Paradise

Проведя остаток ночи за разговорами о дальнейших действиях, Сай, наконец, покинул дом Ино, чтобы сделать все необходимые приготовления для реализации их планов, а Шикамару решил провести ночь в доме своего бывшего товарища по команде. Он ушел рано утром, разумеется, без проблем пройдя мимо охранников Яманаки, поскольку все они уже знали его более чем хорошо. Прохладный утренний ветерок освежал, поэтому молодой человек не спешил на работу. Он даже остановился возле небольшой повозки с едой и напитками, которая только что открылась, чтобы выпить чашечку свежего кофе, наслаждаясь умиротворяющим моментом покоя. Вчера вечером, как только Саске и Хината ушли, они втроем обсуждали, какие миссии имеет смысл взять на себя, чтобы привлечь как можно меньше ненужного внимания. Учитывая недавнюю ситуацию с захваченным диверсантом Кумо, Ино было бы логично исследовать все места, где они действовали за пределами Конохи. Особенно если ей поручат быть дознавателем Шино. Покидать деревню по каким-либо делам было обязанностью Шикамару, особенно в наше время, когда людей порой не хватало даже для простых поручений, которые обычно не беспокоили главного помощника Хокаге. Что касается Сая… его положение было самым сложным. Из всех людей, участвовавших в заговоре против нынешнего правительства, Сай, по данным Шикамару, находился под наибольшим подозрением у чиновников Хокаге. Его прошлые связи с АНБУ-Не, естественно, играли в этом самую большую роль. Однако Какаши обычно прислушивался ко всем предложениям Шикамару, поэтому Нара надеялся убедить его, несмотря ни на что. Пока он шел к зданию Хокаге, вокруг появлялось все больше и больше знакомых лиц. Одним из них был джонин Хьюга, который стоял прямо у входа с бесстрастным выражением лица и молча ждал. Обычно это означало, что один из их старейшин пришел по какому-то делу к Хокаге. Шикамару нахмурился, проходя мимо него. Лично ему редко нравилось общаться с представителями Хьюга, за исключением Хинаты. Хотя в нем не было никакой обиды или чего-то подобного, они ему просто не очень-то нравились, когда дело касалось работы с ними. Наконец подойдя к кабинету Какаши, молодой ниндзя несколько раз постучал, ожидая разрешения войти. — Входи, Шикамару, — последовал почти мгновенный ответ, свидетельствующий о том, что Хокаге не ожидал появления кого-либо еще этим утром. Внутри помещения Нара действительно увидел Хьюгу, хотя на самом деле это был не старейшина. Хиаши собственной персоной стоял рядом со столом Какаши, скрестив руки на груди и разглядывая Шестого с почти скучающим выражением лица. Его белоснежное кимоно было, как всегда, идеально чистым, как будто он только что купил его в дорогом магазине. Именно это и раздражало большинство простых людей в их клане в наши дни — они никогда не стеснялись демонстрировать свое богатство и статус даже в таких мелочах, независимо от того, насколько сложной была экономическая ситуация. — …Я понимаю, что Ваши намерения в отношении дочери не могут быть плохими, Хиаши-сан, поэтому, пожалуйста, не воспринимайте это как знак неуважения, — сказал Какаши. — Это скорее беспокойство с моей стороны. Видите ли, я… знаю Саске лучше, чем большинство людей, живущих в настоящее время, за исключением, возможно, двух других моих учеников. И, несмотря на мое личное восхищение им, как Хокаге, я должен относиться к нему объективно. Он не очень подходящая компания для Хинаты-чан. Особенно в такие времена, как сейчас. Может быть, Вам все-таки стоит пересмотреть эту сделку? Ради ее безопасности, если уж на то пошло. — О чьей именно безопасности мы говорим? — флегматично протянул Хиаши. Шикамару не упустил из виду, что он, вероятно, намекает на то, что Какаши в данном контексте больше думает о своем режиме, чем о чем-либо еще. Длинноволосый мужчина покачал головой, выражение его лица не проявляло никаких признаков колебаний. — Старейшины тщательно оценили ситуацию и все взвесили. Я, не только как глава клана, но и как ее отец, тоже провел достаточно времени, размышляя об этом. Пока разговор продолжался, Шикамару тихо закрыл за собой дверь и встал рядом, ожидая, когда они закончат. После прошлой ночи наблюдать за подобной сценой было как-то… удовлетворительно? Видеть, как двое из его, возможно, наименее любимых людей в деревне враждуют друг с другом. — …Как я уже сказал — это не просьба. Я просто пришел уведомить Вас об этом, — непреклонно добавил глава клана Хьюга. Какаши вздохнул, закрыв глаза на несколько секунд. Ситуация складывалась явно не по его замыслу, но, похоже, он ничего не мог с этим поделать. Еще одним досадным и тревожным моментом был тот факт, что его бывший ученик даже не зашел к нему в офис, прежде чем снова покинуть деревню. Шикамару мог предположить, что Какаши не был уверен в том, каковы планы Саске на данный момент, и хотя выводы, сделанные Наруто, были относительно обнадеживающими, мужчина, похоже, просто не мог избавиться от ощущения, что во всей этой ситуации что-то не так. В конце концов, несмотря на все свои недостатки на посту Хокаге, Шестой всегда обладал хорошей интуицией. — Это… весьма досадно, Хиаши-сан. По нашим данным, на деревню скоро могут напасть… Буду с Вами откровенен, — он наклонился вперед, подперев подбородок руками, — В нынешних обстоятельствах, отпустив их обоих, мы значительно ослабим наш оборонительный потенциал, что меня тоже беспокоит. Это не значит, что я сомневаюсь в силе Вашего клана, конечно… — он посмотрел в сторону, нахмурился и сделал паузу на несколько мгновений. — Тем не менее, я бы предпочел, чтобы Саске был здесь, когда и если это случится… Хотя, с другой стороны, учитывая историю Хинаты с Кумогакуре, возможно, не так уж и плохо, что она пока находится вдали от деревни. И Шикамару, и Шестой почти не сомневались о намерениях Кумо заполучить Бьякуган. Хиаши приподнял бровь, уголок его рта дернулся и почти изобразил ухмылку. — Мы уже давно знали об этом потенциальном вторжении, несмотря на ваш секретный договор о ненападении. Однако Учиха прибыл всего несколько дней назад. Вы, конечно же, не надеялись, что он случайно появится в трудную минуту? Насколько мне известно о нем — это было бы