Некромантия, Дьявол и немного удачи

Глядя в чужую спину, нельзя было не радоваться. Вновь в джунглях приходилось всё так же прочищать себе путь, и на сей раз, когда Дьявол обрел тело, то активно ним пользовался. И уставал меньше, потому сменять его требовалось реже, словно такие желанные физические нагрузки были ему в сласть. Однако, когда в пути оставалось лишь смиренно семенить следом, скука стала вопросом времени, при чём непродолжительного, хватило трёх дней. В раже монотонного шумного процесса Самаэль не был разговорчив, потому отныне Вики словно скучающий безмолвный призрак, однако со сравнительно большей пользой. В воздухе стала заметна сухость, что казалась ещё странней в атмосфере джунглей. - Сдается, грядёт гроза, - это была одна из немногих реплик, на которые Самаэль всё же среагировал. Остановился, воткнул меч в землю одним плавным движением, а после подпер бока расслабленными кистями. Голова  с полуулыбкой приятной усталости чуть опрокинулась назад. - Да, воздух и впрямь сухой, - на тяжелом выдохе ответил он, а после повернулся к Виктории, которая уже протягивала флягу с водой. Она же и заметила темное пятно впереди - папоротники, что его скрывали, пришлось раздвинуть руками. Каменный склон, высотой в три метра и навскидку градусов девяносто, может сто. Вернулась она нахмуренная. - Там склон. Кто-то должен подсадить второго. - Очевидно же, что ты. - Это почему? - Уверенна, что сможешь меня подтянуть? – словно сама не зная, оглядела сложенные на груди руки - мускулы не походили на богатырские. - Я хотела кинуть монетку, - ответом стала молча всученная фляга. Уокер тяжело пыхтела, подымая чужую ногу выше, пока Сатана старался поскорей задеть рукой край склона. Когда это, наконец, удалось, она шумно выдохнула и, опираясь о каменную стену, глядела вверх. Секунда сменяла другую, но руки сверху так и не появилось, вместо этого он предпочёл самозабвенно сбивать грязь с рукавов и штанин. - Я не мешаю? - Не глупи. Ты не можешь мешать, ты внизу. - Именно. Может, подашь руку? – реплика была проигнорирована. « - Потешается», - хмыкнув, резюмировала она. Уже попривыкнув к таким безвинным выходкам, со снисходительным терпением она потакала, развлекая его возмущениями, особенно если требовалось скоротать время,. Когда становилось ясно, что Уокер лишь поддается, ему быстро надоедало. Вот и сейчас, остается лишь подождать. - Уокер, может сама попытаешься? Я что-то утомился, - Дьявол, глядя вдаль, беззаботно потирал затылок. За темнотой закрытых век пришло напоминание не показывать раздражение, ибо сдается, что ему только нравилось наблюдать буйство нрава. Точно зная, что делать, она, молебно сложив руки на груди лодочкой, театрально воззвала. - Нет, пожалуйста, я не обойдусь без твоей помощи, - как и ожидалось, он быстро потерял интерес и со скучающим вздохом уже опускался протянуть руку. Вопреки ожиданиям, на склон бессмертную подтянули без "нечаянных" падений. Земля постепенно подымалась вверх, сухой воздух резал слизистую носа, жара пробирала до седьмого пота. Прочищать путь становилось сложней, но зрели проблемы помасштабней. Закат прикрывал солнце за шалью слоистых облаков, в отличие от обычных кучевых. Самаэль не придал бы этому значения, если бы не воздух, потому остановился настолько резко, что по инерции в спину уткнулась голова. - Что-то случилось? – спросила Вики и, когда по телу прошёлся оценочный взгляд с головы до ног, брови самопроизвольно нахмурились. - Ты бывала в деревнях? - В детстве приходилось. - Полагаю, и на деревья подыматься приходилось. Будь так любезна, освежи память и осмотри закат, - два пальца аккуратно поддели карту из её кармана. Бумажка тут же увлекла Самаэля, заканчивая разговор. Конечно, в этой просьбе и доли от просьбы не было. Однако, взбираясь по одному из деревьев с помощью веревки, её голову занимала мысль: в зависимости от настроения подобные указания он говорил, как сейчас, в не принуждающем тоне, будто не приказ вовсе. Гипотетически, можно было поторговаться. Но были тона, которые этого не предполагали. В пути Уокер развлекалась тем, что подмечала, складировала и расставляла в голове по полочкам детали Дьявола и Дьявола в деталях. Помимо наблюдательного интереса, был интерес адаптации, чем быстрей удавалось усваивать некоторые мелочи и подстраиваться под них, тем благосклонней становился