О беговых дорожках и нежностях

      День начался хорошо.              У Шэнь Юаня была первая встреча с его диетологом, Му Цинфаном. Он оказался спокойным и дружелюбным, можно даже сказать загруженным, судя по кипе бумаг в кабинете.              Встреча прошла за разговорами. Шэнь Юань поведал о своих целях (не откинуться до тридцати), его нынешней диете (недоговаривая) и о самой нелюбимой еде (недосоленная еда считается?). Они не углублялись в его историю болезни, но Шэнь Юань предположил, что эту информацию Му Цинфан уже получил от Шэнь Цзю.              К слову о Шэнь Цзю — как и обещалось, он присутствовал на приеме. Цзю-гэ делал собственные пометки, но к диетологу лез с допросами куда меньше, чем к персоналу больницы. Видимо, брат уже был знаком с Му Цинфаном, что облегчало задачу.              А вообще, представления Шэнь Юаня о диетах не то чтобы оправдались. То есть Шэнь Юань не знал, что их такое большое разнообразие и зависят они от конкретных целей, которых ты хочешь достичь.              Случай Шэнь Юаня оказался распространеннее, чем он ожидал, даже с учетом его чувствительного ко многим продуктам желудка. Казалось, Му Цинфана совсем не смутил перечень кислой и тяжелой пищи, с которой его пищеварительной системе тяжело было справляться. Еще и оказалось, что Шэнь Юань заблуждался насчет необходимости питаться одними салатами всю оставшуюся жизнь!              На деле-то фастфуд ему не окончательно запретили! Лишь не переедать, и чтобы основные приемы пищи содержали в себе все необходимые витамины и минералы.              Встреча скорее свалила гору с его плеч, чем нагрузила. Целеустремленность Цзю-гэ ему очень на руку, она не позволит природной лени Шэнь Юаня слишком отклоняться от диеты. Но это не означало, что Цзю-гэ будет ему готовить. Шэнь Юань уверен, что брат заставит его учить и пробовать готовить что-то из предложенных рецептов, которыми его снабдил Му Цинфан.              Так что да, все было хорошо.              Ключевое слово было.              — Цзю-гэ, я думал мы поедем домой, — сказал Шэнь Юань, когда они заехали на знакомую парковку.              — Нет, я поеду в офис. Ты пойдешь в спортзал, — разъяснил Шэнь Цзю, кидая на колени Шэнь Юаня сумку.              — Но я ходил четыре дня назад.              — Мы договаривались о двух посещениях в неделю при хорошем самочувствии, разве нет? Времени на восстановление с прошлого раза было предостаточно, — возразил Шэнь Цзю.              Так не честно, Цзю-гэ, не смей вот так использовать неопровержимую логику против собственного брата!              — Но я не…              — В сумке, которую я тебе только что вручил, спортивная форма, полотенце и бутылка с водой.              — Но может у меня…              — Я точно знаю, что крайний срок сдачи рабочих задач у тебя на следующей неделе.              Шэнь Юань недоверчиво покосился на брата, на короткий миг задумавшись о том, чтобы прикинуться больным, прежде чем передумать и смириться со своей участью.              — Ладно, — Шэнь Юань подхватил сумку и открыл дверь машины, чтобы выйти, не удосужившись попрощаться с братом, который кидает его на растерзание.              Он окинул взглядом здание, от мыслей о котором пытался избавиться. Шэнь Юань так и не смог принять решение о том, стоит ли сюда возвращаться — в голове лень с гордостью боролись против обещания, данного себе и своей семье.              Необходимость этих размышлений пропала, решение приняли за него.              Шэнь Юань волочил ноги по крыльцу и лестничным пролетам. Атмосфера нисколько не поменялась, даже музыка из колонок играла та же.              Все еще слишком позерский и пугающий вайб.              Но, кажется, людей было немного побольше. Какая-то компашка парней даже делала селфи в зеркало, словно они какие-то модели, в окружении полдюжины девиц, и все они смеялись. Шэнь Юань даже не мог винить девушек в прилипчивости, ведь один из парней внешне походил на Ло Бинхэ (самую малость).              Сначала злобный сотрудник, а теперь эти парни? Какого хрена в зале так много эффектных мужчин?              О, и девушек. Девушки тоже огонь, напомнил себе Шэнь Юань.              