маловероятно. — Хотя его тон был спокойным и нейтральным, можно было заметить, что в его словах прозвучали насмешливые нотки. — Хинате в ее нынешнем состоянии лучше быть подальше от деревни, если они решат напасть. Вы прекрасно понимаете, что моя дочь недостаточно сильна, чтобы существенно изменить баланс сил. Шикамару продолжал молча слушать, делая вид, что его там вообще нет. Было непривычно, слышать в голосе Какаши отчаяние. То, что сказал Хиаши, было правдой — они не знали, что Учиха вернется в деревню, а если вернется, то надолго ли. Строить оборонительную стратегию, исходя из предположения о его внезапном появлении, было бы не просто безрассудно. Какаши медленно кивнул несколько раз, прежде чем опустить голову в знак поражения. — Да… да, Вы правы, конечно. Но иметь больше возможностей — это всегда полезно, Хиаши-сан. Вы, как никто другой, должны это знать. — Он слегка горько усмехнулся под своей маской, снова посмотрев на Хьюгу. — В любом случае, я хотел поговорить с Вами о Вашей пропавшей дочери, Ханаби. — Он посмотрел в белые глаза старшего мужчины, не заметив ни малейшего признака возмущения при упоминании ее имени. — Следы ее ДНК были найдены у границ Сунагакуре, в частности, ее кровь. Следственная группа, которую нам предоставил Гаара, сообщила, что она была оставлена там не ранее, чем три месяца назад. Другими словами, по крайней мере, тогда она была еще жива. Хиаши ответил не сразу, немного отвернувшись. Он вздохнул, почесав лоб. Неведомо для них обоих, на мгновение он задумался о том, хорошо это или плохо. Как член основной семьи, она не имела проклятой печати для защиты их кеккей генкай. Бьякуган был где-то там, на вражеской территории. И если она действительно была жива и здорова, то почему до сих пор не вернулась? — Хм. Полагаю, это хоть какие-то новости. Обнаружили ли они что-нибудь еще? Что это за место, где они нашли следы? — медленно спросил он, снова посмотрев на Какаши. Шикамару удивился, услышав это, но не подал никаких видимых знаков, отражающих его реакцию. Он сделал для себя пометку ознакомиться с этим отчетом, как только закончатся дела с Какаши на сегодня. — Это был аванпост, уничтоженный ранее разведчиками Кумогакуре, — медленно ответил Какаши. — Я не знаю, что из этого следует, и, честно говоря, не хочу ничего предполагать, но похоже, что либо Вашу дочь держала там Сунагакуре, либо она пришла туда с теми, кто был из Кумо. Во всяком случае, Гаара уверяет меня, что первый вариант можно точно не рассматривать. Не уверен, что будет слишком самонадеянно сказать, что, скорее всего, это было второе. Шестой не думал, что Ханаби Хьюга могла предать свою родную деревню и встать на сторону Страны Молний, но он мог с уверенностью предположить, что, скорее всего, Кумо все-таки захватили ее. И если это так — что все в комнате ясно осознавали — это означало, что к этому моменту Бьякуган уже был в их распоряжении. Глава клана Хьюга задумался над тем, что только что услышал. Конечно, лучше всего было бы предположить худшее — что Ханаби либо предала их, либо была схвачена и использована против своей воли. Однако… — Спасибо за эту информацию. Я обязательно передам ее старейшинам моего клана. Уверяю Вас, мы позаботимся об этом, Хокаге-сама. Я также буду признателен, если Вы сообщите мне какие-либо подробности о следственной группе из Сунагакуре, так как нам необходимо как можно скорее установить с ними контакт. — Очевидно, Хиаши решил, что это часть их семейных дел, поэтому нет необходимости больше привлекать к этому Хокаге. Шикамару ухмыльнулся. Конечно, Хиаши хотел бы оставить это дело в тайне, учитывая, в какое дерьмо превратилась ситуация с исчезновением Ханаби. Какаши кивнул в знак согласия. — Да, конечно. Я пришлю Вам все необходимые детали в ближайшее время. На данный момент, я полагаю, мы закончили. Как всегда, было приятно побеседовать с Вами, Хиаши-сан, — сказал седовласый мужчина, показывая, что разговор окончен. Это была очень незначительная демонстрация превосходства с его стороны, но он солгал бы, если бы сказал, что ему было неприятно поставить Хиаши на место, по крайней мере, когда дело касалось таких мелочей. Длинноволосый мужчина тихо фыркнул и неторопливо вышел из комнаты. Когда дверь закрылась за его спиной, Хокаге обратил свое внимание на Нара, который все это время спокойно ждал. — Ну что, Шикамару… есть новости, которыми ты мог бы скрасить день? — Он ухмыльнулся, с любопытством глядя на юношу. Младший ниндзя наконец отошел от стены, на которую опирался, и направился к столу Шестого. — День едва начался… — Он вздохнул, засунув руки в карманы своего темного пальто. — У меня есть пара новостей, одна из них касается Сакуры, которая вскоре должна отправиться на задание по наблюдению, которое мы обсуждали несколько дней назад. Надеюсь, результаты будут плодотворными, и у нас будет меньше проблем, когда дело дойдет до внутренних разногласий. У Наруто ничего не запланировано, а учитывая то, что вы обсуждали с Хиаши-саном ранее… Я думаю, что для него в любом случае будет лучше остаться в деревне. Было любопытно слышать, что Шестой действительно обеспокоен возможным нападением на Коноху. Сколько бы Шикамару и Ино ни пытались запросить больше ресурсов и людей для борьбы с возможной угрозой, ответ всегда был один и тот же — все под контролем, и им нет необходимости вмешиваться. — К сожалению, я не могу сказать ничего положительного о Вашем бывшем ученике. Я говорил с Ино о ее встрече с ним, и это было практически то, чего мы ожидали все это время. Он был очень загадочен и мало чем мог поделиться, только требовал то-то и то-то для своих текущих дел, о которых он не вдавался в подробности. Ино хороша, когда дело касается получения информации, но Саске для нее — зверь совсем другого типа. По крайней мере, в такой короткий срок… Он продолжал сообщать как можно больше бесполезной информации. Половина из нее все равно была правдой, так что не стоило беспокоиться о том, насколько искренне он говорил. — Хотя, говоря об Ино… и о возможном нападении на Коноху. Я хотел обсудить с Вами сегодня несколько вещей в надежде получить разрешение на выполнение одной или двух миссий, связанных