Младшие

— Подъём! Подъём! Добрейшее утро, просыпаемся и улыбаемся во все зубы новому прекрасному дню! Клео осторожно выглянула из-под одеяла, недовольно посмотрев на брата, который ворвался в её комнату, и тут же распахнул шторы. Поттер окинул сестру взволнованным взглядом и через секунду начал стягивать с неё одеяло. — Если ты вдруг забыла, что у тебя есть старший брат, то я тебе это напомню. Поднимайся, хватит дрыхнуть. — Мерлин, Джеймс, отстань от меня! — гневно процедила девушка, накрывшись одеялом с головой. Старший Поттер оставил попытки поднять сестру и сел на край её кровати. Может что случилось? Парень поднял голову, заметив, что всё вокруг было обклеено какими-то листочками с красивыми фразочками. Ему бросилась в глаза надпись «В основном, свободу человек проявляет только в выборе зависимости». Джеймс задумался. От чего может быть зависима его сестра? А он? Парень тряхнул головой, решив оставить философию для другого случая. — Тебя не было на завтраке, и твои соседки сказали, что ты себя плохо чувствуешь. — Угу, у меня болит живот, — послышалась приглушенное под одеялом. Может хоть теперь брат свалит? — Съела какую-то фигню? — Почти, — проворчала Клео. Живот в самом деле болел, точнее его низ, и явно не от того, что она съела что-то плохое. — Но на уроки то хоть доползешь? — Вряд ли. — Пойдём к мадам Помфри, — уверенно сказал Поттер, начав вновь стягивать одеяло, что у него в итоге и получилось. — Джеймс, просто оставь меня! Пожалуйста, — девушка отвернулась от брата и скрутилась в позу эмбриона. Она дура. Дурацкая дура, которая сделала дурацкую дурость. — Это не дело, я никогда тебя такой не видел, — Поттер поднялся и открыл шкаф сестры. Он вытянул оттуда школьную форму и бросил на её кровать. — Я жду тебя за дверью. У тебя три минуты, если не выйдешь, потащу в пижаме. Джеймс покинул комнату сестры, и Клео, собравшись с силами, села на кровати. Хотелось съесть ведро мороженого и больше никогда не выходить из своей пещеры. Она переспала с Сириусом... Более ужасного поступка просто нельзя было придумать. Она ведь могла его остановить в любой момент. Так почему же не сделала этого? Девушка с трудом натянула на себя школьную форму и, ничего не поправляя, вышла к брату в самом небрежном виде. Поттер окинул её странным взглядом, но ничего не сказал. Видимо, сестре в самом деле хреново, раз она даже не расчесала волосы. Парень с волнением повёл её по самому короткому пути к больничному крылу, не отрывая от неё взгляда. — Тебя тошнит? — спросил со страхом он. Вроде сестра не была бледной, да и вообще не выглядела болезненно. — Нет, — коротко проговорила девушка, опустив взгляд. — Ну что, вижу, что ты всё-таки вытянул на белый свет нашу спящую красавицу? Нет. Только не это. Клео в ужасе подняла глаза и увидела, что им навстречу идёт Сириус. Только не он. Поттер надеялась лишь на то, что не пересечется с ним взглядом, потому что если это произойдёт, то она просто провалится сквозь землю. Девушка остановилась, но брат положил руку ей на плечо. — Не убежишь, Клеона. Бродяга, давай не сейчас, — серьезно проговорил Джеймс, не останавливаясь. — Мы спешим в больничное крыло. — Что-что случилось? — Сириус нервно посмотрел на девушку. — Съела что-то, — соврала Клео, и Блэк сразу понял это. Он сделал ей больно? Вроде ведь старался, чтобы всё прошло хорошо. Да, такое бывает, но не до такой степени, чтобы прям идти в больничное крыло. — Ладно, держите меня в курсе, — тихо проговорил Сириус, пропуская ребят. Не то, что он чувствовал стыд или укор, но переживание определённо было. Если бы Клео сказала, что не готова или не хочет продолжать, он