Purr

      Чаще всего Дрим не может задержать своё внимание на чём-то одном очень долго. Это своего рода закономерность: он очень часто не может сфокусироваться просто потому, что его мозг, словно мяч для пинг-понга, бьющийся об стену, раз за разом посылает ему много-много мыслей, разнося их по телу со скоростью света. Тук-тук. Рука Дрима задрожала от того, что она прямо сейчас может прикоснуться к Джорджу. Тук-тук. Улыбка медленно расплывается по лицу.       Как можно сфокусироваться на чём-то одном, когда вокруг так много звуков, цветов и всяких вещей? Когда рядом Джордж?       Поэтому Дриму и приходиться заставлять себя не смотреть на Джорджа каждый раз, когда позволяет возможность. Ему приходится напоминать себе об этом постоянно. Ему нужно сосредоточиться на чём-то кроме мягкого голоса друга и найти что-нибудь чудесное в этой кофейне, то, на что можно отвлечься. Дриму просто нужно перестать восхищаться каштановыми ушками на голове Джорджа, но ведь ему сейчас так хочется прикоснуться к ним и… касаться их каждый раз, когда этого хочется.              Он бы мог сказать, что не понимает, что происходит. Это бы могло дать ему немного свободы. Как контролировать то, что взялось неизвестно откуда, правда ведь?              Но он давно прошёл этот этап.              Дрим понимает, что он на этапе абсолютной безнадёжности. Ему никак не спастись от этих мыслей. Куда легче сейчас просто притаиться где-то под столом и молиться, чтобы его личный апокалипсис не нашёл его слишком скоро. Тот Дрим, который смирился с этим, уже несколько часов пытается остановить другого Дрима от покупки билетов Джорджу домой. Дрим, который смирился со всем, жалок.              Джордж ведь рано или поздно всё равно всё поймёт. Джордж не глуп, он просто немного забывчив. Между ними теперь нет экрана, нет микрофона, на который можно было бы спихнуть очередную оговорку. Теперь Дрим не может отключить камеру, чтобы скрыть свои розовые щёки или обожающие взгляды в сторону Джорджа. Раскрытие чувств Дрима — вопрос времени.              Джордж поймёт всё, когда Дрим в очередной раз не сможет себя контролировать. Он посмотрит на друга тем самым взглядом, коснётся его не в силах сразу убрать руку или скажет ему что-нибудь, что давно вертится у него на языке. Тогда Джордж всё поймёт. В голове Дрима уже представляется тот самый момент. Джордж пятится от него с отвращением или даже с жалостью на лице, затем он либо кричит на него, либо шепчет ему что-то самое злое и ужасное, то, что вопьётся в душу Дрима как когти, и потом Джордж уедет от него в какой-нибудь отель, сразу купит себе билет домой и улетит на следующий день.              Он навсегда покинет Дрима.              Жалкие ласточки в груди Дрима застревают в кислой смеси мяты, горячего шоколада и страха. Дрим не допустит этого. Он будет держать всё в себе, а если надо, то он прикончит свою любовь к Джорджу.              — Дрим, — друг чуть хмурится, — я пропустил что-то или ты…              — А? — Дрим поднимает голову и медленно моргает, возвращаясь в реальность.              Джордж смотрит на него с противоположной стороны стола с улыбкой на лице. Его шарф аккуратно прикрывает шею, чуть касаясь плеч.              — Ты очень долго смотрел на эту салфетку, — он наклоняет голову, поднимая бровь, — она такая интересная?              — О, да, — Дрим пытается отвечать обычно, от нервов теребя салфетку в своих руках ещё сильнее, — она кое-что мне рассказала.              — Пф, ты такой несуразный, — Джордж улыбается и закатывает глаза.              Дрим немного расслабляется, а затем ухмыляется и наклоняется вперёд, укладывая подбородок на собственные руки:       — Ты даже не спросишь, что за замечательные слова она сказала?              — Ладно, — Джордж внимательно оглядывает его вздыхая, — что тебе сказала твоя подружка-салфетка?              — О, — Дрим чуть отстраняется, — она сказала, — он затаивается, оглядываясь по сторонам, — что ты… ботан.              — Ха-ха-ха, как смешно, — Джордж усмехается и качает головой задумываясь, — почему я до сих пор терплю тебя?              — О, ты же просто любишь меня, забыл?              Почему я сказал это?       Не пересекай черту, не надо.              — Да, — Джордж закатывает глаза, — разумеется, я забыл, пусть будет так, если ты будешь спокойней спать сегодня ночью.              Джордж тянется к своему кофе и медленно продолжает пить его. Взгляд Дрима предательски скользит вниз от глаз Джорджа туда, где блестящие розовые, наверное, очень мягкие, губы Джорджа обхватывают трубочку. Через пару секунд Джордж отрывается от неё и облизывает губы, слизывая с самого уголка взбитые сливки.              Дриму кажется, что он потеряет сознание сейчас.              — Так! — Громко произносит Джордж после, хлопая себя по бёдрам. — Теперь в аквариум? Ты уже выпил всё? Просто, если нет… мы бы могли взять стаканчик с собой.              — Он, — Дрим наклоняет стакан в руках, — здесь почти ничего нет, — он быстро допивает остаток и довольно вздыхает, — готово, теперь мы можем уходить отсюда со свободной душой.              — Окей. — Джордж встаёт со своего места, Дрим встаёт следом за ним. Они машут улыбающейся у кассы девушке и идут к двери.              Дрим рад, что она не сказала ничего вроде «наслаждайтесь оставшейся частью свидания» или что-то настолько же ужасное. Он и так обречён, поэтому такие слова бы стали последней каплей, и он бы совсем утонул в своей дурацкой любви.              Как только они выходят на улицу, Джордж вздрагивает от внезапно поднявшегося порыва ветра. Его хвост взъерошивается и обвивается вокруг талии, а уши прижимаются к голове.              — Мне надо было взять куртку, — Джордж недовольно фыркает, — всё, что у меня есть с собой, это этот дурацкий шарф.              Дрим хмурится от странного ощущения внутри него.              Сейчас зима, но во Флориде обычно не бывает так холодно, сегодня просто прохладнее обычного. Он чувствует, что ему необходимо согреть Джорджа. В голове почти сразу появляется странная идея: надо отдать свою толстовку Джорджу. Она наверняка будет ему велика, но если Джордж хотя бы на мгновение замурчит сегодня, Дрим будет самым счастливым гибридом на планете. Конечно, от вида Джорджа в его толстовке у него может остановится сердце, но… он готов рисковать.              