Звонок 2.
9 июля 2022 г., 01:03
Примечания:
ПБ к вашим услугам! Приятного прочтения ;зз
Дожив до конца этой недели, Ван Ибо может с гордостью заявить, что выучил значение термина «парадокс» наизусть. Потому что Сяо Чжань завуалированно жалуется ему на это уже во второй раз.
Сегодня пятница и их последнее совместное занятие перед выходными. Время переваливает уже за шесть часов, Сяо Чжань щурится, рассматривая записи Ибо в тетради. Он забыл очки дома, и его страдания от этого заметны невооружённым глазом. Сегодня он даже чуть не отменяет их занятие, но Ван Ибо проявляет неожиданную настойчивость, и Сяо-лаоши, явно под впечатлением, уступает.
В чём, собственно, заключается парадокс по мнению учителя Сяо?
В том, что Ван Ибо так усердно учится только на их индивидуальных занятиях, опять полностью пропуская темы на обычных уроках.
— Ибо, но ведь мы на дополнительных занятиях только заполняем твои пробелы, а не учимся заново! — негодует Сяо Чжань, когда вновь останавливает Ван Ибо после урока истории. — Слушай меня хотя бы!
Ван Ибо на это только кивает и покладисто опускает голову. Не говорить же ему, что на общих занятиях предпочитает бездумно наблюдать за Сяо-лаоши, а не слушать, что говорит его прекрасный рот. Да и знаете, это большая разница, когда учитель Сяо уделяет внимание только тебе одному и целому классу. И Ван Ибо — понятное дело — никогда себе не признается в том, что ему очень нужно и очень хочется, чтобы Сяо-лаоши уделял ему одному как можно больше внимания.
— И не жди меня сегодня.
Это Сяо Чжань говорит очень неожиданно, и это так выбивается из его обычного бормотания, что Ван Ибо не может не заметить.
— Почему?
Сяо Чжань поднимает на него взгляд, оторвавшись от тетради. И вид у него на какое-то мгновение такой растерянный, что Ибо кажется, что он сказал, это не подумав.
— Меня сегодня заберут, — отвечает Сяо Чжань немного тише, словно не очень хочет говорить. Но он улыбается.
— Да, конечно, — кивает Ван Ибо, хотя в душе скребут кошки.
Ну конечно. Он как-то и забывает, что учитель Сяо уже взрослый человек, у него полным полно своих планов, и какое ему вообще дело до влюблённого по уши подростка. О влюблённости которого он, к слову, даже не знает. И пусть это и является истиной, Ибо становится в момент как-то не по себе. Не то, чтобы он не понимает, что Сяо Чжань просто его учитель и видит в Ван Ибо только своего ученика, просто ему кажется, что Сяо Чжань за последнюю неделю стал к нему как-то… ближе?
— Значит, вы не хотите, чтобы я вас провожал?
— Сегодня не стоит, — улыбается Сяо Чжань и уже было снова склоняется над тетрадью, но Ван Ибо не может не уточнить.
— И вообще?
— Что «вообще»? — не понимает Сяо Чжань. Он садится ровно и, прищурившись, смотрит прямо на Ибо.
— В целом, вы не хотите, чтобы я вас провожал?
— Что? Нет, я такого не говорил, — снова слабо улыбается Сяо Чжань. И такая небольшая резкость, и поспешность, с которыми Сяо Чжань отвечает, не оставляют никаких сомнений в правдивости. И пусть неприятный червячок уже успевает засесть у Ибо в груди, он не может не улыбнуться так довольно, как только умеет.
— Значит, я могу?..
— Почему нет? — хохочет Сяо Чжань. — Мне всё равно нет смысла тут сидеть после нашего занятия, а так нам в одну сторону, — и он пожимает плечами. Но на Ибо всё равно смотрит как-то очень серьёзно и странно, пусть и улыбается. Может потому, что Ибо даже и не пытается скрыть свою довольную морду.
— Просто вы первый учитель, кого я знаю, который разрешил бы себя проводить ученику.
— А ты так многих провожал? — прыскает Сяо Чжань, а Ибо тут же чувствует потребность оправдаться:
— Ну нет, но я в этом уверен!
— А раз не провожал, значит, и не знаешь, — расплывается в широкой улыбке Сяо Чжань, прокрутив ручку между пальцами. Ван Ибо зависает на этом движении и поэтому не успевает ничего ответить, прежде чем Сяо Чжань продолжает:
— Не переживай, Ибо, ты в любом случае по-другому не смог бы. Нам в одну сторону. Да и сегодня мы заканчиваем раньше…
— Мы заканчиваем раньше? — машинально реагирует Ибо, подняв взгляд на лицо Сяо Чжаня.
— Да, придётся, — кивает Сяо Чжань.
Ван Ибо хмурится. Смотрит на тетрадь перед Сяо Чжанем, потом недовольно откидывается на спинку неудобного школьного стула.
— Тогда я пойду к ребятам танцевать, — задумчиво бормочет Ван Ибо.
В принципе, это тоже хорошо проведённое время. Но что-то не так.
— Танцевать? А не слишком поздно? — удивляется Сяо Чжань.
— Мы здесь обычно сидим до самого закрытия школы, Сяо-лаоши, — усмехается Ван Ибо. Сяо Чжань не снисходит до ответа, только впечатлённо поджимает губы и возвращается к проверке тетради.
Ван Ибо ещё пару секунд сидит, а потом пододвигается ближе и кладёт голову на сложенные руки. Он наблюдает за сосредоточенным Сяо Чжанем снизу вверх и думает, как вообще можно быть таким.