бы даже не коснулся её. Но ведь она сама дала своё согласие, ни разу не показав, что она против. Клео и Джеймс зашли в больничное крыло, и парень сразу позвал лекарку. Девушку уложили на койку и она подняла рубашку, оголяя живот. Мадам Помфри сделала буквально несколько нажатий, игнорируя Джеймса, который каждую секунду неотвязчиво спрашивал один и тот же вопрос: «Ну что там?». — Странно, ни один из органов ни увеличен, ни твёрд, и тебя ничего не болит при нажатии. Что ты ела? — Не помню, — быстро проговорила Клео, натягивая рубашку. Правда, мадам Пофмри, обратно её подкатила, отчего Поттер закатила глаза. Отпустите её и дайте пиццы. Она не хочет ничего делать и с кем-либо разговаривать. — Так не пойдёт. Вспоминай своё вчерашнее меню, — женщина продолжила пальпацию, спустившись к низу живота, и от неё не ускользнула мимолётная реакция девушки, которая поморщила от небольшой боли нос. — Так, а точно ли дело в еде? Менструация уже была? — Да вот сегодня как раз началась, — Клео взглянула на Джеймса, который от неловкости начал рассматривать вазон на подоконнике. Да, она врала. Но разве кто проверит? — Наверное, причина в этом. — Странно, ты никогда раньше не обращалась ко мне с болями по этой причине. Либо изменения в гормонах, либо... — мадам Пофмри и Клео молчаливо переглянулись. У Поттер сердце просто улетело. Она поняла. Она всё поняла. — Джеймс, можешь идти, у твоей сестры то, что бывает у многих девушек. Пусть она полежит сегодня в своей комнате, я напишу записку. — Точно ничего страшного? — спросил с волнением Поттер. — Нет, можешь не переживать. — Ладно... — Джеймс бросил взволнованный взгляд на сестру, и без особо желания покинул больничное крыло. Ох уж и напугала его Клео со своими болями. Он чуть уже вылетал с ней на метле в Мунго, а это обычные женские дни. С ума сойти. Клео лежала, пытаясь даже не дышать. Она уставилась в стену, игнорируя пристальный взгляд мадам Помфри. Казалось, что та читала её, как открытую книгу. — Если с тобой произошло что-то плохое... — Нет, ничего плохого, на что бы я не пошла сама, — резко проговорила девушка, сразу поняв, что женщина имеет в виду. — Хорошо. Предохранялись хотя бы? — спросила мадам Помфри, посмотрев на ученицу сквозь очки, и Клео чуть не закрыла лицо руками от стыда. Мерлин, какой же позор. Она больше никогда не пойдёт в больничное крыло. Даже если сломает руку. — Угу, — проговорила неловко она, и мадам Помфри вздохнула кивнув. Для неё это было обычное дело. Иначе не могло быть в школе, где мальчики учатся с девочками, и где их ничто не ограничивает. — Не волнуйся, до конца дня пройдёт. Если боль будет продолжаться после следующих двух половых актов, бей тревогу, значит есть какие-то проблемы. — Ладно, — еще более смущенно проговорила Поттер. Мерлин, можно было не давать этот совет. Она больше никогда не будет ни с кем спать. НИКОГДА. — Ты еще успеваешь на завтрак. — Я не голодна... Можно я побуду здесь? — Хорошо, — женщина поднялась и совершенно обычно посмотрела на девушку. — Но не затягивай, как почувствуешь себя лучше, иди в комнату. — Конечно, — Поттер повернулась на бок и нервно закусила губу. Дела плохи. Теперь мадам Помфри всё расскажет остальным учителям, а те — её родителям. А затем и вся школа узнает, что она переспала с Сириусом Блэком. Мерлин, от неё все отрекутся и выгонят в мир маглов, разломав палочку на две части. — Клео, слава Мерлину, ты в порядке. Мне Джеймс сказал, что ты здесь, — Поттер услышала голос Регулуса и уж теперь её в самом деле затошнило. Его она была еще более не рада видеть, чем Сириуса. Девушка медленно повернулась, увидев, что парень быстрым