Sobrino

Ночь, когда Мирабель впервые сбежала из своего дома, казалось, запомниться ей на всю жизнь. Сухой песок, скатывающийся со стен комнаты, оставаясь на полу, мешал продвигаться вперёд, облепляя всё тело. Очередное предсказание для Ортиза оказалось неудачным и этого вполне следовало ожидать. Завораживающий зелёный купол песка, уже готовый исчезнуть, опадая сухим шелестящим дождём под ноги вещуньи, вдруг вспыхнул, вновь готовясь определить чью-то судьбу. Впервые за столько лет использования дара Мирабель приходилось сталкиваться с подобным явлением. Тени на стенах отражающие силуэты, складывающихся из песка образов, закружили вокруг неё с новой силой. На этот раз, показывая Каситу… Чудесная вилла, чьи крепкие стены питала магия их семьи, теперь расходилась трещинами, раскраивающими стены на множество кусков. Крепкие горы столь долгое время защищавшие Энканто от нападений раскалывались и крошились пот давлением чего-то невидимого. Мирабель охватил страх, непонимание того, что показывал ей дар, вышедший из-под контроля, заставляло чувствовать всю беспомощность своего положения. Между тем, песок, складывающийся в зловещее предсказание, не желал останавливаться, завораживая своими картинками происходящего в возможном будущем. Обломки того что некогда было их прекрасной виллой лежали на земле, подобно телу, что уже никогда не встанет вновь. Ужас, застывший на лицах родных сохранился уродливой маской, что навечно будет запечатлена в памяти прорицательницы. И самое главное —неизвестный, в чьих руках таяла волшебная свеча, обращаясь в лужу уже бесполезного воска. Всё это казалось нереальным порождением страшного сна, после которого люди вздыхают со свойственным им чувством облегчения, зная, что всё произошедшее там никогда не повториться наяву. К сожалению такого никогда не случалось с Мирабель. Холодная пластина мягко легла в её дрожащие руки. Трещины в видении, что с каждой секундой множились у неё на глазах, преследовали и наяву, мерещась на стенах Каситы пугающими миражами. Мирабель нужно было спешить, к тому, кто действительно мог ей помочь. Дом Пилар Тернеры встретил её вполне радушно. Ночь уже переходящая в утро помнилась Мирабель уже смутно, будто это был действительно очередной страшный сон, заставивший её выскочить из своей постели. Лишь под утро ей удалось привести себя в чувства. Запах пыльного помещения отдавал гарью от чадящих свечей и постепенно отрезвлял разум. Стеклянные бусины, свисавшие с потолка, еле заметно покачивались на ветру, издавая странные цокающие звуки. Вздохи Пилар и шелест старых гадальных карт бодрили получше всякого кофе. Она не хотела снова применять свой дар, боясь вновь увидеть те страшные картины, что сулило ей уже не такое светлое будущее. — Что тебе говорят твои карты? — Мирабель съедало любопытство, но во что ещё больше она не могла поверить, так это в то, что судьба всего Энканто теперь зависела от навыков гадалки на картах. — Что тебе следует сменить духи — огрызнулась гадалка, переворачивая очередную карту. — Пилар! — Что? Они и впрямь тебе не идут. Ладно… — Тернера облокотилась на спинку стула, наблюдая за гостьей. — Твоя ситуация необычна как всегда Мадригаль. Мне даже лень удивляться. Несмотря на твой «потрясающий рассказ в лицах», этого мне всё равно мало. Мирабель отвела взгляд в сторону до сих пор не уверенная в правильности своих действий. Страх перед неизвестным и потому пугающим, отдавался в её трясущихся пальцах, которые она так отчаянно сжимала под столом. Не проронив ни слова, она достала заветную сумку, чьё содержимое тихо побрякивало на фоне собравшийся тишины. Одним движением, частички будущего оказались на столе, перекрывая собой карточный расклад. — Надеюсь это тебе поможет. Спустя некоторое время, две женщины, сидя за столом, разглядывали крошечный клочок будущего всего Энканто. — Так ты точно не знаешь, кто бы это мог быть? — Повязанный на голову расписной платок, свисал своими махровыми краями со лба Пилар, покачиваясь в такт её спешным движениям, не давая Мирабель разглядеть её лица. — Я впервые его вижу! И… — Карты говорят, что время для твоего