Ты — румянец на моих щеках (И мне страшно, ведь это значит, что я стал мягче)

      Когда Шэнь Юань проснулся на следующий день, он заметил большое мокрое пятно, появившееся из-за того, что Шан Цинхуа прислонился к нему и пускал слюни на его плечо.       Фу-у-у-у, мерзость. Отвратительно. Почему я позволил ему спать рядом со мной?       Из раздумий его вывел негромкий щебет. Он почесал нос, стряхнул Шан Цинхуа, который проснулся с перемазанным грязью лицом, и погладил маленького духовного орла, прежде чем потянуться.       — Эй! Не круто! Ещё слишком рано! — сказал Шан Цинхуа, всё ещё лёжа на земле, пока Шэнь Юань расправлял свои одежды и снова активировал очищающие талисманы.       Шэнь Юань закатил глаза, накинул плащ на плечи и обратился к птице.       Я очень хочу оставить его себе, но меня, наверное, дисквалифицируют за воровство…        — Эй, мы оба знаем, что тебе не стоит ходить за нами, — вздохнул Шэнь Юань, получая в ответ чириканье.  — Я знаю, но у тебя будут неприятности, если ты не будешь делать то, чему тебя учили.       Он напоследок почесал орлу голову, прежде чем тот взлетел.        — Я не знал, что ты можешь разговаривать с животными.       Он повернулся к Шан Цинхуа, подняв бровь на его растрепанное состояние.        — Я и не могу. Если бы ты потрудился вспомнить свою собственную книгу, то знал бы, что духовные животные могут понимать нас, а не наоборот. По крайней мере, если ты не особенный, как жена номер 451.        — Ты действительно помнишь их номера?       Шэнь Юань прищурился, когда услышал слабый шорох недалеко от них.        — Что ж, это было приятно, но мне пора идти. Я, наверное, уже отстаю от остальных.       Шан Цинхуа тут же бросился вперед, вцепившись в ногу Шэнь Юаня, который пытался стряхнуть его.       Какого чёрта?        — Ты же не собираешься просто оставить меня здесь? Я не могу выбраться отсюда самостоятельно! Пожалуйста, братан Огурец!        — Не называй меня так! — И снова безрезультатная тряска.       — Хорошо! Шэнь Юань! Шэнь-шисюн — нет, подожди, это не… — А-Юань? Юань-гэ? Пожалуйста?       Шэнь Юань вздохнул, глядя на Шан Цинхуа, обхватившего его за ногу, чтобы зафиксировать на месте.       Я мог бы легко стряхнуть тебя, но это может причинить тебе боль…       Большие, мокрые глаза Шан Цинхуа смотрели прямо ему в душу.        — Ты даже не знаешь, старше ли я тебя.        — Значит, А-Юань!       Еще один вздох вырвался из его губ, когда он жестом попросил Шан Цинхуа отпустить его. Тот лишь ярко улыбнулся, подняв руку в знак «дай пять».        — Я продолжу соревнование. Не выходи на линию огня.        — Не волнуйся, бро, я всегда выбирал персонажей поддержки! Я знаю, что делать!        — Конечно… Пошли. Мы рискуем столкнуться с другими, если будем стоять на одном месте слишком долго.       Шан Цинхуа выжидающе посмотрел на него. Они молча постояли, глядя друг на друга.       Шэнь Юань хмыкнул и дал ему пять, после чего отправился на поиски другого зверя, а Шан Цинхуа вскрикнул.