Сяо Чжань бывает строгим, бывает очень добрым, но всегда — невероятно привлекательным. Возможно, такая изящная красота не для всех, но Ибо пока не встретил ни одно живое существо, которое бы сказало, что Сяо Чжань некрасивый.
Ван Ибо помнит, как Сяо Чжань отругал ученика: тот даже не пытался сделать вид, что слушал, всё время болтая и отвлекая одноклассников. Тогда Ван Ибо абсолютно согласился с Сяо Чжанем, хотя сам на его уроках помнит, разве что как Сяо-лаоши сжимает маркер своими прекрасными пальцами и что-то выводит на доске.
А ещё тогда Ибо был Сяо Чжанем очарован. Ещё больше. Ведь тот умеет быть не только мягким — о чём сразу и не скажешь. И каким же чертовски горячим он выглядит, когда злится, о боги. Ван Ибо очень старается не смотреть. Правда. Но это не получается. И чертовски жарко. Ибо тогда выбегает из класса первым.
— Ибо, что произошло в 1787-м году?
— А?
Ван Ибо резко садится на стуле ровно, в непонятках глядя на почему-то улыбающегося учителя Сяо.
— Тебе определённо пора отдохнуть. Может лучше сразу домой?
— Нет, — решительно мотает головой Ван Ибо.
— Ну, как знаешь, — вздыхает Сяо Чжань и пододвигает к Ибо его тетрадь. — Но тебе точно надо поспать. И зачем вообще столько нагрузки на учеников? — последнее он бормочет уже очень тихо, скорее для себя, чем для Ибо, но тот слышит.
— Затем, что не все учителя такие добрые, как учитель Сяо.
Сяо Чжань в ответ только посмеивается. Ван Ибо смотрит на него и сглатывает. Ему кажется, что он умрёт раньше, чем пройдёт его влюблённость. Но, если честно, он совсем не хочет, чтобы она проходила. Даже если от безысходности иногда хочется рыдать.
Они идут вниз в тишине: Сяо Чжань о чём-то явно задумывается, а Ван Ибо просто смотрит себе под ноги. Ибо не может сказать, что тишина напряжённая или неприятная, но Сяо-лаоши настолько задумчив и собран, что и приятной её назвать сложно.
И Ван Ибо в его горячую голову приходит идея. Которую он спешит привести в действие, как только они спускаются на первый этаж.
— Ну…
— Сяо-лаоши! — Ибо даже не сразу замечает, что выкривает это, пытаясь перебить учителя. И только когда видит удивлённый взгляд, опоминается и мимолётно улыбается. — Не хотите… ну. Зайти.
— Куда? — непонимающе хлопает глазами учитель, а Ибо тут же мысленно ударяет себя за вдруг подскочивший уровень нервозности.
— К нам.
— К вам?
— Ну, в зал.
— А, — и Сяо Чжань снова хохочет, когда наконец понимает, что Ибо ему пытается донести. — Выражайся яснее, Ибо, — учитель Сяо мотает головой, а Ибо еле удерживает себя от ещё более наглого, чем эта просьба, ответа.
— Так хотите?
— Если только ненадолго, — улыбается Сяо Чжань, смотрит на часы и поспешно добавляет:
— Не больше десяти минут.
Но Ибо и этого хватает для того, чтобы довольно расцвести прямо на глазах Сяо-лаоши. Он разворачивается и бежит в сторону физкультурного зала, даже не заметив серьёзного взгляда, которым его окидывает Сяо Чжань прежде, чем пойти за ним.
Ван Ибо бы сказал, что жизнь замирает с приходом Сяо Чжаня в зал, если бы ребята успели выключить музыку перед тем, как застыть на месте. То ли от удивления, то ли от страха.
— Всем привет, — улыбается Сяо Чжань, тут же размораживая своей улыбкой всех учеников. Ибо сияет довольной мордой за его плечом. И это тоже служит какой-никакой причиной для возобновления жизни в зале, ведь если Ибо не выглядит провинившейся собакой, значит, всё хорошо.
— Здравствуйте, Сяо-лаоши! — раздаётся вразнобой, и так же вразнобой ученики кланяются.
— Ибо пригласил меня посмотреть, не стесняйтесь, я всего на пару минут.
А вот теперь все взгляды обращаются на Ван Ибо. И последний не ручается за то, какая эмоция в этих взглядах преобладает: то ли удивление, то ли непонимание, а кое-где проглядывает даже подозрение. Но Ибо это совсем не смущает. Он точно знает, что делает всё правильно. Ведь не показать Сяо Чжаню компанию, в которой он проводит столько времени, кажется преступлением.
Сейчас их компания состоит всего из восьми человек. Из них трое — девочки. Иногда к ним присоединяется парочка парней из параллельных или чуть помладше классов. Но и самое большое количество участников на памяти Ибо было всего пятнадцать. Это уютная компания. Ибо обожает в ней зависать.
Чо Сынён приподнимает бровь, когда Ибо присоединяется к ним в танце. Чжоу Исюань подозрительно переводит взгляд с него на Сяо Чжаня и обратно. Ким Сонджу и Ли Вэньхань стараются улыбаться не слишком удивлённо, но глазами так и сообщают Ибо, что позже их ждёт очень серьёзный разговор. Ибуки, Мэн Цзыи и Чэнь Чжосюань, в качестве исключения, смотрят на Сяо Чжаня, как он устраивается рядом с дверью, предварительно взглянув на часы.