Шэнь Юань подошел к стойке у входа и отметился, посылая хвалу небесам, что за ней стоял не хвостатый парень.              Все еще плохо ориентируясь, Шэнь Юань зашел в раздевалку, в этот раз именно переодеться. Как прекрасна эта жизнь.              Собранная Цзю-гэ одежда оказалось куда более облегающей и обтягивающей, чем та, которую он надевал в прошлый раз. Шэнь Юань знал, что это не его одежда, но и Шэнь Цзю в ней не видел.              В сумке также нашлась бутылка с водой и вау, это было реально хорошей идеей.              Заперев свои пожитки, с максимальной готовностью, на которую он был способен, Шэнь Юань вышел в зал.              Он снова держал курс к беговой дорожке. Начинать с чего-то уже знакомого кажется логичным. На этот раз никто не рвался бежать рядом с ним, уже плюс. Это не помешало Шэнь Юаню спустя десять минут бега, отключая тренажер, остаться с горящими легкими и ногами. И да, первую половину из этих десяти минут он прошел.              Но Шэнь Юань не отчаивался.              Однако, раз с беговой дорожкой покончено, надо искать другое занятие.              Сойдя с тренажера и сделав глоток из своей бутылки с водой (десять из десяти, рекомендую каждому затворнику, впервые вступившему на спортивный путь), Шэнь Юань начал бродить.              Он направился к тренажеру, на котором еще в прошлый раз собирался проработать спинные мышцы, но остановился как вкопанный, заметив возвращение привлекательного сотрудника с высоким хвостом.              Мысленно пуская слезу, Шэнь Юань попытался казаться как можно меньше (вряд ли это самый лучший способ раствориться среди полного накаченных тел зала) и пробрался сквозь лабиринт тренажеров к самой дальней от сотрудника стене. Тут лицом к окну выстроены в ряд пять ныне пустующих велотренажеров.              На мгновение задержав на них взгляд, Шэнь Юань пожал плечами и залез на один из тренажеров.              В них он хотя бы мог разобраться. И на них он избегал свою проблему! Вот что называется двух зайцев одним велосипедом, друзья мои!              Тренажер не очень-то ему подходил, ведь ногами он едва дотягивался до педалей, но он попытался и понял, что правильно крутить у него каким-то образом получается, и поехал дальше. В своей монотонности тренажер походил на беговую дорожку, разве что постоянно сидеть было очень приятно.              Но то, насколько быстро у него разболелась задница, казалось уже не таким приятным. Крохотное велосипедное сидение вообще не помогало, Шэнь Юань никак не мог нормально на него усесться без того, чтобы оно не проваливалось ему между ягодиц.              Кто такой умный придумал эти сидения, у него самая мелкая задница на свете? Шэнь Юань не назвал бы свою огромной, но он не мог найти ни одного мыслимого способа удобно на ней расположиться. В таком случае сидячее положение не стоило того, чтобы после него так сильно болела задница.              Со вздохом он вытер пот со лба и достал свой телефон.              Он не мог больше держать это в себе, но и семье разглагольствовать не выйдет, не доведя их до дурноты (или до желания отругать его), поэтому его выбор пал на того, кто действительно проявит сочувствие. Сообщение короткое, но Шэнь Юань был уверен, что ответ не заставит себя долго ждать.              И он был прав.              Телефон завибрировал, и Шэнь Юань проверил сообщение все так же сидя на велотренажере, но педали больше не крутил.              Самолет: Жесть, бро, снова спортзал? Это точно ты?              Шэнь Юань: Я в страданиях              Самолет: Разве не все мы?              Самолет: Душою я с тобой              Шэнь Юань моментально пожалел о своем решении написать Шан Цинхуа, который не оказал никакой эмоциональной поддержки, зато знатно выбесил.              Шэнь Юань: Я вот-вот сдохну и стану духом, лишь бы преследовать твою тупую задницу              Самолет: Братец Огурец, более жалкую цель для преследования и придумать нельзя              Самолет: Как минимум ты можешь круто припугнуть того злобного сотрудника, если будешь преследовать его              Шэнь Юань: Наверное, ему бы и мое астральное тело удалось как-то прибить              Шэнь Юань: Ты не видел насколько тут все жуткие              Самолет: Не знаю, чел              Самолет: Там каждый парень ходит волыной сверкает, по-моему звучит круто?              