спутник к её любопытству. И на многие вопросы у него были ответы. - Я наверху! – окрик не выдал ту панику, с которой конечности крепко цепляясь в высокое, но шаткое дерево. - Что ты видишь? - Солнце, как в тумане. Там рассеянные тучи по всему горизонту и идут ввысь. На юго-западе тучи плотней. Почти синие, - она облизнула палец и вытянула по ветру. – Ветер тоже юго-западный. - Спускайся, - а после тише пробормотал сам себе. – Найти бы убежище. По карте каменистость через пол часа ходьбы. Так же нужно успеть набрать хворост. - Ты о чем? – проехавшаяся по дугообразной кроне дерева, Уокер приземлилась на согнутых ногах. - Нас может настигнуть гроза, - сухо заметил он, а после обратился в неизменно спокойном тоне. – Ты успела собрать фрукты? - Немного. Ещё пару жевательных листьев нашла, - особенно сочные растения, что набирают в себя влагу. - Хоть и кисло, но от жажды не помрём. - Тогда продолжим путь. Собирай всё сухое, что я буду рубить. Где-то здесь должна быть пещера, там переночуем. Бессмертная кивнула и беззаботно принялась за сказанное. Порой очень удобно не принимать участия в решениях.

***

К звучному, почти звенящему шелесту от сильных порывов ветра добавился гул. Вероятно, это отражалось от камней, а значит, что путники на верном пути. Зелень растительной чащи постепенно обретала синевато-темную контрастность, скопления кустарников по боку создавали приятную темноту, но таковой она казалась только бесстрастному наблюдателю. Виктория могла бы занять его роль, не будь так опасно оставаться в джунглях ночью. Золото небес затмевалось грядущей синевой, воздух не терял сухости, но становился прохладней. Вики крепко прижимала к себе хворост, окутанный её плащом. Если хлынет дождь, нельзя дать ему промокнуть. На реденькой тропинке Самаэль прибавил шагу и, поспешая за ним, она гадала, на сколько ещё таких марш-бросков хватит двигателя новообретённой жизни, прежде чем ему приестся? Разве такие однотонные упражнение уже третий день пути в нескончаемом лесу так мало его утомляли? Хотя новая плоть только слилась с духом, может он так упорствует не из-за того, что соскучился по напряжению в теле, а потому, что тяжелые нагрузки помогут в дальнейшем уберечь тело от разрушения, когда вернуться дьявольские силы? Уокер предпочла остановится на последнем и, в сущности, была права. Худшие ожидания охладили затылок – на шею упала толстая капля. Ей последовала вторая, а после третья. Листва вокруг зашумела о дожде, в нос ударил запах влаги и прибитой к земле надоедливой пыльцы. Вики крепче прижала к себе хворост и постаралась не отставать. Почти бежала, но порой сбавляла темп лишь для того, чтобы тряхнуть головой и среди влажной мути в глазах найти мужской силуэт. Капли назойливо затекали под рубашку, штаны, мочили волосы. Чем дольше это длилось, тем податливей ноги по мере бега вязли в танущей земле. Вики тяжело дышала, тело дрожало от холода и даже мысль о заклинании не посетила её, всё внимание сузилось до цели сохранить сухость хвороста. Она утратила спутника из виду и, теряя равновесие в вязкой грязи, запоздало грянуло осознание, что она падает, но тут же была схвачена за локоть. Шум стал не таким оглушающим под каменной крышей пещеры. Виктория тяжело дышала, замерев от холода и потупившись взглядом в пол. Тепло пальцев было так внезапно, что тут же сместило фокус на них, а потом по предплечью к лицу их обладателя. Самаэль настойчиво пытался забрать плащ с хворостом из оцепеневших рук. Был бодр и промок не всюду, спина была защищена собственным плащом, но проворные капли успели пробраться к лицу, груди и бёдрам до коленей. - А, да, точно, - растерянно пробормотала она и отпустила плащ. Сатана удалился вглубь пещеры с хворостом. Потребовалось силком вытаскивать себя из околелой влажной лени, в которую впадает тело в холоде. Опомнившись, она принялась стягивать с себя рубашку, ткань едва поддавалась и мерзко липла к коже в мурашках. Волосы, давно лишённые статуса причёски, пришлось выжать, как тряпку, обнаружив там, по ощущениям, пол литра влаги. В одежде было не меньше, но исподнее в качестве топа и шорт пришлось оставить. - Фух, надо же, - опираясь о стену, стянула мокрые ботинки. – К-как холодно, - она оглядела левую руку и удрученно нахмурилась. Тонкие нити ожога росли выше локтя, а само его начало, что пустило свои корни ещё в Долине, покрывалось темным струпом. – П-пока что не так отвратительно, но время обещает п-припугнуть, - задумчиво вращая конечностью, с поджатыми губами Вики решительно отбросила желание использовать магию. - Потерплю.   