Легенда о Принце

      Принц сидел на полу, пытаясь найти способ управлять новой способностью, которой его наградил Владыка Жизни, не выдав при этом никаких инструкций и пояснений. Как когда-то было и с усиленной терморегуляцией тела из-за благословения Инферно. У него был лишь один способ понять правильное направление своих тренировок. Получалось у него это с переменным успехом. Он сидел в окружение зверей, которые ластились к нему, словно кошки к большому мешку с кошачьей мятой. Животные то и дело, словно нехотя, отдалялись от него, выполняя приказ Ань Ниня, и шли к Саншайну, в объятиях которого удобно устроилась большая флегматичная панда — единственное животное полностью подчинённое укротителем. В отличие от Принца и Ань Ниня, занятых тренировкой, маг просто отдыхал, со счастливой улыбкой играясь с переменным числом милых животных.       Они занимались этим уже несколько часов и укротитель изрядно подустал, пытаясь увеличить процент привязанности своих питомцев или хотя бы прокачать навык приручения. Когда Ань Нин собирал животных, он не осознавал, как тяжело будет удерживать такое количество питомцев в подчинение. Он был слишком увлечён возможностью окружить себя мягкими, пушистыми и невероятно реалистичными животными, не страдая при этом от аллергической реакции на шерсть, что не смог остановиться вовремя. К тому же не смотря на то, что он был неимоверно счастлив с растущим числом милых питомцев, перед ним появилась серьёзная преграда, мешающая ему играть во Вторую Жизнь подобным образом — ему нужны были деньги. Он мог без проблем содержать себя и пару-тройку питомцев, но когда их число перевалило за десяток, Ань Нин перестал справляться.       У укротителей не было больших боевых возможностей, позволяющих легко выполнять дорогие квесты, а за простые квесты плата была крайне мала. Ему приходилось тратить почти весь день на выполнение мелких квестов, чтобы заработать денег на ещё один день игровой жизни. Подобная жизнь быстро вымотала его, лишая всякой радости от игры, но он ещё не был готов сдаться, выбрав простой способ решить эту проблему, отказавшись от большинства своих питомцев. В один из дней в реальности ему повезло наткнуться на игровом форуме на предложение работы для укротителей в одном из заведений Вечного города. Ань Нин решил рискнуть и не пожалел об этом.       Работа оказалась довольно простой. Ему лишь нужно было следить за тем, чтобы его питомцы вели себя хорошо, а клиенты заведения были довольны обслуживанием. Три часа до обеда и два часа после — за эти пять часов он получал оплату, как за три своих обычных дня. К тому же клиенты могли кормить его питомцев, покупая в заведение подходящую для них еду, и тем самым значительно уменьшая его расходы. А ещё у него были выходные!       Ань Нин не раздумывая отправился в Вечный город и подписал трудовой договор.       Вот только до открытия контактного зоопарка и начала его работы было ещё несколько дней, и потому ему пришлось идти в Гильдию Искателей Приключений, чтобы набрать простых квестов и заработать себе на жизнь. К своему немалому удивлению он нашёл там квесты для укротителей, которые ни разу не встречал с самого начала игры. Ни в начальном городе людей, ни в Лунном, ни в Звёздном. Немного расспросив гильдейских работников, Ань Нин узнал, что эти квесты были заказаны другими игроками. Оплата за них была более чем щедрой, а задания не отличались от его новообретённой работы. Начальник Кан, управляющий контрактным зоопарком, хоть и выглядел невероятно строгим, но был довольно добр и позволил ему использовать одну из комнат ещё не открывшегося зоопарка для подработки.       Там он впервые встретился с лендлордом Вечного города.       Ань Нин не знал чего ему стоит ожидать от правителя игрового города и довольно известного игрока. К его облегчению, Принц не вёл себя как знаменитость, кичась своей славой и высоким положением. Он выглядел и общался как обычный парень, отчего Ань Нин расслабился. Что оказалось ошибкой.       Его питомцы, доселе беспрекословно выполняющие все его приказы, вдруг перестали слушаться его. Животные облепили Принца, роняя его на пол, и отказывались отпускать его. Лишь его самый первый питомец — флегматичная панда — через некоторое время всё же выполнил его приказ, отпуская ногу эльфа и отправляясь в объятия обиженного ангела. И будто ему было мало этого провала, пока он безуспешно пытался управлять своими питомцами, в комнату вошёл начальник Кан в сопровождение главы градостроительного отдела Вечного города. Это было похоже на кошмар наяву.       