Будем честны, Дрим слишком слаб, чтобы удержаться. Именно поэтому он уже медленно стягивает с себя толстовку и натягивает её на голову Джорджу.              — Эй, Клэй, что за…              Дыхание Дрима сбивается. Он смотрит на то, как Джордж пытается не утонуть в его толстовке и надеется, что сможет выдать всё это за шутку. В конце концов, Джордж выбирается из плена ткани и высовывает голову. Его волосы безумно очаровательно взлохмачены, а уши мило топорщатся. Друг смотрит на него большими удивлёнными карими глазами и надувает губы:       — Зачем ты это сделал?              Дрим забывает, как дышать. Его грудь наполняется чем-то до безумия тёплым, так, будто сейчас лето. Будто они с Джорджем сейчас стоят посреди поля и держатся за руки.              — Ну, — ласточки Дрима всё меньше и меньше сопротивляются смеси, что затягивает их, — ты сказал, что тебе холодно.              — Так, — Джордж наклоняет голову, — ты поэтому дал мне свою толстовку?              — Ну да.              — Ты такой, — Джордж фыркает, прежде, чем расплыться в улыбке, — такой… — он тихо хохочет, и его щёки розовеют, — ты тупица. Я бы мог согреться в машине, это заняло бы минуту максимум.              — Эй, нет, — Дрим криво улыбается в ответ, — я… ты такой крохотный, можешь просто замёрзнуть, пока мы дойдём… а я больше, поэтому мне не так холодно и...              — Правда думаешь, что ты намного больше? — Джордж усмехается, поправляя толстовку. — Она ненамного мне велика, буквально на пару сантиметров              — Эй, нет, ты же шутишь, – Дрим будто удивляется, иронизируя, — она сильно тебе велика.              Джордж фыркает. Рукава толстовки слишком длинные для него, их концы свисают, образуя подобие лапок. Дрим силой заставляет свой хвост не начать вилять.              — Да нет же, — Джордж улыбается, — буквально на пару дюймов, посмотри.              — На шесть.              — На шесть? — Джордж морщится, будто мысленно считая, сколько это будет с расчётом на реальность.              — И это только рост, — Дрим победно усмехается, — я куда больше тебя в целом.              — Это неправда, вообще неправда! — Джордж мило стучит ногой по земле. — Да я готов поспорить, что твои плечи не такие широкие, и ты носишь подкладки!              — Подкладки? — Дрим тихо смеётся, подходя к машине. — С чего ты вообще это взял?              Джордж недовольно фырчит и по-детски обгоняет Дрима.              — Ты просто придумываешь себе оправдания. — Дрим как ни в чём не бывало идёт за ним, весело виляя хвостом.              — Тогда докажи, что я не прав. — Джордж поворачивается к нему и улыбается.              Что-то в воздухе меняется, но Дрим думает, что это просто ветер перестал дуть так сильно, как прежде.              — Как я могу сделать это?              — Пф, — Джордж фыркает, подходит к машине и дёргает за ручку. Дрим отключает сигнализацию и открывает её, — просто докажи, что у тебя ничего нет под футболкой.              Хм? Джордж садится в машину, невинно устраиваясь на пассажирском сиденьи, по-видимому, не понимая, насколько сильно он сломал Дрима сейчас.              — Ты… ты намекаешь, — дышать становится немного тяжело, — что мне следует снять футболку?              — Может, — Джордж ухмыляется Дриму из машины, сильнее натягивая толстовку, — быть. — Он закрывает дверь, ожидая, пока Дрим сядет на своё место, и спокойно достаёт телефон.              Дрим на улице буквально взрывается. Теперь он понимает, что испытывают компьютеры с синим экраном смерти. Dream.ехе не обнаружен. Пожалуйста, перезапустите программу. Программа в настоящий момент переживает гей-кризис из-за своего лучшего друга.              Иисусе. Джордж не был таким, пока они общались через сотни миль по Дискорду. Дриму кажется, что его наебали и просто подменили Джорджа в какой-то момент. Потому что теперь он буквально просит Дрима снять футболку, чтобы доказать их разницу в росте. Если Джордж продолжит себя так вести, то, чёрт побери, Дрим не вытянет с ним больше недели. Если Дрим продержится хотя бы сегодняшний день без всякой херни, то это уже будет хорошо.              — Дрим, — Джордж стучит по стеклу двери, — я понял, как нам добраться до океанариума, — он высовывается в окно водительского сиденья, поддаваясь вперёд на время, — что ты там делаешь, м?              — Просто… — Дрим перезагружается, затем прочищает горло и открывает дверь, садясь внутрь, — ничего.              Джордж смотрит на него с небольшим недоверием, но в итоге просто пожимает плечами. Дрим заводит машину и слышит звук мотора, понимая, что точно так же грохочет и его жизнь. Он включает обогрев сидений и поворачивается к Джорджу только тогда, когда выезжает с парковки.              — А где океанариум… — он хмурится, — я забыл, куда нужно ехать.              — Так, — Джордж снова смотрит в свой телефон и наклоняется вперёд, чтобы показать карту, — вверх по этой дороге, а затем повернуть… куда-то сюда… я пока не совсем разобрался, где именно этот поворот.              Они доезжают до светофора. Дрим тянется рукой, чтобы взять телефон Джорджа, пытаясь не обращать внимание на то, как сильно дрожат его руки, пока он делает это. Он почти сразу узнает улицу, на которую им нужно свернуть.              — Нам нужно повернуть туда.              — Ладно, только, — Джордж закатывает глаза, — когда мы заблудимся, не вини меня.              — Эй, — Дрим вздыхает, — мы не заблудимся, я живу здесь достаточно долго, чтобы не теряться, расслабься.              — Ну-у, если ты говоришь так, — Джордж забирает свой телефон, — то я включу кое-что, ладно?              — Конечно, всё что угодно. — Дрим достаёт из бардачка кабель и передаёт его Джорджу. У них похожие музыкальные вкусы, поэтому Дрим уверен в том, что в машине не заиграет ничего плохого. И, внимание, Дрим отказывается от своих слов сразу после того, как по салону расходится вступление «Sweater Weather». Он смотрит на Джорджа, который почти сразу отворачивается к окну. Это всё его план? Когда строчки заполняют всё свободное пространство в салоне, они будто бы освобождают и мысли Дрима из его головы, позволяя всему быть более реальным.       

