Воды Эмеральда. Голубой лотос

〰️➰➿

— Вивар, возвращайся в школу, — бесцветным голосом бросает Чонгук, смотря на восседающего на лошади Калеба. — Н-но я… — голос парня напряжённее стал. Чонгук вновь голову к ученику поворачивает: — Лучше моё терпение не испытывать. Решишь покинуть здание школы — найду. Не сомневайся. Поэтому во избежание худших последствий предлагаю тебе вернуться в комнату и никуда не выходить, пока я не позову. Вивар, наткнувшись на туманный взгляд своего учителя, ещё раз смотрит на новых гостей их школы и, немного обдумав, разворачивается, трясущимися ногами идёт в сторону здания. — Чонгук, — соскочив на землю, сын члена клана к нему приближается. Серебряные запонки на белоснежном манжете сверкают, светлые волосы его на ветру развеваются, пронзительные карие глаза в упор смотрят. Если Карл даже в обычной одежде демонстрирует образ идеального омеги, то Калеб — идеального альфы. Они оба необычной красотой отличаются, их принадлежность к благородным кровям никто оспорить не посмеет. При всём при этом братья друг на друга похожи лишь на первый взгляд. Их родство светлые волосы и карие глаза выдают. При детальном разглядывании отличия заметить несложно. Черты лица альфы, как и у брата, правильные. Но они у Калеба более резкие и острые. На лице его скулы выделяются, что присущую ему, в отличие от двойняшки, суровость подчёркивают и в полной мере выдают хищную сторону альфы. — Скучали по мне? — передавая поводья, догоняет их парень с веснушками. — Не успели, Феликс, — отвечает ему Чонгук и вновь на Калеба взгляд переводит: — Тэхён был прав, когда говорил, что скоро мой дед с Квинтом сюда прибудут. Весь замок и всех членов клана здесь соберём. — Уже нахождение младшего наследника и моего брата в этой школе, — сын члена клана то ли с брезгливостью, то ли с любопытством оглядывает территорию, — кхм, необычное явление. — Поэтому не ожидал и тебя здесь увидеть — говорит Чонгук. — Какими судьбами? — Как-то сухо товарища своего встречаешь, — взгляд Калеба, как и обычно, бесстрастный. За пять лет учёбы в академии Чонгук так и не научился различать эмоции этого альфы. Чаще по одному взгляду человека настроение определяет. Калеб же вечно сдержан, свои эмоции попросту не обнажает. В какой-то момент сын главы стражи бросил эту затею с попытками разгадать истинные мысли сына члена клана. Так уж получилось, что старшего наследника земель Эмеральд, как и младшего, мало волновали статусы и должности. Лишь наличие родственных связей с Мин Калебом не сделало бы его одним из приближённых наследника. Но альфа не раз в академии выручал и прикрывал, в нужный момент молча, без лишних просьб рядом был. Этого Чонгуку и Донсу достаточно оказалось, чтобы его в более близкий круг принять. — Добро пожаловать, — лёгкая улыбка на лицах обоих парней мелькает и довольно лучезарная на лице Феликса. — И всё же с чем пожаловал? — Смотрю, ты вжился в роль преподавателя, — светло-карие глаза загадочно на альфу смотрят. — Бедный паренёк от страха чуть не упал, — переводит взгляд на дверь, за которую Вивар скрылся. — Хотя чему я удивляюсь, если и в академии за всеми следил, наших в ежовых рукавицах держал. — Этот паренёк делов натворить успел, — кидает Чонгук. — Пришлось припугнуть. — Что такого простой ученик мог сделать? Не подготовился к занятиям? — нотки иронии улавливаются. — Всего лишь избил другого ученика и промолчал, когда все в этом младшего наследника начали обвинять. — Тэхёна? — спрашивает с такой интонацией, будто о родном брате сообщили или об его… Омеге? — У нас один младший наследник, — желваки поступают на скулах Чонгука. Альфе не нравится, когда имя Тэхёна от своего же товарища в таком тоне слышит. Приступ жгучей ревности всё тело охватывает, ни один миллиметр не пропускает. Он надеется, что хотя бы при виде сына члена клана наследник так живо не отреагирует, как тогда с Феликсом. Парень с веснушками явно только на роль друга претендует. Калеб же другой. В его глазах через холодную пелену просвечивается заинтересованность, желание и жажда чего-то большего. Такой же взгляд у парня был во время пребывания в замке. Взгляд, который ещё тогда непроизвольно доводил до белого каления. Калеб в точности подходит под описание идеального супруга для наследника: красив, богат и, чего греха таить, умён. И альфа об этом знает, свои амбиции скрыть не пытается. Хотя ещё вопрос: свои, или всё же альфа под тенью амбиций другого человека находится? С другой стороны, какая разница, если Чонгук тоже ничем из вышеперечисленных не уступает и своего омегу тоже уступать никому не собирается. Единственное, непонятно, с каких пор он Тэхёна «своим» омегой считает? С каких пор выражение «мой» увязывается за любой мыслью об омеге? С каких пор альфа так яро «своё» бережёт, собственником в вопросе сердечном выступает? Имеет ли он право ревновать? Заранее пока ещё в молчаливую борьбу со впереди стоящим альфой вступать? Эти мысли его пугают, не вписываются в давно расписанный по дням план на будущее. Но альфа, невзирая на это, продолжает напролом идти, потому что будущее, в котором их пути с Тэхёном разойдутся, хуже всех возможных представлений. Эти представления тупой болью прямо под рёбрами отзываются. Не так. Будущее, в котором их пути с младшим наследником земель Эмеральда разойдутся, не просто худшее. Оно невозможное. Неправильное. Все планы рушатся, всё вокруг перестраивается, в поле его зрения только один парень появляется и ни на дюйм не двигается. Чонгук до этого намеренно по сторонам смотрел, сейчас же сдался. Смирился. В подчинении голубых глаз оказался. Перед ними безвольным стал. — Чонгук? — голос Калеба из дум выбрасывает. — Что-то не так? — А того, что я рассказал недостаточно? — мысли умело скрывает, тут же вспоминая, о чём вообще говорили. — Интересная, однако, у вас тут жизнь, — ещё раз Калеб осматривает здание. — В академии и то скучнее было. Наверное, потому, что только альфы учились. От омег же немало проблем. Они слишком подвержены эмоциям. — От омег? — прищурив глаза, спрашивает Чонгук. — Ну альфа избил омегу, — отвечает Калеб. — У нас в академии подобного за столько лет обучения не было. Думаю, потому что себя сдерживать умеем. — Но… — Чонгук в мысли погружается. — Господин Мин? — выходит к ним директор, а за ними все ученики. — К-калеб… — губы Карла дрожат, а карие глаза с удивлением и восторгом на альфу смотрят. — А он что здесь делает? — шепчет Тэхён, встречаясь глазами с альфой, который ему незаметный для других почтительный поклон отвешивает. — Учёбы в академии, что ли, им не хватает? — Всех прошу вернуться в школу! Время обеда! — поворачиваясь к зевакам, требует директор, а ученики, перешёптываясь и следя за гостем, лишь через некоторое время внутрь заходят, когда замечают отсутствие Вивара — героя сегодняшнего дня. — Пошли и мы, — повторяет Тэхён застывшему Карлу, который не может отвести от брата взгляд, полный нежности. — Пройдемте тоже, — Пак Богом жестом руки приглашает альф в школу. — Вы знакомы? — спрашивает Чонгук, замечая замешательство в глазах директора при виде гостя. Хотя ничего удивительного, учитывая, что в школе под его руководством, где обучаются одни простолюдины, внезапно собралось столько представителей правящего клана. Пак Богом ещё хорошо держится. Другой бы на его месте давно свихнулся от череды нахлынувших событий. — Я, безусловно, слышал об отце молодого господина. Он не последнее лицо в нашей деревне. Пару раз имел честь лицезреть и его сына. — Ясно, — понимающе кивает Чонгук. — Ну тогда пройдём. Старший наследник будет рад. — Из-за него отчасти я и приехал. Обещал, что навестит нас, но задержался в школе, — ещё больше выпрямившись, заявляет Калеб. — Мы с отцом успели забеспокоиться. — Если я рядом с наследником, то беспокоиться не о чем, — заявляет Чонгук, и, не дожидаясь ответа, направляется ко входу, а за ним и все остальные.