Точно неизвестно, сколько ещё она выжимала одежду и шепотом сыпала проклятия на всё, на чём свет стоит, но локоть вновь тронуло тепло. - Иди за мной, - тепло мимолётное, лишь чтобы привлечь внимание, но кожа отозвалась почти болезненно. - Ох. Неплохо, - вылетело с присвистом, когда пройдя в глубь пещеры, взгляд прошёлся по привалу: на каменных выступах висела веревка, а на ней уже сушилась рубашка. Костер пока лишь разгорался, но надёжная конструкция не даст ему потухнуть. Подле него массивный продолговатый камень, укрытый плащом сухой частью наружу. Рядом сложена еда и вода. Место выбрано удачно, S-образная в пещеру позволял видеть за изгибом джунгли, но этот же карман и скапливал тепло, не давая ему рассеиваться. – Быстро ты. Самаэль умостился подле костра и всей своей позой показывал наслаждение усталостью. Труд вокруг привала согнал холод, жар огня нежно расслаблял, мышцы гудели. Благородное лицо посетила благоговейная скупая улыбка и он с удовольствием принялся за мало разнообразный, но всё равно вкусный ужин - лепёшка, пара фруктов и сушеное мясо, взятое из дома Евы. Вики, развесив одежду, так же села рядом. Босые ноги неуклюже поджаты, руки наскоро сплели косу, а после тут же обхватили тело. С волос продолжала медленно струиться влага, раздражающе охлаждая бедро. Полные губы обрели почти фиолетовый цвет, цианотичная сетка суженых сосудов окрасила личико в неприглядную серость, отражая мрачное настроение. Она жадно поедала лепешку, даже не задумываясь, что таким темпом отстрачивает насыщение. - К утру закончится. - М? – дрожащая Виктория рефлекторно переспросила, но последующий ответ всё так же остался в белом шуме. - Дождь должен… - мысль оборвалась, когда встретила затуманенный взгляд. Самаэль увеселенно хмыкнул, отставил ужин и скрылся в глуби пещеры. Вики не заметила, как он удалился, но, постепенно оттаивая, обратила внимание на возращение. Мужчина тонким слоем срезал жевательный лист, пару секунд подержал над огнем, вернул и повторил ещё раз. После в получившийся эластичный пергамент было что-то насыпано, свёрнуто в трубочку и скреплено быстрым движением языка. Мокнув свою сигарету в костер, он прикурил от неё другую и протянул девице. - Благодарю, - она заметно просияла, тепло улыбнувшись самокрутке. Жажда курить не давала о себе знать до этой самой поры, но, как найденная на чердаке старая вещь только по обнаружению становится нужна, так и желание показалось лишь при возможности его сатисфакции. Вики в удовольствии прикрыла глаза, медленно затянувшись. В «начинке» ощущалась влага, без фильтра на корне языка оседала горечь и терпкость, но всё это меркло на фоне долгожданного удовольствия. Дьяволица сладко выдохнула, а после, опирая вскружившуюся голову на руку, запустила пальцы в мокрые волосы. – Наконец-то, как же приятно. - Вынужден согласиться, - Самаэль так же локтями упирался о колени, пока в губах, подрагивая, тлела самокрутка. Полуобнаженное тело не выражало беспокойств, благородное лицо расслабленно улыбалось, глаза прикрылись в наслаждении. После парочки затяжек взгляды встретились. – Погляжу, тебе стало лучше. - Спрашиваешь, - хмыкнув, затянулась покрепче, от чего в горле неприятно защекотало. – Ох, давно же я не курила, - мужчина лишь усмехнулся. На протяжении минут пяти слышно было только шум дождя, треск костра и циклы дыхания, густого от дыма. Головокружение переходило теплой волной по телу, в груди стучало сердце, радость разливалась в желудке. Когда пальцы уже припекало из жадности выкурить побольше, пришёл на ум давно положенный вопрос: - А что это? - «Зелёная подушка», или «подружка», кому как угодно. Что-то вроде каннабиноида, мох с веселыми семенами. Как я ни пытался вырастить в аду, растёт только во влажных пещерах джунглей, - он сделал последнюю затяжку, кинул окурок в костёр и вновь перевёл взгляд на Вики, благодарную за такую нужную разрядку. Дурман не был для неё запретом, так что какая разница что это за семена, если и ему, и ей хорошо. Расслабленные бессмертные глядели на пламя, что постепенно отогреваясь от костра, наращивающего буйство. Вики не сразу поняла, что блуждая