.
* * *
Вопреки всем опасениям, что возникали в моей голове, обед прошел за дружеской и тёплой беседой, совсем не касавшейся фильма (и слава богу!). К своему стыду отмечу, что заранее записал Вивиан в круг хорошеньких, но безмозглых пустышек, но оказалось, что она свободно говорит на французском и итальянском, неплохо разбирается в программировании (я даже не помню, как мы дошли до обсуждения этой темы), а также получает степень магистра по мировой экономике, после чего собирается активно работать в этой сфере. А порно? — Необременительная подработка, мне нравится. Мои коллеги – замечательные люди, считаю, что мне ужасно повезло. Так и ответила. Я даже завис на время, силясь понять: серьезно это или шутка такая? И давно ли я стал поборником морали? Видимо, слишком много впечатлений на сегодня. Расплатившись, мы покинули ресторан, чтобы подышать свежим воздухом в ожидании такси. — Тецуро, тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень киногеничная внешность? — оценивающе шаря по мне взглядом, заявил Сугуру. — Идеальное соответствие роста и телосложения. Его рука тут же опустилась мне на плечо, начав слегка его массировать. Если вскоре не приедет такси, то мне, наверное, придется отбиваться, иначе господин режиссёр начнет раздевать меня не только взглядом. — Не думал сняться в кино? У нас как раз свободна роль соблазнительного пирата, который должен похитить брата принца и сделать его своим наложником, чтобы потом он… — Нет, благодарю, — перебил я, оставляя загадкой, что там должен был сделать плененный брат принца. Правда, по-моему, не так уж сложно было догадаться. — Не мой профиль, увы. — Жаль. — Сугуру так искренне опечалился, что я почти устыдился. — Но если передумаешь, дай мне знать. Я в процессе написания нового сценария, и главный герой практически твоя копия. Тебе сложно будет найти замену. Сказала так, будто я в последний момент отказался от съемок. Зато теперь могу быть уверен, что если дела пойдут на спад, я всегда успею начать карьеру в фильмах для взрослых. Пока Сугуру тщетно пытался завербовать меня в стан звёзд порноиндустрии, возле нас остановилось такси. Яку галантно поцеловал ручки обеих омег, я же предпочел отделаться менее изысканным рукопожатием, но Сугуру без лишних колебаний прижался ко мне в объятии, успев шепнуть на ухо, что до последнего будет ожидать моего появления в его студии. Вивиан, напротив, повела себя сдержанно и протянула мне свою ладошку. — Рада нашему знакомству, Тецуро. Буду надеяться, что мы еще увидимся. Говоря это, Вивиан уповала явно не на случайное стечение обстоятельств. Сложенная в несколько раз записка аккуратно легла мне в руку, после чего я быстро спрятал ее в карман, пока Яку и Сугуру были заняты друг другом. Довольная моим жестом Вивиан махнула на прощание рукой и скрылась внутри автомобиля вместе с Сугуру. — А мы прогуляемся, Лев как раз освободится к нашему возвращению, — уточнил Яку.* * *
Пообещав Яку присоединиться к ним со Львом за ужином, я поднялся в свой номер, намереваясь принять душ и немного отдохнуть после изнурительной утренней прогулки и довольно плотного обеда. Снимая пальто, я вспомнил о записке и вытащил ее из кармана. Внутри был наскоро записан номер телефона и инициалы «В.К.» Так же подписался Кенма, когда оставил мне записку после нашей первой ночи. Чувство давящей грусти на мгновение накрыло меня изнутри, но я, как и обещал, не позволял себе вспоминать о том, что оставил позади. Вытащив из кармана джинсов телефон, я набрал номер Вивиан — что, как не тепло тела другой омеги, может вытеснить из памяти образ предыдущей? Льву, как оказалось, это не удалось. Но, может, Вивиан хотя бы попытается. Пока я слушал гудки, то ненароком припомнил несколько сцен из сегодняшнего фильма. Мы могли бы попробовать повторить особо удачные моменты. Но Вивиан не отвечала, и тогда я нажал «отбой». Значит, не судьба. Вместо душа я в последний момент решил набрать ванну. Журчание убаюкивало, горячая вода приятно ласкала тело, заставляя мышцы расслабляться, и я балансировал на грани полудрёмы. Что-то я прокручивал в голове сам, что-то приходило ко мне уже в виде сна, я почти не разделял одно от второго. Картинки дня сменялись, привнося с собой новые детали. Я снова на съемочной площадке, но кроме меня там никого нет. Затем я