〰️➰➿

— Интересно, для чего приехал Калеб? — расхаживает по комнате Карл. — Ты же столько ждал его. Уверен, приехал тебя навестить, — сидя на кровати, Тэхён с глупой улыбкой разглядывает украшение в виде голубого лотоса, прокручивая в голове произошедшее на занятии. А помнит он на деле из всего случившегося только глаза, тёмные как глубокая бездна, в которую смотрел и броситься не боялся. В ней своё укромное место нашёл. — Столько дней его не было, а тут, не предупредив… — Вот как раз и спросишь, почему так поздно одумался, — омега глаза от украшения отвести не может. — Тэхё~ён… — остановившись, тянет Карл. — Тэхён, Карл, — вдруг парни голос у дверей слышат, обернувшись, Донсу видят. — Брат, — вскакивает Тэхён, не замечая, как из его рук украшение падает. — Зачем сюда пришёл? Кто-нибудь же может тебя увидеть, — второпях наклоняется за украшением, но не успевает его поднять, как старший наследник ладонью останавливает, сам приближаясь, украшение поднимает: — Сейчас время обеда, который вы по какой-то причине пропускаете, — отвечает он и начинает задумчиво крутить поднятый лотос. — Изящное … Видно, что хорошим мастером сделано, но не похоже, что замковым. Нет ни одного бриллианта, который привыкли использовать в украшениях для нас, — изумрудные глаза на вмиг покрасневшего и смотрящего под ноги брата поднимает, подозрение тут же на его лице читается. — Тэх-хён? — Интересная, конечно, задумка, — младший наследник, хмуря бровки, заинтересованно вниз смотрит. — Тэ-тэ? — повторяет альфа, а Карл непонимающе за взглядом омеги следит, тоже в пол глазами утыкается. — Да вот смотрю на полу никаких лишних деталей, — серьезным тоном говорит Тэхён. — У нас в замке постоянно полы какими-то росписями или дорогими коврами с витиеватыми узорами покрыты были, — на этих словах, вздыхая, Карл глаза поднимает, пытаясь сдержать смех от попытки младшего наследника отвлечь брата от темы. Ожидаемо провальной. — Странно, что ты только об этом решил подумать, — в отличие от сына члена клана Донсу всё это время глаза не опустил, на брата смотрел. — И всё же, возвращаясь к лотосу… — Эт-то… — младший наследник впервые ничего толкового на месте придумать не может. — Это моё… — Карл голос подаёт, привлекая внимание старшего наследника, который супя бровями, теперь на него глядит: — Твоё? — хмурее взгляд становится. Сын члена клана, решивший спасти от неловкой ситуации Тэхёна, о такой реакции Донсу и не подумал. — Точнее, я его пода… — растерявшись, не успевает теперь себя оправдать. — Голубой лотос — мой подарок Тэхёну, — решительный голос у дверей всех отвлекает, а сердце омеги, имя которого произнесли, комочком сделаться и замереть заставляет. — Чонгук?.. — поворачивается к парню Донсу. — До, в твоих руках сейчас украшение, которое я подарил младшему наследнику на празднике осени и уборки урожая, — в отличие от омег сын главы стражи расслаблен, уверенно говорит. — Хм, понятно, — сам наследник, на секунду опешив от такой уверенности друга, всё же кивает, получив подтверждение своим догадкам. — Красивое. Я даже имел смелость сравнить его с работами замковых мастеров, — выражение лица на этот раз для Чонгука нечитаемо. — Держи, Тэ-тэ, — альфа вновь поворачивается к брату, протягивая лотос: — Будь осторожен в следующий раз. Слишком хрупким кажется, — взгляд альфы для младшего сына господ красноречив. — С-спасибо… — омега губами шевелит, пока щёки его вовсю пылают. Тэхён еле улыбку сдерживает, запрещая себе смотреть на сына главы стражи. Чонгук же, несмотря на присутствие старшего наследника, мысленно к омеге обращается, прося глаза поднять и на него взглянуть. Большие голубые глаза необходимостью становятся. Сын главы стражи видел, каким расстроенным омега был, когда учитель перед всеми отчитывал. Невинный взгляд, обращённый на него, в памяти запечатлелся. Ему бы ещё раз взглянуть в прозрачные глаза и убедиться в том, что всё позади. Убедиться, что огорчение Тэхёна прошло. Убедиться, что тот по-прежнему ему верит. Убедиться, что омега ему принадлежит. Тэхён слышит просящий голос альфы, в руках его голубой лотос пульсирует и горячим становится. Обжигает. Аура альфы слишком сильной оказывается, зверь его слишком громко рычит, зверька омеги будит. Младший наследник медленно голубые глаза поднимает, неуверенно на альфу смотрит. Так проникновенно. Так глубоко. В самое сердце. В голове Чонгука может быть множество крутящихся мыслей из-за всего происходящего, на устах тысячи оправданий и осуждений, но в сердце только одно имя. Альфа уголком губ в ответ улыбается, но быстро себя в руки берёт: — Донсу, в школу приехал Калеб, — заявляет он, стараясь не смотреть на Тэхёна, который слишком милым в своей стеснительности кажется. Не часто такого младшего наследника, сотканного из озорства и дерзости, увидеть доводится. — Говорит, что забеспокоился из-за того, что ты задержался в школе и не приехал к ним. — Я им весть отправить забыл. Думаю, по этой причине он в школу прибыл, — говорит Донсу, но в голосе не звучит ни одна нота удивления. — С ним и покину школу. И так много внимания привлечь успели. Где сейчас Калеб? — спрашивает у Чонгука. — Ему показывают комнату. Не против, что я лично распорядился об этом? — Нет, ты правильно сделал. Начало быстро темнеть. Не стоит ему сегодня пускаться в путь. Задержимся на пару дней, — Донсу соглашается с Чонгуком и уже к Карлу обращается: — Тогда попрошу директора организовать вам встречу. — Благодарю, господин, — светло-карие глаза блестят от предвкушения встречи со старшим братом. — Что-то мне подсказывает, что господин Пак совсем скоро откажется от своей должности, — смотрит довольный Тэхён на радостного Карла. — Столько проблем на голову бедного свалилось. — Даже знаю имя самой большой проблемы, — говорит Донсу. — Да, Тэхён? — Да уж, этот Кристиан успел бедному нервы потрепать, — отмахивается младший наследник. — Да-да. Именно о Кристиане и идёт речь. Только седые волосы у директора появились после твоего визита в школу, — Чонгук смотрит на Тэхёна, сдерживая улыбку. — Главное, что волосы всё же сохранились, — посмеивается Донсу, — а не выпали, как у нашего замкового мясника после того, как пятилетний Тэхён решил спрятаться в шкуре разделанного оленя. Вид окровавленного младшего наследника его личным кошмаром стал. — Что за привычка всё старое постоянно вспоминать?! Ну был немного активным ребёнком, — голубые глаза на лоб лезут. Омега поправляет пальцем пару падающих на лицо кучерявых серебристых прядей. — Был… — повторяет Чонгук. — Немного… — уже все трое присутствующих одновременно с разной интонацией выдают. — Вот это синхронность! Вот это единство! — язвит Тэхён. — За директора так не переживайте! Между прочим, седые волосы придают суровость внешнему виду альф, — сообщает он. — Всё лишь в благих целях делается! Да и вообще, Вы что-то имеете против серебристых волос? — одна из прядей никак ему не подаётся. Тэхён, смешно морщась, дуть на неё продолжает. — Пытаюсь понять, наступит ли тот день, когда ты не сможешь найти ответ на какой-то вопрос? — Чонгук чуть ногтями царапает собственную ладонь в сжатых кулаках, болью отвлекая от желания приблизиться к своему замарашке и эту надоедливую прядь заправить за ухо. — Дай-ка подумаю, — говорит Тэхён, наконец, поправив волосы и облегчив страдания Чонгука. — Думаю, наступит. Наступит в тот момент, когда мне перестанут задавать те самые вопросы. Я слишком умён для этого мира. Если и промолчу, то только потому, что так надо, а не потому, что ответа не имею. — Но иногда всё же сдержаться не можешь. Учитель астрономии в оправдание своим обвинениям сообщил, что вновь от тебя угрозы в адрес учеников слышал: кого-то обещал повесить, кому-то руку сломать. — Ложь! — Он соврал? — Конечно! Карл — свидетель! — омега рядом плечами пожимает. — Все меня извергом выставляют! Я обещал не повесить, а просто к потолку подвесить! И не руку сломать, а всего лишь нос разбить. — И при этом я просил, пока виновника не найду, по возможности не реагировать на провокации. — Возможности не было, — выпаливает Тэхён. — Уж простите, но, когда беспричинно задевают меня или моих родных, за словом в карман не полезу. — Язык твой острее моего меча. А затачиваю я его регулярно, — качает головой Чонгук, но лицо его выражает довольство и гордость. — Мы вам не мешаем? — Донсу напоминает о себе и о Карле. — Вопрос же с тем парнем окончательно закрыт? — спрашивает у Чонгука. — Виваром? — серьёзным сын главы стражи делается. — Не думаю. Что-то мне подсказывает, что не сам он пошёл на такое. — Хотели подставить Тэхёна? — задаёт уточняющий вопрос Донсу. — Вряд ли. Он искренне на этот счёт говорил. Но мысль о присутствии третьего лица в данном деле ещё больше подкрепилась. Вивар за пару секунд до приезда Калеба решился о чём-то сообщить, но не успел. Но не сложно догадаться, что слово «приказали» недоговоренным осталось, — Чонгук делает короткую паузу. — Признаться, до этого я не думал в этом направлении. — Тэхён, мне что-то всё происходящее не нравится, — начинает Донсу. — Родители отправили сюда, чтобы ты немного успокоился и заодно свободой насладился. Но за короткое проведённое здесь время я заметил, что в школе не меньше интриг, чем в замке. Думаю, не лучше бы тебе со мной домой вернуться? — Брат, весь этот мир сплетён из мелких интриг, — Тэхён тоже с серьёзной интонацией отвечает. Чонгука удивляет эта способность младшего наследника быстро менять образы. Где настоящий Тэхён? Его замарашка, который иногда на собственных ногах еле держится и невпопад говорит; омега, который перед всем живым трясётся, себя всего им посвящает; или вот этот омега, который голосом истинного наследника земель Эмеральд своему старшему брату отвечает. Только трона позади не хватает. Пока Чонгук вновь изучает самую интересную в своей жизни книгу с Мин Тэхёном в главных ролях, сам омега продолжает: — Люди без интриг не могут, виртуознее моего Люци их плетут. Всегда найдётся тот, кто за спиной будет с удовольствием их строить, чтобы жизнь другим скучной не казалась. Есть лишь один способ в эту паутину случайно не попасть — жить вне общества, в глухом лесу. Например, как когда-то Джин и Вонхо. «Хотя и там без интриг не обошлось» — о последнем лишь думает, вспоминая о присутствии Чонгука. — Из разговора с Гисоком я понял, что змея всё же не просто так заползла, — сын главы стражи мысли свои озвучивать продолжает. — Утром того дня омега по какой-то причине разгуливал около комнаты Карла и Тэхёна. Может, хотел удостовериться, что всё правильно сделал или предупредить. Мало ли совесть внезапно проснулась. Уже неважно. В одном я убедился: он в этом замешан был. А, значит, и Кристиан, который хотел отомстить Тэхёну за представление после занятий, о котором все горланили. — Тэхён, и после этого ты хочешь, чтобы я тебя здесь оставил? — эта мысль Донсу покоя не даёт. — Но нас же защитил Чонгук? Ничего же не случилось? С такой лёгкостью кто-нибудь мог подкинуть ядовитую змею в мои покои. А, если это всё-таки Кристиан сделал, то он уже пострадал. Его злодеяние бумерангом вернулось. — Чонгук, есть подозрения, кто ему приказал? — старший наследник вновь перед убедительными доводами брата бессилен. — Явно не из учеников, потому что по моим наблюдениям Вивар — сильный альфа, ни под чьим влиянием находиться не мог. Кроме как кого-то… — Кто по статусу выше его… — заканчивает предложение Донсу. — Дело в том, что я с самого начала связываю два события: змею и избиение. Если так, то у отдающего приказ точно был мотив, связанный с первыми событиями. — Чонгук неуверенно голову в сторону сына члена клана поворачивает: — Карл, ты случайно после случавшегося родным не писал о своих сомнениях насчёт Кристиана? Знаю, что вы с Тэхёном сразу его подозревали, но из-за отсутствия доказательств свои подозрения не озвучивали. — Подождите… Вы правда думаете, что Вивару кто-то приказал? — задаёт вопрос Карл, видя взгляды альф, которые глазами общаться продолжали. — Вы же не думаете, что мой брат… Нельзя вот так без подтверждений обвинять! — руки его вмиг холодными становятся. Тэхён шаг в направлении к нему делает, за плечи обнимает. — Карл, никто и никого не обвиняет, — младший наследник одним суровым взглядом альф останавливает. — Тэхён прав, — поддерживает Донсу. — Это всего лишь домыслы и разговоры. Карл, — ближе к омеге становится, но прикоснуться не решается. — Как и обещал, скоро ты встретишься с Калебом. — Господин, могу я сейчас направиться к нему? Я буду осторожен… — Никто не поймёт, если ты вообще явишься в корпус для альф, — рука невольно поднимается и накрыть чужие ладони готовится, но напряжённое состояние Карла останавливает. Тэхён, замечая действо брата, вместо него успокаивающе ладонь омеги начинает гладить, а Донсу благодарно кивает: — Поэтому идите сейчас с Тэхёном на обед, потом на занятия. А вечером обязательно увидишься с братом. — Пошли, Карл, — соглашается младший наследник. — Ты же знаешь, как гиены все самое вкусное съедают. Нам только кости оставят. — Уж кого, но тебя это волновать не должно, — говорит Карл, но из-под опущенных ресниц смотрит на Донсу, глазами молит не лишать покоя. — О тебе ведь думаю! — Тэхён наигранно возмущается. — Без мяса только я прожить могу. А Вам всем для работы мозга оно просто необходимо. Иначе не представляю, как мне гениальному среди вас всех тяжко жить придётся. И так ведь непросто, приходится подыгрывать! — Идите уже, — вновь нежным взглядом Чонгук провожает младшего наследника. Тэхён восхищает и удивляет ещё и своим умением поддержать и разрядить атмосферу. Такой дурной и одновременно сказочный. Омега, который совершенно случайно в этот мир из другой вселенной попал, в самое сердце альфы с грохотом упал. — Чонгук, — подходит к нему Донсу, когда омеги покидают комнату, — я хочу тебя кое о чём попросить. Но для начала ещё раз извини за моё недоверие. Я не имел права даже на секунду сомневаться в тебе и в твоём поведении. — Донсу, что-то стряслось? — обеспокоено спрашивает Чонгук, а после, понимая по взгляду, головой дёргает: — Речь о Калебе? — Ты же не просто так связал произошедшее в комнате Карла и Тэхёна и случай с тем учеником? — Нет… Подозрения были, но они подкрепились при встрече с Калебом. Он упомянул кое-что, о чём знать не должен был.