— Я надеюсь, его присутствие не будет большой помехой, — усмехается Чо Сынён. Мэн Цзыи тут же оборачивается в его сторону, прищурив глаза.
— Ибо? — Ибуки же поворачивается в сторону Ибо и приподнимает брови, полностью проигнорировав слова Сынёна.
— Он сам согласился, — пожимает плечами Ибо.
На самом деле он прекрасно понимает растерянность ребят. Сяо Чжань, насколько бы сильно он Ибо не нравился, остаётся учителем. Даже для Ван Ибо. Именно поэтому Ибо иногда не понимает его совсем «не учительских» поступков, как этот, например.
Просто так легко забыть, что Сяо Чжань не только учитель, но и человек тоже. Для многих легко. Для Ван Ибо уже почти нет.
— Сяо-лаоши, вы разбираетесь в танцах? — кричит Ибуки, привлекая внимание учителя Сяо.
— Совсем нет, — с улыбкой качает головой Сяо Чжань, а Ибо внутри ликует. И нет, ему не стыдно.
— Тогда давайте что-нибудь простое, — обращается Ибуки уже ко всем остальным. — Из хореографий, которые мы учили.
— Почему лёгкое, если Сяо-лаоши всё равно не разбирается? — тут же возражает Чо Сынён.
Но не успевает Ибуки что-то сказать, голос уже подаёт Сяо Чжань:
— Ребята, давайте что-то, что у вас лучше всего получается. Всё равно времени не очень много.
Эта реплика решает за всех раз и навсегда. А Ибо прям весь надувается как гордый индюк, ведь понимает, что сможет показать всего себя. А это дорогого стоит. Даже если Сяо Чжаню это всё, на самом деле, до лампочки.
Ибуки тут же подскакивает к телефону, подключённому к колонке, и через пару мгновений начинает играть песня, которая уже въелась им всем в мозг, но тем не менее никто не жаловался. Ведь это первый танец, который они поставили собственными силами. Ибо обожает его и ненавидит одновременно.
Ван Ибо везёт, что он начинает танцевать в построении, находясь в середине, буквально прямо перед Сяо Чжанем. Наивно, что ему хочется увидеть реакцию учителя Сяо именно на себя. Опять надеется, да? И опять беспочвенно. Ну что поделать, все мы немного мечтатели.
Он начинает двигаться. Первое время он смотрит только на Сяо-лаоши, а тот с лёгкой улыбкой смотрит на него в ответ. И пока он следит за каждым движением Ван Ибо, во взгляде его мелькает что-то такое, что заставляет теплеть в груди. Одобрение? Ибо очень хочет увидеть одобрение. Он знает, что хорошо танцует.
Спустя пару движений следить за взглядом Сяо Чжаня уже не представляется возможным. Ритм становится быстрее, начинаются слова певца. И пусть они все уже знают танец наизусть, следить за остальными тоже надо. Они всё же не профессиональные танцоры. Пока.
Ибо старается танцевать и двигаться, как можно грациознее. Волна, резкий переход, плавно обернуться, череда движений. Ибо обожает танцевать. Больше всего на свете. Это абсолютно точно.
А когда он под конец оборачивается и ловит взгляд учителя, он чуть не падает. Тёплая, широкая улыбка. Глаза — полумесяцы. Сяо-лаоши нравится. Ему нравится.
В последнем движении Ибо всё же валится на пол. Случайно отвлёкшись, не смотрит. То есть смотрит, но не туда. Коленка саднит, но почему-то это совсем неважно, когда он замечает краем глаза, как Сяо Чжань, наравне с остальными, вскакивает с места и устремляется к нему.
— Ты куда смотришь? — «очень тепло» начинает Чо Сынён, бросившись на пол рядом с Ибо одним из первых.
— Всё в порядке? — следующей подсаживается Ибуки, глядя на его колено, на котором уже наливается небольшой синячок. Маленький, но именно такие маленькие потом больше всего болят.
Ван Ибо недовольно кривится. Он сейчас, наверное, жалко выглядит.
— Дай посмотреть, — наконец все слышат мягкий голос подоспевшего Сяо Чжаня. Ибо чуть толкает Сынёна, чтобы тот посторонился. Но тот и не против. Сяо Чжань всё же учитель. — Слава богу. Просто синяк, — облегчение Сяо-лаоши можно заметить невооружённым взглядом. И если этого Ибо уже вполне достаточно, то последовавшая облегчённая улыбка добивает его окончательно.
И понятно, что Сяо Чжань переживает за него, как за ученика, который пострадал «в его смену», но всё равно… знаете, как приятно?
— Да просто смотреть под ноги надо, Сяо-лаоши, — негодующе продолжает Чо Сынён, толкнув Ибо в бок.
— Эй, — начинает Ван Ибо, но тут же оказывается прерван самим Сяо-лаоши:
— Он прав, Ибо. Даже если не под ноги, то следить за движениями надо, — и улыбается. И как бы сильно Ван Ибо не хотел что-нибудь возразить, он просто физически не может.
— Вам понравилось? — спрашивает он вместо ответа, чем заслуживает недовольный взгляд друга и смешок учителя Сяо.
— Очень, — кивает он, а затем оглядывает всех ребят, которые мгновенно светятся гордостью за себя и всю свою группу, — Вы очень хорошо танцуете. Даже я оценил.
— Сам Сяо-лаоши оценил! — вскидывает руку Ван Ибо, чем вызывает смех уже всего кружка.
