Paradise

Равнодушно глядя на довольно скромное, неприметное надгробие, перед которым она сидела, Хината находилась в раздумьях. По крайней мере, так можно сказать, бросив на нее взгляд прямо сейчас. Впрочем, сама она не охарактеризовала бы то, что происходило внутри ее головы в данный момент, как таковое. Ибо это был совершенно бессвязный, хаотичный коктейль из разных мыслей, которые, по правде говоря, разрывали ее на части  Во-первых, смерть ее двоюродного брата, чьи останки были похоронены прямо под ней. Она еще не оправилась от этого, совсем нет. Нет смысла говорить, что она винила себя в его смерти — это было очевидно. В конце концов, он погиб, защищая ее. Он прикрыл ее от смертельного удара Десятихвостого там, на поле боя, четыре года назад. И она не была уверена, правильное ли он тогда принял решение. У них с ней всегда были сложные отношения. Хотя она, конечно же, никогда не ненавидела его и даже не просто не любила. Пропасть, разделяющая их из-за их семейной истории и всего, что из этого вытекает, так и не была по-настоящему преодолена. Возможно, это беспокоило ее больше всего до сих пор, из всего остального, что касалось Неджи. У них никогда не было подходящего момента стать ближе. Конечно, их отношения резко улучшились между моментом их ссоры во время первого экзамена на чуунина и вплоть до его смерти. Тем не менее, они так и не рассказали обо всех своих непростых чувствах. Да, они глубоко любили друг друга. У Хинаты не было и тени сомнения в своих чувствах, и его любовь была доказана его последней жертвой. Тем не менее, для нее их отношения всегда казались довольно хрупкими до самого конца. Все клановые проблемы, отравляющие их обоих, большей частью тщательно избегались, когда бы они ни разговаривали друг с другом. Оглядываясь назад, она считала, что они оба просто боялись непреднамеренно усугубить ситуацию, заговорив об этом, поэтому они просто дорожили миром и взаимным восхищением, пока могли. Хината осторожно сняла с надгробного камня чуть увядший белый цветок, медленно покрутила его в пальцах и нахмурилась. Потом была Ханаби. Ее младшая сестра, которую она все еще так любила, и еще одна душераздирающая потеря. Конечно, она все еще продолжала цепляться за иллюзию, что девушка жива где-то там. Возможно, Хината просто упорно отказывалась принять то, что, скорее всего, было правдой. Но как бы там ни было на самом деле, она все равно ужасно скучала по сестре. И с каждым днем становилось только хуже, потому что ее надежда медленно, но неизбежно угасала. И не было абсолютно ничего, что молодая женщина могла с этим поделать, что заставляло ее чувствовать себя еще более беспомощной, чем когда-либо. Она вздохнула, закрыла глаза и положила умирающий цветок на землю. Другое дело, а точнее целая куча вещей, был весь ее клан. Конечно, Хината понимала, что у нее нет другого выбора, кроме как подчиниться воле отца и стать лидером, которого все хотели видеть в ней. Но у самой Хинаты не было иллюзий по этому поводу — она просто знала, что не готова. Она была обучена — в конце концов, она прошла через множество тренировок и уроков — но еще не совсем готова. И она знала, что никакое руководство никогда не сможет изменить это.  Она должна была стать марионеткой. На самом деле, хуже, чем просто марионетка — ведь куклы никому не причинят вреда, а она знала, что в будущем ей придется причинить много боли. И не только боль — реально, смерть и разрушение. И ее первой жертвой будет она сама — ее собственная жизнь. Она собиралась отказаться от всех своих мечтаний, надежд, желаний и даже самой своей природы ради своей семьи. Хината знала, что другого выхода действительно не было. Девушка поняла, что она единственная, кто может это сделать, поэтому она намеревалась идти до конца. Она уже смирилась со своей предстоящей ролью политического деятеля, бессердечной главы довольно запутанного клана и жены в кровосмесительном браке без любви. И как бы уродливо все это ни звучало, возможно, хуже всего было то, что ничто из этого больше не казалось ей особенно ужасным. Просто, может быть, немного хуже, чем все остальное, что происходило в последнее время. Куноичи не была дурой, и при этом она не была наивной. Она могла ясно видеть, что их деревня, их страна и весь мир находились в упадке, быстро приближаясь к темному веку раздора. Единственным ее спасением была твердая уверенность, что, согласившись пожертвовать собой таким образом, она сможет исполнить свой долг и таким образом получить какое-то удовлетворение. В конце концов, ее жизнь больше не принадлежала ей. Она была в долгу перед Неджи, который, Хината не сомневалась, поступил бы так же на ее месте. И Ханаби тоже. Как и любой другой Хьюга. Она обняла себя, чувствуя себя немного зябко, когда порывистый ветер трепал ее волосы. Справедливо это или нет, но такова была жизнь, ни больше, ни меньше. И вот, наконец, оставался он. Предмет ее недавних кошмаров. Наруто Узумаки, мальчик, которого она когда-то любила; человек, чья поддержка, теплота, восхищение и неиссякаемый оптимизм безмерно помогали ей идти своим путем до сих пор… Она закусила губу, сдерживая слезы. Сегодня все должно было закончиться. Ей нужно было убедиться, что он всегда будет ее ненавидеть. Презирать ее. Оставить ее. И это правильно, потому что она никогда бы себя не простила, будь она на его месте. Но какой у нее был выбор? Хината знала, что он просто продолжит бороться с ее кланом, чтобы заставить отца «освободить» ее от предстоящего брака. Вот кем был Наруто, вот что он делал для своих дорогих людей. Она также знала, что это просто невозможно. На самом деле, даже если она и Наруто любили друг друга таким образом — в чем она не была уверена. На первый взгляд, брак между будущим Хокаге и будущим матриархом Хьюга может показаться хорошей идеей, поскольку он может усилить союз между кланом и