шагом идёт к ней. Блэк склонился, попытавшись взять её руку, но Поттер резко вырвала её, посмотрев на него со злостью. — А что такое? Волнуешься? — спросила иронично гриффиндорка. Это из-за него она вчера рыдала в туалете. Из-за него отключила мозг и совершила самую большую ошибку в своей жизни. Из-за него поверила в то, что может кому-то искренне понравиться и из-за него убедилась, что это не так. — Конечно волнуюсь, — Регулус вновь взял девушку за руку, на этот раз крепче, чтобы она не вырвалась. Парень был уверен, что Поттер злится на него за то, что они вчера так и не договорили. Но что поделать, он был занят, решая дела с Люсиль. Да и Клео он вчера нигде не мог найти. Нужно поскорее обрадовать девушку, что проблема с помолвкой решена. Но сначала нужно осведомиться о её самочувствии. — Как ты себя чувствуешь? — А тебе какое дело? — сухо спросила гриффиндорка, всё же вырвав руку. — Регулус, можешь не делать вид, что тебе это интересно. Да и чтобы ты знал, я даже не хочу видеть тебя. — Что случилось? — Блэк нахмурился, с волнением посмотрев на девушку. Миллион мыслей и предположений пронеслось в его голове, но ни одно из них не отвечало реальной причине обиды Поттер. — Да ничего, Регулус Арктурус Блэк. Всё классно! Подумаешь, я просто не имею для тебя никакого смысла. Можешь не тратить на меня свое драгоценное время и проваливать, — Клео было больно от того, что вопреки своей злости, она всё равно была рада видеть парня. Как и рада тому, что он всё еще был здесь, а не ушел сразу. — Что за бред ты несёшь? — непонимающе спросил слизеринец, сжав челюсть. На его скулах заиграли желваки, и Клео не совсем поняла, это он разозлился или просто напрягся. Поттер хмыкнула. Недовольный, что она всё узнала и он больше не сможет быть кукловодом, который использует её? — Я слышала твой разговор с той малолеткой. Вчера на башне. Знаешь, ты для меня всегда был человеком чести, но это слово не о тебе уж точно. Очень лицемерно убеждать, что ты влюблён в меня, а затем говорить ей, что я для тебя пустое место. — Мерлин, ты ведь всё неправильно поняла, — Регулус вновь взял гриффиндорку за руку и сжал её. Он посмотрел в темно-карие глаза девушки, увидев в них бесконечную обиду и злость. Неужели Клео могла поверить, что он бы так поступил с ней? Почему сразу надумала столь гнусный вариант? — Я бы могла притвориться, что мне очень интересно, что ты сейчас придумаешь... Но не буду, ведь и так знаю, что врешь ты у нас хорошо. — Мне ничего придумывать не нужно. Есть лишь правда. Я специально ей это сказал и тут же попросил обо всём молчать, чтобы вся школа не узнала об этом. Очень неплохая идея, ведь если бы эта ситуация приобрела широкую огласку, тут уже было бы дело репутаций семей. А так эту информацию знают лишь несколько людей, а потому я мог спокойно разобраться с главным, а не беспокоиться еще и том, чтобы Люсиль молчала. После нашего с ней разговора я сразу написал родителям, что в жизни не обручусь, потому что мне нравится другая девушка. Они должны сообщить её родителям, что помолвка отменяется. И раз уж мама с отцом такие любопытные, то я сразу написал, что девушка, в которую я влюблён, отвечает всем их требованиям и, когда придёт время, я им представлю тебя. — Но ты ведь не сказал, что это я? — тихо спросила гриффиндорка. — Нужно было? — парень улыбнулся, погладив девушку по волосам. — Твою ж мать, — Клео стало еще хуже. Лучше бы Регулус ей этого не рассказывал, и она была дальше злилась на него. Значит она переспала с Сириусом, но при этом всё еще нравилась Регулусу и он её не предавал? Мерлин. — Видишь? Всё хорошо, — ласково сказал он с некой виной. В