All I am

Is a man,

I want the world,

In my hands.

I hate the beach

But I stand

In California with my toes in the sand.

             Дрим сглатывает слюну, накопившуюся во рту из-за нервов, крепче сжимая руль. Он помнит, как пел эту песню с Карлом и Сапнапом во время их караоке-стрима. Джордж всё это время шутил, то и дело перебивая их, забавно коверкая слова. А Дрим тогда был настолько уставшим и вымотанным, что просто не мог сдерживать свои эмоции, поэтому те буквально сочились из каждого его слова.       

Use the sleeves of my sweater,

Let's have an adventure.

Head in the clouds

But my gravity's centered.

             Он бросает взгляд на Джорджа, который всё так же спокойно смотрит на дорогу. Его блестящий на солнце хвост свернут у него на коленях, он медленно поглаживает его, наверное, от волнения. Рукава толстовки Дрима прилегают к коже Джорджа, немного сдвигаясь каждый раз, когда двигается он. Дрим правда не думал, что когда-нибудь будет ревновать Джорджа к куску ткани.       

Touch my neck,

And I'll touch yours,

You in those little high waisted shorts, oh.

             Клэй отводит взгляд от Джорджа, понимая, что они могут попасть в аварию, если он не перестанет постоянно смотреть на него. Но песня дразнит его, поэтому он бросает на друга ещё один взгляд.       

She knows what I think about,

And what I think about,

One love. Two mouths.

One love. One house.

             Джордж чуть сдвигается с места, поэтому ворот толстовки спадает, обнажая ключицы. Такие белые, что Дриму кажется, что он на секунду слепнет.       

No shirt. No blouse.

Just us. You find out.

Nothing that we don't want to tell you about, no.

             Дрим с трудом пытается не представлять, как бы шея Джорджа выглядела будь она раскрашена розовыми и фиолетовыми отметинами, похожими на туманности и взорвавшиеся звёзды. Тело Джорджа — вселенная, а звёзды — это то, чего ей так сильно не хватает. Дрим сощуривается и задумывается, а был ли кто-то… кому уже удавалось оставить на теле Джорджа несколько отметин? Ревность поглощает его голову на пару секунд.       