деревней. На самом деле это только дестабилизировало бы ее клан изнутри, создав еще более сильный конфликт между традиционалистами и теми, кто втайне желал перемен. И в этот момент любые беспорядки в клане Хьюга охватят всю Коноху, а значит, и всю их страну. Это было просто слишком большим риском для них всех. Она обхватила колени, подавляя дрожь. Все в порядке, подумала она. Но нет, на самом деле это было не так. Ничто из этого не вызывало положительных эмоций. Ничего из этого не было в порядке. За кроткой маской принятия и стоицизма, куноичи была на грани срыва. Жгучее желание просто сбежать, навсегда покинуть деревню и род, вырваться из этой проклятой жизни было сейчас сильнее, чем когда-либо. Но, конечно, она бы не сделала ничего подобного. Это было бы слишком эгоистично для кого-то вроде Хинаты Хьюги. Она это знала. Ее отец знал это. Все это знали, поэтому им не о чем было беспокоиться. Она медленно прижалась лицом к коленям, начиная рыдать, когда дрожь ее тела стала невыносимой. Ничто из этого не было справедливым. Не только ее собственная жизнь — абсолютно все. Неужели они так упорно сражались, чтобы оказаться в этом аду? За что погибли все люди во время Великой войны? Из-за этого бесконечного состояния безнадежности и нищеты? Был ли хоть какой-то шанс, что в будущем все изменится…? — Эй… почему ты плачешь? Хината вздрогнула, повернувшись в сторону голоса, который застал ее врасплох. Там был ребенок — мальчик не старше десяти лет, уставившись на нее с замешательством, а также со смесью легкого презрения и сострадания одновременно. — Я… кто ты? — пролепетала она, нахмурившись. Конечно, она не помнит каждое лицо в деревне — было бы нелепо предполагать, что она может, несмотря на Бьякуган. Тем не менее, каким-то образом мальчик вызывал у нее отчетливое ощущение, что он не местный. От того, как он был одет — бежевая рубашка с причудливым языческим узором, который больше напоминал ей одежду, распространенную в Стране Железа, — до его изношенного красного шарфа, явно слишком длинного для человека его возраста. — Ты меня не узнаешь? — Его бровь слегка изогнулась — Хината ясно увидела искреннее удивление в его темно-серых глазах. Конечно, нет, и чем больше куноичи смотрела на него, тем яснее она понимала, что никогда раньше не видела этого ребенка. — Н-нет, — тихо сказала она, быстро вытирая слезы рукавом кимоно. — Так и знал, — сказал он несколько саркастическим тоном, подходя на шаг ближе. — Ты тоже не похожа на себя. — Э… прости, что? — Она нахмурилась, не зная, что и думать. Вся эта ситуация казалась ей невероятно странной, но в то же время скорее сюрреалистичной, чем неловкой. — Ну, я просто не думал, что ты такая плакса. — Он потер свою голову, взъерошив короткие темные волосы. — Думал, ты будешь задирой, — разочарованно протянул он. Это заставило ее рассмеяться над тем, как глупо это прозвучало. —  Я? Задира? Мне очень жаль, но я думаю, что ты принял меня за кого-то другого. — Сомневаюсь! Тебя зовут Хината, не так ли? Девушка снова нахмурилась, несколько секунд испытующе глядя ему в глаза. — Да. Но я не уверена, что знаю, кто ты. — Похоже на то. Но я знаю, кто ты, так что, наверное, я одержал верх? — Он ухмыльнулся, присаживаясь рядом с ней. — Так почему ты плакала? — Гм… — она отвернулась и снова посмотрела на надгробие. — Да просто так. — Ты ребенок? — Что…? — Она снова взглянула на мальчика — теперь он смотрел на нее очень серьезно. — Только дети плачут просто так. Она улыбнулась, качая головой. Честность и прямолинейность этого ребенка были забавны и почти очаровательны. — Думаю, ты прав. Взрослые так говорят, когда не хотят объяснять причину. — Да, взрослые много врут. Так почему ты плакала? — повторил он настойчиво, уже с раздражением глядя на нее. Хината не отвечала несколько секунд, размышляя. Как ни странно, несмотря на то, насколько необычной была вся ситуация, она не чувствовала себя неловко в его присутствии. Ей тоже не хотелось лгать ему. — Это слишком сложно объяснить… многие вещи происходят не так, как мне хотелось бы». — Взрослые вещи? — пробормотал он понимающе. Она улыбнулась. — Что-то типа того. Мальчик вздохнул, глядя в ясное полуденное небо. — Я не думаю, что плач что-то решает, — рассуждал он, глядя на облака с мечтательным лицом. Хината кивнула, тоже поднимая взгляд. — Ты прав. Не решает. — Зато борьба решает. Она моргнула несколько раз, но он больше ничего не говорил. — Иногда да… — согласилась она, — но иногда просто не с кем бороться. Скорее, как будто весь мир против тебя, и ты ничего не можешь с этим поделать, — тихо сказала она, подводя итог своим предыдущим депрессивным раздумьям. — Что значит не с кем? — Мальчик протянул, взглянув на Хьюгу, как будто она только что сказала что-то очень глупое. — Ты только что сама это сказала. — Хм? — она снова моргнула. — Мир против тебя. Следовательно, весь мир — твой враг. Ей захотелось рассмеяться, но она не могла. Несмотря на то, как по-детски наивно и резко он звучал, что-то в его детском тоне заставляло Хинату чувствовать себя… неловко. Может быть, потому, что в этом, казалось бы, абсурдном утверждении была доля правды? Если подумать, был ли у кого-то способ восстать против всего мира? Против самой жизни? Да, возможно. Люди мифов и легенд, такие как Мадара Учиха, или даже ее собственные сверстники, такие как Наруто и его старый друг Саске, могли сделать это. Может быть. В конце концов, это были действительно неординарные личности. Но она не была одной из них. — Ну… я не думаю, что смогу сражаться с таким врагом, — ответила она, грустно улыбнувшись мальчику. — Тебе не нужно думать, тебе нужно сражаться. Единственный способ победить — сражаться. Улыбка Хинаты исчезла. Мальчик уже не смотрел на нее, все еще глядя в небо, не моргая, широко открытыми глазами. Выражение его лица в этот момент было необычайно энергичным и