— Интересная, однако, у вас тут жизнь. В академии и то скучнее было. Наверное потому, что только альфы учились. От омег же немало проблем. Они слишком подвержены эмоциям. — От омег?

— Ну альфа избил омегу. У нас в академии подобного за столько лет обучения не было. Думаю, потому что себя сдерживать умеем. — Но… — Чонгук в мысли погружается.

— Откуда-то он знал, что избили омегу? Конечно, можно предположить, что, не подумав, бросил… — продолжает Чонгук. — А может, и нет… — У него были мотивы. Защитить и отомстить за брата, — подкрепляет свои доводы Чонгук. — Только не пойму, как про Кристиана узнал. Карл сообщил, что ничего не рассказывал. — Ты недооцениваешь членов клана, — подходит Донсу к окну, всматриваясь вдаль. — У них везде есть уши. — И что будем делать? — Чонгук следит за своим другом, внезапно погрузившимся в свои мысли. — Ничего, — через некоторое время старший наследник глухим голосом выдаёт и к Чонгуку поворачивается: — Именно об этом я и хотел тебя попросить. Оставь это расследование с избиением парня. — Дело в Карле? — Чонгук, в тот момент, когда ты назвал имя Калеба, Карл тут же поменялся в лице. Он таким проникновенным взглядом смотрел на меня, что внутри в этот момент что-то оборвалось, словно отсекли часть какого-то жизненно важного органа, — глубоко вздохнув, продолжает: — Я впервые столкнулся с тем, с чем каждый день мой отец сталкивается: выбором между долгом или сердцем. Между обязательствами или душевным спокойствием близкого человека. — Ты не хочешь, чтобы я вышел на Калеба, — Чонгук не спрашивает, утверждает то, что видит в глазах друга. — Если этот Кристиан или как его там подстроил всё и подкинул змею в комнату Тэхёна и Карла, то за это ему грозило в любом случае одно единственное наказание — смерть. И неважно, что он не знал, кем омеги являются. Законы Эмеральд в части угрозы убийства или нанесения вреда здоровью любому представителю династии непоколебимы. — Если ты этого желаешь, я не буду больше копать. — Слышу по твоему тону недовольство и разочарование, — альфа уголком губ едва улыбается. — Наверное, моё решение неправильное. Но сейчас я больше к нему склоняюсь. — В моём голосе не может быть недовольства или разочарования, — отрезает Чонгук. — Но ты всё же не согласен?.. — Ошибаешься. Согласен, — внезапно говорит Чонгук. — Калеб в любом случае, учитывая обстоятельства, не понёс бы серьёзного наказания. А Кристиан, как и сказал, лишился бы головы. — Спасибо, Гук, — Донсу видит искреннюю поддержку в глазах друга. — Помни, что ты тот человек, с которым, несмотря ни на что, всегда будем идти бок о бок. Тот, кто станет моей совестью, в нужный момент моими устами. Тот, кто спокойно будет говорить в лицо то, о чём другие побояться намекнуть. — До, твоя совесть и так никогда не будет молчать. Ты сын Мин Юнги и Мин Чимина. Но, так или иначе, я всегда буду рядом, — и Донсу в сказанном не сомневается.

〰️➰➿

I’m Your Psycho — Janet Suhh — Варись-варись густая, — шипит Тэхён, склонившись над котелком, и руками иероглифы рисует, а после к холщовым мешочкам и банкам тянется: — Добавим подслащённый корень лотоса, немного дыхания дракона и щепотку огненного порошка! — голубые глаза его лукаво блестят. — Тэхён… — смотрит на парня учитель, а позади него ученики разинув рты стоят. — Что он там колдует? — шепчутся вокруг, следя за каждым действием омеги. — Совсем забыл! Ещё же сушёные травы нужны! — бурчит младший наследник, а до этого пребывающий в думах Карл сдержанно похихикивать начинает. — Прекрасно получается! — восклицает Тэхён, когда содержимое котла булькает, а густой дымок окутывает его лицо. Омега вдыхает запах и довольно руки потирает. — Такая наваристая! Лучше и быть не может! — Тэхён, ты всего лишь готовишь похлёбку, а не зелье варишь, — тяжело вздыхает учитель. — Я привык всё делать с эмоциями, с толком, с чувством, с расстановкой! — омега гордо дёргает головой и ладони в примирительном жесте вскидывает: — Учитель, ни в коем случае не приуменьшаю значение Ваших уроков выживания, но согласитесь, что солидней звучит зелье, а не похлёбка. Вот все герои моих любимых книг магическими силами обладают, стихиями управляют, а мы тут супы из корня лотоса варить учимся, — в шутливой форме произносит, а ученики смеются. — Если мне не понравится твоя похлёбка, никакие магические силы тебя не спасут. Придётся ходить на мои занятия до тех пор, пока я не буду доволен, — подходит к нему омега, вдыхая аромат получившегося горячего супа. — Хм, приятный… — Говорю же, лучший из всех возможных зелье… Э-э похлёбок! Не зря заклинания применял, — решает добавить, а ученики вновь, не сдерживаясь, смехом заливаются. — Ну что же… Тогда попробу… — не успевает учитель зачерпнуть, как слышит: — Господин учитель, могу я попробовать? — все, обернувшись, видят преподавателя боевых искусств. — Учитель Ким, конечно, Вы можете… Но я бы не советовал… — Ох, господин учитель, — хитро улыбается Тэхён, — корень лотоса очень полезен, особенно для тех, у кого большая физическая нагрузка. — Прошу… — отодвигается учитель, пропуская вперёд сына главы стражи. Чонгук, стоя совсем близко к Тэхёну, в его сторону не смотрит и принимается черпать ложкой суп прямо из котелка. — М-м… — пробует бульон альфа, а присутствующие затихают, будто циркач опасный трюк готовится сделать. — Неплохо… — тянется к лотосу. — Очень даже неплохо. — Что ж, — откладывает ложку, — я бы сказал вкусно. Учитель, Вы можете гордиться своим учеником, — Тэхён всё это время взгляд от альфы не отводит, в то время как Чонгук всё ещё его ни одним взглядом не удостоил. — Я рад, что Вам понравилось. Но советую всё же сегодня в течение дня попить рисового отвара… — Карл прыскает в кулак, как и другие ученики, пытающиеся подавить смех. — Так! Тишина! Скоро и ваша очередь наступит. Поэтому прошу пока подготовиться! — омега поворачивается к Чонгуку: — Господин Ким, Вы что-то хотели? — Учитель, я пришёл отпросить Ким Карла. Его зовёт директор Пак. — Да, конечно. Карл, следуйте за учителем, — глаза сына члена клана в предвкушении блестят. Чонгук благодарно кивает и обходит Тэхёна, который рядом из-за отсутствия внимания к себе обиженно сопит. Но вдруг альфа резко останавливается, и совсем шёпотом у уха омеги произносит, так, чтобы слышал только он: — Ты прав, замарашка. Это зелье. Самое настоящее приворотное зелье. Так и не взглянув на застывшего младшего наследника, альфа покидает помещение вместе с Карлом. — Тэхён, Вы можете садиться, — сообщает учитель. — Тэхён?.. — омега не слышит, светлые глаза его в одну точку смотрят. Для омежки наступила продолжительная немая пауза, нарушаемая лишь звуками быстро колотящегося сердца, отдаваемыми в ушах — тук-тук, тук-тук — и шёпотом, застрявшим в том самом сердце. Глубоко. Очень глубоко. Его бы заглушить, чуть потише сделать. Да только никак. Чонгуку достаточно прошептать всего одно невинное слово, просто мимо, слегка задев, пройтись, чтобы покой Тэхёна нарушить. Детская влюблённость и не думает исчезать, она видоизменяется, превращается в нечто другое. Незнакомое. Но тоже глубокое. Это значит, что омега стал тем, у кого одна любовь на всю жизнь?! Его единственная и последняя любовь — этот холодный и непробиваемый столб?! Так это же настоящая подлянка от судьбы! Но Тэхён ведь больше не старается понравиться альфе, не делает ничего, чтобы ближе к нему быть. А получается всё наоборот. Младший наследник же не стал тем самым идеальным омегой, о котором альфа так уверенно говорил? Не стал. В довершении всего с возрастом ещё больше от описанного образа отдалился. Так с чего все эти намёки, взгляды? Раньше их воображением считал, но нет. Это реальность. Самая настоящая и самая… Страшно признаться, но самая сказочная… У них всё взаимно?.. Разве так просто бывает?.. Хотя нет. Не просто. И не сказочно. Ничего сказочного в том, что всё-таки у них будут дети получеловеки — полупавлины! Ладно. До детей ещё далеко. А, учитывая, что от поцелуя в висок их не бывает, то совсем-совсем далеко… Уж очень постыдные мысли приходят в голову младшего наследника, которые больше подтверждают, что речь больше не о наивной детской влюблённости.

