Наруто. Я никогда об этом не просил!

Любил Наруто дружбу клеить, сперва разбив на сто частей. Протрёт обломки спиртом крепким и, аки паззл, сложит её взад в сердцах друзей.       Драка уже шла пару минут. Джирайя, Орочимару и Цунаде «спешились» и изо всех своих немалых сил лупили друг друга руками и ногами. И даже хвостами. Правда, делал такое один только Орочимару. Потому как превращаться на миг в змею, хватать хвостом за лодыжку Джирайю или Цунаде и швырять их друг в друга… да ещё так метко… мог только он один.              В итоге Джирайе и Цунаде было обидно, но ничего поделать с этим они не могли. Во-первых, змеи очень ловкие хищники. И напасть одновременно на трёх мышек для змеи не проблема. Одну мышь змея при этом обвивает всем телом, вторую прижимает хвостом к земле, а третью кусает. И это у змеи считается вполне рядовым эпизодом из жизни. Ну, а во-вторых, будь они вдвоём, Джирайя с Цунаде без проблем надавали бы по шее этому «змею», но… Ни о какой кооперации речь не шла. Цунаде вошла в состояние берсерка, да и Джирайя уже не походил на вечно улыбающегося «мудреца с горы Мьебоку». И не сдерживал силу своих ударов.              Но внезапно… на третьей минуте потасовки… какая-то мысль сделала попытку постучать в черепную коробку Джирайи. В итоге он пропустил удар в челюсть от Цунаде. Хотя возможно именно этот удар и последующее соприкосновение головы Джирайи со скалой и поставили тому мозги на место. Кто знает?              Во всяком случае, когда Джирайя потёр челюсть в том месте, куда совсем недавно прилетел удар Цунаде, он не обнаружил каких-либо значимых повреждений. Да даже синяка не удалось нащупать… Это было проявлением работы Сферы, но Джирайя об этом не знал. Да и не столь уж это и было важно именно сейчас. В общем, Джирайя наконец сложил два и два и получил резонный ответ: «Аманоджако или Амонаджаку!». Что в принципе как аверс и реверс монеты, ну, а с точки зрения пострадавшего от воздействия опасной духовной сущности: «Те же яйца, только в профиль!».              Плюс припомнились ощущения от «встречи» с Хино-Энмой. Ну, те самые, которые воспринимались как свои собственные, хотя и были навеяны злым духом, принявшим столь соблазнительный облик… Тут Джирайя встряхнул головой, отгоняя прочь воспоминания. Требовать прямо сейчас матч-реванш он не хотел. Не чувствовал он в себе готовности превозмочь злое колдовство и, оставшись непокобели… тьфу… непоколебимым, гордо уйти в закат.              Ну, и самое главное — Наруто и его сенсей Шимура Данзо при нём обсудили возможности парочки Аманоджако-Амонаджаку. Каковая на первый взгляд кажется очень слабой, но при более пристальном рассмотрении, за счёт своего коварства, способна дать фору в сотню очков остальным злым духам.               Так что Джирайя поискал взглядом Наруто, дабы высказать ему своё законное возмущение, но… слова застряли у мужчины в горле. В этот момент мимо прокатились сцепившиешиеся в жёстком клинче Цунаде и Орочимару. Каждый из них считал своим долгом, оказавшись сверху, впечатать голову противника в твёрдую землю. И тут они обратили внимание на то, что третий участник драки стоит, глупо распахнув рот. И, разорвав клинч, уже намеревались отвесить тому пинка… это планировал Орочимару… и затрещину… её намеревалась нанести Цунаде, как обратили внимание, что их противник не реагирует даже на такие несложные удары, от которых увернулся бы и генин. И им в голову постучалась мысль, что нечто настолько приковавшее взор их сокомандника, что тот не реагирует на угрозу с их сторону, слишком опасно, чтобы не обращать на это «нечто» внимания. И перевели взгляд туда, куда смотрел Джирайя. И так же, как и он, замерли с отвисшими челюстями.              А там было на что посмотреть… Гигантская змея, призванная Орочимару, за хвост удерживалась не менее гигантским слизнем… вообще-то это была «она», но слово «слизень» плохо склоняется по родам… по имени Кацуя, а за шею змею крепко… на грани потери сознания от асфиксии… держала гигантский жаба… вообще-то, это был «он», но слово «жаба» не менее плохо склоняется по родам, чем «слизень». А в целом они использовали пойманную гигантскую змею как детскую скакалку. И сейчас через импровизированную «скакалку» прыгала химера… вообще-то, это был он… по имени Баку. А на голове Баку в такт его прыжкам трепыхались, как флаг по ветру, Наруто и какая-то мелкая девчонка. То была Аманоджако, но она не была представлена всем присутствующим. И вся эта картина излучала такой задор и жизнерадостность, что все трое… и Джирайя, и Орочимару, и Цунаде… дружно сделали печать Концентрации и крикнули: «Развейся!», дабы побороть гендзюцу.              