Сяо Чжань помогает встать Ван Ибо, но не успевает Ибо снова что-нибудь ляпнуть, как Сяо-лаоши смотрит на часы, и его скривившееся лицо говорит всё за себя. Ван Ибо недовольно поджимает губы.
— Мне уже пора, — говорит Сяо Чжань, когда поднимает от часов взгляд. — Вы прекрасные танцоры. Боюсь представить, что будет дальше.
— Почему боитесь? — спрашивает Мэн Цзыи.
— Вы сожжёте всю сцену, — смеётся Сяо Чжань, а ребята переглядываются с одинаково довольными лицами.
— Мы старались, — гордо выпячивает грудь Ибуки.
Сяо Чжань улыбается и хлопает её по плечу. Совсем ничего такого. Но Ибо прослеживает этот жест, и вдруг как-то резко понимает, что Сяо-лаоши никогда ему ничего подобного не делал. Не хлопает по плечу или по голове, только улыбается и хвалит, но это же не то! Почему учитель Сяо не хлопает по плечу и его тоже? Или просто… не проявляет тех же чувств?
Настроение как-то резко падает с «на седьмом небе от счастья» до «ниже плинтуса». В груди заседает неприятное тяжёлое нечто, отчего и уголки губ опускаются и брови хмурятся. Он отворачивается так быстро, как только может.
— Ну всё, я побежал, — тараторит Сяо Чжань и подбегает к двери. Ибо следит за его движениями, каждое из которых отзывается в нём неприятным чувством. Ему кажется, что он что-то должен прямо сейчас сделать. Но что? Вот это хороший вопрос.
Ребята медленно подходят к Ибо. Он краем глаза видит справа Ибуки и невольно чуть отшатывается. И тут же понимает, какая же это всё глупость. Сейчас бы ещё поссориться с подругой, которая с ним с шестого класса, из-за какой-то глупой влюблённости.
И пусть тяжёлое чувство никуда не девается, он делает над собой чудовищное усилие и, заметив, что Ибуки на него косится, поворачивается в её сторону и криво усмехается. Ибуки тут же прыскает.
И в этот же момент Сяо Чжань в полном обмундировании поворачивается в их сторону, чтобы в последний раз попрощаться. И от улыбки, которой он одаривает их с Ибуки парочку, у Ван Ибо немного крутит желудок.
Блять. Блять-блять-блять-блять. Как же ему не нравятся такие эмоциональные качели. Как же ему не нравится эта улыбка. Он не понимает чем. Но ему определённо не нравится. Она всё такая же светлая, красивая, широкая, но она почему-то тут же превращает Ибо в натянутую струну. Он смотрит на неё, замерев с ухмылкой на губах.
— Ну что, всем пока, — кричит Сяо Чжань с другого конца физкультурного зала, и наваждение с Ван Ибо как будто тут же спадает. Сяо Чжань всё такой же неповторимый Сяо Чжань. Только вот Ибо теперь точно понимает, что ему надо что-то сделать. И делает первое, что приходит в голову.
Он подбегает к Сяо Чжаню, тормозит на расстоянии вытянутой руки и выдаёт как скороговорку:
— А-как-же-дополнительные-занятия-Сяо-лаоши?
Сяо Чжань смотрит на него такими квадратными глазами, что не рассмеяться становится очень сложно, но Ван Ибо очень старается. Этот вопрос он выдумывает буквально за секунду до и остаётся собой доволен.
— Что? — удивлённо переспрашивает Сяо Чжань.
— Как же дополнительные занятия, Сяо-лаоши? — повторяет Ван Ибо, сам уже улыбаясь от своей изобретательности.
— Какие дополнительные занятия?
— По истории.
— А, — крякает Сяо Чжань, пару раз хлопает глазами, потом улыбается и уже собирается что-то сказать, как у него в кармане звонит телефон. Краска от его лица отливает буквально за секунду. Он смотрит на часы и немного нервно запахивает пальто. — Я завтра позвоню твоим родителям, хорошо? Мне правда пора бежать.
— Да. Конечно. Без проблем, Сяо-лаоши, — тараторит Ибо, не зная, правда, куда себя сейчас деть. — Удачного вечера, Сяо-лаоши.
— Да, спасибо, — мимолётно улыбается Сяо Чжань и буквально выскакивает из физкультурного зала.
Ван Ибо ещё какое-то время смотрит на закрытую дверь, будучи немного неуверенным, правильно ли сделал. Сяо Чжань и так выглядит очень занятым. Но, здраво рассудив, что если Сяо Чжань сочтёт это для себя невозможным, то он об этом скажет, Ибо поворачивается назад. И тут же сталкивается с удивлёнными и непонимающими взглядами друзей. Загадочно улыбнувшись, он шествует мимо них к телефону Ибуки. Ведь говорить он им, по крайней мере сейчас, несомненно, ничего не собирается.
Домой он приходит только около восьми, может чуть позже. Мама всё ещё не вернулась со своей вечерней аквааэробики, но в холодильнике ещё с завтрака она оставила немного курицы в кисло-сладком соусе, так что с голода Ибо не помрёт. К своим восемнадцати он не умеет готовить даже яичницу. Вот так вот. И дело даже вовсе не в том, что он ленивый.
Просто после всех его попыток мама запрещает ему приближаться к плите на расстоянии пушечного выстрела. И пусть это чревато тем, что в своём холостяцком будущем её сын не сможет себе приготовить ничего лучше лапши быстрого приготовления, кухня ей всё же была дороже.
