The Bucket List

      В конце концов, он оказался на крыльце дома, где деревья качались от прохладного бриза. Он отключился от своих мыслей, дабы было легче игнорировать тупую боль в груди.       Томми понятия не имел, откуда он нашел в себе столько уверенности рассказать о своих чувствах, но в этом не было ничего плохого. Он лишь сожалел, что к нему не относились более серьезно. Возможно, его жизнь была бы намного проще, если бы люди могли отличить настоящего его от его роли, которую он играл. Потому что даже Ранбу, которого он смело мог назвать одним из своих лучших друзей, не знал, где находилась эта тонкая грань между ним и его персонажем.       Было больно думать о том, что его чувства остались без внимания. Больно, но не настолько, чтобы заплакать. Он просто находился подавленном состоянии, и все, чего он хотел сейчас, это просто вернуться домой, рухнуть на кровать и провалиться в сон. Он так устал. Так чертовски устал любить и гоняться за кем-то недоступным.       Ему нужен был отдых.       Просто немного времени, чтобы постепенно прийти в себя. Вот и все.       — Томми!       Он подпрыгнул от осторожного, зовущего его, голоса, и, подняв глаза, понял, что Таббо уже стоял перед ним.       — Я искал тебя повсюду, чувак! — его лучший друг тут же занял место рядом справа от него, явно раздраженный. — Я говорю тебе сейчас, но Ранбу подозревает, что ты не натурал. Я должен был прикрыть твою задницу, чувак! — обеспокоенно прошептал Таббо, совершенно не подозревая, как развивалась текущая ситуация.       Томми посмотрел на свои руки, лежащие на коленях, и нахмурился, заметив, что они слегка тряслись от напряжения.       — Ты не… Ты не должен был делать этого, — немного мягким, пугливым голосом пробормотал он. — Мы уже поговорили… И я на самом деле хотел, чтобы он знал… Он… Он не верит мне… — он замялся, сжавшись от стыда.       — Ох, Том… — Таббо обвил руками его плечи, в знак теплых объятий, которые, как думал Томми, не нужны были ему, пока его лучший друг успокаивающе не погладил его по спине. — Прости меня. Прости меня. Я не думал, что ты специально сделал это. Я не хотел ухудшать ситуацию. Мне так жаль…       Брюнет звучал таким виноватым, ломаясь в извинениях. Томми пришлось обильно покачать головой: ни одна кость в теле Таббо не виновата. Это всё — его собственная заслуга.       Карма — сука.       — Ты не сделал ничего плохого. Это как-никак моя вина… Я слишком много втирал, что я натурал, и теперь мне никто не верит.       — Не говори так, — отчитал Таббо, не желая видеть его в таком состоянии. — Я здесь. Я верю тебе. Уил верит тебе. Нельзя судить только по Ранбу. Хорошо?       Он кивнул. Он знал, что Таббо был прав. Он и Уилбур были первыми людьми, которые приняли его и искренне порадовались. Его кружащаяся голова просто не могла не ожидать худшего.       Может быть, он был просто пьян, но осознание того, что его могли не принять, слишком сильно пугала. Он не мог винить алкоголь за мысли, врезавшиеся в его сознание, напротив, ему казалось, что именно алкоголь помогал ему справляться с этим.       Он мог размышлять над ними только наедине. Успокоиться и отдохнуть.       — Я просто… Я хочу домой.       — Ох, — ощутимо обеспокоился Таббо. — Я сейчас тогда вызову убер.       Томми лишь молча благодарил своего лучшего друга за моментальную реакцию и поддержку. Это было мило, и он бы сказал ему об этом, но слова с трудом вырывались из его горла, в котором застрял болезненный комок. Он не достаточно доверял себе, чтобы заговорить, поэтому отвечал на вопросы друга только кивками или покачиванием головы.       — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? — Нет. — Ты уверен, что будешь в порядке? — Да. — Хочешь, чтобы я набил Ранбу по яйцам? — Нет.       Только когда машина прибыла, Томми крепко обнял Таббо в знак того, что очень ценил его, на короткое время найдя утешение в своем лучшем друге, прежде чем неохотно отстраниться.       — Я позабочусь обо всем здесь, Том. Не волнуйся, — успокоил его Таббо, и блондин не совсем понял, о чем именно говорил его друг, но предпочел не спрашивать об этом. Скорее всего, брюнет позаботится о том, чтобы сообщить Ранбу, что он ушел, или что-то в этом роде.       Томми достаточно доверял ему, чтобы оставить на него такую ответственность. Он улыбнулся ему так, что выражение его лица больше было похоже на гримасу, прежде чем развернуться на каблуках и уйти.

