Академия плохого воспитания

      -Здравствуйте. Это здесь радиостудия?       Девушка тридцати с маленьким хвостиком лет и ярко накрашенными глазами аккуратно заглянула в студию. Минги подскочил с места.       -Да, конечно, проходите.       Два человека протиснулись в помещение. Спутником девушки был мужчина с большим носом и узкой переносицей, что делало его голову немного треугольной на вид. Он достал платочек, обильно высморкался в него и положил в карман. Минги пожал ему руку как можно аккуратнее.       -Меня зовут Анастасия, а это –       -Станислав Альбертович Мазников, рад приветствовать.       Минги кивнул. Собственно, он уже как пятнадцать минут разучивал их имена. Он спохватился, что сам чуть было не забыл представиться.       -Очень приятно. Сон Минги. Зовите меня просто Минги. Располагайтесь, присаживайтесь. Скоро я приду, и мы начнём.       Связано это или нет, но с появлением парочки мужчина вспомнил, что дико хотел ссать. До конца музыкальной ленты оставалось ещё пару минут, но стоило всё равно поторопиться. Особенно если туалет именно сейчас решила посетить уборщица со шваброй и безграничной наглостью. В прочем, если ты уборщица, ничто не может помешать тебе ворваться в любое помещение в абсолютно любое время.       У двери Минги остановила девушка:       -Извините, но у вас случайно не найдётся обезболивающего? Дико болит голова с самого утра. Побочка антидепрессантов и все такое...       Что такое больная голова – Минги объяснять не надо было. Особенно когда ты работаешь пастухом почти тридцати маленьких демонов. Как раз для подобных дел он носил с собой обезбол. Ди-джей оперативно откопал в своей сумке таблетки и понёсся в туатет.       Суперспособность писать за несколько секунд крайне недооценена человечеством. Сколько человек может умереть, пока Супермен избавляется, допустим, от нескольких литров пива, выпитых накануне? Пускай он от него не пьянеет, но ссыт, наверняка, абсолютно так же. На эфир Минги прибежал почти вовремя, натягивая на одно ухо наушники во время проигрыша заставки.       -Добрый вечер, дорогие друзья! Сегодня в моей студии прекрасные гости, представители масштабного движения по борьбе с наркотиками. Анастасия Левитская и Станислав Альбертович Мазников.       Гости уже сидели на своих местах, опасливо рассматривая сви микрофоны. Девушка кокетливо хихикнула и заправила за ухо прядь волос. Как будто кому-то её видно по радио.       -Здравствуйте. Мы очень благодарны за ваше гостеприимство.       И бросила любопытный взгляд на Минги поверх своего микрофона. Тем временем ведущий вперился в подготовленный листок. Узнав о своих гостях, Минги вот уже неделю ходил как на иголках, обдумывая каждый вопрос интервью. Что надо спросить у этих наркоманских знатоков, чтобы знать, что делать с непослушным мальчишкой Хонджуном? И как бы спросить это так, чтобы не попасть под подозрение? Минги как можно дружелюбнее улыбнулся.       -Ну что же, уверяю вас, что мы очень рады приветствовать таких важных гостей в нашей скромной студии. Уверен, многим родителям будет очень интересно узнать, как правильно распознать, находится ли их ребёнок под влиянием наркотичеких веществ.       Минги вытер под столом потные ладошки о штаны. Он весь перешёл в сплошное внимание. Вопрос мучил его самого уже не первый месяц. Все советы экспертов из интернета только доказывали, что Сон нихрена не разбирается ни в подростках, ни в наркотиках, ни вообще в этой жизни. Девушка хихикнула в микрофон. Мужчина потёр свою узкую переносицу.       -Вы начали с правильного вопроса, молодой человек. Страшно представить, сколько родителей абсолютно не подозревают о том, что их ребенок уже сорвался в эту страшную пропасть.       Минги чуть не подскочил, когда его ноги коснулось что-то инородное. Оно поползло вверх, к самой коленке. Он посмотрел на Анастасию, которая сидела, зажав рукой рот. Лицо её тут и там покрылось красными пятнами. Для того, чтобы достать до ноги ведущего, она сползла вниз, над столешницей выглядывал лишь намазанный тональником подбородок. Неужели так сильно голова болит? Тем временем Станислав Альбертович закончил говорить и чего-то ждал. Казалось, мужчина не видит в поведении спутницы ничего необчного. Ведущий очнулся и посмотрел на экран компьютера. А ответ на вопрос он-таки просрал.       -Спасибо большое, думаю, вы сейчас открыли глаза многим родителям. Сейчас мы дадим слово Патрику Стампу из Fall Out Boy, и после рекламы обязательно ответим ещё на пару вопросов.       Чужая нога наткнулась на перегородку между столами. Девушка покрылась пятнами ещё сильнее и, казалось, сейчас взорвётся прямо в студии. Минги даже засомневался, не заляпал ли себе кофту чем-то по дороге на работу. Может, у него что на лице не то? Чего с ней такое? Песня закончилась, началась следующая. Как правило, во время музыкальных перерывов ди-джеи общались с гостями, и нередко беседы удавались даже интереснее тех, что выходили в эфир. Минги неуверенно мял лежащий перед ним листок.       -У нас не было достаточно времени перед эфиром. Я тут набросал немного вопросов, предлагаю взглянуть, чтобы не было никаких сюрпризов.       Минги перебросил листочек на ту сторону стола. Он решил применить тактику мужчины и упорно делать вид, что все нормально, пока тот делает то же самое. Станислав Альбертович подвинул к себе бумажку. Несмотря на свою огромность, Сон Минги обладал достаточно детским, округлым почерком. Наюн любила шутить, что сам он вырос, а почерк его за ним не успел. Станислав Альбертович принялся изучать вопросы, а ведущий тем временем краем глаза следил за девушкой. Та сидела, ровно выпрямив спину, и неотрывно смотрела на микрофон. Реклама подошла к концу, и на волне прошла заставка шоу. Минги снова надел один наушник и повернулся к своему микрофону.       -Добрый вечер тем, кто только присоединился. Перед рекламой нас порадовали Muse. А я напоминаю, что у меня в студии представители движения по борьбе с наркозависимостью, Анастасия Левитская и Станислав Альбертович. Могли бы вы парой слов описать, в чём заключается деятельность вашего движения?       Тут слово перешло к Анастасии. Девушка подвинулась ближе к микрофону и уставилась прямо на его корпус.       -Эээ… да,- выдавила она. Казалось, ей было очень сложно что-то вспомнить. Гостья вцепилась руками в стол и упорно смотрела перед собой, скосив глаза. Минги решил разбудить её ото сна:       -Анастасия? Не беспокойтесь, микрофон вас не укусит.       Девушка дернулась, словно очнувшись от гипноза.       -А? Укусит?       Она тут же снова покраснела и принялась выпускать воздух через закрытый рот. Вероятно, это была пародия на смех. Минги бросил неловкий взгляд на её спутника, в надежде, что он хотя бы оправдает это представление. На лице Станислава Альбертовича промелькнуло замешательство.       -Думаю, моя коллега очень устала. Я отвечу за неё. Концепция нашей организации очень проста.       На этом слове Анастасия принялась бить рукой по ноге, не в силах сдерживать смех. До Минги донеслись тихие подвывания: «Концепция… контрацепция… гхххкхх». На мгновение девушка притормозила и пристально посмотрела на ведущего. Затем резко взорвалась гиканьем, повторяя эти слова. Минги едва дождался, когда гость закончит предложение, и включил музыку.       -Что происходит, вы можете мне объяснить?- спросил он, снимая наушники. В голове он подготовил уже к изданию том возмущений. Он было открыл рот, чтобы начать свою тираду, но опустил руку в карман и замер. В кармане кофты лежала пластинка обезболивающего. И в этом не было совершенно ничего такого, если бы он не помнил, что вытряхивал таблетку девушке из баночки. Как можно забыть, в чём лежат таблетки? И – что ещё хуже – как можно не посмотреть, что написано на этикетке? Особенно если её нет.       Что за таблетки он дал тогда Анастасии? Та продолжала хрюкать в руку, наблюдая за сменой эмоций на его лице. Твою японскую бабушку. Минги снова извинился и вылетел из кабинета.       Холодная вода освежила лицо. Что, чёрт возьми, он только что наделал? Может, рассказать всё мужику? Он наверняка знает, что делать с наркошами. Нет, к чёрту. Загребут ещё. А то и того хуже – мальчишку тоже поймают. Нет, тут надо как-то по-другому. Вот попадос-то. Время подходило к концу, и Сон заторопился обратно. Впереди оставалось ещё полчаса.       