решительным, до такой степени, что ей стало немного страшно. Это не было нормальным выражением для ребенка. Нисколько. — Никогда не сдавайся… — задумчиво пробормотала она, осторожно улыбаясь ему. — Это твой путь ниндзя? — Я не ниндзя, — рявкнул он, закатив глаза. — Я просто знаю, что ты не сможешь получить то, что хочешь, если не будешь за это бороться. Никогда не сдаваться — глупая идея, а что, если ты просто ошибаешься? Хината некоторое время ничего не говорила, глядя на этого странного ребенка, который, казалось, не обращал на нее никакого внимания в данный момент. Он был прав. Как бы неловко это ни было признавать, он был прав. — Ты удивительно мудр для своего возраста. Как тебя зовут? — спросила она через некоторое время, улыбаясь ему. Он скептически взглянул на нее. — Я уверен, что у тебя есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться. Имя — это просто имя. Допустим, это Асахи, или Момочи, или Боруто, или что-то еще глупое, какая разница? — Н-Ну… — Ты как всегда думаешь не о том! — сердито прервал он ее. — Перестань беспокоиться о ненужных вещах. Выясни, что ты можешь сделать. А затем просто продолжай двигаться вперед, пока это не будет сделано. Вот и все. В его словах было столько силы, решимости и страсти, что Хината была потрясена, не зная, что сказать. И в то же время его энергия была весьма заразительна, потому что впервые за месяцы или даже годы она почувствовала себя лучше. Может быть, она действительно могла что-то придумать. Возможно, она сможет найти путь к лучшему будущему. Несмотря на все трудности и вопреки всему. Но могла ли она? — Почему ты еще здесь? — пробормотал мальчишка, хмуро глядя на нее. — Вставай уже. Мы закончили. Хината медленно кивнула, наконец, поднявшись с земли. — Я увижу тебя снова? — спросила она с недоумением, сама не зная, почему. Он бросил на нее задумчивый, почти оценивающий взгляд, прежде чем ответить. — Возможно. Если ты будешь делать то, что должна, вместо того, чтобы быть пустой куклой, какой Хиаши хочет, чтобы ты была. — Хм? — Она моргнула в замешательстве, но затем ее зрение потемнело. Мальчик исчез, и все вокруг тоже. Внезапно Хината поняла, что сидит на старой пыльной кровати, совершенно одна в тихой комнате. Она все еще находилась в заброшенной гостинице, которую использовала как временное убежище. Она взглянула в окно — видимо, она проспала весь день, так как на улице было уже темно. Это был всего лишь сон…? …Нет, это был не просто сон. Что бы это ни было, в этом был смысл. Потому что теперь она чувствовала себя более целеустремленной, чем когда-либо раньше. Хотя она все еще не знала, что именно делать, Хината все же собиралась что-то попробовать. Попытаться построить будущее, которое не было бы таким мрачным. Бороться с этим жестоким миром всеми силами. Для всех… и для себя в том числе. И она знала, что нужно сделать сегодня. Как бы страшно и больно это ни было, в ее сердце больше не было никаких сомнений. Остался только страх, но она знала, что преодолеет его. Она всегда так делала.

***

Спустя два часа… Двое шиноби стояли прямо возле бара, одна из них уже держала в руках стакан. — Ты хорошо выглядишь. На самом деле, даже лучше, чем в оригинале, — поддразнила Ино, потягивая свой напиток — смесь чего-то крепкого и апельсинового сока. Человек, стоящий рядом с ней, ничего не пил, предпочитая пока оставаться трезвым. Блондинка рассмеялась, когда ее компания проигнорировала ее. Мужчина совсем не выглядел веселым, его пустые белые глаза смотрели куда-то вглубь улицы. — Как мило, ты дуешься! — Ино продолжала дразнить его, но потом решила прекратить, не видя никакой реакции. Несмотря на то, что он хранил молчание, ей начало казаться, что она сидит на стопке взрывных печатей, которые вот-вот взорвутся. — Ладно, давай просто быстро пробежимся по тому, о чем мы говорили в квартире. Наша цель скоро прибудет, он будет не один. Сакура будет сопровождать его, так что ты точно будешь знать, когда… действовать. Когда они зайдут в бар, наш маленький театральный спектакль должен быть в самом разгаре. Как только мы закончим с этим делом, мы можем поговорить о твоем… деле. И снова мужчина ничего не сказал, заставив Ино разочарованно вздохнуть. Примерно через минуту он внезапно развернулся и вошел в бар, оставив женщину снаружи одну. Она уставилась на свой напиток с любопытным и довольным выражением лица — Наконец-то что-то интересное в этом занюханном месте, — прошептала она сама себе и через некоторое время последовала за мужчиной внутрь бара. В то же время у одних из входных ворот в Коноху светловолосый ниндзя в сопровождении розововолосой куноичи нетерпеливо ждали, когда к ним поспешно приблизился один из охранников аванпоста. — Благодарю за терпение, пожалуйста, проходите. — Охранник передал Сакуре несколько бумаг, извиняясь и кланяясь перед ними. — Не беспокойся, Джику, — ответила она, приглашая напарника подойти. Они вдвоем вошли в деревню, а через несколько секунд ворота позади них закрылись, а с другой стороны замерло несколько возмущенных голосов. Неудивительно, что Сакуре и ее спутнику удалось пройти все очереди без задержек, так как они были освобождены от всех карантинных процедур в силу своего высокого положения в Конохе. Более того,  было общеизвестно, что они оба обладали исключительными способностями к самоисцелению, поэтому считалось, что никакая инфекция не может на самом деле повлиять на них, независимо от того, было это правдой или нет. Парень внезапно остановился, глядя на Скалу Хокаге с оттенком беспокойства в своих голубых глазах. — Что случилось? Давай, пошли. Мне нужно выпить… и в идеале сделать массаж, — сказала розововолосая куноичи усталым, чуть плаксивым голосом. Наруто, однако, не ответил, вместо этого молча активировав Режим Мудреца. Это на некоторое время насторожило Сакуру, но она быстро вспомнила, что это было