Кто я?

      Драко с силой захлопнул тяжелые двери своей спальни, оставаясь наедине с самим собой. Что вообще происходит с этим треклятым миром? Драко жег гнев, заставляя расхаживать по комнате, не замечая ничего вокруг. В какой момент его жизнь пошла под откос? Что вообще значила его жизнь до того, как он потерял память?              Эти стены, это нелепое поместье давили на него. Он чувствовал себя покинутым, одиноким, ничего не значащим. Он ощущал гнет и страх, исходившие, казалось, из каждой вещи. Как он мог так жить долгие годы? Что такого произошло, что Астория не просто ненавидела его, а утверждала, что все его ненавидят?              К Мерлину в могилу все это! Он должен вырваться, он должен разорвать эти оковы. Он отказывался верить, что это невозможно. Он наймет орду самых опытных адвокатов. Он потратит все свои деньги, если ему это поможет избавиться от этого бессмысленного брака. Он должен собраться и решить эту проблему!              Что же подумает Гермиона, если он не справится? Драко опустился на мягкий матрас огромной кровати и упер локти в колени. Ему так не хватает ее сейчас. Хочется, чтобы она просто взяла его за руку и сказала, что все будет хорошо, что они все преодолеют. Драко вспомнил ее живые глаза цвета расплавленного шоколада, с любовью смотрящие на него, и ему стало немного легче. Казалось, что даже эфемерное ее присутствие дарит покой.              Он больше не хочет жить прежней жизнью.              Драко оторвал руки от лица и заметил отблеск на прикроватном столике. Привлекший его внимание предмет оказался простым серебряным кольцом с гравировкой змеи и небольшим изумрудом на месте глаза. Покрутив его в руке, он заметил надпись на латыни на внутренней стороне. Где-то он уже ее видел. Ах, да: «Чистота всегда одержит победу». Девиз его семьи, которую он не знал. Малфой поочередно надел кольцо на каждый из пальцев, пока не убедился в своих подозрениях. Оно сидело идеально только на одном. Это было обручальное кольцо.              Не снимая его, он прошел в дальний конец комнаты, где висело огромное зеркало и, выставив правую руку перед собой, внимательно всмотрелся в отражение.              «Кто же ты такой?» – прозвучал безмолвный вопрос в его голове. Будто он ждал, что Малфой по другую сторону зеркала заговорит с ним, являя собой его прошлое, остававшееся загадкой, но в миг омрачившееся словами Астории.              Он покачал головой. Нет, он не мог быть плохим человеком, иначе Гермиона бы не полюбила его. Она бы не полюбила, если бы его прошлое имело для нее значение. Может она не знала всего? Может Астория обладает информацией, которая может опозорить его в глазах других? Астория…Он был так хотел, чтобы она оказалась сном.              Драко вернулся на кровать, чувствуя, как сильно измотал его этот день. Он обязательно вернется к Гермионе свободным. Он разберется. Он должен.              За окном, мелькая зелеными пятнами, сменялись пейзажи, ритмичные стуки рельс и убаюкивающие покачивания постепенно расслабляли разум юного Малфоя, впервые севшего в Хогвартс-экспресс. С самого утра тревога жадно обвивала вокруг него свои щупальца, заставляя нервно ждать предстоящих событий.              Он знал, что должен попасть в Слизерин. Все его предки закончили именно этот факультет, в том числе и отец. Драко очень боялся, что разочарует его. Для него не было никаких вариантов, вечером он должен вместе со всеми занять свою спальню в подземельях и написать письмо отцу. Но что, если шляпа решит, будто он не подходит зеленому факультету? Мама всегда твердила ему, что он очень умный ребенок, вдруг шляпа выберет Ровенкло? Уж лучше Ровенкло, чем Гриффиндор! Или еще хуже – Хаффлпаф! Если он попадет к барсукам – ему конец.              Напротив него сидели трое детей его возраста. Крэбб и Гойл, сколько он себя помнил, всегда были неподалеку. Ему нравилось, что они всегда шли за ним и исполняли любую его прихоть. Ведь он – Малфой. Он – самый лучший. Пэнси увязалась с ними с платформы. Его мать подошла поздороваться с миссис Паркинсон, и им было уже не отвертеться. Она постоянно трещала и вечно поправляла свои короткие черные волосы, пытаясь вовлечь Малфоя в разговор.              