Ты — румянец на моих щеках (И мне страшно, ведь это значит, что я стал мягче)

      — Тебе правда нужно уходить? Можешь остаться ещё ненадолго, — сказал владыка пика Цинцзин, глядя на то, как Шэнь Юань кланяется ему на прощание.       — Да, я не могу бездельничать слишком долго. Мне ещё нужно встретиться с несколькими людьми, цзецзе наверняка подумает, что что-то случилось, раз я так долго её не навещаю.       Владыка Пика вздохнул, наблюдая, как Шэнь Юань прощается с его маленьким А-Цзю, и оба они были немного скованы в его присутствии. Он достал небольшой аксессуар и протянул его Шэнь Цзю, который только вытаращился в ответ.        — Шицзунь, это…       — Пользуйся, как хочешь, — сказал он, взъерошив волосы Шэнь Цзю, и оставил их снова вдвоём.       Шэнь Цзю смотрел ему вслед.       — …Так что, думаю, на этом мы прощаемся, — улыбнулся Шэнь Юань.       — Подожди, — сказал Шэнь Цзю, подошел ближе и медленно наклонился, чтобы поработать над поясом Шэнь Юаня.       — А? Что ты?..       — Вот. Если тебе нужна будет помощь. Или просто… захочешь навестить.       Шэнь Юань постарался не покраснеть, глядя на маленький колокольчик, висевший на поясе рядом с блестящим жетоном из павильона. Колокольчик был из матового серебра со шнурком цвета Цинцзин.       — Это?..       — Похоже, ты понравился учителю настолько, что он разрешил тебе войти на Цинцзин. Посторонние редко получают жетон, так что лучше воспользуйся им! — сказал Шэнь Цзю, его щёки раскраснелись, так как он явно не мог игнорировать тот факт, что, хотя его шицзунь предоставил колокольчик, именно он подарил его Шэнь Юаню.       Шэнь Юань улыбнулся, поддавшись внезапному желанию обнять Шэнь Цзю. Тот зашипел и смущённо похлопал его по спине.       — Ладно, ладно. Тебе лучше приходить время от времени.       — О? Больше никаких встреч в борделях или разумных лесах?       Шэнь Цзю хмыкнул и медленно отпустил Шэнь Юаня, когда тот отступил, в последний раз проверяя свой мешочек цянькунь, а затем кивнул.       — Тогда я пойду.       Шэнь Цзю ворчливо попрощался, но прежде чем Шэнь Юань скрылся из виду, он пробормотал про себя:       — Надеюсь, с тобой всё будет хорошо. И не делай ничего опасного.       Сердце Шэнь Юаня подпрыгнуло от радости при мысли, что Шэнь Цзю действительно заботится о нём. Однако это лёгкое чувство длилось недолго. Как только он добрался до подножия горы, он с тоской посмотрел назад, его губы подрагивали, когда он представлял, что Шэнь Цзю смотрит ему вслед с заботой.        Его сердце, которое начало быстро биться, когда Шэнь Цзю обнял его, теперь опустилось в желудок, оставив горький привкус на языке, и он повернулся спиной к горе Цанцюн, нахмурив брови, глядя на пустую улицу перед собой.       — Айя, Цзю-гэ. Я никогда ничего тебе не обещал.

