Некромантия, Дьявол и немного удачи

Виктория не заметила, как час вытек в три. Язык сластили вино и яства, голову приятно дурманили благовония. Народ всё больше распалялся, огромная площадь перед столами заполонялась танцующими в хороводе. Барабаны в неслыханном доселе ритме будоражили рассудок, на губах проступала игривая улыбка. Музыка пленила и взывала выйти танцевать, но демона словно придавило к стулу. Внимание на себя забрали занятные диалоги Самаэля и Гербана. Они говорили уже без гнетущих недомолвок, порой бурно, интересно, и о вещах столь удивительных и любопытных, что Уокер не могла себе простить променять их на танцы. К тому же, как уйти, когда многие истории рассказывали, обращаясь к ей, как к стороннему и самому заинтересованному слушателю, выуживая из неё удивленные вздохи. - Так я оказался в той пещере. К слову, Вики, курить семена мха меня научили здесь, - сказал Самаэль и осушил сосуд. - Как вы вообще пришли к выводу, что мох можно курить? – едва заметная вязкость проскальзывала в голосе девицы. Король рассмеялся. - Ох, сам принцип курения я унаследовал от демонов. И, прежде чем пришёл к выводу, что семена тоже можно курить, выкурил множество всего, что меня чуть не убило, - на выдохе проговорил серфес и втянул благовония, что рассеивали вновь вышедшие танцовщицы. Последовав его примеру, наконец, стало понятно, почему запах ей знаком. Прошел ещё час. Температура в зале поднималась, но накатывающая жара казалась только в сласть. Демон вновь осушила сосуд с вином, счет которых терялся, голова приятно закружилась и она шумно откинулась на спинку мягкого стула. Самаэль закончил очередную тему, подытожив её сухим смехом, и закинул в рот пару ягод-жуков. Ассоциация привела взгляд красных глаз к Виктории и, завидев её млеющей, радужка окрасилась в лукавый отблеск. Он коротко глянул на Гербана, задумчиво покусывая язык. Король внимал паре рептилий, что ластились, натирая чем-то его грудь. Наконец, лишенный настойчивого внимания старого друга, мужчина придвинулся чуть ближе к спутнице, но был встречен невидящим взглядом, румяными щеками и улыбчивыми в пустоту устами. Яркая лазурь прикрывалась расслабленными хмелеющими веками. - Вики, - рука аккуратно прошлась по голому плечу. Самаэль несколько удивился, заметив, с какой чувствительностью кожа поддалась такому безвинному касанию. Демон словно очнулась ото сна и растерянно пробормотала. - М? Да? Что? – ей стоило некоторых усилий сконцентрировать взгляд на плутоватых красных угольках. - Осмотрись, праздник только начался, а ты предаешься сну, - она послушно оглядела задорную толпу. Все веселились и смеялись, король был обласкан парой девиц, да и не он один так развлекался, но в раже всеобщего ритмичного шума это виднелось естественным. Музыка воззвала вновь, струнные, барабаны и флейты откровенно заигрывали с толпой, кто-то даже заулюлюкал, услышав популярную мелодию. - Думаешь, стоит присоединиться? – видно, дремота сказалась положительно, раз Виктория так медленно сбрасывала её оковы. Она проморгалась и прочистила горло напитком. Голова ненадолго прояснилась, но нежное, задорное тепло вернулось с новой силой. – Ой-ёй, - силясь не поддаться этой неге снова, рука зарылась в волосы, бодряще копоша их на затылке. – Зря я старалась проснуться с помощью вина. Короткий смех рядом, походящий скорей на увеселенный вздох, привлек затуманенный взор к спутнику вечера. Тот звучно отставил бокал, словно подводил очередную запятую в повествовании этого вечера. - Да, думаю стоит, - он поднялся из-за стола, после чего подал руку. Виктория не сразу поняла, о чем этот жест и забавно хмурилась, глядя на ладонь. Погодя пару секунд личико озарило. - А, да, почему бы и нет? - и, словно в тумане, оказалась утянута в толпу. Самаэль с задором проскочил с ней внутрь хоровода, где так же развлекались некоторые серфесы с музыкантами. Разноцветная от юбок и украшений толпа кружила подле, ритм их шагов соответствовал барабанам, ложкам, флейтам. Где-то справа хором распевали заводную песенку компания молодых серфесов. Вики очнулась от оков пьяной дрёмы, когда её закружили по оси и руки инертно уткнулись в чужую грудь, а взгляд медленно поднялся к лицу: мужчина искренне развлекался происходящим, его так же дурманил музыкальный