Некромантия, Дьявол и немного удачи

« - Тихо как-то, - подумала Виктория сквозь рассеивающуюся дрему. – Я же на горе уснула. Может, сейчас ночь? Совсем как-то тихо, даже птиц не слышу, - руки огладили пол, не почувствовав под собой щетинистой каменной породы. Нежный шелк целовал девичье тело. – Что за…». Глиняный потолок украшала причудливая роспись, пахло свежей влажной уборкой. Уокер подорвалась в кровати. Маленькая комната уставлена комодами, книжными полками, и одинокой кроватью. Витражные оконца просачивал теплый свет на противоположную стену в такой же росписи. Нижняя её часть была выполнена неаккуратно, но очень старательно, чего не скажешь о рисунках выше – рука уверенная и нежная. Уокер ощупала себя. Её омыли, расчесали и переодели в шелковую сорочку до щиколотки. После распутала бинты на руках: пятна на ладонях говорили о регенерации, восстановившей за ночь все мозоли. Неизвестные определённо пытались залечить ожог, ведь предплечье левой руки было облеплено перетёртыми целебными травами, след проклятия за которыми всё так же неуклонно рос. Странное чувство одиночества окинуло волной тревоги. Виктория сняла с себя сорочку и осмотрела тело: вчерашние счесы зажили, это прекрасно, но на ней не было белья, включая спортивный топ. - Перо, - Вики нервно теребила ткань. – Рано паниковать, может, мои вещи рядом? Натянув на себя сорочку, принялась за поиски по комодам - её веще нет. Когда неудача была принята сознанием, оперлась о стену, пожевывая кожу губ. « - Если с пером что-то случиться, Дьявол пропадет? Или вернётся в Долину? Мне в любом случае это не нравится. Надо выбираться». Дверь оказалась открыта и вела в такой же глиняный расписной коридор. Длинный, одной стеной прорежённый такими же витражами с библейскими сюжетами. Виктория, хоть и имела опасения на счет пера, не могла не ощущать почти магическое спокойствие. В конце концов она не нашла себя в крови и грязи. Блага цивилизации вновь коснулись её тела, и не чувствовать пыль с потом казалось благодатью. Виктория пересекала босыми ногами коридор, пока не приникла к очередной двери. за ней раздавалось влажное шлепанье ногами о пол. Детский голос о чем-то одиноко причитал. А ведь и правда, перед потерей сознания ей чудился ребенок. Она дернула за дверную ручку и застыла: комната походила на прачечную. Везде пахло мылом, бочонки и тазики с одеждой в воде стояли около тканевых ширм. Пар наливался нежным светом солнца сквозь огромные окна, походящие на стеклянные стены. Такое же разнообразие шкафов вмещало в себе портки, рубашки и прочее. У бочонков так же стояли ведра с крахмалом и самодельным мылом. Судя по цвету, варилось оно из жира животных в старой доброй традиции. Но всё убранство едва ли стоило внимания, ведь куда более занимательным и пугающим Виктория находила существо в центре, похожее размером на человеческое дитя. Оно держало ступку с одеждой, и, сдается, девица отвлекла его от стирки. Местами розовое, местами синюшное тельце высотой с обеденный стол обратило черные, выпуклые очи к Вики. Не поверни оно головы, стало бы куда трудней заметить движение огромного зрачка. Кожа делала его похожим на восковую фигуру ребенка, испорченную огнем. Грубая, определенно неумеренно толстая кожа словно таила в себе уплотнения, ведь ровных участков на ней не сыскать. Голова носила на себе пару скудных локонов, но горделиво уложенных в глупой прическе. Уши отсутствовали и заменялись отверстиями, как и нос. Только вот наружный орган дыхания почти срастался со ртом. Одна лишь тонкая кожаная перегородка устанавливала границы и походила на завернутую внутрь губу. В десне торчали лишь резцы с клыками в неестественном расстоянии друг от друга. Существо стояло нагое и туловище с непропорционально видными ребрами, но вздутым животом являло полное отсутствие гениталий. Ручки заканчивались тремя пальцами. Фаланги одеты в неестественно прозрачную кожу. В ней виднелись сросшиеся пальчики и сетки кровеносных сосудов. Ноги с неприродно поднятыми коленями не