366 дней челлендж "Пиши"

      ДЕНЬ 26: «Пахнет костями» [02.08.2022 — 2 страниц] [06.08.2022 — 8 страниц] [08.08.2022 — 12 страниц] [09.08.2022 — 16 страниц]       Часть серии: «Волшебные кости»       Фандом: Гарри Поттер. UnderTale [AU: UnderTale, UnderFell, FellSwap Red, G! Sans]       Идея: Однажды из-за странной трещины между мирами в их мир приходит монстр и человек… А потом целое альтернативное Подземелье… И еще одно. Гарри просто знакомится. Что, черт возьми, не так с Дэбби?       Предупреждения: нецензурная лексика, оос, отклонение от канона, жизнь после канона. Солянка из Сансов, странный Гарри, еще более странный Дэбби. В целом, похоже на повседневность. Предупреждение о триггере к мерзости? Возраст в тот момент, когда они впервые появляются в истории: UnderTale: Санс — 47 лет. Папирус — 33 года. Андайн — 37 лет. Альфис — 35 лет. Фриск — 21 год. Дэбби - 17 лет. Гарри — 13 лет. UnderFell: Рэд — 38 лет. Папирус — 29 лет. Кэклс — 30 лет. Таттэрс — 32 года. Руффлес — 10 лет. EchoTale: Джи — 57 лет. Чэйн — 17 лет. FellSwap Red: Раззбэрри — 34 года. Матт — 28 лет. Ститчес — 26 лет. Клэв — 28 лет. Фиджет — 12 лет. — — - — - — - — -       Все началось с небольшой новости в Under.net о том, что работа над экспериментальной машиной старого и давно исчезнувшего ученого-монстра, который был предшественником матери Гарри, Альфис, вышла из-под контроля и привлек в их мир две новые души. Не было никаких фотографий или большего количества информации, кроме утверждения, что они абсолютно безопасны и не несут никакого вреда для людей или монстров.       Как потом призналась Альфис Гарри и Андайн, это были Санс и Фриск из альтернативной вселенной. Судя по ее описаниям, новая Фриск, которая выбрала для себя прозвище Чэйн, была высокой семнадцатилетней девушкой в странной, немного откровенной одежде и цепями на руках. Это была большая разница с Фриск, которым сейчас был двадцать один год, и они были всемирно известными политиками. А новый Санс, который предложил называть себя Джи, был монстром лишь на полголовы ниже Папируса, с трещинами на лице, золотой магией в глазницах и одетым в кожаную куртку и брюки, а также бежевый свитер. Еще он курил, что было странно.       И хотя это было странно, Гарри не заострял на этом внимание. Ему было тринадцать лет, его первый курс в колледже был в самом разгаре, а его любимые дяди при встрече уверенно заявили, что все под контролем и они собираются предложить «гостям» жить с ними, так как именно Санс вытянул их из собственной вселенной. Гарри со смехом попросил как-то познакомить его с ними и продолжил учиться, смиряясь с тем, что, живя в общежитии в полдне езды от дома, семью он сейчас увидеть не сможет.       Что было не так плохо, просто… Было странно жить отдельно и делить комнату с незнакомцем. Дэбби был откровенно ужасным соседом по комнате и определенно старался сбросить на Гарри всю работу по дому, а также в первую неделю привел в их комнату какую-то девушку и постарался закрыть перед носом Гарри дверь. Это закончилось тем, что он вышвырнул мудака из самого общежития через окно первого этажа, а также провел напуганную девушку на улицу и заказал ей такси.       На втором семестре учебы его мать Альфис позвонила, чтобы предупредить Гарри о том, что большинство старших монстров уйдут на некоторое время и связаться с ними можно будет только по сообщениям. Как оказалось, из-за дыры в пространстве между мирами и пустотой, другие вселенные притягивает в "Альфа-мир". как Альфис назвала мир, в котором они живут. Но если первый раз призвало только два существа — потому что во всем Подземелье они были только вдвоем, — в этот раз призвали целое Подземелье, и это не было хорошо.       Новых монстров на время заперли в горе Эботт, чтобы провести реабилитацию и объяснить им, что люди не являются врагами, а также помочь им ассимилироваться в новом мире. Судя по всему, они были более агрессивными и жестокими, поэтому им нужно время, чтобы принять новые законы и получить официальные документы гражданства монстров. А это означало, что на эти выходные и, судя по всему, следующие, Гарри домой не вернется.       Зато Андайн и Папирус прислали ему много фотографий. На одной из них было целых пять скелетов и человек! Его дядя Санс лежал на внешне мягком ковре в гостиной, кажется, спокойно пуская «z», пока дядя Папирус ругает его — на фото он комично застыл с приподнятой для топанья по полу ногой и сжатыми в негодовании руками. На диване сидел скелет, похожий на Санса, но с острыми треугольными зубами и одним золотым клыком на левой стороне. В его глазницах, вместо мягкого белого цвета магии его дяди, были красные огоньки. На нем был простой красный свитер и джинсы, а на шее красный ошейник. Рядом с ним сидела девушка с слегка взъерошенными волосами по плечи знакомого каштанового цвета, бледной кожей и прищуренными глазами. Из одежды на ней был только черный топ и короткие шорты с высокими черными носками, предположительно, это была Чэйн. Она и другой Санс играли во что-то на консоли. Рядом с Чэйн, положив череп ей на бедра и свесив с дивана ноги, лежал высокий странный скелет, только отдаленно напоминающий структурой черепа Санса — менее округлый череп, более острая ухмылка со знакомыми тупыми зубами. От его левой глазницы вниз шла трещина, а от правой — вверх по черепу, и вместо белых или красных огоньков, это был желтый свет в его глазницах. Джи, а судя по всему это был он, был одет в простой белый свитер и черные джинсы, занимая время чтением. За диваном, явно идя по какому-то делу, был высокий скелет, напоминающий Папируса, с острыми зубами и более выраженными скулами. Через его левую глазницу проходила большая трещина, и из одежды можно было заметить только часть черных брюк и красную дорогую рубашку. В руках скелет держал пустую тарелку.       