транс, магия благовоний. И хоть в море бессознательного празднества его сознание погрузить полностью способны только увеселения Преисподней, здесь тоже разум покрылся пеленой удовольствий. - А… - Потом. Сейчас молчи и развлекайся, - сказал он на ухо и утянул в очередной разворот. Она быстро вошла в темп незамысловатого танца и чуть прикрыла глаза, наслаждаясь бессмысленным, лишенным любой отчетливой техники ритмичным движением. Теплые руки то тут, то там направляли, как того хотелось спутнику, и Вики, поймав ритм, послушно поддавалась каждому движению. Кто знает, как бы она отреагировала, знай, что такая адаптивная чуткость к чужой воле была оценена его лукавой улыбкой. В прочем, какая разница, если сейчас Самаэлю нравится вести, а Вики быть ведомой. Кураж делал мысли вязкими, а тело, в крепких руках от постоянного движения покрыл блеск пота. Сладкие благовония силились показать рай бессознательного блаженства, когда движение продолжается свободно от разума. В таком темпе сменилась пара песен, слишком коротких для затуманенного сознания, что хотело бы вечно пребывать в упоительном трансе. Бессмертная чуть вынырнула из него, когда почувствовала приятную боль. Развернув её в объятия к себе спиной, Самаэль излишне крепко взялся за чужие плечи. Он не останавливался и плавно, для передышки раскачивал их двоих под барабанный зов, от которого в животе росло тепло и пускало корни по всему телу. Кудрявая взъерошенная голова откинулась на раскрашенное плечо и обратила тепло дыхания в шею. - Вики, - дьяволица хотела ответить с улыбкой, но замерла, завидев странную темноту в гипнотичных радужках. Он облизнул пересохшие губы и ненадолго прикрыл глаза. Виктория, в неясной даже для себя веселости, улыбнулась такому занятному поведению, тонкие пальчики прошлись по расписанной в кругах ключице, чем намеренно привлекли чужое внимание. Стало вдруг любопытно вновь увидеть этот странный отлив радужек. Быть может, так было всегда, а она только вблизи заметила? - Почему ты остановился? После недолгой паузы Сатана промолвил: - Ты снова уснула. Лазурь чуть прикрыл прищур. - Разве? - Да. Думаю, тебе нужно на воздух. - Но, я не чувствую себя сонн… - Уокер, иди, - в голосе промелькнула сталь. Мужчина несильно толкнул Викторию в плечи, направляя, не отпихивая. Сам же вернулся к королю и принялся утолять внезапную жажду к напиткам. Вики проследила за ним туманным взором, пожала плечами и шаткой походкой вышла на балкон одного из множества этажей пирамиды.

***

Опьянение сгонялось прохладой вечера, стоило выйти на тихую улицу пустынного города. Безлюдность неудивительна, ведь на праздник созвали даже детей - правда в другой зал, менее разнузданный. Она направилась в бездумное путешествие по красотам обители серфесов, наслаждаясь каждой деталью. В россыпи звёзд пролетали тёмные очертания бесшумных хищных птиц. Цикады, кузнечики, сверчки, привычная музыка ночи казалась не менее звонкой, чем праздные мотивы в пирамиде. Виктория бродила по одному из наружных этажей этого строения, поражаясь масштабам и чем выше дьяволица подымалась по бесконечным ступенькам пирамиды, тем больше взор мог объять. Прекрасный город, когда-то жадный до технологий и знаний, за это и наказанный. Но в старых, если не древних, строениях не ощущалось покинутости, рептилии очень бережно хранили и опекали плоды их золотых веков. В печальной преданности старой страсти к знаниям. Вики грустно хмыкнула. - Это могла бы быть великая цивилизация. Кощунство ли препятствовать развитию или Шепфа мотивировался чем-то большим, чем препятствие богохульникам? – как полагалось после опьянения, она входила в философскую фазу. Ещё при земной жизни упрямо вдавалась в размышления о великом, даже если собутыльник не слушает. Припомнив это, она улыбнулась. – А всё-таки… Взгляд медленно полз по неровностям строений причудливого города, пока не споткнулся о Дом восьми. Веки раскрылись шире, а губы омыл язык. - Может, наведаться туда? – вопрос риторический. Шум водопада подле здания казался мелочью в сравнении с пугающим звуком сфер, движение которых без малейшего крепления к Дому оставалось загадкой. Виктория, гонимая любопытством, путалась в плюще и прочих порослях камня на заброшенном мосту. Спешка дралась с чувством собственного