делились в конце на пальцы, и походили на обрубок. - Не смотри на меня, я голый! – она не успела определиться с реакцией, когда существо воскликнуло на удивление внятно и спряталось за одним из бочонков. – Не смотри! - наконец вздрогнула и неловко прикрыла глаза. « - Это что за херня? Что оно такое? - взгляд не находил себе места в просторной комнате, - Фу, выглядит как пережеванный ребенок. Будто ели, он оказался не вкусный, и его выплюнули. Как оно вообще говорит?». Сквозь усилия, пришлось подавить отвращение в гримасе лица. Вики знала, что фауна магического мира вне территорий бессмертных порой скрывала разную тварь. Оно разумное, и даже стыд ему присущ. « - А ведь стыд конструкт социальный. Получается, оно тут не одно? В любом случае, лучше не выказывать презрение, ещё не ясно опасно это нечто или нет». - Извини, пожалуйста, ты кто? Как я сюда попала? – ощутив подергивание сорочки чуть ниже колена, отвела руку от лица. Существо оделось в схожего вида сорочку, но по его размерам. Оно протянуло корявую лапу, пока бродило взглядом по гостье. - Ого, я тебя не пугаю? Вики присела, чтобы приглядеться к существу получше, которое завороженно глядело на гостью. Лапки бесцеремонно, но очень аккуратно ощупали её лицо. Та хмурилась и наблюдала, однако не противилась. Черные очи в углах век существа показали скудные белки. - Нет, не пугаешь, - Вики нежно, но настойчиво убрала от лица пальчики существа. Оно не относилось к ней настороженно, детское любопытство проглядывалось в каждом движении, опасности и магического следа от него не ощущалось, один лишь только вид настораживал. Она не улыбалась, ведь сейчас была способна только на неискренний оскал. В случае, если это действительно ребенок, он поймет, что дьяволица врет. Сначала нужно выстроить доверительный фундамент. - Не врешь? - Вот тебе мое честное слово, что не вру, - она протянула мизинец и, на удивление, малыш был знаком с этим жестом, пожав палец. - Ты красивая, как моя мама. Хотя моя мама самая красивая. Ты ангел? А где твои крылья? – губы существа не двигались, но речь из незакрытого рта лилась четкая. Детский мальчишеский голос, местами дающий оскомину картавости. - Я бессмертная, но крыльев у меня нет. - Мама говорила, что бессмертные всегда с крыльями, - Вики поджала губы. - Да, но я исключение. Ну так, как я сюда попала? Существо почесало то, что походило на подбородок. - Эм… Ну иду я значит по лесу. Мама сказал тогда насобирать шелкопрядов. Не люблю их собирать, бегают от меня всё время. Последний раз один мне в рот залез, мама ругалась, но достала. Так вот, иду. Солнце уже садилось, а я редко вижу закаты – мама к вечеру гонит мыться и спать. Знаешь, как лень мыться? Я подумал, что знаешь, потому что ты вся грязная была. Когда я тебя нашел на обрыве, подумал именно так, - Виктория невольно улыбнулась тому, как мальчик говорил. На одном дыхании, сбивчиво, торопился сказать всё, что на ум приходит. – У нас гости редко бывают, я удивился тогда. Подошел поговорить, а ты что-то сказала, я даже не расслышал, и уснула. Я так только пару раз засыпал, когда очень уставал. Подумал, ты тоже устала. Приволок тебя к маме, она была не очень рада, - казалось, что на маске грубой кожи, заменявшей ему лицо, виднелась эмоция пристыженности. Распознавать его настроения давалось с трудом, потому не перебивала. Пустая детская болтовня времени много не займет, но уж точно зарекомендует Викторию, как хорошего слушателя, а для детей такие становятся друзьями очень скоро. – Но потом она сказала, что поможет тебе, хорошие люди помогают другим. « - «Люди»? Оно человек? Может, действительно вырождение? Тогда сколько ему реальных лет? Что люди здесь делают? Хотя, он сказал, что притащил меня сюда. Человеческий ребенок так не сделает. Сколько же к нему вопросов», - однако вслух сказала: - Мне мама точно так же говорила, - мальчик улыбнулся, жуткое зрелище. - Значит, у тебя хорошая мама, - Уокер проглотила возражения на этот счет. Надо ему понравится, чтобы потом понравится