голове не укладывалось, что творилось в мыслях девушки до того, как он ей рассказал правду. Знал бы, что она всё слышала, вчера бы всё и поведал. — Какого дьявола ты мне не рассказал о своём плане? — Никакого плана толком и не было. Это была идея Сириуса. Он мне посоветовал, что тебя не стоит впутывать в это дело. — Что? Он знал обо мне? — воскликнула в ужасе гриффиндорка, и Блэк ухмыльнулся. Клео такая Клео. Для неё до сих пор главное, чтобы никто не знал о них. — Ничего он не знает, не волнуйся, — Регулус наклонился и коротко поцеловал гриффиндорку в макушку, видя то, что она застыла, подобно мраморной статуе. — Клео, эта вся драма... Больше её не будет. Теперь есть лишь ты и я. Мы можем стать парой. Я знаю, что отношения со мной не всегда будут спокойными из-за моей семьи, но дай нам шанс. Клео посмотрела на парня со слезами на глазах, поджав губы. На ней была вся вина. Сириус ведь не знал, что она нравилась Регулусу. А вот она понимала, что сейчас переспит с братом парня, который ей причинил боль, хоть и не специально. И всё из-за того, что она, дура, даже не разобралась в ситуации. Поттер не заметила, как её из глаз полились слёзы. Блэк взволнованно сел на край её койки и вытер своей рукой слёзы. Для него не было девушки важнее Клео. Прекрасней. Интереснее. Забавней. Если бы он лишь знал, как из неё вытрясти эту чёртову неуверенность в себе. Чтобы она увидела себя теми глазами, которыми видел её он. Блэк бы даже узнал её руки из сотни других рук, так почему она была так уверенна, что он бы смог так легко отказаться от неё? — Рег, ты возненавидишь меня... — тихо проговорила девушка, вдруг с ужасом осознав, что на её голове всё еще гнездо. И слизеринцу было всё равно на это... Нет, она не сможет ему врать. Не сможет быть с ним, словно ничего не произошло. Она просто не способна на это. Регулус не заслужил этого. Поттер с болью посмотрела на парня и твёрдо решила, что скажет ему правду, и всё равно что будет дальше. Он должен знать, что она сделала, а дальше выбор за ним. И пускай он даже не захочет её больше видеть. — Не думаю, что это вообще возможно, — слизеринец тепло улыбнулся девушке. — Что произошло? — Вчера я решила, что между нами всё кончено, даже не начавшись. Мне было скверно и я совершила ужасную ошибку, за которую ненавидела себя уже спустя минуту. — Поттер запнулась, увидев серьезный взгляд парня. Еще не поздно сказать что-то другое. Например, что она пустила по школе какую-то сплетню о нём. Нет, нужно закончить, раз уж она начала. Регулус не заслуживает быть обманутым, считая её ангелом. — Я переспала с другим парнем. — Ты жалеешь об этом или нет? — тут же спросил осторожно Блэк, хоть и не отпрянул от девушки. Он словно и не дышал, уставившись на Поттер. Мысли об этом были ему также противны, как и то, что Клео решила, что в самом деле ничего для него не значит. — Конечно жалею, — со всей искренностью сказала гриффиндорка. — Я ни на миг не оправдываю себя. Это ужасный поступок, хоть мне и было паршиво. Но я не буду врать, что не ведала, что творю. Я думала лишь о том, что это уберёт мою боль. Но сделало лишь хуже. Регулус, я влюблена лишь в тебя и просто ненавижу себя, что всё испортила этой дуростью. Блэк был зол, но не на Клео, а на обстоятельства, чувствуя пронизывающий укол ревности. Он проницательно посмотрел на девушку и у него не осталось сомнений, что она говорит ему абсолютную правду. Что этот секс для неё не значил ровным счётом ничего. Разве она смогла бы ему врать? Нет, его Клео не была на это способна. Она даже призналась ему во всём, хоть и не знала, что за этим последует. Слизеринец жадно хватался