достоинства, последнее проигрывало. Мрачный, тяжелый, грузный гул лопастей вздымал сильный холодный ветер. Но они образовывали коридор, пройдя через который её словно омыли чем-то. Поразительная ясность сознания вымела любой остаток алкоголя и добавила решимости. Уокер не останавливаясь отправилась вверх по лифту, хоть разум и продолжал переваривать загадку о такой странной способности лопастей. - Наверное, это магниты. Но магниты нужно заряжать, да и какая сила смогла бы выдержать такой вес сфер? – бормотала про себя демон, почти приблизившись к двери. Уже подле металлической арки остановилась и осмотрела его сферичное строение: высотой круглое здание было лишь с двухэтажный дом, довольно негусто, для графини. Вики одернула себя не равнять серфесов под человеческие мерки, хотя схожести в культуре наблюдались. Стук по металлической двери спровоцировал шум механизма. Она резко отняла руку, когда сверху выскочило подобие часовой кукушки. Металлическая птица рассмотрела гостью большими линзами, поворачивая голову, а после открыла клюв. Из робота донесся голос, искаженный динамиком. - Ты кто, дитя? - Виктория Уокер, - представившись, она задумалась, стоит ли говорить больше положенного, зная особенности культуры серфесов, но голос лишил её этих размышлений. - Зачем ты здесь? - Мне известно, что вы обладаете особенными знаниями, и я хотела поговорить на этот счет. Быть может, пока король радушно позволяет здесь гостевать, я могу рассчитывать на учебу... - Много говоришь, - после такого возмутительно прямолинейного заявления кукушка со щелчком вернулась в стену, послышался стук в улитке замка. Уокер ненадолго замерла, прежде чем войти. Лишь только дверь за спиной щелкнула, Вики припала к ней в приятном удивлении. Пространство внутри Дома разжималось и на деле он являл собой множество комнат, предметов интерьера и стен, устланных стеллажами. В пространстве плавали книги, светильники, где-то летела чашка. Металлические стены были усеяны дверьми, но подле них не было платформы для ног. Дверные арки, словно картинами в галерее, располагались на стене и нефункционально высоко. От всего Дома веяло сюрреализмом, какая-то абстрактность, словно тень, пробегала меж книжных полок, вздымалась этажами без лестниц, и зарывалась в люстру в потолке, что была окружена привинченными к нему креслом и диваном. Только захотелось сделать шаг, чтобы осмотреть каждый угол причудливого металлического строения, Уокер подхватила невесомость. Тело легко и неуклюже плыло внутри дома. Паника быстро ушла с вздохом восхищения. Взгляд жадно изучал пространство вокруг, а пальчики аккуратно касались пролетающих мимо предметов. Внезапное слабое, но настойчивое притяжение вправо понесло её к открытой двери в стене. Лишь только щелкнула улитка замка, нормальная гравитация с грохотом придавила к деревянному полу. Комната оказалась самым обычным кабинетом, немного походящим на лабораторию. Затёртые половицы, серый исхоженный ковер, стол в центре с центрифугой, пипетками, колбами, горелкой и прочей химической утварью. Безобразно свисающие чертежи на полках книг были столь хаотичными и непоследовательными, что поистине разобраться в них мог лишь автор. К слову о ней. Дверь в стене справа отворила серфес. На вид старушка, кожа дряблая и проедена подобием лишая, где не было видно чешуи. Она сутулилась, опиралась на богато украшенную трость и… Виктория старательно смотрела лишь в золотые очи, ведь из одежды только юбка, оставляя к демонстрации пожилое женское тело. « - Они выглядят такими грустными, - лицо вытянулось из-за страха быть замеченной за невольным подглядыванием. – Вики, какого хрена? Уважение имей, - взгляд задержался на лице женщины, но на мгновение вновь пробежалась по ней взглядом. – Нет, ну они прям печальные». - Дитя, мои глаза выше. « - Разительно выше», - не в силах остановиться хотелось даже врезать себе. - Извините, я случайно, - серфес снисходительно вздохнула, словно поучала ребенка, медленно прошлась к столу и села в кресло подле него. Двигаться, очевидно, приходилось через усилия. Старушка поставила трость рядом и, наконец, сфокусировала взгляд на гостье. Виктория неловко потопталась на месте. - Представлюсь лишь потому, что о том глаголет этикет. Я графиня Мезтли. Говори, с