'Cause it's too cold, for you here,

And now, so let me hold both your hands in

The holes of my sweater.

             Дрим трёт потные ладони о джинсы, удивляясь, когда он вообще смог вспотеть. Он чуть убавляет обогрев сидений, надеясь, что это хотя бы немного поможет ему прийти в себя. Почти сразу после Джордж поднимает свои руку, чуть торчащие из рукавов толстовки, и трёт глаза, чуть зевая. Острые клыки показываются из-под верхней губы. И Дрим точно не думает о том, как бы эти клыки ощущались на коже, губах и груди.       

And if I may

Just take your breath away.

I don't mind if there's not much to say

Sometimes silence guides our minds

To move to a place so far away.

             Он не думает, каким был бы Джордж рядом, будь без толстовки. Не думает о том, как бы водил руками по его телу, как бы касался волос, как бы прижимал Джорджа к себе, отгораживания от всего мира, и определённо не думает, насколько бы тёплым был тогда Джордж.       

The goosebumps start to raise

The minute that my left hand meets your waist.

And then I watch your face.

             Он не думает о том, каким бы милым был сонный Джордж, не думает о том, как было бы приятно разбудить его поцелуем однажды, показывая, насколько он дорог ему.       

Put my finger on your tongue

'Cause you love the taste.

These hearts adore

Everyone the other beats hardest for.

             Он точно не думает о том, какими были бы эти губы на вкус. Кажется, это мог быть вкус карамели и взбитых сливок или гранатовой помады, которой пользуется Джордж, чтобы его губы не обветривались. В любом случае это было бы что-то сладко-домашнее.       

Inside this place it's warm,

Outside it starts to pour.

             Дрим ругает себя, буквально ударяя по своему сознанию воображаемым кнутом. Он не может, не может. Ему нельзя думать об этом всём. Хоть Джордж и сидит рядом с ним в его толстовке, это не продлится слишком долго. Дрим понимает, что всё это может исчезнуть в любой момент, если он совершит ошибку. Дрима поглотит отчаяние, если всё это исчезнет.              Поэтому он молчит. Песня заканчивается. А он не думает ни о чём.       