Он уже мысленно прощался с работой, когда Принц заговорил с ним, всё ещё будучи погребённым под десятком животных разных размеров. Не смотря на ситуацию, его голос был спокойным, доброжелательным и невероятно успокаивающим. Он мягко улыбался, объясняя вероятную причину неповиновения питомцев, и всецело беря вину на себя, обещал поговорить об этом с его работодателем, чтобы у него не возникло проблем из-за этого происшествия. И он действительно сделал это. Кроме того, он ещё и предложил Ань Нину подработку, на которую тот не раздумывая согласился.       Не смотря на кажущуюся простоту, тренировка была весьма выматывающей. Ань Нин уже один раз достиг истощения и его шкала выносливости вновь была почти опустошена. Он не был уверен, что сможет съесть что-нибудь для быстрого восстановления — его немного подташнивало от количества выпитого зелья маны. В отличие от него, Принц казалось не испытывал никакого дискомфорта. Он неподвижно сидел на полу в позе лотоса, не обращая никакого внимания на животных, что вились вокруг него. По его спокойному лицу было невозможно понять насколько успешной была его тренировка. Единственным показателем прогресса были животные, уже не столь сильно льнущие к нему. Его друг, который помогал им с тренировками, лишь веселился, поочерёдно тиская тех питомцев, что подходили к нему, наконец-то повинуясь приказам своего хозяина.       Ань Нин уже собирался сообщить о своём приближающемся истощение, когда дверь в кабинет ресторана открылась, пропуская внутрь главу градостроительного отдела.       Прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, Принц повернулся в сторону открывшейся двери, начав говорить даже не открыв глаза:       —Гуи? Уже время ужи…на…       Запнувшись на последнем слове, Принц замолчал и пару раз осоловело моргнул. Он открыл рот, словно желая что-то сказать, но спустя секунду закрыл его, не издав ни единого звука. Подобное странное поведение не могло не привлечь внимание вошедшего барда. Демон стремительно пересёк комнату, резко присаживаясь перед эльфом.       —Принц, что-то случилось? — его голос почти звенел от переполнявшей его тревоги и беспокойства, которые были отражены и в каждой чёрточке его лица, но вместо ответа эльф резко отстранился, едва не потеряв из-за этого равновесие. С написанным на лице смятением он повернулся к не менее удивлённому укротителю.       —Ань Нин, ты это видишь? — тихо спросил Принц, вдруг ослабшим голосом. Укротитель лишь молча кивнул, смотря на барда со странной смесью эмоций на лице. Получив подтверждение, эльф обратно перевёл взгляд на встревоженного демона и прошептал себе под нос: — Значит это не моя галлюцинация.       —Принц?.. — потерянно позвал Гуи, совершенно не понимая происходящего, но ещё больше беспокоясь о состояние своего супруга после его последних слов.       —Гуи, у тебя… — непривычно неуверенным голосом начал говорить Принц. Он замялся на мгновение, а после, словно озарённый какой-то мыслью, внезапно спросил, позабыв о начатом предложении: — Гуи, как ты вошёл в ресторан?       —Через общий вход, — не задумываясь, ответил бард, сбитый с толку столь резкой сменой поведения эльфа. Принц нахмурился, явно задумавшись о чём-то, и одним быстрым плавным движением поднялся на ноги.       —Мне нужно кое-что проверить, — на ходу сказал эльф, направляясь к выходу из комнаты. Уже взявшись за дверную ручку, он обернулся. — Гуи, посмотри в зеркало.       Сказав это, Принц выскочил из комнаты. Под любопытными взглядами укротителя и мага, совершенно ничего не понимающий и оттого весьма растерянный бард, вытащил из инвентаря небольшое зеркало. Он внимательно осмотрел своё лицо, но не нашёл ничего, что могло бы вызвать подобную реакцию у его супруга.       —На голове, — подсказал Ань Нин, видя замешательство демона. Для него было крайне неловко оказаться свидетелем подобной сцены. За всё время проведённое с ним, Принц ни разу не проявил столько эмоций, как за последние пару минут. Да и сам глава градостроительного отдела больше не выглядел сдержанным и строгим, как во время их самой первой встречи.       —Я впервые такое вижу, — с восторженным интересом тихо сказал Саншайн, всё ещё сидящий в окружение присмиревших животных и обнимая уснувшую панду. Видимо спящее животное было единственной причиной, почему энергичный и эмоциональный маг был столь сдержан, а не осыпал демона ворохом вопросов, нарезая вокруг него круги.       Гуи ошеломлённо моргал, смотря на своё отражение в зеркальной глади, а точнее на два кошачьих уха вдруг выросших на его голове. Откуда они взялись? И это из-за них Принц не хотел смотреть на него?      