в мыслях, разрезала рот в улыбке. Самаэль, пусть чего только не пробовал, сейчас наслаждался простыми семенами больше, чем любым другим наркотиком. Новое тело чутко реагировало на прелести первых девственно-нежных затяжек, которые не повторятся никогда, особенно с грядущим возвращением дьявольский сил. В прежнем же теле такого эффекта было почти не добиться. - Ни разу не курила мох. - И я бы не догадался. Однажды меня этому научил старый приятель... - он внезапно остановился. После недолгой паузы в помутившимся взгляде блеснуло веселье. – Ха, хороши семена, раз я и имени не помню. Ощущение времени плыло, потому трудно было сказать, сколько ещё они просидели так в безмолвье. Полуобнаженные путники не чувствовали дискомфорта, как и стеснения. Она уже видела в мастерской всё, что только могла, а его которую тысячу лет к ряду было бы очень трудно удивить женским телом. Даже в приятной расслабленности, не обременённой глубокими мыслями, жажда досуга быстро её настигла. С радушной улыбкой, явно предшествующей какой-то затее, Вики поджала колено к груди и, умостив туда голову, начала рассматривать один из немногих источников развлечений в походе: Сатана, в трансе собственных размышлений, опирался о стену, укрытую сухим мхом в толстый слой. Ответный взгляд немного задержался, заканчивая мысль в костре, и лениво скользил по девичьему телу, будто что-то читал. Порой останавливался на проклятой руке, под полуприкрытыми веками проскакивали туманные мысли, перебирающие вариации будущего. Искорка неизвестного замысла пробегала в радужке и сразу же пряталась. - Неужели, у меня всё-таки выросли рога? – от внезапного вопроса Уокер удивленно приподняла брови. - Нет, а что? - Ищу причину тому, что ты так бесстыдно уставилась, - он всё же перестал рассматривать чужую руку и поднял тяжёлый взгляд к улыбчивому личику. Вики беззаботно пожала плечами. - Работу свою оцениваю. - Занимательно. И что ты видишь? – определённо заинтересованная диалогом, она повернулась в сторону собеседника и поджала ноги в позе йога. Усталость и семена снимают речевые фильтры до такого состояния, что думающий дважды не подумает и единожды. Остальное зависят от употребляющего. Вики, к примеру, расслабилась и с легкостью отдалась диалогу, быть может, впервые без постоянного поиска скрытых мотивов в чужих очах. - Мне нравится, как всё получилось. Пропорции соблюдены, хорошая конституция тела, знаешь, приятная глазу. Когда ничего не выбивается из гармонии, редко такое наблюдаю, - повествование вязким расслабленным тоном сопутствовало взгляду, который медленно подымался выше. – Крепкие руки, красивый плечевой пояс, ну и лицо… - подперев голову, улыбчиво бормотала Виктория, а предмет её речи подавил скупую усмешку. Она, видимо, не вдавалась в суть того, что делала. Заинтригованный внезапной неосознанной искренностью, он молчал. – Да, лицо получилось хорошо. Скулы, нос ровный. Ну и губы, конечно, я ещё тогда подумала, какая сдержанная гармония получилась. Лукавая улыбка на хвалёных губах ждала повода раскрыться, и он настал: Уокер внезапно нахмурилась и потупилась взглядом. Сдается, лишь сейчас поняла, чем занимается. За изогнутыми в отвращающем стыде губами показался прикушенный язык и она отвела взгляд. Красноречивое молчание только подчеркивало неловкость. - Я о том, что золотые у меня руки. Слепила всё на отлично, - осторожное подглядывание исподлобья, проверить, удался ли манёвр. Красные очи в лукавом прищуре смотрели пронзительно, пусть и не намеренно, всего лишь нажитая особенность. Пробрало странное ощущение, словно подловленная на такой нелепости, она стала ему гораздо «прозрачней». – Вот о чем говорила, всё же в творческих начинаниях я очень талантлива. - О, да. Золотые руки, и впрямь. Ты сохранила всю прелесть оригинала, - сдавшись, она всё же не выдержала и, потирая ладонью веки, тихо рассмеялась. Диалог выдался неловким, но, стоило лишь это признать, становилось гораздо легче и свободней. Руки спустились к затылку, нежно массируя. Всё тело казалось мягким и приятно нечувствительным. До следующей реплики внимание отвлекала приятная боль в разминаемой трапециевидной мышце. - Так, как мне тебя называть? По имени или как? - У меня имен хватает, выбирай, - он лениво развел руками, а после вновь вернул на бёдра, направляя ладони к теплу костра. - Раз попалась такая