частью его маленького ритуала, когда он возвращался в деревню после длительного отсутствия. Прошло несколько секунд, прежде чем он выдохнул, и его теперь уже оранжевые глаза вернулись к своему обычному цвету. Он нахмурился, подходя к Сакуре, засунув руки в карманы. — Пошли, — пробормотал он и продолжил движение. Девушка казалась немного смущенной, но быстро догнала его. — Все в порядке? — Она наконец поняла, что он мог что-то почувствовать, учитывая план, который она, Ино и Хината собирались осуществить. Однако оказалось, что Наруто в конце концов не заметил ничего необычного. Он хмыкнул, задумчиво почесав подбородок. — Да… просто почувствовал немного… ностальгию по какой-то причине. Хотя я… ну, неважно. — Светловолосый шиноби глубоко задумался, что для него было несколько необычным. Как правило, он был весел и счастлив, когда возвращался домой после миссии. Сакура не знала, что, когда он активировал свой Режим Мудреца минуту назад, его сердце чуть не екнуло, когда ему показалось, что он почувствовал рядом знакомый отпечаток чакры. Однако чувство исчезло так же быстро, как и появилось, и углубляясь в это ощущение, он так ничего и не смог подтвердить. Всего лишь несколько оставшихся следов чакры, вероятно, из руин комплекса Учиха, подумал он, пытаясь рационализировать то, что он только что почувствовал. Сакура напряглась, бросив на него обеспокоенный взгляд. — Понятно, ну… Забудь об этом, ладно? У нас был напряженный график в последние несколько дней, беготня по поручениям Шестого и все такое. Оставим это позади нас. —. Она ободряюще улыбнулась ему, нежно гладя его руку. — Этим вечером мы отдохнем и повеселимся, хорошо? Помни, сегодня у всех большой день! Парень, казалось, немного расслабился, рассеянно взяв ее руку в свою. Он кивнул с подобием улыбки на лице. — Ага. В конце концов, я проголодался! Огромная порция рамена ждет меня. — К облегчению Сакуры, он снова улыбался так же, как раньше. Или так она хотела думать. Она предпочитала не замечать, что улыбка была не совсем искренней, что, по правде говоря, в последнее время становилось все более распространенным явлением. Но даже так Наруто был счастлив. Ведь это был его дом. И Сакура тоже была права, сегодня действительно важный день — годовщина их победы. Неважно, что он на самом деле сейчас чувствовал, они вот-вот предстанут перед публикой. Он не мог позволить себе выглядеть подавленным или обеспокоенным, особенно когда его люди так отчаянно нуждались в прямо противоположном. — Давай поторопимся! — сказал он, быстро запрыгнув на крышу одного из зданий и побежав к бару, куда они направлялись. Сакура тут же последовала за ним, улыбаясь ему в спину. В то же время, Ино сидела за столиком у входа. Рядом с ней также находилось небольшое окно, выходившее на улицу. Атмосфера внутри была… теплой. Не шумной и хаотичной, как можно было бы ожидать от такого места, а скорее расслабляющей и гостеприимной, словно убежище для ветеранов Конохи, которые прибывали каждую минуту. Со временем приходило все больше и больше людей, и Яманака узнавала каждое лицо. Некоторые из них были ее бывшими одноклассниками, другие — ее нынешними коллегами. Конечно, она лично знала там не всех, но из-за рода своей деятельности — нельзя было сказать, что было одно незнакомое для нее лицо. Несмотря на то, что прежде всего она хотела расслабиться, она все еще подсознательно настороженно относилась к потенциальным угрозам. — Эй, ты почему так далеко от всех уселась? Давай присоединяйся к нам за большим столом. Сегодня для ветеранов трапеза бесплатная! — Тентен запрыгнула на стул перед Ино, сложила руки под подбородком и игриво посмотрела на подругу. — Кстати, сколько ты уже выпила? — она кивнула на стакан Ино, выглядя немного обеспокоенной.  Блондинка ухмыльнулась, глядя в окно. — Недостаточно. — Она допила свой напиток и жестом попросила бармена принести ей еще один. — Я скоро присоединюсь к вам, просто жду Сакуру здесь. — Понятно, — нерешительно ответила Тентен. Она перевела взгляд на молодого мужчину Хьюга, который ухаживал за Хинатой за столиком возле стойки бара. — Ты пришла с этим парнем, не так ли? Кто он такой? Я никогда его раньше не видела. — Э… он? — Ино взглянула на спутника Хинаты, ухмыляясь. — Какой-то сверхсекретный телохранитель из основной линии клана Хьюга. Ты не должна была его видеть раньше… такие парни, как он, всегда прячутся в тени! — ответила она претенциозно серьезным голосом. Куноичи явно переигрывала, однако так она обычно разговаривала со своими друзьями. Они редко могли понять, сколько правды было в ее словах, а сколько было… не совсем точной информации. Каким бы невыносимым ни было такое отношение, они относились к этому с пониманием, поскольку знали, что это просто характер ее работы. Вероятно, поэтому единственным человеком, который мог терпеть ее присутствие в течение длительных периодов времени, был Шикамару — он был достаточно проницательным, чтобы видеть сквозь большинство ее обманов и словесных игр. Хотя его почему-то еще нигде не было заметно. — …Но, в связи с некоторыми недавними событиями в клане Хьюга, теперь ему разрешено появляться на публике. И, как ты видишь… — она указала своим стаканом на то, как Хината, казалось, была более чем готова насладиться его присутствием, уже сидя на коленях у мужчины, к большому шоку Тентен. — Быть личным сверхсекретным телохранителем преемницы имеет свои преимущества, не так ли? Глаза Тентен расширились, когда она уставилась на пару, изо всех сил пытаясь поверить в то, что видит. Излишне говорить, что такое поведение было просто неподобающе Хинаты, которая всегда была известна как очень скромная и застенчивая девушка. Если уж на то пошло, Тентен и другие девушки часто шутили о том, как их подруга может на самом деле упасть в обморок, как только какой-нибудь парень поцелует ее. Так что теперь, увидев