You're so my type

Оставив парней внизу добивать остатки текилы и уже забравшись под одеяло в своей спальне, я вдруг понимаю, что оставил телефон где-то внизу. Несмотря на глухо гудящую на улице музыку, дом погружен в сонную тишину, залитую лунным светом, проливающимся через гигантские окна. Это удивительное место вызывает у меня целый рой эмоций ежесекундно. От безграничного удивления до поразительного чувства безопасности и спокойствия. Минут пять я стою у перил лестницы, впитывая кожей мерцающие лучи, отдающие горько-сладким ароматом миндаля, пока из левой части холла не раздается тихий всхлип. Я замираю, пожалев, что вышел из комнаты в одних боксерах. Всхлип повторяется, дополняясь еле различимым мычанием, скорее даже стоном. Неужто Риз успел привести подружку? Любопытство распирает меня, однако, я не двигаюсь с места. Когда я понимаю, что это не стоны, а плач, и что раздается он из комнаты Кей - я оказываюсь у её двери за долю секунды. - Кьяра, - я тихо стучу, чтобы не напугать её. Я впервые произнёс её имя, и боже, я хочу делать это постоянно. Она не отвечает, а к стонам добавляется глухой звук удара о дерево. Через минуту сомнений и попыток расслышать ещё хоть что-то, я зову её снова, чуть громче. Снова оставшись без ответа, я рывком открываю дверь, и вижу её в своей постели. Глаза закрыты, одеяло скомкано у самых ног, тонкие запястья колотят изголовье, словно пытаясь отбиться от невидимого противника. Ей снится кошмар. Я подхожу ближе и ещё раз зову её, тихо, аккуратно. Она стонет громче, словно слышит меня, но никак не может проснуться. В какой-то момент она жалобно всхлипывает "пожалуйста, нет..." и моё сердце будто пронзают железные шипы, я должен вытащить её, помочь, у меня нет сил смотреть, как она борется со своими кошмарами в одиночку, после того, как спасла десятки жизней. Я сажусь на край кровати, мягко перехватывая её запястья, удерживая от вероятности пораниться. - Кьяра, - снова повторяю я. - Всё хорошо, это кошмар. Кьяра, проснись... ну же... На её лице выражение невыразимого страдания и я касаюсь её щеки пальцами свободной руки, будто я физически могу расправить эту маленькую ложбинку между её бровей, снять эту боль, забрать в буквальном смысле. Глаза Кей открываются и смотрят сквозь меня. Она перестаёт бороться и в комнате повисает ужасающая тишина. В следующую секунду она уже сидит передо мной, согнув ноги в коленях, а в мой лоб упирается дуло непонятно откуда взявшегося глока. Кей будто не узнает меня, широкие зрачки сливаются с радужкой, палец с длинным черным ногтем и серебристой полоской кольца снимает пистолет с предохранителя. Я вздрагиваю от звука, подняв руки по обеим сторонам лица. Я вдруг понимаю, что на ней абсолютно нет одежды. Фарфоровая кожа мерцает от пота, несколько прядей волос прилипли к шее и ключице, спускаясь витиеватой линией как раз между двух так влекущих меня розовых пиков. От неё исходит такая сила, всепоглощающая власть, что я слышу стук собственного взбесившегося сердца в ушах. В моем солнечном сплетении разрастается что-то большое и горячее, разливаясь далеко за пределы рёбер, в живот и дальше. Глок всё сильнее впивается в мой лоб, а её пустой взгляд без тени эмоций обещает мне мгновенную смерть, если я в ближайшую секунду ничего не сделаю. Какой ужасный, неподходящий момент для эрекции, Энди. - Кьяра, - я зову её тихо, почти шёпотом. В чёрные глаза возвращается сознание, её рука еле заметно дёргается, а лёгкие впускают резкий вдох. - Убери пистолет, - понятия не имею, как мне удаётся сохранить спокойный тон голоса, учитывая всё происходящее. - Какого хрена ты здесь делаешь? - она не снимает пистолет с предохранителя и продолжает держать его также ровно и настойчиво. - Тебе снился кошмар, ты стонала и колотила руками по всему, что только попалось на пути. Я решил, тебе нужна помощь. - Мне не