Секретарь и молодой господин

Увидев, что вот-вот должен приехать Доен, Марк в попыхах начал заметать следы своей сегодняшней ошибки — затирать мелкие пятнышки грязи у входа, выбрасывать испачканные полотенца и прятать подальше новенькие миски. А причину всего этого он просто запер в своей комнате, так как лучше придумать ничего не смог. Да, он подобрал щеночка, но поступить иначе было невозможно. Как только Марк увидел под машиной дрожащий комочек и услышал жалостливый писк, то сразу решил забрать и помочь. Сначала испугался, правда, подумав, что это гигантская крыса, но вовремя рассмотрел, не успев убежать. Щенок был белым с коричневыми пятнышками на правом ухе, левом боку и задней лапе, его шерсть была, слипшаяся от грязи и недавнего дождя, и когда Ли подошел к нему, тот тут же энергично завилял хвостом и начал тереться о его ноги, глядя своими маленькими влажными глазами. Сердце Марка просто не выдержало такой милоты, он не посмел бы оставить беспомощное создание в том же месте и уйти, притворившись, что ничего не было. Такие равнодушие и жестокость ему несвойственны. Но это временами играет против него, например, как сейчас. Марк смирно стоит перед Кимом, сцепив от волнения руки за спиной, а мужчина осматривает его с легким осуждением. Неприятненько, но что поделать, если не успел он переодеться, будто другой никогда грязи на штанинах не видел и мокрых пятен на футболке. Их даже не так много, что уж там. — Видок у тебя… Оставляет желать лучшего, — комментирует секретарь, вздымая брови и садится в кресло. — Ну… Я был очень занят, — Марк даже кивает для большей убедительности. — И чем же? — Прибирался во дворе. — Там нечего прибирать. У господина Ли есть сотрудник, в обязанности которого входит этим заниматься, — заключает Доен. — Поэтому говори, чем был занят на самом деле. Солгал, значит, чем-то идиотским, что, в принципе, тебе свойственно. — Не вру я! — возмущается Марк на наглость секретаря. И по закону подлости после его слов, конечно, раздается лай. Парень реагирует почти мгновенно и начинает громко болтать несвязную чепуху, лишь бы заглушить остальные звуки, но Ким поднимается и его взгляд способен заткнуть другого за долю секунды. Лай звучит снова. Доен твердыми шагами идет наверх, игнорируя попытки младшего себя остановить. Вот он стоит перед дверью и Марк цепляет его ладонь своими двумя, крепко сжимая, и смотрит с надеждой, что еще может все скрыть. Как бы не так. С другой стороны двери слышится скулеж и скрежет когтей о деревянную поверхность, Ким вырывает руку и поворачивает ручку. К ногам его подбегает пушистый шарик и глаза у него в точности как у парня рядом — виноватые, но горящие озорством что бы не случалось. — Разочарован, но не удивлен, — молвит Ким, устремляя колючий взор к Ли. — Лжец. Марк сквозь землю готов провалиться от стыда. Пойман на вранье, да так глупо, к тому же Доеном, перед которым сейчас должен быть примерным мальчиком. А в итоге… как всегда. — Я не мог мимо пройти… Он же совсем малыш, — пытается оправдаться Ли, осторожно поднимая комочек и поглаживая за ухом. — Давай его сюда, — Ким забирает щенка, на удивление Марка, прижимая к себе вплотную, а не брезгуя, что было бы более ожидаемо. — Я буду заботиться о нем! Я уже его помыл и накормил и имя придумал,.. — оживляется парень, — Арбуз! Доен максимально старается сохранять серьезность, когда слышит дурацкую кличку и видит, что Марк это говорит нифига не в шутку. — Ты даже о себе не можешь позаботиться, так о чем вообще речь? Я его унесу, — секретарь спускается с лестницы. — Но это несправедливо! — возражает Ли и вновь берет свободную руку Кима, пытаясь давить на жалость, как щенок с ним ранее. — Пожалуйста… — Я ухожу. • — Ему плевать на все, что я делаю, — грустно вздыхает Ли, развалившись на кровати в обнимку с одеялом. — Когда я начал свой план? Недели три назад? А прогресса совсем нет, ты понимаешь? — Видимо, он слишком хорош, — звонко смеется Джено, щуря глаза. — Брось уже эту затею, раз не выходит. — Ага, аж десять раз. И забудь про свою гордость насовсем. Он меня столько раз унизил, что я обязан отплатить. Еще и щенка отобрал! — Он его от тебя спас, ты хотел назвать его Арбуз! — младший Ли вытягивается на кровати, кладя свою голову на ноги