Исследовательский дух

Прошло четыре года Иккинг Хеддок в тот день проснулся не слишком рано. Даже наоборот, когда парень соизволил встать с постели солнце уже давно взошло. Но это и не мудрено, в конце концов вчера Хеддок устроил себе настолько качественную тренировку, что теперь даже позволил себе разок пренебречь режимом и поспать подольше, чего обычно не делал. Иккинг встал с кровати и направился к окну, паралельно подтягиваясь после крепкого сна. За прозрачным, недавно вымытым самим Хеддоком стеклом раскинулся прекраснейший пейзаж. Зелёная долина с голубой речкой, в которой текла вкусная питьевая вода, вкрапления желтого, голубого и бордово-розового — полевые цветы в густой траве долины. Лёгкий, полупрозрачный туман окутывал темно-зеленый холм в далеке, который так же виделся сквозь окно. Погода была просто чудесная, как и большинство времени на этом острове. Светило тёплое солнце, пробиваясь своими лучами сквозь ветви деревьев и туманы долины. Этот остров — Драконий Край был по-настоящему прекрасен и Иккинг за последние годы начал считать его своим родным. А Драконий Край располагал к этому каждого, кто хоть раз видел его долины, реки и холмы. Погода тут была хорошая практически всегда, правда, дожди шли довольно часто, но обычно они были теплые, так что и это не могло испортить остров. Густой зелёный лес опоясывал долину, в которой стоял дом и ещё несколько сооружений, со всех сторон словно бы защищая её от всех невзгод сразу. Даже задумываясь Иккинг не мог найти у Драконьего Края какие-то серьёзные минусы. Вероятно, именно это было основной причиной тогда, несколько лет назад, когда Хеддок выбрал именно это место для своей базы и дальнейшей жизни. Честно говоря, он об этом тогда практически и не думал, просто нельзя пропускать настолько идеально подходящее место и продолжать свои поиски. По традиции Иккинг любовался любимым островом около пяти минут сквозь окно, а потом вышел из комнаты и направился на кухню дабы заварить себе бодрящего чаю. А чай из сбора местных трав получался просто отменный. Парень достал посуду, вскипятил в специальной ёмкости воду и уже было поднял её чтобы налить кипятка себе в чашку, когда его настроение резко ухудшилось, а брови нахмурились. Иккинг по привычке достал две чашки для утреннего чая. К его досаде это напомнило парню о том, что все время маячило на периферии сознания, но до этого момента не вырывалось на передний план. Иккинг с тяжёлым вздохом вернул одну из чашек, ту, которая с зелёной каемочкой, обратно на полку. Хель. Она ведь улетела только вчера днем, а Иккинг уже скучает. Он ещё раз печально выдохнул и успокаивая себя мыслями о том, что невеста вернётся на Драконий Край буквально завтра утром доделал таки свой чай и вышел на веранду, где присел в кресло снова любуюсь видом. Со временем чашка с чаем остыла и Иккинг поежившись сбежал обратно в дом. Странно, когда он рядом Иккинг менее рассеянный. Подумать только, вышел на улицу забыв надеть хотя-бы футболку. И когда с ним случилось такое последний раз? Ругнувшись он скрылся в доме и снова появился на веранде уже нормально одетый, а не только по пояс. Ну что же, первостпененные дела улажены, чай выпит, время утренних полётов! Жаль только, что придётся летать в одиночестве. Откинув печальные, полные скуки по ней, мысли куда-то на задворки сознания Иккинг снова поднялся в свою комнату и прошествовал к окну. Он уже надел штаны для полётов со вставками из кожи и был подходящее экипирован, так что мало что могло помешать Хеддоку хорошенько полетать сегодня. Кроме, разве что, одиночества. Снова отгоняя печальные мысли парень наполовину высунулся из окна, а потом и вылез полностью, становясь на крепкий (специально для таких целей) подоконник и уже по специально встроенной в стену лесенке ловко залезая на крышу. Стоит уточнить, что весь дом был рассчитан на два человека и уж целом был почти нормальным. Двухэтажный, построенный из светлого дерева с каменным вставками для надёжности дом выглядел довольно мило и уютно. Он даже был бы обычным в какой-нибудь деревне на юге, но огромная лежанка для дракона на крыше с козырьком от солнца на случай особенно жарких дней… Да, пожалуй, она все-таки делала этот дом слегка необычным. Ну, самую малость. Иккинг запрыгнул