***

      Так он неправильно понял.       Томми не натурал, и Томми любит его.       Черт. Он должен был быть достаточно трезвым, чтобы оценить эту ситуацию.       Ранбу встал, или, скорее, пошатнулся на месте, когда обзор его видимости наклонился под небольшим углом. Он дождался, когда его зрение сфокусировалось, и только потом уже поставил одну ногу перед другой. Ходьба. Ходьба стала целой проблемой, когда ему пришлось протискиваться между людьми, чтобы исчезнуть в коридоре.       Но ему удалось добраться до туалета и запереться в одной кабинке из трех.       Глубоко вздохнув, он умыл лицо, пока красные щеки постепенно теряли свою краску. Под воротником было невыносимо жарко, а чтобы справиться с жарой, люди обычно принимали душ, даже если быстрый.       Надо действительно принять душ.       На самом деле, рабочий метод. Холодная вода помогла ему успокоиться, смыв перегрузку и напряжение, через которые прошла его голова. Он наклонился над унитазом, ловя себя руками на фарфоровой поверхности.       Его мысли замедлились, фокусируясь.       «Ран, тебе приходило в голову, что твой названный натуралом друг… не такой уж и натурал?»       Боже. Это выражение лица Томми, когда он спросил его об этом…       Ранбу чувствовал тяжесть в области груди, на который давил валун чувства вины. Он игнорировал мысли о том, что Томми мог быть геем, просто потому, что блондин еще не рассказал ему об этом… до этого момента.       Он съежился и громко застонал: ему бы тоже не понравилось, если бы его так проигнорировали. У него было преимущество в том, что относительно недавно он открылся как гей и был принят в обществе. На самом деле, Томми его так поддержал, позвонил ему сразу же, как только он вышел в свет, мило поздравил его и гордился им.       Он сделал прямо противоположное, фактически заперев его в этой метафорической тюрьме шкафа.       — Я такое натворил. Я такое натворил. Такое, — он чувствовал тяжесть своего неудачного выбора слов и бездействия, которые давили на него между легкими, мешая ему ровно дышать.       «Или если я скажу, что ты мне просто нравишься?»       Томми любит его.       Флирт, поддразнивания, насмешки, непонятные взгляды и случайные прикосновения теперь имели смысл. Ему было интересно, когда все это перестало быть мелочью, насколько искренним был Томми, когда он делал комплименты по поводу его внешности или нагло говорил что-то бесстыдное, чтобы поставить его в ступор.       Самое главное — как долго Томми носил этот груз в одиночку, держа это в секрете, когда они всегда были рядом друг с другом.       Вторая волна вины накрыла его с головой. Как он мог нравиться Томми, если он даже не мог вести себя как хороший друг?       — Эй, чувак! Ты закончил? В доме есть и другие люди, — кто-то малознакомый постучал в дверь, и Ранбу поспорил бы с дерзостью этого парня, заявив, что он владелец дома, но американец сейчас чувствовал себя дерьмово.       Он ничего не смог поделать, только открыть дверь и извиниться, отступив в сторону, чтобы уйти.       Томми. Ему нужно найти его и извиниться…       — Ранбу!       Однако прежде, чем он успел отправиться на его поиски, чья-то рука довольно крепко сжала его за локоть, потянув в более уединенное место. Он понял, что это Таббо тащил его на задний двор, за одно из деревьев, на котором натянут гамак.       — Тоби, ты не видел Тома…       — Он уже ушел домой, я вызвал убер для него.       — Ой, — ну, вот и ушли в закат все его шансы поговорить с ним.       — Да, ой. Нет, спасибо тебе, Томми думает, что никто не поверит ему! Что за черт ты ему сказал? Что, черт возьми, ты сделал с ним? — зарычал Таббо, как разъяренный дикий зверь.       — Я… Ничего! Я просто… Я спросил у него насчет Амстердама, и, возможно, ответил ему слишком брезгливо, поэтому он… — поэтому он убежал. Ранбу даже не мог произнести это вслух, от страха у него перехватило горло.       Он чувствовал себя бесполезным. Он чувствовал себя бесполезным в ситуации, которую навлек на себя, и не только Томми расстроился из-за него, но и Таббо был зол. Ранбу упал на колени; ноги подкосились под собственным весом.       — Амстердам? Какое отношение ко всему этому имеет Амстердам? — Таббо присел перед ним, говоря более деликатно, однако с замешательством в голосе.       — Прямо перед тем, как Томми заснул, перед тем, как ты вернулся в нашу комнату… Он… Он признался, что он гей, и я имею к этому какое-то отношение.       — Имею к этому какое-то отношение… Ну, это мягко сказано, — Таббо мрачно усмехнулся. — Ты первый парень, который ему понравился, Ранбу. Ты не обязан отвечать ему взаимностью, но, по крайней мере, извинись перед ним. Я не хочу больше видеть Томми таким.       На этом, Таббо оставил его в покое. Угроза не исчезла, и Ранбу знал, что лучше не воспринимать ее всерьез. Проведя с брюнетом несколько месяцев, он научился тому, что Таббо был непоколебимо предан и чрезмерно защищал Томми. Ранбу не мог справиться с этим, особенно когда Таббо был прав.       Ему нужно было извиниться, и он должен был исправить это.       Но ему нужно было правильно рассчитать время. Пусть обе стороны успокоятся и прояснят свои мысли. Осталось много нераскрытых карт, о которых ему предстоит подумать.