---------------------

      — Юань-Юань, это… Этих денег слишком много.       Шэнь Юань улыбнулся ей, подталкивая мешочек ближе к её ладони.       — И что? Могу ведь я баловать свою цзецзе время от времени?       — Этого почти достаточно, чтобы купить мой контракт. Откуда у тебя вообще такие деньги?       — Ах, в последнее время я очень много работаю. Кроме того, не похоже, что мне и правда необходимо так много. Я предпочитаю спать в лесу во время путешествий, так меня никто не потревожит. Так что нет необходимости платить за шикарные гостиницы.       — Но всё же…       — Цзецзе, — Шэнь Юань наклонился вперёд, взял её руки и обхватил ими мешочек, даже когда она нахмурилась. — Ты так много мне помогала. Неужели это так странно, что я хочу отплатить тебе, как только у меня появится возможность?       Она вздохнула, отложила деньги в сторону и вместо этого погладила его по щекам.       — Ты ведь понимаешь, что я не ждала, что ты вернёшь мне долг? Моя любовь не продаётся, Юань-Юань. Мне никогда не нужно было, чтобы ты расплачивался со мной, потому что я делала то, что я хотела делать. Забота о тебе не была моей работой, это мое решение.       — И всё же это дорого тебе обошлось. Это моё решение — вернуть то, что я могу. Я хочу быть уверенным, что о тебе позаботятся.       — Это звучит ужасно похоже на прощание. Что случилось? Что ты делаешь?       Шэнь Юань надулся, положив свои руки поверх её ладоней.       — Всё в порядке. Я просто не знаю, когда смогу увидеть тебя снова, поэтому решил предупредить тебя. Я не хотел, чтобы ты волновалась, если я не приду… какое-то время.       — Что? Почему? Ты собираешься сделать что-то опасное? Это из-за того культиватора, которого ты встретил?       Шэнь Юань захихикал, его глаза забегали по её лицу, словно запоминая каждую мелочь.       — Я бродячий культиватор, всё моё существование опасно. Но Шэнь Цзю не сделает мне ничего плохого. Просто… есть кое-что, о чём мне нужно позаботиться, и я не знаю, сколько времени это займет, — сказал он, повернув их руки, чтобы прижаться губами к костяшкам её ладоней.       — Но ты ведь вернёшься?       — Конечно, — сказал Шэнь Юань, прищурив глаза. — Разве я когда-нибудь лгал?       Теперь настала её очередь дуться, прижавшись губами к его лбу.       — Как будто ты не подстраиваешь всё под себя каждый раз, когда открываешь рот. Просто не делай глупостей. Я хотела заступиться за твою семью, если ты когда-нибудь выйдешь замуж. Никто не захочет выйти замуж за идиота, особенно если этот маленький друг-культиватор действительно так умён, как ты всегда говоришь. Ты не сможешь цепляться за мои юбки до конца своих дней.       Шэнь Юань рассмеялся, хотя в груди у него что-то перевернулось от этих слов. Он смеялся до тех пор, пока на глаза не навернулись слёзы, которые он тут же вытер, но слёзы всё не останавливались и вскоре вновь потекли по щекам.       — Хм? Я что-то не так сказала?       — Нет… ха-ха… нет, просто… Судьба в самом деле штука странная.       Она склонила голову в замешательстве, но он просто взял её за руки, улыбнулся ей и рассказал о своих последних приключениях, проведя ночь в борделе, который он почти мог назвать своим вторым домом, с той, кого он считал семьёй.       На следующее утро, перед тем как попрощаться с ней и мадам, его заставили взять с собой кучу баоцзы и несколько сладостей, и его улыбка исчезла, как только он скрылся из виду.