Но Ван Ибо планирует когда-нибудь научиться. Честно-честно.
И всё же сейчас он полностью игнорирует записку с делами, которые на его уставшую тушку сгружает такая же уставшая мать, топает в комнату и лицом вниз бухается на кровать. Рюкзак так и повис на его плече.
Ему покоя не даёт улыбка Сяо Чжаня. Что именно в ней не так? И почему она на повторе крутится у него в голове без видимого выхода из этого замкнутого круга?
Ибо поворачивает голову, чтобы вдохнуть побольше воздуха. Рюкзак с плеча сползает ещё ниже, почти касаясь пола. Взгляд Ибо упирается в плакат некогда любимого рэпера, который уже давно не такой любимый, но снять рука не поднимается. Ван Ибо глубоко вздыхает. И он смотрит на этого рэпера невидящим взглядом. В голове проносятся мысли, часть из них касаются Сяо Чжаня, часть — их танцевального кружка, часть… всего дня, в принципе.
Он прищуривается и пытается представить на месте рэпера улыбающегося Сяо Чжаня. Перед глазами снова появляется та самая улыбка. Ван Ибо морщится и скулит, снова пряча лицо в простынях. Но не помогает.
Перед его глазами улыбается Сяо Чжань. И улыбается он как-то слишком… понимающе.
Ван Ибо аж вскакивает на четвереньки от неожиданной догадки. Рюкзак от возмущения соскальзывает с руки полностью.
Улыбка Сяо Чжаня кажется слишком, прямо слишком понимающей. Но что себе Сяо Чжань там понимает, Ван Ибо объяснить не может. Потому что и понимать-то нечего.
И Ван Ибо, недовольно надувшись, плюхается обратно на кровать, снова уставившись на плакат рэпера. Тот невозмутимо наблюдает за ним со своего стенного пьедестала.
— Ну и что ты смотришь? — буркает он, но плакат ему, ожидаемо, не отвечает.
Сяо Чжань, как и обещал, звонит.
Об этом Ван Ибо узнаёт с самого утра, ведь удивительно воодушевлённая мама приходит его будить около десяти. Вот только причину своего удовольствия с самого утра госпожа Ван сообщает только за завтраком.
— Мне звонил твой учитель истории, — с улыбкой говорит она, а Ибо буквально перестаёт жевать. Он смотрит на маму, но сам не понимает как. То ли с надеждой, то ли со страхом. Что если Сяо Чжань отказался? С другой стороны, зачем бы тогда ему звонить?
— Да? — всё же выдавливает Ибо из себя.
— Да. И говорил, что ты сам попросил о дополнительных занятиях на выходных, — мама хитро щурит глаза. Ибо поджимает губы. Нет, вы не подумайте, он свою маму очень любит, но иногда она перебарщивает со своей актёрской игрой.
Ван Ибо решает в этот раз просто кивнуть.
— Он согласился, — улыбается наконец мама. — И я тоже согласилась.
И вот теперь Ван Ибо не может не улыбнуться в ответ. Он пытается скрыть эту улыбку за кружкой с кофе, но не получается. Мама наклоняется в сторону, всё замечает, и её улыбка из довольной превращается в хитрую.
— Поверить не могу, — почти что хихикает она. — Неужели ты нашёл учителя, с которым тебе интересно учить историю? Я думала, всё, пропащее дело. А тут вот оно как оказывается.
Если Ван Ибо и не очень нравится, как и каким тоном она это говорит, то он не может ей ничего ответить. Он слишком занят стараниями не улыбаться и не краснеть. И он надеется, что мама не поймёт это никак превратно, потому что, извините, мало того учитель, так ещё и мужчина. Целых двадцати семи лет от роду.
— Он уточнил время?
— Он сказал, чтобы я дала тебе его номер телефона, а ты сам ему напишешь и вы договоритесь, — всё ещё улыбаясь, говорит мама и достаёт из кармана сложенную бумажку. — Я переписала, чтобы было удобнее. Он тебе доверяет, — хохочет мама и протягивает ему наконец бумажку.
Ван Ибо принимает её, как некий божественный свиток, просто надеясь, что этого было незаметно. И сразу же засовывает её подальше в карман, решив для себя, что заносить этот номер телефона в базу сейчас будет не самой лучшей идеей.
Мама встаёт, собирает со стола тарелки и, пока моет посуду, продолжает вздыхать вслух о чём-то своём. Ван Ибо, подперев голову рукой, наблюдает за её манёврами.
Она вообще очень интересная женщина. Ибо бы совсем не удивился, если её единственной реакцией на его влюблённость в кого-то своего пола станет удивление — потому, что раньше ему нравились только девушки, — лисий взгляд и тычок локтём в бок. А может… может она уже просто слишком устала от жизни. И Ван Ибо это прекрасно понимает.
— Так вы сегодня будете заниматься? — проник в его мысли голос той самой женщины. Ибо поднимает на неё взгляд.
— Думаю, да, — бормочет он, не сразу понимая, о чём идет речь.
— Так пиши ему скорее, уже почти одиннадцать!
И только тут Ибо понимает, о чём она говорит. Он тут же вскакивает, подбегает, чмокает её в щёку и, подгоняемый смехом и шлепком полотенца, убегает к себе в комнату. Он и правда как-то не думал, что можно договориться уже сегодня.