друга, но тот ими дергает, наигранно обижаясь. — Как ты собираешься отплатить, если все твои попытки тщетны? — Не знаю, вероятно, пора действовать радикально, — Марк видит удивленные широко выпученные глаза и кивает, мол, да, ты правильно расслышал. — Попробую его поцеловать там, трогать почаще, хотя это вообще сложно, он этого максимально избегает. — И получишь по носу пару раз, совсем идиот? — А что делать? Не я такой — жизнь такая. И я не думаю, что он бы меня ударил, заломал, возможно, и свалил потом, как обычно. — Я не понимаю, как то, что ты соблазнишь секретаря, можно считать местью, хен. — Ну типа, по факту они созависимы в какой-то мере, а я лишу их друг друга, — объясняет Ли, жестикулируя. — Я не думаю, что мой отец обрадуется новости, что его сын и секретарь спят. Это подорвет его доверие к Доену, он воспримет это за предательство и уволит его. Получается, старик потеряет превосходного сотрудника, а Доен — хорошо оплачиваемую работу. — А тебе ничего не будет? Твои действия за предательство не будут расценены? — Не, я преподнесу все, как будто меня совратили. В их глазах я неопытный мальчишка, так что должно проканать. Младший Ли бьет себя по лбу, ему кажется, что друг вляпается по самое не хочу, потому что строго по плану у Марка Ли никогда ничего не шло. Все через одно место. Он, что один это понимает? Итак, сегодня Марк во что бы то не стало сдвинет ситуацию с мертвой точки. Без разницы, чем это может обернуться, хуже стать, точно, не должно. У Марка не так много времени осталось для осуществления его грандиозного плана, просто будь он хоть немного опытнее в отношениях с мужчинами, то все давно бы получилось. — Идиот этот Доен, совсем ничего не смыслит в истинной красоте, — вертится у зеркала парень, рассматривая себя со всех сторон. И на лицо хорошенький и фигура, вроде, ничего — не качок, конечно, но подтянутый, задница вообще самый сок. Так в чем проблема? Возможно, он в самом деле парнями не интересуется? Или Марк такой особенный, что только его Ким в этом плане не рассматривает совершенно? Или так боится начальника? Вариантов вообще-то много, это обременяет, но с другой стороны Ли радуется, что дело, может, и не в нем. А то по самооценке равнодушие другого бьет сильно, учитывая, что усилия прикладываются немаленькие. — Я ничего не натворил, — спускаясь бегом с лестницы, кричит Марк, как только слышит в доме шаги. Поскальзываясь на паркете разок другой, с трудом балансируя, он останавливается прямо перед носом Кима, ладонями врезаясь в грудь. Такая резкость заставляет его отступить на шаг. — Хорошо, — Ким идет в гостиную, а за ним хвостиком Ли. Присаживаясь в удобное кресло, глядит на Марка, ожидая, что тот сядет на диван, как раньше всегда и было, только он вместо этого приземляется на подлокотник, почти придавливая руку Кима, но мужчина в последний момент успевает ее одернуть. Ли сидит так, что его правая нога свисает рядом с коленом другого, замечая это, он не мешкая прижимается голенью немного выше, к покрытому прочной тканью бедру. Кожа самого парня дополнительным материалом не сокрыта, по причине, что на нем сегодня шорты, поэтому он и хочет, чтобы секретарь хоть немного обратил на это внимание. — Тебе места мало? — Ким ни в какую не опускает глаз, очерчивая лишь лицо Марка, ожидая ответ. — Я тоже хочу здесь сидеть. — Приступы твоего идиотизма начинают меня бесить, — вздыхая, Доен думает, что проще пересесть самому, чем дождаться этого болвана, но когда он пытается, другой останавливает его вытянутой через него же ногой, это похоже на то, как обычно работает ограждение на аттракционах. — Я тебя не прогоняю, мне и с тобой нормально. — А мне вот не особо. — Ну подожди, — сопротивляется Ли, когда его норовят столкнуть. — Смотри, у меня тут ссадина и синяк, я хотел, чтобы ты помог мне обработать, — тыкает в свое колено и другой таки смотрит на его ноги. — Тебе сколько лет, чтобы я это делал? К тому же им уже как минимум неделя. Все же спихивая Ли, секретарь встает с полюбившегося кресла. Младший недовольно мычит и обдумывает следующую «атаку». — А это еще не все, — парень снова не дает уйти и хватает за плечо. — Научи меня готовить. У меня с этим фигово, а есть-то охота. — Я таким не занимаюсь, просто закажи