это… — Я думала, ей нравится Наруто…? — растерянно пробормотала она, не в силах отвести взгляд от странного зрелища. — Да… с ума сойти, не так ли? — протянула Ино, снисходительно улыбаясь и тоже наблюдая за парочкой. — Отличный пример того, как мало мы действительно знаем о других людях. — добавила она и ухмыльнулась. Тентен не понравилось ни то, как она говорила, ни хитрая ухмылка на ее лице. Учитывая положение Яманаки в Конохе и то, как много она на самом деле знала о каждом жителе деревни по сравнению с остальными, это, безусловно, звучало довольно двусмысленно. — Верно… ну, ты знаешь, где нас найти. — С этими словами мастер оружия оставила Ино одну, присоединившись к Ли и остальным за большим столом. Она явно звучала разочарованно и растерянно, но сейчас это совсем не беспокоило Ино. Потому что, когда ее подруга ушла, глава клана Яманака наконец заметила долгожданную пару, так как они неторопливо подходили к бару с противоположной стороны улицы. — Наконец-то, черт возьми… — Куноичи уже теряла терпение. Она подняла левую руку и пару раз щелкнула пальцами, чтобы привлечь внимание Саске, что он, конечно, и заметил. Настал его черед. Пока все наслаждались этим редким вечером утешения и спокойствия, в бар вошли два бывших члена Команды Семь, а Сакура шла впереди. Тем временем глаза Тентен расширились еще больше, чем раньше, когда она увидела, как Хината внезапно обхватила руками шею таинственного Хьюги. Она не могла видеть выражение лица девушки, когда та смотрела на своего новообретенного компаньона, но одного этого действия было достаточно, чтобы шокировать куноичи, если не сказать больше. Настолько сильно, что она даже не заметила, как прежнее нейтральное стоическое лицо Хьюги-мужчины чуть-чуть изменилось. На самом деле выражение его лица сейчас не отражало предполагаемого настроения ситуации, в которой он оказался. Он ни в малейшей степени не выглядел увлеченным или взволнованным действиями Хинаты. Более того, мужчина, казалось, почти испугался, когда взглянул на вход в бар, очевидно, узнав кого-то там. Хината осторожно коснулась его щеки, возвращая его внимание на себя. Она слегка погладила его, ее губы медленно приблизились к краю его челюсти, когда ее объятия сжались. Однако Тентен заметила, что тело ее подруги начало немного трястись, когда она делала это, что не совсем соответствовало ее, казалось бы, напористому поведению. Что-то было не так, теперь Тентен было ясно. Когда Сакура и Наруто вошли в помещение, розововолосая куноичи сразу же обратила внимание на Ино, которая сидела за ближайшим к входу столиком, благодаря чему ее было легко заметить. — Эй! Я знала, что ты будешь здесь, — сказала медик и тепло улыбнулась, подойдя ближе, чтобы обнять подругу. — Давно не виделись, Ино-свинина. — Не так уж и давно, лобастая! Прошел всего месяц, ты могла бы и дольше отсутствовать, честное слово. — Ха, черта с два! Пока они обменивались приветствиями, Наруто ждал, улыбаясь, глядя на их воссоединение. Затем он посмотрел через бар, чтобы посмотреть, кто решил прийти, и в конце концов его взгляд остановился, голубые глаза расширились в выражении полного шока и недоверия. — Что за… — пробормотал он, задумчиво шагнув вперед. Две девушки рядом с ним теперь молча переводили взгляды то на Наруто, то на двух Хьюга. Улыбка светловолосого шиноби исчезла. Теперь он выглядел так, как будто хотел что-то сказать, стоя с полуоткрытым ртом, но никак не мог произнести ничего. Не будет преувеличением сказать, что его лицо в тот момент выражало глубокий шок, поскольку он медленно и неохотно обдумывал то, что видел. Он сглотнул, сжав кулаки и сузив глаза, когда к нему пришло осознание. Мало того, что его планы на будущее только что были разрушены, это также заставляло его выглядеть уязвимым перед кучей людей, включая его самых близких друзей. Он действительно чувствовал себя уязвимым. В некотором смысле это напомнило ему о том, как он когда-то чувствовал себя в детстве, когда жители деревни смеялись над ним, как они издевались над ним и угрожали ему. Это насильно оттолкнуло его назад в почти полностью забытое время, когда он не мог не отставать от своих сверстников в Академии, будучи единственным, кто не закончил учебу изначально. Впервые за долгое время он снова почувствовал себя униженным и крайне одиноким… Звук разбитого стакана где-то на противоположной стороне огромного зала внезапно вернул его к реальности. В то же самое мгновение все уязвимые черты, которые были кратко заметны в нем прежде, сразу же исчезли. Выражение его лица тоже мгновенно изменилось. Теперь он не выглядел сердитым или сумасшедшим — просто безразличным. Затем Наруто с намерением направился к паре. Все остальные, казалось, не обращали внимания на происходящее, кроме Сакуры и Ино, внимательно наблюдавших за каждым движением Наруто. Хината все еще не смотрела на него, но ее спутник Хьюга, казалось, заранее заметил приближающегося шиноби; он на мгновение посмотрел на «вдохновителя» всего этого. Единственное, что молодой человек заметил в выражении лица Ино — легкую садистскую улыбку. Ей это действительно нравилось по какой-то причине, и он не знал достаточно, чтобы сказать почему. Между тем, будущий Хокаге теперь стоял над парой Хьюга, мрачно глядя на них. Любые признаки типичной теплой и гостеприимной ауры, которую он обычно приносил с собой повсюду, теперь исчезли, сменившись чем-то незнакомым для спутника Хинаты. — Что это…? — наконец заговорил он, глядя на них обоих свысока. Его голос был твердым и резким. Хината вздрогнула, как будто ее ударило током, боясь взглянуть на белокурого ниндзя. Она медленно повернула голову влево, чтобы показать Наруто, что она услышала его, но повернулась она недостаточно, чтобы смотреть на него прямо. Однако она ничего не говорила. Вместо этого ее компаньон, чью шею она все еще обнимала, теперь немного