с этим. Я знаю, что до сих пор Вы были непреклонны в том, чтобы мы не вмешивались, но, учитывая, что недавняя миссия в Кумо закончилась тем, что вернулся только один выживший, я считаю, что было бы полезно вернуться к этому разговору. Хатаке вздохнул, задумчиво глядя на своего советника. Конечно, он ожидал, что тот затронет эту тему, но, вероятно, разговор начался слишком рано. Впрочем, это было неудивительно, зная, насколько прямолинейным обычно был этот молодой человек. — Конечно, пожалуй… Что именно, по твоему мнению, мы должны делать? И кто из нас конкретно? — ответил он, окинув своего подчиненного внимательным взглядом. На данный момент Какаши не сомневался в преданности Шикамару. Тем не менее, он получил несколько отчетов о деятельности его и Яманаки. У АНБУ были подозрения, что эти двое что-то замышляют за их спинами, но они понятия не имели, что именно. Естественно, Хокаге не хотел даже думать о том, что это может быть вредно для деревни. Тем не менее, тот факт, что даже среди его самых доверенных людей были те, кто явно хранил от него секреты, вызывал, по меньшей мере, беспокойство. — Насколько я понимаю, Шино в настоящее время задержан АНБУ в ожидании дальнейшего расследования. Что бы ни случилось во время той миссии, похоже, это принесло нам большие неприятности… Если я не ошибаюсь, Ино была лично назначена его дознавателем, что в наше время большая редкость. Поскольку она также была ответственна за получение информации от того диверсанта Кумо, я предлагаю, чтобы перед началом допроса она проверила все последние места деятельности тех шиноби Кумо. Я знаю, что мы уже изучили этот вопрос, но в данный момент даже мельчайшая дополнительная деталь может оказаться важной. Особенно учитывая, что у нас мало ресурсов и людей, так что есть вероятность, что что-то могло быть упущено… — Ну, что ж… — почесав задумчиво подбородок, сказал Шестой. — Полагаю, это неплохая идея. Допрос Шино может пока подождать, так как он был удивительно сговорчив даже без… методов Ино-чан. На данный момент я сомневаюсь, что он что-то скрывает. А даже если и так, что бы это ни было, это не должно быть настолько важным. Благополучие Конохи — его главная забота, в этом я не сомневаюсь. — Он некоторое время смотрел на карту, а затем перевел взгляд на Шикамару, внимательно изучая его выражение лица. — Хорошо… Сай может отправиться сегодня, но Ино-чан придется подождать несколько дней — мне нужно, чтобы она закончила некоторые дела, прежде чем она сможет заняться чем-то другим. Однако мне понадобится твоя помощь во время их отсутствия. Хотя я не думаю, что вероятность того, что Кумо нападет на нас, очень велика, нам все равно нужно подготовить тактику защиты на всякий случай. И мне определенно нужно, чтобы ты был рядом со мной для этого, пока ничего не случится. Шикамару медленно кивнул Шестому, нащупывая в одном из карманов пачку сигарет. Хорошо, что он решил повременить с просьбой о разрешении самому покинуть деревню. В конце концов, у них было достаточно времени до встречи в убежище Орочимару. Наверняка потом представится такая возможность. А сейчас Какаши даже подсказал ему, как он сможет сбежать. — Логично. Я сообщу им обоим сегодня позже, — ответил молодой человек, наконец найдя сигареты в своей поясной сумке. — На этом у меня пока все. Шикамару обошел стол и подошел к своему любимому окну, у которого он обычно курил в этом кабинете. Вид на главную улицу деревни был успокаивающим и приятным — она по-прежнему была самым красивым местом во всем поселении, и жизнь процветала повсюду, как будто ничего плохого не происходило. — Кстати, эта девчонка Хьюга… Они действительно нашли следы ее крови на одном из аванпостов Сунагакуре? Или это просто изощренный способ занять Хьюгу, пока мы ждем, когда стукнет молот? — спросил он после минутного молчания, оглядываясь через плечо. — К сожалению, это так… — Какаши медленно ответил, отложив перо и потянувшись под стол, чтобы достать свиток, быстро развернул его и предложил Шикамару взглянуть. — Более того, им даже удалось выяснить, как именно ее кровь оказалась там. Очевидно, она использовала дзюцу призыва. Интересно, не правда ли? — Он с любопытством взглянул на молодого ниндзя, а затем перевел взгляд на свиток. — Насколько нам известно, у нее никогда не было активного призывного контракта. И у клана Хьюга тоже нет типичного для них контракта. Так что, очевидно, она что-то придумала за время своего отсутствия. Шикамару зажал сигарету между зубами, просматривая содержимое свитка и щурясь от дыма, попадающего в глаза. — Это тревожные новости… — мрачно пробормотал он. Отчет казался достоверным, а судя по подписям, оставленным под текстом, эти шиноби Суны точно не ошиблись бы — он был с ними немного знаком, так что их опыт не вызывал сомнений. Похоже, пропавшая девушка Хьюга действительно нашлась. Он передал свиток обратно Какаши и задумчиво посмотрел на него. — Я сомневаюсь, что она смогла бы найти способ самостоятельно заключить контракт на призыв, так что… — молодой ниндзя немного колебался, бросив на Какаши обеспокоенный взгляд. — Думаете, было бы разумно записать ее в книгу бинго? Если она жива и решила не возвращаться в деревню, значит, она беглая куноичи. Несмотря на то, что Хиаши ясно дал понять, что это должно решаться в их клане, офис Хокаге не мог игнорировать тот факт, что по какой-то причине Ханаби решила не возвращаться, автоматически причисляя себя к преступникам. Шикамару было любопытно узнать, пойдет ли Какаши против главы клана Хьюга в этом случае. — Что ж… В твоих словах есть смысл, хотя я думаю, что для столь радикальных мер еще рановато, — ответил Шестой. — Кроме того, мы даже не знаем наверняка, жива она или нет. Я считаю более чем вероятным, что сейчас ее держат в Кумогакуре, даже если это только ее тело… — Он вздохнул, потирая висок. — С другой стороны, включение ее в список международных преступников может вызвать какую-то реакцию со стороны их клана. Как ты думаешь, стоит ли нам это делать? Реакцию клана Хьюга в этом случае трудно предсказать. Шикамару сделал паузу, чтобы подумать, прислонившись к стене рядом с открытым окном. Еще несколько дней назад