---------------------

      Владыка пика Аньдин с облегчением выдохнул, заметив, что его главный ученик следует за бродячим культиватором. Казалось, они отлично ладили, сразу же попав в почти естественный ритм, подыгрывая друг другу.       — Шиди-и-и.       Он сузил глаза, когда Владыка пика Цинцзин присоединился к нему на смотровой площадке, обмахиваясь веером и безмятежно улыбаясь.        — Похоже, что твой малыш Цинхуа полюбил этого маленького негодяя. Нужно ли нам готовить приданое?       Владыка пика Аньдин фыркнул и посмотрел на него ожидающим взглядом.        — Если ты хочешь наладить с ним хорошие отношения, то лучше сделай это сам, а не используй моего ученика.        — Ах, ты такой проницательный, шиди.        — Я знаю, когда кто-то приходит ко мне просить об одолжении, шисюн. И Цинхуа тоже.        — Айя, этот не питает никакой злобы, — засмеялся Владыка пика Цинцзин, — но наличие такого яркого культиватора в качестве друга может помочь нашим маленьким ученикам. Мы не можем вечно быть рядом, чтобы поддерживать с ними связь.       Они стояли в тишине, наблюдая за тем, как культиватор расправляется с очередным маленьким зверем, а Шан Цинхуа, казалось, подбадривал его со стороны. Как только зверь был убит, культиватор добавил бусину с очками в браслет, который выдавался всем участникам перед соревнованием, чтобы отслеживать количество очков. Браслет уже несколько раз обмотался вокруг его руки.        — Ты интересуешься им только потому, что он может поладить с твоим учеником. Владыка пика Цинцзин хмыкнул в ответ, его веер увеличил скорость.        — Разве это так уж плохо? Чистые духовные культиваторы встречаются довольно редко, и было бы неплохо, если бы Цинцю нашёл кого-то, кто мог бы с ним породниться.        — В конечном счёте, всё равно это будет зависеть от них. Твой ученик не выглядит так, будто хочет завести друзей, может, он отпугнёт его?       Владыка пика Цинцзин посмотрел на экран с тоскливой улыбкой.        — Почему-то мне кажется, что они отлично поладят.

---------------------

      Удивительно, но Шан Цинхуа не собирался продвигаться в соревновании и редко вставал на его пути, так что к ночи они продвинулись довольно далеко и теперь искали хорошее место для ночлега.        — Эй, странный вопрос, но как тебе вообще удается использовать столько ци и не уставать? Ты просто супер!       — У меня просто большой запас ци…       Крик эхом разнесся по лесу, насторожив их обоих. Шэнь Юань достал свой лук и кивнул Шан Цинхуа, чтобы тот следовал за ним. Они приглушили шаги и пошли на шум, медленно скрываясь за кустами. Прямо перед ними девушку из Тянь И загнал в угол ученик Хуань Хуа, который, казалось, порвал часть ее платья. Девушка плакала и искала способ убежать.        — Просто отпусти меня! Я доложу о тебе руководителю секты, и тебя исключат!        — Ах, но вокруг никого нет, так почему бы нам не повеселиться? Ты в любом случае не можешь сбежать и попросить о помощи. Давай же, здесь только мы.       Шэнь Юань посмотрел вниз и увидел, что девушка, похоже, была ранена, прислонившись к дереву, а ученик Хуань Хуа медленно приближался к ней.        — Нет, не подходи!       Синяя стрела вонзилась в дерево рядом с головой ученика Хуань Хуа, который с яростным взглядом обернулся.        — Этот предлагает оставить её в покое, моя следующая стрела не промахнётся.        — О? Кем ты себя возомнил, а? Ты чуть не попал в меня, осёл! Разве ты не знаешь, кто я такой?       Ух, все это низкоуровневое пушечное мясо быстро надоедает.        — Ты можешь быть хоть императором, мне все равно. А теперь отпусти девушку.       