***

      На следующий день, яркие утренние лучи солнца разбудили его. У него прямо на глазах образовалась головная боль, и он вяло сел, обнаружив, что на нем вся та же одежда, которую он носил вчера.       Ну, это было неприятно. Но что более важно, он не помнил, как Билл и Фредди оказались на его кровати, ему пришлось убрать одну из их рук, лежавших на его животе, чтобы выскользнуть из кровати, не волнуясь насчет шума и движений.       Вторым он заметил свое пересохшее горло, которое являлось прямым свидетельством того, насколько много алкоголя он выпил, что даже не обращал внимание на обезвоживание всю ночь. Он добрался до своей неубранной кухни, осушая целый стакан за считанные секунды, прежде чем налить себе еще один.       Его столешницы были завалены недоеденными пакетами чипсов и алкоголем. Предстояла целая генеральная уборка, чтобы снова сделать его дом безупречным, а это всего лишь одна комната. Он прошел мимо гостиной, где на полу крепко спала пара человек. Он, наверное, был единственным, кто проснулся.       Шаг за шагом. Выпить немного Адвила. Принять душ. Очистить и, надеюсь, выгнать всех после.       Установленным планом, он обернулся, чтобы осмотреть свои шкафы на наличие болеутоляющих, потому что он клялся, что положил их где-то на верхней полке.       Пока он рылся в третьем шкафчике, установленном над раковиной, его взгляд упал в сторону, где боковым зрением он поймал красное пятно.       Не было никаких признаков адвила или еще чего-то, что могло бы помочь при головной боли, он повернул голову только для того, чтобы обнаружить красный блокнот, который валялся рядом с кофеваркой. Он узнает этот цвет среди чего угодно…       Это дневник Томми.       Он точно не мог ошибаться, когда его имя буквально написано черным маркером в углу твердой обложки с кривым смайликом на букве О, его торговой марке.       Ранбу не заметил легкой улыбки, скользнувшей по его губам, когда он собственными руками осмотрел его блокнот, стряхивая с поверхности ненужные крошки и пыль. Очевидно, что Томми случайно оставил его, и, зная, как долго блондин держал эту вещь рядом с собой, разумно, будет разумно с его стороны сохранить его где-нибудь для безопасности, пока он не сможет вернуть ему.       Он помнил, как Томми впервые показал свой список, который, как он помнил, был на первой странице.       Он перевернул лист.

