Кто я?

      Проснувшись в своей мягкой и уютной кровати, Гермиона сладко потянулась навстречу новому дню. Как ни крути, она любила выходные и предпочитала на них полностью отключаться от работы. Она прекрасно помнила тот период, когда дни и ночи просиживала в министерстве, стараясь как можно скорее добиться повышения. Хотя она и была героиней войны и одной из самых умных волшебниц своего поколения, коллеги и начальство не всегда относились к ней благосклонно.       Гермиона не могла взять в толк, как после не одной, а целых двух воин, начавшихся с распрей о чистоте крови, кто-то до сих пор может поддерживать старые идеалы. Уже взрослая Грейнджер четко осознавала – перемены не происходят в одночасье. Но вот юная гриффиндорка с горящими глазами из кожи вон лезла, чтобы доказать свою значимость министерским консерваторам, и она добилась своего. Только вместе с желанной должностью пришла хроническая усталость и абсолютное нежелание вставать на работу. Тогда она обратилась к маггловскому специалисту и перво-наперво получила совет – выделять время на неделе исключительно для отдыха.       Конечно, для этого Гермионе пришлось обучить и взрастить штат сотрудников, которые без ее непосредственного вмешательства смогут разрешить любую задачу, и подавить в себе комплекс всепоглощающего контроля, зато субботу и воскресенье она с чистой совестью могла потратить на спокойное чтение художественной литературы, прогулкам по любимым улочкам, встречам с родителями или друзьями. В общем, делать все то, что делают нормальные люди в свой законный выходной.       Она уже предвкушала неспешный завтрак и прогулку до родительского дома, когда вспомнила, что внизу ее ожидает гость. Вчера Гермиона тысячу раз прокрутила в памяти разговор с Малфоем, пытаясь проанализировать каждое его слово, но не приходила ни к каким результатам. Неужели под слоем многолетней неприязни и стереотипов, скрывался тот самый Драко, с которым они вели вполне сносный диалог у нее на кухне? Она решительно помотала головой. Этого просто не может быть... Или это она просто не хотела в это поверить? Возможно, его сознание повредилось заклинанием и через какое-то время вернутся старые повадки и характер. Но что делать с нынешней версией Малфоя она не имела ни малейшего понятия.       Услышав шум внизу, она практически подскочила с кровати и вскинула палочку перед собой. Медленно двинулась к двери, зная, что отсутствие обуви делает ее шаги бесшумными и дает возможность застать кого бы то ни было врасплох. Минуя дверь в ванную и лестницу, она осторожно заглянула в коридор, но никого там не обнаружила, в отличии от кухни. Драко Малфой стоял около светлой каменной столешницы, держа в руках две пустые чашки, и гипнотизировал ее кофеварку. Гермиона шумно выдохнула, опуская палочку.       – Доброе утро, – улыбнулся Малфой, повернувшись на звук. – Я хотел приготовить кофе или чай, но понял, что понятия не имею как пользоваться всем этим, – он кивнул на гарнитур.       Гермиона смотрела на него, вскинув брови, так и не сдвинувшись с места.       «Нет, ему точно повредили рассудок» – подумала она.       – Скорее всего ты никогда этого не знал, – ответила гриффиндорка, подходя ближе и засовывая палочку под резинку коротких шорт.       – А как я тогда делаю себе кофе? – недоверчиво поднял бровь Малфой, все еще прижимая кружки к себе.       – Скорее всего, тебе его делают слуги, – подавила смешок Гермиона. Она не собиралась сейчас рассказывать ему про домашних эльфов, потому что чисто физически не была готова к спорам, не выпив чашечку бодрящего напитка. – Ты будешь чай или кофе?       – Кофе, пожалуйста, – попросил Драко, – надо же все попробовать. Только можешь показать мне, как этим пользоваться?       – Зачем? – недоуменно уставилась на него Грейнджер.       – Даже если раньше мне делали кофе слуги, здесь я их не вижу, – усмехнулся Малфой. – Не хочу утруждать тебя и каждый раз просить о помощи.       Видимо, на вчерашнем вечере потрясения для гриффиндорки не закончились. Она как обычно хотела ответить, что ее ни капельки не напрягает делать кофе по утрам, но задумалась. Может быть нахождение Драко Малфоя в ее доме не останется бесполезным? Вернув себе память, он, конечно, снова станет тем засранцем, которого она знает, но! Если Гермиона хоть немного покажет ему мир магглов и убедит в том, что их жизнь практически не отличается от жизни волшебников, а изобретения могут быть полезными, она сможет посеять зерно сомнения в самом яром приверженце теории чистоты крови. А значит – пошатнет укрепленный в обществе стереотип!       – Конечно, – улыбнулась она, и Малфой ответил ей тем же. Она подошла к своей простенькой кофеварке и откинула крышку водного отсека. – Сначала сюда нужно налить воду. Я, обычно, наполняю ее палочкой, но можно с помощью кружки ее налить из-под крана, – она переместилась в сторону, чтобы открыть вентиль.       Драко понимающе кивнул и подставил одну из чашек под струю воды и, когда она наполнилась перелил в кофеварку. Он повторил эту операцию несколько раз, прежде чем Гермиона, указав на риску, сказала, что этого достаточно, и Малфой покорно стал ожидать дальнейших указаний.       – Теперь нужно насыпать кофе сюда, – произнесла Грейнджер указывая на пустой фильтр. – Ах да, кофе хранится здесь, – она потянулась к верхней полке, и заметила, что Драко скользнул взглядом вниз. Гермиона слегка покраснела, когда вспомнила, что вышла из спальни в одной из своих огромных футболок и коротких шортах, которые всегда служили ей пижамой, но вряд ли подходили для завтрака с малознакомым мужчиной. – Кхм, я обычно покупаю молотый, так что просто положи четыре ложки.       Он вернул взгляд к ее лицу и беспрекословно выполнил указания.       – Затем тебе нужно просто нажать на эту кнопку и подождать, пока емкость наполнится и снова нажать, – продолжала инструкции Гермиона. – Только сначала убедись, что этот провод воткнут в розетку.       – Я понял, – серьезно произнёс Малфой и, нажав на кнопку, завороженно смотрел, как кофе капает в стеклянный сосуд. – Странно, но я знаю, что половина слов, которые ты говоришь, мне не известны.       – Это какие? – спросила Гермиона, опираясь бедрами о столешницу и складывая руки на груди.       – Розетка, провод, кофеварка… Почему я их не знаю? Я же помню, что означает кофе, или чай, или душ и так далее.       – Могу сделать вывод, что маггловедение ты не посещал, – ухмыльнулась Гермиона.       – Это один из предметов в Хогвартсе?       Грейнджер кивнула.       – Готова поставить свою ячейку в Гринготтс, что в твоем доме таких нет, – она указала головой на плиту и чайник.       – Что такое Гринготтс? И почему нет? – оторвал взгляд от кофеварки Малфой.       – Гринготтс – это банк, единственный в магической Британии. Там хранят свои сбережения волшебники, – объяснила Гермиона. – А почему я уверена, что нет, – она на секунду задумалась, закусив губу. – Магия и маггловские изобретения практически несовместимы. Чем больше магии в доме, тем хуже они работают. Я не изучала подробно этот вопрос, но скорее всего волшебство имеет какое-то излучение, которое мешает передвигаться электронам в нужном порядке, а поскольку большинство приборов работает на электричестве, их функционирование практически невозможно. А вот если взять приборы чисто на основе механики, возможно, они спокойно будут действовать так, как нужно. Я никогда не проверяла. Твое поместье – старинное магическое сооружение и находится под огромным количеством чар, не говоря уже об артефактах, хранящихся, я уверена, сотнями в подвалах или выставочных залах. Кофеварка там точно не заработает.       