Первым делом надо было обезопасить от девушки микрофон. Вернувшись, Минги с порога спросил:       -Анастасия плохо себя чувствует. Может, на сегодня ей лучше отдохнуть?       А ещё лучше отсадить от аппаратуры куда подальше. Но Анастасия, хрен подери её чувство ответстсвенности, вдруг начала противиться.       -Нет, я вовсе не плохо. Неплохо, совсем не плохо, ясно? Дайте мне сказать!       Песня закончилась, и Минги пришлось надеть наушники, пока пауза не затянулась.       -А мы скажем спасибо Адаму Левину из группы Maroon5. Напоминаю, что с вами Сон Минги, и у меня в студии гости. Настал тот самый момент, когда пора рассказать нашим слушателям, как же они могут помочь вашему движению. Есть ли у вас благотворительный фонд, куда люди могут высылать деньги?       Анастасия прорвалась к микрофону и повернула его к себе рукой.       -Дайте же мне сказать.       И она резко замолчала, снова уставившись в одну точку широко распахнутыми глазами.       Воспользовавшись заминкой, Станислав Альбертович отодвинул от неё микрофон.       На удивление, девушка зависла надолго. Она просидела в этой позе почти до конца эфира, не шевелясь даже мускулом. Минги изо всех сил держал её в поле своего зрения, дёргаясь на каждый мелькнувший блик. Владелец узкой переносицы тоже подавал признаки лёгкой паники. Всё, сейчас он всё поймет, тут к бабке не ходи. Он наверняка эксперт в таких вещах, недаром председатель движения. Или как там его – организатор, глава…. В общем, голова, главный по наркоманам. Этот мужик наверное, наркотики уже издалека чувствует. А кто дал девчонке эту гадость? Он, Сон Минги. Сон изо всех сил делал беспалевное лицо. Насколько нужно сделать выражение беззаботным, чтобы не спалиться, что это слишком неестественно? Веселиться сейчас явно было неуместно.        У неё глаза так не засохнут? Можно ли вообще так долго не моргать? В принципе, в этом мире можно всё, особенно если не знаешь правил. Умудряются же школьники как-то калечить стёкла автомобилей бомбочками с третьего этажа. На следующей музыкальной паузе Станислав Альбертович махнул рукой перед лицом своей спутницы. Минги кивнул на девушку подбородком.       -И часто она так?       Прекрасная тактика. Лучший способ отвести подозрение – спросить, что происходит. Станислав Альбертович потряс спутницу за плечо, стараясь привлечь её внимание. Неужели и правда ничего не понял?       -Анастасия, с тобой всё в порядке? – спросил мужчина. Та наконец повернулась к нему.       -Да?       -Я спрашиваю: как ты себя чувствуешь?       -Все прекрасно. Прекрасно? Да.       Тут она резко посмотрела на Минги и усмехнулась. Догадалась? От этой улыбки по загривку ведущего пробежал холодок. Да что там холодок – холодильник скатился, со всеми замороженными пельменями. Минги снова надел наушники и прилип к микрофону.       -К сожалению, нам с моими гостями осталось совсем немного времени. Уже достаточно поздно, Станиславу Альбертовичу и Анастасии ещё бороться со страшным злом. Я от всей души благодарю вас за это прекрасно проведённое время. Этот час был для меня не только приятным, но ещё и очень полезным.       Минги подал знак мужчине, что пора бы и сказать что-нибудь на прощание. Тот промямлил в эфире благодарности. Анастасия тоже подвинулась к микрофону и абсолютно адекватно произнесла:       -Спасибо вам, дорогой друг, и, конечно же, нашим зрителям, которые не равнодушны к проблеме других людей.       Мужчины переглянулись: протрезвела? Точнее, не протрезвела, а… что делают в таких случаях? Проадекватнела? Проснулась? Выжила? В эфире снова заиграла музыка, радуя, что скоро гости наконец смотаются восвояси.       Собственно, у него самого осталось ещё часа два одиночного вещания. Но от этого на душе становилось только приятнее. Минги любил работу радиоведущего, он с радостью приходил бы сюда каждый день, как когда-то раньше. Если бы не эта школа, высасывающая все жизненные силы. Шут бы побрал это здание.       Он едва дождался, пока двое выйдут из студии, и облегчённо выдохнул. Раскроется его секрет? Минги вскочил с места и прошёлся по помещению. Что делать? Он аккуратно подошёл и выглянул в коридор. Пусто. Ушли. Ушли – ну и славно. Туда им и дорога. Сон прислонился лбом к двери и усмехнулся. Что за фигня творится в его жизни.

