Путь к спасению

      Элис окинул ребенка взглядом и притянул к себе за поводок. — Пойдём, малыш, — сладким голосом проговорил господин. Энтони молчал, боясь, что-то сказать. Элис повел его в карету, мальчик послушно пошел за ним. Всю дорогу домой Энтони смотрел в пол, боясь поднять голову даже в окно. Куда его везут? Что будут с ним делать? Неужели самый страшный кошмар воплотится в жизнь?       После долгой поездки, они, наконец, прибыли домой. Зайдя внутрь, Энтони увидел насколько богато и роскошно живёт его господин. Их встретили слуги. Один мужчина выделялся среди них. Кто это? Дворецкий? Он выглядел намного противнее Элиса. Зрелый небритый мужчина с длинными темными волосами, убранными в пучок. Они отдавали зеленоватым оттенком или же так падал свет и были заплетены в маленький дурацкий пучок, что вызывал смех у любого адекватного человека. Черные широкие брови утяжеляли взгляд тёмно-карих глаз. В левом ухе находилась круглая серьга. На мужчине был надет привычный для дворецкого костюм. Смуглая кожа, плохо выбритые усы, как у Робин Гуда из знаменитой баллады, и борода, за которое кажется забыли ухаживать. Главной отличительной его особенностью был выставленный вперед крупный подбородок, что говорило о самоуверенности и агрессивности его обладателя. — Господин, здравствуйте, я так рад, что вы вернулись, — улыбнулся он. — Отведи мальчика к остальным, — холодно ответил Элис, недовольно фыркнув, его неестественности. Тот кивнул, взял напуганного Энтони за поводок и привёл в большую комнату. Его запихнули туда, и мальчик не сразу понял, где находится. Темную комнату без окон, освещала одна толстая свеча, стоявшая посередине на полу. Из мебели лежал один большой старый матрас, на котором сидели дети с необычной внешностью. У всех четырех мальчиков был довольно усталый вид и яркие синяки по всему телу, которые можно было увидеть даже при таком плохом освещении. Когда дверь только открылась, дети стали испуганно жаться друг к другу. — С пополнением, — сказал Хартлес и вышел из комнаты, вновь заперев её на ключ. Оказавшись в комнате, Энтони осмотрел детей с ужасом, видя их напуганный вид. Он боялся что-то сказать, но всё же решился. — П.привет… — неуверенно выпалил мальчик. Один из ребят, что имел огненно-рыжие волосы, заплетенные им в неаккуратную широкую косу, решил поддержать диалог. Он почти никогда не улыбался и осматривал Энтони тёмно-карими глазами. Бледные тонкие губы сливались с фарфоровой кожей. На вид он старше других, хоть и был не самый высокий. — Привет, — поздоровался рыжик, — Добро пожаловать в ад. Меня зовут Ганс. А тебя как? — Э.Энтони… — ответил он и взглянул на парня, что с ним заговорил. Энтони уже прекрасно понимал, что его ждёт. Родители, когда ещё были живы, всегда говорили ему быть осторожней и что может случиться, если тебя поймают. Ганс подошёл ближе к нему. — Эта комната — единственное место, где ты можешь спать спокойно, пока дверь закрыта. Я самый старший. Мне 10 лет. Потом идёт Кристоф, — он указал на маленького мальчика с чёрными, вьющимися, небрежно растрёпанными волосами. Из всех находящихся в комнате, он был самым худым. Первое, что можно было у него заметить — это гетерохромия: правый глаз нежного светло-голубого цвета, а левый — карий. Усталый потухший взгляд подчёркивали симметричные родинки чуть ниже глаз. Длинные черные ресницы и такие же густые брови делали из мальчика живую куклу. Он прижимал к себе блондина, что уткнулся носом ему в грудь, — Ему 9. Затем Ларри, — он показал на меланиста с привычными для темнокожих карими глазами. Пухлые губки и круглые щечки делали его похожим, на щенка, смотрящими в душу