его маме и уйти отсюда живой. И запасы бы ещё полонить. - Ты стирал вещи? Сам? – существо активно закивало головой. – Ого, взрослый какой. - Да, я скоро выросту, так мама сказала. Твои вещи я тоже постирал! - Ты молодец, - Вики улыбнулась и напряглась. – А где они? - Они сейчас в мыльной воде. Всё белое я потом накрахмалю, меня мама научила, - Уокер внимательно слушала, пока тревожный колокольчик зазвенел вновь. - А ты пера в моих вещах не находил? Черное такое, - мальчик не ответил. Он быстро засеменил к комоду, выуживая оттуда звенящий мешок. Стук и лязг не прекращались до тех пор, пока существо не дотащило своими маленькими, но очень проворными ручками добычу. - Тут всё, что было при тебе. Виктория обрадованно принялась рыться в пожитках. Фляги со всеми нужными водами, набедренные сумки, ножи, меч, пайки, веревки и всё прочее. Руки бродили среди вещей и движения стали куда более рваными и хаотичными, когда пера и карты в мешке не оказалось. Нахмуренный лоб и тревогу заметил мальчик занервничал так же. - Знаешь, что-то себе забрала мама. Может, ты с ней поговоришь? – Вики резко подняла голову к мальчишке. - Отведи, пожалуйста. Он закивал и приподнялся над землей. Лишь сейчас открылся вид его спины. У вырожденного ребенка из лопаток торчали крылья. Кожаные, слаборазвитые, но малец так проворно себя подгонял этими отростками, что Вики пришлось ускорить шаг, дабы поспевать за ним. Довольно скоро похожими глиняными коридорами они вышли к массивной парадной двери.

***

Дивный сад был подобен открытке для купюр: водопад в дали, цветущие деревья, кусты, каменные глыбы в мхе, короткая мягкая трава и птички в голубом небе. Влага от ручья подле дома отдавала прохладой и освежала запахом. В глуби, за зеленой чредой, гудела пасека. Почти каждый куст здесь плодоносил, дворик пестрил ягодами на любой вкус, фрукты земные и неземные, от вишни и персика до цурози со съедобным папоротником. Для полноты картины не хватало лишь яблони или чего-то более приземленного. А, быть может, она просто не поместилась здесь. Уокер ступила на траву, ощущая всю её шелковистость. Осока, такая нежная и молодая, но изрядно потоптанная. Пробегая тропинкой за существом, заметила как аккуратно и заботливо всё здесь сделано. Мальчишка вывел на поляну. Виктория замерла в кустистой арке, наблюдая на траве, у самого подножия водопада, прекрасную женщину в окружении подобных детей. Со схожими вырождениями, но малыми отличиями во внешности, вроде роста или количества зубов. Они всё занимались какими-то делами, гудели о разных разностях, и только голос мальчика привел их в замешательство. - Мам, она проснулась! – существо подбежало и кинулось матери в руки. Женщина едва успела отложить вязальные спицы и приняла сына в объятия. Прекрасное лицо бескрылой дамы средних лет восприняло выходку мальчика с милосердием. Она ласково огладила его по растяжкам на шее, а после окинула взглядом гостью. Уокер изучала её с куда большим любопытством, но старалась не показывать этого. Мать мальчишки даже на расстоянии производила впечатление строгой женщины, как требовательной, но заботливой преподавательницы. Зеленые очи, обрамленные морщинистыми веками, рыжие волосы, тонкий нос, тело, насколько позволяла видеть сорочка, эталон эпохи Возрождения. Виктория осталась в арке, ожидая дозволения войти. Женщина это оценила и обратилась к мальчику. - Каин, отведи своих братьев и сестер в столовую, готовьте стол, - нежный женский голосок, вымоченный в тоске прожитых лет. Бессмертная наклонила голову в бок. « - Каин? Библейское имя. Может, они и впрямь люди, но что им делать здесь?», - мимо пробежала толпа детей, и все с удивлением и любопытством оглядывали её. Кто-то сторонился, кто-то хотел коснуться, но, подгоняемые Каином, они покинули сад в течении минуты. Незнакомка подозвала элегантным жестом руки и предложила место рядом. Лишь только Уокер поравнялась с ней взглядами, ощущение давления удвоилось и тут же исчезло: перо в карте ятов лежит около бедра странной