***

      -Дорогие мои детишки! Тьфу ты! Тьфу! Доро… Ай, женщина! Поаккуратнее, а то я – тьфу! – растаю нафиг!       Чхве Сан поправил свободной рукой накладную бороду, чтобы она не лезла в рот. Оля выталщила изо рта булавки.       -А ты вертись меньше, дедушка! Иглоукалывание, между прочим, полезно. Да и нечего было кафтан рвать. Шью, как могу.       Они сидели в девчачьем кабинете труда. Или в кабинете девчачьего труда. В общем, в кабинете технологии для девочек. Точнее, Минги просто сидел и смотрел, как Снегурочка зашивает Деду Морозу под мышкой дырку. Типичная бытовая ситуация. Сан стоял, подняв вверх левую руку, Оля пристроилась под ней, словно проверяя запах его дезодоранта. В углу примостился Уён в компании с телефоном и бесконечной наглостью. Дверь в кабинет открылась, и внутрь забежала третьеклашка. Дедушка мгновенно натянул на нос бороду свободной рукой и чуть не зарядил внучке локтём по голове. Девушка отвесила ёмкий комментарий и повернулась к ребёнку.       -Хо-хо-хо, привет, дорогая Олеся! Ты иди сейчас, а я потом приду, хорошо? Дедушка ещё не готов, - протянул Сан, понизив голос.       Уён прыснул так, что чуть не рухнул со стула. Из угла доносились страшные звуки, как будто мальчишка там душил суслика. Девочка напуганными глазами оглядела собравшихся и вылетела обратно из кабинета. Сан опять стащил со рта бороду и получил иголкой под мышкой.       -Ай! А ну цыц, мелкотня! Развёл тут гиги-гага.       От этой фразы хрюканий только увеличилось. Десятиклассник разхохотался так, что никто в кабинете уже не мог сдержать улыбки. Чон Уён обладал магической способностью заражать своим смехом всё пространство в округе. Дверь опять открылась, и внутрь зашли несколько старшеклассников. Завидев одноклассников, Уён натянул капюшон и усердно притворился мебелью. Среди ребят мелькнула знакомая макушка. Хонджун стрельнул глазами в сторону музыканта и надел наушники. Обижается. Он сгрёб два попавшиеся под руку стула и вышел из кабинета. А в двери за ним ворвалась учительница литературы.       -Ой, ребята! Берите стулья, давайте скорее. Ой, господи!       Она чуть не налетела на стоящего за углом Деда Мороза и чуть не перекрестилась. Сан снова завёл свою старческую пластинку:       -Нет, дорогая моя, я всего лишь дедушка. Мы немного похожи, но…       Что «но», он договорить не успел, потому что литераторша переключилась на Хонджуна. Она всплеснула руками в сторону коридора.       -Куда? Я же не сказала ещё, куда нести! Хонджун!       Она развернулась к присутствующим.       -Да остановите его, куда он их потащил!       Чхве Сан натянул усы обратно на лицо.       -Дедушка слишком старый, дедушка не может бегать за детишками.       Тут он махнул в сторону Уёна       -А ты, мальчик, сбегал бы за другом. Долго лежать среди девчачьих побрякушек вредно – титьки отрастут!       Откуда-то донеслось: «Так вы Ленку Васильеву туда положите!». Послышался смех. Мальчишка же, не довольный, что его рассекретили, хмуро потащился за другом. Хонджуна привели обратно в кабинет, где заставили стащить наушники. Тот упорно избегал взгляда музыканта, который твёрдо решил пилить его пристальным вниманием. Правда, пилить получилось недолго: литераторша припахала грузчиком и учителя музыки. Показать, так сказать, пример молодому поколению. Минги доверили перенести в актовый зал стол, выбрав себе в помощь какого-нибудь крепкого мальчика. Не раздумывая, он ткнул пальцем в синеволосую худощавую фигуру. Женщина с сомнением оглядела его выбор.       -Вы уверены? Мне кажется, он и от стульев-то шатается.       Но он был уверен. Больше, чем в том, что он хочет сегодня на ужин. К гадалке не ходи, вот так он был уверен. Минги тащил эту огромную деревянную бандуру и безумно радовался поводу побыть с мальчишкой, который ему так любезно предоставила учительница литературы. Он всячески пытался извернуться, чтобы продолжить буравить Хонджуна укоряющим взглядом, и вскоре неслабо вмялся в дверной косяк. Десятиклассник снова натянул наушники и сделал морду кирпичом. Ишь-ты, какие мы важные. Характер показывает. А наушники-то меченые, его, Минги, инициалами. Минги уловил момент и завернул в кабинет физики, наполовину пустой после мебельного мародерства. Со стуком стол шлепнулся на драгоценный ламинат, купленный и уложенный за счёт 9 В несколько месяцев назад. Минги выпрямился и развернулся к десятикласснику. Тот засунул руки в карманы. Наушники не снял. Упирается. Издевается. Обижается.        