предсказания ещё долго не придёт. Тебе следует ждать, долго ждать… если понадобиться. Тебе нужно набраться терпения — тут же перебила её Тернера и отвела взгляд в сторону, тем самым показывая, что «вердикт был окончателен и обжалованию не подлежит». Мирабель явно не устраивал подобный расклад. Ждать исполнения этого предсказания, это значило ждать очередного выговора от матери и лекций на тему «почему она не может быть такой идеальной как её сёстры и нести один мир и процветание для народа?». Даже если она промолчит, её обвинят в безответственности и тунеядстве, только… будет уже поздно. — Ждать! Ждать чего? Когда от Каситы и камня на камне не останется, или когда чудо безвозвратно иссякнет! Кто он? Откуда? Зачем он так поступил? Неужели твои карты неспособны это сказать? — Мирабель гневно тыкала пальцем в полупрозрачную фигуру парня, сверля взглядом гадалку. В какой-то момент той показалось, что вот-вот и пластина вновь распадётся на осколки. Маленькие разноцветные свечки — единственный источник света, затрепетали от жеста предсказательницы. — Я лишь озвучиваю, что говорят мне карты! Если ты такая умная, то может сама заглянешь в будущее и узнаешь? Тут Мирабель опомнилась, лишаться последнего, пускай и ветхого шанса ей не хотелось, так же, как возвращаться в ту жуткую башню, где каждый камень напоминал о тех предсказаниях, сделанных когда-то для народа, некоторые из которых ей припоминают до сих пор. — Прости, прости… неужели только ждать? — Мирабель закрыла лицо руками, явно обдумывая, что ей делать дальше. Собеседница глубоко вздохнула, набираясь терпения. Видимо младшая из трёх Мадригаль и единственная кто не боялась входить к ней в дом, была не первой, кто задавал подобный вопрос. — Время, как большая река, постоянно расходящаяся на множество рукавов, изредка сливающихся друг с другом. Каждый наш выбор, пускай и самый пустячный, создаёт новый рукав. Избирая свой путь, ты никогда не будешь знать, к чему он тебя приведёт… карты могут дать совет, предостеречь тебя от опасности, но решать, в конечном счёте, всё равно тебе. Это время ещё не настало. Ты можешь только наблюдать, или… сменить свой вопрос…- Пилар улыбнулась, доставая из кармана что-то плоское, обмотанное куском полусгнившей парусины и протянула ей. — Возьми это. Прорицательница недоумённо посмотрела на женщину. — Что ты имеешь в виду? — Переспросила Мирабель, на что ответом ей послужил оглушительный смех женщины, усиливающийся с каждой секундой. — Перед тобой множество путей, любой выбранный тобой будет по-своему правильным. Постарайся выбирать с умом — Слышалось уже отдалённо из-за смеха Пилар, постепенно заглушавшего всё. Чадившие до этого свечи начали испускать дым перекрывая обзор. Мирабель не помнила, как оказалась на площади. Солнце, ещё только недавно поднимавшееся из-за гор, уже опускалось, окрашивая небо в яркий розовый цвет. Ноги предсказательницы гудели, а в горле, казалось, появилась небольшая пустыня. Молодая пара, прогуливающаяся неподалёку, отшатнулась от неё, что-то суеверно бормоча себе под нос. Такая реакция её уже нисколько не смущала. Привыкшая к подобному, она приветливо улыбнулась, из-за чего пара лишь ускорилась, продолжая что-то бормотать. Она уже планировала поворачивать к дому, как на глаза ей попалась сестра, добродушно общавшаяся со стоящей рядом Урсулой, бережно покачивавшей малыша на руках. — Какой хорошенький, — Улюлюкала рядом Джульетта, прибывая в восторге от малыша. — вот бы у Пепы с Феликсом тоже получится мальчик. — Не проще ли было спросишь у твоей сестры. Насколько я помню, она видит будущее. — Улыбнулась ей собеседница, успокаивая ребёнка тихими напевами. От этих слов Джульетта быстро изменилась в лице. — Ох, что вы. Я не хочу лишний раз нагружать Мирабель такими мелочами. Она в последнее время и так, сильно напряжена. — Да, она у тебя славная. Эти слова полные заботы — единственное, что смогло вызвать у Мирабель не поддельную улыбку. Неужели её кто-то действительно может любить, не смотря на то, что она приносит неудачу? Неужели она не так бесполезна, как они думают? В горле встал ком при виде улыбки Джульетты.

