Белоснежная встреча

Расставание — это одно слово, которое скрывает в себе столько боли, одиночества и тоски. В жизни каждого человека неизбежно наступает момент, когда он прощается с кем-то, кем бы ни был этот человек. Некоторые прощания случаются несколько раз в жизни, и каждый раз они оставляют след. Но, как говорят, если судьба так распорядилась, то рано или поздно вы снова встретитесь с тем, с кем пришлось расстаться. В нашу жизнь приходит множество людей, одни остаются, другие уходят. Но по воле судьбы иногда те, кто ушел, возвращаются. И тогда расставание перестает быть концом, а становится лишь этапом, временным препятствием перед тем, как вновь встретиться с тем, кого потеряли.

******

После нескольких чудесных дней, проведенных вместе, Чонгук и Тэхену пришлось столкнуться с горьким прощанием. Судьба распорядилась так, что Тэ не мог остаться. Между ними оставались лишь несколько драгоценных мгновений, наполненных общением, но ничего более. Глубокой ночью, на краю темного леса, у массивных стволов старых деревьев стояли две фигуры молодых людей. Они словно притягивались друг к другу невидимой силой, но оба ощущали беспокойство и не решались сделать первый шаг. Вокруг царила тишина, лишь шепот ночи и нежные прикосновения ветра наполняли воздух. Лунный свет, проникнув сквозь листву, озарял их лица, раскрывая глубокие эмоции, скрытые в их глазах. Каждое их дыхание было наполнено невыраженными словами, висевшими в воздухе, как легкие бабочки, порхающие в ночной тишине. Они стояли на краю, словно на грани принятия решения, и в этом моменте всё казалось опасным и захватывающим одновременно. Было ощущение, что каждый шаг, каждое движение, приведет либо к воссоединению, либо к окончательной утрате. И, несмотря на эти противоречивые чувства, в их взглядах все же горела искра, не ослабевающая, несмотря на тьму вокруг. Тогда, нарушив молчание, Тэхен тихо произнес, не решаясь встретиться взглядом с Чоном: — Спасибо тебе за всё: за спасение, за приют, за еду... — его голос звучал тихо, едва слышно, как если бы слова могли разрушить магию момента. Чонгук пристально разглядывал омегу, стараясь запомнить каждую деталь: его лицо, взгляд, который не поднимался, нервные движения — как он покусывал нижнюю губу, как волосы Тэхена чуть поблескивали в свете луны. Чон хотел бы запечатлеть это мгновение, запомнить, как волшебно выглядит омега в эту ночь, как он стоит перед ним. — Если что случится, ты всегда можешь вернуться ко мне. Я помогу тебе, Тэтэ... — шепотом произнес Чонгук, осторожно беря Тэхена за руку. Он боялся, что тот исчезнет, как мираж, от легкого прикосновения. Молодые люди переплели пальцы, и в этот момент Тэхен все же поднял взгляд, встретившись с глазами Чона. Глядя в них, Чонкук почувствовал, как его сердце сжалось — в этих глазах был целый мир, невообразимый и бескрайний. В обычные дни взгляд Тэ был притягательным, но сейчас, под светом луны, он стал по-настоящему волшебным, невообразимо красивым. С каждым мгновением его чувства становились сильнее, и вся осторожность исчезла. Внутри Чонгука разгоралось стремительное желание прикоснуться к омеге, целовать его, не думая о последствиях. Он почувствовал, что больше не может удерживаться, и, не осознавая, что делает, протянул вторую руку, почти невесомо коснувшись щеки Тэхена. — Ты... прекрасен... удивителен... волшебный, Тэтэ, — шепотом произнес Чонгук, нежно проводя пальцем по щеке омеги. — Не хочу отпускать тебя... Он осторожно притянул Тэхена к себе. Чонгук знал, что это нужно делать с осторожностью, чтобы не испортить этот момент, который так долго ждал. Они оба были в смятении, не понимая, как именно двигаться дальше, но в этот момент всё казалось настолько естественным, что Чон не мог остановиться. Взгляд Тэ, который был полон страха и одновременно надежды, не давал покоя. И вот, когда губы Чонгука оказались так близко, его желание стало невыносимым. Он почувствовал, как его сердце бьется быстрее, как он теряет контроль над собой, приближаясь к омеге. И тогда, когда их губы встретились, время словно замедлилось. Мир вокруг исчез, оставив лишь их двоих, в полном одиночестве среди белоснежного снега, под полной зимней луной. Это был поцелуй, который разорвал границы их существования, наполнив их мир страстью и волнением. Всё, что существовало, было здесь и сейчас — в их губах, в их прикосновениях, в их чувствах. И хотя оба были напуганы, растеряны и полны сомнений, в этот момент они были свободны. Но внезапно, резкий звук выстрела заставил их отстраняться, испуганно вздрогнув. Они начали оглядываться, инстинктивно пытаясь понять, откуда исходит угроза. Чонгук крепко сжал руку Тэхена, не желая отпускать его, чувствуя, что это может быть их последний момент. Тэхен, понимая, что его присутствие может принести Чону только проблемы, осторожно высвободил свою руку и отстранился. — Прощай, Гуки... — сказал Тэхен, прежде чем исчезнуть в темноте леса. Прежде чем уйти, он обернулся и, превратившись в рысь, стремглав побежал вглубь леса. Чонгук остался стоять у границы леса, долго всматриваясь в темноту. В его голове все мысли переплелись. На мгновение ему показалось, что весь мир обрел невиданную теплоту. Но в следующую секунду всё чудесное, что было с ним, исчезло, как утренний туман, ускользнув прямо из его рук.