он бы точно предложил добавить Ханаби в книгу бинго, чтобы посеять еще больший раздор между офисом Хокаге и кланом Хьюга. Однако, учитывая недавно выяснившиеся отношения между Учихой и Хинатой, это может оказаться не такой уж хорошей идеей. И хотя он все равно сможет обратить все в свою пользу, это был слишком большой риск. — Вы правы, на данный момент мы не знаем ее обстоятельств. Однако тот факт, что у нее теперь есть контракт на призыва, говорит о том, что кто-то помог ей в его приобретении. Если бы она была пленницей Кумо, зачем бы они это делали? Скорее всего, они просто забрали бы ее глаза и покончили бы с этим. Значит, по крайней мере, какое-то время она свободно разгуливала в качестве нукенина. Мы также должны рассмотреть возможность того, что Хьюги на самом деле хорошо осведомлены об этом, и, возможно, они просто создают дополнительные проблемы руками кого-то, кого они могут позже назвать преступником и избавиться от него. Вероятность этого невелика, в конце концов, это дочь Хиаши. Но неужели в наше время Вы бы отбросили эту мысль? — Нет… конечно, нет. — Какаши вздохнул, закрыв глаза и подумав еще несколько секунд. — Думаю, мы сохраним эту информацию в тайне. Если Хиаши в какой-то момент решит захватить власть, мы сможем использовать это как рычаг, чтобы подорвать репутацию их клана в самый неподходящий момент. Делать это сейчас было бы непродуктивно, так как они сейчас на нашей стороне, или, по крайней мере, они не дали нам причин думать иначе… пока, во всяком случае. Шикамару ухмыльнулся. — Разве нет? Как насчет того, что будущая глава клана покинула деревню с бывшим нукенином? И это Ваш бывший ученик, а не абы кто, — размышлял он, докуривая сигарету, но оставаясь у окна. Какаши усмехнулся над его замечанием. — Ну, как сказал Хиаши, объясняя мне все это, это связано с чем-то между кланом Учиха и ими. Это, конечно, формальный способ сказать «не твое дело», но все же технически это законное оправдание. Я не уверен, что именно задумал Саске и зачем ему вдруг понадобился клан Хьюга, особенно Хината-чан, но у него должна быть веская причина для этого, я уверен. Наруто также пытался убедить меня в том, что Саске намерен прежде всего защищать деревню, так что… думаю, пока у нас нет другого выбора, кроме как довериться ему, — Шестой откинулся в кресле, глядя на Шикамару с хитрой ухмылкой под маской. — Кроме того, я тут подумал… Может быть, мой бывший ученик просто хочет найти себе прекрасную невесту? Это бы объяснило его участие в маленьком спектакле, который Ино-чан устроила пару дней назад, не так ли? Как бы уморительно это ни звучало, я не думаю, что это было бы слишком надуманно. В конце концов, он всегда хотел восстановить свой собственный клан. Шикамару посмотрел на него несколько озадаченно, почесывая голову. — Наверное… но клана Учиха не существует, есть только Саске. Так что, какова бы ни была его мотивация, она исключительно его личная. Если все, что ему нужно, это подходящий партнер для создания семьи, как бы смешно это ни звучало, то все в порядке. — При этих словах молодой человек закатил глаза. Что это за чушь… — Но учитывая связь Хьюги и Учихи с этой… Ōцуцуки, которая появилась во время войны. Ну… Вы можете понять, к чему я клоню. Шикамару скрестил руки на груди. В данный момент он просто упоминал одну из вещей, которые недавно приходили ему в голову, чтобы поддержать предположение Шестого о них двоих. Не то чтобы эта тема имела какое-то значение сейчас. — Что ж, беспокоиться об этом, на мой взгляд, слишком далеко заглядывать в будущее… Посмотрим, как все пойдет, ведь сейчас у нас есть более важные дела. Давайте пока обсудим наши планы по обороне, — добавил он, снова приблизившись к Хокаге.

***

Ну же, ты сможешь… судорожно думала она, задыхаясь и глядя на ближайшее здание в тридцати метрах от нее. Быстро оглядевшись вокруг, куноичи разбежалась и прыгнула вперед, вскоре приземлившись на колено на краю крыши, и посмотрела вниз. Заброшенная улица внизу казалась такой миниатюрной, как будто это был какой-то игрушечный городок, что неудивительно, учитывая, что она находилась на вершине шаткой, полуразрушенной конструкции четвертого этажа. Но все же вид на мгновение заворожил ее, почти отвлекая от текущей задачи — на этот раз следующая крыша находилась немного ближе. Активировав свой бьякуган, она, конечно же, мгновенно заметила двух противников, которые собирались нанести ей удар. Поэтому юная Хьюга сделала глубокий вдох, направила часть оставшейся чакры в ноги и снова прыгнула вперед, со всей силой, на какую только была способна. Но, видимо, двое преследовавших ее мужчин были достаточно искусны — четыре куная одновременно бросились на нее, и хотя у нее было лишь мгновение, чтобы рассчитать их траекторию, она поняла, что нет никакой возможности увернуться от острого оружия, прежде чем оно пронзит ее череп. Кайтэн! Она высвободила часть своей оставшейся энергии, вращаясь в воздухе и успешно отбивая все снаряды. Приземлившись на крышу, в которую она целилась, повернувшись лицом к той, с которой только что спрыгнула, куноичи прищурилась, когда лучи вечернего солнца на долю секунды ослепили ее. Конечно, ее противники уже приближались к ней, их мечи стремительно приближались к ее телу, чтобы разрубить ее… Чидори Нагаши! Из всего ее тела вырвался электрический разряд, достигший обоих шиноби и парализовавший их как раз вовремя, прежде чем их синхронная атака покончила бы с ней. Затем она закрыла глаза, полностью сосредоточившись на потоке чакры, так как знала, насколько сложно выполнить комбинацию этих двух приемов. Пока чакра Молнии продолжала выходить из нее во все стороны, эффективно защищая ее от атаки с близкого расстояния, она снова начала вращаться, пытаясь выполнить Кайтен. Но когда она уже почувствовала восторг, когда девушка решила, что у нее наконец-то получилось, она едва не выругалась от досады, когда вихревая последовательность разорвалась, отбросив ее в сторону. Она тяжело упала на спину посреди крыши, закашлялась, так как от удара у нее перехватило дыхание, и быстро попыталась поднять голову, чтобы посмотреть на двух мужчин, которые уже снова были на ногах, угрожающе