---------------------

      Торговец проверил деньги и протянул ему маленький пузырёк, наполненный мерцающей жидкостью, которая выглядела жидким золотом. Запрятав контрабанду в свой мешочек, Шэнь Юань поправил лисью маску и направился к выходу. Однако он остановился, наткнувшись на знакомую женщину.       — Боже мой, А-Юань. Вернулся так скоро, а ты даже не зашел поздороваться, — сказала госпожа Мэйинь, проводя глазами по его фигуре, словно что-то искала.       — В любом случае, ты нашла меня, так зачем бы мне было мучиться в поисках правильной палатки, если вместо этого ты можешь найти меня?       Госпожа Мэйинь сузила глаза и скрестила руки, просто глядя на него, пока он не начал ёрзать. Когда она убедилась, что её разочарованный взгляд произвёл должный эффект, она фыркнула, подошла к нему и положила ладонь на его щёку.       — Что бы ты ни задумал, всё пойдёт насмарку. Даже я не могу понять, чем всё закончится.       Шэнь Юань напрягся и усмехнулся.       — Всё до сих пор вело к этому. Это всегда было конечной целью, что бы я ни делал. Кто я такой, чтобы не подчиняться судьбе?       Госпожа Мэйинь нахмурилась, вздохнула и отступила на шаг назад, чтобы вновь посмотреть на него.       — Ты разобьешь немало сердец. Что скажет твой маленький праведный друг-культиватор, когда узнает?       — Лучше бы он вообще меня не встречал. Сближение с ним не входило в мои планы. Хотя мне немного жаль, что он заплатит за мою глупую влюблённость. Это был… просчёт.       Он рассмеялся, успокоившись только тогда, когда его маленькая вспышка привлекла внимание охранников, проверяющих периметр. Госпожа Мэйинь не считала эту ситуацию смешной, учитывая, что она заглянула в будущее, поджав губы от такого необычного поведения.       — Ты можешь остановиться прямо сейчас, А-Юань. Нет необходимости делать всё это. Ты знаешь, что возврата не будет, если ты пройдешь через это.       — Ай-яй, тётя Мэй, разве мы не обещали не лгать друг другу? Это единственный выход.       — Но будет ли оно того стоить? Почему бы тебе не попросить помощи у своих друзей?       — Ты же знаешь, я не могу этого сделать. Это должно было произойти рано или поздно: с таким же успехом я мог бы быть активным участником, подталкивающим это в том направлении, которое принесёт мне наибольшую пользу. До того, как я бы окончательно привязался к ним.       Госпожа Мэйинь посмотрела на него прямо, и её неуверенность была почти ощутима.       — Если ты и правда пойдёшь на это, ты не сможешь повернуть назад. Готов ли ты нести это бремя?       Шэнь Юань ласково улыбнулся ей.       — Я знаю. Но я уже зашёл так далеко, что повернуть назад сейчас было бы так же утомительно, как и довести дело до конца.       Она вздохнула, понимая, что он прав. Тем не менее, она обняла его в последний раз, прежде чем он снова направился к лестнице, покидая наиболее опасную часть Плавучего рынка, которую обычно сознательно игнорировали более праведные люди, приходящие сюда, поскольку именно здесь продавались самые сомнительные товары и услуги.       Госпожа Мэйинь смотрела ему вслед, молча молясь и надеясь, что Шэнь Юань знал, что делает.       Как только Шэнь Юань вышел на улицу, к нему подошла знакомая фигура в капюшоне.       — Ну что, получил?       Шэнь Юань усмехнулся, его взгляд был отрешенным, когда он передавал флакон и снимал маску.       — Я действительно не понимаю, почему ты не получил его сам. Анонимность даже не является проблемой, поскольку все там маскируются.       — И всё же каждый узнаёт тебя, как только ты ступаешь сюда.       — Только стражники и торговцы, которых я часто посещаю. Никто не узнал меня, пока я покупал это.       Фигура хмыкнула, вертя мерцающий пузырек между пальцами.       — Что ж, считай это проверкой решимости. Если все пойдет не так, или кто-то сорвёт план, все приведёт к тебе. Я хотел проверить, серьёзно ли ты к этому относишься.       Шэнь Юань скрестил руки, хищно улыбнувшись, и понизил голос, когда заметил нескольких людей в капюшонах, уставившихся на них из-за столов перед чайным домом.       — Никто не узнает, что это был я. Кроме того, неужели ты действительно считаешь меня настолько глупым, чтобы ударить тебя в спину?       — Знаешь, я немного скучаю по тебе прежнему. Такому чистому и наивному, невинному до безобразия. Ты делал всё, что я тебе говорил, не спрашивая «почему».       — Если ты действительно хотел, чтобы я оставался таким, тебе не следовало помогать им с самого начала. Ты был прав. В лесу, я имею в виду. Я такой из-за тебя.       Фигура захихикала, взъерошив волосы Шэнь Юаня, когда они вышли из подворотни и вернулись к громкой болтовне уличных торговцев и шумной толпе. Фигура в капюшоне подтолкнула Шэнь Юаня к лавке, где продавали карамельные картины.       — Пойдем, Юань-эр, я куплю тебе карамель. Как насчёт той, в виде лисы? Ты всегда любил, когда я приносил тебе сладости.       — Это потому, что мне было девять лет.       — Айя, так холодно! Теперь мы на одной стороне, Юань-эр. Ты застрял в своей бунтарской фазе? Позволь мне угостить тебя, мы должны насладиться свободным временем до собрания секты.       — Я не люблю сладости, — сказал Шэнь Юань, окидывая толпу вокруг них взглядом. Рядом были несколько человек, последовавшие за ними с Плавучего рынка.       Ух ты. Опасненько…       — О? Насколько я помню, ты был в восторге от них после того, как тайно вывез своего парня с Плавучего рынка.       Шэнь Юань уставился на него пустым взглядом, его пальцы дёргались, когда он сморщил нос и тихо вздохнул.       — Он не мой парень.       — Ты уверен? Насколько я знаю, ты редко подпускаешь кого-то так близко к себе. А что насчёт последней нашей встречи? Вы так мило смотрелись вместе.       Шэнь Юань стряхнул его руку, когда пальцы другого начали предупреждающе впиваться в его кожу.       — Мы не вместе. Я просто развлекался. Он тоже будет там, в конце концов. Не стоит влюбляться в того, кто будет выступать против меня.       Фигура удовлетворённо хмыкнула.       — И ты хочешь, чтобы я поверил, что здесь не замешаны твои чувства? Что ты лишь потакал ему, позволяя испортить тебя, и твоё сердце не билось чаще от его прикосновений? Неужели ты действительно так отчаянно жаждешь чужих касаний?       Шэнь Юань пожал плечами, посмотрел на стенд перед ними и указал на карамель в виде тигра. Другой просто заплатил за неё и передал её Шэнь Юаню, взъерошив ему волосы. Из-под капюшона раздалось гнусное подхихикивание.       — Он один из немногих, кто действительно уважает мои границы. Я решил хотя бы попытаться, пока ещё у меня был шанс. Не то чтобы это имело значение.       — Значит, ты не будешь вмешиваться, если он пострадает?       Шэнь Юань посмотрел ему в глаза, откусывая голову тигра, и карамель громко хрустела у него во рту.       — Это звучит почти так, как будто ты хочешь, чтобы я тебя предал.       — Я просто хочу убедиться. После стольких лет было бы глупо ожидать, что ты будешь слепо следовать за мной.       Шэнь Юань хмыкнул, облизывая остатки тигра.       — Я уже обещал помочь тебе с этим планом. Не ради других, а ради тебя. В конце концов, я твой должник.       — Хорошо, что хотя бы это не изменилось.       — Ты слишком много думаешь, Лян-гэ.