Мужчина начал медленно обходить стол. Хонджун тоже пришёл в движение. Они неспеша кружили вокруг стола, как вокруг новогодней ёлки. Минги то ускорялся, то замедлял темп, и мальчишка будто издевательски делал то же самое. Спустя минуты две учитель остановился, будто бы неожиданно решив поправить на руке часы. Хонджун тоже стал, ковыряя музыку в телефоне. Наушники продолжали красоваться на его голове, светя инициалами Минги. Ну, наверное, светя. С такого расстояния, конечно, не видно.       -И долго мы так собираемся бегать?- спросил Сон. Вопрос утонул в молчании. Понятно. Тогда он решил сменить тактику. Мужчина налёг на стол, двигая его по новому ламинату. Хонджун поймал столешницу и уперся в ответ. Ножки стола опасно заскрежетали по покрытию пола. Если физичка увидит это безобразие – головы оторвёт обоим, не смотря на возраст и звание.       -Стоять! Что это вы тут делаете?       Оба подскочили на месте, словно ужаленные в зад. Ага, значит, мальчишка всё слышит. В дверях класса стоял Чон Уён, хулиганская сущность. Он радостно захлопал в ладоши.       -Вы бы себя видели! Наконец я вас нашёл! Что делаете?       Любопытный носяра. Подросток зашёл в класс, изучая цепким взглядом обстановку. Минги тем временем начал опять потихоньку обходить стол. Хонджун заметил это и тоже сдвинулся с места. Уён отставать не стал, и вот они уже втроём ведут хоровод вокруг стола из кабинета девчачьей технологии. Вокруг на стенах висели формулы, портреты мёртвых физиков. Не хватало только свеч и пентаграммы на столешнице. И физички, как главного сатаниста школы. Хотя нет, главная сатанистка – это химичка. Её урок даже позже всех в программу вводят. Вскоре, правда, у Минги начала кружиться голова. И как только дети выдерживают эти гадкие утренники? Он снова остановился. Тоже мне, детский сад. Все стали, только Уён, не разобравшийся в правилах, влетел в друга сзади.       -Так, погодите, что с вами случилось-то? Макаронину не поделили?       При чём здесь макаронина, разбираться никто не стал. Кто знает, что творится в загадочном мозгу Чон Уёна. Оба просто фыркнули. Тогда Уён залез на стол.       -Своей прямой обязанностью считаю вас помирить.       Он сцапал с головы Хонджуна наушники, так что тот даже не успел их поймать. Телефон мелькнул в воздухе. Ким поймал своё добро и за провод потянул к себе.       -Но-но! Сейчас порвём!       Но от этого Уён, конечно же, ничего не отпустил.       -Неплохой повод вернуть мне обратно, так?       -Ну, тебе же важнее их не порвать.       С этими словами он сильнее рванул за провод. Затем повернулся к Минги.       -Простите меня, учитель Сон.       Не успел тот спросить: «Чего?», как мальчишка спрыгнул со стола прямо на него и вцепился в мужчину руками. Так же стремительно он отскочил в сторону и помахал в воздухе учительсим телефоном. Минги хлопнл рукой по пустому карману. Вот рукастый, зараза.       -Эй, а ну верни!       -А вы догоните!       Они заметались по кабинету, пытаясь вдвоём поймать воришку. Уён ещё раз помахал в воздухе трофеями и скрылся в коридоре. Остальные притормозили у двери.       -Ничего, сейчас набегается и вернётся. Никуда он не денется,- решил проявить мудрость Минги.       Но прошла минута, ещё. Уён не возвращался. Хонджун не вытерпел и понёсся на поиски. Музыкант коротко выругался и побежал следом.       Куда делась эта хитрая морда? Они завернули в соседний коридор и пошли дальше, заглядывая в каждые двери. Хонджун упорно избегал взгляда Минги, смотря куда угодно, только не на него. Они обошли почти весь этаж , но вскоре нашли воришку. Уён стоял в конце коридора и весело с кем-то беседовал. Параллельно он пытался подобрать пароль к мобильнику учителя музыки. Оба преследователя ускорили шаг. Как только они приблизились, мальчишка снова рванул с места. Он пробежал треть коридора и скрылся за одной из дверей. Тут он и попадётся. Хонджун и Минги подбежали к двери и ворвались внутрь.       И тут дверь за ними захлопнулась. Снаружи донёсся мальчишеский смех. Ловушка. Здравствуйте, вот вы и попались, братцы-кролики.