возможность, буду использовать каждое. Все хотелось поболтать и по правде, он не отказывался от такой затеи, но было любопытно, какие темы предложит Виктория. Новая реплика объявилась почти без задержек. - Тебе совсем не было жалко Еву? – из тонких губ прошелестел воздух на скептичном вздохе, словно сказал: «Значит, ты всё же хочешь это обсудить». Игра в гляделки возобновилась. - Жалко… - протянул Самаэль, словно пробовал давно не произносимое слово. – Сама-то как думаешь? - Я думаю, что раз ты виляешь от ответа, тебе определённо не хочется что-то признавать, - на такое откровенное заявление она получила искренний смех и беззлобно нахмурилась. – Что здесь смешного? - Потешно, как ты в каждом моем движении ищешь второе дно, даже в таком состоянии. - Если я не права, тогда почему ты поменял вектор диалога? - Перемен не было. Я спросил, что ты думаешь, а ты принялась искать подвох. Не так ли? – Вики всё ещё хмурилась, но не стала парировать. Молчание так же являлось ответом, потому он продолжил в привычном, почти убаюкивающем тоне. – «Жалко» состояние субъективное. Что по-твоему означает «жалко»? - Это когда тебе грустно, но с подоплёкой вины. - Раз так, то тогда мне не было «жалко», - одна рука слабо жестикулировала пальцами, даже не подымаясь в воздух, словно перебирал клавиши, и эта беззвучна прелюдия была весьма гармоничным аккомпанементом. – Ты ведь понимаешь, случай с Евой – воля обстоятельств? - Понимаю, но почему ты выбрал именно такой способ? - Это был самый милостивый способ. - Ха, он таковым не кажется, - вновь тихий смех. Всё же, опиаты возымели очень благоприятное влияние на его веселье. Дьявол плавно подался ближе полуразворотом корпуса - от мягкого мха полностью отрываться не хотелось, - всё для того, чтобы проследить каждое мимическое изменение. - Тогда вот тебе сравнение, - чуть склонив голову, продолжил более вкрадчиво. – Представь, что Ева не усыпила их за пару минут. Вообрази, сколь жестоко и трудоёмко выстроить их в шеренгу и убивать поодиночке. Занятие затянутое, их ведь не двое, и не трое, уродцев с три десятка. - Уродцы? Ну знаешь… - на пухлые губы раздражённо-быстрым движением лег палец, призывая молчать. - Или же другой исход: они бы кинулись на нас, узнай, что происходит, и отчаянно защищая мать. Это глиняные големы с детским сознанием, пришлось бы повозиться, может, использовать магию. И весь процесс Ева бы вопила, глядя на детоубийство, которому помешать не в состоянии. А после, когда все её творения будут мертвы, мы бы убили её. И там, и там исход один, но процесс длинный и болезненный. Так, что думаешь, я был жесток? – отнимая палец от губ, он замолчал и вновь умостился всей спиной на мох в ожидании ответа. Уокер задумчиво облизнулась, поджала губы и уткнулась взглядом в потолок, будто всерьез задалась полученным вопросом. Он не был удивлен, но точно не ожидал беззаботного смешка и ладоней вверх в жесте «сдаюсь». - Ну если так посмотреть, ты прав, признаю. - Впредь, держись такого мнения, - он расслаблено вздохнул и медленно потянул уставшие мышцы нового тела, пока его образ вновь раскладывался по категориям и полочкам в чужом сознании, пусть и помутнённом. « - Всё-таки есть в нем некоторое обаяние, свойственное успешным политикам. Когда ещё будучи смертной, я общалась с мэром города, были схожие ощущения, но абсолютно несравнимые, это «небо и земля» во всех смыслах», - гляделки вновь были проиграны. Порой в красной радужке проскакивал странный блеск, и казалось, будто ему и без магии ясно, о чем она думает. Глупость, но Виктория повиновалась этому неосознанно. Дьявол направился к выходу из пещеры. Оставшись в одиночестве, она позволила себе размышлять куда более свободно без иррациональной опаски обнажить ход мыслей, даже не открывая рот. « - Не хотелось бы признавать, но, быть может, я могу приблизительно представить, как Самаэль добился такого фанатичного расположения от своего народа. Слушать его приятно, это факт, что толку отрицать? – короткий вздох, обращенный к костру. - Всё же, есть у политиков схожая черта - они хорошо говорят. Ха, так странно осознавать, что я общаюсь с тем, от кого и пошло политическое красноречие, - девица медленно встала и с нежеланием, но и чувством долга, принялась малым слоем заменять холодный каменный пол на песок. Предплечье неприятно гудело, как гудят перенапряженные