Тщетно! Гендзюцу не развеялось. Просто потому, что его не было и это всё происходило в действительности.              — Кхм! — откашлялся Наруто, — Похоже, веселье закончилось.              Слизень Кацуя, жаба Гамабунта и химера Баку посерьёзнели и прекратили валять дурака. Наруто соскочил с головы Баку, вихрем обежал круг радиусом метров сто и в конечной точке хлопнул ладонью по земле. Пространство внутри круга исказилось, и сквозь него стали смутно видны контуры какой-то пещеры. Орочимару узнал знакомые пейзажи Ричьюдо, мира, в котором живут призывные змеи.              Увидев, что у Наруто всё готово, Гамабунта и Кацуя, на прощанье раскрутив призывную змею посильнее… так, чтоб аж воздух свистел… отправили ту в открывшийся портал. И стоило той пересечь границу портала, как Наруто, не дав той шанса на матч-реванш, закрыл портал.              — Деактивация Сферы Небес! — провозгласил он, смахивая несуществующий пот со лба.              И хоть он и не вспотел, но принудительный отзыв столь огромной змеи отнял у него даже больше сил, чем призыв патриарха химер Баку. Да и крови на рисование прото-фуин «Изгнание» пришлось потратить немало. Так что сегодня ему рекомендовалось более свою кровь не тратить, дабы избежать вполне возможных обмороков.              Прошла секунда… другая… третья… молчание затягивалось.              — Ну… мы пойдём? — с вопросом в голосе спросил Гамабунта.              — Думаю, нам пора! — приятным грудным контральто согласилась с ним Кацуя.              — … — Баку просто молча кивнул.              Все трое жили на белом свете не первую сотню лет и познакомились хоть и не при Рикудо… в те времена их ещё и в планах не было… а где-то в начале эпохи воюющих кланов, так что змею они скрутили по отработанной не раз схеме «трое на одного».              [Пуф!] [Пуф!] [Пуф!]              Это были три хлопка воздуха, сопроводившие возвращение трёх призывных зверей обратно в свои миры.              — Наруто-кун! — сурово нахмурив брови, поинтересовался Джирайя, — Это же ведь Аманоджако стоит рядом с тобой…              Жующая обещанную ей шоколадку девочка, не отрываясь от процесса поедания вкусняшки, посмотрела на Джирайю сверху вниз, как на букашку. И разница в росте ей в этом помехой не послужила.              — …а то, что было сейчас… это было прямое воздействие на душу? Так? — Джирайя продолжил задавать вопросы, ответы на которые ему уже и так были понятны.              Наруто кивнул.              — А ты знаешь, что применять техники на союзниках — это очень плохо? — спросил Джирайя, ища взглядом хоть намёк на раскаяние на лице Наруто.              Тщетно. Там было выражении вида «всегда так делал».              — Это было тщательно продуманное и взвешенное решение, — наконец приступил к объяснениям Наруто.              И это совершенно не походило на покаянную речь.              — Друзья порой должны не только делать приятное, но и говорить горькую правду прямо в глаза, — объяснил свои действия Наруто, — А порой в план мероприятия приходится включать и дружеский мордобой… главное потом не забыть помириться. И всё будет замечательно!              И Наруто продемонстрировал стойку «хорошего парня»: гордо выпрямленные плечи, вытянутая вперёд рука со сжатым кулаком и оттопыренным вверх большим пальцем, а главное — ослепительная улыбка! И это не преувеличение. Солнечный блик, отразившийся от зубов Наруто, на миг ослепил трёх зрителей в лице Цунаде, Джирайи и Орочимару.              И все трое синхронно испытали желание… надрать наглецу уши. И, переглянувшись, решили себе ни в чём не отказывать.              — Потом поговорим, — вполголоса постановила Цунаде.              — Наедине, — согласился Орочимару.              — За бутылочкой спиртного, — уточнил Джирайя.              А потом все трое, не сговариваясь, решали наказать Наруто Узумаки. Без негатива. И воспитания ради. Было проведено блиц-совещание. Совещание проходило на языке жестов. Но для обладателя духовного зрения это был настоящий подарок судьбы: если бы те в едином порыве бросились на него, полагаясь только на отточенное за две Мировых войны «чувство локтя», то какой-никакой шанс бы у нападавших всё же был. А так…              А так у Наруто было время подготовить план и кое-какие ингредиенты. И операция «надери генину уши» превратилась в клоунаду.       