женщины. - Приветствую. Тебе лучше? Ожог зажил? - Здравствуй. Да, я очень благодарна тебе за помощь. Каин всё рассказал. - Тебя не смутили мои дети? – из всей мягкости поведения и голоса выбивались лишь очи. Тяжелый настороженный взгляд словно подводил лезвие к горлу и требовал нужный ответ. Демонический девиз "недосказать не значит наврать", потому правду она получит. - Едва ли. Каин воспитанный мальчик и помог мне унять тревогу после пробуждения, - испытывающий взгляд был встречен демоном с благодарным радушием. Вскоре мать Каина удовлетворенно кивнула и протянула карты с пером. Вики неосознанно сглотнула. - Рада знать. Верно, ты перепугалась, когда не нашла эти вещи? Пойми верно, дитя, я должна была знать, кому помогаю и не опасно ли впускать тебя в обитель, где живут мои дети, - в ответ понимающе улыбнулась и приняла переданное, но женщина не отпускала пальцев. - Ты демон или ангел? И где твои крылья, тебя изгнали? Виктория замерла. « - А вот на это я правильный ответ не знаю. Вот бы у меня была возможность услышать совет», - взгляд быстро очертил протянутое: пальцы женщины не соприкасались с пером, а вот мизинец Вики вполне мог дотянуться. Чтобы собеседница не заподозрила неладное, она отвлекала её видом исключительного замешательства. И когда могильный холод вновь окутал спину, еле сдержала радостную улыбку. Она не знала точно, слышал ли Сатана их диалог, потому продублировала. - А на твой взгляд, я демон или ангел? Лицо собеседницы вновь застлали тучи и на помощь пришел уже такой знакомый голос: - Отвечай честно, имя тоже назови, но не говори обо мне. Пусть думает, что перо самое обычное, - Самаэль, верно, особенно хотел, чтобы его слова были услышаны: мертвое дыхание пылало могильным морозом у самого уха. Пухлые губы Виктории всё же тронула улыбка, слишком радостная для простой вежливости, но женщина не обратила на это внимание. - Прошу простить за такое кокетство, у моего народа это такой способ выразить благодарность. Я демон, а крылья… - она печально вздохнула и несколько ссутулилась, обессилено опуская руки. Выглядело весьма естественно, тема давалась не легко, потому она отпустила конверт. Вики тут прижала к себе бумажку, особенно нежно оплетая перо руками. Нельзя прекращать контакт кожи. – Ох, крылья - весьма печальная история, никак не связанная с моим изгнанием. Женщина постепенно оттаивала, но не прекращала пытающе глядеть. - За что тебя изгнали? - За ритуал, что считается запрещенным и… Мне пришлось бежать. - Как тебя звать? - Виктория Уокер. Обо мне ходит скверная слава, но не стоит верить слухам. - О, дитя, не беспокойся, - женщина нежно улыбнулась и положила одну руку на колено Вики. Такой жест казался резким после сурового опроса, но некая материнская теплота заставила не тревожиться на этот счет и воспринимать, как должное. Всё же, у матери Каина вполне ясные мотивы осторожничать. – Я так мало знаю о внешнем мире. Мой мир – это оазис в компании детей и большего мне не надо. Я попросила подготовить стол и, надеюсь, за обедом ты куда больше расскажешь о себе, своих целях. Обо всём, что произошло вне моего дома. Ты окажешь мне такую услугу, Вики? - Как я могу отказать? За спасенную жизнь и кров плата кажется нещадно малой. Но, могу я узнать твоё имя? Нежную улыбку на белоснежном лице тронула печаль. Сложив руки на коленях, послышалось в полтона: - Ева. « - Каин, Ева… Где-то я уже это слышала», - вопрос отпечатался во всей гримасе лица, и Ева лишь больше смутилась. - Я была Непризнанной, потому мне не совсем известны некоторые тонкости этого мира. Может, для остальных это очевидно, но прошу, развей мои сомнения. Как давно с тобой это имя? - Столько, сколько живет человечество. Так, ты была человеком? – казалось, словно женщина желала оставить тему своего прошлого. « - Это же феноменально. О, Шепфа, я столько хочу узнать о ней, это же… Это же легендарная женщина. Первая женщина! С чего бы начать?», - энтузиазм и дружелюбное любопытство в лазури ярко заплескалось, Ева облегченно