или поищи в интернете рецепты, — равнодушно отвечает мужчина и подходит к книжному шкафу напротив дивана. — Или в книгах. Ли ворчит сзади, снова отмечая, какой Доен вредный и черствый. Сам напросился, придется начать ходить козырями. — А если я хочу, чтобы именно ты меня учил, — словно тигр на охоте, Марк осторожно подходит со спины, задирая голову повыше, чтобы его шепот попадал прямо в ухо другого. Левой рукой он нагло гладит ягодицу Доена, а правой — его бок. — Секретарь Ким же во всем хорош. Старший замирает, стоит как скала, будто и не дышит вовсе, но Ли чувствует насколько напряжено его тело под синим костюмом. — Да, это длится чересчур долго, чтобы мне показалось, — наконец, подает голос Ким. Марк и понять не успевает, как сам оказывается прижатым к книжным полкам с руками Доена по сторонам. Ему кажется, что его поймали в клетку, но это ведь он должен был. — Я надеялся, что сам себе надумываю, но похоже, все именно так. Ты пытаешься меня соблазнить? Блять? — Что за? — Ли нервно посмеивается, не думал он, что все будет так. — Ничего я не пытаюсь. — Да ну? А сейчас, что было? — Доен давит взглядом почти физически, другого аж дрожь пробирает. — Я просто решил по приколу тебя помацать, — отмазывается Ли, наровя ускользнуть из заточения, но его останавливают, удерживая за плечи. — Не держи меня за идиота, я замечал и до сегодняшнего дня. Сердце Марка сначала останавливается на несколько секунд, после падая в пятки. Ладно-ладно, ему нужно успокоится и сделать вид, что ничего не случилось. Доен же не знает для чего это Марку, может, он ему просто понравился. Но все ж таки Ли не ожидал такой прямолинейности. — И что с того? Мне нельзя проявлять знаки внимания? — собирается младший, возвращая чуточку уверенности. Ким не отвечает, но что-то, явно, обдумывает. Парень воспринимает это как возможность сбежать, но неожиданно секретарь хватает его за талию, плотнее вжимая в книги позади, а сам нависает над ним так близко, что Марк слышит его дыхание. Правая рука неторопливо спускается вниз, сжимая мягкую плоть, а другая остается там же, удерживая на месте. Ли жмурится, переставая дышать, не готовый ко всему этому и испуганный чужой решительностью. — Строишь тут из себя не пойми кого, а на деле - мышь зашуганная, — шепчет Доен и отходит. Снова он за свое, снова осаживает Марка. Почему так каждый раз? Пошел ты, сраный Доен. Ли, сам от себя не ожидая, сильно толкает мужчину в грудь, от чего тот приземляется на диван. Марк не успевает думать, его тело движется само по себе — вот он уже седлает колени старшего, хватая за белоснежный воротник, и жестко прижимается губами к чужим. Удивительно быстро руки Доена находят свое место на оголенных из-за задравшихся шорт упругих бедрах и грубо, нарочно царапая, сжимают их до покраснений. Он не отвечает на поцелуй, но позволяет себя целовать, поэтому Марк сминает мягкие губы, пару раз цепляя нижнюю зубами, чтобы отплатить. Ли обнимает секретаря за шею, ближе прижимается грудью, он не ждет, что старший прервет поцелуй и прижмется ртом к его шее, влажно очерчивая пульсирующую вену, не ждет, что холодные руки заберуться под футболку, сдавят его бока, надавливая вниз. Именно поэтому реагирует Марк всем телом — вздрагивает от приятно распространяющегося по телу удовольствия и жалобно пищит у уха Кима. Тот тут же останавливается, поднимает лицо, глядя на красного Марка, сжавшего губы, не желающего больше проронить подобного звука. Доен улыбается, нахально так, раздражающе, но искренне. Сейчас он не притворяется. — Хватит с тебя, — Ким толкает Марка со своих колен на кожаную поверхность, поднимаясь и поправляя пиджак с рубашкой. — Я ухожу. Ли не отвечает, провожает взглядом удаляющуюся фигуру и после хлопка двери весь падает на диван, дрыгаясь в странных конвульсиях. Боже, что это только что было? Неужели, все происходило на самом деле? Марк не верит. Невозможно, что он наконец-то поцеловался с Кимом, да еще как! А тот его даже не послал и не огрел, настоящее чудо. Даже улыбнулся! Нет, это не может быть реальностью, только вот жар, нахлынувший ко всем частям тела, влажные губы и ноющие от хватки бедра утверждают об обратном. Это победа, у него получилось хоть что-то спустя столько времени. Это раззадаривает, обнадеживает