Другой насмехался над ним, уже протягивая руку вперёд, чтобы схватить её.        — Да, конечно. У тебя не хватит смелости сделать это! А теперь убирайся с глаз моих, ты…       Прежде чем он успел дотронуться до девушки, еще одна стрела пригвоздила его руку к дереву, синий свет пульсировал, когда он с криком свернулся калачиком.        — Я предупреждал тебя.       Шан Цинхуа, тихо подкравшийся сзади, медленно помог девушке отойти от кричащего ученика Хуань Хуа и направился к Шэнь Юаню, который предложил ей свой плащ, чтобы прикрыться.       — Что теперь? — спросил Шан Цинхуа, помогая ей сесть.       — Соревнования закончились, по крайней мере, для меня. — Повернулся он к девушке.        — Как тебя зовут?       — Чжоу Мэйли. — Она шмыгнула носом.       — Как ты думаешь, ты сможешь идти? Если нет, то я могу отвести тебя в медицинскую палатку.        — Ты откажешься от участия в конференции ради меня? — Она моргнула, глядя на него.        — Не то чтобы у меня был выбор, — Шэнь Юань поднял руку, показывая остальным свой браслет, на котором все бусинки стали красными, что означало дисквалификацию.        — ХА, так тебе и надо! Ты должен был просто уйти! Эта глупая девчонка сама напросилась, бегая тут одна! — Ученик Хуань Хуа рассмеялся, а затем закричал от боли, так как тряска усугубила его рану.  — Я требую, чтобы ты сказал мне, из какой ты секты! Я сделаю так, что ты больше никогда не сможешь показаться в свете!        — Значит, я должен был просто стоять в стороне, пока ты делал с ней неизвестно что?  Этому парню действительно лучше отступить.        — Тебе никто не говорил не лезть не в своё дело?! А теперь отцепи меня от этого дерева!       Шэнь Юань уставился на него, его лицо было совершенно безучастным, когда он склонился к Шан Цинхуа.        — У тебя еще осталось немного меда?        — А? У меня есть, но я не думаю, что сейчас время для перекуса…        — Это не для перекуса, — сказал Шэнь Юань. — Помнишь сапфировых хищных летучих мышей, которых мы видели летающими вокруг? Они любят сладкое. Посмотрим, понравится ли нашему маленькому другу, если к нему прикоснутся без его согласия. Уверен, что он им очень понравится, пока они будут его обгладывать.       Летучие мыши были травоядными, но, похоже, ученик не знал об этом. Над ними раздался щебет, очевидно, принадлежавший духовному орлу, который решил следить за ними издалека, но это только усилило борьбу ученика. Шэнь Юань улыбнулся.       Ха-ха, он подыгрывает мне или мое время уже вышло?        — ТЫ… Не смей подходить ближе… НА ПОМОЩЬ! ОНИ ХОТЯТ УБИТЬ МЕНЯ!        — Остановитесь сейчас же! Кто из вас Шэнь Юань? — раздался голос позади них.        — Это я, — ответил Шэнь Юань, медленно поворачиваясь и показывая, что он безоружен.        — Вы должны быть удалены из ущелья за нарушение правил и намеренное причинение вреда другому культиватору. — Несколько старших заклинателей из разных сект кружили вокруг них, некоторые из них осторожно отделяли плачущего ученика Хуань Хуа и уходили, вероятно, в сторону медицинской палатки за пределами ущелья.        — Это несправедливо! Он не должен быть дисквалифицирован за то, что помог мне! Они только хотели… этот парень хотел…        — А, этот полностью осознаёт свою вину, но сначала Чжоу Мэйли нужна медицинская помощь.       Старший ученик кивнул, и они отправились в путь, за ними последовал Шан Цинхуа. Шэнь Юань заметил, что тот следует за ним, как тень.        — Ты ведь знаешь, что тебе не обязательно идти с нами? У тебя ещё есть день в запасе.        — И пройти через эту смертельную ловушку в одиночку? Нет, спасибо, я пас.

