Кто я?

      – Драко Люциус Малфой! – вопль Гермионы, вывалившейся из камина, разорвал тишину маленькой гостиной коттеджа недалеко от центра Лондона.              – Я уже и забыл, что у меня есть второе имя, – Драко поднял брови, спокойно глядя на нее поверх книги по чарам, с которой он утроился на диване. Не зависимо от того, когда Гермиона возвращалась домой, он всегда ждал ее здесь.              – Когда ты собирался мне сообщить, что намерен посетить Косую аллею? – сложив руки на груди, возмущенно спросила она.              – О, так Поттер передал тебе сообщение, – невозмутимо отозвался Малфой, откладывая книгу на журнальный столик.              – Это не ответ, – продолжала сетовать Гермиона.              – Я собираюсь посетить Косую аллею, – ровно произнес он, вставая с дивана. Как будто она спросила его, что он хочет на ужин, а не почему собрался подвергнуть свою жизнь опасности.              – Это не смешно, Драко, – всплеснула руками она, сверля его взглядом. – Это не безопасно! И почему я должна узнавать это от Гарри?!              – Давай посмотрим на это с другой стороны, – мотнул пальцем перед собой Малфой, медленно подходя к ней. – Сейчас, когда Гарри с тобой поговорил, ты уверена, что это абсолютно безопасно, так как, если бы Поттер не учел все на свете, он бы про это не заикнулся. И только теперь, когда тебе не о чем волноваться, я тебе говорю об этом, – он подошел вплотную к Гермионе и взял ее за руки. – Ведь если бы я сообщил об этом раньше, ты бы не находила себе места и долго причитала о том, какой опасности я себя подвергаю.              Грейнджер открывала и закрывала рот, не зная, что ответить на такую наглость. С одной стороны, Драко был прав – она бы переживала несколько дней, пока Гарри все не уладил, но с другой – разве справедливо молчать об этом? А с третьей – он просто хотел о ней позаботится. Гермиона шумно выдохнула и подняла строгий взгляд на Малфоя.              – Это жутко по-слизерински!              – Наверно, это должно было звучать, как оскорбление, но нет, – улыбнулся он и легко коснулся ее губ в быстром поцелуе. – Так на какое время назначено данное мероприятие?              – Гарри зайдет за тобой завтра в десять, – выдохнула Гермиона, полностью сдаваясь.              – Отлично, – Драко переплел их пальцы, заманивая гриффиндорку на диван. – Тебе не о чем переживать. Мне нужна волшебная палочка, и, может, удастся зайти в банк.              – Но я переживаю, Драко, – опустила голову Гермиона, останавливаясь около дивана, на котором уже расположился Малфой. – Что если тот, кто стер тебе память снова попытается добраться до тебя?              – Со мной будет первый аврор, – улыбнулся слизеринец, увлекая Грейнджер к себе на колени. Она легко поддалась, сбрасывая с ног туфли и кладя руки ему на плечи. – И, я полагаю, еще парочка?              Гермиона кивнула. Гарри действительно все продумал. Он будет сопровождать Малфоя в Косую аллею вместе с тремя аврорами. В десять часов переулок обычно крайне немноголюден, и они смогут засечь любую опасность, что может угрожать Драко, но сердце ее было не на месте.              – Я уже начал изучение чар, – Драко кивнул в сторону ее старого учебника. – Но, полагаю, мне потребуется учитель, – произнес он, зарывая пальцы в ее кудри.              – Не думаю, что тебе понадобиться моя помощь, – откинула голову Гермиона, наслаждаясь прикосновениями. – Ты все-таки был вторым по успеваемости…              – Но я бы поучился у первой, – ответил Драко, проводя кончиками пальцев по обнаженной шее. Он поддался вперед, опаляя горячий дыханием кожу под ушком, и прошептал. – Разве тебе никогда не хотелось побывать в роли профессора?              Дыхание Гермионы участилось, и она слегка качнула бедрами вперед. Малфой провел рукой по тонкой ткани блузки на спине, заставив ее прогнуться ему навстречу.              – И каким бы профессором я была? – спросила она, зарываясь пальцами в его мягкие волосы.              – Строгим, – Драко едва касаясь провел губами по ее шее, – дотошным, – он зубами расстегнул первую пуговицу на ее блузке, – немного пугающим, – Малфой продолжал расстёгивать блузку, пока его руки гладили ее спину и сжимали ягодицы. С каждым его словом Гермиона распалялась все сильнее, медленно двигая бедрами и чувствуя его возбуждение, – и самым сексуальным.              