чем пожаловала, Виктория. Уокер указала на левую руку с заметной чернотой. В кураже праздника проклятие забылось и сейчас вспоминать об угрозе, всё равно, что просыпаться в день, после страшных событий - возвращение из спасительного сна в грузную реальность почти болезненно. - Я демон, моя магия разрушительного типа обращает всё в песок, но я так и не смогла в родных краях потренировать её мощь. Может так случиться, что в будущем моя жизнь будет зависеть от мастерства, с которым я могу управлять этой магией. Но сейчас учиться мне не у кого, - Уокер заходила из далека из-за пронзительного изможденного годами взгляда, требовавшего честности. В принципе умение ловить настроение интуитивным наитием помогало ещё детства избегать лишних выговоров. – Ваш народ имел прямую связь со стихией земли. Вы можете мне помочь? Графиня задумчиво прикрыла глаза и застыла так на мгновения, что перетекли в минуту, затем в две. Вики смущенно насупилась и подалась туловищем вперед. « - Она заснула? – брови удивленно приподнялись. – О, Шепфа, она не двигается. Эй, ты живая?». Грудная клетка словно не двигалась вовсе. Вики ощутила, как догадка начинает подкрепляться ситуацией и кинулась по комнате в поисках зеркала, но нашла лишь неиспользованную чашку Петри. « - Сгодится, - стекло осторожно придвинулось к ноздрям серфеса. – Пожалуйста, скажи, что ты жива, я не хочу портить себе вечер». - Дитя, я медитирую, не мешай мне, - тихо пробормотала графиня. Вики удивленно отскочила и, пока Мезтли вновь ушла в транс, сконфуженно силилась занять себя чем-нибудь. « - Если бы не те отрезвляющие лопасти, я бы подумала, что это всё вино». Старушка подала голос так же внезапно, как уснула. - Я не смогу продемонстрировать ничего из знаний о стихийном деле, но могу помочь тебе самостоятельно исследовать собственные силы, заглянуть в себя посредством медитации. - Было бы отлично. Когда можем приступить? – дрожащая рука графини потянулась за тростью и постучала по полу восемь раз. Вики не могла увидеть, но почувствовала, как что-то меняется. Шум в комнате справа был схож звукам переезда. Двигалась мебель, звенело стекло, скулили петли. Когда всё стихло, старушка тяжело вздохнула и, опираясь о трость, побрела к двери. Ритуальный круг из соли и чего-то ещё, что запахом отдалённо напоминало перетёртый дягиль, ожидал Викторию. Мезтли села на единственный стул в комнате напротив круга. - И вы что же, не потребуете платы? - А тебе есть чем платить? – она не нашлась с ответом. - Нет. Почему вы согласились вообще? Без прелюдий и прочего? – графиня вновь вздохнула. - Виктория, демоны и серфесы долго водили дружбу, но никогда не были одинаковыми. В нашей культуре вполне естественно помочь, просто потому что можешь. Безвозмездно, - а ведь когда-то такие понятия были в её ещё человеческой жизни, но теперь казались бесконечно далёкими. – К тому же, ты гостья короля и хоть не знаешь нашей образной письменности, но на юбке у тебя вышито, как именно подобает чтить её хозяйку. Становись в круг, дитя. « - А ведь она старше короля, а король помнит Самаэля молодым. Сколько же ей? Хотя вряд ли это имеет значение, ведь Шепфа позже проклял их бессмертием, они просто остановились во времени. В любом случае она уж точно не получает удовольствия от существования, - размышляла Вики, пока ноги аккуратно ступали в круг. – Мне даже жаль её немного. Думаю, она просто ждет смерти, - демон тряхнула головой. – Ладно, не буду отвлекаться». Мезтли принялась что-то бормотать. Что-то заученное, не требовавшее книги. По началу Уокер осознавала мир вполне реально, но постепенно теряла разум в пелене. Холодной, влажной, темной. Она острая, неудобная, бугристая, как…