улыбнулась. А вот Дьявол не разделял её радости. Он стоял за спиной демона, сложенные руки на груди перебирали воображаемые клавиши. Мертвец почти ощущал новое тело, осталось совсем немного. Однако, его ожидания могут сорваться, если не предупредить вовремя. Мужчина обошел девицу сбоку, вылавливая взгляд. Стоило похвалить спутницу за молчание, урок в обители ятов дал самый спелый урожай, раз она не проболталась и при допросе догадалась соприкоснуться с пером. « - Даже вопрос мне повторила, будто я не слышал, - он хмыкнул, не отрывая взгляд от Виктории. – Вот бы поговорить наедине, - внимание к себе обратила Ева. Благородное лицо пробрало едва заметное презрение. Попав в руки первой женщины, он не показывался, потому подозрения вызвала лишь карта. – Не поступи я так, она бы сожгла перо, а потом и Уокер», - но этого не произошло, и, казалось, они поладили. Вики расслабилась, получив перо, и по-человечески любопытствует. Но он сам сможет перекрыть любую жажду к её расспросам, так что пора заканчивать их щебет и браться за дело. Лишь рука прднялась дать знак, как на поляну выбежал встревоженный ребёнок. - Мам, Каин опять испортил обед! – существо капризно указывало пальцами на дом. « - И опять мне благоволит удача», - подумал мервтец. - Прошу, насладись садом, я скоро вернусь, - фантом сел на место Евы, лишь только та покинула ухоженную рощу. Вики улыбнулась женщине вслед, а после сладко потянулась и сунула перо в волосы, контрастируя безмятежностью со спутником. Не успела втянуть воздух, как тут же была резко прервана. - Лезь под водопад, там поговорим. « - Подозревает, что нас слушают? – от сорочки пришлось освободиться. Палец ноги окунулся в рябь воды. – Холодно. Неужели диалог будет настолько серьезным, что мне обязательно туда лезть?». Виктория с разбега окунулась в воду и, игнорируя протесты тела, принялась грести к водопаду. Холод пробирал до костей, но, разгребая гладь руками, она глянула на левое предплечье. При восхождении она никак не помогала себе магией, слишком длительное использование в её положении, потому, как это бывает при воздержании от чего либо, в конечном счёте трата будет. Если настрадалась - заслужила. « - От одного раза ничего не станется», - немного концентрации и тело повиновалось простой магической манипуляции, адаптируясь к температуре. В кармане за шумящими потоками воды, кое-как опираясь о камень на дне, балансировала на поверхности. Дьявол подошел ближе, чтобы быть услышанным. Так как дух намокнуть не мог, вода будто разрезала образ. Глядя почти в притык, она заметила его особенную настороженность, улыбка медленно сползла. - Уокер, мы в шаге от получения моего тела. Обитель Евы именно то место, куда мы шли, - быть может разность температур, голод или внезапное спасение пьянило голову, но её всё подталкивало острить и шутить, особенно это «мы». Она тряхнула головой, стараясь сосредоточиться. - Почему ты раньше не сказал? - Я должен быть уверен, что ты последуешь каждому моему указанию на ритуале. Всю дорогу сюда я был в сомнениях на счет твоей решимости. Первой реакцией были скептично поджатые губы и такой же взгляд. Она точно не считала себя глупой и одного урока ей хватило. Неужели он потребует абсолютного контроля? Даже если так, речь идет о спасении её жизни, трудно забыть, когда ожог растет. Так что о неподчинении не может быть и речи, он должен это понимать. Самаэль выдержал паузу, но, вопреки ожиданиям, девица всё так же молчала. Прогресс. - Я хочу услышать от тебя, что ты проведешь ритуал при любых обстоятельствах, слушаясь моих указаний незамедлительно, - наклонился ещё ближе, чтобы под давлением зрительного контакта посмотреть, сколько сомнений плещется за скорлупой спокойной уверенности. Та определенно напряглась, учуяв новые испытания, но выбора отступить не было. Ответу предшествовал тяжелый грудной вздох. - Знаешь, недоверие к тебе это само собой разумеющееся. Ну, ты же Дьявол, и так далее, - брови вздёрнулись, словно речь шла о наглом злословии. – К тому