〰️➰➿

Eva — Denis Stelmakh — Чонгук, я же правильно понимаю, что мы идём к Калебу? — радостно спрашивает Карл, подходя к месту, где обычно их преподаватель по боевым искусствам тренируется. — Да, верно. Он ждёт тебя, — показывает глазами на светловолосого альфу, который, стоит, оперевшись спиной о дерево. — Здесь можете пообщаться. Но недолго. Пока все на занятиях, поэтому вас вместе никто не увидит. — Спасибо тебе, — широко улыбается Карл и к брату мчится. — Калеб! — кричит омега, намереваясь на альфу с объятиями броситься, но, когда светло-карие глаза на него поднимают, на месте замирает и ближе подойти не решается.

— Тэ-тэ! — изумрудные глаза загораются, стоит только дверям открыться.

— Карл, — сдержанно отвечает Калеб, смотря на брата. — Приветствую тебя.

— Тэхён… Мой род… — не успевает раскрыть руки для объятий, как младший наследник его крепко за шею обнимает. — Т-тэх-хён, — еле проговаривает альфа. — Я задых-хаюсь…

— Здравствуй, брат, — также сухо отвечает Карл. Находясь рядом с сыновьями дракона, забыл, что такое холод и зима. К огню привык, ко льду менее восприимчив стал. Но двойняшка его вовремя остановил и на землю вернул. — Как ты? — такой же интонацией произносит альфа, но в глазах нежность появляется, которую уже Карл вряд ли заметит. Или заметит, но, испугавшись того, что привыкнуть может, тут же подобные мысли отбросит в сторону. — Сейчас уже хорошо. Дышу, живу. И даже не хромаю. Спасибо, что решил поинтересоваться. — Я переживал. — Наверное, не смыкал глаз? — с сарказмом спрашивает Карл и, не дав Калебу ответить, другой вопрос задаёт: — А знаешь почему? Потому, что я вас с отцом по ночам звал. Тоже не спал, эмоции не давали. Эмоции, которых быть не должно, если верить Мин Ханту, — вспоминает, как орошал подушку солёной жидкостью. — Поуважительней… — Простите. Нашему родителю. Члену великого клана Мин и Совета. — Карл, ты сейчас говоришь на эмоциях. Не понимаешь… — Я понимаю, Калеб. Сам виноват в том, что слабину дал. Чувствам поддался. А сейчас скажи, зачем ты всё же приехал? — Вряд ли поверишь, но тебя проведать… — Не знаю, правду ли ты говоришь, но всё же… Как и сказал, хорошо, — секундная пауза, тяжёлый вздох, чтобы случайно не зареветь и окончательно не опростоволоситься: — Сейчас уже хорошо. — Я рад… Скоро ты вернёшься домой. Хотя вижу, что тебе здесь совсем не плохо, — в сторону здания смотрит. — Ты неправ. Здесь не «неплохо». Мне здесь очень хорошо. И я не представляю, как вернусь в наш роскошный дом с холодными стенами снаружи и с такими же холодными людьми внутри. — Тебе больше нравится то место, где ты чуть не погиб от руки какого-то простолюдина? — Всё-таки это был ты… — Разве могли мы с отцом иначе поступить, когда узнали, что это отребье сделал? Как посмел причинить вред сыну члена клана? Ещё легко отделался. — Это было жестоко… — Не стоит переживать из-за какого-то слуги. Они рождаются, уже привыкшие к страданиям. — Даже не хочу знать, откуда вы узнали о причастности, когда мы лишь догадывались… Но в твоих словах меня волнует другое. Вы отомстили только потому, что я сын члена клана? Омега благородных кровей? — с большей досадой слова звучат. — Нет, Карл, — отрезает Калеб. — Потому что ты мой брат. Брат, который мне дорог, — и ведь не врёт. По глазам омега видит. — Ты спросил, нравится ли мне это место больше, чем наш дом? Мой ответ: однозначно. Знаешь, Калеб, я впервые узнал, каково быть окружённым заботой. Видел бы, как другие за мою жизнь боролись, из того света вызволяли. Наверное, в это время вы с нашим отцом чаи попивали или очередные свои планы на грандиозное будущее строили. — Благодаря этим, как ты выразился, грандиозным планам, мы имеем сейчас всё, о чём другие только мечтают. А скоро будет ещё лучше. Трон шаток. Несмотря на свой устрашающий вид, он не так прочно на земле стоит и в любой момент рухнуть может. Власть денег и связей — вот, что сильнее. Сильнее армии, оружия. Сколько тел высокопоставленных лиц было опущено в сырую землю? Родиться в семье члена клана — не значит, получить всё и сразу. И наш отец благо это понимает. — Я надеюсь, он это понимает и не делает ничего, что могло бы закопать его в ту самую могилу. — Всё зависит от нас. Он не попадёт в эту могилу, если мы будем рядом стоять. Станем гарантией его безопасности. Смотрю, старший наследник к тебе неровно дышит?.. — Это не так, — зрачки Карла расширяются. — Он очень учтив. Но ни о каких чувствах речи не идёт. — Понятно, — многозначительно кивает Калеб. — Но с младшим наследником уж точно поладили? — Находясь почти двадцать четыре на семь, волей-неволей станешь ближе, — омега небрежно бросает. — Тоже хочу узнать его чуть поближе. Очень красивый омега… — в голове всплывает образ наследника, сидящего перед ним за столом, в рубашке с короткими рукавами цвета морской волны. — И умный. — Очень красивый? Умный? — театрально фыркает Карл. — Мы точно не про одного и того же человека говорим. Несуразный и взбалмошный — вот настоящий Мин Тэхён, — говорит омега, будто не он в начале такой нежностью, в том числе об омеге отзывался. — Не пообщаюсь — не узнаю, — уверенно говорит, Калеб, проводя пальцем по зарубкам на дереве. — Скоро отец устроит праздник в честь нашего дня рождения, — заводя руки за спину, сообщает альфа. — Пригласят главу и его супруга. — Как он решил всё это устроить? Я ведь здесь с Мин Тэхёном, — удивлённо спрашивает Карл. — И не думаю, что глава с супругом смогут приехать… — Вас спокойно отпустят повидаться с выдуманным отцом. А насчёт господ не сомневайся. Глава скоро собирается в поход, поэтому не упустит возможность встретиться с младшим сыном. Калеб хотел бы ещё что-то спросить про отношения брата и старшего наследника, но молчит, обо всём догадывается, потому что…