***

      Кажется, проходит вечность, прежде чем они подъезжают к океанариуму. Голубая вывеска «Saltwhisker Aquarium» висит на арочном входе, украшенном искусственными кораллами, на ярко-синем градиентном полотне. Маленькая стойка регистрации стоит неподалёку, будто бы всё это время дожидаясь прихода Дрима и Джорджа. Немного людей слоняется рядом туда-сюда.              Дрим припарковывается и глушит машину. Краем глаза он видит, как Джорджа трясёт, когда тот вновь поворачивается в сторону входа. Его уши то и дело дёргаются, а хвост трепещуще дрожит.              — Ты сильно волнуешься? — Дрим коротко улыбается ему, посмеиваясь.              — Да! — Джордж будто бы сияет сейчас. Так красиво. — Божечки, да! В Англии нет ничего такого же масштабного, я бы мог приехать сюда только за этим, не будь тебя здесь.              — Не будь меня здесь? — Дрим закатывает глаза. — А сейчас ты вроде пользуешься мной, чтобы посмотреть на рыб, а?              — Эм, нет, — Джордж саркастично закатывает глаза, подражая Дриму, — я здесь и ради тебя тоже, идиот.              Дрим фырчит и выходит из машины. Джордж выходит следом за ним, быстро нагоняя. Он почти что летит, отталкиваясь от земли ногами, Дриму кажется, что если бы Джордж не так сильно страдал от смены часовых поясов сейчас, то уже давным-давно бы плавал вместе с рыбами в аквариуме.       Забавно, что чаще всего не оправданный стереотип о любви кошачьих гибридов к рыбе в случае с Джорджем является абсолютной правдой. Вообще Дрим обещал, что если Джордж когда-нибудь переедет к нему, то у него будет столько аквариумов, сколько он захочет. А может быть он и не обещал ему ничего такого. Со стороны Дрима это было очень глупо, и ему лучше было бы взять свои слова обратно, если он всё же обещал это, но… он слишком сильно лелеет мысли о том, что сможет услышать, как Джордж мурчит, пока обхаживает своих рыбок. Насмешливое «симп» тянется где-то в сознании Дрима смеющимся голосом Сапнапа, как только эти мысли появляются в голове.              Джордж в это время уже подходит к кассе и улыбается кассиру, который радостно чирикает ему в ответ:       — О, впервые здесь, да? — Птичий гибрид кивает куда-то за спину Джорджу.              Джордж немного мешкается и неловко оборачивается, замечая, что Дрим отстаёт от него. Будто бы задумываясь о чём-то, он замирает на одном месте и сощуривается. Джордж делает небольшой шаг к нему и хватает его за краешек футболки, притягивая к себе. Дрим чуть спотыкается и оказывается слишком сильно прижат к Джорджу.              — Э-э?              Джордж хихикает, немного краснея:       — Хэй, ты быстро пришёл типа…              — Ну да, — Дрим делает вид, что хмурится, смотря на него сверху вниз, при этом с усилием стараясь не вилять хвостом, — я пришёл так быстро, потому что ты был здесь.              — Потому что я был здесь? — Джордж в раздумье шевелит ушами и приподнимает брови. — Где же тот независимый и сильный, Дрим? Неужели теперь ты пойдёшь за мной куда угодно?              С тобой хоть на край света.              — Нет же, — Дрим не произносит прошлую до ужаса сладкую фразу, он просто смеётся, — я сам решил прийти, просто к тебе, сам.              — Да, конечно, — Джордж закатывает глаза и с улыбкой поворачивается к кассиру, — два билета, пожалуйста.              — Да, конечно.              Джордж продолжает улыбаться, а Дрим чувствует, как хвост Джорджа периодически задевает его, поэтому он осторожно отодвигается, пытаясь не обращать внимание на то, как сильно бьётся его сердце.              — Как думаешь, что мы увидим внутри? — Джордж поворачивается к нему, строя какие-то особенные глазки.              — Эм, — Дрим оглядывает Джорджа, — не знаю.              — Окей, что ты надеешься увидеть там?              — Ну, рыбы, ты знаешь, сами по себе классные, — Дрим немного смущается и вздыхает, — но я не слишком сильно фанатею по ним, думаю, я буду рад просто послушать тебя.              — Ты пытаешься сказать, — Джордж медленно моргает, — что не против, если я буду без умолку говорить о них?              — Да… — Дрим говорит это немного взволновано, — это…              Не пересекай черту.              — Мне нравится слушать тебя, когда ты говоришь… — он чуть отводит взгляд, подбирая слова, — о чём-то, что тебе нравится.              — О, — Джордж выглядит очень удивлённым.              Дрим медленно вытирает ладони о джинсы и сглатывает слюну, накопившуюся в его рту от волнения. Он проебался только что?       Несколько секунд ничего не меняется, а затем Клэй почти умирает, потому что Джордж становится до безумия милым. Он начинает освещать всё своей улыбкой, а его нос чуть шевелиться от смущения, а после его взгляд становится очень тёплым, когда он произносит тихое: «Я правда рад».              Через всю пелену мыслей слышится тихий кашель кассира:       — Извините, — он улыбается, — я не мог не заметить, какая вы милая пара. Вы так хорошо смотритесь вместе, это напоминает мне те времена, когда я встретил своего партнёра здесь.              Внутри Дрима всё сдавливается. Этого не может быть. Пара? Он пытается не смотреть на Джорджа, потому что ожидает увидеть то, как друг испытает отвращение.              — О, э-э, мы… — Клэй кашляет, пытаясь выправить ситуацию.              — Как же я мог забыть! — Радостно восклицает птичий гибрид. — У нас есть специальная скидка для пар на поход в дельфинарий к новорождённому малышу. Это очень редкий вид дельфинов песочные часы, в дикой среде их осталось не так много, поэтому сейчас, когда они впервые за всю программу восстановления популяции размножились, это… повод для празднования. — Он улыбается сощурившись. — Вам поменять билеты?              — Это было бы классно! — Джордж перебивает Дрима, только хотевшего заговорить, чуть выглядывая из-за его плеча, так, будто у него выросла вторая голова. — Это наше первое свидание вживую, думаю, это сделает его более особенным.              Что за нахрен!              Дрим чувствует, как Джордж медленно переплетает свои нежные тонкие пальцы с его, а затем обвивает своим хвостом его талию. Он старается удержать своё сердце в груди прямо сейчас. Кассир, кажется, не обращает внимание на его панику. Крылья за его спиной радостно хлопочут.              — Это восхитительно! А… кажется вы… — гибрид немного смущается, — просто ваш акцент, вы нездешний?              — Да, я пока просто в гостях, — Джордж наклоняет голову и дразняще смотрит на Дрима, — знаете, в гостях, пока этот пёс официально не предложит мне переехать к нему, да, щеночек?              Щеночек?              Дрим готов поклясться, что он либо спит, либо давно уже мёртв. Он надеется, что его лицо не сильно покраснело, потому что предательский жар стремительно поднимается с его шеи к щекам. Он немного ждёт, а после всё же произносит кое-что:       — Это, знаешь, я просто не придумал, как спросить тебя об этом…              На лице Джорджа на мгновение появляется удивление, и Дрим вздрагивает. Дерьмо.              Ладно, это было оче-ень честно.              Кассир радостно чирикает, опершись на стойку, с любопытством оглядывая друзей:       — Ох, он очень милый! — Воркует гибрид. — Вы двое такие очаровашки, я думаю, вы правда любите друг друга.              Дрим чувствует, как его уши нервно подёргиваются. Если случайный гибрид заметил, что Дрим чувствует к Джорджу, значит, и Джордж заметил это. Все их друзья знают об этом, и не потому что Дрим рассказал им, а потому что он сделал что-то слишком… влюблённое. Даже Томми, шумный гибрид попугая, заметил это, поэтому теперь дразнит его в любой удобный момент, даже когда Джордж сидит в Дискорде вместе с ними…       Дрим надеется, что сегодня Джордж будет менее сообразительным из-за своего недосыпа и перелёта, но, может быть, он уже всё понял? Клэй смотрит на Джорджа, дожидаясь ответа, чувствуя, как его грудь сжимается от ожидания. Кажется, он вообще не дышит.              — О, вот как, — Джордж поднимает голову и Дрим замечает странное выражение на его лице. Что-то среднее между нежностью и… болью. Дрим не знает, что с этим делать. Дрим ненавидит такие моменты. — Мы действительно… любим друг друга. — Слова Джорджа кажутся слишком искренними и душераздирающими, что-то в груди Дрима лопается.              Он легко улыбается, понимая, что однажды рухнет на дно и разобьётся, сказав что-то, что Джордж не будет готов услышать.              Они делают это, чтобы получить скидку, Дрим надеется на это. Правда.              — О, я не задержу вас дольше, — кассир улыбается, — вот ваши билеты! Надеюсь, у вас всё пройдёт хорошо, ребятки. — Дрим медленно отпускает руку Джорджа. Он отдаёт деньги на кассу и, улыбаясь, берёт два билета. — Хорошо проведите время!              Дрим с трудом начинает дышать, когда они доходят до коридора. Они сделали это ради скидки. Но ведь пару секунд назад он держал руку Джорджа!              Клэй внимательно осматривает указатели, чтобы немного отвлечься от того, что сейчас произошло. Таблички «Пресноводные», «Морские» и «Акулы» притягивают к себе внимание приятной картинкой, указывая нужное направление. На самом деле, он рад, что здесь не так много людей. Фанаты ещё не знают, что Джордж во Флориде, но всё равно могут узнать их случайно. Он почти забывает об их объятиях, пока Джордж снова не берёт его за руку, вновь переплетая их пальцы вместе. Его сердце начинает стучать невероятно сильно.              — Ты, — Дрим теряется, — э-э, ты ведь знаешь, что мы можем больше не держаться за руки?              — Я думаю, — Джордж пожимает плечами, совершенно равнодушно оглядывая его, — нам стоит продолжить… знаешь, если ты не против.              — Нет! — Дрим сжимает свою вторую руку в кулак, чтобы вдруг не ударить себя по лицу. — Всё нормально, наверное, это правда имеет смысл, да.              — Эй, ты такой идиот! — Джордж смеётся. — Так, куда ты хочешь пойти сперва?              Дрим прокашливается, стараясь вести себя как можно естественнее:       — Знаешь, это ты должен выбирать, мне же всё равно, так что мы можем пойти куда угодно…              — Что насчёт пресноводных? — Джордж мычит раздумывая. — Интересно, есть ли у них арованы или даже арапаимы? Они очень красивые! Но им нужны такие большие аквариумы, я не уверен, что такие здесь есть. — Дрим кивает, делая вид, что понимает, о чём говорит Джордж. Джордж тянет его к пресноводным за руку, и Дрим готов поклясться, что его лицо светится от волнения. — Или, может быть, у них есть какая-нибудь речная рыба, вроде форели, они не очень редкие, но они такие потрясающие и красивые вблизи. Может быть, у них есть киллифиш или радужница? Знаешь, их можно будет поселить дома…              Дрим понятия не имеет, о чём говорит Джордж, но, кажется, сейчас это не имеет значения. Голос Джорджа очаровывает, его ровный тон с этим приятным акцентом ласкает уши. Здесь он правда будто рыба в воде. Знания, страсть и особый трепет наполняют каждое его слово. Дрим не может насытиться. Видя Джорджа таким, он правда понимает, почему он влюбился в него. И понимает, насколько его чувства не к месту сейчас.              