Он хватает телефон с зарядки и плюхается на всё ещё не заправленную постель. Достаёт бумажку и вводит номер без проблем. Она появляется только тогда, когда этот новый контакт приходится называть. Ван Ибо буквально зависает, уставившись в телефон.
Сяо-лаоши? Учитель Сяо? Просто Сяо Чжань?
В конце концов, решив, что терять ему нечего, он с замиранием сердца пишет:
«Сяо Чжань-гэ»
И тут же поджимает губы, сдерживая глупый смех, рвущийся наружу. Всё равно сам Сяо-лаоши никогда не увидит. Значит, никаких проблем не будет.
Сяо Чжань-гэ
Сегодня, 11:13
Вы Здравствуйте, Сяо-лаоши! Это Ван Ибо. Я пишу вам насчёт дополнительных занятий. Вы свободны сегодня?
Ван Ибо перечитывает отосланные сообщения, всё же не удерживается и хихикает. Как же всё-таки нелепо официально они выглядят в контрасте с именем контакта. Ещё с минуту Ван Ибо пялится в телефон, ожидая ответа. А потом роняет телефон себе на лицо. Специально. Вместо фейспалма. Нет, он сейчас серьёзно ожидает сиюминутный ответ? Боже, почему он всегда забывает, что у взрослого мужчины своих забот полно, чем отвечать на неизвестные номера. Он вскакивает, отбросив телефон на постель куда подальше. Оглядывает комнату на наличие дел, но взгляд снова цепляется за экран мобильника. Тот молчит. Ван Ибо с силой ударяет себя по щекам. Всё. Он окончательно сходит с ума. Наконец на глаза попадается заваленный стол, и в ожидании ответа Ван Ибо решает с ним разобраться. А то потом опять будет недовольный, что мама всё куда-то попрятала. Хотя у той у самой времени на уборку дома так мало, что и недовольным по этому поводу Ибо бывает редко. Но он и помогает тоже! По мере возможностей и не в своей комнате, конечно же. Но он только в половине работы, когда слышит характерный звук для сообщений. Он тут же подскакивает на месте, отпустив увесистый словарь прямо себе на ногу. И нет, конечно же его это не останавливает! И понятное дело он, пусть и сжав зубы от боли, прыгает на одной ноге к постели. Которую, к слову, стоит бы заправить.Сяо Чжань-гэ
Сегодня, 11:28
Сяо Чжань-гэ Привет, Ибо! Свободен :-) Ибо таращится на этот старческий смайлик в конце и не может противостоять улыбке. Господи. Почему Сяо-лаоши такой милый? Но не успевает он написать что-то в ответ, как тут же приходит следующее сообщение: Сяо Чжань-гэ Где бы ты хотел встретиться? У меня дома, боюсь, не получится. Окей. Если в прошлом сообщении Ибо пялился на смайлик, то теперь он пялится на словосочетание «у меня дома». То есть подождите, Сяо Чжань думал о том, чтобы пригласить его к себе домой? Он сказал, что не получится, но он об этом думал? Точно же думал! Ван Ибо еле давит в себе довольный, очень возбуждённый писк и, просто прижав телефон к груди, переворачивается на спину. И пусть это предложение просто из-за удобства, неважно. Совсем неважно.Вы Может, кафе?
Сяо Чжань-гэ А там будет не слишком шумно? Ты сможешь сосредоточиться? Может, твоя мама разрешит мне прийти к вам? Ван Ибо облизывает пересохшие губы. Он смотрит на это сообщение, и у него пальцы зудят написать «ДА. ДА, ПРИХОДИТЕ». Но одновременно он прекрасно понимает своей — пока ещё — головой на плечах, что если Сяо Чжань придёт к нему, он сосредоточится ещё хуже, чем в шумном кафе. Следовательно, отговорку придумать всё же придётся.Вы Точно нет, Сяо-лаоши. Когда моя мама узнала, что меня может не быть дома, она решила затеять генеральную уборку. Так что кафе?
Сяо Чжань-гэ Прекрасно понимаю твою маму :-) Хорошо, тогда давай на остановке трамвая у школы через час? Там, где мы расходимся. А там решим.Вы Договорились! И, Сяо-лаоши, не шутите так Я могу подумать, что вы с моей мамой заодно
Сяо Чжань-гэ :-) В этот раз Ван Ибо не выдерживает и всё же ржёт. Этот смайл слишком милый. А может это просто из-за того, что его использует именно Сяо Чжань. В любом случае, в Ван Ибо сейчас слишком много чего-то тёплого и радостного, чтобы он мог не смеяться. И пусть это всего лишь занятие по истории. Оно с Чжань-гэ, и это главное! А теперь надо собраться. В итоге Ибо не успевает на трамвай вовремя и, жалостливо смотря ему вслед, думает, какой же он, мать его, дурак. Зато красивый. Это даже мама говорит, исподтишка поглядывая за ним. Через пять минут ему надо быть уже там, а он всё ещё тут. И это как минимум пятнадцать минут опоздания. Зато он собирается полчаса, выбирает парфюм и десять раз бегает к маме с разными нарядами, пока та наконец всё же не сдерживает смех. — Ван Ибо, ты куда после занятия собрался в таком виде? — спрашивает она. Ван Ибо тогда решил оставить вопрос без внимания, потому что лгать он не умеет, а говорить правду как-то совсем не хочется. Зато на прощание мама совершенно искренне смачно целует его в обе щеки и гордо заявляет: — Кого бы ты не пытался охмурить, ты его обязательно очаруешь. И Ван Ибо ей очень благодарен, честно, пусть и чувствует себя в этот момент не восемнадцатилетним парнем, а маленьким мальчиком, которому нравится девочка в детском садике. Но вот только он даже не надеется, что он сможет очаровать учителя. Нет. Он просто… просто. Ну вот, ну нет у него объяснения тому, как он нарядился. Он даже рубашку надел, понимаете? Голубую такую, очень свободную, чтобы красиво заправить можно было. При том, что в школу он не заморачивается и надевает просто худи да мешковатые штаны. Ну ничего! Он идёт покорять сердце мужчины на девять лет старше него — надо соответствовать. И самому Ибо становится в этот момент так смешно, что аж плакать хочется. И чтобы это всё-таки не произошло, он достаёт телефон. Предупредить учителя Сяо всё же надо было.Сяо Чжань-гэ
Сегодня, 12:27
Вы Простите, Сяо-лаоши! Я опоздал на трамвай, а следующий только через десять минут. Я приду позже.