〰️➰➿

— Это ведь ты подослал Феликса и вызвал Калеба в школу? — спрашивает Чонгук, стоя недалеко от братьев Мин. Тишина. Под ногами лишь лёгкий шелест листвы слышно. Донсу своим молчанием подтверждает. — Но я что-то не вижу улыбку на лице Карла. — Не могу понять, почему. Но скоро он всегда будет улыбаться. Мой папа станет его папой. Мин Юнги — отцом, — вновь наступает секундная тишина. Донсу, ещё раз бросив задумчивый взгляд на парней, разворачивается к Чонгуку: — Я же, Гук, стану тем, кем он захочет… — похлопав по плечу друга, направляется обратно в школу. — Донсу! — окликает его альфа. — Да, Гук?.. — Я тоже хочу стать для кое-кого всем… — выдаёт Чонгук, но уже не так уверенно говорит, как о голубом лотосе заявлял. — Чонгук? — старший наследник пристально на друга смотрит, а тот, сделав несколько шагов, впритык к нему встаёт и на колено перед ним опускается. — Чонгук, что ты делаешь?! Только сегодня я говорил, что мы будем идти бок о бок! Вставай, — требует он. — Сейчас я обращаюсь не только, как к другу, — склонив голову, произносит сын главы стражи, и поднимая её, в изумрудные глаза заглядывает: — Я должен получить разрешение у старшего брата наследника земель Эмеральд. — Разрешение?.. — Позволь мне сделать первый шаг к тому, в ком омегу своего увидел так же, как и ты в Карле. Я не смею делать что-то за твоей спиной, но и бездействовать больше не могу. Донсу взгляд в сторону отводит. Несложно ведь догадаться, о ком речь дальше пойдёт. Он знал, что этого разговора не избежать, сам бы вряд ли открыл, чтобы брата и друга не смутить. Но Чонгук решительнее оказался, медлить не стал, ещё больше восхищения своим поступком вызвал. — Встань и говори, стоя на одном уровне со мной, — реакция наследника для Чонгука пока непонятна. Но он, отвесив короткий поклон, всё же на своих двоих вновь оказывается: — Донсу, я хочу узнать Мин Тэхёна и хочу, чтобы он узнал меня. Ты сказал, что ни ты, ни господин не позволите рядом с ним быть тому, кто не знает, какой наследник на самом деле. Ты прав и в том, что он ребёнок, поэтому пока я прошу лишь о возможности стать к нему чуть ближе. А разреши мне — я и через адские испытания пройду. — Ким Чонгук, — впервые таким официальным тоном старший наследник к альфе обращается, встрепенуться заставляет, но сын главы стражи своего волнения не показывает. — Я знаю тебя. Знаю своего брата. Тебя, наверное, чуть больше, — в глазах на какие-то доли секунды отблеск улыбки мелькает, но строгое выражение лица не меняется. — Уже говорил, как я отношусь ко всему, что касается Тэхёна. Ради брата я проявлю самые свои худшие качества перед тем, кто посмеет косой взгляд на него бросить. Стану личным кошмаром. Нескончаемым. Самым мучительным, — слова друга альфу ещё больше напрягают, но сердце вновь на место грохается, когда продолжение следует: — Но ты, Гук, не будешь этим человеком. Я уверен в том, что ты не обидишь его и меня не подведёшь. Поэтому, если тебе нужно моё разрешение стать чуть ближе к брату, то ты его получишь, — теперь нежность в изумрудных глазах открыто читается, уголки губ приветливо поднимаются. — Но учти, что одного моего разрешения недостаточно. Он не лыком шит. Думаю, за это время убедился, что с ним просто не будет, — посмеивается. — Поэтому учти, что всё будет зависеть, прежде всего, от него и его желаний. — Я заверил, что и через адские испытания пройду. И пройду, если даже он окажется самым главным чёртиком в этом аду, — следуя примеру старшего наследника, Чонгук улыбается. Сыну главы стражи осталось то самое действо, о котором друга просил, совершить. Он пригласит Тэхёна на свидание. На самое настоящее свидание и намерений своих скрывать более не будет. После разговора с Мин Донсу камень с души свалился, сердце спокойствием тут же наполнилось, аж дышать легче стало.

