Ты — румянец на моих щеках (И мне страшно, ведь это значит, что я стал мягче)

      Слуга улыбнулся ему, проводя в отдельную комнату борделя, и Шэнь Юань вошёл внутрь.       Айя, я правда не хотел оставлять Шэнь Цзю вот так. Надеюсь, он не примет близко к сердцу, что я бросил его сразу после задания, но если Лян-гэ прав…       Аромат благовоний висел в воздухе. Оставшись в комнате наедине с собой, он занял место у низкого столика и вдохнул аромат вина, прежде чем разлить его по двум чаркам.       — Ты собираешься сесть или так и останешься стоять там?       Раздался глубокий смешок, когда фигура вышла из-за одной из занавесок, украшавших кровать, села напротив Шэнь Юаня и приняла вторую чарку.       — Твои чувства весьма остры, Юань-эр.       — Ты имеешь в виду, когда я не одурманен какой-то странной пыльцой? — Шэнь Юань поднял бровь, потягивая вино.       — Ах, я прошу прощения. Однако, мне нужен был ключ массива, и я сомневаюсь, что ты так просто отдал бы его.       — Ты мог бы хотя бы спросить… Так и собираешься скрываться за плащом? Разве тебе не жарко под ним?       Шэнь Лян фыркнул, снимая капюшон. Шэнь Юань резко вдохнул, увидев шрамы от ожогов, ползущие по шее и лицу брата.       — Не очень-то красиво, да? Тебе повезло, что ты хотя бы можешь скрыть свои шрамы.       — Я должен благодарить тебя за то, что ты покалечил только мои руки и спину? Потому что я до сих пор не простил тебя.       Шэнь Лян задумчиво улыбнулся, взбалтывая вино в своей чаше, избегая взгляда Шэнь Юаня.       — И всё же ты пришёл, чтобы выслушать меня.       — Ты так или иначе нашёл бы меня, я просто решил избавить нас от бесполезной игры в кошки-мышки. Я не могу пойти против тебя, пока у тебя есть ключ массива.       Шэнь Лян медленно поднял взгляд на напряжённого Шэнь Юаня и, сжав челюсти, посмотрел прямо в ответ.       — Ты же не думаешь, что я буду использовать его против тебя?       — Ты уже сделал это однажды.       Шэнь Лян вздрогнул, но всё же наклонился вперед.       — Зачем мне причинять тебе боль? Я даже договорился с мэймэй, чтобы она забрала тебя после ритуала. И я убедился, что ты выберешься живым. Я бы никогда…       — О, так это не ты вырезал массив? Потому что я чётко помню, как ты потерял рассудок после того, как всё пошло наперекосяк. Как ты вообще остался жив? Разве перевернутый массив не падает обратно на своих создателей?       — …Так ты ещё не догадался, да?       — Что? — Шэнь Юань выдохнул сквозь стиснутые зубы, быстро моргая.       Шэнь Лян улыбнулся, опираясь на свою руку.       — Там было два массива. Тот, который отец хотел использовать, чтобы вернуть мать, и массив, который создал я. В любом случае у отца всё пошло бы не так — даже если бы им удалось оживить её тело, душа была бы уже давно мертва. Массив, который я создал, был твоим, и он использовался только для питания другого. Остальные были слишком заняты, удерживая тебя на месте, поэтому никто не заметил нескольких лишних линий.       Глаза Шэнь Юаня расширились, он наклонился вперёд, его руки крепко ухватились за край стола.       — Что ты сделал?       — А, ну. Я не мог пойти против них, я был моложе, чем ты сейчас. Я планировал взять тебя и спрятаться с мэймэй, пока они не перестанут нас искать, но они узнали, когда я пытался украсть кое-что с кухни. Мне пришлось убедить их, что я всё ещё на их стороне, и чтобы доказать свою преданность, они хотели, чтобы именно я… — он махнул рукой в сторону Шэнь Юаня. — Что ж. Полагаю, ты знаешь, что произойдёт, если прервать подачу ци в таком ритуале. Или, скорее, использовать немного другой массив.       — Так ты…       Он сделал это специально? Всё? Массив не дал обратного эффекта, он сделал именно то, что должен был сделать?..       Глаза Шэнь Ляна смягчились, он положил свою руку на руку Шэнь Юаня.       — Юань-эр. Я никогда не хотел бы причинить тебе боль.       Шэнь Юань сглотнул, повернув голову в сторону.       — Почему же ты не вернулся раньше?       Шэнь Лян вздохнул, наполняя их чашки.       — Ты ведь знаком со Старым Мастером Дворца, верно? — Глаза Шэнь Юаня сузились, когда он оглянулся на него. — Демонические культиваторы были из Хуань Хуа. Я не мог уйти, потому что кое-кто остался, чтобы отвезти меня обратно в Хуань Хуа, и они держали меня там в одной из «стильных» камер Водной тюрьмы, пока старик не убедился, что я не могу ударить его в спину. За мной до сих пор постоянно кто-то наблюдает. Бордели — единственные места, где они оставляют меня одного.       А? Лао Гунчжу убедился?.. Как?       — Ты ведь ходил в гробницу влюбленных с несколькими учениками Цанцюн, верно?       Шэнь Юань повернул голову обратно к брату, медленно осознавая происходящее.       Ты, должно быть, шутишь.       — Клан демонических культиваторов был частью Хуань Хуа?       — Мн. Они были теми, кто основал Хуань Хуа, прежде чем некоторые из них установили «праведный» путь в качестве своего метода культивирования. На самом деле во дворце Хуань Хуа до сих пор сохранилось несколько массивов. Некоторые из тех, кто не хотел меняться, забрали всё, что могли и ушли, чтобы создать свою собственную секту, но в итоге были убиты или изгнаны культиваторами с другой стороны горы. Некоторые стали разбойниками, а другие… вернулись в Хуань Хуа.       Подожди, тогда это значит…       — Кто-то проник в гробницу, чтобы украсть ожерелье…       Шэнь Лян достал ожерелье с зелёным драгоценным камнем, которое было испещрено различными резными знаками.       — Я так понимаю, что это ключ массива? Поэтому на фресках были спрятаны инструкции по изменению массива?       Шэнь Лян улыбнулся и взъерошил волосы Шэнь Юаня, чем заслужил раздражённый взгляд.       — Эй! Что ты себе позволяешь?!       — Ай-яй, Юань-эр. Ты оказался таким умным мальчиком, что я не смог сдержаться.       Шэнь Юань надулся, провел рукой по волосам, чтобы поправить все выбившиеся из хвоста пряди.       — Так что же это за массив? И какое отношение это имеет к нам?       Шэнь Лян нахмурился, откладывая ожерелье.       — Старик совсем спятил. Он думает, что другие секты свергнут его, поэтому он планирует использовать на них высасывающий ци массив во время собрания секты через два месяца.       — Но у тебя есть ключ, поэтому он не сможет этого сделать… Если только…       Шэнь Юань схватил руку брата, перевернул её и задрал рукав, открыв тонкие линии, проходящие по коже брата и вверх по руке.       Так вот что он имел в виду… Лао Гунчжу действительно более отвратителен, чем я думал…       — И что теперь?       Шэнь Лян вывернулся из его хватки и вытряхнул рукав.       — Лао Гунчжу знает, что мы родственники. Он хочет, чтобы я убедил тебя присоединиться к нему.       Шэнь Юань нахмурился, холодная дрожь пробежала по его позвоночнику.       Отвратительно.       — Ни за что на свете.       — А, не волнуйся. Я скорее проглочу свой собственный меч, чем позволю ему находиться в одной комнате с тобой, но мы не можем игнорировать его. Рано или поздно он заставит тебя действовать силой. И если ему удастся осуществить свой план…       Улыбающееся лицо Шан Цинхуа и мягкий взгляд Шэнь Цзю пронеслись в голове Шэнь Юаня.       — У тебя есть план?       — Ну, он носит мой ключ массива как кольцо, так что достать его будет сложно. Наш лучший шанс — подыграть ему и ударить, когда он отвлечётся, но лидеры других сект могут воспринять это как нападение на них, так что…       — Мы можем действовать только во время ритуала, пока остальные будут обезврежены…       Шэнь Лян хмыкнул, сделав ещё один глоток вина, когда до Шэнь Юаня дошла вся суть его тяжёлого в исполнении плана.       Это просто самоубийство. Даже если нам удастся обезвредить Лао Гунчжу, нет никакой гарантии, что массив не обратится против нас.       — Это глупая идея. Разве мы не можем просто попросить одну из сект помочь? Владыка пика Цинцзин уже знает об одном ключе массива, что ещё один или два?       — Ты правда думаешь, что они помогут? Если старик узнает, это будет наше слово против его. Нет никакого способа доказать его причастность, массив встроен в сам камень под их ногами, его невозможно обнаружить, не начав ритуал. Я сомневаюсь, что даже Цанцюн может пойти на риск с таким политическим скандалом. Просто подумай об этом. Мы — два бродячих культиватора, владеющие ключами массива, и у нас обоих есть доказательства участия в демоническом ритуале, что вырезаны на нашей коже. Он может легко обвинить нас и провернуть свой план в одиночку.       Но если мы ничего не сделаем…       Шэнь Юань играл с маленьким колокольчиком, висевшим у него на поясе, который позволял ему войти на Цинцзин. Это был знак того, что у него есть люди, которые ждут его, чтобы провести с ним время. Что у него есть к кому вернуться.       — Если бы мне пришлось выбирать между тобой и любым другим учеником, я бы предпочел, чтобы ты был рядом со мной до конца моих дней…       — Хорошо. Я согласен.       Шэнь Лян поднял голову и посмотрел на Шэнь Юаня.       — Не могу сказать, что я доволен тем, что ты так легко согласился. Это может стать опасным. Не считая того, что массив может взорваться на середине ритуала, лидеры сект могут пронюхать и остановить нас. Или мы потерпим неудачу и окажемся в водной тюрьме, если духовное пламя не заберёт нас ранее.       Шэнь Юань хмыкнул, встретив обеспокоенный взгляд Шэнь Ляна с решимостью.       — Если мы сейчас ничего не предпримем, кто знает, что сделает Лао Гунчжу… Лян-гэ. Я в любом случае понятия не имею, что сделал тот массив. Я поражен, что кто-то из нас всё ещё жив, учитывая, что рассказала Су-цзецзе.       — Что она тебе сказала?       Шэнь Юань отвел глаза, пробормотав.       — Она сказала, что хотя массив собирает окружающую ци, а не мою собственную, он все равно использует мои меридианы как проводник, изнашивая их в разы быстрее обычного, и что культивирование может замедлить этот процесс. Она не могла сказать, как долго это будет эффективно. Позже я заметил несколько вспышек ци — за последний год, — поэтому я искал кого-то, кто мог бы что-то знать. Если не о ритуале, то хотя бы о людях, которые его проводили…       — Ты ведь знаешь, что уничтожение ключей массивов остановит наше медленное убийство? Я могу освободить тебя прямо сейчас.       — Что?       Я мог бы уничтожить эту чёртову штуку еще несколько месяцев назад! Однако…       — Не надо. Если что-то пойдет не так, возможность использовать окружающую ци поверх моей собственной может помочь стабилизировать массив, пока остальные не смогут сбежать.       Даже если это означает сократить несколько лет жизни. Я и так прожил так долго, что ещё нужно?       — Это звучит так, будто ты планируешь пожертвовать собой. Как твой гэгэ, я начинаю беспокоиться. Где мой милый, одержимый монстрами диди, который плакал, когда лягушка прыгнула ему на голову?       Шэнь Юань закатил глаза.       — Мне было четыре года. Я больше не боюсь лягушек. И я не собираюсь умирать — хотя, если придётся, я предпочитаю, чтобы это произошло на моих собственных условиях.       Шэнь Лян пристально посмотрел на него, а затем снова взъерошил его волосы.       — В таком случае, мы должны начать разработку плана. Будет разумно притвориться, что мы не слишком хорошо ладим, иначе старый хитрец может пронюхать. Его шпионы повсюду. Тебе придётся подыгрывать и во время собрания секты. Думаешь, у тебя хватит духу обмануть своих друзей? Им придется думать, что ты перешёл на другую сторону…       — Я лучше позволю им ненавидеть меня, чем умереть.       Если я смогу уберечь их ещё немного… Хотя, это наверняка испортит настроение Цзю-гэ. Он не из тех, кто легко доверяется другим, так что действовать за его спиной… А Цинхуа… Может, я могу побыть немного эгоистом и оставить их в живых, даже если они будут думать, что я их предал.       Шэнь Лян посмотрел на него, понимая, что Шэнь Юань решил разбить собственное сердце. У него самого болело в груди, когда он думал о своем младшем брате, которого едва ли можно назвать взрослым. Как он может больше никогда не увидеть его улыбку. Шэнь Лян вздохнул, залпом выпил вино и поставил чарку обратно на стол.       — Верно. Давай начнем планировать.