Джордж взволнованно сжимает его руку, когда видит первый аквариум. Дрим внутренне смеётся от переполняющих его эмоций. Джордж сейчас рядом с ним именно так, как ему — пусть это и звучит эгоистично, — действительно хотелось. Он позволяет Джорджу чуть ли не прижаться к стеклянной стенке аквариума, увлекая себя следом.       В комнате полумрак, большая часть света исходит именно от воды, поэтому создаётся ощущение, будто они сами находятся под ней. В больших аквариумах плавают рыбы разных видов, цветов и размеров. Цилиндрический аквариум в центре комнаты вмещает в себя разных медуз, бесцельно плавающих в нём. Небольшие таблички рядом с каждым из аквариумов рассказывают о его жильцах.       Джордж, чуть ли не задыхаясь, спустя пару минут тянет его к другому аквариуму, его глаза начинают сверкать, когда он видит красно-золотую рыбку.              — Арована! — Радостно выдаёт он. — Я так и думал, что они будут здесь! Я уверен, что у них есть и некоторые другие, но, мне кажется, что это особенно красивая. Я не могу сказать коричневый это или красный, но только посмотри на эти чешуйки! — Джордж чуть ли не проникает в аквариум через стекло. — Дрим, посмотри!              Дрим улыбается Джорджу, и его сердце переполняется любовью... Это выражение лица Джорджа заставляет его поперхнуться воздухом:       — Да, я вижу… она правда очень красивая и… красная.              Джордж смотрит на него немного, а затем опять поворачивается к аквариуму:       — Знаешь, я думаю, это моя любимая рыбка, даже несмотря на то, что для них нужен большой аквариум, их трудно удержать… они ведь могут прыгать на шесть футов вверх!              Дрим смеётся представляя, как огромная рыба внезапно выпрыгивает из аквариума прямо на них:       — Представь, что ты будешь кормить её, а она выпрыгнет прямо на тебя! — Джордж хихикает, прежде чем начать смеяться громче. — Это похоже на рыбную пушку! Она буквально стреляет сама собой. — Дрим хрипит, чуть ли не сгибаясь пополам от смеха. — Она хочет свободы, поэтому протестующе готова выстрелить собой в стекло, чтобы освободить других рыб!              — Боже-е, — Джордж бьёт его в плечо свободной рукой, — заткнись, ты такой идиот.              — Но я прав! Я ведь прав! — Дрим усмехается, по-детски кривляясь. — Я ведь прав!              — Божечки, ты такой глупый, — Джордж тихо стонет, ударяя себя ладонью по лбу, — идиот.              Дрим хихикает, виляя хвостом, Джордж закатывает глаза. Улыбка на лице Джорджа выдаёт его поддельную злость, к тому же его уши очень расслаблены сейчас. Он тянет Дрима вперёд, проходя мимо множества аквариумов приятного зелёного цвета и кучи голубых, таких, будто они окна в океан.              — Эй, эта рыба похожа на тебя!              Дрим смотрит на аквариум, перед которым остановился Джордж, указывая на косоглазую рыбку, прячущуюся в скале. Она чуть высовывает голову, прежде, чем вернуться в свою пещеру.              — О-о, — Джордж хихикает, — это угорь, как бы то ни было, посмотри на него, он косоглазый.              — Это… — Дрим слабо улыбается, — он вообще не похож на меня. О чём ты?              — О, нет-нет, — язвится Джордж, — вы очень похожи, смотри на него, он будто везде видит какой-то подтекст.              — Да-а, — Дрим закатывает глаза, свои самые обычные глаза, — ну, — Дрим замечает смешную рыбу в соседнем аквариуме, — ты выглядишь, как та рыбка.              Джордж следует за его взглядом и, понимая, какую рыбу имеет в виду Клэй, начинает таращится на неё так, будто она оскорбила всю его семью:       — Нет же! — Джордж прижимает свои ушки к голове злясь. — Я не выгляжу так!              — Это, — Дрим смеётся из-за слишком драматичной реакции Джорджа, повиливая хвостом позади него, — это просто первая рыба, которую я увидел, я даже не знаю, кто это…              Джордж тянет его за собой, чтобы посмотреть на рыбу вблизи:       — О, здесь написано, что это иглобрюх. Я не знал, что есть какие-то пресноводные виды иглобрюха, кроме карликового.              — Что? — Дрим приподнимает бровь в непонимании.              — Карликовый иглобрюх, — поясняет Джордж, — это малёшенький иглобрюх, который может жить в домашних аквариумах. Он достаточно популярен, потому что… выглядит куда приятнее вот этого. — Иглобрюх проплывает мимо нескольких рыбок серебристо-голубого цвета, отпугивая их              — Другие рыбы согласны с тобой. — Дрим фыркает.              — Наверное, — Джордж смеётся, — а эти маленькие, очень милые, кстати.              — Пескари? — Предполагает Клэй.              — М-м, — Джордж кивает, — я думаю, это зебровые данио. — Он удивлённо наклоняет голову в сторону. — Не думал, что они могут быть здесь, но они часто встречаются в домашних аквариумах…              Дрим смотрит на Джорджа и восхищённо произносит:       — Чёрт, ты правда очень хорош в этом!              — Это прозвучало саркастично, — Джордж хмурится.              — Нет! Я серьёзно, ты очень хорош в этом!              