〰️➰➿

Когда занятия в школе, основанной Мин Чимином, заканчиваются, ученики к важным делам приступают: — Ну что красавец! — говорит омега. — Мои глаза никого прекраснее не видели! — Он улыбается… — тает последний. «Кого они снова обсуждают?» — думает Тэхён, приближаясь к трём ученикам. И тут же понимает: — «Брат. Вот же коршуны». — Тэхён, — замечают его. — Тебе вообще он не нравится? — головой показывает в сторону старшего наследника, рассматривающего картины в коридоре. — М-м… Ну-у, — тянет Тэхён. — Симпатичный… — Ну вот как можно не желать ощутить вкус этих губ на своих?.. — вздыхает темноволосый омега, а младший наследник рвотные позывы сдерживает. — Он нас увидел?! — ноги омеги подкашивают. Донсу еле смех сдерживает. Неужели эти ученики думали, что на таком расстоянии он их не слышал? До прихода брата старался не смущать. — Идём отсюда! — схватив за шиворот, тащит один второго, а третий уже давно делает ноги. — Тэхён, быстрее! — уже на бегу кидают омеге, который, поджимая губы, хохот сдерживает. — Чего смеёшься? — не замечает, как старший наследник к нему подошёл. Тоже улыбается. — Соплями и слюнями затопили, — проводя указательным пальцем по носу, сообщает Тэхён, а после, взгрустнув, продолжает: — Скоро покинешь школу, сохнуть снова будут только по… — кусает губу. — По Чонгуку, — вновь хитро бровями шевелит. — Всё-таки у тебя прекрасный защитник. — Я сам не промах, — омега важным видом заявляет. — Но да. Подальше от его ушей: рад, что именно он твоя будущая правая рука. — Друг, Тэ-тэ. Он мой друг и бра… — не успевает договорить, как Тэхён, потянувшись, под ошарашенный взгляд Донсу рот ему закрывает. — Не называй его братом! — тут же руку убирает и в сторону смотрит. — Да почему? — альфа вытирает рот. — Вы вроде как поладили. — Если он будет тебе братом, то, значит, и мне… — глаза омеги бегают, на старшего наследника не смотрят. — Что в этом плохого? Будет у тебя два старших брата, — посмеивается Донсу над реакцией Тэхёна, который, вновь услышав о брате, к нему испепеляющим взглядом поворачивается. — Ладно-ладно, — в примирительном жесте выставляет ладони. — Не буду… — Ты ни о чём другом не думай! — Тэхён видит блестящие глаза брата. — Мне такой скучный брат не нужен! Вот! — на лбу альфы складка от последних слов появляется. — Ну ты… — омега окидывает Донсу взглядом с ног до головы. На самом-то деле друзья в своей сдержанности похожи, на эмоции часто скупятся. — Ну ты исключение. Брат по крови, как говорится… Принимаю тебя таким, каким есть… — Спасибо, господин. — Не благодарите, господин, — оба молча друг на друга смотрят и после непродолжительной паузы смехом заливаются. — Простите, что беспокою, но ваш смех мог кто-то услышать. — До, главный зануда тут как тут, — Тэхён головой кивает, показывая на приближающегося к ним Карла. — Тэхён… — Молчу, — пальцами замочек на губах показывает. — Поговорили с братом? — спрашивает Донсу. — Да, господин, — голос Карла бесцветный, старшего наследника смущает, но виду не подаёт. — Нам лучше с Тэхёном уйти, скоро все через этот коридор будут проходить. Нас не должны здесь с Вами видеть. Тэхён за старшим наследником и сыном члена клана следит, голубые глаза подозрительно движутся туда-сюда. Омега пытается понять, когда успел упустить момент, когда между парнями чёрная кошка пробежала. — Говорю же, занудство не искоренимо, — решает неловкое молчание нарушить. — Но нам действительно здесь находиться нельзя. — Хорошо. Как только появится возможность, навещу. До отъезда хочу чуть больше времени с вами обоими провести, — последние слова намеренно выделяет. Карл, опустив глаза, поклон отвешивает и следует за младшим наследником. — Между вами что-то произошло? — спрашивает Тэхён. — Нет. Ничего… — Хорошо. Сделаю вид, что поверил, — до конца коридора не доходят. — Кто это? — О ком... — Карл смотрит на идущего навстречу парня. Перед ними стоит омега с перевязанным лицом, в котором только благодаря копне рыжих волос Донсу и Тэхён узнают Кристиана: — Я узнал, что ты непричастен к избиению. А настоящего виновника исключают из школы… — подойдя, сразу начинает омега. — Вивара исключают? — Тэхён получает кивок в ответ. — Мне самому нельзя долго ходить, сразу начинает кружиться голова, но я хотел до того, как вернусь домой, извиниться перед вами. — Домой? — спрашивает младший наследник. — Пока да… Кому я нужен калека с изуродованным лицом? — с такой горечью в голосе спрашивает, что сердце младшего неприятно вздрагивает. — Сказали, что могут остаться шрамы. — Мне жаль… — выдаёт Тэхён, а Карл молчит. У него сейчас одно желание — провалиться сквозь землю, чтобы не видеть результат мести своих родных. Кристиан сам виноват, но кто соразмерность причинённого вреда определяет, за место богов себя вправе ставить? — Верю. Мне рассказали, что вы навещали, пока я в лечебнице был. Лекарю помогали. Я благодарен… И ещё раз прошу прощения. — Сейчас я не знаю, искренние ли твои слова, в любом случае пока не прощаю, но надеюсь, что в скором времени полностью подлечишься и вернёшься в школу, — взбодрившись, говорит Тэхён. — Под «скорым временем», конечно, имею в виду, после того, как нас с братом здесь не будет, — слова даже погружённого в мысли Карла заставляют поперхнуться. Младший наследник себе не изменяет. — Вернусь и буду лучшим, как это было до вашего приезда сюда, — Кристиан огорчённой интонацией произносит. — И не прощаюсь, потому что возможно жизнь снова нас столкнет. — Ой, чем меньше злобных рыжеволосиков в нашей жизни будет, тем легче дышать начнём, — отмахивается без доли сожаления Тэхён. — Беспричинно никто не кинется, — напоминает о первых стычках. — Ну что же, удачи вам, — говорит Кристиан и, немного помедлив, обходит омег, направляясь в противоположную сторону. — Не слишком жестоко ты с ним? Всё же он пострадавший… — Карл провожает взглядом отдаляющуюся спину омеги. — А ты забыл, как трупом лежал из-за этого пострадавшего, — закатывает глаза Тэхён, погружаясь в свои думы. — Вот интересно, есть ли здесь библиотека? — Твой папа — Пак Чимин. Тот, кто прочитал, наверное, все книги мира. Конечно, он как основатель школу без библиотеки не оставил, — омега внезапно останавливается. — Да и подожди, нам же по приезде ее показали. — Так я не про обычную! Всегда же есть какая тайная со скрытыми книгами, — наследник принимается перечислять: — тёмная магия, скрытые рецепты, камасутра. — Ясно… Ты вновь бредишь. — Да нет же, Карл! С магией переборщил, но может тайную полку хотя бы найдём, если целой библиотеки нет. — Только с магией переборщил? — бровь омеги вверх дёргается. — Не суть! Хочешь оставайся, а я на поиски! — Поиски чего? — окликает наследника омега. — Проблем? Стой! Я с тобой! — еле наследника догоняет. У того в гневе второе дыхание открывается.