держа перед собой клинки и медленно приближаясь к ней. — На сегодня хватит, — внезапно раздался сзади знакомый бесстрастный голос. Два ниндзя застыли на своих местах, быстро превратившись в безжизненные деревянные манекены прямо на глазах у Хинаты. — Кажется, я говорил тебе не использовать эту комбинацию в спарринге. Ты должна сначала овладеть ею, а ты еще не близка к этому. Саске недовольно смотрел на нее, приближаясь, но не подавая ей руки, чтобы подняться. — Я думала, я смогу… — прошептала она, тяжело дыша, когда села и положила руки на колени. Учиха скрестил руки, его подбородок слегка вздернулся, когда он смотрел на нее сверху. — Хм. Ты неправильно подумала. Ты торопишься. А в этом нет необходимости. У нас много времени. — Он посмотрел в сторону солнца, которое теперь закрывали тяжелые серые тучи. — Я знаю, я просто… я хочу стать лучше в этом. — Она поморщилась, используя базовое медицинское дзюцу, которое она знала, чтобы обработать порезы на бедрах. — Кроме контроля чакры, твое самое слабое место — физическая форма. Тебе нужно больше тренироваться. Это должно стать твоим главным приоритетом на ближайшее время. — Да, я понимаю… — Она опустила глаза, чувствуя себя немного пристыженной и разочарованной. В конце концов, именно она попросила об этом импровизированном спарринге… — Следующей попытки не будет по крайней мере неделю, — непринужденно заявил он, словно прочитав ее мысли. — Мы будем придерживаться обычного режима тренировок, а вне их ты будешь работать над совершенствованием своего тела, насколько это возможно. — Как пожелаете, сенсей, — покорно ответила она, хотя и улыбнулась ему с едва заметным намеком на поддразнивание. Как бы продуктивно это ни было, «обычная рутина», о которой он только что упомянул, совсем не доставляла ей удовольствия. Но сам метод был необычайно хорош — это юная Хьюга должна была признать. Хината впервые испытала его на себе три дня назад, вскоре после того, как они покинули Коноху…

***

— Э… Саске? — нерешительно спросила она, когда они вдвоем неторопливо шли по широкой дороге, которая сейчас выглядела заброшенной и неиспользуемой. — Что? — спросил он, не глядя на нее, уверенно шагая вперед. — Мне просто интересно… когда и как ты собираешься начать меня тренировать? — Хм? — Он взглянул на куноичи через плечо, выглядя озадаченным и слегка растерянным, как будто она только что вывела его из глубокой задумчивости. Она выдохнула, стараясь выглядеть более уверенной, когда их глаза встретились. — Я имею в виду — с этой миссией и всем остальным… Будет ли у нас достаточно времени для этого? Не похоже, что есть место для интенсивных тренировок, пока мы в пути, и кроме того… Чему я вообще могу научиться всего за один месяц? Пожалуйста, не сочти это за знак неуважения… — она опустила голову и слегка покраснела, осознав, что начинает бредить, — я просто не понимаю, в чем именно заключается твой план. — А, это… — пробурчал он, возвращая взгляд к горизонту. — Не волнуйся, у нас будет достаточно времени. — О? — Она моргнула, чувствуя себя еще более сбитой с толку, ведь это, несомненно, звучало загадочно и интригующе. Но поскольку он больше ничего не говорил, она осмелилась попытаться углубиться: — Ну, если ты не против, скажи мне… когда же мы начнем? Я должна как-то подготовиться? Я не знакома с тем видом ниндзюцу, который, как я заметила, ты предпочитаешь, и… — Какие мы нетерпеливые, а? — спросил он скучающим тоном, хотя, к ее облегчению, Учиха не звучал раздраженным или недовольным. — Мы можем начать это в любое время, но после этого ты не сможешь ходить. Ты уверена, что готова провести здесь ночь? — он медленно обвел рукой окрестности, как бы демонстрируя ей пейзаж. Хината проследила за его движением и задумчиво нахмурилась. Все, что можно было найти на протяжении многих миль во всех направлениях, были практически пустые поляны, звуки их красочной фауны были единственным, что можно было услышать, кроме их собственных голосов. — Я думаю, это не проблема, — упрямо сказала она после паузы, что заставило его вздохнуть и остановиться, наконец, повернувшись к ней лицом. — Но… Почему я не смогу ходить…? — добавила она, чувствуя одновременно любопытство и страх. — Увидишь. — Без всякого предупреждения или подготовки, его правый глаз, единственный, который был виден из-под длинных вороных волос, стал кроваво-красным, причудливый узор Мангекё Шарингана мгновенно втянул девушку в странное состояние гипноза, которому, казалось, она не могла сопротивляться. Она несколько раз моргнула, растерянно оглядываясь вокруг. Теперь они стояли посреди пустыни, а точнее, какого-то абстрактного пространства. Вокруг не было видно ни одного предмета, и все было залито успокаивающим белым светом. — Гендзюцу…? — произнесла она, бросив на своего собеседника озадаченный взгляд. — Только это не просто гендзюцу. Это будет наша тренировочная площадка в обозримом будущем. — Тренировочная площадка…? — Она еще раз огляделась вокруг, прежде чем снова встретить его взгляд. — Почему это должно быть внутри твоего гендзюцу…? Он вздохнул, на этот раз выглядя немного раздраженным. — Моя способность создавать в этом пространстве все, что я захочу — одна из причин. — Он велел ей повернуться, что она и сделала, с удивлением увидев несколько простых деревянных манекенов для тренировок, которых еще мгновение назад здесь точно не было. — Но самое главное здесь то, что время внутри моего гендзюцу течет иначе, чем в реальном мире. Это одна из способностей моего Шарингана под названием Цукуёми. Я еще не совсем овладел ею, так как она досталась мне от брата перед его смертью… Когда он применил ее на мне много лет назад, три дня прошли за несколько секунд, — он опустил глаза, и она увидела на его лице тень содрогания. Воспоминание, которое сейчас вспоминал шиноби, явно не было приятным или ностальгическим. — Но до сих пор мне удавалось за минуту приблизить ее к одному полному дню. Должно хватить. Теперь это наконец-то прояснилось для нее, и глаза Хинаты расширились от удивления. — Т-так… если мы будем тренироваться здесь четыре часа, то в реальном мире пройдет всего десять секунд? — Да, что-то вроде этого. — Он