Шэнь Юань: …              Самолет: Просто сказал              Самолет: Я человек культуры              Самолет: Тебе стоит ценить прекрасное              Шэнь Юань: Ненавижу тебя              Самолет: И не надо плеваться на меня, ведь я прав              Шэнь Юань: Знаешь что              Шэнь Юань: В следующий раз я притащу тебя с собой              Шэнь Юань: И расскажешь потом, стоит ли волына того              Самолет: ПОГОДИ ТЫ ЖЕ НЕ СЕРЬЕЗНО              Шэнь Юань был доволен собой и ухмыльнулся в экран.              — Извините, вы на нем занимаетесь?              Улыбка Шэнь Юаня померкла, когда он поднял голову к говорящей, едва не роняя телефон от удивления.              У велотренажера стояла девушка в тканевой маске и топала ногой. Даже с прикрытым лицом она была незаконно красива, из-за вентилятора позади нее высокий хвост безупречно развевался от порывов воздуха. Черт, да она почти так же прекрасна, как тот злыдень!              — Просто нам нужно забрать велотренажеры для занятия по сайклингу, а вы, кажется, сейчас им не пользуетесь, — пояснила девушка, раз Шэнь Юань продолжал хранить молчание.              Девушка казалась настороженной, словно была готова к конфликту.              — Конечно, без проблем, — Шэнь Юань делал все возможное, чтобы как можно более грациозно сползти с велотренажера.              Вышло не так грациозно, как хотелось бы, но он удержался от падения.              Когда Шэнь Юань достаточно овладел собой и снова поднял взгляд, девушка в маске показалась откровенно изумленной.              Черт, она и правда подумала, что он не отдаст ей велотренажер? Какие же ублюдки ходят в этот зал?              — Эммм, я только его немного протру и он весь ваш, — предложил Шэнь Юань, пытаясь не тушеваться под наблюдением этой девушки.              Как только велик был опшикан и протерт, Шэнь Юань неловко улыбнулся ей.              — Ну, я пойду тогда, — Шэнь Юань не был уверен, надо ли предложить свою помощь в переноске, но решил, что толку от него в этом деле в любом случае не дождешься.              — Ты и в самом деле Шэнь?..              Девушку перебил чей-то крик из другого конца зала.              — Лю Минъянь, ты несешь велосипеды?              Девушка — видимо, Лю Минъянь — крикнула в ответ, что уже несет, прежде чем мельком обернуться к Шэнь Юаню.              — Спасибо за содействие, — кинула она.              Затем схватила два велотренажера и покатила их в сторону ближайшей боковой комнаты.              Шэнь Юань проверил время на телефоне и удивился, что прошло лишь полчаса с того момента, как он пришел сюда. Значит, придется проторчать тут еще как минимум полчаса…              Видимо, выражение «счастливые часов не наблюдают» имеет и обратное значение. «Время тянется, когда ты жалкий, потный и в окружении зожников».              Шэнь Юань хотел было шагнуть вперед, но ноги едва не подкосились под тяжестью собственного тела. Судя по всему, сочетание бега трусцой и велотренажера нещадно сразило его и превратило ноги в желе. Мышцы гудели от напряжения и сделали из него неустойчивое нечто.              Зато он споткнулся и ухватился за ближайшую найденную опору.              Эта опора оказалась очень твердой, но в то же время слишком теплой и живой, чтобы спутать с ближайшими тренажерами.              Шэнь Юань сглотнул и поднял глаза, встречая знакомый взгляд. Недоверчивый вид тоже был очень знаком.              Здравствуй, сердитый сотрудник, которого Шэнь Юань пытался избежать, ужасно жаль, что вот так вот буквально свалился на Вас. Сильно-сильно извиняюсь, если могло показаться, что Шэнь Юань домогался в попытке удержать себя. Все было совершенно непреднамеренно!              — Ты! — воскликнул мужчина с примесью злости и недоумения в голосе.              Шэнь Юань оттолкнулся от мужчины как можно быстрее, стараясь не смотреть ему в лицо. Так уж получилось, что взгляд упал на его грудь. Шэнь Юань клянется, что вовсе не пялился на его впечатляющие грудные мышцы, зато ему предоставился шанс обратить внимание на именной бейдж, который сотрудник сегодня даже решил надеть.              