******

Вернувшись домой, Намджун ощутил, что что-то изменилось.С самого начала было видно, что его друг не был прежним. В его глазах исчез тот блеск, который когда-то был там, и теперь они казались тусклыми, как будто потеряли свою яркость и искренность. Чонгуку пришлось сочинить историю о Тэхене, не только для друга, но и для соседей. Эта история была такой запутанной сетью лжи и вымысла, что даже сам Чон с трудом мог верить в ее правдивость. С потерей Тэхена пришла утрата чего-то важного.Потеря не только человека, но и того тепла, уюта, того света, который наполнял его дни. Без этого запаха, без его присутствия, Чонгук не мог спокойно уснуть. Он потерял того, чья улыбка могла бы осветить целый мир. В его душе осталась пустота, которую ничто не могло заполнить. Тэхен же, вернувшись к своим, не мог позволить себе предаваться чувствам утраты.Охотники, которых не удавалось избежать, снова были близки к обнаружению укрытия рысей, поэтому всем сородичам омеги пришлось перебраться в другую часть леса. Охота стала более сложной, особенно с наступлением зимы и из-за рисков столкновения с охотниками. Тэхен продолжал помогать своим сородичам: присматривал за рысятами, охотился, патрулировал территорию. Только ночью, когда лес погружался в тишину, он вспоминал Чона. Он иногда рассказывал о нем своему другу, и сердце его сжималось от тоски по человеческому теплу. Возможно, и Чон, и Тэхен были одинаковы в том, что старались избегать чувства потери, поглощая себя работой и обязанностями.