***

      Выйдя из комнаты, Принц немного задержался у закрытой двери, сделав пару глубоких вдохов — он чувствовал, как горели острые кончики его ушей. Расслабленный и сосредоточенный на тренировке, он совершенно не был готов к подобному зрелищу. Оставалось надеяться, что он не оставил на полу прожжённых следов. Хорошо, что это хотя бы произошло лишь перед двумя посторонними свидетелями, а не где-то в общественном месте полном людей.       Дождавшись, когда его сердце прекратит свои попытки вырваться из грудной клетки, Принц отвернулся от двери и направился по узкому коридору в сторону выхода на лестницу, ведущую на первый этаж.       Второй этаж Вечного ресторана был разделён на две зоны. Одна часть этажа была закрыта для общего пользования — там располагались ВИП-комнаты, включая комнату Странного Отряда. Комнаты были доступны только по записи и пользовались популярностью у игроков. В просторных комнатах было удобно устраивать разного рода встречи. Вторая часть этажа была оформлена, как и общий зал первого этажа, но установленная там тихая атмосфера больше соответствовала элитному ресторану.       Неторопливо спускаясь по лестнице, Принц пробежался взглядом по заполненному залу, без труда находя виновницу внезапного изменения во внешности Гуи. Не смотря на то, что кошачьи уши выглядели невероятно реалистично и даже немного шевелились — они были лишь нематериальной иллюзией, воплощённой из активированного талисмана, прилипшего к спине барда.       Новым заклинанием Дзин похвасталась Принцу в день фестиваля. Иллюзорное заклинание было способно воплотить на небольшом участке нематериальную иллюзию. Для его создания Дзин при изготовлении талисмана представляла себе то, что желала воплотить. Иллюзии были ограничены только площадью, которую могли охватить заклинания, и воображением экзорциста. В день фестиваля Дзин могла создать иллюзию на площади в пять квадратных метров, но при этом её иллюзии были очень разнообразны: от пустыни до разозлённой Ю Лиан. И когда она только успела увидеть её в таком состояние?       Перспективы, открываемые этим заклинанием, были невероятными. Принц был бы глупцом, если бы не использовал их в полной мере. И не только на поле боя. Дзин, согласившаяся помочь актёрам и музыкантам, не осознавала, что её ожидало впереди. То, что её иллюзии больше не были привязаны к одной точке пространства, было прямым показателем того, как стремительно развивался её навык. Должно быть, эти три дня были очень непростыми. Небольшая шалость, которую было сложно назвать полноценной местью, была почти закономерна.       Принц стремительно преодолел расстояние от лестницы до нужного столика, огибая другие столы, стулья и игроков, попавшихся ему на пути. В этот игровой вечер Дзин ужинала в компании старых друзей и помимо Йуна с ней сидели Викед и Бессердечный Ветер. Прежде чем кто-то из них успел как-то среагировать на его появление, Принц быстрым движением щёлкнул экзорциста по лбу, отчего её голова немного запрокинулась назад. Вскрикнув от вспышки боли и удивления, Дзин выпрямилась, потирая ушибленный лоб, и бросила на своего обидчика насупленный взгляд из-под нахмуренных бровей.       —Больше так не делай, — строгим голосом предупредил Принц, поставив на свободную часть стола перед девушкой небольшую деревянную коробку, предназначенную для хранения еды, и после этого покинул первый этаж столь же стремительно, как и появился там. Оставляя игроков с недоумением смотреть на экзорциста, которая, позабыв о всякой боли, сосредоточенно рассматривала оставленную лендлордом коробку.       —И что ты сделала? — спокойно спросил Викед, со своего места заметивший, как Дзин кинула какой-то талисман в спину Гуи, спешащего на второй этаж.       —Всего лишь небольшая иллюзия, — ответила Дзин и добавила с заметным самодовольством в голосе: — И ему это явно понравилось.       Йун лишь со смиренным видом приступил к принесённому официанткой блюду — румяным жаренным колбаскам и белому воздушному картофельному пюре. Он благоразумно принимал нейтральную позицию, когда дело касалось мужа Лан. Благодаря этому он не страдал, попадая под перекрёстный огонь двух давних подруг. В отличие от него Бессердечный Ветер не только активно вмешивался в перепалки девушек, но и имел смелость (или глупость) озвучивать своё, не всегда лестное, мнение о муже своей сестры. Что совсем не лучшим образом сказывалось на её отношение к нему.       —Что он тебе дал? — спросил Ветер. Сидя напротив Дзин, он не мог заглянуть в коробку, не вставая со своего места, и ему совершенно не хотелось прерывать только начатый ужин из-за мимолётного любопытства. Его вопрос вызвал жалостливые взгляды трёх игроков.       —Ты никогда не видел такую коробку? — с заметным сочувствием в голосе спросила Дзин.       —Видел, конечно. В ней хранят еду… — лицо вдруг смолкшего Ветра вытянулось и он дрогнувшим голосом спросил, поражённый внезапной догадкой: — Насколько… она похожа?..       —Идентична, — коротко ответил Викед, из-за чего внимание Ветра переключилось с коробки на тёмного эльфа. Спустя секунду он перевёл взгляд на Йуна, который предпочёл смотреть на содержимое своей тарелки, а не в глаза друга, ощущая вес неясного предательства. Свою коробку, наполненную вкусной едой, он получил за охрану Вечной Рапсодии. Не получив от мастера барьеров прямого ответа на невысказанный вопрос, Ветер посмотрел на его жену, которая и не вздумала отводить взгляда, пока её руки закрывали коробку и прятали её в инвентаре. Для большей сохранности.       —Вы все… Я верил вам, а вы всё это время… — тихо сказал Ветер, поражённый предательством своих друзей. — После всех тех мучений, через которые мне пришлось пройти за эти дни без неё… После этих дней… Этих ужинов… Как вы могли скрывать это от меня? Дзин, разве мы не друзья?       Бессердечный Ветер с упрёком и надеждой посмотрел на Дзин. Если он сможет получить её хотя бы в игре… Оставшиеся две недели до возвращения сестры будут не настолько ужасными.       Экзорцист стойко встретила взгляд своего друга, едва не горящий от страстного желания получить порцию божественной еды.       Игроки с соседних столов с интересом наблюдали за разворачивающейся драмой.      