Который Лю Цингэ решил сегодня надеть.              — Хаха, прошу прощения, я не собирался в Вас врезаться, исключительно несчастный случай, — заизвинялся Шэнь Юань, мимолетом задаваясь вопросом, не являлось ли произошедшее наказанием за все пропущенные в школе уроки физры.              Он кинул напоследок, что ему пора идти, и рванул от Лю Цингэ так быстро, насколько это позволяли его желейные ноги. Спасибо Господи за адреналин.              Шэнь Юань не был уверен, стал ли сотрудник что-то говорить или делать вслед спасающемуся бегством, но он и не желал этого знать.              Все в порядке, ведь это был официально его последний день в этом спортзале. И это здорово! Ну, скорее травмирующе, но это считалось нормой для занятий спортом. Можно найти место, в котором ему не придется падать на мужчину, который, казалось, готов был разорвать его голыми руками.              Шэнь Юаню в голову пришел вопрос, не повлияло ли его затворничество в своей комнате на способность вести себя сдержанно на публике. Но подобного не происходило в других общественных местах. Очевидно, что это проклятие самого спортзала. Он счел его недостойным и всеми силами обеспечивал двойной порцией страданий.              И теперь он был истощен как физически, так и морально. Не самый выигрышный дуэт, признаться честно.              Ему хотя бы больше не придется испытывать это вновь в ближайшее время, ведь он ни за что больше не вернется в этот спортзал.              Он явно сможет подобрать достойное оправдание перед братом.              Что угодно, лишь бы больше не возвращаться сюда.       

***

             Итак, Шэнь Юань вернулся в спортзал.              Тот самый, в который зарекся возвращаться. Тот, в который он хотел убедить Цзю-гэ не возвращать его, избегая упоминания всех неловких встреч и пережитых жестоких унижений, с которыми он вновь столкнется. Тот, в котором он провел последнюю тренировку, что приковала его к постели на весь следующий день (хотя неясно, было ли это последствием переутомления или очередной день, когда плохое здоровье подвело его).              Но одно из обещаний Шэнь Юань сдержал.              — Братец Огурец, поверить не могу, что ты и правда затащил меня сюда! Я ведь считал нас друзьями! — ныл Шан Цинхуа, когда его бесцеремонно приволокли в раздевалку после регистрации в спортзале.              — Ты этого заслужил, — отчеканил Шэнь Юань с невозмутимым выражением лица.              — И чем же я заслужил подобное? — Шан Цинхуа совсем не обращал внимания на то, насколько громко вопил.              — Хочешь, чтобы я стал перечислять, или мне снова открыть тебе экселевскую таблицу? — мстительно предложил Шэнь Юань. — Может начнем с того мусора, который я тебе редактирую?              Шан Цинхуа застонал.              — Бро, давно пора смириться. Это твоя работа. Тебе платят за то, чтобы ты терпел мою писанину.              — Мне должны платить за то, что я терплю тебя прямо сейчас.              — Эй, это вообще твоя идея была. Это мне должны доплачивать за то, что меня заставляют заниматься спортом против воли. Я свой срок уже отмотал! Я сдал физру в школе! Еле-еле, но все же сдал, — не переставал скулить Шан Цинхуа.              Шэнь Юань бросил на него равнодушный взгляд, уже сомневаясь, жалеет ли он, что взял с собой друга или нет.              — Короче, давай переодевайся, чтобы мы поскорее с этим покончили, — Шэнь Юань оставил свой шкафчик открытым, чтобы Самолет мог закинуть в него свои вещи.              Он мог сколько угодно жаловаться (вполне оправданно) на Шан Цинхуа, но Шэнь Юань был благодарен ему за то, что он пришел. Против своей воли, да, но пришел же.              Было бы чудесно оказаться тут не единственным человеком, который не готовится к гребанной Олимпиаде. Кто-то, кто поймет его боль. И смог бы стать живым щитом на пути разгневанного Лю Цингэ, если тот его заметит.              С того инцидента прошла неделя, но Шэнь Юань все еще был подавлен произошедшим. Недостатками безупречной памяти была возможность многократно воспроизводить сцены, от которых хотелось провалиться сквозь землю.              — Ты уже готов? — спросил Шэнь Юань как раз перед тем, как Шан Цинхуа явился в футболке с надписью «Тренируйся, чтобы сразить Гоку» и в едва прикрывающих ягодицы шортах.              — Готовее некуда, — пробурчал Шан Цинхуа.              В голове Шэнь Юаня пронеслись миллион вариаций оскорблений и вопросов, но по итогу он промолчал.              Он вышел из раздевалки с Шан Цинхуа, следующим за ним по пятам, пробираясь сквозь море тренажеров.              — Знаешь, братан, до этого я молчал, но этот тренажерный зал слишком высококлассный, чтобы быть нормальным, — Шан Цинхуа прокомментировал группу парней у стойки для приседания со штангой, когда они проходили мимо них. — В смысле да, ты говорил, что все тут безумно перекачаны, но это почти смехотворно. Где все нормальные люди, что просто пришли позаниматься?              Именно! До тебя дошло, Братец Самолет!              — А я тебе говорил! Полагаю, этого и стоило ожидать, раз его посещал Цзю-гэ, — ответил Шэнь Юань.              — Что ж, тогда все встало на свои места. Цзю-бро скорее сдохнет, чем окажется среди «простолюдинов», — закивал Шан Цинхуа. — Ты в курсе, что однажды он назвал меня крестьянским отребьем?              — И похуже называл, не переживай.              — Погоди, что? — воскликнул Шан Цинхуа, прежде чем передумать. — А впрочем не говори, физические упражнения и так достаточно повредят моей отсутствующей самооценке, еще не хватало, чтобы твой брат ее добил.              Шэнь Юань пожал плечами, уважая просьбу своего бро, и повел его на свою базу.              Беговую дорожку.              Шан Цинхуа слегка недоверчиво на него зыркнул.              — Ты ходишь в этот охренительно роскошный зал ради беговой дорожки? — задал вопрос Шан Цинхуа.              Шэнь Юань смерил его взглядом.              — Ну если у тебя есть идеи получше — говори, я весь во внимании, — провоцировал Шэнь Юань.              Шан Цинхуа побледнел и запрыгнул на беговую дорожку.              — Не-а, ты прав. Классика всегда в моде. Беговая дорожка то что нужно!              Они заняли соседние дорожки и оба для начала включили почти самую низкую скорость, при этом Шан Цинхуа высказывал свое недовольство на людях куда громче и обильнее, чем Шэнь Юань. Сам Юань предпочитал жаловаться лишь мысленно, пока он находился тут.              После минуты ходьбы Шэнь Юань слегка повысил скорость. Вид у Шан Цинхуа был жалкий, но он поступил так же.              Нытье Шан Цинхуа сошло на нет спустя тридцать секунд бега трусцой — необходимость поддерживать дыхание перевесила его напор беспрерывной болтовни. Шэнь Юань и сам вымученно дышал, но ему удалось выглядеть куда спокойнее.              Или он хотя бы надеялся, что выглядел куда спокойнее своего друга, чье раскрасневшееся лицо так вспотело, что с него можно собрать целую бутылку для воды Шэнь Юаня. Выглядело довольно мерзко, но он был впечатлен Братцем Самолетом, что не сдавался несмотря на свой побитый вид.              В конце концов Шан Цинхуа первым выключил дорожку, но Шэнь Юань продержался лишь на минуту дольше. Они с хрипом тяжело опирались на тренажер, пока дыхание не стало менее болезненным.              Шан Цинхуа, успешно переведя дыхание, нарушил тишину.              — Бег — отстой, — торжественно заявил он.              Шэнь Юань никогда в жизни так сильно не хотелось обнять Шан Цинхуа. В действительности, учитывая образовавшиеся пятна пота на футболке его друга, Шэнь Юань никогда в жизни так сильно не хотелось избежать объятий Шан Цинхуа.              Но солидарность все еще приятна.              Вместе они прошлись по спортзалу, выполняя взбалмошную тренировку Шэнь Юаня, суть которой заключалась в попытке без энтузиазма попробовать тренажер и перейти к следующему. Шан Цинхуа оказался среди них двоих самым сильным и мог поднять больше, чем Шэнь Юань, несмотря на свою плачевную выносливость. Но не то чтобы они оба были в этом хороши.              Было все еще намного терпимее, чем предыдущие два посещения.              И музыка не казалась такой заезженной и раздражающей, когда Самолет ведал о том, насколько его тело болит, и взгляды окружающих было игнорировать куда проще, пока друг отвлекает его.              