за все возможные причины, почему он может простить Поттер. А точнее, почему он может даже не обижаться на неё. Они не были вместе. Это не измена. Это ничего не значит. Для него ведь тоже ничего не значил секс с местными девушками этим летом? Так вот здесь то же самое. Почти. Да и так-то это произошло из-за него и его тайного плана. Стоило всё же рассказать ей, что он задумал. Быть может, если бы слизеринец был меньше влюблён в эту девушку, его реакция была бы совершенно другой, но сейчас он смог бы оправдать её даже, если бы узнал, что она убила человека. Регулус Блэк был готов быть адвокатом Клео и защищать её от неё же самой. И никак иначе. — Ничего ты не испортила, — прошептал парень, пытаясь совладать с собственными эмоциями. Ему потребовалось много сил, чтобы заглушить чувство собственничества. Блэк смотрел на девушку и пытался принять факт того, что кто-то другой обладал ею, пускай это и ничего не значило. Хорошо, что Клео хоть не сказала имени того бедолаги. Для него же лучше. Если бы Регулус знал, не гриффиндорке, а именно тому парню досталось бы всё, что он думает по этому поводу. — Испортила, — упрямо проговорила Поттер. Клео не знала, как бы повела себя на месте Регулуса. Лишь идиотом нужно быть, чтобы не понять, что слышать такое из уст любимого человека чертовски больно. — Не испортила, — повторил более настойчиво парень. — Более того, Клео, я всё еще хочу, что бы ты была моей девушкой. Очень сильно хочу. — Регулус, прежде я должна сказать, что парень с которым я переспала... — Мне всё равно, — уверенно заявил Регулус, резко остановив её. Нет, он не выдержит, если узнает имя. Блэк не считал себя агрессивным парнем, но с детства был готов ревностно защищать своё от тех, кто на него посягал. — Кто бы это не был, мне это не интересно. Еще вчера мы не были в отношениях, и ты была вольна делать, что считаешь нужным. А сегодня я прошу тебя стать моей девушкой, потому что я влюблён в тебя. И я доверяю тебе. Если эта случайная связь ничего не значила для тебя, то и для меня тоже. — Хорошо, — сказала на выдохе девушка и тут же поднялась, бросившись обнимать слизеринца. Регулус сказал, что ему всё равно. Он не стал её ненавидеть. Был готов закрыть глаза на вчерашнюю ситуацию и начать всё сначала, словно ничего из этого ужаса не было. Блэк склонился, тоже обняв её, и девушка с абсолютным счастьем прижалась к его груди. Вероятно, если бы Поттер увидела взгляд парня в этот момент, то не была бы так радостна, ведь в глазах можно было прочитать весь спектр его негативных эмоций. Они проговорили несколько часов обо всём на свете, но, в первую очередь, о своих чувствах и о том, как они переросли из дружеских в романтичные. Регулус вёл себя так, словно он в самом деле выбросил из головы её поступок, и Поттер казалось, что она просто не может быть счастливее. Правда, как бы Регулус не пытался заглушить свои мысли, ему словно кто-то нашептывал, сидя на плече, что сейчас по школе ходит тот, кто переспал с его Клео. Кто бесстыдно воспользовался тем, что она была подавленна и склонил её к тому, о чём она теперь так жалела. Клео просто не верила, что они теперь пара, хоть они и обговорили по просьбе парня несколько нюансов. Например, что пока им в самом деле лучше молчать, пока родители Регулуса наверняка не отменили помолвку. А еще, что в компании друзей они не будут показывать свои чувства очень открыто, соблюдая определённую субординацию. Ну и еще, что они постараются не превращаться в типичную подростковую парочку, которая скандалит, когда кто-то посмотрел на кого-то другого. Было слишком много разных моментов, и Поттер очень огорчилось, когда