***Четверть часа спустя***

             — Бросьте меня и сами уходите, — простонал со спины Джирайи Орочимару.              И в момент произнесения этих слов Орочимару был не просто бледен как обычно, а бледен разновидностью «краше в гроб кладут». И его можно было понять. Ведь всё так хорошо начиналось…              Сперва они минуту гонялись за юрким генином, ловко наматывающим круги, петли и восьмёрки по пересечённой местности. Потом к раздражению на мелкого шкета добавилось раздражения на самих себя, не способных догнать какого-то юнца. И в ход пошли простенькие техники Д-ранга, которые даже ученика академии только и могут, что сбить с ног.              Да только вот мальцу нашлось чем ответить. И его ответ был: «Академические техники!». Начал он с обычной Замены. И когда земля перед ним превратилась в лужу грязи, невесть откуда извлёк полено для Замены, швырнул его на дальний берег импровизированного болота и со звуком «Пуф!» перенёсся на пару десятков шагов вперёд. Это было очень красивое и техничное применение дзюцу, за которое на выпускном экзамене в Академии шиноби ставили высший балл.              Но у троих преследователей в голове возникла мысль не о высоком балле, а… «Где он, биджу его побери, прятал бревно для замены? В кармане, что ли?», — синхронно подумали Джирайя, Орочимару и Цунаде.              И перешли на техники Ц-ранга, а брёвна для Замены они не сговариваясь стали сбивать ещё в полёте. После чего преследователи увидели, как рука Наруто окутывается искажением пространства… да так сильно, что саму руку разглядеть не представляется возможным. А где-то за два-три десятка шагов от него возникает ещё одно искажение пространства, откуда вываливается бревно для Замены. На которое и заменяется Наруто.              «Эм…», — синхронно пронеслось в голове у преследователей, — «Это что? Пространственная техника, которая позволяет отправить объект на расстоянии нескольких десятков шагов? Хоть и не слишком большой… и не слишком точно… но… Это же не менее, чем А-ранг!».              И преследователи начали уничтожать Б-ранговыми техниками брёвна для Замены, ещё когда те только вываливались из пространственных искажений. Но у Наруто была идея, как «обезоружить» своих преследователей.              — Джирайя! Ты почему не уничтожил якорь для Замены этого засранца? — экономя дыхание, раздражённо спросила Цунаде у Джирайя.              — Это же был абонемент на круглогодичное посещение горячих источников! — с блеском в глазах выдал Джирайя.              — Протри глаза! — возмутилась Цунаде, — Это было бревно для Замены с наложенной на неё техникой Трансформации!              — Я знаю, — как-то резко поник Джирайя.              — Смотри и учись! — провозгласила Цунаде, видя, что мелкий шкет опять намеревается ускользнуть из окружения с помощью Замены.       