---------------------

      Шэнь Цзю смотрел в открытое окно, его рука застыла над цинем. В начале дня его учитель сказал ему, что они будут присутствовать на встрече четырёх больших сект, чтобы последующие ученики могли получить первый опыт участия в общественных мероприятиях. Формальные одеяния уже лежали на столе.       Шэнь Цзю вздохнул, надеясь, что Шэнь Юань не решит навестить его во время их отсутствия, хотя, зная его, он уже наверняка знал о встрече.       Его руки снова начали двигаться, рассеянно наигрывая мелодию, которую сыграл для него Шэнь Юань, а мысли снова начали путаться. После их совместной миссии бродячий культиватор вёл себя несколько отстранённо, но всё же охотно присоединялся к разговору, когда они обсуждали то, что им обоим нравилось, и замолкал, как только понимал, что делает.       Он по-прежнему смеялся и улыбался, но выглядел он напряжённым. Однако эти изменения были очень незаметны, и Шэнь Цзю должен был признать, что не обратил бы на них внимания, если бы не странный человек в деревне, заставивший его насторожиться. Ему стало интересно, о чём они тогда говорили.       С другой стороны, он всё ещё следовал его примеру, его губы двигались рядом с губами Шэнь Цзю, как будто они были созданы для того, чтобы слиться воедино.       Не слишком ли я поторопился? Может, он передумал после нашего поцелуя? Или это потому, что я хотел сохранить всё в тайне?       Никто не ответил ему, когда отзвучали последние ноты, и комната снова наполнилась тишиной, что нависла над его головой, как тяжёлое облако.       Наверное, мне стоит спросить его об этом, когда мы встретимся в следующий раз. Он выглядел так, словно думал о чём-то важном… Возможно, разговор о его прошлом погрузил его в некоторые не самые приятные воспоминания. Я знаю, что меня всегда больше раздражает, когда Юэ-шисюн не может держать язык за зубами… В любом случае, с ним что-то не так.       Шэнь Цзю вздохнул, отложил цинь и посмотрел на одеяния, которые заказал для него шицзунь.        Лучше бы это того стоило. Ненавижу эти помпезные события, старик даже не может скрыть свои настоящие эмоции. Шицзунь может защитить нас сейчас, но я не хочу думать о том, как справиться с этим гадом в одиночку, когда мы вознесёмся…