и возбуждает, теперь он точно пойдет до конца. • Все было зря, а Доен все тот же мудак. Ничего не изменилось, игнор и равнодушие снова в деле. Марка безжалостно обманули, дали выиграть битву, но, видно, проиграть войну. Жестоко и нечестно! После того вечера Марк неоднократно пытался зажать или поцеловать секретаря, но он то и делал, что смотрел на него как на полоумного и уходил. Будто и не было ничего. Память что-ли отбило? Сто процентно назло так поступает, лишний раз позлить Ли. — Послезавтра ты будешь должен сходить на банкет, — Ким внимательно смотрит в телефон, после что-то быстро печатая. — Ты же помнишь? — Помню, — хмуро отвечает парень. Вот идиот даже не смотрит, когда говорит с ним. Совсем обнаглел. Но как бы не раздражал, почему сам Ли глаз отвести от него не в состоянии? С каких пор он стал таким красивым? Вроде и не делает ничего, просто сидит в кресле, а все равно так притягательно. Элегантно закинутая на колено нога, прямая осанка, демонстрирующая ширину плеч, проворные худые и длинные пальцы, набирающие текст, и глубоко сосредоточенное лицо с чуть поджатыми губами и нахмуренными слегка бровями — все выглядит привлекательно, даже карие глаза сейчас не кажутся такими уж пугающими. Что за черт? О чем только Марк думает? Он отмахивается от кишащих мыслей, . — Будь готов к восьми вечера, я заеду, — наконец, Ким отрывается от телефона, оглядывая парня. — Я надеюсь, ты понимаешь, что нужно надеть костюм. — По твоему, я такой тупой? — фыркает Ли. — Как знать, — мужчина получает готовый убивать взгляд. Выглядит забавно, но, точно, не устрашающе. — Я ухожу. — Можешь не возвращаться! • — Вы целовались! Я в шоке! — Джено потрясенно кричит, тряся тушку Марка в разные стороны. — Извини, но я думал, что ты проебешься. Старший отталкивает от себя руки, надувая обиженно губы, и отходит к шкафу. — Вот как ты веришь в лучшего друга! — Ну ты так рассказывал обо всем, я думал там без шансов, — Джено пожимает плечами и садится на кровать, внезапно получая по лицу чем-то мягким — Марк кинул в него нечто зеленое. — Это проклятый свитер, о котором я говорил, — ворчит Ли, неустанно роясь в шкафу. — Да вроде нормальный. — Просто ты не был на моем месте! Да где этот чертов галстук? — вытащив все содержимое шкафа, Марк неожиданно поднял руки. — Нашел! Завяжи, по-братски, а то я не умею. Старший плетется к Джено, с умоляющими блестящими, как у Кота из «Шрека», глазами. Это работает и его друг встает с насиженного места, забирая и обматывая вокруг шеи галстук. Джено быстро справляется с задачей, вертя кусок ткани то туда, то сюда, озадачивая Марка. — Ну что? — старший отходит, чтобы друг мог увидеть его в полный рост. — Как я выгляжу? — Весьма неплохо... Доен должен оценить, — хихикает он. — Отвали, — стонет Марк, морщась. — Он после того вечера снова меня игнорит, урод. — Реально? Рыбка слетела с крючка, значит. — Нифига, он по-любому просто поиздеваться захотел. — Или понял, что сделал хуйню, и решил притвориться, будто ничего не было. — Может быть, — Марк отвернулся к зеркалу, зачесывая волосы назад и надевая пиджак. — Но я все равно с этим не смирюсь. Будет, как я захочу. — Эй, угомонись, звучишь, капец, зловеще. — Шшш,.. — Марк приложил палец к губам, прислушиваясь, — Доен, похоже, приехал, проверь окно. Джено быстро глянул на улицу, замечая черную машину у ворот дома. Он кивнул Марку и они направились к выходу. — Маячь перед ним задницей почаще и все пройдет гладко, — шепчет Джено на ухо другу, прощаясь. — Завали, — Марк бьет его по плечу и оба смеются, расходясь в разные стороны. С глупой улыбкой Ли подходит к оперевшимуся на машину Доену, а вот у него снова кислая мина. Достал. — Мог бы и поторопиться, я же сказал быть готовым к восьми, — мужчина садится за руль. — Три минуты всего прошло с восьми, — бурчит себе под нос парень, пристегиваясь. Едут они в полной тишине, лишь непонятные звуки доносятся из телефона Ли, который от скуки решил поиграть. Доен сегодня еще красивее, подмечает про себя Марк, иногда поглядывая на него сбоку. Уложенные назад волосы ему идут. И очки с тонкой оправой подчеркивают глаза, а костюмы всегда на нем хорошо сидят, демонстрируя идеальные пропорции. Интересно, а он хотя бы раз думал так же о