***

…Как пещера. Явственное ощущение неправильности происходящего засело в рёбрах. Вики обнаружила себя в пещере, из которой помогла выбраться Юта. Тут темно и что-то зудит под ухом. Предприняв попытку встать, не обнаружила ни сопротивления гравитации, ни дискомфорта, ни движение мышц тела. В накатывающей тревоге голова крутилась из стороны в сторону: пещера всё та же, но справа в стене зияла дыра. Проеденная, почти что выбитая, на краях отверстия гнило что-то черное. Вики подвела руки, чтобы потереть веки, но увидела, как неестественно прозрачно они выглядят на фоне чего-то. Виктория пригляделась в плотом мраке. « - Это же моё тело. Я вижу себя», - она подскочила и ужаснулась увиденному: её тело лежало на плаще, а на груди тяготило что-то черное, бесформенное и живое. Самаэль лежал подле, но его едва ли можно различить за пеленой плотной черноты. Виктория вздохнула и инстинктивно выбросила энергию, как делала на занятиях в школе. К её удивлению рука, лежащего в плене черноты тела, дернулась. Пальцы свелись, как и подобало при колдовстве. Мрак с отвратительным шипением отступил от плеча, но от того лишь больше окутал Самаэля, который даже не пытался оказывать сопротивление. Вики пригляделась и поняла, что её дух плотному мраку не видно. Губы оказались нервно закушены в попытке успокоиться. « - Соображай, ну же, - тело спутника от колдовства всё больше утопало во мраке и она тут же прекратила. - Может, это всего лишь видение? – интуиция подсказала отрицательное. – Вот, зараза!». Не имея идеи получше, демон вновь постаралась исправить положение магией. Левая рука тела вновь дернулась, камень под ней превратился в песок и стекал на темноту. Но колдовать рядом с Самаэлем было опасно, темнота лишь покидала Уокер, выбрав жертву не столь опасную. Двинуть рукой получалось тоже только лишь в момент выброса энергии, а он него мрак только плотней усаживался на мужской груди. « - Так, успокойся и думай. От тебя зависит чужая и своя жизнь. Успокойся, - кое-как получалось поддаваться ещё большей панике, хотя усугублённая нею же ситуация была критической. Дьяволица, глубоко дыша, хотя для бесплотного духа это плацебо, заставила себя оценить обстановку без истерик. – Позволь себе подумать. На мысли нужно время и его нельзя экономить». Около минуты мерзкого писка и шороха темноты Вики протерпела в размышлениях. Нахмуренные брови разошлись, глаза засияли, а зубы прекратили терзать ороговевшую кожу губ. Наконец, происходящее прояснялось. « - Хреново. Я тогда не с Роем дралась, это был Мимик, но маленький и голодный. Поэтому не узнала. Дерьмово, очень, - когда диагноз был поставлен, мозг уцепился за суть и принялся отчаянно рыться в школьных воспоминаниях. На удивление, паника не помешала зарыться в давным-давно отученную «на отвали» тему. – Мимики питаются воспоминаниями и ликвором, так говорил Фенцио. Когда я бежала, то ударилась головой от взрыва, - фантомный живот пробрала дрожь от нервозности. - Видимо, я его не добила, и он нашел в пещере мои следы. Но там ведь был завал, - взор вновь кинулся к дыре в стене, брови удивлённо взметнулись вверх. – Оно так хотело есть, что прорылось сквозь засыпь. Даже порезалось об острые камни. Верно, я могла бы проснуться от этого шума, но любого контакта с кожей хватило бы, чтобы забыться. Он быстро бросился. Дерьмово. Что ещё Фенцио говорил, вспоминай!». Дьяволица принялась бесхозно бродить из стороны в сторону, покусывая ногти. « - Получается, это видение. Мы всё ещё в пещере. Когда я закончу этот «сеанс», то вернусь в видение. Мимики плотно впиваются в мозг и так коллективный разум сливается с разумом жертвы. Но он в моем сознании и вряд ли поймёт, что я себя осознаю, ведь именно Мимик и строит мир грёз и в сущности ним является, а я из него вышла. Так говорил Фенцио. Всё, что мне нужно, это разрушить его. Он боится магии больше, чем огня, в этом была моя ошибка. Я подумала, что это Рой, и атаковала неверно. Теперь придётся придумать, как спасти Самаэля, - она нервно тёрла пальцы друг о друга, пока молебный взгляд бродил по спутнику. – Получается, мы с ним в одном видении, если Мимик сидел и на мне, и на нём. Но я не смогу атаковать снова, он только глубже впивается в Дьявола», - тревога вновь вытесняла самообладание, бесплотный дух метался мелкими нервными шажками из стороны в сторону. « - Вот бы ты мне помог. Ты уж точно знаешь, что делать, но спишь, - с досадой подумала Уокер и тут же панику на лице сменила эврика, а после облегченная улыбка. – О, Шепфа, я гений. Я самый умный человек во вселенной. Вернусь в мир грёз и там поговорю с ним, - Мимик ещё остался в теле бессмертной. Его жадность и голод не позволили покинуть мозг. - И это мне на руку. Пожалеешь ещё, кусок дерьма». Дух погрузился в тело, пока мысли молитвенно повторяли молитвенную мантру. « - Лишь бы сработало, лишь бы сработало».