нужна ничья помощь, - шипит она. - Тем более твоя. Глаза Кей медленно опускаются к моим боксерам и также медленно возвращаются обратно. Я чувствую, как моя кожа горит под её блуждающим взглядом, словно ощущая её прикосновения, будто это её пальцы легко касаются моего тела, скручивая мои нервы в тугую спираль. Я чувствую её голод, он заставляет глок еле заметно вибрировать в её руке. Держу пари, если я прямо сейчас суну руку между её бёдер, она будет мокрой. - Ты правда так ненавидишь меня? - спрашиваю я, и её взгляд рывком возвращается к моим глазам. - Или скорее ненавидишь себя за то, что тоже хочешь меня? Ещё один резкий вдох поднимает её грудь, словно взрыв. Я поднимаюсь на колени и нависаю над ней, пистолет со всё ещё взведённым курком продолжает упираться прямо между моих бровей. Я опускаюсь ближе, заставляя её двигаться назад, пока её спина не встречается с изголовьем кровати. Её грудь словно умоляет меня, коснуться её языком, зажать сосок между зубами, пока её спина не выгнется навстречу мне и моему жадному рту, однако когда я склоняюсь к ней, Кей отрицательно качает головой. Глок перемещается с моей переносицы на макушку, не сильно, но настойчиво заставляя меня опуститься ниже. Это заставляет мою кровь кипеть, двигаясь по сосудам с такой бешеной скоростью, что я слышу её рёв, разрывающий мои барабанные перепонки. Я хочу разорвать её на части. На куски. Я хочу вылизать её, пожирать её так, как ещё никто и никогда, свести её с ума, чтобы она потеряла контроль над собственным телом и надо мной. Я хочу чтобы она кричала для меня. Мои пальцы находят её бёдра, и их мягкая горячая кожа под моими пальцами посылает электрические разряды через мои предплечья, прямо в мои боксеры. Я раздвигаю её ноги и послушно ныряю вниз, позволяя ей поверить, что она контролирует ситуацию. Боже, она пахнет как рай. Впиваясь в неё без долгих раздумий, я чувствую, как она легко вздрагивает, однако её лицо по-прежнему не выражает ничего. Я хочу заставить её биться и извиваться в моих руках, умолять меня не останавливаться, выкрикивать моё имя. Однако два чёрных оникса продолжают без особого интереса скользить по мне, в то время, как мой язык изучает её изнутри. Я чередую движения, мягкие с резкими, внутрь, наружу, желание попробовать её на вкус сводило меня с ума и теперь, когда я наконец получил её - я хочу, чтобы это не заканчивалось. Я ласкаю языком её клитор и случайно задеваю его зубами, она вздрагивает, сдавленный стон вырывается из её приоткрытых губ, умирая где-то в воздухе и на одно мгновение я вижу её. Без маски безразличия, открытую, обнаженную передо мной. Момент чистой похоти, желания горящего в её глазах. И это всё, что мне нужно. Мои руки оставляют её бёдра, одна из них поднимается вверх, наматывая её волосы на кулак и оттягивая голову назад. Её спина выгибается в прекрасную радугу. Пальцы второй руки проникают внутрь неё, и Кей цедит воздух сквозь зубы, заставляя мой член пульсировать от потребности быть внутри неё. Я снова подключаю зубы и чувствую, как давление глока на мою макушку ослабевает. Через секунду её пальцы вплетаются в мои волосы и она прижимает мою голову к себе ещё сильнее. Мои движения становятся всё жёстче, я тяну её волосы сильнее, и сдавливаю зубы ещё сильнее. И это - всё, что было нужно ей. Она сокращается вокруг моих пальцев, сжимая мою голову бёдрами и рассыпаясь на миллиард вохситительных частиц. Боже, в этот момент она прекраснее, чем когда-либо. - Энди... Это почти незаметный шёпот, но я слышу его. Он звучит как песня, и я в ту же секунду понимаю, что сделаю всё, чтобы услышать её снова. Через один взмах ресниц она уже оборачивает покрывало вокруг себя, снова пряча глок под подушку. Уже с порога своей ванной она поворачивается ко мне: - В следующий раз, когда услышишь, что мне снится кошмар - позови Риза. Он знает, что делать.