мышцы. - И всё же в какой-то мере мне повезло, - угли зарывались в песок по площади двуспального места. – У меня появился прекрасный шанс и пример. Может, сумею перенять что-то полезное». Тихие шаги остановились совсем рядом. Дьявол, лишь только потух огонь, укрывался плащом, под которым так же мостилась Виктория. Она, стоит признать, без слов выполнила то, что и должна была. Хорошо, что не пришлось ей об этом говорить, понимание негласных обязанностях её красило. Сквозь дрёму добралось робкое соприкосновение спиной в немой просьбе погреться. Он не придал этому большое значение, куда больше мысли занимал ливень, который едва ли устоится до завтра, но гадать нет толку, остается лишь ждать следующего дня.

***

Зуд в руке побеспокоил первым, ему последовал холод. Вики обнаружила себя почти завернутой в плаще, словно в кокон. И всё же, грел он скверно. От костра осталась только сажа, на веревке висели лишь её вещи, из выхода пещеры разливался серый свет и звук ливня. - Дождь ещё идет? – сонно прохрипела она и потянулась за флягой прочистить горло. Звуки перекатывающихся под ботинками камней из глуби пещеры заставили обернуться. - Две скверные новости, - поперёк собственным словам, Дьявол нёс в руках уже знакомые семена с довольным прищуром. Намекая взглядом на кокон из плаща, изрёк. - Ты пинаешься во сне. И ещё одна - ливень не останавливается. Полагаю, мы попали в сезон дождей. Вики что-то промычала, силясь выбраться - удалось, хоть всё же с трудом - и первым делом потянулась к одежде. Натягивая местами ещё влажную ткань, спросила: - Придется подождать ещё день? – Самаэль ответил, не отнимая взгляда от увлекательного занятия. Очередная сигарета набита семенами. - Больше. Дожди могут идти неделями, а после земля сохнет днями. В лучшем случае ждать десять дней, - она замерла, едва натянув штаны. В удивленных глазах более не осталось сонливости, они тут же осмотрели предплечье: ожог плотно опоясывал локоть и за ночь успел пустить черные корни выше, благо лишь тонкими нитями. В омерзении она спрятала неприглядный вид в рукаве рубашки, после чего подбоченилась. От мрачной задумчивости её отвлек Сатана. Он закинул ногу на колено другой, оперся о моховую стену и отставил коробочку с самокрутками. - Фортуна нам улыбнулась. Семена в лучшем качестве, - хмыкнув чужой беззаботности, она прошлась к набедренным сумкам с запасами и принялась проверять еду и воду. - Еды хватить должно, тут дней на семь. - Четырнадцать, - поправил Самаэль, раскуривая новую сигарету. - Это если значительно сократить приемы пищи, - возражение было принято в неровное кольцо дыма, выпущенное ним в спокойном удовольствии, сравнимым штилю. Беспечальный взгляд проплыл от потолка к серьезно настроенной девице, по его мнению чересчур. - Нет, Вики, четырнадцать, - он дважды цокнул языком, и на этот причудливый зов из глуби пещеры выползало нечто вроде пса, окрасом схожее лисе, размером с медвежонка. В широкой пасти два ряда зубов, массивная шея, жилистое тело хищника. Зверёк подполз к Самаэлю, и чем ближе он подходил, тем ниже опускал голову и поджимая хвост. Тот же мало обратил внимание, увлеченный созиданием кругов дыма. - Ты его приручил? - Да. Если еды не хватит на семь дней, их станет четырнадцать, - тяжела рука небрежно огладила голову животного. После он всё же посмотрел на девицу и в красных глазах читалось ожидание. Дьявол гадал, услышит ли восклицания, но она промолчала, быстро примирившись с такой неприглядной, но вынужденной идеей. - Дерьмово, - не успела Вики закончить, как её рука была утянута к носу собаки. Пёс принюхался и счел, раз новообретённый хозяин признает Вики, то и он будет терпеть. – Как ты его приручил? - Старые методы воспитания, - немного возни и теперь уже оба наслаждались дымом. Зверь не разделил их удовольствия и скрылся в глубь пещеры, чихая. - Он там был ещё вчера? - Нет, забрел, скрываясь от дождя. Оно и к лучшему, других не пустит. - Дадим ему имя? – предложение прозвучало, как дело командное, но Дьявол и не думал приобщаться. - Даже не задумывайся над этим, - пальцы перетёрли окурок. Мужчина сложил руки на груди и возобновил гляделки. Вики задумчиво тупилась взглядом куда-то сквозь. Всё же он был прав, семена хорошие, раз она так быстро потеряла способность наскоро сообразить. - Потом есть трудней будет? – в ответ ленивый кивок.

