Фонтанчик с дельфином

Утащит тебя в глубь Соль-Илецких глубин Единственный в мире злой черный дельфин Фонтанчик с дельфином вся жизнь тебя мимо Здесь клеймом мечены приговоренные пожизненно

Попасть в морг хотя бы раз за смену и поглазеть на Антонову — ежедневная цель капитана Власовой. Каково же было разочарование, когда она однажды наткнулась на щупленького, по ее мнению, лысого парня. — А Валентина Владимировна где? — сунув руки в карманы, Маргарита качнулась с пятки на носок, выражая минимальное количество заинтересованности в ответе. — Попросила поменяться сменами, какие-то срочные дела возникли. — Ясно. — Бесцельно осмотрев помещение, Рита подошла ближе. — Что скажете по трупу? Время, способ? Частота визитов в морг варьировалась от смены к смене и напрямую зависела от сплетен, которые доносились до ушей Власовой. Ссоры с мужем и примирение, развод и попытки сойтись, окончательное расставание и роман с Рогозиной… Наплевав на болтовню в Федеральной Экспертной Службе, Рита начала с простого дружеского общения с Валентиной, из которого узнала, что она действительно была замужем, но они со Степаном давно жили порознь, а недавно развелись окончательно, безо всяческих попыток сойтись. И ссор между ними не было — всего лишь однажды поняли, что не подходят друг другу. А приписываемые отношения с начальницей — слухи, возникшие на фоне их крепкой дружбы и частых встреч вне работы. Власова не хотела признаваться себе в этом, но все же почувствовала облегчение и даже небольшой эмоциональный подъем: а вдруг получится? Ведь не зря же Валечка так смущенно улыбалась, говоря об отношениях с Рогозиной. Конечно, она отрицала сам их факт, но вот возможность… Хотя, возможно, этот намек существовал только в голове самой Маргариты. Игнорируя соблазнительные улыбки Амелиной и ее чертовски привлекательные (и почти всегда открытые) ноги, Рита упорно двигалась в сторону своей цели — проводить с Антоновой как можно больше времени. В какой-то момент она даже забрала лидерство у Рогозиной, которая неожиданно для всех занялась, наконец, своей личной жизнью. Став частой гостьей в доме Валентины, Власова использовала любую возможность, чтобы вновь оказаться рядом. — Разве сегодня не твоя смена? — спросила Антонова в один из таких вечеров, отпивая вино из своего бокала. — Моя, — честно призналась Рита. Внутри внезапно зародился комочек страха. — Но я поменялась с Даниловым. — Зачем? — голос Валентины звучал очень спокойно, даже отстраненно, и она с мнимым интересом рассматривала, как стекает вино по стенкам бокала. Знала бы Власова, каким трудом ей дается эта внешняя выдержка. — Хочу побыть с тобой. — Зачем? Как бы сильно Антонова ни старалась, но ее голос все равно едва заметно дрогнул. Самую малость, но Рите этого было достаточно. — Затем, что я люблю тебя, — Маргарита приблизилась к ней, впервые за долгое время их общения нарушая личные границы. — Затем, что вся моя жизнь мимо, когда тебя нет рядом. — Ты что? — Валечка испуганно хлопнула ресницами, не имея возможности даже нормально вдохнуть из-за страха нарушить этот момент. — Люблю тебя, — Власова улыбнулась почти победно и придвинулась еще ближе, по-пацански грубо, но в тоже время с неловкой нежностью вовлекая ее в поцелуй. Антонова поддалась не сразу, чувствуя нарастающее в теле Риты напряжение и довольно улыбаясь ей в губы. Она этот план быстро разгадала, поэтому ощутимо прикусила губу Вали. — Ау! — прошипев, Валечка толкнула ее в плечи. Власова засмеялась, падая спиной на диванчик, но не забыв потянуть Антонову за собой. После той ночи их роман начал стремительно развиваться, окруженный сплетнями со стороны коллег. Рогозина лишь вопросительно-неодобрительно, но при этом понимающе выгнула бровь, узнав эту новость, после чего разговор на тему их отношений больше не поднимала. Лишь следила осторожно, чтобы подруга не потерялась в своих чувствах. Но что-то Галина Николаевна явно пропустила. Раз случилось то, что случилось.