Углубившись в свои рассуждения, она не заметила, что Малфой все это время пораженно наблюдал за ней.       – Есть вопросы, на которые у тебя не найдется ответов? – попытался выразить свое изумление он.       Гермиона опустила голову, закусывая щеку изнутри. Вот сейчас он назовет ее зазнайкой и посмеется всласть. Ей бы следовало быть осторожной со своими мини-лекциями, над которыми посмеиваются даже Гарри и Рон, чего уж говорить о Малфое. Но такая она есть. Она хочет делиться с людьми своими знаниями, и иногда увлекается. Может ей стоит задуматься о должности преподавателя в будущем, тогда уже никто не посмеет над ней смеяться.       – Я тебя чем-то расстроил? – попытался заглянуть ей в глаза Драко.       – Нет, – она вскинула голову и проморгалась. – Я знаю, что иногда меня заносит.       – Я лишь хотел сказать, что поражен насколько много ты знаешь, – он издал нервный смешок. – Могу с уверенностью сказать, что ты самый эрудированный человек, которого я встречал.       Гермиона с минуту с прищуром его разглядывала, а потом внезапно рассмеялась. Драко подхватил ее веселье и, улыбаясь, тихо посмеивался в ответ.       – Прости, – прикрыла рот рукой Гермиона, – не культурно смеяться над твоей потерей памяти.       – Рад, что я все еще способен рассмешить, – наклонил голову Драко. – Кстати, – он оторвался от столешницы, – я уверен, что еще вчера ничего не было, но сегодня утром обнаружил это, – он выставил левую руку вперед и Гермиона ощутимо вздрогнула.       На левом предплечье Малфоя бледнел отвратительный череп со змеей, вылезающей изо рта. Вчера вечером она тоже не видела Черную метку, хотя не так усиленно его разглядывала.       – Так что это? – непонимающе повторил Малфой, увидев ее реакцию. – Скорее всего, просто татуировка, – если бы где-нибудь выдавали награду за самый изворотливый ответ, Гермиона получила бы гранд-при. Она даже не солгала. Прочтя столько книг, немалая часть которых была посвящена темной магии, Гермиона нашла подобное заклинание, которым Волан-де-Морт мог клеймить своих последователей. С его кончиной, метка теряла волшебную силу, оставляя под кожей чернила, которые выцветают так же, как и обычная маггловская татуировка.       – Тогда почему ты испугалась? – вздернул бровью Драко.       – Она не симпатичная, – вскинув подбородок ответила она. – Видимо, ты считал так же, раз скрыл ее магией. Чары не держатся вечно и ночью просто рассеялись. Драко поднял руку к лицу, снова разглядывая странное изображение.       – Зачем мне делать такое? – задумчиво произнес он, не отрываясь от своего занятия.       – Этого я не могу знать, – отвернулась от него Гермиона, стараясь скрыть явную ложь.       Она разлила готовый кофе по чашкам и передала одну из них Драко.       – Фу, – скривился он, сделав глоток. – Это ужасно.       – Может сахара? – участливо предложила она и положила в кружку пару ложек. – Лучше?       – Не очень, – скривил нос Драко.       – Тогда попробуй так, – она достала молоко из холодильника и добавила немного в кофе. – Если это не поможет, то можно заключить, что ты истинный британец и пьешь только чай.       Малфой сделал осторожный глоток и улыбнулся.       – Нет, так гораздо лучше.       Какое-то время они просто наслаждались своими напитками, думая каждый о своем. Но Гермиона прекрасно понимала, что допрос на сегодня только начинается.       – Есть еще кое-что, – произнес Малфой, после очередного глотка.       – М-м?       – У меня на груди шрамы, – указал на футболку Драко. – Достаточно короткие, но практически везде, ты не знаешь отчего они? Похоже, им уже много лет.       – К сожалению, – вздохнула Гермиона, – знаю.       – И?       Грейнджер пожевала губу, пытаясь подобрать слова.       – Ты повздорил с одним учеником на шестом курсе, и он метнул в тебя неизвестное заклинание, – начала она. – Профессор зельеварения вовремя нашел тебя и спас, а того ученика наказали, – Гермиона не была уверена, что за попытку убийства несколько месяцев на отработке у Снейпа – справедливое наказание, но тогда искренне радовалась, что ее друга не отчислили. Хотя и не переставала напоминать ему, что она не раз предупреждала не доверять этой сомнительной книжонке. Наверное, тогда ей впервые стало жаль Малфоя.       – Вау, веселая школа, – хмыкнул Драко.       – Ты даже не представляешь, – опустив голос до шепота, произнесла Гермиона и прикрыла глаза. – Ты что-то еще хотел узнать? – уже громче добавила она.       – Да, – Малфой окинул взглядом свою одежду, – у тебя кто-то есть?       Гермиона снова закашлялась, совсем не ожидая этого вопроса. Малфой спокойно похлопал ее по спине, пока она пыталась прийти в себя и не дать утреннему кофе пойти не в то горло.       – В каком смысле? – наконец-то произнесла она, оставляя кружку на гарнитур и вытирая рот бумажным полотенцем.       – Просто у тебя есть мужская одежда, – опустил взгляд Драко, – я подумал, что у тебя кто-то есть, и я помешаю, или стану виновником крайне неприятной сцены. А я, повторюсь, не хотел бы причинить тебе неудобств.       – Нет, – Гермиона взмахнула рукой, показывая, что это полная чушь, – футболка моя, а шорты я одолжила у отца.       – Но ты так и не ответила на вопрос, – заметил Малфой, улыбаясь краешком губ.       – Эм… Нет, – смутилась она. – У меня никого нет.       Гермиона Грейнджер и ее личная жизнь – не самая простая тема для разговора, особенно с Драко Малфоем, в каком бы состоянии он не пребывал. Последние серьезные отношения Гермионы закончились примерно шесть лет назад и оставили после себя ощутимый осадок. Так долго лелеющая мечты о совместном будущем вместе с Роном Уизли, гриффиндорка столкнулась с непреодолимой преградой, в повседневной жизни носящей название «реальность». Они старались, причем оба и постоянно, но так и не нашли ничего общего, кроме сложного прошлого и лучшего друга. Спустя годы, Гермиона четко понимала – их пути должны были разойтись. Вот только облегчения эта мысль не приносила. Она не тосковала по Рону, как по предмету своей любви, нет. Но с тех пор была твердо убеждена – счастье познать сладкие волнения души ей больше не светит. Грейнджер никогда не пользовалась популярностью у противоположного пола в школе, а среди ее немногочисленных поклонников едва ли находились люди, с которыми она могла завести хотя бы дружбу. Виктор и Рон были исключениями. Только Крам так и остался другом по переписке, чего и желала сама волшебница, а с Роном ничего не вышло.       Гермиона, разумеется, не вела жизнь монахини-затворницы и упорно ходила на свидания и даже затевала короткие романы, но ни один из них не зашел дальше «свободных отношений». Большее Грейнджер было не нужно. У нее были друзья, практически ставшие семьей, родители и любимый кот, что еще нужно для счастья девушке, сделавшей целью своей жизни самую высокую должность в министерстве магии? Да и, честно признаться, Гермиона всегда находила причины не давать своим кавалерам шанса поселиться в ее душе и доме. То они были недостаточно умны, то слишком консервативны, то заносчивы и скучны, а то и вовсе отвратительными любовниками. По сути, Драко Малфой – первый мужчина, которого Гермиона пригласила у нее пожить.       – М-м? – Гермиона вернулась в реальность, когда поняла, что Драко уже какое-то время пытается с ней заговорить. – Прости, я задумалась.       – Я спрашивал, были ли у тебя планы на сегодня и не помешаю ли я?       Гермиона оглядела его с ног до головы, пытаясь придумать, чем можно занять себя, пока Гарри ищет миссис Малфой по всей Британии, и ее глаза зажглись недобрым огоньком.       – Как ты смотришь на то, чтобы выбраться со мной в одно место?