крепче, чем раньше, спокойно посмотрел на Наруто. Его как будто раздражало то, что их прервали, и он действительно был раздражен, хотя и совсем по другим причинам, неизвестным всем окружающим. — Что-то случилось, Узумаки-сан? — Почетное обращение не было похоже на насмешку, вовсе нет. Тем не менее, это все еще казалось несколько неестественным, то, как это прозвучало. Как будто он просто не привык прибавлять эту частицу к чьему-либо имени. — Н-Наруто-кун, — наконец пробормотала Хината так тихо, что это было почти шепотом. Большинство людей в баре, казалось, не замечали ничего странного, занимаясь своими делами. Но взгляды всех, кто был рядом с ними тремя, теперь были направлены на сцену, которая вот-вот должна была развернуться. Наруто некоторое время смотрел на Хинату, прежде чем перевести взгляд на другого Хьюгу. Он не узнал этого человека, но для него это и не имело значения. — Серьезно? Это первое, что ты хочешь мне сказать? Вы, Хьюги, действительно в последнее время совсем охренели, — мрачно ответил он. Все в деревне, не только клан Хьюга, знали о его странных отношениях с Хинатой и о спорах вокруг них в эти дни. Все также знали, на что был способен Наруто, являясь джинчурики. Несмотря на это — он на самом деле насмехался над ним? Узумаки это совсем не понравилось. — Эй, Ино… все действительно идет по плану? Что, черт возьми, говорит этот парень? Он точно в курсе своей роли? — осторожно спросила Сакура подругу. Она чувствовала, что что-то не так. Ино, однако, даже не вздрогнула, выглядя совершенно расслабленной и весьма веселой. Одной рукой она оперлась головой о стол, а в другой держала стакан. — Не волнуйся, лобик. Все хорошо, — ответила она спокойным тоном, улыбка не сходила с ее лица. — …Я не прошу от тебя никаких объяснений или оправданий. Ты все равно, судя по-всему, не хочешь  ничего говорить… — сказал Наруто Хинате, все еще глядя на ее компаньона. — Я знал, что твой старик пойдет на все, чтобы помешать мне, но, увидев, что ты принимаешь участие во всем этом… Я этого не ожидал. — Он снова посмотрел на нее, его глаза были полны разочарования и боли. Однако, он еще не собирался уходить… Теперь они определенно привлекали слишком много внимания. Большая часть бара стала действительно тихой, поскольку все наблюдали за ними тремя. Возможно, самой удивительной частью этого было то, что ниндзя Хьюга все еще обнимал Хинату, что на самом деле выглядело так, будто она отчаянно цеплялась за него, просто слишком боясь отпустить. Мужчина не выглядел даже слегка нервным или испуганным. Он просто продолжал спокойно смотреть в голубые глаза Наруто, его правая рука несколько собственнически обхватила талию Хинаты, когда он заговорил: — Я полагаю, Вас неоднократно информировали о положении дел во владениях Хьюга, Узумаки-сан, — сказал он нейтральным тоном. — Ваши отношения с преемницей не разрешены и не одобрены главой нашего клана. Как будущий Хокаге, я считаю, что Вы должны знать, что это влечет за собой. — Он сделал паузу на несколько секунд, не прерывая их зрительного контакта. — При этом я был бы признателен, если бы Вы перестали заставлять преемницу чувствовать себя некомфортно из-за Вашего присутствия. Если у Вас есть проблема со мной, мы могли бы выйти и решить ее снаружи, не вызывая здесь суеты. Хотя клан Хьюга, по общему признанию, был самым сильным в Конохе в эти дни, также было общеизвестно, что ни один из них не мог сравниться с джинчурики Девятихвостого. Никто из них даже близко не стоял. Тот факт, что этот загадочный человек, по сути, приглашал Наруто к разговору, который совершенно явно не должен был пройти мирно… Кому-то это показалось впечатляющим, а кому-то самоубийственным. В любом случае, это было, мягко говоря, нагло с его стороны. Наруто просто с презрением посмотрел на мужчину, все еще ожидая, что Хината что-нибудь скажет. Однако девушка по-прежнему хранила молчание, что, казалось, только еще больше разочаровало джинчурики. Затем он, наконец, снова посмотрел на ее спутника почти лениво, невозмутимо. — Я не спрашивал твоего мнения и разговаривал сейчас не с тобой. Если ты хочешь затронуть титулы или устав, то знай свое место и говори только тогда, когда к тебе обращаются. Я еще не Хокаге, но ты пока тоже не муж Хинаты, — ответил Узумаки, намеренно подражая чрезмерно вежливому и официальному тону своего оппонента. Ему никогда не нравилось, когда речь шла о чем-то хотя бы близком к политике, и он не чувствовал себя естественным, говоря таким образом. Но раз этот Хьюга решил так поступить, он не возражал против подыгрывания. В конце концов, за последние несколько лет он прошел достаточно испытаний и подготовок к такому. — Эй, не могли бы вы расслабиться? — сказала Тентен, когда они с Ли решили вмешаться. — Сегодня не день для такого поведения! Успокойтесь и разберитесь, как взрослые, а? — добавила она с надеждой, почти умоляюще. — …Но если твое сердце велит тебе, то обязательно соглашайся на дуэль, Наруто-кун! Время нашей молодости СЕЙЧАС! — Пьяный Рок Ли, совершенно не прочувствовав настроения, встрял, подняв стакан и икая. — Заткнись, идиот! — Тентен шлепнула своего бывшего товарища по команде по затылку, заставив его зашипеть от боли. Наруто проигнорировал их обоих, но вмешательство Ли определенно отвлекло его и помогло ему немного расслабиться. Он понял, что теперь это превращается в какой-то уродливый фарс для всеобщего развлечения, который он не может себе позволить, поскольку теперь на карту поставлена его репутация. Он не собирался выставлять себя клоуном в глазах своего народа. Так что, еще раз взглянув на Хинату, Наруто потребовалось несколько секунд, чтобы наконец заговорить. — Что ж, если это твой ответ, тогда я приму его, Хината. Хотя я все же хотел бы обсудить несколько незавершенных вопросов, прежде чем мы сможем двигаться дальше. Так что пойдем со мной, давай