Его мама очень мило подписала каждого на картинке яркими неоновыми буквами — «Ленивые кости», «Самый крутой Папирус», «Человек-Чэйн», «Джи», «Эта задница Эдж» — о другом Папирусе — и «Не подходи к нему, Рэд» — о другом Сансе.       Другую фотографию, спустя буквально сутки, прислал ему дядя Санс с говорящей подписью «Не говори маме». На этом фоне его мама Андайн играла в армреслинг со своей полной копией, если не считать чуть более темный оттенок чешуи и более пушистые красные волосы — в то время как его мать была одета в привычную черную водолазку без рукавов и голубые бриджи, на незнакомке была черная футболка с глубоким вырезом и джинсы. Обе они почти сумасшедше-счастливо улыбались, пытаясь выиграть друг-друга — по бедному столу шла видимая трещина. Рядом с другой Андайн стояла копия его матери Альфис, если не считать более острых отростков на ее голове и очки со странными красными завихрениями. На ней был свитер в тонкую черно-красную полоску и длинная черная юбка, странно порванная внизу, создавая злодейский эффект. Монстр старалась отобрать у его матери, Альфис, белый лабораторный халат.       Будучи абсолютно ленивыми костями, его дядя прислал смайлик рыбы, с подписью «Кэклс» и смайлик очков, с подписью «Таттэрс».       Спустя месяц Альфис прислала сообщение, что Гарри мог бы, если он сам этого хочет, приехать в Подземелье на несколько дней, чтобы познакомиться с новыми монстрами. Хотя бы просто потому, что «Первое время мы будем жить «семьями» одного вида, ха-ха». Так что Гарри честно взял две недели выходных в колледже, что не было проблемой, потому что он был достаточно умен, чтобы не отставать по программе, и при этом был любимчиком многих профессоров.       Первая встреча с Кэклс и Таттэрс была… Странной. А точнее, монстр-рыба, как только заметила его, счастливо болтающего со своей матерью Альфис, вызвала его на спарринг, с кровожадным обещанием не ломать его слишком сильно. И если сначала Гарри собирался отказаться — черт подери, он не дерется с незнакомцами просто ради драки, — Андайн вскочила, чтобы заверить, что Гарри «легко надерет Кэклс зад!». В середине спарринга, где было очевидно, что Гарри играет на ловкость и скорость, а его противник на чистую силу и опыт, их очень грубым образом прервали — знакомая синяя магия просто оттянула его в сторону, пока похожая, но красная, отвела Кэклс с размаха в стенку.       — Какого хрена, вы делаете?! — незнакомый хриплый голос раздался по тренировочному залу под смех Андайн и Таттэрс, пока Альфис что-то устало бормотала. — И что здесь, блять, делает человек?!       — РЭД! — Гарри резко задергался в воздухе, чтобы увидеть обладателя яркого голос — да, черт подери, здесь был Папирус! Который очень укоряюще смотрел на знакомого по фотографиям красного невысокого скелета. Рядом также стоял Эдж, который, почему-то, смотрел на Гарри. — ПОЖАЛУЙСТА, НЕ РУГАЙСЯ ПРИ МОЕМ ЛЮБИМОМ ПЛЕМЯННИКЕ!       — Папирус! — чистый восторг в голосе Гарри был непроизвольным, но определенно заставил Санса смеяться, когда он притянул своей магией человека ближе. На самом деле, прямо в объятия высокого скелета, который привычно обнял более низкого человека. — Я так скучал по Непревзойденному и Лучшему Дяде в мире!       — МВЕ-ХЕ-ХЕ, КОНЕЧНО ТЫ СКУЧАЛ ПО МНЕ, МОЙ ДОРОГОЙ ПЛЕМЯННИК! — довольно произнес скелет и, не отпуская Гарри на землю, повернулся к двум другим скелетам. — ГАРРИ! ЭТО НАШИ НОВЫЕ… КУЗЕНЫ! ЭТО ЭДЖ, — он указал на высокого острого скелета. — А ЭТОТ НЕВОСПИТАННЫЙ СКЕЛЕТ, ТАКИЕ ЖЕ ЛЕНИВЫЕ КОСТИ, КАК САНС, РЭД!       — Ты бьешь меня в самое сердце, Ваниль, — проворчал Рэд, тем не менее, с интересом смотря на Гарри.       — РЭД! — злобно воскликнул Эдж.       — Да ладно тебе, Эдж, — Санс фыркнул, весело смотря на Гарри. — Эта шутка была костью в твоем горле?       — ГАРРИ, — голос Папируса был сухим и предостерегающим. — ПОЖАЛУЙСТА, НЕ СМЕЙ РАЗОЧАРОВЫВАТЬ-       — Мне так жаль, — честно пробормотал Гарри, несчастно смотря в глазницы абсолютно не верящего ему скелета. — Но эти шутки проникли мне под кожу.       — ОМЕРЗИТЕЛЬНО, — прошипел Эдж.       — Великолепно, чувак, — благоговейно произнес Рэд, с восторгом смотря на Санса.       — Я ОТРЕКАЮСЬ ОТ ТЕБЯ, ГАРРИ, — также сухо проинформировал Папирус.       — Чертовы скелеты, верните моего ребенка! — громкий крик Андайн раздался с другой части зала.       — Это был мой блядский бой! — неистовый крик злости Кэклс раздался от стены поближе…       Ничего удивительного, что «Непревзойденный и Лучший Дядя в мире» решил, что это определенно классная тренировка, «захвати Гарри», пользуясь Эджем как помощником в этом. Гарри просто наслаждался времяпровождением в семье, даже если в ней было такое странное пополнение. — — - — - — - —       Джи был абсолютно странным скелетом.       Гарри встретился с ним на третий день отдыха в Подземелье.       