на немного косую крышу и тихо свиснув позвал дракона: — Оникс, не притворяйся спящим, со мной это не сработает! Настало время полётов, поднима… — ярко-зелёный глаз с вертикальным зрачком открылся моментально — Вот Хель! Что ты?.. Парень говорил бодро и даже рассчитывал закончить свое предложение, но оказался сбит с мысли налетевшим на него драконом на полуслове. Оказавшись на спине Ночной Фурии Иккинг рассмеялся и похлопал дракона по спине: — Да, дружище, в этот раз ты почти поймал меня. Я уж успел подумать, что ты не хочешь летать сегодня, представляешь?! — по шее веселящегося парня тут же прилетело ушным отростком и Иккинг спешно отклонился от смеющегося дракона. *** — ДА! Отлично! — вскричал Иккинг где-то через час полётов после того, как у них с Ониксом вышло особо удачное пике — Теперь давай ещё бочку и потом снова попробуем тройную мертвую петлю! Оникс ускориться радостно урча и вскоре все вышеупомянутые фигуры были выполнены в лучшем виде. Вообще очень многие из фигур высшего пилотажа, о которых раньше Иккинг мог только мечтать, сейчас были доступно ему. Взять хоть ту же мертвую петлю, которую сейчас Хеддок и Оникс могли исполнить даже с закрытыми глазами, когда раньше даже пробовать бы побоялись. За эти годы вообще многое изменилось и усовершенсвовалось в жизни Хеддока. Да чего уж тут говорить, сам Хеддок значительно совершенствовался. Дракон резвился в небе ещё около десяти минут, когда Иккинг заметил в синем море направляющийся к острову корабль. — Боги! Оникс, снижайся скорее, мы с этими трюками чуть не забыли про Йохана! — он похлопал дракона по шее и тот с недовольным ворчанием пошёл на посадку в скрытый от посторонних взглядов деревьями порт. — Здраствуй, Иккинг, чудесный день, не правда ли?! — произнес сошедший со своего корабля на землю Края торговец. — И вам доброго утра, Йохан. Это Драконий Край, тут всегда чудесно! — доброжелательно и бодро ответил ему парень и пожал протянутую руку. — О да, все мечтаю найти себе похожее местечко и остепенится. — он огляделся — А как поживает сердце столь чудесного острова? Что-то я её тут нигде не вижу… — он слегка нахмурился, как будто бы в задумчивости и перевёл взгляд карих глаз на Хеддока. — Ты прав, Йохан. К сожалению, сейчас её нет на Крае. Ты приехал рано, будь ты тут на день позже и застал бы её. — в голосе наездника звучало практически ощутимое физически сожаление. — Ох… Очень жаль. — Иккинг кивнул, но потом почти сразу же гордо улыбнулся — Ты не представляешь, с какой скоростью скупили её настойки! Я еле успевал доставать из трюма новые партии, все прямо смели у меня с прилавка! Я уж надеялся получить новую поставку… — Да, понимаю, её сборы просто прекрасны. Очень понимаю этих людей, которые все скупили! Если ты не слишком спешишь, я принесу тебе партию, тут как раз есть заготовленная, надо только со мной пройтись, тут совсем недалеко! — О, да ради такого товара я готов ждать целыми днями! Пойдём скорее, Иккинг! Оба довольно усмехнулись и пошагали сквозь лес в долину тихо переговариваясь на отвлеченные темы. — А, чуть не забыл, тебе ж это, письмо из Олуха, вот, держи! — вспомнил торговец и полез рукой во внутренний карман, когда они уже вышли из леса и двигались по долине- У них там снова проблемы и сложности, ты не планируешь залететь туда? Может хоть по пути будет, а? — он интенсивно копался в кармане. Иккинг даже не даже не старался сделать задумчивый вид. Ответ на этот вопрос был для него совершенно очевиден. — Не-ет, Йохан, ни за что. Ты же знаешь, я улетел с Олуха с единственным желанием, не возвращаться туда несколько лет как минимум! Йохан остановился и шатен стал рядом с ним. — Ну ты, может, хоть подумай? Несколько лет как раз прошло… — неуверенно начал он, но драконий всадник даже не пытался выглядеть задумчивым. — Даже не знаю. Нет желания у меня посещать Олух честно говоря. Тут слишком хорошо и до исследований недалеко, сам понимаешь… — под конец предложения на его устах заиграла улыбка. — Да-а, чего не отнять, того не отнять, тут просто здорово. — Иккинг кивнул и заулыбался. Ему всегда было приятно, когда хвалили его остров. Словно бы это ему самому Йохан комплимент сделал, честное слово! — Вот! — Йохан довольно усмехнулся, наконец-то достал из внутреннего кармана письмо