***

Лишь только Виктория проснулась, тут же ощутила враждебность. Она медленно подымалась и, ощущая бессилие, тут же осела. Старуха сидела перед ней, но в глазах поселилась неестественная подозрительность. Вики, силясь не терять лица, осмотрела комнату: краски сгустились, картинка мира словно дрожала и сжималась по краям, как это бывает с киноплёнкой. Всё казалось куда более мрачным, злобным и настороженным. Демон замерла. « - Мимик сейчас в графине. Он наблюдает. О, Шепфа, он меня сожрёт, - старушка приглядывалась и, сдается, Виктория плохо скрывала страх, раз в черты лица Мезтли всё больше добавлялось пугающей неестественности. – Не атакует. Странно. Так, не паникуй, он не знает, что я знаю, иначе бы кинулся, а не наблюдал. Он ждёт полезу ли в атаку я. Нельзя показать, что я в курсе дела», - мысли сменяли одна другую. Вики заставила себя начать беседу. - Ну что, графиня? – старуха нахмурилась. Нет, Мимик нахмурился. Он изучал поведение, но продолжал цирк. Верно, так хотел есть, что до последнего продолжал трапезу, не желая заканчивать убийством. Меньше грез – меньше пищи. Размышляя об этом, она духом ощущала мохнатую бесформенную лапу в своей голове и Мимик, если не поверить, сожмёт её, а после и примется за Самаэля. Нужно добраться до него не вызывая подозрений. - Ты меня спрашиваешь, дитя? – голос старушки звучал уже иначе, обличительное знание улавливало любые едва заметные дребезжания тона. - Да. Я думала, что вы будете в моих видениях. Совсем ничего не помню, вот и спрашиваю, вы же со стороны наблюдали. Как я себя вела? – всецело опираясь на собственную театральность, Вики подалась вперед, словно действительно была заинтересована в ответе. Женщина осмотрела её с головы до ног, а после метнула пронзительный взгляд обратно к лицу. « - Напугать хочешь? Хер тебе», - в мыслях выражения не фильтровались. Там же она уже представляла, как изничтожит нечисть и уберется со спутником восвояси. Лишь бы добраться до него прежде, чем Мимик поглотит его мозг. - Дитя, ты ничего странного не видела? – в ответ отрицательный кивок. - Нет, в голове совсем пусто. Но, может, у меня получилось хоть что-нибудь? Скажите, у меня получится учиться? - Ох, дитя, - едва получилось сдержать облеченный вздох, когда эффект поврежденной пленки сошел, а образ графини вернулся к настроению безразличной старушки. Она откинулась на спинку стула и развела дрожащими руками. – Не думаю, что могу тебя чему-то научить. Мы разные, силы тоже. Кудрявая голова расстроенно упала на грудь, Вики задумчиво потирала шею - спектакль продлился столько, сколько интуитивно казалось будет уместным принимать неудачу в обучении. - Извините, задумалась. И ещё раз извините, что потратила время. Я надеялась, что всё сложится иначе, - страх быть раскрытой всё ещё будоражил позвоночник и опускал взгляд к полу, но внешне походило на типичную растерянность. - Больше я не могу тебе помочь, почетная гостья. - Я… Я понимаю, в жизни бывают неудачи. Я пойду. Уже на улице Вики осмотрелась и выцепила взглядом пирамиду. Она хотела было дёрнуться туда, что есть мочи, но вовремя остановилась. « - Это может быть проверкой. Вряд-ли Мимик покинул меня. Он наблюдает. Уж точно наблюдает, - быть может, это паранойя, но медленно продвигаясь по мосту к пирамиде, казалось, будто по спине бродит взгляд. Ни старухи, ни стороннего наблюдателя в теле, ни вороны, ни любого живого существа. Оно смотрело. Везде и отовсюду. Она шла по мосту, что был лишь иллюзией, она дышала сладкой пыльцой, что была лишь плодом его магии. И готова была поклясться, что чувствует, как теряются краски. Мозг работает из последних сил и Уокер даже представить не могла, откуда возьмёт энергию для колдовства. – Придётся подловить Дьявола так, чтобы никто не слышал. Там шумно, я с этим справлюсь. Но придётся держаться естественно. Не паникуй только, Вики, всё должно сложиться хорошо. Войну пережила и это переживешь».