***

День сменяли сумерки, но об этой перемене рапартовали только наручные часы, ведь серость облаков оставалась неизменной. Дождь с переменным тактом шумел по листьям и раскисшей земле. Завеса ливня в дуэте с близостью ночи лишь затемняла мрачные тона, что делало зелень джунглей пугающе прекрасной. Тепло от солнечных деньков почти растерялось, потому наблюдать за происходящим приходилось в плаще. Самаэль спиной прислонился к каменной арке выхода пещеры, пока внимательный взор плыл от дерева к дереву. Виктория пустилась в исследование лабиринтов их укрытия в компании пса. Защитой ей он точно не станет, но сигнализировать об опасности способен. Шумный вздох выпустил клубы пара. Пахло приятной влагой и каждым ароматом Дьявол наслаждался. В руке сложилась карта, из которой уже был подведен приблизительный маршрут. Поминая старые знакомства, что обещали вернуться, задумчивое лицо не отражало веселья или же переживаний, оставаясь непреклонно спокойным, как восковая маска. Думы плелись из одной в другую, пока естественным ходом не привели к конечной точке пути – ад, Цитадель. « - Народ обо мне не знает, Люцифер не допустит этого. Я тысячелетиями вывел культ поклонения, значит сторонников у сына много быть не может. Хуже всего, если он обратится за помощью к ангелам, в этом отношении у него меньше неприязни и гордости к облачным праведникам, - взгляд проплыл к небу, безутешному в своей слезливой скорби. В глуби пещеры раздался шум. Верно, вернулась Виктория. Поминая о спутнице, на тонких губах прояснилась усмешка. – Быть может, я преувеличил бедственность положения. Если кто из ангелов знает обо мне, то это уж точно Ребекка. Люциферу не за чем обращаться ко всей Цитадели небес, там уже есть мой такой страстный недруг. Ха, ей покоя не даст мысль, что после отказа дочурка подалась под моё крыло», - усмешка переросла в оскал. Позади близилась тихая, легкая поступь с нездоровой паузой меж шагами, из чего он изрек, что Вики ушибла ногу. Предположения подтвердились, когда она показалась рядом. Опираясь на правую, левая оставлена назад в будто незаконченном реверансе. Милое личико выражало доброжелательное приветствие. Воздух, набранный для реплики, застрял в груди. Лазурь глаз прикрыл настороженный, почти игривый прищур, а голова склонилась в бок. - Что-то ты в хорошем настроении. Есть положительные новости? « - Если так можно сказать, то ты одна из них. Всё же удача продолжает мне потворствовать», - оскал спрятался, взгляд прошелся от головы до ног, а после вернулся к глазам. Его развлекало то, как подобное вызывало в ней отчаянно скрываемое смущение - не в кокетливом стыде, отнюдь. - Ногу лучше растереть холодом, - эхом проговорил Дьявол, не выныривая из собственных мыслей. - Как ты… Ладно, не буду мешать, - не став утруждать себя догадками о причинах его задумчивости, ибо их сонмище перебирать длительно и утомительно, она махнула рукой и ушла обратно с заметной неудовлетворённостью. « - Опять хочет говорить, или - что будет точней – слушать, - мужчина запоздало кивнул её словам. – Хорошее для женщины качество, о котором она и не задумывается. Впрочем, едва ли Уокер станет распространяться о наших разговорах, и пока это меня не тяготит, пусть слушает». Желание курить, нужда, не нашедшая приевшегося до тошноты удовлетворения, позвала в глубь убежища, где с виду суровая псина поддавалась обаянию и подставляла живот для почесываний. - Какой красавец, да? Кто тут красивый мальчик? - ласково бормотала она без умысла приручить. Эпизодическая спонтанная любовь, которую свойственно безответственно расточать человеческому духу, находит выход в разных формах. Сейчас вот её жертвой стала голодная до внимания псина, и Уокер охотно скидывала скопившийся душевный груз. Впрочем, его тяжесть была Самаэлю неизвестна, он счел это приторным способом покорить себе волю пса.