---------------------

      Они оставили Чжоу Мэйли лекарям, когда к ним подошел глава секты Тянь И.        — А, Шан Цинхуа, верно? Ваш шицзунь просил, чтобы вы отчитались перед ним на смотровой площадке.       Шан Цинхуа задрожал, уже пытаясь придумать оправдание своему раннему уходу, когда глава секты продолжил.        — Он также попросил, чтобы ты привел с собой своего… друга. — Он посмотрел на Шэнь Юаня, который думал о том, что ему делать теперь, когда все было напрасно, уставившись на таблицу лидеров.       Хм… какой позор… Я был на первом месте, я мог бы… А?        — Вы имеете в виду меня? — спросил он, тупо указывая на себя.        — Да. Не волнуйтесь, мы видели большую часть произошедшего благодаря вашему маленькому спутнику, — улыбнулся лидер секты, поклонившись ему. — Вряд ли Вам придётся отвечать перед ними, ведь мы ясно видели, что Вы защищали моего ученика. Этот благодарит вас за то, что вы позаботились о ней.       Ха-ха, значит, маленький орел в самом деле пытался помочь.       — Ах, нет необходимости благодарить меня, любой бы сделал то же самое, — сказал он и поклонился с совершенной элегантностью.        — Почему-то этот мастер не совсем уверен, что это так… — Глава секты Тянь И снова выпрямился, поправляя свои одежды.  — Если позволите, мне нужно поговорить с моей ученицей.       Как только глава секты скрылся в палатке, Шан Цинхуа вздохнул, взял Шэнь Юаня за руку и потащил его к смотровой площадке.        — Я правда не хочу этого, — пробормотал он.        — Да, я тоже. Как ты думаешь, Старый Дворцовый подонок разозлится, что я подстрелил его ученика?        — Старый дворцовый подонок?        — Ух, ты ведь никогда не оставался с ним наедине, верно? Убедись, что этого не случится. От этого парня исходят дурные флюиды, и он постоянно допытывается у меня о присоединении к Хуань Хуа, когда я по глупости ступаю на их территорию, — сказал Шэнь Юань с обиженным выражением лица.       Шан Цинхуа остановился, изучая тонкие черты лица и стройное телосложение Шэнь Юаня, в то время как его шею покалывало от пристальных взглядов с платформы над ними, их руки всё ещё были сцеплены.        — Да, тебе не стоит подходить к нему слишком близко. Он намного хуже, чем ты думаешь, он должен был быть оригинальным злодеем…        — Что? Как? Это было бы намного лучше, чем… — Шэнь Юань уже наклонился ближе в своем волнении, но, осознав, как это должно выглядеть с точки зрения постороннего, отступил от Шан Цинхуа. — Ты должен будешь рассказать мне всё позже, ты мой должник.       Шан Цинхуа вздохнул, уже приготовившись к натиску вопросов от руководителей секты и Шэнь Юаня.        — Конечно, мы можем пойти и найти тихое место, когда соревнования закончатся. Не похоже, что остальные захотят отпраздновать со мной.        — Договорились.