******

Накануне Рождества друзья все же вытянули Чона из его комнаты.Дом был украшен рождественскими гирляндами, огоньками и разнообразными украшениями. Атмосфера праздника мягко обволакивала его душу, и пока близкие вокруг радовались и веселились, Чон находил немного покоя, хоть и не тот, что был с Тэхеном. Все его мысли были заняты тем, что он хотел бы провести этот момент с омегой. Вечером Юнги предложил прогуляться по свежему воздуху, пока Джун и Хо готовили ужин.Они шли среди снега, близко к границе леса. Чон все время поглядывал в сторону деревьев, мечтая снова увидеть серебристого рыся. — Чон, все видят, что ты не в порядке. И даже не пытайся это отрицать, — начал Юнги, глядя вдаль. — Это связано с тем омегой, который был у тебя, пока не вернулся Джун и которого видел Хо? — Ты прав, — Чонгук перевел взгляд на небо, — мне его не хватает. То ли от алкоголя, то ли от усталости, Чонгук не мог больше сдерживаться и выплеснул все, что накопилось. — Знаешь, он был волшебным. Самым прекрасным и удивительным человеком, которого я когда-либо встречал. Он принес в мою жизнь столько тепла, радости, счастья... Он был уютом, который я так долго искал. И нам пришлось расстаться… После его ухода на душе стало пусто и одиноко. Я думаю о нем каждый день, и безумно скучаю… — Ох, Гуки, — Юнги тяжело вздохнул, похлопав друга по плечу, — ты влюбился. Может быть, вы еще встретитесь? Не стоит сразу опускать руки. За счастье нужно бороться. Если ты увидишь его снова, и если твои чувства будут взаимными, хватай его в объятия и не отпускай больше. Чонгук задумался над словами Юнги, переведя взгляд на темный лес. — Ты прав, Юнги-хён, я не должен был отпускать его так легко. Нужно было держать его за руку крепче, хотя бы еще на пару минут… просто побыть с ним, — шепотом произнес Чон, размышляя о том, что делать дальше. Когда они возвращались домой, Чон, доверившись Юнги, в подробностях рассказал ему о Тэхене, о днях, проведенных с ним. Как раз когда парни почти подошли к дому, раздался выстрел. Это было обычным явлением из-за охотников, которые начали чаще выбираться в лес. Из леса выбежал молодой парень с раненым рысью в руках. Чонгук, заметив серебристый окрас шерсти, испугался в вероятности того, что это может быть его Тэхен. Оставив друга позади, он бросился навстречу парню. — Помогите, — запыхавшийся парень заплетающимся голосом стал объяснять. — Они хотят его поймать и продать, но на них нельзя охотиться. Я украл его, ему нужна помощь. Чонгук стоял, как громом пораженный, не двигаясь. В его ушах не было ни звука, кроме слабого поскуливания рыся в руках незнакомца. Чон в близи не мог не узнать Тэхена и у него будто земля ушла из под ног, видя его подстреленным. Юнги подбежал и моментально взял ситуацию в свои руки. — Забираем его в дом к Намджуну, Хо поможет, — сказал Юнги, быстро оценив ситуацию. Три парня поспешили к дому, пока другие охотники не успели подойти. Юнги отстал, чтобы забрать лечебные припасы своего мужа из дома, а Чон с охотником поспешили в дом Намджуна. — Намджун! Хосок! Нужна помощь, срочно! — крикнул Чонгук, вбегая на кухню. — Боже, положите его на стол, быстро! — обеспокоенно произнес Хосок, готовясь к осмотру животного. Молодой охотник аккуратно положил раненого зверя на стол и отошел в сторону. — А где Юнги? — спросил Хосок, осматривая раненого рыся. — Он побежал к вам домой, за твоими вещами, — ответил Чонгук, ласково поглаживая рыся по голове, проклиная в душе тех, кто подстрелил Тэхена. Когда Чон и Хосок занимались рысью, молодой охотник стоял в стороне, молясь за его жизнь. Парень чувствовал вину, хотя и не стрелял. Он всегда был рядом с охотниками, но избегал брать в руки оружие. — Джини?... — с удивлением произнес Намджун, выходя только сейчас из ступора и не веря своим глазам. Когда только парень с раненым рысью вошел в дом, сердце Намджуна пропустило удар. Он не мог поверить своим глазам. Омега, который ему нравился, был у него в доме, в охотничьем обмундировании и с раненным зверем в руках. — Дж… Джуни? — ошарашенно произнес омега, переводя взгляд на альфу.