веду, что одно дело – ты, но не доверять мне причин явных нет. Я просто хочу выжить. Этого должно хватить на любые сомнения, - из воды вынырнуло левое предплечье. - Безысходность твоего положения, конечно, весомый залог перерождению. Но это излишнее добродушие портит планы по мере исполнения. Сейчас, в окружении человеческой матери с детьми, верятно проникнуться неуместной симпатией, - на упоминании людей она закатила глаза. - Уокер, этот диалог несет вполне очевидную мысль - лиши меня потребности прорабатывать план «Б», - далее несколько смягчил тон, – Хотя бы пока делаешь мне тело. Погодя пару мгновений обмена взглядами в немой перепалке, она понимающе кивнула. Раз ему хочется признания, ей ничего не стоит сказать. - Торжественно обещаю, что буду слушаться каждого указания, - она театрально положила руку на сердце. Сатана беззвучно хмыкнул. Ему было свойственно куда больше дорожить ценностью слов, действительно опытным лжецам свойственно их часто взвешивать. Но Вики, она так юна, ещё научится ними не разбрасываться, стоит снизойти до пустых звуков. В любом случае, эта условность была важна. Можно приступать к вводной части. - Эти… дети. Ева клепает их по примеру первого ребенка Каина, потому красотой они не блещут. Она, конечно, так не думает. Впрочем, куда интересней её способ это делать. Одна из немногих, кто может создавать тела, - прервал мысль, словно под колесо складной идеи поставили палки мрачных воспоминаний. Он постучал пальцами по подбородку, размышляя. – Однако меня она по некоторым причинам ненавидит… - Вики, хорошо знакомая историей о грехопадении, игриво улыбнулась. Из-под полуприкрытых век духа блеснула сталь, рекомендуя воздержаться от комментариев. - Пардон. - Она точно не станет возрождать меня своими руками. Но ты вполне сможешь. У неё есть перчатки, способные делать из глины плоть. Глину нужно будет замесить вместе с мертвой и живой водой. После поместишь туда перо. Далее я справлюсь сам. - Ма-аленькое уточнение, - дьяволица показала пальцами жест, словно хотела взять щепотку соли. – От меня требуется втереться в доверие, так? И сколько дней мне придется порхать вокруг Евы? - Чтобы порхать, нужны крылья. От тебя требуется лишь разговорить её, - она сей раз оценила юмор недовольной гримасой. - Импровизация, я поняла, - воцарилась пауза в шуме воды. Виктория глядела сквозь него притупленным взглядом, пока пыталась сообразить приблизительный план действий. Мертвец незаинтересованно наблюдал, пока сознание изводили последние часы ожидания. От мысли о плотских удовольствиях, запахах, множестве вкусов, чувстве боли он бесконтрольно закатил глаза за прикрытыми веками. Годы в Долине подводили к безумию, вместе с мыслями уйти вдоль рва к усопшим врагам. Но его упорство вот-вот вознаградится. Рука легла на ключицу, впиваясь в кожу за просветами порванной рубашки. Ещё немного, совсем скоро. - Ты в порядке? – он разлепил веки, глядя на томимую любопытством Викторию, вопрос которой звучал без приторности заботы, скорее вступление перед кучей расспросов. Что же, лучше его допытывает, нежели Еву. - Спрашивай, что хотела. - Дети кроме Каина кажутся вполне осознанными. Как в них душа попадает? Или она дает им душу? - Ах, это. Её тщеславная праведность после падения умалчивает воровство чужих детей. Есть поток, что отправляет души на Землю. Реинкарнация, или нет, сути не меняет – она заберет любую, провоцируя у земных матерей выкидыши, - дух улыбался, словно ликовал победе в споре, или же Вики только показалось? – Ева не считает это чем-то грешным, ведь уверена, что даст им лучшую жизнь. Однако, у источника часто ошиваются паразиты крупней, чем человеческая женщина, потому коллекция уродцев небольшая. - Хорошо. Хотя хорошего мало. И на счет создания тела... - Виктория, ты где? – голос Евы, приглушенный шумом водопада, заставил поторопиться. Прежде чем оставить спутницу в компании первой женщины, Самаэль обратился то ли с просьбой, то ли с наставлением. - И, Уокер, не верь всему, что она говорит.