и протянул его Хеддоку. Тот пробежал по конверту глазами и со спокойным сердцем спрятал в свой карман разумно рассудив, что читать его прямо сейчас особо смысла нет. Да и чего спешить? Он всегда успеет. Забегая вперёд можно сказать, что после ухода Йохана, когда он снова останется на огромном острове совершенно один, Иккинг вскоре наконец-таки прочтет то злополучное письмо. Постепенно при чтении его лицо будет хмурится все больше и больше, пока из взгляда ярких травянистых глаз серьёзность не вытеснит радость, которая обычно так и плещется в зелёной радужке. *** На Олухе было в этот день удивительно тихо несмотря на то, что погода была нормальной и работать викингам ничего не мешало. Вообще, сейчас, когда драконьи налеты уже давно прекратились, викингам в целом жить стало намного легче. В деревне даже ходили разговоры, мол, мередиан мучений сдвинулся от острова на пару градусов и теперь все далеко не так плохо, как было ещё пару лет назад. А не работали олуховчане в этот день потому, что это было воскресенье, которое последний год считалось выходным днем и в которое каждый викинг мог с чистой совестью отдохнуть от работы. Говоря по правде, у викингов просто исчезла необходимость в такой интенсивной работе, какая требовалась раньше, до мира с драконами. Крылатые монстры были чрезвычайно сильны физически и за счёт этого могли оказать викингам огромную помощь по хозяйству. Кипятильники могли увеличить скорость лодки практически вдвое, когда тянули судно за собой за специальный трос. Злобные Змеевики вместе со своими наездниками оказались неоценимыми помошниками в охоте на дичь и в поиске потерявшегося скота, поскольку с высоты птичьего полёта найти заблудшую овцу всяко быстрее и проще. Громмели избавляет остров от лишних камней путем их поедания, что тоже было не бесполезно, а Ужасные Чужовища могли работать грелкой. После заключения мира с драконами викингам стало проще практически во всем и многие олуховчане завели себе персонального крылатого друга. А молодёжь и вовсе вся летала на своих драконах. Но не будем об Олухе, вернёмся к выходным дню, который некоторые особенно утомившиеся за неделю викинги проводят в трактире. Разговор шёл около десяти минут, уже разок сменился эль в кружках говорящих, а Стоик и его хороший друг Плевака так и не пришли к одному мнению: — Да говорю я тебе, со специальными кормушками для драконов будет лучше! — со стуком ставя по истине огромную чашку на стол утверждал вождь. Плевака же утомлённо вздохнул и ответил тихо и задумчиво: — Может и будет, Стоик, может… — Так что стоим, начинай работу! — вожду снова стукнул кружкой. Это разговор начинался уже не первый раз за эту неделю, а Стоик все не хотел сдаваться. Плевака же, выглядевший значительно более утомлённым чем обычно, видимо снова был мыслями где-то далеко от этого трактира. Чашка эля в руках кузнеца оставалась нетронутой, тот и не глядел на неё и очередной раз раздраженно поясняя: — Даже если это будет хорошо, это не повод заваливать меня дополнительной работой, Стоик! Причём даже не по моей специальности. Кормушки — не оружие! Кто тебе сказал вообще, что я умею их делать Вот? Никто такого не мог сказать. Вот и все тут, нечего размусоливать. Хочешь кормушки — найди себе кормушкодела, а у меня и в кузне работы полно! — Ох, Хель с тобой Плевака. — согласился Стоик, хотя кузнец с сожалением понял, что эта тема ещё не закрыта и будет подниматься не раз — Как успехи у ребят расскажешь то хоть? — О! — обрадовался Плевака — Это конечно, это всегда рад. На днях устраивали тренировочные гонки на драконах. — Да, я был там, ты лучше бы что-то интересное или новое поведал! — Подожди, Стоик! Я как раз пытаюсь рассказать. Астрид снова идет первая, ты знаешь. — рыжебородый сразу же кивнул — Со значительным отрывом от Сморкалы. — Ну да, Хофферсон всегда больше всех старалась. — с видом человека, озвучившего очевидную вещь произнес вождь. — А мне вот кажется что все эти гонки — чушь полная! — вдруг заявил Плевака и Стоит воззрился на него с недоумением — Никто не может обойти Астрид не потому, что она лучше, а потому, что её дракон- Змеевик, изначально быстрее драконов остальных. Вот и все тут. Никакой честности или хоть интриги. Этим гонкам не хватает изюминки, Стоик. Чего