Первый день практически полностью был потрачен на то, чтобы отдыхать в руках Папируса или, что было странно, висеть на плече Эджа как мешок с картошкой, пока его мать и ее альтернативная версия всеми способами пытались его забрать. Несколько раз это происходило, и Гарри либо комфортно висел в руках матери, стараясь не мешаться, либо старался сжаться и не упасть, пока его держала одной рукой Кэклс. Под вечер это закончилось масштабным боем между четверкой монстров, пока Санс и Рэд обменивались каламбурами, периодически получая каламбуры от Гарри, которые будто зажигало в них «новое дыхание» для шуток, пока сам человек тряпкой лежал на земле.       Вечером он имел честь попробовать лазанью от Эджа, что закончилось разбором «Почему люди не могут есть стекло в отличии от монстров».       Ночь Гарри счастливо провел в сделанном из одеял и подушек гнезде, вместе со своими родителями, слушая о том, что происходило у них за этот месяц, и рассказывая о своей студенческой жизни, абсолютно игнорируя существование своего соседа по комнате. Все они полностью захватили домик скелетов, который им пришлось расширять, и теперь просто заняли разные комнаты.       На второй день его мама Андайн схватила его и со злодейским смехом крикнула, что на первую часть дня он полностью ее, потому что Альфис будет занята в это время. Понятие его матери об экскурсии было в том, чтобы носить его везде на своих плечах, потому что «ей нужна хорошая тренировка», хотя было довольно очевидно, что она просто собиралась подобным образом немного отстранить Гарри от предполагаемо опасных монстров. Было приятно снова встретить Ториэль и дедушку Азгора, даже если эта встреча также означала встречу с мисс Вэнити и Его Величеством Гором, которые были слегка… Странными. Но объятия его дедушки были самыми лучшими и самыми мягкими, а рядом были Фриск и их более младшая версия, десятилетний мальчик в черном свитере с красной полоской и таким же знакомым цветком на плечах — Руффлес и Софт. Подземелье было невероятно заполнено в сравнении с полу-пустыми пещерами, которые были здесь раньше.       Даже если незнакомые монстры смотрели на него с легким подозрением, это было нормально.       На вторую часть дня его привели в лаборатории матери, где также была Таттэрс. Судя по всему оба монстра должны были помочь Амальгаметам из вселенной их гостей обрести достаточно самосознания, чтобы выйти на свободу к своим родным, и они все еще работали над этим. Было приятно просто сидеть и смотреть за их работой, узнавая больше о Душе, Решимости, магии и науке, а когда пришли Санс и Рэд, это стало еще веселее. Была ли причина того, что он нашел общий язык с Рэдом в том, что у него тоже язык без костей, или в том, что он хоть и казался острым и грубым, был такими же ленивыми мягкими костями, как Санс, но общаться с ним было круто. Это был настоящий бой каламбурами, пока его мать не застонала от усталости, а Таттэрс не бросила в Гарри и Рэда мелки.       Итак, третий день, и он наконец-то встретил их первого гостя. Джи оказался на головы две выше Гарри, он был более утонченным, чем показывали фото, а прямо сейчас на нем была простая черная водолазка. Они встретились на лестнице, когда Гарри собирался спустится на первый этаж, а Джи — подняться на второй.       И между ними затаилось неловкое молчание.       — Ты умеешь считать? — резко выпаливает Гарри, неуверенно смотря на монстра.       Скелет удивленно приоткрыл глазницы, и желтый свет в них стал немного бледнее.       — Допустим, да? — с неуверенностью ответил монстр.       — Тогда, — Гарри быстро щелкнул пальцами, указывая указательными на монстра, и, подмигнув глазом, добавил. — Почему ты не считаешь себя восхитительным?       Гарри мог слышать чертовых сверчков. В глазницах Джи полностью погасли огоньки, и он просто замер на лестнице, кажется, бездумно расшифровывая слова человека, который терпеливо ждал реакции. Наблюдения за Фриск в детстве показали, что после этой фразы все либо были громко-счастливыми, либо громко-презрительными. Гарри надеялся на первое.       — О святой Боже, — вдруг пробормотал скелет, начиная мелко посмеиваться. — Пфффх… Со мной флиртует тринадцатилетка.       — Мех? — Гарри недоуменно моргнул. — Как насчет чая без сахара?       — И почему без? — с интересом, все еще посмеиваясь, спросил скелет.       — Конечно, потому что со мной будешь ты. Это уже слишком сладко.       — Что это за глупая ерунда, — Джи покачал головой, тем не менее, широко улыбаясь. — Ребенок, какого черта? Чэйн была бы в таком восторге.       Ах, Фриск была бы так горда Гарри. — — - — - — - —       — Рэд, чертов идиот, отпусти гребанного ребенка! — громкий голос Кэклс раздался по комнате, когда Гарри, где-то между сном и явью, просто наслаждался теплом своего одеяла, абсолютно игнорируя то, что магия Рэда держала его в воздухе.       Завтра Гарри очень рано вставать, чтобы вернуться в колледж после двухнедельного перерыва. А еще через неделю монстры из альтернативной вселенной смогут свободно бродить по миру, узнавая, какого это — жить под солнцем свободно и счастливо. Гарри нравилось это. Но дело в том, что… Его дядя Рэд, и теперь это было официальным, потому что скелет отказывался отзываться на что-то другое, не был особенно счастлив идее отпускать Гарри непонятно куда.       Гарри просто собирается отдыхать перед завтра. Всем им действительно повезло, что его родители, Санс и Папирус были заняты этой ночью и оставили свои альтернативные версии заботиться о безопасности Гарри.       — Какого хрена, чертова рыба?! Мы даже не знаем, куда отправляют ребенка! — хриплый и недовольный голос Рэда был ответом на крик рыбьего монстра.       — Н-не то чтобы мы имели-и право решать з-за его родителей, — устало произнесла Таттэрс. — Мы д-должны отпустить его. М-мальчик дерется с Андайн. Это показатель!       — Ха, блять, нет.       — Рэд, ты, блять, не тащишь щенка с собой! — возмутился Эдж. — Брось его в его кровать, идиот!       — Но босс!       Абсолютно забавный факт, что Эдж отказывался называть Гарри чем-то, кроме «Щенка». Гарри находил это забавным и очаровательным. — — - — - — - —       — Дэбби, что это такое? — с сухим отвращением спросил Гарри, смотря на их комнату в общежитии.       Еще в Эббот-сити ему пришлось заменить удобную мешковатую одежду, которую он всегда носил дома или на прогулке с семьей из-за удобства и комфорта, на привычную для него черную водолазку без рукавов, джинсы и белую курточку. Ему нравилось выглядеть более стильно и красиво, и, несмотря на то, что он был моложе своих однокурсников, его тренированное тело и уверенность в себе позволяли ему выглядеть среди них гармонично.       Тем более, что он заслуживал свое место среди них благодаря своим мозгам.       Выглядеть привлекательно было круто, потому что позволяло Гарри чувствовать себя более уверенным в себе и своем месте. Хотя он знал, что нельзя идти на поводу стиля и что именно он делает эту одежду лучше, это все еще заставляло его чувствовать себя немного защищённее среди людей.       Итак, Гарри любил свою одежду. И так как он собирался к родителям всего на две недели, он не брал с собой весь гардероб, как делал перед летними каникулами.       Он не сделал это, и поэтому вся его одежды была на полу в его и Дэбби комнате, скомканная отвратительной кучей, политая чем-то ужасным желтовато-белым, и среди всей его одежды было несколько рубашек самого Дэбби и чужое белье. Вся мерзкая куча выглядела так, будто лежит здесь примерно дней пять, и на фоне общего беспорядка комнаты, с кучей грязной посуды и омерзительным запахом чего-то кислого, органично вписывалась в интерьер.       Когда Гарри уходил, комната сияла от чистоты. Гарри не любил грязь — не настолько фанат чистоты, как его любимый дядя Папирус и, как оказалось, дядя Эдж, но беспорядок и мысль о тараканах заставляли мурашки отвращения бежать по его спине. Знать, что и где лежит, куда и зачем идти, не чувствовать мерзкий запах нечистот… Это было классно. Его мама Альфис придерживалась порядка постольку-поскольку, удерживая весь хаос только в лабораториях и каким-то образом ориентируясь в нем, в то время как его мама Андайн держала весь дом в чистоте, ворча о пропущенных тренировках.       Черт подери, дядя Санс не позволил бы себе довести свою комнату до этого.       — Ммм? О, чувак, нам нужно было место для… Хе-хе, ну, ты понимаешь, и кровать была слишком мала, так что мы одолжили несколько твоих вещей, — полу-пьяно пробормотал семнадцатилетний парень, слегка хихикая от собственного веселья. — Ты же не против, да? Пхх…       — «Пару вещей», — задумчиво повторил Гарри, бросая взгляд на свой открытый шкаф, где была разве что пара боксеров, несколько носков и одна футболка. — «Кровать была мала», — взгляд на односпальную кровать, которая выглядела так, будто нуждалась в замене… Обе их кровати в ней нуждались. — Меня не было две недели, чертов ты мудак!       — Да ладно, мелкий, не злись! — парень зафырчал и практически упал в кучу одежды. Раздался какой-то влажный звук, который заставил Гарри буквально вздрогнуть от отвращения и нахмурить лицо в омерзении. — Зато я так охуенно отдохнул, ммм! А, ты ведь к семье ездил, монстрам своим, да? У вас там, вроде, пополнение было? Почкование, пфф-ха-ха-ха-ха!       Подросток начал смеяться, будто считая эту шутку действительно смешной, и Гарри пришлось подавить стон разочарования.       Дэбби Райан был самым большим разочарованием Гарри в колледже, о котором он никогда не рассказывал никому. Хотя он был самым младшим, он неплохо влился в коллектив и никогда не нуждался в одобрении кого-либо, кто не был его семьей, поэтому учеба была абсолютно легкой. Но именно Дэбби… Семнадцатилетний парень, который был на голову Гарри выше, с загорелой кожей и короткими, всегда взъерошенными светлыми волосами. Его глаза были какого-то странно мутного оттенка голубого, и Гарри искренне считал, что у парня есть какая-то зависимость. За почти полный учебный год его сосед приносил столько алкоголя, сколько пить было просто опасно, пытался приводить девушек в их комнату для «не детских развлечений» и теперь… Это.       Гарри поджал губы, когда пьяный подросток начал безудержно хихикать себе под нос после смеха, сжимая руками живот и переворачиваясь на правый бок.       Его взгляд привлек календарь, что висел рядом с коридором, и на которой Гарри бы даже не посмотрел, если бы не искал на чем сосредоточиться кроме своего соседа. Позавчерашняя дата была обведена красным кругом, с маленькой подписью «День Рождение Дэбби».       …ему нужно сделать уборку. — — - — - — - —       От: «favorite child»             Мне жаль, но из-за экзаменационного месяца я не смогу приехать домой на выходные… Эти, следующие, и следующие тоже. Аниме никогда не упоминает экзамены, мех.       От: «Motzard»             Мы абсолютно понимаем, дорогой! Ты ведь не забываешь о своем здоровье, правда?       