большими глазами. Его особенностью были прямые длинные волосы, нехарактерные для афроамериканцев, — Ему 8. Самый младший среди нас Сэм. Ему всего 5 лет, — Ганс указал на белокурого малыша с глубокими голубыми, словно океан глазами. Пухлые румяные щечки, стройное тело и длинные распущенные волосы делали его похожим на маленькую принцессу. Он имел красивую улыбку, от которой трудно было не заразиться. На мальчике была надета длинная ночная сорочка, в которой он постоянно мерз, поэтому прижимался к старшим ребятам, греясь об их грудь. У него не было какой-то отличительной особенности. Он просто был прекрасен.       Энтони внимательно слушал рыжика, рассматривая детей. Похоже его внешность вышла мальчику боком. Хотя, не купил бы один, купил бы другой, и, кто знает, что вообще на уме у этих людей? Энтони пытался взять в себя в руки и совладать со страхом.       Ганс подошёл к большому матрасу, покрытому старым пледом. — Здесь мы все спим. Еду приносят только после того, как кто-то из нас переспит с господином. Обычно ему все равно, кто из нас будет, поэтому мы идем по очереди, — Ганс говорил совершенно спокойно, будто это было что-то простое, обыденное. В это время мальчики прижимались друг к другу, таким образом согреваясь. Энтони мялся у двери, не решаясь отходить. Он в шоке слушал, как просто о таких вещах говорил рыжик. Хотя… Это ведь их обычная повседневная жизнь. Жизнь в аду.       Пока Ганс рассказывал о их жизни, малыш Сэм отстранился от Кристофа, подошёл к Энтони и, посмотрев на него своими большими голубыми глазами, взял за руку и сказал: — Пойдём к нам греться, — он тепло улыбнулся, прижав к своим щечкам холодную руку Энтони. Мальчик перевел взгляд на блондина, кивнул и пошел за Сэмом. Тот подвел его к остальным, и, когда они сели, обнял, его пытаясь согреть, как его грели другие дети. — Сэмми, ты слишком маленький. Энтони так не согреется, — сказал Кристоф, умиляясь с детской наивности ребёнка, и, аккуратно подвинув малыша, сам обнял Энтони. — Такой холодный… — удивился Крис, посмотрев на мальчика. Энтони было неловко какое-то время, но потом, пригоревший, он сам потянулся обнимать. Прикрыв глаза, он невольно вспомнил Генри и заметно поник. Как он сейчас? Что с ним? Парень надеялся, что его другу хоть немного повело. Обнимающий его Кристоф заметил это. — Что случилось? Ты выглядишь подавленным, — обеспокоенно спросил мальчик.       Парень прикусил губу, опуская взгляд в пол. Он рассказ ему про своего друга, надеясь, что может так станет немного легче. — Я боюсь… Что с ним могло произойти?..       Кристоф, слушая это, стал гладить его по голове. — Я думаю, что он тоже теперь у кого-то прислуживает. Если бы он умер, то отловщики не стали бы забирать труп. Им это не выгодно, — вмешался в их разговор Ларри. — Может вы еще встретитесь? — прослезившись, сказал Сэм. — Хотелось бы верить, но сбежать от своего господина невозможно. А если и получится, то как только снова поймают — убьют, — ответил ему Ганс. Нет, у него совсем не вредный характер. Просто мальчик чувствует всю ответственность за всех находящихся здесь детей. Он скорее был реалистом. Энтони сжался, не поднимая взгляда с пола. Он правда никогда больше не увидит друга?.. Однако хотелось верить в лучшее, иначе так можно сойти с ума. Так они сидели до вечера, согревая друг друга теплыми объятиями, что хоть немного помогали выжить в этой холодной темной комнате. Позже к ним зашёл надзиратель. Мальчики сильнее прижались друг к другу. Сэм спрятал свое испуганное личико, уткнувшись в Кристофа. Хартлес усмехнулся. — Господин Элис желает видеть у себя новенького, — высокомерно глядя на детей, сказал он.