---------------------

      Как только они ступили на смотровую площадку, они оказались под перекрестьем десятков взглядов, желающих рассмотреть эту необычную пару вблизи. На мгновение воцарилась тишина, когда руководители сект внимательно осмотрели их с ног до головы, не раз останавливаясь на белых волосах Шэнь Юаня.       Пальцы Шэнь Юаня дернулись от желания накинуть капюшон, но тут он понял, что отдал свой плащ девушке.       Проклятье. Надеюсь, я смогу вернуть его позже, сшивание массивов было настоящей болью в…        — Цинхуа, иди сюда. Ты ведь не ранен? — Владыка пика Андин шагнул вперед и потрепал Шан Цинхуа по щекам, поворачивая его то так, то эдак.        — Ах-ха-ха, я в порядке, учитель, А-Юань принял на себя большую часть ударов. Пиковый Лорд поднял бровь на фамильярное выражение и с ухмылкой повернулся к Шэнь Юаню.        — Тогда этот должен поблагодарить Вас за заботу о его ученике. — Поклонился Владыка, выведя Шэнь Юаня из задумчивости, и тот ответил ему, хотя и немного смущённо.        — Нет нужды благодарить этого, ведь он поступил правильно.       Шан Цинхуа смотрел на него с недоумением в глазах. Шэнь Юань лишь улыбнулся ему в ответ.       То, что я обычно не утруждаю себя формальностями, не означает, что я не знаю, когда их нужно использовать.        — Тем не менее, то, как Вы себя ведёте, впечатляет. Если позволите спросить, как Вы предотвращаете истощение ци во время использования лука? — Владыка пика Цинцзин тоже подошел и наклонил голову в знак приветствия.       Шэнь Юань сузил глаза, ища намерения лидеров сект, которые, казалось, проявляли к нему повышенный интерес, но не нашёл в их глазах ничего, кроме искреннего любопытства. Он мысленно пожал плечами, расслабляясь и отвечая.        — На самом деле, это довольно просто. Этот использует духовный лук, который покрыт различными печатями, сохраняющими энергию.        — О, где вы его нашли? Этот никогда не слышал, чтобы такие вещи продавались, — ответил владыка пика Цинцзин.        — Это действительно маловероятно, учитывая, что этот человек сделал его сам. — Шэнь Юань ухмыльнулся, явно гордясь своей работой.       Глаза Владыки пика Цинцзин расширились от удовольствия, когда он увидел самодовольство молодого культиватора, но прежде чем он успел выспросить подробности, к их беседе присоединился ещё один человек.        — Это, конечно, впечатляет, но мы не должны хвалить Юань-эра, когда он намеренно ранил кого-то в дружеском соревновании, — сказал Старый Лидер Дворца.       Владыки пиков недоверчиво смотрели на них, не понимая, какая между ними связь, тем более что Шэнь Юань напрягся, и его лёгкая улыбка стала принужденной.        — Лао Гунчжу, этот неоднократно просил Вас не называть его так фамильярно.       Шэнь Юань излучал беспокойство, но Старый Мастер Дворца, казалось, либо не замечал этого, либо просто игнорировал.        — Ах, так ты осознаешь свои проступки?       Владыка пика Цинцзин шагнул вперёд, чтобы защитить молодого культиватора от тех мерзких взглядов, которые Старый Мастер Дворца бросал на своего главного ученика, но он был удивлен хладнокровием Шэнь Юаня, который выпрямился и посмотрел в ответ с решимостью и едва скрываемой ненавистью.        — При всем уважении, этот не жалеет о своем решении. Этот наткнулся на Вашего ученика, который приставал к девушке. Её одежда была уже порвана, и она ясно сказала ему, что не хочет его ухаживаний. Этот спокойно попросил его уйти, сделал предупредительный выстрел, но и это не помогло, потому, когда Ваш ученик решил продолжить, этот слегка ранил его, чтобы разрядить обстановку. — Эти слова прозвучали с подавленным гневом.        — Не нужно вести себя так вызывающе только потому, что тебя дисквалифицировали.       Ты издеваешься надо мной? Он обращается со мной как с ребёнком и при этом буравит меня взглядом. Я обязательно врежу Самолету за то, что он придумал о тебе! Если это то, чего ты хочешь, то я сделаю так, что ты пожалеешь об этом!       