***

— Ну что, готова к последней встрече? — Совершенно, — кивнула Валечка, как всегда прижимая к груди стопку различных бумаг и методик. — Ты уверена, что готова остаться с ней наедине без всего? — Точно так же, как и в том, что охранники забегут на первый же мой писк, — она чуть улыбнулась, подавив в себе зародившийся страх. — Удачи тебе, приходи, как закончите, — Наталья Юрьевна ободряюще похлопала Валечку по плечу и села за рабочий стол, намереваясь заполнить карты и журналы утреннего обхода. В очередной раз идя по длинным коридорам, Валя поймала себя на мысли, что в психиатрических клиниках, даже вот такого закрытого типа, время всегда течет совершенно иначе. Все как-то медленно, размеренно, по распорядку, никакой суеты здесь нет. Кажется, даже воздух насквозь пропитан нейролептиками и транквилизаторами настолько, что сотрудники сами становятся спокойными, проваливаясь в это «замедленное» время. — Добрый день, Маргарита Сергеевна, — Валечка зашла в камеру, преисполненная уверенности, что сегодня все пойдет именно так, как она задумала. — Привет, Валентина Владимировна, — Власова встала с кровати одновременно со щелчком входной двери. — Так ты, получается, умеешь держать слово? — Все честно, я ведь обещала. — Ну, знаешь, люди склонны не выполнять свои обещания, — Маргарита подошла ближе, вставая вплотную, и сделала глубокий вдох. Кудри Валечки от резкого движения воздуха качнулись в ее сторону. — Предлагаю продолжить нашу работу, сегодня последняя встреча, нужно многое успеть, — Валечка старательно делала вид, что происходящее абсолютно ее не смущает. — Твои волосы пахнут кокосом и ванилью, — Власова вдохнула еще раз, прикрывая глаза. Раньше этот тонкий запах не доходил до нее. — Вы помните, на чем мы остановились в прошлый раз? — Да, коммуникативные навыки, — Рита резко развернулась и отошла, садясь за стол. Валечка облегченно выдохнула. Кажется, было пройдено какое-то испытание. Она села напротив, кладя на стол небольшую папку с картонными вставками. — Давайте сегодня попробуем поработать над распознаванием эмоций на образцах, — открыв папку, Валечка развернула ее изображением к Рите. — Как думаете, какую эмоцию испытывает человек на изображении? — Он делает вид, что счастлив, на самом деле, его тошнит от всего происходящего. — По какой причине Вы сделали такой вывод? — У него нет морщинок в уголках глаз. Это значит, что улыбка фальшивая, — объясняет Рита, к удивлению Валечки, ровно сидя за столом, а не разваливаясь на нем, как в прошлые их встречи. «Забавно, что она ожидает увидеть морщинки в уголках глаз смеющегося ребенка», — подумалось Антоновой, но свои мысли она решила не озвучивать. — Что же, давайте дальше, — Валя перелистнула страницу. — Смесь отвращения, брезгливости и пренебрежения. «Ребенок ест леденец. Интересно, а какая же реакция будет на эмоции взрослых?» — Валечка снова молчаливо перевернула страницу. — Глубокая тоска, но с окрасом облегчения. «Нейтральное выражение лица. Ну и воображение у пациентов с шизофренией». — Что насчет этого изображения? — Валечка показала новую карточку. — Влюбленность, — быстро ответила Рита, оценив лицо девушки. «Надо же, как хорошо считала. Здесь, правда, написано про восхищение и восторг, но, пожалуй, стоит уточнить…» — Как Вы поняли, что это именно влюбленность? — Девушка на фото явно восхищена, чем-то очень взволнована, восторженна… Такое бывает при влюбленности, вот я и подумала, — объяснила Маргарита, и в этот момент она показалась Валечке такой простой и обычной девушкой, будто все, что происходит вокруг — мощнейшая иллюзия. — Вы хорошо справились с этим заданием, мы не зря