поговорим? — Наруто был искренен. Любые намеки на конфликт, который он, возможно, хотел разжечь раньше, теперь исчезли. Учитывая все обстоятельства, он решил, что все, что осталось, это должным образом закончить эту главу их жизни и перевернуть страницу. Для них обоих. Хината опустила голову, и какое-то время казалось, что она собирается проигнорировать его предложение. Но затем она неохотно соскользнула с колен Хьюги, воспользовавшись моментом, чтобы поправить свой наряд, состоящий из простого сиреневого джемпера и длинной бежевой юбки. Затем она покачала головой, позволив своим слегка взлохмаченным волосам ниспадать по спине, прежде чем, наконец, повернулась к Узумаки, хотя по-прежнему отказывалась смотреть ему в глаза. — Конечно. Пошли, Наруто-кун. — Она ждала, пока он укажет путь, не добавляя больше ничего. Ее лицо в данный момент ничего не выражало, хотя она определенно выглядела бледнее, чем обычно. Ниндзя позади нее казался весьма раздраженным, но сейчас он почему-то смотрел прямо на Ино, слегка прищурив глаза. Казалось, что он внезапно потерял всякий интерес к Наруто и Хинате. Когда они вдвоем прошли мимо столика у входа и вышли из бара, Ино обернулась, чтобы поймать взгляд Хьюги. Она быстро прошептала Сакуре на ухо, прося ее заказать еще выпивки, а также поговорить с Тентен и Ли о том, что только что произошло. Куноичи с розовыми волосами нерешительно кивнула и ушла. Напряжение в баре теперь несколько спало, и люди вернулись к еде и напиткам, болтая со своими друзьями и товарищами по команде, без сомнения, обсуждая сцену, свидетелями которой они только что стали. Яманака встала из-за своего столика, не забыв взять незаконченный напиток. Она улыбнулась оставшемуся Хьюге и махнула рукой, приглашая его следовать за ней. Затем она вошла в зону только для персонала, в конце концов выйдя на улицу через задний вход в бар. Прежде чем она успела повернуться лицом к мужчине, она почувствовала, как сильная рука резко развернула ее и почти мгновенно схватила за воротник ее черной водолазки без рукавов, прижав ее спиной к стене. — Во что, черт возьми, ты меня только что втянула? — требовательно спросил он, его настоящий голос прорвался сквозь маскировку. Он звучал ледяным, и было совершенно ясно, что он вот-вот выйдет из себя. Казалось, он действительно обдумывал идею сломать ей шею прямо здесь и сейчас. Тем не менее, он решил дать Ино шанс объясниться, глядя ей в глаза с невозмутимым выражением лица. — Эй, полегче! Я сейчас пролью свой напиток. — Она с тревогой посмотрела на свой стакан. — Тебе стоит поработать над своей техникой допроса, потому что все, что ты сейчас делаешь - меня только возбуждает, — добавила она, теперь снисходительно глядя ему в глаза. Его лицо совсем не изменилось, и он ничего не сказал. — Не в настроении для таких шуток, да? Какой же ты скучный. — Она, нахмурившись, вздохнула, отказавшись от попыток выкрутиться из этого положения. Удивительно, но девушка, казалось, не боялась его, хотя она определенно верила, что этот человек может убить ее, даже не вспотев. Десенсибилизировала ли ее долгая работа в отделе допросов к подобным ситуациям или она действительно давно смирилась со смертью, было неясно. Ино некоторое время смотрела на Саске, надеясь, что он хотя бы отпустит ее, прежде чем она заговорит, но этого, конечно, не произошло. — Ничего особенного, — наконец сказала она, опуская взгляд. — У Хинаты была проблема. С ней ты и нам помог. Будь счастлив, ты наконец-то сделал что-то хорошее для своей деревни! Хиаши-сан не допустил бы их отношений, он ясно дал это понять несколько раз. Наруто продолжал верить, что вскоре он станет Хокаге в сияющих доспехах, который спасет Хинату, а также и весь мир в свободное время. Разве я не говорила тебе ранее, как изменилась политика в деревне? Хината поддерживается как следующая глава клана Хьюга, поэтому она должна выйти замуж за другого Хьюгу, потому что так диктуют какие-то устаревшие бредовые традиции. Не наше дело, будем честными. Ничего не поделаешь. В конце концов она поняла это и попыталась убедить Наруто смириться с этим, но этот упрямый, наивный идиот не оставил своих попыток повлиять на это. — Саске чувствовал, что Ино злится, продолжая говорить. — Он продолжал создавать проблемы для всех, нести чушь про свой «путь ниндзя» и всю другую чепуху. Как малолетний ребенок! Он уверен, что достаточно просто покричать о своих намерениях и все сразу станет хорошо. К черту это. Все, чего он добился — это создание кучи проблем для всех нас. Больше всего, естественно, для Хинаты. Поэтому, чтобы, наконец, вбить в его тупую башку, что пора двигаться дальше, мы придумали этот план. К счастью, ты прибыл в деревню как раз вовремя, чтобы сыграть свою роль! На самом деле, я сомневаюсь, что кто-то другой смог бы создать достаточно убедительную трансформацию, чтобы одурачить его. Не говоря уже о твоих актерских способностях. — Она сделала паузу, позволив ему переварить только что сказанное и ожидая возможных дополнительных вопросов. Саске еще какое-то время ничего не говорил, не отводя взгляда и не отпуская ее воротник. Хотя Ино звучала на удивление искренне во всем, что она говорила — что, вероятно, было единственной причиной, по которой он не собирался ее убивать — от всего этого его все равно тошнило. Это место было не той деревней, которую он помнил, — здесь это осознание поразило его со всей силой и точностью. Нет, поправил он себя, хмурясь при виде образов, которые его далекие воспоминания теперь хаотично бросали в него. Во всяком случае, именно так Коноха всегда скрывалась за фасадом, на который они все купились в детстве. Глубоко прогнившее место, где за всей его политикой стояли манипуляции, обман и предательство. Если подумать, вряд ли это было несправедливо. Ведь именно эти качества традиционно определяли искусство ниндзя в целом. — Тебе