Однако, к удивлению многих, Шэнь Юань улыбнулся. Владыка пика Цинцзин улыбнулся в предвкушении и отступил назад, увидев знакомое лицо того, кто собирался выполнить словесное линчевание.        — А, хотя этот немного раздражен тем, что его дисквалифицировали, он не сделал ничего плохого. В конце концов, этот ничтожный просто поддерживал правила соревнования, не давая другому ученику нарушить их. Конечно, он мог бы просто позволить охранникам позаботиться о нём, как только нарушение правил было бы зарегистрировано, хотя к тому времени ущерб был бы уже нанесён. Если браслеты вообще определяют сексуальное насилие как вред.       Шэнь Юань наклонился вперед, улыбка стала еще ярче.        — Тогда возникает вопрос, регистрируют ли они это? Насколько известно, секта Хуань Хуа занималась предоставлением браслетов. Разумеется, вы бы подумали об этом как о причинении вреда другому человеку. Даже если бы вы не сочли это необходимым из-за учеников сект, то из-за бродячих культиваторов. В конце концов, мы, как известно, поступаем так, как нам заблагорассудится. В Хуань Хуа такое девиантное поведение, конечно же, не преподаётся и не преуменьшается, а наоборот, жестоко наказывается, верно? Ведь это одна из самых непростительных вещей, которые можно совершить.        — Ты…       Шэнь Юань откинулся назад, его глаза расширились, имитируя невинность.        — Ах, конечно же, нет. Пожалуйста, извините за это, Лао Гунчжу, возможно, не хотел подразумевать, что участие в соревновании было важнее, чем здоровье и невинность ученика, которого этот человек даже не знает.       Старый Мастер Дворца посмотрел на него тёмными глазами и неохотно согласился, стиснув зубы, когда кто-то подошёл к Шэнь Юаню сзади и положил руку ему на плечо. Шэнь Юань обернулся и увидел руководителя секты Тянь И, который передал ему свёрток, а затем обратился к остальным.        — Этот человек должен согласиться с этим маленьким культиватором. Он просто соблюдал правила и даже следил за тем, чтобы не причинить вреда больше, чем нужно. Лекари сказали, что стрела рассеялась в ци, которая закрыла рану, так что они смогли остановить кровотечение без проблем. Конечно, ученику-нарушителю придётся столкнуться с последствиями своих действий, — он посмотрел на Старого Мастера Дворца, который жёстко кивнул.       Ну, все видели, что это пушечное мясо собиралось сделать, он точно не может замять это. Так ему и надо. Если бы я мог решать, я бы оставил его на съедение летучим мышам…        — Итак, этот считает, что мы должны отменить дисквалификацию, так как ситуация могла обостриться без Шэнь Юаня.       А? Я думаю, что выстрелить в кого-то стрелой все еще считается эскалацией.       Однако, вопреки ожиданиям Шэнь Юаня, несколько руководителей сект выразили свое согласие. Старый Мастер Дворца напрягся, удерживая вымученную улыбку на лице.        — Даже если мы это сделаем, барьер не позволит ему снова войти, и соревнование в любом случае скоро завершится, — сказал он.       Некоторые из руководителей сект задумались над ситуацией, и Шан Цинхуа произнёс.        — Но всё равно, счёт Шэнь Юаня остается непобедимым. Даже если он не будет участвовать, его очки все равно засчитываются, верно?        — Тогда на этом всё, — подводя итог, сказал лидер секты Тянь И.        — Благодарю лидеров сект за их щедрость. — Шэнь Юань поклонился и посмотрел на Шан Цинхуа, который из-за спины владыки пика Аньдин показал ему большой палец.       Толпа медленно рассосалась, а Владыка пика Цинцзин снова вышел вперед и повел двух молодых культиваторов в более уединённый уголок, где собрались остальные Владыки пиков, в его глазах читалось веселье.        — Ты довольно смел, Шэнь Юань.       Шэнь Юань пригнул голову, его уши стали светло-красными.        — Ах, этот не заслуживает Ваших похвал. Он может вынести многое, но такое поведение выводит его из себя. Этот был бы не против, если бы его дисквалифицировали за это.       