***

      Обратно в комнату своей команды Принц шёл медленно, неторопливо. Борясь с соблазнительным желанием малодушно сбежать обратно в донжон. Когда он прошёл по узкому коридору к нужной ему двери, она именно в это мгновение открылась, выпуская из комнаты Ань Нина и Саншайна. Укротитель выглядел смущённым. Ему явно было неловко от всей этой ситуации. Жизнерадостный маг совсем не страдал от подобных переживаний и лишь широко улыбнулся лендлорду.       —Принц, ты уже вернулся! Спасибо тебе за приглашение. Было очень весело! Давайте встретимся ещё раз!       —Рад, что тебе понравилось, Саншайн. Я не против провести вместе и следующую тренировку. Ань Нин, встретимся в твой следующий выходной день? — спросил Принц, чьё беспокойство немного поугасло от потока искренних эмоций мага.       —Да, конечно, — торопливо и немного нервно согласился укротитель. — Эта тренировка очень помогла мне. Я буду свободен в эту субботу. Мы могли бы снова встретиться во второй половине дня.       —Прекрасно. Я тоже свободен в этот день, — Принц улыбнулся, подтверждая планы на выходной день. Эта лёгкая улыбка не исчезла с его губ, даже когда взгляд эльфа потяжелел. — Могу я попросить вас не распространяться о произошедшем здесь сегодня?       Принц взглядом указал на закрытую дверь комнаты, где в этот момент находился один лишь бард. Не хорошо было использовать даже столь лёгкое запугивание, но эльф не желал рисковать, распространением ненужных ему слухов. Саншайна подобная невысказанная угроза нисколько не задела, он лишь проникся серьёзностью просьбы Принца и, не раздумывая согласился молчать. Ань Нин вслед за магом торопливо пообещал никому ничего не говорить, мысленно содрогаясь от столь внезапной смены поведения лендлорда. В этой мирной атмосфере он совсем позабыл о том, что его называют Кровавым Эльфом отнюдь не за цвет глаз.       —Спасибо, — уже с прежней теплотой поблагодарил Принц. — Если вы собираетесь поужинать здесь, то лучше идите в зал на этом этаже — на первом уже нет свободных столиков.       Маг и укротитель, которые действительно договорились поужинать вместе в Вечном ресторане, поблагодарили за полезный совет и направились к выходу из ВИП зоны. За их спинами тихо, почти неслышно, закрылась дверь комнаты, в которой они провели последние два часа. Услышав это, Ань Нин невольно выдохнул, расслабляясь.       —Ты испугался Ань Нин? Почему? — как ни в чём не бывало спросил Саншайн, ни на мгновение не напрягаясь от давления оказываемого лендлордом. Не смотря на то, что он многое узнал со дня своего освобождения, он казалось, и вовсе не мог понять, чего ему стоило бояться. — Принц ведь очень добрый и заботливый.       Из уст мага эти слова звучали как аксиома, не требующая никаких доказательств. Как незыблемая истина, которую было невозможно оспорить. От подобной уверенности Ань Нин окончательно успокоился и ускорился, равняясь с совершенно спокойным магом. Он не мог оценивать личность Принца лишь после пары личных встреч с ним. Пусть он и выглядел пугающим, но ведь Саншайн совсем не испугался его. Может это оттого, что, будучи его другом, он лучше знает его? Ань Нин коротко покачал головой, отгоняя ненужные мысли. Их ждёт сытный вкусный ужин и отдых!      

***

      Гуи нервно мерит комнату шагами, не обращая внимания на мага и укротителя, лишь коротко и отрывисто прощаясь с ними, но замирает на месте, когда в комнату заходит Принц. Эльф почти вжимается в закрытую дверь, когда демон стремительно подходит к нему. Сердце Гуи щемит от столь сильной реакции возлюбленного. То, как он отстраняется от него, словно желая сбежать… От тревоги и страха мысли Гуи путаются и от этого его речь тоже выходит путанной и сбивчивой, совсем не соответствуя его высокому уровню интеллекта.       —Принц, я не знаю, как они появились… Они не отображаются в системных уведомлениях… И я не могу их снять… Прости… Я найду способ избавиться от них!..       —Гуи… — зовёт Принц, но погружённый в свои тревожные мысли демон не слышит его.       —…Я могу носить плащ с капюшоном… шляпу… шапку… платок… Они выглядят странными и…       —Гуи! — более громко окликает барда эльф и тут же жалеет об этом, когда Гуи вздрагивает всем телом, смотря на него взглядом побитого щенка, тем самым в очередной раз нанося сокрушительный удар по эмоциональному состоянию Принца.       Эти кошачьи уши слишком шли Гуи. С ними и без того красивый бард становился ещё более притягательным. Принц делает короткий глубокий вдох, стараясь хоть немного успокоиться и остудиться. До сближения с этим демоном у него не было подобных проблем с самоконтролем.       —Это иллюзия Сяо Дзин и она не продержится долго. И ты не выглядишь странно… Они милые и… тебе идёт…       Гуи ошеломлённо моргнул, приходя в себя и возвращая себе ясность мышления. Он думал, что Принцу противен и неприятен его внешний вид с этими ушами, но… всё было наоборот? Только теперь демон заметил, как алели кончики острых эльфийских ушей. Принц был настолько смущён? Это открытие не на шутку взволновало Гуи. Хотел бы он сейчас увидеть её лицо. Сколь очаровательной она должна быть в своём смущение…       В фиолетовых глазах тревогу сменяют совершенно иные чувства, прекрасно знакомые Принцу. Этот демон слишком любит дразнить его. И он совершенно не может сопротивляться этому, с трудом признавая самому себе, что ему это нравится. Нравится, как блестят живым интересом его глаза. Нравится, как его губы изгибаются в немного проказливой улыбке. Нравится, как меняется его голос, обретая глубокие соблазнительные нотки… Он был слишком влюблён в этого демона.       Эльф отводит взгляд, смотря на пустой обеденный стол. В этот вечер донжон был занят Ю Лиан и братцем Волком, празднующих очередную памятную дату своих отношений, и потому остальные члены команды собирались поужинать в Вечном ресторане.       Тонкие длинные пальцы прикасаются к щеке Принца, оглаживают скулу, даря невесомую ласку, и скользят вниз, где проходят по линии челюсти к подбородку, чуть давя на него снизу, тем самым заставляя эльфа поднять лицо и вновь посмотреть в фиолетовые глаза демона.       —Принц…       На внезапно открывшуюся за его спиной дверь, Принц успевает среагировать лишь благодаря многолетним тренировкам. Он приобнимает барда за талию, притягивая его к себе, и уводит их с траектории удара. Пользуясь моментом, эльф сдёргивает со спины Гуи талисман, отчего он тут же исчезает в маленьком облачке светлого дыма, вместе с ним исчезают и чёрные кошачьи уши. Как бы ему не нравился подобный облик демона, Принц не позволит другим видеть его таким. У него нет ни единого желания делиться своим мужем.       Вошедшая в комнату Лолидрагон смерила обнимающуюся парочку возмущённым взглядом.       —Вас двоих вообще одних оставлять нельзя?!

***

      Вечерние улицы Вечного города были заполнены игроками, направляющимися к своим домам и гостиницам, после ужина в ресторанах и барах. Ему тоже следовало заканчивать затянувшееся вечернее чаепитие и вернуться домой.       Дом… Было так странно, что он столь легко привык к тому, что у него есть место, которое он может так называть. Может причина в том, что он живёт не один? Он слишком привык снова и снова возвращаться к нему. Даже сейчас, когда они не были ограничены чужой волей. Это было… правильно. Естественно. Дом, который они выбрали сами. Место, в которое хотелось вернуться.       Быстрая речь и всплеск смеха вырываются из общей какофонии звуков, привлекая его внимание. Наполовину опустевшая чашка со звонким стуком опускается на блюдце, когда он находит в толпе нужного человека. Он хмуриться, смотря на то, как два человека выйдя из ресторана, вливаются в толпу, направляясь в одном лишь им известное направление.       За пару секунд, пока эти двое не исчезают из поля его зрения, он успевает увидеть, как Саншайн ярко улыбается и активно жестикулирует, рассказывая что-то своему собеседнику, который сосредоточенно слушает его, с ответной улыбкой на лице. Кеншин впервые видит этого человека и от этого он невольно начинает беспокоиться. Маг порой был слишком наивен и легковерен, и потому самурай привык присматривать за ним.       