Шэнь Юань и сейчас не сказал бы, что его все устраивало, но это куда меньше походило на своеобразную пытку, а скорее на невероятно сложную домашку. По крайней мере эту домашку можно разделить с соседом по парте. Может именно поэтому столько качков тут держались группами. Так было определенно намного лучше!              Или так было до тех пор, пока к ним не подошел незнакомец, в то время как они разбирались в тренажере для подтягиваний.              Шэнь Юань незамедлительно отреагировал на чрезвычайно высокого и чрезвычайно мускулистого парня с холодным как у ледышки выражением лица, и реакцией было раздражение. Раздражение на Шан Цинхуа, что при встрече незнакомца оказался в равной степени испуганным и возбужденным.              К сожалению, за время дружбы с Шан Цинхуа он стал разбираться в его предпочтениях в мужчинах. И Шэнь Юань сомневался, что когда-либо в реальной жизни видел более подходящего парня. Внушительный и пугающий, у Шан Цинхуа сейчас крыша поедет.              Мужчина, сохраняя холодное и пустое выражение лица, кажется, собирался просто стоять у тренажера.              Господи, приятель, просто попроси, если он тебе нужен! Шан Цинхуа по итогу намочит себе штаны с таким успехом (хотя Шэнь Юань знать не хотел, чем именно).              — Вам чем-нибудь помочь? — спросил Шэнь Юань, раз этот гигант продолжил возвышаться над ними. Да, Шэнь Юань был напуган, но для него уже стало нормальным явлением то, что в спортзале на него пялились.              Казалось, мужчина совсем на него не обращает внимание, раздражая этим Шэнь Юаня.              — Ты, — ледяной мужчина обращался к Шан Цинхуа.              Братец Самолет издал болезненный тонкий писк.              — Я-я? — тупо указал на себя Шан Цинхуа.              — Да, — подтвердил мужчина и замолчал.              Шэнь Юань в замешательстве наблюдал. Что вообще происходит? Этот мужик собирается им накостылять? Неужто громкая болтовня Шан Цинхуа вывела его из себя?              — Тебе нужен этот тренажер? — Шэнь Юань пытался разрядить обстановку до того, как что-нибудь успеет произойти.              Мужчина снова его проигнорировал, но все же решил заговорить. И снова обращаясь к Шан Цинхуа.              — Идем подстрахуешь меня, — мужчина почти приказал, чем вызвал сомнения у Шэнь Юаня.              Что ж, совсем не этого он ожидал. Разве Шан Цинхуа был похож на человека, что способен подстраховать? Шан Цинхуа вообще знал, что это значит? Сам Шэнь Юань узнал об этом лишь после того, как в прошлый раз кто-то упомянул тут это слово и он его загуглил.              Он уже собирался вежливо (и, возможно, язвительно) отказаться, когда вмешался Шан Цинхуа.              — Конечно!              Недоверие во взгляде Шэнь Юаня сменилось чувством, что его предали.              Отстраненный мужчина лишь кивнул, без улыбки, развернулся и ушел в другую часть зала.              Шан Цинхуа бросил на Шэнь Юаня извиняющийся взгляд и сказал что-то про то, что скоро вернется, прежде чем поплелся за мужчиной как верный слуга.              Его… Его только что бросили? Какого хрена, Самолет? Это противоречит всем правилам кодекса братана. Бро всегда важнее физического воплощения твоего идеального мужчины! Шэнь Юань даже не впечатлился удачливостью Шан Цинхуа (но эта глыба льда все еще излучала убийственную ауру, так что кто знает), потому что был занят кипением от злости.              Ну и фиг с ним. Все слова Шэнь Юаня о солидарности и том, как она помогает, оказались ложью. Фальшь! Клевета! Стало ясно, что спортзал ненавидел одного только Шэнь Юаня, а не огромный пласт нетренированных людей.              Вздохнув, дальше Шэнь Юань отправился один. Раз другого выбора нет, предательство сделает его сильнее, или же дополнит список причин, по которым позже он придушит Шан Цинхуа во сне.              Шэнь Юань оказался перед тренажером, за которым еще ни разу не занимался. Им довольно часто пользовались остальные, но самое главное, что Шэнь Юань в самом деле знал что за ним делать.              В конце концов, в каждом фильме, где есть кадры с тренажерным залом, кто-нибудь обязательно делает жим лежа.              