***Секундой позже***

             — Я ожидал, что нам сейчас покажут образцовое уничтожение якоря для Замены, — ехидно ухмыльнулся Орочимару.              — Заткнись, Орочимару! — огрызнулась Цунаде, — Это была огромная бутыль с элитным саке!              — Это было… — и ехидно улыбаясь Орочимару процитировал Цунаде, — …бревно для замены с наложенной на неё техникой Трансформации!              — Я знаю, — понурилась Цунаде, цитируя Джирайю.              — Смотрите и учитесь! — Орочимару сверху вниз посмотрел на сокомандников, — Сейчас я покажу вам, как это делается!       

***Полминуты спустя***

             — Хохохо! — басисто хохотал Джирайя.              — Хи-хи-хи! — по-девичьи хихикала Цунаде.              И лишь Орочимару молчал. И на лице у него было такое выражение, как будто он сейчас сжевал лимон. Большой, зелёный и кислый. Притом целиком.              И у него были основания для того, чтобы иметь именно такое выражение лица. Ведь когда пару секунд назад его сокомандники загнали Наруто в окружение, ему, Орочимару, оставалось лишь уничтожить якорь для Замены преследуемого и дело было в шляпе. Но… когда из пространственных искажений выпал огромный свиток с надписью «Запретная техника», рука Орочимару сама собой дёрнулась. И готовая техника, висевшая буквально на кончиках пальцев, вместо того чтобы поразить бревно, улетела куда-то в небо. В зенит, если быть совсем уж точным. Ну, а мелкий паршивец благополучно заменился на бревно, которому он придал вид свитка с надписью «Запретная техника», и продолжил свой бег.              И Орочимару решил, что с него хватит. Хватит этой нелепой беготни. И пришла пора выкладывать козыри.              — О! Орочимару-сан, вы решили стать серьёзным! — одобрительно отозвался Наруто, видя, что его преследует огромный змей с лицом Орочимару. Ну, а если быть совсем уж точным, то это Орочимару принял родной облик своего демонического предка и пользуясь возросшей силой и ловкостью стремительно сокращал расстояние между собой и Наруто.              — Тогда и мне тоже следует… стать веселее! — закончил он излагать свой план.              И не сбавляя скорости бега, Наруто торжественно изрёк:              — Приди же…              «Только не Хино-Энма!», — пронеслось в голове у Джирайи. Хотя где-то в глубине своего сердца он знал, что хотел бы увидеть её снова.              — …Нурэ-Онна! — закончил формулу вызова Наруто.              «Нурэ-онна? Белая Змея из детских сказок? Что за нелепость!», — пронеслась удивлённая мысль в головах Джирайи, Орочимару и Цунаде.              А потом появилась она. Она была прекрасная. И белая. И грациозная. И взгляд сам собой притягивался к её глазам с вертикальными зрачками. В общем, громадная Белая Змея, она же Нурэ-Онна, несмотря на свой змеиный облик и ауру смертельной опасности, исходящую от неё, была красива, обаятельна и привлекательна.              — Ну здравствуй, мой потерянный в далёком детстве брат! — грудным женским голосом с бархатистой хрипотцой поздоровалась она. — Злые люди похитили тебя, но я узнала тебя по родинке на левой ягодице…              — У меня нет ягодицы! — попытался воззвать к логике Орочимару.              Он резко замер, чувствуя, что с окружающим его миром и с ним самим творится что-то неладное, но не мог понять, что именно не так. Вообще-то, это было воздействие на душу со стороны Нурэ-Онны. И его демоническая родословная пыталась его предостеречь, но… увы… не было у Орочимару опыта схваток с опасными духовными сущностями.              — У меня тоже, — согласилась Нурэ-Онна, — Это потому, что мы змеи. Так обними же меня, мой потерянный брат!              И расстояние между ней и Орочимару как-то незаметно сократилось вдвое.              — Нет у меня никаких родинок! — осторожно попятился Орочимару.              — Какое совпадение! — обрадовалась Нурэ-Онна, — У моей матери тоже не было родинок на левой ягодице! И это значит, что я — твоя мать!              