В отличие от Саншайна, запертого в пределах одной комнаты, Кеншин имел больший опыт общения с игроками. Он знал, как часто среди них встречаются неприятные личности, не отягощённые совестью и честью. Ему не раз приходилось становиться свидетелем их низменных поступков. Игроки, желая спасти свои жизни, безжалостно бросали своих товарищей под его меч, чем покупали себе лишь пару секунд, которые совсем не помогали им. За пределами пещер он видел не меньше мерзких поступков. И пусть, в основном, все знакомые ему игроки не относились к подобному типу личностей, но это не значило, что в Вечном городе не было мерзавцев.       Полярный Лис молча наблюдал за тем, как Кеншин теряет былое спокойствие, хмуро осматривая толпу игроков на улице. Его тело было напряжено, как перед схваткой, словно он был готов в любое мгновение спрыгнуть с маленького балкона и ворваться в эту толпу, обнажив меч для атаки. Спустя тридцать секунд он успокоился, но не вернулся к прежнему умиротворению, явно терзаясь не самыми приятными мыслями.       Подобные изменения в поведение Кеншина не могли не обеспокоить Лиса. Он не желал терять человека, с которым было приятно делить тишину. Особенно сейчас. Было достаточно того, что уже четыре дня он был лишён возможности развлечь себя хорошим боем. Все сильные игроки, с которыми было интересно скрестить мечи, отказывались от спарринга с ним. В том числе и Кеншин, который, в отличие от остальных воинов, не стал скрывать причину своего отказа.       Небольшая, но такая неприятная месть со стороны Фенг Лан была неожиданной. Лис был удивлён тем, как сильно изменилась внучка мастера за прошедшие десять лет. Теперь на её лице было не безразличие или фальшивые маски, а настоящие эмоции. Искренние и яркие. И не только негативные. Она словно ожила и стала более человечной.       Лис не мог не заинтересоваться. Особенно после их единственного короткого спарринга. То, насколько сильно выросло её мастерство, вызвало у него восторг и желание поскорее вновь устроить с ней полноценный поединок, но после её возвращения в Вечный город его ждал лишь отказ.       Что ему нужно сделать, чтобы она согласилась на спарринг?      

***

      В университете Лан не спешила идти в аудиторию, предпочтя провести свободное время в одном из безлюдных уголков корпуса. Не то чтобы она избегала встречи с Гуи в реальности, но предпочла бы, чтобы они не встречались наедине. Ей совершенно не хотелось с самого утра проверять крепкость своего самоконтроля. Когда она вошла в аудиторию, там уже находилось десяток студентов, среди которых были и её друзья с братом, который при виде неё прервал на полуслове разговор с группой парней и с решительным видом направился к ней.       —Сестра, так больше не может продолжаться, — твёрдо заявил Ян Мин, мгновенно приковав к себе внимание всей аудитории, включая и саму Лан. Она заинтересованно приподняла брови, ожидая продолжения пылкой речи. — В то время когда мне каждый день приходится проходить через ужасные мучения, ты скрываешь от меня навык готовки и кормишь кого угодно кроме меня!       —О, спасибо, что напомнил, — совершенно спокойным голосом сказала Лан, вытаскивая из сумки небольшой бумажный пакетик.       Почуяв аромат сладкой выпечки, Ян Мин приободрился и потянулся вперёд, собираясь с благодарностями принять еду, но вопреки его ожиданиям, его сестра протянула пакет не ему, а стоящей рядом Дзин, которая тут же забрала его и, здраво оценив выражение лица Ян Мина, сделала пару широких шагов в сторону, отдаляясь от него.       Открыв пакет, Дзин радостно воскликнула:       —Тайяки! Я так давно их не ела. Ах, ещё тёплые…       Поражённый столь жестоким поступком своей сестры и вероломным предательством подруги, Ян Мин смотрел на то, как счастливая Дзин откусывает голову маленькой золотисто-коричневой рыбки. Теперь можно было увидеть начинку обезглавленного печенья — внутри него темнел шоколад.       Девушка глухо застонала, зажмурив глаза от наслаждения. Проглотив первый кусок, она тут же заполнила свой рот новой порцией печенья, но на этот раз на её лице отразился не чистый восторг, а замешательство, сменяющееся ужасом.       