Марке? Подмечал ли всякие мелочи, считая их привлекательными? — Веди себя достойно, будь любезен со всеми, — говорит Доен, когда они входят в забронированный ресторан. — Твой отец хочет, чтобы все прошло отлично, но сделка все еще может сорваться, так что постарайся и не допусти этого. Как только увидел людей, Доен тут же нацепил приветливую улыбку, но Марк то знает — фальшивую. Следуя его примеру, Ли делает то же, начиная приветствовать важных шишек. На самом деле, это не так уж сложно, то есть многие, кого встречает Марк, достаточно приятные люди, поэтому он и не притворяется, ведя светскую беседу, даже шутит, когда понимает, что это уместно и человек не воспримет это за дерзость. Есть, конечно, и более трудные личности, например, сварливая тетка, смотрящая на него как на мусор или мерзкий мужик с толстыми пальцами и залысинами, который слишком часто ухмыляется вслед молодым официантам и официанткам, даже ему несколько раз. Но Марк остается спокоен, разговаривая мило со всеми. Он никого не подведет. Доена он почти не видит, вероятно, тот тоже из кожи вон лезет, чтобы все оставались довольны. — Вы же сын господина Ли? — дружелюбно улыбаясь, лепечет подошедшая к Марку симпатичная девушка с длинными каштановыми волосами. — А? Да, я Марк Ли. — А я Ким Йерим, приятно познакомиться, — она протягивает Ли руку и тот ее пожимает. — Я недавно стала секретарем госпожи Сон Сынван. Вы же ее знаете? Насколько мне известно, она очень хорошо общается с вашим отцом. — Да-да, я ее знаю, — имя знакомое, но на самом деле Марк не понимает о ком идет речь. — Кстати, вот и она, — Йерим смотрит куда-то за спину Ли и он оборачивается в любопытстве. — И ваш секретарь, кажется? -… А, да… Да, это он, — мешкается Ли, удивленный, что Доена назвали его секретарем. Около стола с закусками стоит миниатюрная молодая женщина со светлыми волосами до плеч, а рядом с ней широко улыбается Доен. Они оживленно беседуют и часто после реплик Кима женщина смеется, аккуратно прикрывая рот рукой, другой легко касаясь его плеча. Марк так долго пялится, что Доен в итоге замечает это, но взгляда на нем совершенно не задерживает, полностью одаривая своим вниманием госпожу Сон. Он любезно предлагает ей шампанское, после чего говорит, наверное, какой-то тост, потому что они поднимают бокалы и выпивают содержимое. Оказывается, Ким и подхалимничать умеет, а не только команды раздавать да тыкать носом в недочеты. Даже непривычно его таким видеть, чтобы улыбался всем вокруг и ни разу не посмотрел на кого-то с презрением — немыслимо. Всегда бы так и цены бы ему не было. Марк, может, и не задумался о мести тогда даже. Ну по крайней мере лично ему. Когда Ли надоедает смотреть, как те двое наслаждаются обществом друг друга, он снова начинает с кем-то разговор, чтобы не тратить время впустую. В его окружении оказывается довольно много людей, которые считают своей обязанностью посоревноваться в придумывании лучшего тоста, поэтому ему приходится опустошить парочку бокалов. Чувствуя легкое головокружение, Ли незаметно от зорких глаз подвыпивших и развеселевших гостей отходит в дальний угол зала, к столу, опустевшему от закусок, только с одиноко стоящей на нем бутылкой вина. Он опирается на него, прикрывая глаза, приводя голову в порядок. Уже довольно давно ему приходилось общаться с таким количеством людей, к тому же незнакомых. Сначала показалось, что это легкотня, но теперь Марк осознает, как же устал. Возможно, продлись это час-два для него было бы в самый раз, но длится мероприятие уже шестой час, а его социальная батарейка практически разряжена, так как организм все же не привык, здесь нужна практика. А все, что у него есть — это редкие встречи с Джено и частые, но краткосрочные с Доеном. — Ли Марк! — резко доносится слева от парня, и ему приходится разлепить веки. Перед ним стоит тот противный мужик, полное имя которого он даже не запомнил. — Господин Им, — Марк вежливо кланяется и нацепляет фирменную улыбку. — Как поживаешь? Отец еще не замучал? — становится он ближе необходимого с правого бока Марка, предлагая бокал вина. — Ты же его наследник, он передаст все в твои руки, а это такая большая ответственность, наверно, давит на твои юношеские плечи, а? Тяжелая ладонь приземляется на эти