Орочимару показалось, что его затягивает в зрачки Белой Змеи. Он попытался отвести взгляд, но не вышло. Попытка сказать себе: «Что за чушь!», тоже не помогла. И он поймал себя на том, что ему хочется, чтобы эта змея оказалась ему то ли сестрой, то ли матерью.              И почти наверняка Орочимару сбросил бы наваждение со своего разума, но… тут внезапно заиграла зажигательная музыка. Это вступил в дело всеми забытый призрачный великан Доки. На сей раз он обзавёлся ещё большим количеством рук. Настолько, что их было затруднительно подсчитать. И там были и свирели, и барабаны, и бубны, и даже штуковины, смахивающие на детские погремушки. И из всего этого Доки взял, да и выдал нечто зажигательное.              Так что Нурэ-Онна и Орочимару, ритмично колыхаясь своими змеиными телами, двинулись по сужающейся спирали. А невесть откуда взявшийся хор… вообще-то, это были Наруто и Аманоджако… напевал: «Хача-хача-хо!»*. И с каждым движением «танца» в глазах Орочимару читалось всё меньше и меньше разума.              * Что-то вроде этого — https://youtu.be/FJe695o1gxA?t=54              Отставшие на пару сотен метров Джирайя и Цунаде добрались к месту встречи «разлучённой в детстве семьи» и… не знали, что делать. А затем Джирайя краем глаза заметил, что Цунаде начинает притопывать в ритм зажигательному танцу. И опытный ветеран двух войн понял, что дело плохо.              — Заткни уши! — приказал он Цунаде.              — Но… — попыталась возразить та.              — Это не гендзюцу, это хуже. Это прямое воздействие на душу. Верь мне, Цу, я знаю, — и было в его голосе что-то такое, что Цунаде не только заткнула уши, но и прикрыла глаза.              А между тем события развивались от плохого к худшему с поразительной скоростью. И между Орочимару и Нурэ-Онной расстояние сократилось до одного метра. И змеиная морда Белой Змеи приближалась к бледному человеческому лицу Белого Змея. И тут у Орочимару случился прорыв. Он нашёл в своём своём сердце ранее неиспользуемые мощности, включил второе дыхание, напряг всю волю и произнёс:              — Чувства мои под семью замками!              И это сработало! Орочимару превратился обратно в человека. И ему даже удалось разорвать контакт глаз с Нурэ-Онной. А это, между прочим, то ещё деяние, заслуживающие воспевания в героической балладе. Безо всяких шуток и преувеличений. Ведь подавлять волю своих жертв одним взглядом — это базовое умение всех демонических змей, в котором они легко могут дать фору остальным демоническим животным. А уж если речь идёт об опасной духовной сущности подвида «змея», то тут уровень опасности можно смело умножать на десять.              И видя, что Орочимару удалось скинуть наваждение со своего разума, Джирайя рванул тому на выручку. Потому как ситуация выглядела всё ещё весьма паршиво. И откатившийся на пару метров от Нурэ-Онны стоящий на одном колене Орочимару не походил на героя, готового бодро вскочить на ноги и начать творить подвиги. Нет. Было видно, что его руки, которым он опёрся о землю, подрагивают, а по вискам стекает пот.              Так что Джирайя перекинул тело Орочимару через плечо, ухватил Цунаде за руку и рванул прочь. Ибо расстояние имело значение. И чем ты дальше от опасной духовной сущности, тем лучше. Это он ещё не знал о Нитях Кармы, иначе не был бы столь оптимистичен. Но волноваться об этом не стоило. Всё это время Наруто контролировал ситуацию и не позволил бы навредить людям.              И спустя ещё минуту-другую бегства болтающийся на плече Джирайи Орочимару ожил достаточно, чтобы попросить: «Бросьте меня и сами уходите!».              — Заткнись, Орочи! — отреагировал Джирайя на столь «разумное и логичное» предложение.              А Цунаде его поддержала одобрительным: «Вот именно!». Но тут внезапно…              — Вы бы своему напарнику давали договорить, Джирайя-сан… Цунаде-химе, — раздался откуда-то сбоку голос Наруто.              