слышу шаги и оборачиваюсь. Позади стоит Кенма в шелковом халате, чуть спадающем с плеча. Он движется медленно, словно кот мягко и бесшумно ступающий по ковру. Мои губы расползаются в улыбке — как же я рад его видеть. Мы оба молчим, но каждый понимает, что будет дальше. Я снова ласкаю каждый сантиметр его кожи, а Кенма полностью подчиняется моим желаниям. Я почти физически ощущаю его тепло, когда вхожу в его податливое тело. Кенма уже давно готов для меня. Это опьяняет. Я на секунду приоткрываю веки. Если бы не доходившая почти до краев вода, то уверен — мой член сейчас бы торчал из нее, как мачта. Рука быстро находит нужный ритм, а я вновь погружаюсь в приятное забытье, чтобы завершить начатое.* * *
Следующим утром мы втроем отправились в один из небольших пригородов Эдинбурга с целью провернуть свежее прибыльное дельце, конечно, пока только на словах Яку. Накануне за ужином он как бы невзначай сообщил мне, что помимо прочего, вложил небольшую сумму в антиквариат (я даже не стал уточнять конкретную цифру, успев понять, что так оно спокойнее). — Я знаю толк в старинных вещицах, Тецуро, — заверил он, прочитав зачатки сомнения в моем взгляде. — Можно сказать, что антиквариат — моя слабость. — Даже так? — усмехнулся я, попивая вино, которое выбрал для нас Лев. — Значит, омегам, картам и деликатесам придется потесниться. — Поверь, Тецуро, ты назвал только часть его обширного списка слабостей. Лев явно оценил мою шутку, а вот Яку, по-моему, она слегка задела. Ничего, переживёт. — Смейся, Куроо, — тон определенно выдавал его пострадавшее самолюбие. — Часы, о которых идёт речь, я нашел на одном из блошиных рынков Лондона. Продавец даже не подозревал о подлинной их ценности, но мой намётанный глаз сразу распознал вещь с историей. — Так почему же ты не оставил их себе? — поддел я дальше, алкоголь уже слегка затуманил мне голову. — Не сочетаются с обоями в моей гостиной, — ответил Яку с улыбкой. Был ли это тонкий ответный сарказм или всё-таки очередная странность Мориске — вникать я не стал. Впрочем, он и носки мог выбирать под цвет штор номера, в котором остановился. — Часы и правда выглядят старинными, хоть я и не отношу себя к специалистам в области антиквариата, — снова вступил Лев, одновременно жестом подзывая официанта, чтобы заказать новую бутылку вина. — Завтра мы съездим к одному моему приятелю. Он реставратор, часы сейчас у него. — Хочешь сказать, ты купил сломанные часы? — Я подозревал, что без подводных камней обойтись не могло. — Неудивительно, что их выставили на продажу. — Не спеши с выводами, Тецуро, — осадил меня Яку. — Дугал может вдохнуть жизнь даже в груду мусора. И наши часики стали для него плёвым делом. Сам увидишь. Сумма, которую мы выручим за перепродажу, сполна окупит первоначальную цену и оплату за реставрацию. — А покупатель у тебя уже есть? — Об этом позаботился я, — ответил за любовника Лев. — Среди моих знакомых несложно отыскать коллекционера. Кто-то действительно знаток, кто-то просто возомнил себя ценителем старины. Это не играет роли. У всех свои игрушки. — Дугал выступит в качестве посредника, засвидетельствует подлинность часов, — продолжил Яку. — Так что нам необходимо подготовить парочку документов к сделке, а потом лишь ожидать большой куш. Именно так мы и оказались на пути к дому Дугала Фергюсона. Реставратор выглядел, как каноничный шотландский горец, так что я даже удивился, не обнаружив на нём килта и перекинутой через плечо волынки. Не теряя времени, мы всей компанией сразу же прошли в мастерскую Дугала, где горец представил нам результат своей работы. Я не относил себя к ценителям антиквариата, предпочитая современные предметы интерьера, но часы оказались идеальным образчиком своего времени (Дугал авторитетно заявил, что этот экземпляр середины аж девятнадцатого века). Позже, подписав все необходимые документы, мы перешли в столовую огромного дома Фергюсона, где нас уже ожидал обед. А после в нашем распоряжении был весь остаток дня, который я намеревался провести, наслаждаясь окружающей природой и первым теплым дыханием весны. Тогда я окончательно для себя решил: пока манипуляции Яку с антиквариатом, котировками и вложениями в идиотские порнофильмы окупают себя и позволяют мне жить, не заботясь о мелочах — я готов следовать за ним в любом направлении.