***

В зале ждала сцена, от которой на лице удивление появилось отнюдь не театральное. - Пей! Пей! Пей! Пей! – скандировала толпа. Самаэль, определённо навеселе, допивал бокал чего-то. Судя по лицам окружающих, это было что-то определённо отвратительное на вкус. Под всеобщее улюлюканье гордо и громко поставил сосуд на стол. – Ура-а-а! Сатана не успел прийти в себя после удушающе острого напитка, как тут же был схвачен в объятия какой-то проворной рептилии. Пара девиц уложили его на стол и принялись за услужливые ласки. Толпа рядом вернулась к танцам в громкой музыке, король был почти что в отключке и так же проводил время с подданными. Виктория подошла достаточно близко к столу, чтобы увидеть пляшущую на благородном лице незнакомую ей дикую, несдержанную улыбку и глаза взгляда глубокой, давно не утолённой похоти, что бродили по телу проворных серфесов. Руки со знанием дела подымались туда, где им нужно было вот-вот оказаться. Сатана был увлечен в бессознательном удовольствии и был готов отдаться тому, чего ждал почти весь вечер. Наблюдавшая замерла, на время позабыв о собственной цели. По не ясным причинам двинуться вперед представлялось едва ли возможным. Стыд смешался с чем-то ещё, Уокер поняла, что нагло подглядывает, но не хватало духу отвести взгляд от дьявольского лица. К стыду добавилась завистливая раздраженность, стало жалко, что она-то отказалась от предложения Кото. Пусть и в мире грез, не воспользовалась шансом и, если удастся выжить и вернуться в путешествие, совсем не скоро выдастся возможность остаться наедине. Самаэль повернул голову туда, где почувствовал взгляд. Смущение удваивалось, когда, заметив её, лишь шире улыбнулся. В помутнённых глазах проступила искра, распалилось что-то сознательно греховное. Благородное, до того всегда сдержанное лицо подчеркнули новые краски и все они сейчас обращались к Виктории, словно только и ждали повода раскрыться перед ней. Серфес огладила расписанную ключицу и принялась поцелуями спускаться ниже, но он и вовсе не обратил не это внимание. Потемневшие угольки вводили в гипноз, словно велели не отводить взгляд. « - Я должна подойти. Сейчас подойду. Сейчас. Ну же, двинься с места». Серфес, лишь только руки достигли чужой юбки, словно пробудила бессмертнуб ото сна. В голове, груди и животе что-то неприятно щелкнуло, интуитивное наитие завопило прекратить это и поскорей выбираться. Она тряхнула головой, снимая оцепенение и быстрей нужного оказалась рядом со столом, где взгляд порочного веселья вверялся исключительно ей. - Подвинься, милая, - демон несколько резко сняла серфеса с чужого тела, сила бессмертных позволяла. Самаэль понемногу обуздал свою похоть, сменив её лукавым весельем. Он беззаботно сложил руки за голову. - Неучтиво, как-то, - откровенно веселясь, цокнул языком. – Была бы третьей в порядке очереди, - когда смысл сказанного был переварен, лазурь тут же вспыхнула. Сатана едва не закатил глаза от странного удовольствия наблюдать, как она бесится. И впрямь, сжав кулаки, одна рука хотела было ткнуть в воздух в неясной претензии. Уокер была близка к тому, чтобы начать всё отрицать и возмущаться на счет этой убогой шутки, но осеклась. « - Мне нужно добраться до его уха. Естественно, это не должно выглядеть так, будто я докладываю, Мимик тут же кинется. Что на меня вообще нашло? Есть вполне четкий приоритет – выжить. Я забылась», - подумала она и тут же сказала с улыбкой, пока ощущение давления