Его конструкция была проста: скамья да стойка с одной штангой. На штанге осталось несколько дисков, что было очень на руку Шэнь Юаню, который понятия не имел, сколько нужно поднимать.              Улегшись на скамейку, Шэнь Юань столкнулся лицом к лицу с металлической перекладиной, расположенной над ним. Он вцепился в нее потными ладонями, слегка подталкивая, чтобы проверить, насколько штанга тяжелая.              Ответ прост — очень тяжелая.              Шэнь Юань все же почувствовал едва различимое движение, когда оттолкнул ее, и раз это была базовая весовая комплектация, то он по идее должен был справиться. Так что Шэнь Юань оперся о скамейку и начал отжимать ее трясущимися руками, пока штанга не оторвалась от держащей ее планки и не нависла над его грудью.              От такого успеха он едва не расплакался. А возможно ему хотелось плакать от мысли, что штангу надо поднять, и эта мысль казалась ему ужасающей, пока он изо всех сил старался ее удержать. Но если исключить желание так и лежать всю оставшуюся жизнь, то остается лишь ждать, пока она упадет и проломит все кости Шэнь Юаня.              Поэтому он опустил штангу к груди, задержав при этом дыхание. Шэнь Юань расположил ее на груди — давление веса было не болезненным, но все еще ощутимым.              Ему лишь нужно секундочку отдохнуть. Восстановить силы и поставить штангу на место.              Прождав минуту, он снова попробовал поднять штангу. Когда она отказалась сдвигаться с места, Шэнь Юань прождал еще минуту. Снова попробовал. Штанга оставалась неподвижна. Прождал пять минут. Разумеется, после такого он сможет себя высвободить?              Но пять минут прошли, и как бы он ни пытался, перекладина едва ли отрывалась от его груди больше, чем на пару миллиметров.              Что ж… Оказывается, ответом на извечный вопрос «Ты хоть сколько-нибудь жмешь, братан?» было явное и решительное «нет».              Шэнь Юань не жал раньше и не мог этого сделать сейчас.              Маленькая победа заключалась в том, что Шан Цинхуа сейчас упускал возможность заполучить главный повод унижать его на долгие годы. Иронично, что если бы Шан Цинхуа подстраховывал его, а не случайного незнакомца, то, возможно, Шэнь Юань и не попал бы в такую ситуацию.              Как бы Шэнь Юань не хотел попросить о помощи, его возможности были ограничены и никакие идеи не лезли в голову. Грудь уже разболелась, а руки превратились в лапшу после стольких попыток поднять штангу.              Шэнь Юань выглянул из-за перекладины, выискивая кого-нибудь достаточно миловидного, кто не стал бы привлекать лишнего внимания к его затруднительному положению. К сожалению, кто-то, кажется, его заметил и надвигался на Шэнь Юаня сзади.              — Да что с тобой не так?              Шэнь Юань сразу узнал этот голос, пусть и слышал его всего пару раз, и сразу съежился. Он снова опустил голову на скамейку и поднял глаза.              Ага, здравствуй, хвостатый красавчик, очень рад, что ты снова пришел посмотреть прямую трансляцию унизительных домашних видео Шэнь Юаня: выпуск со спортивного зала.              Просто фантастика.              — Хаха, кажется, я всего лишь слегка застрял, — Шэнь Юаню стало неловко за собственные слова.              Было сложновато считать выражение лица Лю Цингэ (да, Шэнь Юань запомнил его имя), когда оно было перевернуто вверх ногами. Если уж и предполагать, то Шэнь Юань назвал бы это выражение скорее «скептичным».              — Ты серьезно… Это не какая-то шутка? — спросил Лю Цингэ таким тоном, словно его мир только что перевернулся с ног на голову.              Ну да, просто шутка. Так смешно быть раздавленным. Жди меня, карьера стендап-комика.              — Много ли людей шутят на тему того, что они вот так застряли? — Шэнь Юань не удержался и оборвано рассмеялся.              — …Нет, — ответил Лю Цингэ со сложным выражением лица.              — Начнем с того, что люди вообще вряд ли так застревают, — попытался пошутить Шэнь Юань.              Юмор — здоровый защитный механизм, правда же? Большую часть жизни он провел среди врачей и никто из них ни разу не опроверг эту теорию.              — Ты не первый, — серьезно ответил Лю Цингэ, чем немного поднял силу духа Шэнь Юаня.              Он попробовал вздохнуть с облегчением, но в данный момент каждый вдох сопровождался необходимостью приподнять эту дурацкую штангу.              Последовала пауза, в течение которой Лю Цингэ продолжал стоять в растерянности, несмотря на то, что буквально находился на своем рабочем месте. Может у него сегодня выходной? Теперь он хоть пугал куда меньше, что странно, ведь могло показаться, будто попавший в ловушку Шэнь Юань скорее сделает его куда более устрашающим.              — Эммм… Не могли бы вы снять с меня эту штуку? — в конце концов задал вопрос Шэнь Юань.              Хоть это вывело сотрудника из оцепенения. Лю Цингэ потянулся через Шэнь Юаня сзади, сжал руками металлическую штангу и одним легким движением поднял ее на стойку. Очень впечатляюще. Мышцы рук при поднятии штанги напряглись, зато лицо и все тело казались такими расслабленными, словно ему для этого не требовалось никаких усилий.              Он явно не прикладывал к этому усилий, но блин, ему стоит отдать должное.              Шэнь Юань со стоном уселся, благодаря за высвобождение из тюрьмы. Он легонько тыкнул себя в грудь, радуясь тому, что сильной боли не последовало, и повалил руки на колени. Затем он развернулся на скамейке, продолжая сидеть уже с благодарной улыбкой облегчения.              — Спасибо, ты прямо спас мне жизнь, — сказал Шэнь Юань.              Лю Цингэ одарил его таким взглядом, словно он с луны свалился.              — Шэнь… Ты… — мужчина замолк.              Шэнь Юань слегка удивился, что тот знает его имя. Может сотрудникам необходимо знать имена всех владельцев абонементов? Много же учить приходится.              Он терпеливо ожидал продолжения речи Лю Цингэ, но это уже казалось безнадежным занятием. Шэнь Юань нервно затопал ногой — мужчина очень пристально удерживал на нем взгляд. Надо бы что-то сказать!              — Видимо, эти мышцы тебе не для красоты, — с легким смешком отозвался он.              Лю Цингэ не смеялся. Зато глаза округлились, а на лице расцвел легкий румянец.              — Я не понимаю, — ответил тот с таким видом, словно ему досталась самая сложная в мире головоломка.              Шэнь Юань понятия не имел, чего он там не вдупляет, зато его озадаченный вид пришелся ему по душе куда больше, чем убийственный, которым сотрудник разил его всю прошлую неделю. Так он выглядел куда лучше, за исключением вечно нахмуренных бровей. Поосторожней, Лю Цингэ, будешь так морщиться и заработаешь себе морщин!              Несмотря на это, атмосфера все еще была напряженной, но уже не настолько, как при их прошлых пересечениях. Пора на попятную!              — Ну, мне, наверное, пора идти, — сказал Шэнь Юань. — Еще раз спасибо за помощь, похоже, я перед тобой в долгу!              Шэнь Юань одарил мужчину искренней улыбкой, прежде чем ускользнуть в раздевалку. После всего пережитого он определенно заслуживал отдых на весь оставшийся день.              В раздевалке оказалась парочка незнакомцев, но он смог укрыться от них в ожидании Шан Цинхуа, пока тот не закончит свои какие бы то ни было дела. И кстати, Шэнь Юань был от этого не в восторге. Так-то он хотел уже бросить эту крысу здесь, но решил накопить побольше яду, чтобы выплеснуть на него при встрече.              Тщательная прожарка от Шэнь Юаня будет уж точно куда более достойным наказанием.              …Ну и может Шэнь Юаню нужны все детали произошедшего…              В любом случае, сейчас он в одиночестве сидел в кабинке, размышляя и осознавая такое близкое столкновение со смертью (и нет, он не излишне драматизировал).              Отныне жим лежа отправлен в бан и запрещен навсегда. Как и все остальные тренажеры-потенциальные-убийцы Шэнь Юаня.              С другой стороны, в этот раз Лю Цингэ был не таким злым и страшным. Возможно, ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к новым людям? Не то чтобы это оправдывает то, как он накинулся на него в прошлый раз, но вдруг у него был просто плохой день.              Он в самом деле слишком плохо знал Лю Цингэ, чтобы судить его. Но в одном Шэнь Юань сегодня точно был уверен.              Лю Цингэ был довольно крут.