Джордж смотрит на него несколько странно, и Дрим предпринимает попытку объяснить ему всё как можно более понятно:       — Я имею в виду, я знаю, что это очевидно. Просто мне нравится слушать, как ты говоришь об этом, потому что ты… так заинтересован в этом, понимаешь? — Дрим знает, что Джордж считал свою любовь к рыбам немного странной раньше. — Ты так хорошо разбираешься в этом, поэтому я… я не перестаю удивляться тому, насколько ты… энергичный и умный… ботаник. — Он улыбается и потирает ладонь Джорджа большим пальцем. — Ты можешь говорить со мной, — Дрим смеётся, пожимая плечами, — обо всём этом сколько хочешь, всё нормально. — Когда Дрим наконец смотрит на Джорджа, то видит, как его щёки краснеют, а затем краснеет и весь Джордж. — Эм-м, — Дрим чувствует небольшой жар, наплывающий на него, — тебе же комфортно говорить об этом со мной? Просто чтобы ты знал, я люблю, когда ты рассказываешь мне что-то. — Джордж растерянно фырчит и закрывает лицо руками. — Джордж?              — Ты, — отвечает он чуть тихо, — ты… это слишком… Клэй.              Грудь Дрима сжимается. Он зашёл слишком далеко, слишком далеко.              — Вот дерьмо, извини, я имел в виду, что…              Джордж внезапно подходит чуть ближе к нему, а когда Дрим замолкает, то Джордж утыкается ему в грудь своей головой. Сердце Дрима начинает быстро-быстро колотиться, он поднимает свою свободную руку и кладёт её на плечо Джорджа, сдерживая себя от желания, поддерживающе потереть его спину              — Джордж? Ты в норме?              — Ты отвратителен, — Джордж стонет ему в ответ, — идиот, почему ты делаешь это со мной?              — Извини? — Дрим вздрагивает, опасаясь, как бы именно сейчас не наступил тот самый момент. — Что я сделал? — Спрашивает он чуть тише.              Джордж поднимает голову и секунду смотрит в его глаза, а затем вновь бьётся ему в грудь головой. Сердце Дрима продолжает очень быстро биться, просто потому, что оно рядом с Джорджем. Он старается не думать об этом, и том, что Джордж может вдруг услышать, как бьётся его сердце.              — Я, — растерянно произносит друг, — Клэй, как я должен реагировать на это?              — На что? — Дрим поворачивает голову в растерянности, ища поддержку в стеклянных рыбьих глазах, внимательно осматривающих их.              — Ты говоришь, — голос Джорджа немного приглушён из-за того, что он говорит, чуть ли не вплотную прижавшись к Дриму, — что с удовольствием слушаешь всё, что я рассказываю тебе.              Дрим чуть отшатывается, оставаясь стоять на месте, только потому что Джордж держится за него, и ему не хочется, чтобы это заканчивалось.              — Э, но ведь, — Дрим кашляет, — ты можешь и не…              — Нет, просто, — Джордж легонько бьёт себя ладонью прижимаясь к Дриму сильнее, — Клэй, я вообще-то не рассказываю никому кроме тебя о своей любви к рыбам, потому что знаю, что никто не воспримет это так, как надо, так, как это делаешь ты. — Джордж вновь фырчит. — А сейчас ты буквально говоришь мне, чтобы я продолжал говорить об этом и что тебе… — Джордж замолкает, — и… боже, о чём я болтаю…              Дрим смотрит на него немного непонимающим взглядом:       — Ох, — его голос такой хриплый, будто это «ох» пропустило какой-то фильтр в его голове. Он чувствует, как ему становится очень жарко. Чувствует, насколько жарок Джордж. Они молчат несколько секунд, прежде, чем Дрим подаёт голос:       — Знаешь, эм, я всегда готов слушать тебя, про что бы ты не говорил.              Джордж издаёт странный кошачий звук, выражающий какое-то детское недовольство и заставляющий Дрима вспомнить о том твите, где говорилось, что Джордж наверняка своенравный пассив, а он уступчивый актив. Сапнап очень долго дразнил их этим после.              — Просто заткнись, чудик, — фыркает Джордж, но Дрим чувствует, как он улыбается.              Дрим усмехается и, отпуская руку Джорджа обнимает его, наслаждаясь этим моментом и надеясь, что Джордж не отпрыгнет от него прямо сейчас.              — Только для тебя, Джорджи.              Когда Джордж ласковым голосом в очередной раз называет его идиотом, то обнимает в ответ. Дрим пытается напомнить себе, что это не должно быть романтично, и что лучшие друзья постоянно обнимаются. Но он не может не думать о том, насколько мягко Джордж говорит с ним сейчас. Он надеется, что Джордж чувствует то же самое, ту же самую шутливую нежность, и что ему не противно, насколько бы смешно это всё не было. Флирт — просто шутка, которая всегда была между ними. Насколько бы это всё далеко не зашло, это просто шутка.              Два братана сидят в пяти футах друг от друга в джакузи, потому что они не...              Он гладит Джорджа по плечу и улыбается:       — Итак, что насчёт того, чтобы я внимательно послушал тебя сейчас, когда ты будешь рассказывать о морских чуваках?              Джордж фыркает, отстраняясь от Дрима. Сразу становится как-то холодно, и Дрим подавляет порыв притянуть Джорджа обратно.              — На самом деле, я не так много знаю о них… но я могу почитать тебе информацию с табличек. — Джордж улыбается ему. — Это утолит жажду твоего внутреннего слушателя? — Поддразнивает его Джордж, уходя в сторону нужного зала, игриво виляя хвостом.              — Ты идиот… — Смеётся в ответ Дрим и идёт следом за Джорджем.              — Нет, ты! — Отвечает тот с озорной улыбкой, уходя всё дальше по коридору к табличке «Океанические и морские обитатели».              — Твой идиот. — Со странной болью думает Дрим, догоняя Джорджа на повороте. И только когда они спускаются по ступенькам, а Джордж выдаёт Дриму информацию явно не на английском языке, то понимает, что Джордж до сих пор не мурчал.