На языке цветов

***

Горо встретил эти цветы абсолютно случайно, но просто не смог пройти мимо. Яркие, точно кровь, алые бутоны раскрылись. На нежнейших лепестках блестели капли росы, придавая цветам еще более сказочный вид. Чудесно. Пес войны собрал букет, крепко прижав его к груди, как самую большую драгоценность. Их переписка с Аратаки Итто лишь набрала обороты после встречи фанатов. Они активно делился новостями и своими совершенными подвигами, застенчиво интересовался историями Горо, каждый раз извиняясь за несдержанность. Генерала такая непосредственность до дрожи в пальцах умиляла, потому отвечал он всегда с чистым сердцем. К своему стыду пес войны нашел цвет этих цветов невероятно похожим на глаза главаря банды Аратаки. В новом письме Горо долго подбирал слова, в итоге даже обратившись к Кокоми, которая — стоит отдать должное ее выдержке — нашла занятие своего подчиненного весьма философским и полезным, подсказав пару интересных выражений, распространенных на Ватацуми. Генерала мучили настороженные мысли по этому поводу, стоит ли так явно указывать на место своего прибывания. Госпожа Яэ намеренно велела всегда отписываться адресом издательского дома, на корню пресекая возможность выследить популярную ответчицу. Покумекав мысль и так и этак, Горо решил, что в одном письме упомянуть особенность одного из островов Инадзумы — возможно. Ведь можно допустить мысль, что мисс Хина решила развеяться и попутешествовать, тем более вряд ли Итто заволнует такая мелочь. Они почти в каждом письме ненароком интересовался датой следующей встречи фанатов, Горо из раза в раз отвечал искренне, что не знает, когда его издатель посчитает подобную акцию вновь необходимой. И пусть, демона часто бесили слишком высокопарные фразы, но вытравить официальный стиль — воспетый госпожой Сангономией и воспитываемый в ее подчиненных — генерал просто был не в силах. Какого-либо минуса он в подобном не видел, тем более, что подобное общение помогало Итто, он теперь куда как лучше понимал эти сложносостряпанные речи аристократов, что перемывали косточки ему прямо в лицо. В последнем письме мелькнуло это уточнение. Горо нравилось, что он может помогать людям, не прибегая к оружию. Для него это очень много значило. Прибыв в издательство в конце недели, Горо сразу кинулся к своей отложенной книге, мечтая отыскать значение случайно найденных цветов. И до чего приятно было обнаружить идеальное совпадение со своими желаниями. А пес войны давно искал способ осыпать Аратаки комплиментами, выразив собственные симпатии завуалированно, и вот такая возможность появилась. Долго отговаривая себя и с каждой новой мыслью все больше краснея, он наконец решился, прижимаясь губами к ленте, которой обвязал нежные стебли. Генерал оставил и письмо, и непривычный подарок на стойке, попросив хозяина примерить к букету дендро, для избежания раннего высыхания. На Ватацуми Горо и сам просил подчиненных об аналогичной услуге. Ответ ждать не заставил, причем был столь щедр на эмоции, что Горо несколько раз откладывал лист, переводил дух, справлялся с излишне активным хвостом, что так некультурно поднимался и мельтешил из стороны в сторону, и только после этих ритуалов принимался за новое предложение. Демон очень красиво описал закат того дня, когда смог забрать свой ответ. Он писал, о схожести красок сумеречного неба и цветах, подаренных госпожой Хиной. Итто изъявлял искреннее удивление, что такая кроткая и утонченная дама нашла схожесть между прекрасным растением и его неотесанной персоной. Почерк часто терял композиционную отчетливость, словно иероглифы писали в горячке, но что-то в этой мелочи было настолько личным, горячим и желанным, что подышать к окну Горо бегал через каждые три слова. Он никогда в своей жизни не подвергался такой экспрессии, потому ощущал сильнейшую перегрузку для сознания, но не находил в себе сил выпустить долгожданное письмо из пальцев. Он даже носом к бумаге прижался, желая ощутить запах они и соответственно его эмоции во время написания. Запах всех живых существ меняется при изменениях эмоционального поля. Таким образом недоверчивый пес пытался себя уверить в молчаливой ответности. Убедиться в общих желаниях. Однако запах от пергамента был столь слабым, что больше огорчил, чем помог. Яэ Мико словно почувствовала, что ее старого знакомо слишком закружила симпатия и невозможность ту проявить, и повелела готовиться к еще одной встрече. В этот раз Горо сам шел в руки милых девушек, подставляясь под кисти и пуховки. Лиса долго сверлила генерала слишком проницательным и понимающим взглядом, пряча ухмылку за веером. Пса безусловно это смущало, но не в той степени, как подростка, он уже был мужчиной и спокойно (почти) принимал свои желания. — В этот раз постарайся не касаться всех подряд, — Яэ чуть дернула краешком губ, — сохраняй свой образ невинной и благочестивой леди, абсолютно недоступной для людей. Они должны воспринимать тебя как пустынный мираж, до огня в сердце желанный, но бестелесный. По этой же причине твои советы их достигают, так как слушать что-то отождествляющиеся с божественность проще, нежели человека из плоти и крови. Она всегда попадала своими словами прямо в цель. Уши генерала опускались все настойчивей с каждым произнесенным звуком, но возразить было нечем. Хина — это маркетинг, хитрый ход и отмывание больших сумм, не обыденность. Выдавив из груди тяжкий вдох, Горо согласился с ней. Люди гомонили, толкались и смотрели действительно восхищенно, словно Хина — это фея из погибшего Виндагнира, хотя они бы приняли и эту чушь за чистую монету, пожелай Горо себе интересной предыстории, но для такой халтуры он еще не нарастил себе панцырь пренебрежения. Пес скользил зелеными очами по толпе, желая снова лицезреть крупную фигуру они, но терпел поражение из раза в раз. Он писал и говорил, заговаривал зубы профессионально, лишь бы исполнить приказ гудзи Яэ. Лишь когда осталось четыре человека, Итто подоспел, стараясь на бегу привести свою гриву в порядок, но само его появление уже спалило все сомнения в душе генерала, поднимая какой-то запредельный уровень счастья. Хвост под платьем закрутился аки пропеллер, сбивая все мысли в кучу. Кажется, что Аратаки тоже желал поговорить наедине, оттого снова нашел место в самом конце. Проводив последних фанатов, каждого одарив ласковыми словами, Горо наконец поднял взгляд на демона. В такие моменты рост Итто воспринимался, как забавная помеха, ибо шея изгибалась нещадно. — Господин Аратаки, — начал пес войны раньше, вежливо приветствуя мужчину кивком головы, — я рад-а, что успела сообщить вам о встрече. Надеюсь, что вам не пришлось откладывать свои дела или менять планы в суматохе. Если же что-то произошло из вышеперечисленного, то прошу прощения. Он правда не знал, отчего перешел на так любимый госпожой Кокоми высокопарный стиль, но вовремя прикрыть рот не сумел, отчего сейчас молол чепуху, краснея от неловкости и досадливо поджимая уши. — Что вы, госпожа Хина, за меня вам не стоит переживать, я же сам главарь банды Аратаки! — Итто хохотнул, ярко оскаливаясь и ударяя себя кулаком в грудь. Генерал тихо усмехнулся, подергивая ушами от довольства. Его так подмывало сказать о значении цветов Амарилисов, но смущение несколько сбивало сумбур в голове. — Ваш подарок так меня порадовал! — Итто лучился радостью и делился ею со всеми. — Если б не Куки, то не знать мне всего смысла, — Они хохотнул, взлохматив волосы на затылке, и почти вспыхнул в смущении. Лишь осмыслив слова, Горо окаменел, уронив пылающее лицо в ладони. «Мамочки, как же это все смущающе». — Вы действительно крайне мужественны, — выдавил генерал, пытаясь отпустить сковывающую неуверенность. — Да и глаза так похожи по цвету, что я не смог-ла пройти мимо! В глазах случайных прохожих они, наверное, выглядели глупыми подростками, но для них лично рождалась какая-то сакральная истина. — Ваш подарок и слова заставляют меня терять уверенность, — Итто щебетал скомкано, бросая юркие взгляды на лицо своей «персональной богини». — Я люблю говорить правдивые вещи, — улыбнулся пес, довольно вздёрнув уши.