От: «favorite child»             Я слежу за своей диетой и не ем вредные вещи, мам, не беспокойся! ⊂(￣▽￣)⊃             Вы с мамой будете в порядке, правда?       От: «Motzard»             Да, конечно! Я передам Андайн, когда она закончит спарринг с Кэклс о том, что ты некоторое время будешь занят       От: «Tatters»             Как эти чертовы человеческие экзамены удерживают тебя? Эти гребанные скелеты будут в ужасе.             Рэд будет рыдать, как ребенок… Я сделаю тебе фото.       От: «Motzard»             Таттэрс!             Но она права, Папирус действительно будет разочарован.       От: «favorite child»             Мне очень жаль (╥﹏╥)       Гарри со вздохом отложил телефон, потирая усталые глаза. Последний учебный месяц обещал стать адом для всех, и хотя Гарри был уверен в своих силах, эти нервы… Он действительно собирался закончить этот год как лучший ученик, ощущая себя почти обязанным получить это звание с тем, кто именно его учил.       С пола раздался грубый мат, когда Дэбби в очередной раз неверно решил какое-то уравнение в своей подготовке к экзаменам, и зеленоглазому юноше пришлось подавить еще один вздох. Он все еще не поговорил со старшим парнем о произошедшем полторы недели назад, когда Гарри только вернулся с горы Эббот в общежитие, и начинать этот разговор казалось абсолютно неправильным. Поэтому они оба вели себя также, как и до этого мерзкого дня.       С недовольным криком Дэбби бросил учебник в стену и резко поднялся, чтобы пойти к холодильнику за пивом. Телефон завибрировал, сообщая о новом сообщении.       От: «Tatters»             *фотография*       …это было фото, как Андайн и Кэклс выглядят напуганными перед отчитывающей их Альфис, рядом со сломанной стеной на кухню. Гарри улыбнулся — Небеса, он так хотел домой. Конечно, Дэбби нужно было разрушить сладкий момент ностальгии, бросив в него тетрадь. Гарри действительно считал, что это сожительство — его испытание на выдержку и терпение. Папирус был бы так горд. — — - — - — - —       — Мама! — Гарри с восторгом бросился на Альфис, которая ждала рядом с колледжем, стоя на своей машине. Монстр мягко улыбнулась, обнимая юношу в ответ. — Ты рано! Ты приехала одна?       — Н-нет, пхх, нет Гарри, твоя мама пошла з-за кофе, — ответила Альфис, слегка потрепав Гарри по голове. Зеленоглазый человек в удовольствии фыркнул. — Как твои экзамены?       Абсолютно игнорируя редких людей или монстров, которые обращали на них внимание, Гарри начал с восторгом рассказывать о том, насколько легкими были экзамены по точным наукам и как неудобно было сдавать литературу, когда он был фанатом не классических произведений, а корейских и китайских новелл, где было больше драмы и битв. И хотя он не был лучшим в литературе, его общий бал был «A+» или 97%, что было самым высоким баллом на потоке.       Лучший студент этого года.       — Э-это т-так круто, Гарри! — его мать счастливо сверкнула глазами, на эмоциях вновь обняв своего сына. — Ты т-такой молодец! О, это так классно звучит!       — Это не было особо сложно, — он счастливо улыбнулся. — Тем более, что я-       — А вот и я! — сильные руки его второй матери неожиданно обвели Гарри со спины, резко поднимая над землей для крепких объятий. — Ты абсолютно не вырос, ребенок!       — Мама! — притворно-возмущенно вскрикнул Гарри, но вместо того чтобы пытаться выбраться, прижался затылком к плечу монстра. — Где наш кофе?!       — Нет, ну какой наглый мальчишка?!       — А-андайн! Наш Гарри…!       Гарри счастливо рассмеялся, пока его мать хвасталась его успехами, игнорируя сколько шума они производили. — — - — - — - —       Гарри считал само собой разумеющимся, что, как только он встретит своих теть — и им придется смириться, что для Гарри они навсегда теперь тети, — он бросится обнять их. Сначала Таттэрс, так как она вышла их встречать — монстр издала придушенный визг, когда человек на полголовы выше нее резко прижал ее к себе в крепких объятиях, и продолжала бормотать, чтобы ее отпустили, хотя сама абсолютно не пыталась вырваться и даже неловко похлопала его по спине. Кэклс пришла несколько позже, с магазина, и, когда Гарри бросился с объятиями, просто уклонилась.       Непроизвольно это переросло в спарринг на лужайке перед домом, где Гарри больно получил копьем по лбу, но все же поймал и обнял монстра-рыбу.       Его комната была чистой и аккуратно убранной, но все вещи стояли на своих местах. Его большая кровать, шкаф, где одежды стало намного меньше после выходки Дэбби — ему нужно сходить в магазин за новой, он все еще не купил замену, — стол под окном, заваленный новыми томами манги. На стенах было несколько фотографий, постеров… Это была его комната уже вот девять лет. Через два месяца — вот уже как десять лет.       И он собирается отпраздновать свое день рождение вместе со своей, неожиданно ставшей больше, семьей. — — - — - — - —       Гарри будет всю жизнь любить эту ситуацию. Папирус как раз закончил сеанс объятий, Гарри сумел обнять Эджа, даже если тот почти сразу оттолкнул его, а сейчас как раз подошли Санс, Рэд и Джи. И Гарри будет любить эту ситуацию вечно.       — Дядя Санс! Дядя Рэд! Нам срочно нужна вода! — крикнул он, бросаясь к трем скелетам.       — Чт… Зачем? — Санс удивленно моргнул, но, судя по мимолетному пониманию в глазницах Джи, тот мог предвидеть ответ.       — Джи здесь слишком горяч.       