самые плечи, похлопывая. Данное действие неприятно, парню хочется скинуть с себя руку и сбежать, но он лишь напрягается не в силах контролировать тело полностью и продолжает стоять. — Спасибо за беспокойство, я в полном порядке, — Марку некомфортно настолько насколько это вообще возможно, он скрывает отвращение за стеклом, отпивая несколько глотков, после сглатывает вязкую слюну и дальше старается держать маску дружелюбия на лице. — Ну смотри, если что можешь положиться на меня, — толстые пальцы с массивными кольцами, какого-то фига, уже плотно сжимают левый бок Ли. — Я всегда готов помочь еще неопытному молодому поколению. Это ведь можно расценивать за домогательство, да? Как же мерзко. Распускает тут свои грязные лапы, можно сказать, у всех на виду и хоть бы что. Морщинистый старый урод, если бы они были в другом месте и в другое время Марк бы это терпеть не стал, послал бы куда подальше трехэтажным матом и треснул бы пару раз по стремной морде. Но вот почему чувство долга перед отцом именно сейчас так велико? Вынуждает терпеть и мириться с тем, что его за полноценного человека не считают, так мальчик, чтобы попользоваться, поразвлечься и забыть. — Здраствуйте, господин Им, — непонятно откуда перед ними появляется Доен, следующий глазами за рукой, которая неуместно покоится на талии окоченевшего парня. Вероятно, этот колкий взгляд Кима вынуждает мужчину убрать руку. Ли облегченно выдыхает, выходя из оцепенения и одаривая своего спасителя благодарным взглядом блестящих карих глаз. Ким заводит разговор, понятный только ему и господину Иму, так что Марк отходит от них подальше. Сейчас Ким в самом деле был похож на благородного принца — весь такой красивый, почти источающий блеск, пришел спасти бедного Марка из грязных лап старикашки-извращенца. Ну чем не герой? Даже теперь и не назвать его конченным мудаком. Или он просто на публику так играет? Ведь здесь-то ходит и всем улыбается, обхаживает со всех сторон, не то что у Ли дома. Как вот к нему относится, когда он ведет себя так непостоянно? Путает только зря Марка, забивает и без того полную голову ненужными мыслями. Успев еще поговорить с несколькими гостями, обсудив с ними идущие дела отца и запланированные на будущее, банкет подошел к концу. Последнее, что сделал Марк это лично пообщался с госпожой Сон и понял почему Доен был с ней таким хорошим — она и впрямь очень приятная и интересная. Даже шутки Ли поддерживала с большим энтузиазмом, что почти никто и никогда не делал, это его подбодрило и он смог дожить до завершения ночи. Попрощавшись с кем только мог, Ли безумно обрадовался, что все позади. Он чувствовал себя выжатым, как лимон, из-за ношения постоянной улыбки, все же это для него непривычно. А еще с шампанским у него не особо хорошие отношения, поэтому к концу ему поплохело и играть на публику стало тяжелее. Сев в машину, он позволяет, себе расслабиться, снять натянутую маску с лица и груз ответственности с плеч. Доен рядом с ним выглядит таким же вымотанным, снимая с себя пиджак и ослабляя "удавку"-галстук. Он пристегивается и, наконец, выезжает с парковочного места. За окнами глубокая ночь, но Сеул горит множеством цветных огней, это отвлекает Марка от желания заснуть. — Ты меня так удивил сегодня, — тихо начинает разговор парень, всматриваясь в мерцающие вывески и высокие здания. — Оказывается, ты знаешь, как улыбаться. Я то думал, у тебя мышцы лица отрофированы. Доен хмыкает на реплику Ли, сжимая руль. — Еще и смеяться умеешь. И флиртовать. — Когда это я флиртовал? — Ким смотрит на Марка через зеркало. — Да весь вечер, — парень теперь поворачивается лицом к мужчине, прижимаясь щекой к спинке сидения. — Обхаживал всех, особенно госпожу Сон. — Ты за мной следил? — Нет, просто в глаза бросилось, — Ли исследует ровный профиль, но эмоций снова не видать, только скучная сосредоточенность. — Включил обаяшку, стараясь очаровать. — Это было частью работы, подстраховка, чтобы ничто не пошло под откос. Тебя это заботит? — Нисколько, — парень вновь отворачивается. — Ты так печешься о своей работе? — Конечно, не везде так хорошо платят, — говорит, как очевидную вещь, секретарь. — Значит, из-за денег? На все пойдешь ради них? — искренне интересуется Марк, он давно хотел узнать