Мой Список Желаний

      ✔Выпить       ✔Сделать пирсинг       ⬜Сделать тату (Нет. Мама убьет и откажется от меня. Оно не стоит того.)       ✔Устроить вечеринку       ✔Обкуриться (добавлено случайно)       ⬜Признаться Ранбу (и получить отказ лмао)       ⬜Каминг-аут?       ⬜️Переехать (на случай, если все пойдет по пизде. Просто переехать, Том)       Так Томми изначально планировал это сделать… Пока он не испортил это…       Блондину еще предстояло обновить список.       Предполагалось, что Томми сам сделает первый шаг, что требовало пары больших яиц, и признается ему, независимо от того, каков будет исход. Ранбу никогда не смог бы сделать этого, страх быть отвергнутым стал его причиной восхищаться влюбленными издалека в старшей школе, особенно после того, как ему отказали на выпускном вечере. Он поклялся избегать этой неловкой атмосферы, насколько это возможно, и не устраивать себе время от времени праздники в честь своего же позора.       Тем не менее, у Томми был план, который должен был исполниться.       Он закрыл блокнот, не желая быть более назойливым, чем есть сейчас.       — Ранбу.       Он поднял голову и увидел перед собой Таббо, хорошо одетого в свежую одежду и еще влажными после душа волосами.       — Я думал, что только я проснулся, — начал он, отчаянно пытаясь заполнить напряженную тишину.       Взгляд Таббо был непоколебимым и твердым, прежде чем его глаза не уставились на блокнот, и его губы сжались в тонкую линию.       — Можно взять это? Том попросил меня передать это ему, пока я не пошел домой.       — Ой… Ох, да. Да, конечно, — он нерешительно отдал ему журнал. — Держи.

***

      Томми кусал свои ногти, пока не вспомнил, что Уилбур попросил не терроризировать свои же пальцы. Он проснулся в холодном поту, как только понял, что его блокнота нет рядом с ним. А самое ужасное, что он даже не мог вспомнить, где оставил его, вообще нет никаких подозрений! Он помнил, что взял его потому, что хотел закончить свою последнюю заметку, прежде чем уйти помогать остальным устроить вечеринку.       Теперь это обернулось тем, что он расплачивался за свою же невнимательность, и блокнот может оказаться у кого-то угодно. Хуже всего то, что есть вероятность, что Ранбу мог увидеть это. Черт. Черт. Черт. Черт.

Тоби

Пожалуйста, скажи мне, что он у тебя Ты в пути? ТОБИ Я СЕЙЧАС СОЙДУ С УМА, ОТВТЬ МНЕ ТОБИ, ТЫ В ПУТИ

      Он точно параноик, он так думает.       Он также паниковал, когда случайно слил свой паспорт на стриме. Но это более реально, менее безопасно физически, потому что кто-то мог прочитать его блокнот. И кто-то, возможно, уже увидел это, и, черт возьми, если он увидит потенциальную утечку в интернете, он перережет себе горло и умрет ужасной смертью.       Шагая по комнате, пока его ноги не заболели, он наконец получил ответ от Таббо.       Расслабься, босс       Он у меня       Ранбу нашел его, но не думаю, что прочитал