Лан ласково улыбнулась, не испытывая ни капли сострадания, видя муку в глазах своей подруги, которая не смела даже думать о том, чтобы выплюнуть печенье.       Изменившееся поведение подруги не осталось незамеченным и Ян Мином. Одарив свою сестру подозрительным взглядом, он осторожно спросил, не желая случайно переманить на себя огонь атаки.       —Лан, а какая в нём начинка?       —Тёмный шоколад, копчёная икра кефали и розовый перец, — перечислила Лан, не сводя взгляда с бледного лица Дзин, с мучительным видом доедающей хвостик тайяки. Удовлетворённо кивнув, Лан передала в опустевшую правую руку подруги открытую бутылку с зелёным чаем, которую та тут же схватила, желая поскорее смыть изо рта странное сочетание вкусов.       Ян Мин с сочувствием посмотрел на Дзин. Блюда с необычным сочетанием продуктов, столь любимых Лан, её близкие с содроганием называли карательной кулинарией и, не смотря на любовь к её готовке, отказывались от этих творений сумрачного кулинарного гения.       —Там в пакете есть ещё одно печенье, — с приторно сладкой улыбкой приметила Лан, от чего Дзин едва не поперхнулась новым глотком чая. Её полный ужаса взгляд метался между Лан и бумажным пакетом, который она всё ещё сжимала в своей руке. — Ты можешь угостить им кого-нибудь.       Услышав столь щедрое предложение, Ян Мин сделал широкий шаг назад, отстраняясь от Дзин. Не смотря на её максимально жалостливо-просительный взгляд, он не собирался принимать этот удар на себя. Раз уж она чем-то расстроила Лан, то должна самостоятельно пройти через это наказание.       В то же время Йун с решительным выражением лица шагнул вперёд, протягивая руку.       —Я съем его!       —Йун, — Дзин была до слёз растрогана храбрым поступком своего парня, но она ни на мгновение не задумалась о том, чтобы остановить его и лишь поспешила вручить ему бумажный пакет.       С видом, словно он бросается в смертельный бой, Йун вытащил из пакета тайяки. Он был столь обманчиво прекрасен. Ровный золотисто-коричневый румянец. Сладкий аромат мягкого теста. Идеально ровная форма без единого изъяна. Что за таинственный ужас скрывается под этой восхитительной оболочкой?       Более не мешкая, Йун сделал первый укус, обезглавливая рыбу. Первый кусок был восхитителен. В этом тайяки в качестве начинки использовалась более традиционная паста анко. Наслаждаясь её мягкой нежной текстурой, Йун взглянул на обезглавленное печенье — он всё ещё не видел ничего кроме пасты. Йун знал, что следующий кусок печенья уже не будет столь же приятен на вкус, но всё же он не собирался останавливаться на полпути.       —Лан, что в нём? — спросила оклемавшаяся Дзин, с беспокойством смотря на своего парня, сделавшего второй укус опасного тайяки.       —Паста анко, — легко ответила Лан и направилась к своему привычному месту в этой аудитории. Её небольшая месть уже почти была завершена. Оставался лишь финальный штрих.       —Паста анко и?.. — спросил Ян Мин, идя следом за своей сестрой, желая узнать секретный ингредиент.       —Только паста анко, — едва ли не пропела довольная Лан, наблюдая за тем, как вытягивается лицо её брата, осознавшего свою оплошность.       У входа в аудиторию Йун медленно отступал от своей девушки, держа в руке половину тайяки. Он, конечно, очень сильно любил её, но ему не так часто доставалась божественная еда Лан, а не что-то из её карательной кулинарии.       —Йун…       Тихий голос Дзин прозвучал как сигнальный выстрел и Йун ускорился, на ходу откусывая новый кусок печенья. Это было настоящим кощунством есть его второпях, но у него не было выбора.       —Йун! Стой!       Их салки длились не долго — до начала лекции оставалось меньше пяти минут и студенты начали стремительно заполнять аудиторию. Вместе с ними вошёл и профессор Мин, одаривая всех студентов яркой счастливой улыбкой.       Поймав его взгляд, Лан гасит в себе желание опустить голову на парту и спрятать своё лицо. Как ей перестать видеть кошачьи уши на голове профессора Мина?       Не было ли наказание Дзин слишком мягким?