И если Джи и Гарри начали смеяться с этого — потому что флирт и каламбуры были их единственным взаимодействием, несмотря ни на что, глазницы двух других скелетов мгновенно погасли, а рядом с Рэдом начали появляться сгустки чистой красной магии.       — Джи, какого, блять, хрена.       Гарри только успел пробормотать «run», когда высокий скелет схватил его и сократил путь на крышу, со стороны заднего двора. Злой крик Рэда был проигнорирован.        — — - — - — - —       Они были глубоко в лесу, несколько дней в середине лета, чтобы отдохнуть. Большая компания, собранная из самых близких монстров — что в основном было монстр-боссами и четырьмя людьми. Пока Ториэль, Вэнити и Папирус накрывали большое одеяло едой, чтобы всем хватило, Гор стоял возле костра, в то время как Азгор развлекал Руффлес историями. Чэйн и Фриск разговаривали с Таттэрс о каких-то растениях, в то время как Альфис бегала вокруг Кэклс и Андайн, которые собирались начать бой. Должны были также быть Меттатон и Хэппитон, но модели их семьи были на работе.       Сам Гарри был рядом с Сансом и Рэдом, которые настраивали телескоп. Джи лежал недалеко, игнорируя то, как Эдж пинал его, чтобы скелет поднялся сделать хоть что-то.       Они должны были быть в лесу несколько дней. Несколько счастливых дней, чтобы насладиться временем «для себя», отдыхом и летом. Хотя он не был таким фанатом созвездий и космоса, как его дядя, он любил сидеть рядом и искать звезды вместе со своей семьей. Тем более, что теперь их было больше и…       — Щенок! — громкий голос Эджа отвлек зеленоглазого мальчика от телескопа, пока Рэд что-то недовольно заворчал. — Иди сюда и сейчас же помоги мне с этим чертовым курильщиком! Черт подери, какого хрена мы вообще должны иметь дело с этим мусором?!       — Уже иду! — — - — - — - —       Это был второй курс в колледже, Гарри полтора месяца назад исполнилось четырнадцать, когда на телефон сразу в несколько чатов и личные сообщения пришли заметки о том, что «машина» перенесла еще одну вселенную в их мир. Теперь далеко не все монстры, но большое их количество вновь было вынуждено уйти в Подземелье, чтобы помочь новеньким понять новую культуру, принять новый мир и то, что происходит.       Его мама Андайн, Таттэрс и Кэклс, Санс, Эдж и Рэд были одними из тех, кто пошел в Подземелье. Альфис оставалась на посту ученого, чтобы изучить, есть ли возможно закрыть проход между мирами, не испортив все еще больше, чем оно было сейчас, а Папирус взял роль Талисмана монстров, чтобы отвлекать все внимание на себя и убедить общественность, что больше монстров не значит, что людей ждет какая-то опасность. Джи оставался рядом с Чэйн, чтобы позаботиться о безопасности молодой девушки, а Фриск уверенно обучали Руффлес тому, как быть послом между людьми и монстрами.       Гарри нужно было просто смириться с тем, что вскоре их станет еще больше.       В целом, его второй курс начался довольно просто… С того, что ему пришлось вспомнить все, чему его учила мама Альфис по оказании медицинской помощи людям, а также пожертвованием пары монстр-конфет для Дэбби. Его раздражающий однокурсник и сосед по комнате пришел с синяками, скверным настроением и острым языком, чтобы оскорбить за пятнадцать минут — которые нужны были Гарри, чтобы скрутить, обездвижить и перевязать все раны — не только самого четырнадцатилетнего подростка, но и его семью, как биологическую, так и приемную.       Он наотрез отказался объяснять, что именно не так и откуда синяки.       — О, да ладно чувак, будто кому-то вроде тебя есть дело! — только огрызался он, скаля зубы, и это… Это странно заставляло Гарри беспокоиться еще больше. И Гарри не любил беспокоиться о других.       Беспокойство о других означало, что что-то не так, как в те глубокие ночи в детстве, когда дядя Санс боялся его, потому что он был ребенком, в те тихие дни, когда Фриск стояли перед зеркалом в молчании с Флауви, чтобы в конце пробормотать под нос что-то похожее на «Это все еще ты» и уйти. Беспокойство о других означало, что кому-то плохо и он нуждается в помощи, и Гарри, как хороший ребенок, которым он был, хотел помочь им всем, чем мог. Его матери воспитывали его с мыслью о том, что помощь нужна всем.       Так, Гарри никогда не брал больше, чем сможет сделать. Он не боялся попросить помощи, если чувствовал в этом необходимость. И человеческая идея самостоятельности и презрения к «слабости» о просьбе помощи для него была чем-то странным. Да, он рос не только среди монстров, но и людей, просто… Именно философия его семьи казалась ему верной.       У Дэбби Райана были проблемы. Не только с алкоголизмом и отношениями на одну ночь. Не только с личным пространством, гневом и отношением к миру. У него были проблемы, которые оставляли не только душевные следы насилия, но физические тоже. И Гарри, к сожалению, не может обнять его как в детстве Санса, чтобы попросить о сказке, или спать вместе, чтобы «Мне не снились кошмары», хотя им двум было ясно, кому именно они снятся. Он не мог как в детстве обхватить Фриск за щеки и уверенно сказать, что они — все еще они, самые крутые братья в мире. Дэбби был чужаком, Дэбби недолюбливал Гарри, и…       И Гарри не знал, что с этим делать.       — Иди спать, придурок, — вздохнул зеленоглазый юноша, подталкивая более высокого парня к его кровати. — Иди спать, и завтра мы поговорим.       