ухмыльнулся, глядя на нее с таким почти детским озорством, какого она никогда раньше в нем не видела. — Хотя четырех часов определенно недостаточно. Двенадцать за сеанс будет нашим минимумом. — Двенадцать?! — Она почти задыхалась, побледнев, когда наконец поняла, почему он сказал ей, что она не сможет ходить. — Разве ты не говорила, что умираешь от желания начать как можно скорее или что-то в этом роде? — Он бросил на нее мрачный взгляд, скрестив руки. — Послушай. Из того, что я знаю, ты не новичок. Но если ты хочешь добиться значительного прогресса, тебе придется потрудиться. К счастью для тебя, в моем гендзюцу напрягается только твой разум и твоя нервная система. Очевидным недостатком является то, что тебе придется проводить большую часть своего свободного времени вне этих сеансов, работая над своей физической формой. Другими словами, физическая тренировка. Очень много физических тренировок. Хината внимательно слушала, обдумывая все, что говорил ниндзя. Конечно, он был прав, возразить было нечего, но все же мысль о таком нестандартном методе обучения немного пугала ее. Но в то же время это было странно волнующе и захватывающе. Юная Хьюга вдруг поняла, что для нее это большая привилегия. Она сомневалась, что Саске Учиха включил преподавание в список своих увлечений, так что она, вероятно, была одной из немногих, кого когда-либо обучали таким образом. — Понятно. Что ж… я готова, — твердо сказала она, пристально глядя ему в глаза. — Тогда начнем. К какому элементу у тебя природная склонность? — резко спросил он, опуская руки. — Эээ… — нервно пробормотала она, ожидая, что он сейчас же запустит в нее мощное дзюцу. — Вообще-то, у меня их два — огонь и молния. — Правда? — Его глаза слегка расширились — это было трудно заметить, но Саске определенно выглядел удивленным. — Ну… это удобно. Ты знаешь какое-нибудь ниндзюцу, в котором используется одна из них? — Нет… не совсем, — она отвела взгляд, чувствуя себя немного пристыженной. — Мой клан вообще не полагается на ниндзюцу. Я узнала о своей предрасположенности только потому, что мне было любопытно. Саске закатил глаза. — Хм. Как непрактично с Вашей стороны, ребята. А как насчет техники вращения, которую использовал твой двоюродный брат? — Хаккешо Кайтэн? — пробормотала она, чувствуя растущее любопытство. — Да, я научилась выполнять его относительно недавно. В клане Хьюга это дзюцу считается секретным, только членам Главного Дома разрешено изучать его. Он слегка поморщился, явно не проявляя интереса к традициям ее клана. — Неважно. Раз уж ты действительно умеешь им пользоваться, есть отличное ниндзюцу, с которым, как мне кажется, его можно сочетать. Я разработал его сам, и это разновидность Чидори. — Его дорожный плащ исчез перед ее глазами, напомнив Хинате, что они все еще находятся в сфере его гендзюцу. Теперь юноша сжимал запястье перевязанной левой руки своей обычной рукой. — Разновидность…? — повторила она, не зная, что на это сказать. — Хотя ты можешь и должна научиться выполнять базовое Чидори, тебе не стоит использовать его так, как это делаю я, поскольку оно зависит от Шарингана и небезопасно в большинстве случаев. Для меня это способ увеличить скорость и сократить расстояние между собой и противником. Для тебя же он годится только для использования на объекте или в ситуации, когда у тебя нет других вариантов в ближнем бою, что трудно представить, учитывая, что ты специализируешься на тайдзюцу как Хьюга. Она кивнула, нервно поджав губы. — Понятно. Но как насчет той версии… которую ты разработал? — Эта версия предназначена для использования в основном в оборонительных целях. В отличие от обычного Чидори, он излучает твою чакру во всех направлениях, по сути, окружая себя сетью зарядов молний. Они не настолько сильны, чтобы пронзить других, как в базовом дзюцу, но все же могут нанести некоторый урон, хотя основная цель — просто ударить врага током и остановить его движение. Но у меня на уме совсем другая идея. Ты, наверное, уже догадалась, не так ли? — он пристально посмотрел на нее, заставив девушку испугаться неправильного ответа. Но после пары секунд раздумий ее глаза расширились. — Ты… ты хочешь, чтобы я совместила его с Кайтэном?! Уголки его рта чуть приподнялись. — Да. Это будет твоей первой задачей на следующие несколько занятий. Чем быстрее ты его освоишь, тем быстрее мы сможем перейти к более интересным вещам. В течение некоторого времени она ничего не говорила, просто смотрела на него с восхищением. Возможно, именно поэтому его называли гением на протяжении всего их детства. То, как этот человек быстро нашел способ создать смертельно опасную технику ранга S лично для нее, основываясь лишь на тех крупицах знаний, которые он имел о дзюцу ее клана, было просто поразительно изобретательно. Это заставило Хинату задуматься, чему еще она сможет научиться у него в будущем. И, более того, это заставило ее предвкушать то, чему он сможет ее научить, еще сильнее, чем прежде. — Однако это будет нелегко, — добавил он с более серьезным выражением лица. — Чакра Высвобождения Молнии очень нестабильна по своей природе, в то время как, насколько я видел, Кайтен сам по себе требует идеального контроля чакры. Для тебя это означает, что твой контроль должен быть более чем совершенным, чтобы ты могла использовать его должным образом. И снова он оказался полностью прав в своем анализе техники клана Хьюга. Кайтэн, также известное как Восемь Триграмм Ладоней Вращающихся Небес, было тайдзюцу очень продвинутого уровня, которое действительно могли использовать только те члены клана Хьюга, которые могли контролировать свою чакру почти безупречно. Ведь как только они начинали вращаться с невероятной скоростью, малейшее нарушение в потоке чакры могло мгновенно нарушить сбалансированную последовательность, грубо выбросив их из круга вращения. Воистину, объединить его с Райтоном казалось почти невозможным… И все же, она чувствовала упрямое желание выучить его теперь, когда она представляла себе потенциал, заложенный в этом дзюцу. — Все в порядке. Я готова, Саске. Он одобрительно кивнул, сплетя несколько ручных печатей так быстро, что она едва заметила это. — Тогда начнем.