И в этот раз ответ приходит настолько быстро, что Ван Ибо даже не умирает от ожидания. Сяо Чжань-гэ Ничего страшного :-) может я пока тихое место поищу? И потом скину тебе название. Если найду.Вы Хорошо, Сяо-лаоши
На этом моменте Ибо все же улыбается прямо в телефон.Сяо Чжань-гэ
Сегодня, 12:43
Сяо Чжань-гэ Я занял место в каком-то Alba cafe. Ты скоро?Вы Уже бегу
И Ван Ибо уже действительно выскакивает из трамвая. Теперь самое сложное — найти то самое кафе на этой площади. А в спешке — ещё сложнее. Но Ван Ибо никогда не сдаётся, он оглядывается и вглядывается в каждую вывеску. И, наконец, видит. Alba cafe. Красивыми буквами, как на печатном станке. У Сяо Чжаня есть вкус. И, усмехнувшись себе под нос, Ибо мчится к кафе. Он влетает туда, весь запыхавшийся, рубашка болтается, волосы уже опять лохматые. Когда Ибо видит себя в отражении стеклянной двери, он понимает, что подозрения он точно никакого не вызовет. Как будто и не готовился совсем, вот честное слово. Обидно немного. Но сейчас на это нет времени. — Сяо-лаоши! — выкрикивает он на всё кафе, заставив обычных посетителей и бариста подозрительно посмотреть в его сторону. — Ван Ибо! — раздаётся откуда-то из уголка, и Ибо поворачивается туда с широченной улыбкой. Которая так и застывает, когда он видит своего учителя. Он сейчас умрёт. Точно. Вот прямо тут ляжет. Сяо Чжань перед ним совсем не похож на учителя Сяо. То есть, нет. Это он. Но какой он. Он встаёт с места с ярким, удивлённым смехом, а Ибо не может найти в себе силы подойти самому. Вот если бы Ван Ибо увидел Сяо Чжаня вот так, в кафе, в свой первый раз, он бы незамедлительно подкатил, не заботясь о возрасте и статусе. Потому что в своих этих джинсах аж до самой талии, водолазке с закатанными рукавами, которая полностью облегает тело, французской кепочке набекрень… Сяо Чжань выглядит слишком хорошо. И пока Сяо Чжань идёт к нему в какой-то замедленной съёмке, Ибо за свой взгляд не ручается. Наверное, он как у влюблённого щенка, не умеющего сказать ни слова, потому что именно им себя Ибо сейчас и ощущает. — Ты что, бежал? Боги, — всё ещё смеётся Сяо Чжань, когда подходит к нему чуть ли не вплотную. А потом берёт и рукой треплет его волосы ещё больше. «Всё. Это конец», — пищит голосок в подсознании Ибо и падает в обморок. И Ибо его прекрасно понимает, потому что сейчас хочет сделать то же самое. Как же это чертовски приятно. Слишком приятно. — Бежал, — выдавливает из себя Ван Ибо, предварительно закашлявшись. — Ну зачем? Я же могу подождать, простой человек всё же. «Человек? Сяо-лаоши, а вы в зеркало давно смотрелись?» — хочет спросить Ван Ибо, но вовремя останавливает себя. Надо бы оставить свои щенячьи восторги при себе. — Я не хотел заставлять Сяо-лаоши ждать. Я всё же вытянул вас в ваш выходной. — В твой, между прочим, тоже, — хохочет Сяо Чжань и всё же разворачивается, чтобы вернуться к столику уже вместе. Ибо семенит следом. — Да и я только рад. Дома… — он вдруг заминается, но почти тут же продолжает. — Дома немного одиноко. — Я понимаю, — говорит Ван Ибо, усаживаясь напротив Сяо Чжаня. Тот выпускает тихий смешок, а потом пододвигает к Ибо меню. — Хочешь чего-нибудь? Ибо послушно утыкается в меню. Потому что ответ, который вертится сейчас на языке, откровенно говоря, очень неприличным. — Кофе. Просто кофе, — наконец говорит он. — Какой, Ибо? — с улыбкой уточняет Сяо Чжань. — Латте. — Чёрный, как твоя душа? Ван Ибо, который совсем не ожидает никакой шутки от собственного учителя, просто таращится на него в ответ. Сяо Чжань часто шутит на уроках, но это были такие шутки, по теме, об исторических личностях. А прямо сейчас Сяо Чжань шутит над ним. И это становится неожиданным и отрезвляющим, как будто его только что обухом по голове ударили. Сяо Чжань немного неловко трогает нос, но больше ничего не говорит, только поднимает руку, чтобы подозвать официанта. — Можно пожалуйста один латте, — говорит он, когда тот подходит. — И… американо. Двойной. Официант кивает и удаляется. И только Сяо Чжань поворачивается к Ибо, тот всё же ляпает, не удержавшись: — Чёрный, как ваша душа? Теперь уже очередь Сяо Чжаня удивлённо замирать. Но, в отличии от Ибо, он быстро ориентируется и смеётся. — А я уже думал, что ты обиделся, — с