***

Время перевалило за полночь. Костер не горел, потому пришлось сидеть в полумраке. Расслабленные лица путников порой освещали угольки сигарет в аккомпанемент шелесту попеременных вздохов. Тишина и покой, что для одного в сласть, для другого в тягость. Виктория ещё при ужине успела исчерпать скудные новости про исследование пещеры, потому сейчас помалкивала в поисках темы. Самаэль занимался тем, что успел натренировать в Долине до совершенства – безмятежно ждать. - Может, тут получится смастерить карты? – пробормотала она с хрипотцой. Кашель прочистил горло. - Нет, наверно. Точно нет. Да и ставить нечего. - От чего же? – вдруг включился в диалог со скептичным прищуром, во мраке заметным только из-за слабого сияния красной радужки. - Что я могу поставить? Глаз? – хмыкнув, вспомнила, что уже где-то это слышала. - Любопытная ставка, но мне он не за чем, - она неуютно поежилась, когда тяжелый взгляд вновь прошелся по ней. – Обещания гораздо интересней. - Пф, а если я их не выполню? - Я тебя убью, - Вики удивленно повернулась к собеседнику, а тот лишь пожал плечами, будто вещи говорил очевидные и вполне естественные. - Как-то это радикально, тебе так не кажется? - Это возврат ценности, - Уокер положением тела показала, что готова слушать. В предвкушении приятной беседы, быстрым движением языка смочила сухие губы и уселась в позу йога. - В плане? - Договор, хоть и устный, заключается на ставке равной. Я ставлю что-то, игрок тоже. И, так как не привык играть на мелочи, обещание беру равное. Представь весы, - Самаэль поставил руки так, словно показывал чаши. – Здесь моя ставка, она держит ценность и до, и после игры, как я держу слово, - левая рука опустилась ниже правой. – Здесь его ставка. До спора она имеет равную ценность, - правая рука опустилась на уровень левой. – Но после, когда договор не выполняется, обещания теряют цену, - правая рука приподнялась, в ней появился пепел, который девица разглядела с трудом. Вики заинтересованно подняла брови, не сразу смекнув, что это был окурок. – Однако, моя ставка в той же цене, - левая рука тяжело опустилась на колено. – Я лишь выравниваю весы и забираю положенное. Это справедливо. Демон лениво потягивала сигарету в тяжелой расслабленности. Может, она выкурила лишнее. - Хочешь сказать, что его обещание стоило жизни? - Или его жизнь потеряла в стоимости. - Тогда что ставишь ты, раз кто-то соглашается играть на жизнь? - Не я расцениваю ставки. Я даю предложение, играющий сам сводит бесценное к материальному, а после причитают о моей немилости. Однако, - Самаэль подчеркнул «но», подняв указательный палец. Вики несколько комично свела к нему взгляд, из-за чего закружилась голова, - это отсеивает глупых игроков. Мое время не потратит игрок без чести, ведь будет знать, что зря рискует шеей. - Полагаю, и тебе их то же не «жалко»? – положительный кивок. Тишина вновь осела на девичьи уши недоевшим грузом. В лукавом прищуре Вики вновь обратилась к спутнику. - Мне кажется, что эта пещера появилась искусственно. Завтра я снова её исследую. Не хочешь присоединиться? - Нет. - Разве тебе не скучно? - Мне есть о чём подумать, - Самаэль, топящий взгляд в темноте, особенно чутко услышал шелест воздуха сквозь полные губы. Верно, она улыбнулась. - И о чем же ты думаешь? - Уокер, неужели тебе так в тягость помолчать? – он показательно сложил руки на груди и закрыл глаза. - Думаю, это из-за мха. - Тогда увеличь дозу и поговори с галлюцинациями, - сонливость медленно оглаживала мужские плечи, постепенно увеличивая объятия. Совсем скоро Самаэль отправился спать, наслаждаясь сном на спине. Нет крыльев с неудобными рогами – нет дискомфорта. Скоро к нему присоединилась девица, и компанию он почувствовал очень отчетливо. Кошмары гнались за сознанием, от которых её ноги тщетно старались убежать, лягнув его пару раз.