***

Когда импровизированный спарринг закончился, они оба сидели на краю крыши заброшенного небоскреба. Каждый думал о чем-то своем, глядя на красивое вечернее небо с золотистым оттенком, которое медленно затягивалось дождевыми тучами. Вокруг было почти совсем тихо, хотя время от времени Хината слышала редкие звуки, доносившиеся с пустых улиц внизу. Поэтому, когда она вдруг услышала далекий крик, который затих так же внезапно, как и раздался в воздухе, Хьюга обеспокоенно посмотрела вниз, снова активируя свой Бьякуган. Сейчас они с Саске находились на окраине огромного города, который был гораздо просторнее Конохи. Однако разница между этими двумя поселениями заключалась в том, что их родная деревня была еще жива, в то время как здесь все было наоборот. Хотя большая часть деревни, казалось, была оставлена ее жителями совсем недавно, так как тут и там еще были заметны небольшие пепелища жизни. Хината могла видеть одиноких людей, которые все еще бродили вокруг, вероятно, занимаясь мародерством в надежде найти хоть какие-то средства для выживания. Но, несомненно, всего через пару лет это место окончательно погаснет. Можно было бы подумать, что это слишком уж пессимистично, но куноичи Хьюга была уверена в этом. Почему? Ответ был прост. Инфраструктура казалась обманчиво прекрасной, ведь они с Саске сейчас находились у границы города, довольно далеко от центра… Вернее, то, что от нее осталось. Потому что прямо посреди бывшей процветающей гражданской столицы Земли Огня зиял кратер диаметром около трех миль. Все ближайшие к эпицентру здания превратились в пыль, лишь редкие кучки шатких, слегка оплавленных руин то тут, то там еще как-то стояли. Из того, что она могла видеть с помощью своего доудзюцу, единственные части города, которые остались в какой-то степени нетронутыми, находились недалеко от его границ, как и район, в котором они сейчас находились. И хотя Хината отнюдь не была экспертом в экономике, было нетрудно понять, что у их страны просто нет ресурсов для восстановления разрушений такого масштаба в ближайшее время, если вообще когда-либо будут. — Не самый вдохновляющий вид, не так ли? — внезапно спросил Саске, заставив ее отвлечься от своих мыслей. Она повернулась к нему, деактивируя свой бьякуган — молодой ниндзя небрежно открывал банку с едой. — Д-да, — тихо пробормотала она, опустив глаза. — Вовсе нет. — Хм. — Он фыркнул, бросил ей банку и потянулся в сумку за другой. — Столько разрушений, и все благодаря этим двум отмороженным придуркам, которые не смогли преодолеть свой жалкий способ выживания. Хината моргнула, чувствуя себя несколько озадаченной. Нетрудно было понять, что сейчас он говорит о своих бывших сородичах, но было необычно видеть Учиху таким многословным. Ей было и любопытно, и страшно сказать что-то, что заставило бы его замолчать, поэтому она не ответила сразу, тщательно подбирая слова. — Ты говоришь о Мадаре и Обито… не так ли? — Да. — Он посмотрел на кусок мяса, который держал палочками для еды, как бы размышляя, стоит ли его вообще есть, прежде чем решительно отправить его в рот, а через секунду перевел взгляд на молодую женщину. — Даже если ты попытаешься проявить сочувствие и понять их поганое мировоззрение, разрушение целых городов подобным образом — это явный признак лишь садизма и разрушительности с их стороны. Я думаю, это гораздо больше говорит об их истинной сущности, чем та претенциозная чушь, которую они несли. Забавно, что они, похоже, искренне считали себя хорошими парнями. Пока мы не надрали их жалкие задницы. И снова она не сразу ответила, обдумывая то, что он только что сказал. Было удивительно и одновременно приятно услышать его оценку их отвратительных действий и мотивов. Ведь учитывая все, что она слышала об этом человеке, сидящем сейчас рядом с ней, Хината могла предположить, что он без колебаний пойдет по их стопам, если сочтет это необходимым для достижения своих целей. — То, что они сделали, было… это было ужасно… — медленно проговорила она, возвращая взгляд на улицы, ведущие к кратеру, скрытому за многочисленными небоскребами перед ними. — Потому что это было не по уважительной причине? — Девушка решила немного допросить его, гадая, что он ответит. Осуждал ли Саске такой поступок повсеместно, или же он относился только к тому, что это было ненужным для достижения их целей? По какой-то причине это казалось ей важным, но не с осуждающей точки зрения — ей было искренне интересно, что думает об этом ее временный сенсей. — Я не думаю, что в уничтожении целых городов есть что-то хорошее по своей сути, — ответил он, пожав плечами и взяв еще один кусок мяса. — Такой поступок, даже если ты когда-нибудь решишь, что он оправдан, должен быть совершен, по крайней мере, ради большего блага. В их случае они просто сделали это ради забавы. Чтобы поиздеваться над Альянсом и сломить наш боевой дух, пока они наслаждались издевательствами над нами. — Он вдруг ухмыльнулся, покачав головой. — По иронии судьбы, именно это в конечном итоге и привело их к гибели. Если бы они просто провели ритуал Бесконечного Цукуёми быстрее, без каких-либо задержек, они бы победили. — Понятно… — Она закусила губу, глядя на нетронутую еду — несмотря на почти полное истощение, затронутая тема заставила ее потерять аппетит. Все воспоминания о Великой войне, и особенно мысли об их туманном будущем, которое не казалось очень многообещающим… Это было, мягко говоря, угнетающе. — Как ты думаешь, Саске, ты смог бы сделать что-то подобное? — спросила она, внимательно глядя на него. Ниндзя уже закончил трапезу и теперь просто смотрел на небо, полузакрыв глаза. — Хм? — Он не смотрел на нее, словно не замечая присутствия куноичи. Она сглотнула, обняв колени. — Я имею в виду… Если бы это было ради выживания Конохи, ты бы сделал что-то подобное с другой страной? — Она отважилась копнуть глубже, но опасалась, что он воспримет ее вопрос