следовало предупредить меня, что это будет именно Наруто, — пробормотал он сквозь зубы, наконец ослабив хватку и отпустив ее. — Что именно должно помешать мне догнать его прямо сейчас и рассказать ему о твоей маленькой уловке? — спросил он скорее с любопытством, чем с угрозой, как будто искренне желая услышать ее рассуждения. Наконец, освободившись от его хватки, Ино первым делом быстро допила свой напиток, прежде чем пролилось бы еще больше. Несмотря на то, сколько она выпила этим вечером, странным образом не было ни намека на то, что она была даже слегка пьяна. Немного поморщившись, она швырнула пустой стакан в груду грязной одежды, которая лежала возле мусорного бака, снова сосредоточив взгляд на замаскированном Саске. — А зачем тебе это? — она наклонила голову, положив правую руку на бедро и пристально глядя на молодого человека. — Я знаю, что ты уже все понял. В конце концов, ты был самым умным в своей команде. Наруто и Хинате просто не суждено быть вместе в мире, в котором мы живем прямо сейчас. У них обоих есть свои роли, которые им предстоит играть, чтобы обеспечить выживание Конохи. У них нет другого выбора, кроме как сделать именно это. Что будет с деревней, если Наруто продолжит бросать вызов Хиаши-сану? Только подумай. — Она прислонилась к стене, испытующе глядя на него. — Это в конечном итоге приведет к гражданской войне, учитывая, что более половины деревни в настоящее время находится под контролем Хьюга. Как только это произойдет, и наш любимый Джинчурики использует всю свою мощь, чтобы принести свою божественную справедливость и сокрушить повстанцев Хьюга, мы потеряем важные ресурсы и военную мощь, которые нам нужны для выживания. Или наоборот, Хьюга просто полностью возьмут под контроль деревню. В любом случае, это будет сигналом для других стран, что Коноха сейчас в смятении и созрела для захвата. — Она выглядела глубоко разочарованной, когда говорила это, скрестив руки на груди и нахмурившись. — Да ладно, мне не нужно объяснять тебе это дальше. Ты лучше всех должен понимать, что значит делать то, что необходимо, жертвуя своими мечтами и желаниями ради большей цели. Хината, в конце концов, тоже поняла это. В отличие от Наруто. Вот и все. Саске закрыл глаза и сделал медленный глубокий вдох. Он, конечно, понимал, что она права. Ино была совершенно права. Все, что она говорила, определенно похоже на Наруто. Бороться за свои детские мечты и убеждения до самого конца, никогда не сдаваясь, как бы абсурдно это не выглядело. И хотя девушка Хьюга явно наслаждалась этим фарсом настолько же, как и сам Учиха, если то, что говорила Ино, было правдой, он мог только похвалить ее решимость служить своему клану и деревне. Хотя, очевидно, было бы возмутительно даже сравнивать эти вещи, но в каком-то смысле это отдаленно напоминало ему дух жертвенности Итачи. — Ладно. Устрой для меня личную встречу с ее стариком. Эта дыра, которую вы все называете деревней, нуждается в серьезной встряске. — Он отвел взгляд и сделал паузу на несколько секунд. — Я начну с клана Хьюга. Глаза Ино немного расширились и девушка усмехнулась. — Ого, у тебя все-таки есть чувство юмора, да? — она не восприняла его заявление всерьез, так как он был не первым, кто объявлял что-то подобное. Наруто делал то же самое довольно часто, хотя и по-другому. Всякий раз, когда они слышали, как он говорил о том, что все исправит, в этот момент можно было только пожалеть его. Саске, однако, выражался, как будто у него на уме было что-то более существенное… Девушка покачала головой. Это больше не имело значения. На данный момент ее задача выполнена. Она полезла в свою маленькую сумочку и достала листок бумаги, отдав его Учихе. — Вот. Уже договорилась обо всем. Который сейчас час? — Она посмотрела на свои наручные часы — уже за полночь. — Ну, так… чуть меньше чем через сорок восемь часов отправляйся в это место, указанное в записке. Это недалеко от главного кладбища, там будет небольшая беседка со скамейками. Когда будешь там, сожги саму записку, это послужит для него сигналом. Остальные подробности ты можешь прочесть сам. — Яманака закрыла сумочку и вдруг зевнула. — Думаю, мы закончили. Если у тебя нет других вопросов или… — Ино не успела закончить предложение, как другой человек выбежал из черного хода бара. — Этот голос! — закричала Сакура, в шоке глядя на них двоих. Блондинка-куноичи открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут же была прервана. — Я знала, что с этим парнем из Хьюга что-то не так! — Сакура немного поколебалась, словно не могла поверить в то, что хотела сказать. — Саске…? — Она выглядела сбитой с толку. — Это ты? — Сакура. — Он узнал ее, хотя и не сбросил трансформацию, когда их взгляды встретились. Он приблизился к розововолосой куноичи, почти пройдя мимо нее, но затем слегка повернул к ней голову, поскольку они стояли рядом друг с другом, глядя в противоположные стороны. — Сделай мне одолжение и не говори Наруто, что я еще здесь. Я хочу поговорить с ним позже. Она вздрогнула, услышав его настоящий голос, и несколько раз моргнула в замешательстве. — Но… Саске не дал ей договорить, похлопав ее по плечу дружелюбно, но явно снисходительно, прежде чем направился к выходу. — Увидимся. Он должен был признать, что Яманака поступила довольно профессионально как в отношении их плана, каким бы нелепым все это ему ни казалось, так и в их дальнейших договоренностях. Он взглянул на записку, которую она дала ему, прежде чем осторожно положить ее в карман. Не то чтобы ему это было необходимо, но она даже позаботилась о том, чтобы у него было время подготовиться к этой встрече. Тем не менее, он намеревался использовать это время соответствующим образом, теперь, когда ему все равно больше нечего было делать до тех пор. Прежде чем встретиться с патриархом Хьюга, он решил сначала поговорить с преемницей клана наедине.