Драко уже начала надоедать эта болтовня, и он хотел снова обратить внимание друзей на свою персону, как дверь в их купе распахнулась и на пороге появилась девочка с огромными непослушными волосами. Ее верхние зубы слегка выпирали, а глаза с прищуром и некоторым вызовом оглядывали купе.              – Вы не видели жабу? – спросила она с порога. – Мальчик по имени Невилл потерял свою жабу.              Когда ее взгляд пал на Драко, его щеки слегка зарделись. Он никогда еще не видел таких живых и красивых глаз. Слегка вздернутый нос и прямая спина кричали самоуверенностью, но ее взгляд был открытым и теплым, как горячий шоколад. Малфой уже хотел что-нибудь ответить, на крайний случай предложить свою помощь, как Пэнси прервала его намерение ехидным смешком.              – Прямо сейчас на нее и смотрю, – ядовито произнесла Паркинсон, и Драко успел заметить, как покраснели щеки девочки, прежде чем она резко развернулась и направилась в следующее купе.              Крэбб с Гойлом заржали, а Пэнси довольно ухмыльнулась, радуясь своей победе. Малфой снова напустил на себя безучастный вид и уставился в окно. Он не будет одергивать друзей и не побежит извиняться за их поведение. Малфои не бегают за девочками, даже если у них такие красивые глаза.              Драко резко сел на кровати, вырывая себя из тяжелой дремы. Он даже не мог вспомнить, как вчера отключился. Малфой прерывисто дышал, пытаясь осознать увиденное.              Это ведь был только сон? Или нет? Драко попытался снова проиграть всю сцену в своей голове, и она оказалась до невероятности четкой. Такого просто не может быть, если ты пытаешься вспомнить всего лишь сон. Может еще прошло мало времени с пробуждения? Да, тогда нужно просто немного подождать.              Драко счастливо улыбнулся. Это была Гермиона. Момент их знакомства. Она, конечно, рассказывала об их первой встречи, и, может быть, именно из-за этого ему приснился такой сон, но он ничего не знал о фразе брошенной Паркинсон. Он бы разозлился на Пэнси, если бы сейчас это имело значение.              Гермиона понравилась ему с первого взгляда. Он заметил ее еще тогда!              Малфой нахмурился. Почему же они не подружились в школе? Только из-за вражды факультетов? Все возможно, ведь Драко помнил, как ужасала его мысль попасть на Гриффиндор.              Помнил… Да, теперь он с уверенностью может сказать, что это не сон. Воспоминания начали к нему возвращаться! Он снова широко улыбнулся, спрыгивая с кровати и двигаясь в сторону письменного стола. Нужно срочно отправить сову Гермионе!       

      ***

             Пусто. Слишком пусто. Хотя, казалось бы, в этом доме яблоку негде упасть. Гермиона сидела на середине лестницы, ведущей на второй этаж и совершенно не знала, что делать. Проснутся одной было…холодно. Несогретая сторона кровати пронзила сердце острой иглой. Гермиона провела ладонью по простыне, пытаясь воспоминаниями о минувших утрах задушить тоску, прежде чем она начнет новый день. Но холодная постель оказалась далеко не последним препятствием на сегодня. Без него везде было пусто. Будто стены раздвинулись и все вокруг исчезло. А еще стало слишком тихо.              Это нелепо. Она жила одна уже шесть лет и никогда не находила в одиночестве ничего ужасного. Но сейчас она даже не могла открыть рот и сказать хоть что-то, чтобы разрезать эту удушающую тишину, ведь ее никто не услышит.              Лестница сейчас, пожалуй, самый лучший вариант для пребывания. Стены так близко. Здесь она чувствует себя защищенной.              