Он медленно откинул ткань, обнажая грудь и обвел языком сосок, напрягшийся под тонкой тканью прозрачного лифчика. Гермиона не сдержала стон, притягивая его ближе. Малфой поднялся выше, касаясь губами ее ключиц. Он медленно стягивал легкую блузку, заставляя Гермиону завести руки за спину, и когда ткань достигла запястий, Малфой завязал ее в узел, не давая шанса высвободится.              – Поэтому я бы постоянно отвлекался от учебы, – вкрадчиво продолжил Драко, подхватывая ее под бедра и рывком прижимая к себе. Гермиона уже слабо улавливала нить разговора. Он губами оттянул ее сосок, вырывая из гриффиндорки громкий стон, пока его руки нещадно задирали офисную юбку, – думая, как бы я мог тебя взять.              Гермиона усиленно ерзала на нем, стараясь хоть немного унять возбуждения. Она не знала, как это происходит, но каждый раз Драко заставлял ее изнывать от желания всего парой прикосновений. Это была особая магия, не подчиняющаяся никаким законам.              Малфой вернул внимание ее груди, едва касаясь языком возбужденных сосков и доводя ее до исступления.              – Драко… пожалуйста, – задыхалась она, не в силах освободить руки.              – М-м-м? – промычал Малфой, не отрываясь от ее кожи.              – Я хочу тебя, – всхлипнула Гермиона.              – Нетерпеливая ведьма, – прошептал он ей в губы и накинулся на них в страстном поцелуе.              Драко провел рукой по внутренней стороне бедра и коснулся ее клитора через тонкую ткань белья. Простонав в поцелуй, она попыталась поерзать, увеличивая трение, но твердая рука Малфоя на бедре остановила ее. Он отодвинул ткань, легко проникая в нее двумя пальцами, Гермиона прогнулась и попыталась схватиться за него, но связанные руки помещали ей сделать это. Она отчаянно насаживалась на его пальцы, пока большим он массировал ее клитор. Ее беззащитность и власть, которую он имел над ней, возбуждала еще больше, заставляя дрожать все тело. Она была близка к завершению, когда пальцы Малфоя исчезли, утягивая за собой ее разочарованный стон.              Чуть приподнявшись, Драко освободил себя от брюк и мучительно медленно насадил Гермиону на член. Его дыхание сбилось, волосы растрепались, глаза потемнели от желания, а его сильные руки властно держали ее бедра, задавая темп. В такие моменты Гермионе казалось, что она готова сделать для него все что угодно. Он похищал ее всю, без остатка, заставляя разум плавать где-то на краю сознания.              Он обвел губы Гермионы влажными пальцами, слегка надавливая, заставляя приоткрыть их. Она легонько коснулась языком его кожи, чувствуя вкус собственной смазки. Малфой зарычал и увеличил темп, выбивая из груди Гермионы развратные стоны, заглушаемые его пальцами.              – Давай, моя девочка, кончи для меня, – промурлыкал Драко, и это стало последней каплей, приблизившей Гермиону к ошеломительной волне оргазма.              Малфой застонал и через мгновение излился в нее с глубоким толчком. Гермиона уткнулась ему в шею, пытаясь отдышаться, пока Драко бережно развязывал ей руки.              – Только будь осторожен, – прошептала она, выводя узоры на его плече.              Малфой зарылся носом ей в волосы, вдыхая любимый цветочный аромат.              – Обещаю.              ***              Ровно в назначенный час Гарри Поттер появился в гостиной Гермионы с двумя подчиненными, одетыми не по форме. Он специально отобрал авроров не учившихся с Малфоем на одном курсе, и предупредил их о сведении контактов с сопровождаемым к нулю. Ведь, несмотря ни на что, Гарри не хотел стать причиной несчастья своей лучшей подруги, если вдруг кто-то проболтается о прошлом Драко. Пусть все это казалось ему неправильным, он никогда не подведет одного из самых дорогих ему людей.              – Готов? – сразу заметив Малфоя осведомился Поттер.              Одернув пальто, в котором он был в первую встречу с Гермионой, Драко кивнул.              – Хорошо, – Гарри поправил очки на переносице и приступил к инструктажу. – Твои волосы слишком заметны, поэтому мы изменим их цвет. Мы могли бы просто надеть на тебя мантию, но боюсь, что, скрывая лицо посреди белого дня, ты только привлечешь к себе больше внимания. Мы переместимся сразу ко входу в Косую аллею. Магазин Оливандера совсем рядом. Только туда и обратно.              – А как же банк? – нахмурился Драко.              – Это слишком опасно, – отрезал Поттер.              – Но мне нужно будет как-то расплатится за свою палочку. И не начинай, – Драко жестом прервал рвущийся наружу ответ главного аврора. – Я уже три недели живу на иждевении и не позволю этому продолжаться. Тем более, – Малфой усмехнулся, – разве мы не сможем узнать что-нибудь полезное от гоблинов? Например, чем я занимался или когда был у них в последний раз?              Поттер так и остался стоять с приоткрытом ртом. Заранее Драко подготовил этот аргумент или это вышло случайно, но Гарри понял, что такую информацию гоблины смогут выдать только ему. Надежда узнать, что Драко делал хотя бы в последнюю неделю перед нападением, практически растаяла, и гоблины были действительно хорошей зацепкой.              – Ладно, мистер Слизерин, – язвительно произнес Гарри. – Сначала в банк. Если ты что-то заметишь, хоть тень, мелькнувшую в переулке – сразу сообщи мне.              – Клянусь Мерлином, – поднял правую руку Драко.              Гарри закатил глаза от такой театральности, и, достав палочку, быстро изменил цвет волос и бровей Малфоя на каштановый, который, кстати говоря, абсолютно ему не шел, зато делал вполне неузнаваемым.              Пропустив одного из авроров вперед, Гарри вместе с Драко встал в камин и кинул порох себе под ноги, четко произнеся: «Дырявый котел». В десять утра бар был абсолютно пуст, если не считать Тома, владеющего этим заведением с незапамятных времен. Получив сигнал от младшего аврора, что все чисто, Поттер с палочкой в рукаве, прошел к двери, выходящей к кирпичной арке. Быстро осмотрев аллею на предмет опасности, Гарри перевел взгляд на Малфоя. Хотя народу на улице практически не было, магазины не переставали вести активную деятельность, завораживая Драко своим товаром. Гарри невольно вспомнилось, как он сам впервые вошел в Косую аллею. Наверное, у него было такое же лицо. Драко с восхищением и трепетом оглядывал каждую витрину, мимо которой они проходили, а с его губ периодически срывалось изумлённое «невероятно». Поттер по-доброму усмехнулся, подумав, что скажет слизеринец на магазин его шуринов.              Шагая вперед и непрерывно оглядываясь по сторонам, Гарри наконец-то заметил мраморный фасад единственного волшебного банка и удрученно выдохнул. Несмотря на то, что он победил самого темного мага столетия, гоблины, всегда остающиеся в стороне от распрей волшебников, так и не простили ему ограбление их детища. Зато, к огромному счастью Гермионы, решили избавиться от драконов, в качестве охранников своих подземелий.              Процессия авроров беспрепятственно вошла в здание под неодобрительные взгляды охранников, направленные на главу аврората. Всемогущий Мерлин! Неужели они все еще думают, что Гарри Поттер вместо обеда решил обчистить одну из ячеек! Звуки каблуков резали тишину светлого вестибюля, пока Драко и Гарри продвигались к главной стойке, оставив двух авроров охранять вход.              – Да не пялься ты! – одернул Поттер Малфоя, когда тот отстал от него, вперив взгляд в одного из хмурых гоблинов.              – А-а-а, мистер Поттер, – протянул скрипучим голосом сморщенный седоволосый гоблин за стойкой. – Какими судьбами на этот раз?              Гарри только благодаря колоссальной силе воли удалось не закатить глаза.              – Сегодня я лишь сопровождаю мистера Малфоя, – как можно тише произнес главный аврор. – Он желает проверить свой счет и задать пару вопросов.              Гоблин подался вперед и вперил внимательный взгляд в Драко, огромными глазами смотрящего на него.              – А у мистера Малфоя есть его ключ? – проскрежетал гоблин.              – К сожалению, нет, – ответил за него Гарри, – как и палочки, но я подозреваю, что теперь у вас есть больше средств, чтобы проверить подлинность волшебника.              Гоблин перевел враждебный взгляд на аврора, но тот лишь твердо посмотрел на него в ответ.              – Разумеется, мистер Поттер, – изогнул губы гоблин. – Одну минуту.              Он позвонил в один из колокольчиков на его столе, и из двери позади вальяжной поход вышел более молодой гоблин в черном костюме тройке. С минуту он лишь внимательно смотрел на Драко, который в тот самый момент приобрел крайне уверенный вид.              – Пройдемте за мной, – махнул рукой служащий, и Гарри с Драко подчинились.              Гоблин провел их через небольшую потайную дверь, скрытую в деревянной панели, и они оказались в низкой, но богато отделанной комнате, с красными бархатными диванами по середине. Одним лишь жестом гоблин пригласил их присесть и скрестил руки перед собой в ожидании.              – Могу я снять средства со своего счета? – выпрямив спину и с ноткой высокомерия поинтересовался Драко.              – Разумеется, мистер Малфой, но для начала вам необходимо пройти проверку, – на столике между диванами появился небольшой серебряный нож и запечатанный свиток пергамента. – Если вы действительно тот, за кого вы себя выдаете, от капли вашей крови свиток откроется.              Драко недоверчиво покосился на Поттера, но тот твердо кивнул в ответ. Поморщившись от пореза, Малфой приложил окровавленный палец к алой печати, и она тут же раскололась на части, а свиток выпрямился на столе. Драко взял его в руки, чтобы изучить, а Гарри не смог не удовлетворить свое любопытство. Как только Поттер нашел нужную строчку его брови поползли вверх. Частые рассказы о неисчислимости богатства Малфоев, конечно, не были сильным преувеличением, но Гарри, честно признаться, ожидал куда большего, чем сумма едва ли в три раза превышающее то, что оставили ему родители. Хотя, на эти деньги все равно можно было прожить несколько жизней.              – Сколько фунтов в галлеоне? – спросил он, подняв голову.              – На данный момент 5.10, – равнодушно ответил гоблин.              Малфой приложил пальцы к подбородку, по всей видимости, ведя сложные вычислительные процессы.              – Скажите, когда мистер Малфой посещал Гринготс в последний раз? – воспользовавшись заминкой поинтересовался Гарри.              Гоблин покосился на Драко, как бы показывая, что он не будет отвечать на вопросы без разрешения клиента. Гарри ткнул Малфоя в бок.              – А, – встрепенулся Драко, – да, когда я был здесь последний раз?              – В последний раз вы посещали Гринготс двадцать второго октября, – отчеканил гоблин.              Гарри и Драко переглянулись. Это был тот самый день, когда его нашла Гермиона.              – И что же я делал?              – Вы пришли, чтобы оформить отдельный счет для вашего сына Скорпиуса Абракаса Малфоя, которым бы он смог пользоваться с момента поступления в школу чародейства и волшебства Хогвартс.              – Зачем мне это делать? Это обычная практика? – Малфой не на шутку разволновался.              – Причины вы не озвучивали, – также ровно скрежетал гоблин. – Что касается практики наследования, то в каждой семье имеются своим правила, которые мы не имеем права разглашать. Если говорить о семье Малфоев, то обычно при рождении наследника создается трастовый фонд, которым он сможет пользоваться только по достижению совершеннолетия, до этого момента все его нужды обеспечивают родители.              Гарри нахмурился. Зачем Малфою создавать отдельный счет для сына? Чтобы обеспечить его в ближайшем будущем? Зачем? Разве что, он не рассчитывал, что будет рядом? Поттер изучающе посмотрел на Малфоя, но весь его вид выдавал только крайнюю степень растерянности.              – Кто-то был с ним в этот день? – продолжил допрос Поттер.              – Нет, мистер Малфой пришел один.              – Может кто-то вышел за ним из банка?              Гоблин подозрительно прищурился.              – Я не могу этого знать. Вы можете подать официальное прошение о допросе.              Поттер шумно выдохнул, не сводя глаз со служащего банка. Это прошение будет рассматриваться месяцами!              – Знаете, чем мистер Малфой занимается? – все-таки решил попытать удачу Гарри. – Как пополняется его банковская ячейка?              Гоблин усмехнулся.              – Никак. Поступления не приходили уже пару лет.              – Я-я-ясно, нам пора, – Гарри поднялся с места и посмотрел на все еще потерянного Драко.              – Да, – Малфой наконец-то взял себя в руки и тоже встал. – Но сначала я бы хотел снять некую сумму…              ***              – Ты в своем уме? – все еще причитал Гарри, когда они вышли из здания банка. Мало того, что он снял огромную сумму денег, хотя собирались купить они только палочку, так еще и заставил его проторчать там минут двадцать, пока ему меняли галлеоны на фунты. Просто такого количества маггловских денег у них в кассе не водилось.              – Хватит причитать, – отмахнулся довольный Малфой. – Мне просто необходима пара вещей из маггловского магазина.              – Пара? Пара?! – продолжал возмущаться Поттер. – Да на эти деньги ты можешь купить целый дом!              – А это неплохая идея, – задумчиво произнес Малфой, на что Гарри уже открыл рот, но так и не сумел найти, что сказать.              Резче, чем следовало, Поттер открыл дверь лавки Оливандера, и колокольчик жалобно задребезжал, недовольный таким отношением. В конце концов Гарри еще ждала работа, и он не планировал проторчать в Косой аллее целый день!              За одним из высоких стеллажей, уставленного многочисленными коробками, послышалось неторопливое шарканье, а спустя пару минут появился нос старого волшебника. Мастер волшебных палочек за последние восемь лет явно растерял всю свою прыть, но при этом не утратил жадного блеска в глазах при виде новых посетителей.              – А-а-а, Гарри Поттер, – прошелестел Оливандер. – Как ваша палочка? Перо феникса, остролист, да-да, я все помню. Расскажите ли вы наконец мне, как вам ее удалось починить?              – Не сегодня, мистер Оливандер, – улыбнулся Гарри. – Мы здесь для того, чтобы подобрать волшебную палочку Драко Малфою.              Волшебник медленно перевел взгляд своих бледных водянистых глаз на Драко, который стоял так прямо, будто ему в позвоночник вставили палку, и только дрожь в его пальцах выдавала беспокойство.              – Да-да, Драко Малфой, – покивал Оливандер, – боярышник, волос единорога. Как она? Все еще слушается вас, после того…              – С Драко произошел несчастный случай, – перебил его Гарри. Не хватало только, чтобы Малфой услышал, как лишился палочки, и как Гарри позже вернул ее ему после того, как починил свою, – из-за которого он утратил палочку. Возможно, его жизни угрожает опасность, а поэтому никто не должен знать, что он появлялся здесь.              – Как скажете, Гарри Поттер, – слегка склонил голову волшебник, – ваша просьба для меня закон.              Гарри ободряюще улыбнулся, и Оливандер скрылся за своими стеллажами.              – Что мне нужно делать? – опасливо шепнул Малфой Гарри.              – Просто взмахни палочкой, – отмахнулся Поттер, но Драко это, видимо, не успокоило.              Гарри вспомнилось, как он боялся, что ни одна палочка его не выберет и его отправят обратно к Дурслям. Казалось, это было в прошлой жизни. Он искоса взглянул на Драко. Поттер был готов поставить десять галлеонов, что такие мысли не мучали одиннадцатилетнего Драко, ведь он воспитывался в семье, где не только все были уверены в своей магической силе, но и считали себя лучше всех вокруг. Волнуется ли Драко сейчас, что палочка может его отвергнуть?              – Давайте попробуем эти, – прошуршал Оливандер из глубины магазина с внушительной стопкой коробок.              Драко дрожащей рукой взял первую поданную палочку, а Гарри отошел к окну, зная, что это может затянуться надолго…              Наконец, после нескольких разбитых ваз и парочки нецензурных фраз, сверкающий столп серебряных искр ярко осветил заставленные стеллажи, а Оливандер благоговейно вздохнул.              – Орех, сердечная жила дракона, 10 дюймов, – произнес он, смотря на взволнованного покупателя. – Интересно.              – Что интересно? – Драко оторвался от изучения своей новой палочки и повернулся к Оливандеру.              – Вы знаете, мистер Малфой, что палочка сама выбирает волшебника? – вкрадчиво начал он. – Именно поэтому по ней многое можно сказать о характере человека и о его магической силе. Поэтому мой выбор пал на палочки похожие вашей, но это совершенно отличная от той, которой вы владели ранее.              – Чем? – удивленно смотрел на волшебника Драко.              – Это сложно объяснить тому, кто не слышит палочки, – нахмурился Оливандер. -Но не переживайте, эта будет служить вам не хуже предыдущей.              Поттер, прекрасно слыша этот разговор, задумчиво нахмурился. Не говорит ли это о том, что Драко изменился с тех пор, как купил свою первую палочку. Наверное, было бы слишком глупо утверждать, что нет. Все-таки он спас их тогда, пошел против воли отца и Волан-де-Морта, в конце концов он уже почти месяц живет под одной крышей с магглорожденной. Гарри подождал пока Драко расплатится с Оливандером и вместе с ним вышел из лавки.              – Официально добро пожаловать в волшебный мир, – улыбнулся Поттер, выплывая из своих размышлений, – надеюсь, мы наконец-то можем отправиться обратно, чтобы я…              Но не успел он договорить, как Драко резко свернул к магазину магических украшений. Гарри с силой хлопнул себя по лбу, думая, что влюбленный Малфой еще более невыносим, чем обычный.