Регулус провёл её к гостиной и направился на последний урок, на который еще мог попасть. Девушка зашла в гостиную и увидела Питера, радостно прыгнув к нему на диван. Ей не терпелось, когда она расскажет об отношениях с Регулусом друзьям, но в то же время она всё еще боялась реакции Джеймса. Клео, правда, не знала, что именно он может сделать. Но боялась. Еще больше она теперь боялась реакции Сириуса. Поттер была уверена, что они с Регулусом закрыли все вопросы, но, когда он ушел, её вновь накрыло чувство вины и презрения к себе. Оно сидело в ней слишком глубоко. Всё-таки, Рег не знал, что переспала то она не просто с каким-то парнем, а с его старшим братом. Клео посмотрела на Петтигрю, который что-то весело ей рассказывал. Сколько еще она сможет это держать в себе, чтобы оно её не съедало изнутри? Вряд ли очень долго. — Пит, я могу с тобой кое-чем поделиться? — серьезно спросила девушка, и парень с улыбкой кивнул. Поттер не сомневалась в верности друга. Он знал кучу её секретов и за столько лет ни один не вылетел из его уст. Возможно, будь здесь Лили, Марлин, или Мэри, Клео рассказала бы и им, но сейчас она сидела именно наедине с Питером. — Украла что-то? — спросил шутя гриффиндорец. — Скорее потеряла, — Клео нахмурилась. Ладно, если рассказывать, то всё сразу. — Пит, я встречаюсь с Регулусом. — Оу, поздравляю, — менее весело сказал парень, сложив руки на груди. Впрочем, он не был особо удивлён. К этому всё и шло. — Я должна быть сейчас рада, но мне не позволяет нечто, что произошло со мной вчера, — девушка тяжело вздохнула. — Что именно? — спросил с любопытством парень. — Это долгая история, но я вчера я решила, что не важна Регулусу и переспала... Я переспала с Сириусом, — Клео нахмурилась. Это даже звучало ужасно. Питер от шока раскрыл рот, и Поттер поплохело. У Регулуса реакция была и то получше. — Херня дело, — лишь и сказал Петтигрю. Было обидно. Клео нравилась ему уже года два. Только он смирился с тем, что её увел у него из-под носа младший Блэк, так тут еще Сириус нарисовался. Вечно ему доставалось всё то, что хотел он. Девчонки, внимание, Джеймс в виде лучшего друга. Это было несправедливо. Он ничем не был лучше его, кроме того, что имел смазливое лицо и громкую фамилию. — Вот и я об этом. Я рассказала Регулусу, что переспала другим парнем, но не сказала, что с Сириусом... Видишь, в чём проблема? — Вижу, — почти равнодушно проговорил Петтигрю. Как-то даже обидно было не за саму Клео, или её шаткие отношения с младшим Блэком, а за сам факт того, что Сириус с ней переспал. Казалось, именно Поттер никогда бы не пошла на это, но нет. Один Блэк завоевал её внимание, второй — тело. Это было нечестно. По отношению к Клео так точно. — Короче, вина меня мучает, но Регулус сказал, что не хочет знать имя того парня, — девушка начала теребить подол юбки. — Когда мы расскажем всем, что мы пара, у Сириуса будет шок. Я не могу даже представить его реакцию. Наверное, прежде мне нужно поговорить с ним и лично убедиться, что он уже забыл о том, что произошло между нами. Как думаешь? — Да, верно, — задумчиво проговорил Питер. — Пит, ты ведь только никому, ладно? — взволнованно проговорила девушка, хоть и почувствовала облегчение от того, что поделилась с кем-то своими переживаниями. Питер был лучшим собеседником. Потому что чаще всего молчал, таким образом узнавая просто всё на свете. — Конечно, я буду молчать, — Петтигрю показал, что у него рот на замке. Внутри него бурлили эмоции гнева насчёт Блэков. Жалко было Джеймса, что он не знал, какие змеи вьются вокруг него и его сестры. Как и жалко было Клео, которую эти змеи тупо использовали.