---------------------

      За все эти годы дворец Хуань Хуа ничуть не изменился. Всё блестело золотом, и Шэнь Юаню приходилось щуриться, так как от этого аляповатого богатства болели глаза.       Слишком ярко. Слишком ярко.       Шэнь Лян вёл его по коридорам, молча кивая слугам, попадавшимся на пути, пока они шли к крылу Старого Хозяина Дворца.       Это так странно. Всё выглядит одинаково, но всё равно как-то не так…       Наконец, они подошли к тяжёлым дверям. Шэнь Лян бросил на него последний взгляд и постучал, ожидая разрешения войти. Шэнь Юань наморщил нос, когда его приветствовали с излишним энтузиазмом: от лёгкого блеска собственнических чувств в глазах Старого Мастера Дворца у него свело живот.       — А, так ты наконец-то вернулся, Юань-эр. Присядь со мной, я так давно не мог на тебя посмотреть!       — Я уже говорил Вам не называть меня так, — сказал Шэнь Юань с пустым выражением лица и сел в кресло, Шэнь Лян сел между ними, чем заслужил озлобленный взгляд старика.       Шэнь Лян проигнорировал его и налил всем чаю, медленно пододвинул чашку к Шэнь Юаню, который лишь недоверчиво посмотрел на него.       — Я так рад, что ты согласился прийти сюда. Кто бы мог подумать, что один из моих самых верных советников окажется твоим братом? Это судьба вернула тебя ко мне.       Советник? Да, точно…       — Вы правда послали моего брата, чтобы напоить меня чашкой чая? — спросил Шэнь Юань, играя со своей пиалой, но так и не поднося её к губам.       — Ах, я прошу прощения за свои методы. Этому господину было очень одиноко, и он хотел увидеть тебя. Ты — единственное, что у меня осталось от нашей дорогой Сиянь, — сказал старик, накрыв руку Шэнь Юаня своей, и доброжелательно улыбнулся.       Шэнь Юань едва заметно дёрнулся, но заметил, как рядом с ним напрягся Шэнь Лян.       Хорошо, что я привёл Ло Бинхэ на территорию Цанцюн. Если он так ведет себя со мной, то старому хитрецу лучше никогда о нём не знать. Надо будет принять ванну после этого…       — Наверняка это не единственное намерение Лао Гунчжу? Обычно люди присылают приглашение, а не предполагаемого родственника, особенно мёртвого.       Старый Мастер рассмеялся, крепко сжимая руку. Бровь Шэнь Юаня дёрнулась, но он сдержал хмурое выражение лица.       — А, действительно, твой острый ум, — сказал Старый Мастер Дворца, его улыбка обнажила зубы в почти угрожающем оскале, а глаза прищурились, стоило ему вновь кинуть взгляд на Шэнь Юаня. — Этот господин кое-что задумал, и я хочу, чтобы ты был рядом со мной. Чтобы ты был рядом со мной, когда мы поднимемся на вершину мира.       — Этот пришёл сюда только ради моего брата, так как я в долгу перед ним, но я не заинтересован в такой власти.       Шэнь Юань попытался вывернуться из его рук, чтобы встать, но тот держал его запястье в железной хватке. Выражение лица Старого Мастера помрачнело, он стиснул челюсти, его ногти впились в кожу Шэнь Юаня.       — Какой позор, я серьёзно надеялся, что ты согласишься сам, — уголки его губ изогнулись в жуткой пародии на улыбку, в глазах мелькнул безумный огонёк. — Но даже если бы ты не остался ради меня, ты бы не бросил своего дорогого брата, верно? После всего, что он сделал для тебя?       Шэнь Юань сглотнул, и глаза Старого Мастера Дворца жадно следили за движением его горла.       — Лао Гунчжу! Это не то, о чем мы говорили, — предупреждающе прорычал Шэнь Лян, но старик остался безучастным.       — Юань-эр, о, Юань-эр. После того, как всё это закончится, я больше не буду использовать Шэнь Ляна. Должен признаться, я намеревался избавиться от него, как только достигну своей цели, однако… — Он наклонился ближе, глубоко вдыхая аромат Шэнь Юаня. — Если ты поможешь мне, я, возможно, пощажу его ради тебя. Может быть, я даже дам тебе ключ к его свободе.       Старый Мастер рассмеялся, его плечи тряслись, он полностью игнорировал Шэнь Ляна, который кипел от ярости, тихо наблюдая, как старик подносит руку Шэнь Юаня к своим губам. На пальце старика призывно мерцало золотое кольцо.       Фу, фу, фу, фу. Чертовски отвратительно.       — …Вы собираетесь отпустить его без последствий? — спросил Шэнь Юань со стиснутыми зубами, надеясь, что его эмоции нельзя прочитать по лицу.       — Даю тебе слово. Оставайся со мной в Хуань Хуа, и твой брат будет вновь свободным.       Шэнь Юань выдохнул и посмотрел на своего брата, в глазах которого читалось желание убивать, пока он наблюдал, как бесстыжий старик трогает его младшего брата. Когда их взгляды наконец встретились, брови Шэнь Ляна нахмурились.       — Юань-эр, ты не должен…       — Я сделаю это. Лао Гунчжу прав, я в долгу перед тобой… И я не хочу быть ни у кого в долгу. Считай, что мы в расчёте после этого. — Его взгляд вернулся к Старому Мастеру, который был восхищён таким развитием событий. — Я сделаю это. Но если Вы вздумаете нарушить своё слово, то горько пожалеете об этом.       — Ах, не нужно мне угрожать, у тебя не будет другого выбора, кроме как положиться на меня, когда мир возглавит Хуань Хуа. Я бы не хотел, чтобы ты меня возненавидел.       … Он прав. Если мы всё испортим, все окажутся в опасности. Не только те, о ком я забочусь, но и все, кто полагается на секты. Хуань Хуа всегда игнорирует проблемы, так что другие секты вынуждены вмешиваться, или они взимают конский ценник. Эта сумма превышает средства к существованию обычных людей, и такие простые вещи, как бродячая душа, нуждающаяся в спасении, столько не стоят. Без трёх других великих сект… Это был бы полный хаос.       Шэнь Юань вздохнул, его плечи слегка опустились, и он кивнул. Но не успел он откинуться на спинку кресла, как Старый Мастер Дворца потянул его за руки к себе.       — Однако, этот не дурак. Я не совсем уверен, что могу доверить тебе важные части этого плана. Поэтому, чтобы доказать свою преданность, ты должен добыть Золотую Ликерную Пыль, чтобы заблокировать ци каждого. Если тебе это удастся, я расскажу тебе о нашем плане больше.       Шэнь Юань нахмурился, но склонил голову в знак согласия, показывая, что подчинился просьбе Старого Мастера Дворца. Тот удовлетворенно хмыкнул, после чего обратился к Шэнь Ляну.       — Юань-эр, должно быть, устал после столь долгого путешествия. Почему бы тебе не показать ему гостевые комнаты?       Он договорился о комнатах для гостей, даже если не знал, приду ли я? Уф, мне лучше укрепить замки и проверить заклинания… Не хочу лишних сюрпризов.       — …Конечно. — Шэнь Лян поднялся со своего места, не дожидаясь Шэнь Юаня, который наконец-то освободился от хватки старика и последовал за ним.       Перед самым выходом из личных покоев Старого Хозяина Дворца Шэнь Юань заметил два углубления по обе стороны тяжелых дверей, в каждом из которых стояла тумба. Левая была пуста, а на правой сидел знакомый золотой тигр с малиновыми жемчужинами вместо глаз.       Если ключ от моего массива у Лян-гэ, то почему… Ах, да. Он сказал, что они были из Хуань Хуа. Только Лао Гунчжу мог с гордостью выставить такую безвкусную статуэтку.       Шэнь Юань последовал за своим братом по коридору в отдельное крыло.