улыбкой говорит он. — Нет, просто это было немного неожиданно. — Да? Прости, в следующий раз предупрежу. И сказал это Сяо Чжань с такой серьёзной миной, что в этот раз Ибо не сразу понимает, что над ним опять подшучивают. А когда понимает, наконец усмехается. — Не стоит, так интереснее, Сяо-лаоши. И Ван Ибо кажется, или Сяо Чжань после этой реплики выглядит действительно довольным? Ван Ибо никак не может сосредоточиться. Его взгляд всё время соскальзывает то на тонкую кисть Сяо-лаоши в серебряных увесистых часах, то на оправу очков, то на пальцы на ручке, которой Сяо Чжань водит по учебнику. А ещё — на водолазку. И длинные брюки. Для того, какая хорошая сегодня была погода, Сяо-лаоши оделся слишком тепло. И слишком закрыто. Он же вчера куда-то спешил, да? Куда? С кем-то на встречу? Он говорил, что его кто-то заберёт. Неужели это кто-то… — Ибо? Ибо, ты меня вообще слушаешь? Ван Ибо резко переводит взгляд на лицо Сяо Чжаня и, видимо, это выступает получше любого ответа. Учитель Сяо выпрямляется и смотрит на Ибо немного укоризненно. Свою кепочку он откладывает, и теперь на Ибо глядит всегда выбивающаяся из причёсанных волос прядь. И сейчас, избегая прямого столкновения взглядами, Ибо упёрся своим в неё. — Я же говорил, что в кафе плохая идея, — вздыхает Сяо Чжань, снимая и протирая свои очки. Ибо прослеживает за этим движением и тоже вздыхает. — Что предлагаешь, раз сосредоточиться ты никак не можешь? Это уже третий раз, когда я тебя окликаю. Ты хоть что-то вообще запомнил? Ван Ибо виновато улыбается. Сяо Чжань поправляет очки. Он выглядит реально недовольным. И Ван Ибо его понимает. Честно. Он бы и сам был на его месте недовольным, потому что он знает, как сильно отвлекается. Но вы сами просто посмотрите на Сяо Чжаня. На то, как он сейчас сидит, закинув ногу на ногу, скрестив руки на груди и недовольно смотря исподлобья. И эта прядочка волос. И закрытый костюм, в комплекте со знанием того, что вчера Сяо Чжань с кем-то встречался прямо после школы. Ну полный ад же, ну! Ван Ибо бы правда хотел сосредоточиться, но мысли всегда убегают не туда, делая только тяжелее чувство в груди. Оно так сильно сжимает, а Ибо понимает, что ничего сделать не может. Сяо Чжань взрослый. Опытный. Занятой. И, скорее всего, занятый. — Ван Ибо, о чём ты думаешь? — всё ещё недовольно, но уже с некоторыми веселыми нотками спрашивает Сяо Чжань. — Ни о чём, — тут же мотает головой Ван Ибо. — Заметно, — усмехается Сяо Чжань и вдруг оглядывается, смотрит на улицу, а потом отодвигает стул и встаёт. — Давай. Пойдём. — Куда? — Прогуляемся. — Зачем? — Попробуем учиться по-другому. Если Ван Ибо ничего и не понимает, то старается не подать виду. Сяо Чжань выглядит уверенно. И Ибо старается соответствовать. В итоге ничего страшного и не происходит. Даже наоборот. Сяо Чжань действительно помог. Он тащит Ибо к ближайшим достопримечательностям, рассказывает о них всё, что знает, и, если честно, это куда круче учёбы с учебником. А перед носом Ибо уже не маячат изящные руки и пушистая чёлка. Где-то на шестой достопримечательности Сяо Чжань замечает, что время переваливает за четыре часа дня и мгновенно останавливается. — Мда, — выдыхает он. Ван Ибо останавливается тоже и непонимающе наклоняет голову к плечу. — Я не ожидал, что так заговорюсь. — Ничего страшного, мне очень нравится, — тут же возражает Ван Ибо. Сяо Чжань смотрит на него со снисходительной улыбкой. — И я очень надеюсь, что ты хоть что-то запомнил. — Несомненно, Сяо-лаоши, — кивает Ибо как болванчик. Сяо Чжань в ответ только хмыкает. — В любом случае уже пора расходиться, — кивает чему-то своему Сяо-лаоши. — И твоя мама наверное заждалась. В этом Ван Ибо, конечно, сомневается, но в ответ только снова кивает. — Тогда до понедельника? — До понедельника, Сяо-лаоши! И Ван Ибо ещё стоит там какое-то время, пока Сяо Чжань окончательно не скрывается за углом старинного храма. Учитель Сяо ни разу не оборачивается. С другой стороны, Ван Ибо ни на что и не надеется. Но это определённо самый лучший выходной за последние несколько лет.
Примечания:
Я скажу про косяк с трамваями. Они, оказывается далеко не везде в Китае… но исправлять уже поздно, поэтому представьте что это какой-то Китай в альтернативной вселенной! XD