Они не поговорят на следующий день. И на следующий. И дальше. Гарри не может не думать о прошлом году и календаре на стене. — — - — - — - —       Гарри скривился, смотря на знакомое лицо огненного монстра перед собой… Хотя, технически говоря, не совсем знакомого лица. Гриллби был рядом всегда, и это было первое место, куда Санс начал водить его за хорошей и «безопасной» едой, потому что не совсем доверял дешевым фастфудам людей. Его еда была лучшей, о чем Гарри никогда не расскажет Ториэль, потому что пироги и фаст-фуд это разные категории. За гамбургеры, приготовленные Гриллби, Гарри был готов работать, работать и даже умереть.       Не убить, потому что это разочаровало бы его семью так же как и его смерть, но Гарри верит, они поймут.       Так вот, Гарри любил питаться в Гриллби. Другое дело, он первый раз был в клубе «Виолент», хотя дядя Рэд рассказывал о нем. Здесь уже было множество людей и монстров, громкая музыка, пахло чем-то сладким и алкоголем. Высокий огненный монстр фиолетового цвета, одетый в черную рубашку, джинсы и с расстегнутыми верхними пуговицами, — вау, Гарри собирается подать в суд на этого парня, потому что он был горяч, а у одного молодого мага был явный пубертатный период, черт подери, — стоял за барной стойкой, рядом с фигурой Дэбби, за котором Гарри и пришел.       — Кого я вижу, новоявленный племянник Рэда, — фыркнул Вио, когда Гарри все же сумел добраться к ним ближе. От его слов легкий дымок поднялся вверх от контура рта. Мило. — Определенно не ожидал, что этот кусок мусора позвонит тебе.       — Дядя уже успел обо мне рассказать? — с искренним интересом спросил Гарри, осторожно подтолкнув в плечо Дэбби. Парень пробормотал что-то матерное, сопя в столешницу.       — Этот придурок сидел здесь и полчаса трепался о «самом лучшем, идеальном племяннике, который любит каламбуры, сон, умеет готовить и восхищается Папирусом», — проворчал монстр. — Меня зовут Виолент, можно просто Вио. Хочешь заказать что-то безалкогольное?       — Я не взял деньги, — вздохнул юноша.       — Откроем тебе счет, — пожал плечами монстр. — Вряд ли ты также плох, как твой новый дядя.       Гарри действительно покраснел, когда после сытного позднего ужина — почему здесь подают итальянские блюда? — и вкусного сока, Вио впечатлённо присвистнул на то, как Гарри легко поднял Дэбби на плечо, как мешок с картошкой. К черту пубертатный период.       …должен ли Дэбби быть таким худым? Он был почти также тяжелый, как Папирус, и он был просто голыми костями. — — - — - — - —       — …вау! — восхищенно протянул Гарри, лежа в своей кровати в общежитии. Все его внимание было отдано маленькому экрану телефона, где его мама проводила экскурсию по Подземелью и новым монстрам.       Новые монстры были… Ну, они все еще были агрессивнее, чем тот же Джи или монстры этого мира, но уже имея опыт работы с такими монстрами, справится было легче. Тем более, что монстры из нового мира были неожиданно абсолютно другими. Например, альтернативная версия его матери Альфис была королевским гвардейцем, более высокой, всего на голову выше Андайн, с телом, покрытым редкими шрамами и ужасающим оскалом — ей дали прозвище Клэвс, и в первые два дня она стремилась начать бой со всеми. Альтернативная версия Андайн, в свою очередь, была Королевским ученым — стройная худая женщина в белом лабораторном костюме, с волосами, стянутыми в строгий пучок и прямоугольными строгими очками. Ей дали прозвище Ститчес, и женщина, судя по всему, имела яркие маньячные наклонности.       Гарри общался с ними через видео-звонок, и оба монстра, кажется, были искренне шокированы, что Альфис и Андайн действительно усыновили, вырастили и воспитали ребенка вместе. Гарри нравилось их удивленное лицо.       — О! Смотри-ка! — его мать отвела камеру от своего лица, направив ее прямо на нескольких ругающихся монстров… Точнее, на Эджа и какого-то ругающегося невысокого скелета. Рядом неловко стоял нервный высокий скелет и Рэд. — ЭЙ, РЭД, ЭДЖ! У МЕНЯ ГАРРИ НА СВЯЗИ!       Будто это были волшебные слова, Рэд посветлел и легко сократил путь прямо к вскрикнувшей в негодовании Андайн, магией отобрав у нее телефон и прижав его слишком близко к черепу, чтобы это было удобно. Гарри на самом деле рассмеялся, когда его мать стала кричать о том, чтобы ей вернули телефон, а на фоне Эдж кричал Рэду вернуться прямо сейчас.       — Детские кости! — довольно произнес он, хотя все, что Гарри мог видеть, это его правую глазницу и часть улыбки. — Как твоя учеба, мелочь?       — Это круто, дядя Рэд! — Гарри фыркнул от удовольствия, когда улыбка скелета стала шире. — Я все еще лучший на потоке! Как ваши с Эджем-       — Рэд, чертов кусок идиота! — более низкий скелет оттянул руку, чтобы Гарри смог увидеть раздраженного Эджа, который поднял Рэда за капюшон. — Чертов щенок, ты не мог найти другое время чтобы позвонить?! Я и ягода вели важный разговор!       — Отдайте мне мой телефон! — продолжал возмущаться на фоне голос Андайн.       — Если это был важный разговор, какого хрена ты посмел его прервать, гребанный придурок?! — более высокий, незнакомый голос раздался, и с закатыванием глаз — что Гарри все еще не мог понять полностью, видя, что у скелетов были просто глазницы, — Рэд поправил камеру так, чтобы показать новые действующие лица. — Ха?! Это… человек?       