неправильно, как будто она испытывает его или что-то в этом роде. На самом деле, как ни странно, ее нынешнее внутреннее смятение не имело никакого отношения к этому человеку и его возможным будущим решениям. На протяжении последних нескольких дней, всякий раз, когда у нее выдавалась минутка для отдыха между тренировками, Хината отчаянно пыталась смириться со своей новообретенной парадигмой. Это оказалось не так просто, как она думала вначале — быть революционером, который готовится вести войну — возможно, не одну — против другой страны. По сравнению с ее прежним уединенным, мирным и беспечным существованием в стенах особняка Хьюга, это откровенно переворачивало все ее мировоззрение с ног на голову. Конечно, она время от времени отправлялась на всевозможные задания, и даже участвовала в Великой войне в качестве бойца Глобального альянса, но тогда ситуация была куда менее сложной. На карту было поставлено существование мира. Были две легко очерняемые фигуры, которых нужно было уничтожить, несмотря ни на что. И, несомненно, в этом контексте все они были хорошими людьми, которые пытались спасти всех остальных от плохих. Они были героями. Их враги были злодеями. Все в этой борьбе было благородным и справедливым, объективно. Но теперь… ничто уже не было ни белым, ни черным. Моральная сторона реальности, в которой она оказалась, была серой и размытой, как и мертвый город, перед которым они вдвоем стояли сейчас. И это очень беспокоило куноичи. Но не потому, что она сомневалась в своем решении осуществить их план, нет. Хината по-прежнему была полна решимости в этом вопросе. Однако ее ужасала мысль о том, что это может заставить ее колебаться в решающий момент, подвести своих новообретенных товарищей и провалить их миссию. Поэтому сейчас Хината чувствовала отчаянную необходимость разобраться во всем, что им предстояло сделать. Найти экзистенциальные ответы на проблему добра и зла, по сути, как бы наивно это ни звучало даже в ее собственной голове. — Я не думаю, что это вопрос, который имеет наибольшее значение, — ответил Саске через некоторое время, заставив Хьюгу вздрогнуть и посмотреть на него. — Совершить поступок и нести за него ответственность — две разные вещи. Мы — шиноби, мы выполняем приказы начальства — такова наша жизнь. Потому что, в отличие от тебя и большинства других людей, я действительно могу причинить такой ущерб своей собственной силой. Поэтому мне легко узнать ответ на вопрос, есть ли во мне сила, чтобы сделать что-то подобное или нет. Что более интересно… — он впервые за долгое время посмотрел на нее с намеком на любопытство в своем единственном видимом глазу, — Как человек, не обладающий такой силой, если бы это зависело от тебя, смогла бы ты приказать мне сделать это? Сможешь ли ты взять на себя такую ответственность? Она была ошеломлена. Это был, конечно, тот еще вопрос. Он был прав — как шиноби, человек должен был выполнить свою миссию без вопросов. Если подумать, ей всегда было легко убивать, когда ей приказывали. Единственный раз, когда ей было трудно отнять жизнь у другого человека, это когда это зависело только от нее… Когда ответственность за это решение лежала на ней. — Я не уверена, — честно ответила куноичи, отложив банку с мясом, так как решила, что больше не хочет есть. — Я думаю, это еще труднее… заставлять кого-то другого делать грязную работу вместо того, чтобы делать ее самому. — Ну, ты станешь следующей главой своего клана. Тебе придется отдавать любые приказы, в том числе и грязные, — рассуждал он, не сводя с нее взгляда. — Я… — Хината не знала, что на это ответить. Ни для кого не было секретом, что она никогда не хотела занимать руководящую должность. Но теперь, когда она была вынуждена занять ее, у нее не было другого выбора, кроме как принять это и научиться жить с этим. Даже если это противоречило самой ее природе… такова была их реальность. Внезапно, к ее удивлению, Учиха отвернулся и вздохнул. — Расслабься, Хината. Я сомневаюсь, что ты когда-нибудь прикажешь одному из своих людей взорвать целый город. И если это когда-нибудь станет необходимостью, я просто сделаю это сам. Не в моем стиле прятаться за спинами своих последователей, когда дело доходит до того, чтобы марать руки. Она не знала почему, но услышав это, она искренне улыбнулась, несмотря на ужасное настроение. В его словах была какая-то сила, а также искренность, граничащая с цинизмом, но ей все равно понравилось то, как освежающе они прозвучали для нее. Потому что она слишком хорошо знала, что Наруто просто скажет что-то вроде: «Я бы никогда до этого не додумался, поверь!», а затем удобно сменит тему на что-то другое, как будто его самоуверенная храбрость что-то решает. Но к этому моменту Хината поняла, что реальность устроена иначе. Кто-то должен был принимать такие решения. Кто-то должен пачкать руки ради других. Даже если в какой-то момент это означало совершить немыслимое… — Думаю, именно поэтому ты — наш следующий Хокаге, Саске, — наконец сказала она, все еще робко улыбаясь ему. — В отличие от меня, ты можешь стать великим лидером. Я… я очень уважаю это. — Хм. — Он отвернулся, скрывая от нее видимую часть своего лица. — Хватит разговоров. Ешь сейчас, тебе нужно много белка. Твое тело все еще позорно слабое. Куноичи чуть не захихикала. Она не была до конца уверена, но, похоже, ей удалось заставить его чувствовать себя немного неловко. Может быть, он просто не привык слышать комплименты? Учитывая его репутацию, это вполне логично. Но все же было интересно увидеть его с этой стороны, раз уж ей представилась такая уникальная возможность. Внезапно она обнаружила, что ее прежние заботы отошли в самые дальние уголки ее сознания, поэтому куноичи сделала то, что он сказал ей, взяла банку и начала есть. Что бы ни случилось в будущем, возможно, в конце концов, она сможет просто принять это. Неважно, насколько мрачным и ужасающим оно будет.