нибудь нового, вот что я тебе скажу! — Да?.. — уточнил рыжебородый и после уверенного кивка друга неохотно продолжил — Хотя да, я сам замечал как-то… А что то твое письмо? Плевака вдруг встрепенулся и теперь точно мыслями был именно здесь: — Ну… — замялся он сначала, но продолжил уже очень уверенно — Ответа не было пока, но он точно не проигнорирует! Стоик лишь хмыкнул и отхлебнул ещё эля. — Ага, конечно. Знаю я этих лекарей, горды все как Хель знает что. Плевака со спокойной уверенностью покачал головой все так же не притрагиваясь к своей кружке. — Не-ет, Стоик, этот знакомый мой. Он письма не игнорирует. Мои по крайней мере. — он закончил с явной гордостью. — Ну надейся, надейся. Если он ей не поможет, то все, пиши пропало… *** Астрид недавно исполнилось девятнадцать и в её жизни за это время многое поменялось. Нет, ругаться и раздражаться по пустякам девушка не прекратила, эта привычка слишком глубоко вьелась под кожу. Но вот не сквернословить на людях все же научилась и сейчас давала себе волю только когда рядом никого точно не было. Она одной из первых на Олухе взлетела в небо на спине дракона и с тех пор Громгильда стала ей верным другом. Вместе они выигрывали каждые гонки, а сама Астрид заметила, что скорость Змеевика можно заметно увеличить, если кормить его только курицей. Но другим она своего секрета не выдала, не желая появления лишних конкурентов за место первой всадницы. Да, Астрид уже успела побыть лучшей воительницей когда на Олухе случился переворот и люди начали приручить драконов, так что такие изменения делись ей особенно тяжело. Но поскольку девушка просто не могла позволить кому-то ещё быть лучше неё хоть чем чем-то, то переступить через свои страхи и принципы и стала одним из первых наездников Олуха. К сожалению, нашлось ещё несколько более смелых викингов чем она и Астрид долго корила себя за то, что не смогла стать тогда первой. Самой красивой девушкой Олуха Астрид Хофферсон себя уже ощущала в свои девятнадцать. Она даже не думала о том, насколько этот титул общепризнанный. Просто из девушек на острове её возраста была только Забияка, но та, говоря откровенно, совершенно не стремилась к всеобщему признанию. Можно сказать, что и в этом у Астрид не нашлось конкурентов. Немного успокоившись с собственной красотой и оставив первенство лучшей воительницы в прошлом Хофферсон принялась лихорадочно искать, в чем же таком можно стать лучшей сейчас, когда воевать с драконами не нужно? И она быстро нашла это что-то. Её новая цель заключалась в том, чтобы быть лучшей, талантливейшей, сильнейшей и быстрейшей всадницей Олуха. И вот, Астрид загрузила себя и Громгильду тренировками по самую макушку, и дракониху ещё и перевела на исключительно куриное питание для повышения скорости. Блондинка тренировались день и ночь, летала на скорость и практиковала маневринность лавируя между скал. А ещё, конечно же, девушка не могла прекратить добиваться уважения и доверия вождя. Так что по каждой малейшей просьбе великого Стоика Обширного она срывалась с места, отрывала от драконьих дел Громгильду и со скоростью молнии мчалась выполнять просьбы, задания и поручения. Другие не реагировали на просьбы Стоика с такой готовностью и молча крутили у виска, когда видели как Хофферсон в очередной раз срывается куда-то несмотря на другие дела, в не подходящее время или плохую погоду. Астрид, стоит уточнить, совершенно не понимала этих людей, ведь уважение вождя — то к чему должен стремиться каждый викинг,а они предпочитают заниматься своими делами видите ли! Нет, этого она никогда не могла понять. Девушка конечно удивлялась такому отсутствию рвения, но у неё то дел благодаря поручения великого вождя было полно, поэтому времени раздумывая над странным поведением других не было. Настоящий шок случился у неё, когда Астрид однажды случайно услышала, как Стоик Обширный даёт поручение Сморкале. И даже сам факт, что о чем-то просят не её не так поразил девушку, как то, что Йоргенсон не согласился сразу, а задумался. Несколько секунд он стоял молча а потом ответил: «Нет, извините, вождь, но у меня уже есть дела в это время.» Словами не описать как Астрид была ошарашена. Мало того, что он посмел задуматься над просьбой Стоика, так он ещё и смел отказать ему отговорившись