Новый скелет был как более стильная и уверенная в себе версия Рэда. Черный топ, красные элементы брони, незащищенный хребет — но прикрыты все ребра, — высокие сапоги и красная бандана. В глазницах монстра были яркие красные звезды, его зубы были такие же острые, как у Рэда, а на шее красная бандана, что образовывала позади «крылышки». На его левой глазнице было три трещины. Немного позади был высокий скелет с острыми зубами, клыки которого были абсолютно золотыми. На нем была длинная куртка-плащ черного цвета, с золотым мехом на капюшоне, черный свитер и красный ошейник на шее.       Вау, Гарри впервые видел новых скелетов.       — Да, черт возьми, это наш племянник, — проворчал Рэд, прищурив глазницы. — Сын Альфис и Андайн этого мира.       — Эти двое взяли потомство из людей? — возмущенно фыркнул низкий скелет, в то время как более высокий неловко махнул Гарри рукой.       — Да, и тебе придется держать от нашего щенка свою блохастую дворнягу, — недовольно сказал Эдж, и низкий скелет сразу покраснел от злости.       — Кто, блять, дал тебе право оскорблять-       Вся камера затряслась, послышался неразборчивый возмущенный крик, а потом появилось лицо матери Гарри, которая победоносно скалила зубы.       — Идите к черту, лузеры, это мое время с моим сыном!       Как потом она сказала, новых монстров звали Раззбэрри — это альтернативная версия Санса, в бандане, — и Матт — альтернативная версия Папируса. Шутка Эджа о том, чтобы Раззбэрри держал дворнягу подальше от Гарри, приобрела новый смысл. — — - — - — - — -       Была глубокая ночь, когда Гарри проснулся от чьего-то пения. Свою первую реакцию вскочить и искать нарушителя он подавил, признавая, что это Дэбби из всех людей не спит в четыре утра.       — Me gusta la lluvia, me gustas tú        Me gusta volver, me gustas tú       Его голос осторожно прорезал ночную тишину, слишком тихий и усталый, чтобы по-настоящему передать настроение знакомой Гарри песни.       — Me gusta marihuana, me gustas tú        Me gusta colombiana, me gustas tú       Нужно было подавить смех от того, насколько хорошо это ассоциировалось с эти придурком.       — Me gusta la montaña, me gustas tú        Me gusta la noche, me gustas tú       Некоторое время висела тишина. Гарри постарался уснуть. — — - — - — - —       Это было откровенно неожиданно. Гарри как раз сидел под стеной колледжа, спокойно доедая свой обед, поскольку компания его однокурсников начали очередной странный разговор о том, кто кого круче, когда он заметил одного неучтенного монстра, а именно — скелета. Матт оказался даже выше Эджа и Папируса, осторожно бродя среди людей, вглядываясь в лица студентов, будто пытаясь… О, мог ли монстр искать его?       Не будет ли лишним позвать его?       — Матт! — крикнул он, подняв руку, чтобы резко повернувшийся на его голос скелет заметил его. — Хэй! Я здесь!       Несколько студентов бросили на него взгляд, перед тем как продолжить свой путь неизвестно куда. Гарри не было важно, поскольку высокий монстр сразу же быстрым шагом направился к нему и по всему его черепу читалось облегчение от того, что он все же нашел нужного человека.       — Мне казалось, вам еще нельзя выходить в люди? — вместо приветствия спросил он, дружелюбно улыбаясь и предлагая монстру мясные рулеты из его бенто. — Что-то случилось?       — Эм… Милорд… Разббэрри? Кхм, Милорд просил передать свои извинения, если он обидел тебя своими словами во время телефонного звонка, — неловко ответил Матт, и по его скулам начала распространяться темно-оранжевая пыль магии. — Он тоже сказал, что хочет получить твой номер телефона, чтобы познакомиться поближе?       — Это круто! Я всегда счастлив новым друзьям! О, давай обменяемся номерами тоже? Надеюсь, вы не против ночных сообщений…?       В этот день, когда Гарри официально познакомился с Маттом и обменялся с ним номерами, — технически, с его старшим братом тоже, — даже устроенный Дэбби в комнате погром не испортил настроение юноши. На самом деле он только фыркнул на разбитые тарелки и то, как этот придурок-старший украл его оверсайз футболку, чтобы отдать какой-то незнакомке «за хорошую ночь».       Он абсолютно пропустил, как лицо старшего парня помрачнело, когда Гарри не показал никакой реакции на очередной погром. — — - — - — - —       [»Fall in the bon-love-s«]       От: «Mutt»             *фотография*       Фотография Гарри, который держал телефон как можно дальше на вытянутой руке, позволяя черепу Матта, окрашенному глубоким смущением, лежать на его голове пока длинные руки обнимают его за плечи. На черепе скелета, кроме смущения, легкая насмешка и самодовольство, в то время как на лице человека абсолютно счастливое дружелюбнее выражение.       От: «Puppy»             ВАУВИ! НЕ ЗНАЛ, ЧТО ВАС УЖЕ ПОЗНАКОМИЛИ С МОИМ ЛЮБИМЫМ ПЛЕМЯННИКОМ!       От: «Edgelord»             Потому что их, блять, еще не выпустили из горы! Какого, блять, хрена?!       От: «Cla-sans-ic»             Хотя не так грубо, но да, Матт, какого хрена?       От: «Narcissism»             Я сказал ему взять для меня номер человека, пх. Для моего брата было слишком легко выследить его, вы совершенно не озабочены его безопасностью       От: «Red flag»             Потому что, блять, задумано, что среди людей ему безопасно, чертов мудак!       От: «Ci-G-arette»             но если серьезно, зачем тебе вообще это?       От: «Narcissism»             Я собираюсь начать ухаживание за ним.       От: «Cla-sans-ic»             Прости, что?