И все обратили внимание, что их уже никто не преследует. И никаких опасных духовных сущностей на горизонте нет. Ну, кроме Наруто. Но тот о своей природе не распространялся. Ведь хоть и было написано в его Статусе, в графе «раса»: «Опасная духовная сущность, обзаведшаяся материальной оболочкой», сам-то он себя называл человеком. Ну, с некоторыми сверхспособностями. И умением оперировать Грёзами, которым позавидует любой злой дух. В общем, всё сложно…              — Поддерживаю, — неожиданно согласился Орочимару. — В нашей команде я говорил редко, слышали меня и того реже, а понимали… да вообще никогда.              И Орочимару высвободился из хватки Джирайи. А затем под взглядами Джирайи и Цунаде проследовал к Наруто. Но вопреки ожиданиям не стал пытаться открутить тому уши.              — День добрый, Орочимару-сан! Вы выглядели таким… посвежевшим… после того, как выплюнули того беднягу… кстати, как его здоровье?.. что я решил, что вы осилите одну абсурдно-пафосную и ультимативно-превозмогающую тренировку. И вы справились! — аж подпрыгнул от радости Наруто.              — Он в коме… — ответил Орочимару.              — Ничего, у меня обширный опыт помощи пострадавшим от прямого воздействия на душу, — при этих словах на лицо Наруто как будто набежала тень, но затем он усилием воли отогнал прочь дурное настроение.              — Так значит, встреча с ожившей детской сказкой была не импровизацией? — спросил Орочимару.              — Что вы такое говорите, Орочимару-сан? Натравливать первую попавшуюся опасную духовную сущность на человека? — возмутился Наруто.              Джирайя облегчённо выдохнул. К счастью, Наруто оказался вменяемым типом.              — Конечно же, я долго и тщательно репетировал. И по итогам множества репетиций было решено взять Нурэ-Онну, Доки и Аманоджако! — и сказав это, Наруто замер с видом «правда, я молодец?».              А Джирайя понял, что он сильно ошибался, приписывая Наруто благоразумие.              — И вы сделали прорыв! — продолжал радоваться Наруто, — У вас получилась ваша первая Мудрая Вещь! Хотя на вас последовательно воздействовали три опасные духовные сущности. У обычного человека уже давно бы мозги из ушей потекли. А вы вышли из этой переделки, став лучше, чем были до этого!              По лицу Орочимару было видно, что он задумался, анализируя своё состояние. А затем он… кивнул. Просто кивнул. И не сделал никакой попытки открутить Наруто уши за столь негуманное обращение с собой любимым.              — Поправьте меня, если я ошибаюсь, — Джирайя перевел взгляд с Орочимару на Наруто и обратно, — Но… вы же явно знакомы… и не один день… Но…              Тут Джирайя хотел спросить, какие такие дела могут связывать юного шиноби из деревни Скрытого Листа и объявленного в розыск за бесчеловечные опыты над людьми отступника Орочимару?              Но не успел. Наруто перевёл взгляд на него и… начал хвалить.              — А вы, Джирайя-сан, сегодня главный молодец!              — Я? — удивился мужчина.              — Вы вытащили напарника буквально из пасти голодной змеи! Это называется — друг спас жизнь друга! — засиял улыбкой Наруто.              А затем Наруто развил бурную деятельность. Невесть откуда возник стол, на котором стояла бутыль с надписью «Напалм» и три пакетика с чипсами для закуски. После чего Наруто со словами: «Не буду вам мешать общаться!», незаметно куда-то испарился. И сопровождающего его аура «неминуемой катастрофы» тоже пропала. А в километре от них выросла огромная чёрная башня наподобие той, что уже видел Джирайя подле одной из баз Корня.              Первым молчание нарушил Джирайя.              — Постоять мы всегда успеем, — поделился он своей идеей, усаживаясь за стол. — А вот обсуждать дела приятнее за стаканом чего покрепче… Ух! — это Джирайя продегустировал содержимое бутылки с надписью «Напалм» и нашёл, что оно внушает уважение градусом алкоголя, содержащегося внутри.              А ещё через секунду к нему присоединились Цунаде и Орочимару.              https://drive.google.com/file/d/1uohYEgdZaPbS7hW9GqmVt8zmM4v0hpxP/view?usp=sharing