〰️➰➿

— Так, где могут храниться интересные книги? — Тэхён смотрит на скудные по сравнению с замковой библиотекой полки. Ему на самом деле нужно узнать про скрытые выходы из учебного заведения. Карл здоров. Виновники из школы выгнаны. Донсу совсем скоро тоже её покинет. А что всё это значит? Да! Настал час Ви! На волю выбраться ему пора! В доступных источниках необходимую информацию, увы, при всём желании не получить. А вот в архиве порыться не помешает. Омега оглядывает довольно хорошо освещаемое помещение, натыкаясь взглядом на огромную приставную лестницу. Adventure of a Lifetime — Thomas Bergersen — На верхних полках может быть золото запрятано, — стремительными шагами подходит к этой деревянной лестнице. — Тэхён, пошли… Не гневи богов, не… — не успевает договорить, как глаза направляются в сторону уже взбирающегося вверх по ступенькам омегу, — испытывай их… — больше слова не удаётся произнести. А ведь лестница высокая. Очень высокая… — Апхчи! — доносится. — Да тут так пыльно! Под слоем пыли и грязи не видны названия, — тянет к одной, а лестница шатается. — Осторожно, Тэхён! — кричит снизу Карл. — «Кладбище бриллиантов», — читает младший наследник. — Кто написал про кладбище бриллиантов, если видели в наших землях их только семья главы? — пожимает плечами, бросая в сторону. Тут же к следующему тянется, но вдруг вскрикивает. Карл резко вперёд поддаётся. — Не волнуйся. Я нашёл место для Люци. Тут его мелкий сородич, — младший наследник смотрит на паутину с насекомым. — Тэхён, там ничего нет! Тайная библиотека бывает только в огромных замках! В книжных замках! — Карл решает уточнить. — О, «Воды Эмеральда», — Тэхён омегу не слышит, за книжкой тянется, но не рассчитывает и совсем в сторону наклоняется. — Воу-воу! — наследник, теряя опору, руками размахивает. Лестница внезапно от стеллажей отдаляется, а после вновь, намереваясь в исходное положение вернуться, валится на них. — Тэхё~ён! — кричит Карл, но понимает, что уже поздно. Вокруг все шкафы друг за другом с грохотом падать начинают. Книжки открываются, из полок и стеллажей падают. Рукописи в воздухе летают. Сын члена клана от неожиданности, открыв рот, стоит, следит за тем, что ему остановить неподвластно. Младший наследник настоящее землетрясение устроил. — Тэхён! — мозг напоминает. — Ты где, Тэхён?! — бежит, быстро разбрасывая по сторонам книги, под которыми сын господ похоронен оказался. — Тэхён?.. — Вот тебе и «Воды Эмеральда»… — Тэхён с блаженной улыбкой на лице смотрит на Карла снизу вверх. — Накрыли с головой, — ещё одна книга напоследок на макушку приземляется. — Тэхё~ён! — тянет Карл, в отличие от распластавшегося на полу омеги ему совсем не до смеха. — Дай руку! — тянется, чтобы помочь, но вдруг двери библиотеки резко открываются, два альфы заходят: — Что произо… — глотая ком в горле, директор Пак к полу приклеивается. — Тэхён! — задевая директора, преподаватель по боевым искусствам подлетает к омеге. — Что это?! — быстро встать помогает, схватив голову осматривать принимается. — Да я в полном порядке! По лестнице, как с горки скатился, — Тэхён резким движениям не противится, смешно зрачки вверх заводит, за ними следя. — А что ты на лестнице делал?! — до десяти нужно посчитать. Донсу не ошибся. И это сын главы стражи в ад ещё не спустился, лишь у входа стоит. — Хотел себе парочку книг взять, почитать, — да что за милое личико у этого голубоглазого чудовища! — Парочку… — убедившись, что наследник в порядке, обводит взглядом хаос, устроенный омегой. Повсюду валяются книги. Ну или то, что от них осталось. Разбитые шкатулки, рукописи, свитки… — Вот это и есть парочку? — Может, я коллекционер! — Вижу. Коллекционер бед на свою голову. — Я эт-то… — директор точно дар речи потерял. — Не волнуйтесь, господин Пак. Всё восстановим, — вступается за Тэхёна Чонгук. — Сегодня же займусь этим. — Хор-рошо… — добавить директору больше нечего. Находясь в неком гипнотическом состоянии, альфа покидает библиотеку. А что вы хотели? Не волноваться просит сын главы стражи, рядом с ним виновато стоит сын члена клана Мин, а устроил весь этот беспорядок сам наследник земель Эмеральд. — Бедный! — восклицает Тэхён, когда покрасневший Чонгук к нему оборачивается. — На нём лица не было! Ну не мог словить на той стороне? — чуть не упав об книги, поддаётся вперёд к Карлу, якобы не замечая тяжёлого дыхания альфы. — Так сложно было? А эти шкафы какие-то совсем некачественные, — качает головой. — Тэхён, эти шкафы были привезены из земель самых лучших мастеров-мебельщиков, — сообщает Карл, который в отличие от наследника в библиотеке больше времени проводил. — Ну я доказал обратное… — аж пар, исходящий из ноздрей альфы, чувствует. — Э-эм, то есть шкафы доказали… — Карл, сопроводи, пожалуйста, наследника в комнату, — просит Чонгук. — А я попробую что-нибудь придумать. — Я-я помогу… — неуверенно произносит Тэхён. — Карл, прошу, — сын главы стражи до десяти никак не досчитает. — Пойдём, Тэхён. Иначе ученики не поймут, почему тебя за это не наказали. — Прос-сти… — бубнит младший наследник, но тут же успокаивается, когда Чонгук, успев до десяти досчитать, ему всё же, улыбаясь, головой качает. — Знаю-знаю, замарашка, — омега зубы обнажает, сложив руки в нелепом извиняющемся жесте. — Справедливо. — Идите, — отмахивается Чонгук.

〰️➰➿

Как теперь Тэхёну из школы выйти? Как с королями встретиться?! Весть о приезде своих ребят получил. Не зря же беседы с кухаркой Бертой вёл и чаи попивал. Чонгук этот факт как за ещё одно проявление болтливости принял. Только женщина, забирая письма от одного альфы на базаре и передавая омеге, искренне верит, что влюблённым сердцам связь держать помогает. Хосок и Тэхён… Влюблённые… Ложь во благо. Но решение на все эти задачи внезапно само собой появляется, оказываясь на пороге кухни школы. — Тэхён? — омега от голоса нежданного гостя вздрагивает: — Калеб? — Любишь гулять один по ночам? — Люблю поесть по ночам, — показывает на хлебушек в руках. — Я тебя сегодня искал. — Сегодня все меня ищут, — омега хрустеть продолжает. — Будешь? — показывает на ещё одну буханку рядом, а альфа качает головой. — Хотел пригласить тебя на прогулку. — Меня?.. — чуть не давится кусочком. — Кха-кха, — а альфа быстро из кувшина воду в кружку наливает и омеге подносит: — Помню перед тем, как покинуть замок, ты не совсем хорошо отозвался о строительстве таверны моим отцом. — Ничего не поменялось, — отпив воды, Тэхён произносит. — Я по-прежнему плохо отзываюсь. — И я сказал, что согласен с тобой во многих вопросах. Но дело в том, что твои беспокойства относительно влияния строительства на природу беспочвенны. И, если желаешь, то можем прогуляться до таверны. Пока Тэхён думал, как выбраться из школы, как дойти до таверны, ему в руки билет вложили, дорогу очистили! — Но мне нельзя выходить… — Со мной точно можно, — улыбается Калеб. — Забыл, что мы из одного клана. И всего лишь на пару часов собираемся. — Я подумаю, — не выдаёт волнения Тэхён. Таверна. Та самая таверна. Он открыто прибудет туда, куда не знал, как пробраться.

〰️➰➿

If only — Dove Cameron Чонгук решил, что сегодняшний день должен стать тем самым решающим, днем, когда он пригласит своего замарашку на их первое свидание. Донсу дал добро и больше ничего его не останавливает. Ни собственные сомнения, что внутри всё пытаются барахтаться, ни внешние обстоятельства. Всю ночь альфа провёл в библиотеке, пытаясь вместе со слугами привести помещение в божеский вид. Утром занимался поиском мастеров-мебельщиков, которые помогли бы восстановить стеллажи. И виновником всех этих дополнительных забот был сам Мин Тэхён. Но как ни странно эта бессонная ночь укрепила его веру во всём. Веру в свои чувства к этому парню. Веру в правильности своего пути. Альфа правда начинает верить и в сверхъестественное. В то, о чём пишут в книгах, а вслух произносить боятся. Если мир думает, что Пак Чимин когда-то околдовал главу Мин, то Ким Чонгук знает, кто стал целью и жертвой чада этого омеги. И он совершенно не против. К этому магу сам тянется, назад решает больше не оглядываться, потому что позади без этого омеги ничего. Размазанная картина с безобразными рамами. — Карл, а где Тэхён? — предвосхищая долгожданный разговор, спрашивает Чонгук. — Он… — Карл? — тон сына члена клана совсем не нравится. — Он не в школе… — Как это? Как такое возможно? Где он?! — сердце в тревоге барабанит. — Тэхён отбыл сегодня с моим братом… С Калебом. — С Калебом? — что-то внутри альфы трещит. Неуверенный кивок в ответ на вопрос получает. Трещина с каждой секундой больше становится. Чонгук пытается образовавшийся комок сглотнуть, но тот не поддаётся. Глаза через бордовую пелену не видят впереди стоящего Карла. В ушах гремит тошнотворная музыка, из-за которой окружающих неслышно. Но они альфе и так не нужны. Ему нужен омега. Его омега. Становится слишком жарко. Осенью и жарко? Огонёк, нежно трепещущий с утра в груди, внутри с новой силой вспыхивает, болезненно поглощает всё тело. День, видимо, действительно стал решающим. Но не для него? Пока сын главы стражи намеренно делал медленные шаги, кто-то взял и прошёл путь всего за один? Путь к его замарашке? Жестоко. Несправедливо.