какими-то там «делами». Да какие дела могут быть, когда ты можешь помочь самому вождю?! Астрид тогда сама слетела на соседний остров чтобы исполнить поручения Стоика, хотя оно и не ей изначально предназначалось. Но был и ещё один Аспект жизни светловолосой Хофферсон кроме стремлений стать лучшей наездницей и заработать уважение вождя. Он заключался в том, что девушке исполнилось девятнадцать и, как бы неприятно не было это признавать, но она рисковала в ближайшие пару лет прославиться старой девой, что, конечно же, было для неё неприемлемо и крайне нежелательно. Старой девой оказаться в любом случае позорно, несмотря на любые успехи на поле боя или уважение вождя. Поэтому Астрид и не думала оставаться одинокой, у неё даже заранее был примерный план. В идеальном будущем Астрид на Олух приезжал какой-нибудь невероятно хороший воин и человек с соседних островов, вроде острова Берсерков, и просил ее руку и сердце, поскольку Хофферсон же самая красивая девушка острова, кого ещё этому мифическому отличному войну звать замуж? Вот и блондинка была уверена, что больше некого. Но с таким основным планом был необходим запасной, поскольку первый был уж больно ненадежный. Во-первых, среди приехавших на остров Лохматых Хулиганов могло просто не оказаться достойного человека. Во-вторых, достойный воин может оказаться уже женат на ком-то со своего родного острова, или того хуже — он может оказаться слишком глуп или труслив и не решится попросить Астрид выйти за него. А это было бы даже хуже, чем если бы этот воин был уже в браке. Тот вариант, что среди девушек Олуха он может выбрать не её, Астрид принципиально не рассматривала и игнорировала по причине его невозможности. Вторым и запасным планом было жениться на олухвчанине. Единственным хоть чуточку подходящим кандидатом в таком случае становился Сморкала Йоргенсон. Потому что он, во-первых, был самым сильным и умелым воином и летуном сразу же после самой девушки, хотя и не блистал умом, а во-вторых, он сам вечно грешил о том, как Астрид изволит выйти замуж за него и станет его женой. А соответственно, он любил её, что тоже добавляло ему баллов. Первый план провалился когда блондинка поняла, что на Олух не едет и даже не планирует ехать вообще кто-либо, не говоря уже о степени достойности. Девушка поняла это когда ей было чуть больше восемнадцати и в то же время с некоторой грустью поняла, что второй план — её единственный выход. И до этого она была сконцентрирована на приезде заморских гостей, поэтому когда перестала мечтать об этом и подумала о чем-то более насущном, (вроде свадьбы со Сморкалой) её настигло по-настоящему страшное. Это раньше Астрид не обращала на это внимания, но вот тогда осознала кристально ясно: за последние полгода Йоргенсон младший не оказал ей, первой красавицей острова, ни одного знака внимания! Ни одного комплимента, ничего! Как будто он и не был влюблён в неё столько лет! Астрид не сразу поверила в такие измения, поэтому на ближайшей тренировке показательно села рядом со Сморкалой накручиваю светловолосую косу на палец и мило, как ей казалось, улыбаясь. К священному ужасу девушки Йогренсон лишь мазнул по ней равнодушным взглядом и спросил нейтральным тоном спустя несколько минут тишины и издевательств над косой девушки: — Стоик дал тебе новое поручение? — Астрид на секунду ошалела и даже прекратила улыбаться, но быстро вернула себе самообладание и тут же ответила: — Не-ет. Сморкала, а что ты планируешь делать… Этим вечером? — уже уверенная в успехе спросила Хофферсон. Это был коронный удар, козырь, который она достала из кармана, и это просто не могло не сработать, тем более на Йоргенсоне. Да он просто выделывается, специально, чтобы она проявила инициативу! Не могла же она перестать нравиться Сморкале, в конце то концов, она лучшая девушка Олуха, он не мог прекратить её любить! — Планирую полетать вместе с Кривоклыком. — О, и… — снова начала девушка не обращая внимания на все такой же спокойный и даже прохладный тон парня, но была перебита им же почти сразу: — В одиночестве. Я и Клык. Сказать, что Астрид была ошарашена — ничего не сказать. Сказать, что к девятнадцати она была в замешательстве, поскольку ещё одного запасного плана так и не смогла выдумать — тоже ничего не сказать.