Владыка Пика медленно поднял руку, чтобы взъерошить его волосы, на что Шэнь Юань удивленно поднял голову.        — Это не плохая привычка. Ты проявил больше праведности, чем этот человек видел от большинства культиваторов твоего возраста. Однако не забывай, кого ты оскорбляешь, — он наклонился ближе и поднял веер, на котором, как оказалось, была вырезана печать тишины. — Этот советует тебе после этого некоторое время держаться подальше от Старого Мастера Дворца и территории Хуань Хуа.       Шэнь Юань слегка улыбнулся.        — Этот ценит Вашу заботу, но у меня с самого начала не было намерения приближаться к нему. У этого было несколько довольно… неприятных встреч с ним, даже если Старый Мастер Дворца не совсем…       Подождите, что я делаю? Обижаться на одного из самых влиятельных людей в мире боевых искусств в открытую — не самая лучшая идея! Пожалуйста, забудьте то, что я только что сказал!       Обеспокоенный внезапным молчанием Шэнь Юаня, Владыка пика Цинцзин немного отступил назад, наблюдая за ним, а затем снова положил руку ему на голову.        — Конечно же, вы можете остаться с нашей делегацией на время.       Шэнь Юань лишь улыбнулся ему в знак благодарности, после чего осмотрел протянутый ему матерчатый сверток.       Эй! Это же мой плащ!       Он снова накинул его на плечи, поправляя, пока тот не сел как надо, но его усилия были разрушены Шан Цинхуа, который схватил его за руки и легонько потряс.        — Чувак, ты сумасшедший! Ты только что оскорбил Старого Мастера Дворца в лицо, перед всеми важными людьми в этом мире!        — Я это прекрасно понимаю. Может, хватит кричать? Вдруг он услышит тебя и передумает?       Шан Цинхуа просто указал позади себя, где некоторые Владыки Пика наслаждались чаем, на столе лежал талисман уединения с радиусом действия в несколько метров. Шэнь Юань вздохнул, напряжение медленно спало с его плеч, когда пиковый лорд Сяньшу подмигнула ему.       Что с ней?        — Шэнь Юань, не так ли? Похоже, вы с Шан-шичжи неплохо ладите.       Она пошевелила бровями. Шан Цинхуа только прыснул и покраснел, а Шэнь Юань просто растерянно посмотрел на неё.        — Ах, мы уже встречались раньше.        — О-о? Пожалуйста, расскажите.       Шан Цинхуа посмотрел на него умоляющими глазами, в то время как на лице Шэнь Юаня появилась злобная ухмылка.        — С радостью! Видите ли, ваш дорогой Шан-шичжи…        — О, не смей! — Шан Цинхуа попытался поднести руки ко рту, но Шэнь Юань изящно вывернулся и подошел к забавляющимся Владыкам Пиков.       — Он был на задании в Вечном Туманном Лесу, и один из его боевых братьев и сестёр загнал их всех в лесу в ловушку. Так что когда этот наткнулся на них, они уже висели на деревьях.        — Эй! Это была не моя вина!        — О? Тогда как насчёт того, что тогда ты назвал меня господином Лесным Духом и попросил меня спустить вас?       Некоторые из Повелителей Пиков захихикали.        — Ты появился из ниоткуда, с белыми волосами и в развевающихся одеждах, и, похоже, ты нравился лесу! Грибы служили твоим личным светильником! Как ты вообще нас оттуда вытащил?        — Лес разумный, глупыш. Будь добр к нему, и он будет добр в ответ. Все, что вам нужно было сделать, это вежливо попросить лес.       Владыки пиков некоторое время наблюдали за их препирательствами, прежде чем Владыка пика Аньдин снова подошел к ним.        — Может, вам двоим вернуться в наш лагерь и отдохнуть? Сегодня вы не отдыхали, а празднование займёт немало времени.       Как бы подчёркивая его слова, Шан Цинхуа зевнул и поклонился.        — Благодарю, шицзунь, тогда мы пойдем.       Пойдем?        Шан Цинхуа снова потащил его за руку, уже с ужасом думая о лестнице, которую он с трудом преодолел по пути наверх.        — Ты всё ещё должен кое-что объяснить, Самолет. Не думай, что я забыл. Шан Цинхуа застонал, оплакивая свое драгоценное время сна, так как знал, что Шэнь Юань не будет с ним милостив.