об этом. Доен обдумывает вопрос, внимательно следя за дорогой. Ему требуется пара минут, чтобы заговорить, а Ли уж начал думать, что ответа не последует и почти смирился с этим. — Я пойду на многое, сделаю все, что будет от меня требоваться, но до тех пор, пока это не задевает мои гордость и достоинство, — уверенно произносит Ким. — Вот как, — парень задумывается следует ли задавать еще один вопрос, тоже его весьма интересующий, была ни была. — Ты бы переспал с госпожой Сон, если бы от этого зависело состоится сделка или нет? — Что за странный вопрос? — А что слабо ответить? — Брать на слабо взрослого мужчину, снова твои детские штучки, — усмехается Ким и смотрит прямо в глаза Марка. — Нет, я бы не стал с ней спать. Я же все-таки не какой-то товар, а это заставило бы меня чувствовать себя именно так. — А флиртовать с ней, значит, не считается? — Это проявление моей любезности, я не со всеми так делаю. Она была достаточна мила. К тому же сам-то терпел приставания старикашки из-за сделки. Разве, это было не слишком? Еще и мерзко. — Я не,..— а ведь он и вправду терпел этого урода, чтобы ничего не испортить, — у меня выбора не было, вы с моим стариком взвалили это на меня, что мне оставалось делать? — Учись выкручиваться из любых ситуаций. Не каждый будет тебе помогать как я, — уж очень строго сказал Ким, подъезжая к дому Ли и паркуясь. — Ну спасибо тебе тогда, — говорит парень как одолжение, но на самом деле он действительно благодарен. — Мы приехали, можешь идти в дом. Молчание. Звук отстегивающегося ремня. Марк мнется. — Проводи меня до комнаты. — Ты, разве, так уж пьян? — Пожалуйста, секретарь Ким. Вопреки ожиданиям Ли, в этот раз его просьбу не отклоняют, даже не грубят и не упрекают, что он принял бы как должное. Напротив, Доен странно мил с ним, или это с непривычки так кажется, но он открывает ему дверцу, позволяя облокотиться на свое плечо и идти так близко. Марку нравится, чувствует себя защищенным, хотя из опасностей было только упасть где-нибудь и заснуть, так и не дойдя до дома. Они входят и Доен быстро снимает обувь, Марку же требуется больше времени и усилий для этого, но когда дело сделано, парень вновь прижимается к старшему, липнет и все-таки слышит тихое ворчание, к счастью, без попыток его скинуть. На лестнице ему приходится еще сложнее и он делает несколько остановок для набора сил, Ким его не торопит, молча стоит рядом, пару раз перехватывая, когда тот забывается и решает, что прилечь можно и тут. До комнаты двое добираются гораздо дольше, чем можно было ожидать, как минимум минут десять. Секретарь подводит парня к кровати и усаживает. Удивительно, как резко он опьянел, до этого ведь было все нормально и ходить тот мог самостоятельно, в сон тоже так сильно не клонило. Странно. Но Ким сделал, как его просили, так что его миссия завершена, поэтому сейчас можно уходить. — Погоди немножко, — Ли еле ловит в своем состоянии жескую ткань пиджака и тянет к себе, это тяжело, ведь Ким не хочет поддаваться. — Посиди со мной. Доен сам не знает, почему просьбы Марка на него сегодня действуют таким образом. Может, алкоголь виноват, но он бы не сказал, что много выпил, ему известны его границы переносимости. Возможно, дело в Ли, который в этот день выглядит менее раздражающим, и похож на кого-то, кто нуждается в защите и заботе. Не сказать, что Ким знает, как ему это оказать, он действует больше инстинктивно, чем расчетливо, как привык. А еще он не знает почему не против мириться с липучестью младшего, которая раньше отталкивала, будто через прикосновения можно что-то подхватить. Как только Ким садится, Марк сразу льнет к нему всем телом, обнимая руку и укладывая на нее голову, и хотя Ким делает, что он просит, полностью все равно никогда не раслабляется. Это ощутимо — мышцы как окоченелые, совсем никаких лишних движений и постоянно следит за действиями Марка, будто не уверен натворит ли он еще чего. — Сколько ты сегодня выпил? — интересуется Доен, наблюдая за черной макушкой, которая никак не может спокойно улечься. — Не знаю… Я пил с каждым гостем с которым говорил… И когда тосты были, — так и не найдя удобства, Марк наклонил голову на бок, пересекаясь с глазами другого. Отчего-то стало так жарко, прямо невыносимо, лицо пылает, в глазах все начинает размываться чересчур сильно, а тело почти зудит от соприкосновения с одеждой. Марку кажется, что на нем так много слоев, они почти душат, от этого, явно, необходимо избавиться, поэтому он вяло тянется к галстуку, ослабляя его, и пробует стянуть с себя пиджак. Но руки, словно свинцовые, маневрировать не получается вообще. — Помоги мне,..