Вчера Гарри пришел к ней вскоре после отправки Драко в мэнор и застал Гермиону всю в слезах сидящую около дивана. Он ничего не сказал, просто сел рядом и обнимал ее, пока она не пришла в себя. Тепло лучшего друга успокаивало. Одним свои присутствием он давал понять, что она не одинока, что рядом, несмотря ни на что, всегда будут люди, готовые подставить плечо. Но теперь она снова одна. Наедине со своими мыслями и ноющим сердцем. Она просто сидела и смотрела в пустоту, ожидая, когда этот день закончится. Думать о том, что больше никогда не увидит его было настолько невыносимо, что Гермиона вняла зову сердца, твердившему, что Драко вернется через пару дней, как и обещал. Войдет снова в ее гостиную, и все ее переживания окажутся глупостью, накручиванием. Вскоре она только посмеется над этим.              Из сумбурных мыслей Гермиону выдернул настойчивый стук в окно. Кто мог прислать ей сову в выходной? Гарри и Джинни всегда использовали патронус, как и ее помощница. Нахмурившись, Гермиона поднялась со ступеньки и поспешила на кухню, где Живоглот с интересом наблюдал за огромным черным филином, бьющимся в окно.              Это филин Драко! Она помнила его еще со школы, ведь было сложно не обращать внимания на самую величественную птицу в зале. Гермиона подлетела к гонцу, попутно споткнувшись о какую-то коробку, и, зашипев от боли, распахнула створки. Филин учтиво протянул лапу, и она трясущимися пальцами отвязала от нее небольшой пергамент. Гермиона быстро развернула послание и забегала по нему глазами.              Дорогая Гермиона,              Сегодня мне приснился день нашего знакомства, и я еще раз убедился, что был просто глупым мальчишкой! Ты знаешь, что ты мне очень понравилась при нашей первой встрече? Не представляю, что могло меня заставить не общаться с тобой впредь. Надеюсь, что ты не сильно расстроилась из-за глупой Пэнси, ты была в сотни раз красивей ее уже тогда!              Я думаю, это был не просто сон. Кажется, воспоминания возвращаются ко мне! Я уверен, теперь их о тебе будет гораздо больше, но я с трепетом храню те, что есть у меня сейчас.              Скучаю, твой Драко.              Гермиона даже не заметила, как слезы снова покатились из ее глаз. Он начал вспоминать! Мерлин, дай ей сил! Рано или поздно все его убеждения, все воспоминания о ненависти к ней вернутся в полной мере. Он возненавидит ее еще больше, ведь она его обманула!              Она заставила Драко Малфоя облачиться в джинсы, она заставила Драко Малфоя пользоваться маггловскими вещами, она водила Драко Малфоя к магглам! Она дала Драко Малфою поцеловать грязнокровку. Тот Драко, которого она знала, которого она полюбила, канет в лету, как только все воспоминания вернутся.              Гермиона почувствовала, как ее снова накрывает истерика и осела на пол.              Все кончено. Ничего не заставит его вернутся.              Она не знает сколько просидела на холодном кухонном полу в обнимку с этим маленьким куском бумаги, но именно в таком положении ее застала вошедшая Джинни Поттер.              – Дорогая, – она резво подскочила к подруге, падая на колени и пытаясь заглянуть ей в глаза. – Что случилось?              – Он... – Гермиона издала булькающий звук, не в силах прекратить рыдания.              – Что, милая? – Джинни с беспокойством заглядывала в глаза подруги, гладя ее плечи.              – Он, – Гермиона сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить дыхание, – он начал вспоминать.              Джинни крепко обняла ее, давая своей кофте впитывать новые потоки слез гриффиндорки.              – Все будет хорошо, – она гладила Гермиону по волосам, раскачивая как маленького ребенка. – Все образуется.              – Он не вернется, – покачала головой Грейнджер, отстранившись от подруги, чтобы сделать вдох. – Я ничего не рассказала ему. Я такая дура, Джинни.              – Хей, – Поттер пальцами стирала слезы с ее щек, – уж что-что, а никто в здравом уме не назовет Гермиону Грейнджер дурой, – она успокаивающе улыбнулась.              – Что мне делать, Джинни? – утирая нос, всхлипнула Гермиона. – Что же мне делать?              Поттер не знала, что ответить и только крепче прижала подругу к себе, давая вылить всю горечь, что скопилась в ней.