Просто, пожалуйста, держи это в безопасности

      Ему было все равно, прочитал Ранбу его блокнот или нет. Его планы все равно были сорваны, американец узнал об этом, самым худшим образом. Пути назад не было, он вполне мог не разговаривать с Ранбу. Никогда, желательно.       Это должно быть легко. Все, что ему нужно сделать это: избегать их общих друзей, знать, когда начать стрим, везде его заблокировать и переехать куда-нибудь подальше. А Таббо сильно разозлится, если он переедет ближе к Богнору?       Говоря о Таббо, он сначала услышал стук в входную дверь, а потом уже голос.       — Том! У меня твой блокнот. Я могу войти?       Широким шагом Томми тут же широко распахнул дверь, пропуская своего друга внутрь. Таббо тут же достал блокнот из своего рюкзака, сохранив его в безопасности, как и обещал.       Облегчение наполнило его, когда он прижал прямоугольный предмет к груди, заключив Таббо в объятия.       — Спасибо, Тоби. Ты не представляешь, как много это значит для меня. Я твой должник, — он похлопал своего лучшего друга по спине, безмолвно обещая подарить ему что-нибудь.       — Не беспокойся об этом, чувак! Это важно для тебя. Я должен был найти его.       Он признательно улыбался ему, у него действительно была лучшая поездка или лучший друг в мире. Но потом он кое-что вспомнил.       — Как… как там Ранбу?       Боже. Он был жалок, не так ли?       Взгляд, который он получил от Таббо, говорил ему все, что нужно было ему знать.       — Я просто… Мне просто интересно, — он слабо защищался, отводя взгляд.       — Просто интересно. Да… — Таббо явно не поверил ему. — Он выглядел измученным, наверное потому, что я вправил ему мозги за то, что он заебал тебя.       — Тоби!       — Это же правда, не так ли? Не важно, что он сказал, это же настолько сильно расстроило тебя… Конечно, я не мог оставить это так. Конечно! — крикнул Таббо, все еще на эмоциях.       Томми даже не мог разозлиться на него должным образом. Довольно приятно, что Таббо так заступился за него, даже если ему, вероятно, следовало бы отругать его за драку с Ранбу. Он не хотел, чтобы их дружба разрушилась из-за чего-то подобного. Но осторожность в его глазах превратилась в мягкость.       — Я ценю то, что ты пытаешься сделать для меня. Но последнее, чего я хочу, это чтобы мои друзья выбирали чью-то сторону. Ранбу тоже твой друг, Тоби, — по крайней мере, ему нужно было успокоить его здравым разумом.       Таббо вздохнул, сбрасывая напряжение с плеч.       — Я знаю… Просто ты редко так расстраиваешься, и я никогда раньше не видел тебя таким.       — Думаю, я переживу, — он пожал плечами, от души смеясь, несмотря на боль в легких. — Это дерьмо между мной и Ранбу не станет концом света. Я большой человек, Тоби. Ты должен был это понять.       Ему удалось заставить Таббо улыбнуться, пусть даже немного, переводя атмосферу в нечто более легкое и менее напряженное.       — Так и есть. Ты самый большой человек.       — И также величайший! Если я не справлюсь с чем-то, ты же знаешь, что я позвоню тебе.       — Да, да. Ты прав, прости…       — Нет нет! Не извиняйся! Я просто говорю, что Большой Человек Том справится.       Таббо снова вздохнул, уже с облегчением, и робко улыбнулся.       — Хорошо. Если ты так говоришь.

***

Мой Список Желаний

      ✔Выпить       ✔Сделать пирсинг       ⬜Сделать тату (Нет. Мама убьет и откажется от меня. Оно не стоит того.)       ✔Устроить вечеринку       ✔Обкуриться (добавлено случайно)       ✔Признаться Ранбу (и получить отказ лмао)       ⬜Каминг-аут?       ⬜️Переехать (на случай, если все пойдет по пизде. Просто переехать, Том)