Может и неплохо — когда рядом кто-то есть…

На этот раз, сделанный вперёд шаг, не приблизил Мирабель к своей цели не на дюйм. Второй. Третий. Она продолжала оставаться на месте, как бы ни старалась продвинуться вперёд. Казалось, всё вокруг застыло на месте кроме неё и Джульетты, что до сих пор ворковала с Урсулой, обсуждая разные домашние мелочи. Яркий и красочный до этого мир преобразился, окрасившись в серые тона не затронув лишь её сестру. — Джульетта? Джульетта! Джу… Не замечавшая её до этого Джульетта, наконец, повернула голову в сторону истошных криков Мирабель, окинув ту тусклым, безжизненным взглядом. — Неужели ты действительно думаешь, что мы тебя примем? — Мягкая улыбка лже-Джульетты, с которой она произносила эти слова, наводила на Мирабель страх. — Я не думала, что так будет! Я не хотела… — После всего, что ты причинила нашей семье? Протянутая к сестре рука заставила реальность пойти рябью, будто что-то невидимое толкало её назад, заставляя вынырнуть из глубин своего сна, так правдоподобно смешавшегося с воспоминаниями из относительно радужного прошлого.

***

Холод пыльного коридора обжигал кожу маленького гостя, что ни как не желал оставлять свои тщетные попытки достучаться до своей загадочной tia. На этот раз у него всё просто обязано получиться! «Возможно, тётя Мирабель не будет так злиться на меня на этот раз и впустит к себе. Пускай даже на минуточку. Я же спас её тогда на кухне от Камило»… — Рассуждал юный Мадригаль. Эта мысль неустанно грела сердце маленького искателя приключений на протяжении всего пути. «А если она узнает, что он из-за меня оказался там»… — Пришло внезапное озарение, когда он чуть не столкнулся с дверью. Но уходить уже было поздно. Заветный стук в дверь, прозвучал громом среди ясного неба, озаряя безмолвное пространство возле Бруно. В нём слышалось прерывистое дыхание мальчика, его безмолвные мольбы быть услышанным чудились в каждом дрожащем вздохе. Он не мог всё бросить на полпути, и если бы потребовалось, был готов остаться тут на всю ночь в ожидании своей загадочной tia, о которой до сих пор по всему городу ходят невероятные слухи, подогревающие его интерес.

***

Tia Мирабель, скрипя зубами продолжала сверлить взглядом, мелко дрожащую от каждого постукивания дверь.

Неужели он до сих пор уверен, что я его впущу?

Последние несколько дней «заточения Бруно» выдались для неё тяжко. Каждое утро мальчик засыпал за столом, ныряя с головой в тарелку с кукурузной кашей, чтобы на следующую ночь устраивать караул у её двери. Постоянное ночное бдение на кухне и внеочередные попытки сломать дверь окончательно, доканывали гадалку вплоть до того, что ей приходилось следить сквозь мелкие щели в стенах за тем, где он находится и не готовит ли очередную вылазку к её убежищу. Признаться честно, порой её забавляли те милые, мини представления с участием крыс, что устраивал Бруно тайком от родительских глаз, заперевшись у себя в комнате. Особенно её смешили сцены поцелуев, когда две крысы несогласные с мнением сценариста, упорно вырывались из его рук и разбегались по комнате. И как она этого раньше за ним не замечала? От нечего делать, она даже смастерила парочку игрушечных платьишек кукольного размера и планировала подкинуть под дверь детской (поймать хоть одну крысу ей так и не удалось, так что как они будут на них сидеть, остаётся большой загадкой). Сам Бруно всегда оставлял о себе впечатление доброго, застенчивого и милого мальчика — другого просто не могло быть! — Tia Мирабель я знаю, что вы там. Откройте! — Вдруг, тишину до этого нарушаемую лишь мелкими постукиваниями, прорезал тонкий голос племянника. — Tia Мирабе-е-ель! Но… я же сдержал обещание и не кому ничего не сказал… Прорицательница с негромким рыком зарылась лицом в подушку. Конечно, с одной стороны она была благодарна мальчику за инцидент на кухне, (хотя она с точностью может сказать, что проверяла, спит ли он, прежде чем отправиться на кухню). Но с другой — дружба с ним, не сулила ей ничем хорошим, ведь рано или поздно, его родители обязательно обнаружат пропажу и устроят ему допрос с пристрастием… — Tia Мирабель, ну откройте. — Не унимался мальчик за дверью. — Я верю, что вы не плохая! В её голове до сих пор витали обвинения против самой себя — как она могла допустить подобное? Ведь так долго держать Бруно на расстоянии не выйдет — рано или поздно терпение маленького мальчика должно лопнуть и он кому-нибудь да расскажет об их «договоре». Между тем голос мальчика стал постепенно стихать. Постукивания, между которыми стала образовываться всё большая пауза, тоже. Вещунья стала спускаться с кресла, прислушиваясь к каждому шороху. На удивление всё было тихо, лишь приблизившись к двери вплотную, она поняла насколько ошиблась, подумав, что Бруно ушёл. Надрывные всхлипы, сменившие просьбы мальчика открыть, разрывали душу его Tia на части. Чувство вины горело в груди огнём. Прорицательница сжала кулаки с такой силой, что на внутренней стороне ладони остались следы от ногтей. После недолгой борьбы с собой, она неуверенно положила руку на дверь, погладив её неровную поверхность, и прислонила к ней ухо, до сих пор питая призрачные надежды на благоразумность Бруно. Но он не уходил. — Касита — мягко, почти шёпотом попросила Мирабель. Лёгкое, как казалось движение, было безумно тяжёлым и давалось ей с трудом. Сжав зубы, будто обжигаясь от одного прикосновения к двери, она сделала толчок. — Между прочим, у меня средний рост и… — Мирабель не успела договорить, как маленькие ручки мальчика, обхватили её в крепком объятии. — Я тоже по вам скучал! Вы не пожалеете.

Я ещё об этом пожалею