— Марк с мольбой поднимает мутные глаза к мужчине. — У меня не выходит, а… Так жарко… Слова у парня формируются как-то долго и Доен, сидя не вплотную к нему, ощущает, какое горячие у него дыхание, а Марк готов поклясться, что буквально чувствует, как его тело источает жар. — Ты пил что-нибудь вместе с господином Имом? — спрашивает Ким, осторожно спуская с плеч младшего пиджак. — Я выпил несколько глотков вина, которое он мне предложил, — Ли облегченно выдыхает, избавившись от верхней одежды. — Не уверен, но, возможно, он подмешал тебе что-то, — Доен внимательно изучает лицо, которое пытается переварить сказанные слова. — Даже когда ты нас оставил, он продолжал поглядывать на тебя. Я не придал этому значения, но, вероятно, он ждал каких-нибудь признаков. И если бы я вас не прервал, ты вполне мог быть сейчас с ним не пойми где. Ты слушаешь? Ли тихо угукает, для вида, а на самом деле голова почти не варит, смысл практически не улавливается, единственное, что он понимает так это, как ему чертовски неудобно от контакта кожи с одеждой. Он вновь жалостливо смотрит на Кима, намекая, чтобы ему помогли и с остальным. — Будь внимательнее в следующий раз, — не хотя длинные пальцы начинают расстегивать пуговицы на рубашке. — Не все люди хорошие и желают тебе добра, знаешь ли. Скорее всего ты не первый у этого извращенца, таким обычно нравятся хорошенькие молодые парни и девушки… Либо слишком доверчивые, либо не способные возразить. А у тебя комбо. Когда Доен снимает его рубашку, Марк стонет от приятной прохлады комнаты и мимолетных прикосновений чужых пальцев, все таких же холодных, контрастирующих с жаром его тела. — Так, значит, ты считаешь меня хорошеньким? — вскидывает голову Марк, улыбаясь, что-что, а эти слова мимо ушей он не пропустит. — Ты не на том акцентируешь внимание. Младшему плевать, он хочет только, чтобы его продолжали трогать и продолжали говорить, неважно что, только бы голосом Доена. Контролировать хоть что-то не получается, да Марк и не горит желанием, поэтому поддается неведомым импульсам, приближаясь к чужому телу. Его ладонь приземляется на обтянутое брюками бедро, удерживая равновесие, а губы мажут по линии челюсти — не там, где он планировал. — Что ты делаешь? — Ким успевает отвернуть лицо, благодаря медлительным действиям другого. — Пытаюсь поцеловать тебя, — почти мурлычет Ли, находя ясные глаза напротив. — Это плохая идея. — Мы уже целовались и ты не был против… Каждая последующая попытка утянуть Доена в поцелуй становится все менее интенсивной, а сил, которых и так-то было не много, не остается совсем. Ким держит его за плечи и Ли разочарованно вздыхает, признавая поражение. — В тот раз я всего-лишь тебе подыграл. Я не был против, но и не хотел этого, — тон голоса Доена возвращается к привычному — строгому. — Повторять я тоже не намерен, поэтому не надумывай ничего. Сложно не надумывать, когда воспоминания о губах Кима на его шее, руках под футболкой и на бедрах так глубоко впечатались в голову. Разве Марка можно винить за то, что ему это настолько понравилось и захотелось испытать вновь? — Лжец… Я не верю… Неожиданно Марка с новой силой охватывает жар, затуманивая мысли. — Мне нехорошо... — скулит парень, опустив лоб к груди мужчины и прикрывая веки. И то, как старший помогает ему раздеться до конца, укладывает в кровать, приносит холодную воду, удерживая стакан и затылок, чтобы Марк мог напиться — заставляет надумывать слишком много. Его пальцы, откидывающие влажную челку со лба, приятно холодят разгоряченное лицо, неведомым образом успокаивая и выбивая все мысли из головы. А его запах с теми же кокосовыми нотками окутывает и дарит странное чувство комфорта. Доен остается, и его присутствие воспринимается по-новому, до непривычного трепета внутри и сбитого сердцебиения. Это внимание имеет эффект и Марк засыпает, впервые так и не услышав строгое «прощание».