работали, — Валечка убрала папку на край стола. — Не идеально, есть, что исправлять, но уже хорошо. Предлагаю теперь немного порисовать. — Опять? — в голосе Риты прозвучали жалобные нотки. Умеет подбирать эмоцию к словам, отличный прогресс! — Не так, как в прошлые разы, — Валя достала из кармана несколько мелков. — Они смываются легко, мне разрешили, чтобы Вы порисовали на стенах. — Хорошо, а что нужно-то? — Маргарита недоуменно смотрела на мелки, которые Валечка вложила ей в ладонь, уже не боясь касаний. — Поиграем в старую игру, — Антонова встала со стула. — Вы рисуете, а я пытаюсь угадать, что Вы изобразили, идет? — Ладно, попробую, — Рита слегка улыбнулась и тоже поднялась, подходя к ближайшей стене. Немного поразмыслив, она нарисовала на стене что-то совершенно непонятное для Вали. — Может быть, это торнадо? — Глупая, — Власова рассмеялась, уперевшись руками в колени. — Это круговорот мыслей в голове человека. — Давайте что-то не настолько сложное? Начнем с простого, ладно? — Хорошо, — Рита кивнула, после чего изобразила два растения: одно совсем крохотное, а другое в разы больше. — Эволюция? — Да, верно, — Власова довольно улыбнулась, после чего схематично нарисовала двух человечков: один из них стоял, а другой лежал рядом. — Убийство? — предположила Валечка, тут же мысленно ударив себя по лицу. Нельзя ведь ее так провоцировать. — Да, правильно, — благо, Рита отреагировала вполне доброжелательной улыбкой и продолжила рисовать. На стене появилось что-то похожее на тарелку и пар. — Вкусный ужин? — С тобой скучно играть, — Власова снова повернулась к стене, явно что-то задумывая. — Но мы ведь играем по правилам, поэтому получается, — Валечка подошла чуть ближе. — Вы используете категориальное мышление и социальные нормы, как мы и учились, поэтому у Вас получается нарисовать так, чтобы я угадала. Общение людей так и происходит. — Нормальных людей, ты хотела сказать, — добавила Рита, рисуя витиеватые узоры на стене. — Не забывай, мы здесь другие. — Нет, такие же, только вам нужна помощь, каждому, — Валечка улыбнулась мягко, чуть коснувшись ее плеча ладонью. — Было бы несправедливо помогать кому-то вроде меня… После всего того, что мы наделали. — Вы не виноваты в том, что Ваша психика искажена определенными нарушениями. Разумеется, говорить о полной социализации мы не можем, но ведь в жизни возможно все, в том числе и освобождение… И, если вдруг оно наступит, Вы должны иметь навыки взаимодействия с окружающими, чтобы снова не вернуться сюда. — Да, наверное, ты права, Валентина Владимировна, — Власова закончила рисунок, опустив руку с мелком вниз. — Как думаешь, что это? Валечка долго смотрела на закрученные линии, изображенные в стиле стереокартинок, но никак не могла уловить суть. Рита уже несколько раз вздохнула почти обреченно, теряя всякую надежду. — Любовь? — неожиданно выдала Антонова, удивившись сама себе. — Д-да, — Рита почти не дышала, пытаясь сообразить, как же так случилось, что появился человек, который действительно ее понимает. — Как ты?.. — Здесь две линии, которые крутятся одна вокруг другой, а в самом центре соединяются, превращаясь в единое целое. — Вся моя жизнь мимо… — Что? О чем Вы? — нахмурившись, спрашивает Валечка. — Когда тебя нет рядом, вся моя жизнь мимо. Рита поворачивается к Вале, несколько секунд разглядывая ее лицо, а после делает шаг вперед, заинтересованно следя за реакцией. Валечка чуть замирает, но смотрит ей в глаза, делая вид, будто ситуация все еще у нее под контролем. Власова, понимающе улыбнувшись, тянется вперед и аккуратно целует ее. И Антонова ничего не может сделать, чтобы это прекратить. Не может и не хочет.