пространства только усугублялось. - Я по предварительной записи, - он уж точно не ожидал, что невинная шпилька, цель которой было лишь раззадорить, вызвала эффект абсолютно противоположный. И внимательно наблюдал за каждым движением, не до конца осознавая опьянённым разумом, что Вики так просто тянется в объятия. Демон взобралась на стол, плавно уселась на чужие бедра, и склонилась над лицом так, чтобы локоны волос скрыли шторой от остального мира. Уокер тревожно насупилась и набрала воздух, чтобы разом выпалить все опасения на счет бедствия их положения. Но сил хватило лишь на судорожный выдох, когда теплые руки легли на поясницу. В встревоженном сознании только сейчас появилась мысль, что взгляд его такой внимательный из мотивации выслушать и помочь ей. Конечно, Самаэль ведь не поддерживает роль, а полностью уверен в реальности происходящего. А значит, эта темнота в радужках не от убедительного обмана. - Стой, я не за этим, - тихо проговорила на ухо, но руки продолжали самозабвенно изучать её спину. Паника прошибла от головы до пят, он не слышит. Больно ущипнув и одной рукой чуть повернув его голову, призвала к вниманию. – Я серьезно. Мы всё ещё в пещере, мы никуда не уходили. Послушай, прошу, - Вики молебно приподняла брови, горячный шепот взывал со звоном тревоги. - Это всё иллюзия. Тогда мы бежали не от Роя, это был Мимик. Сейчас он нас поглощает. Мне нужен твой совет что дальше делать? Тревогу сменило глубокое удивление. До того одурманенный в алкогольном угаре резво проморгался. Выражение лица потеряло всякий интерес и как по команде вернуло надрессированное спокойствие. Вики едва не отпрянула от таких резких перемен. Неужели, у него есть такая способность к контролю? Или, быть может, само осознание иллюзии помогло? Сути не меняет, пронзительный взгляд ушел в размышления. - Расскажи больше. - Я могу использовать силу, но Мимик пугается её. Бо̔льшая его часть на тебе, и я не знаю, что делать. Он почти полностью слез с меня и… - рука поднялась по спине и остановилась на полный губах. Вики, хоть такая манера раздражала, не стала причитать и смиренно ждала совета. - Крепко возьмись за меня и начни растворять камни под нами в песок. Быстро и глубоко. Если повезет, мы его утопим. - А сами как? - Доверься мне. Вперед. Уже панически резко обняла чужое плечо и впилась до боли. Левая рука повернулась ладонью вниз, дьяволица сконцентрировалась. Предплечье жгло. Пространство вокруг не менялось, как и стол под ними не плавился, что было положительным знаком. Значит, магия работает в пещере. Виктория щурила нос от боли. Не зная, куда податься, она ткнулась носом в чужую кожу, силясь подавить крик. Рука болела и будто намеревалась оторваться, но Уокер самозабвенно продолжала до тех пор, пока пространство не изменится. Пальцы горели, кисть ныла, мышцы сходили с ума в судороге. Голова словно наполнилась наждачными лезвиями, и они силились пробиться наружу. Спину прожгло, позвоночник будто било током. После нескончаемых, казалось, усилий, музыка сменилась плачем, затем криком. Мимик уже не мог добить тело снаружи, а то, что оставалось от него внутри погибало от разрушительной магии и в предсмертной судороге всячески силился подействовать на бессмертных в их сознании. Вики казалось, словно фантомные руки тысячами тянулись к ней, старались оторвать ладонь от стола. Где-то заскулила собака, запищала крыса, каркала ворона - эхо убиенных жертв, а потом вновь раздался крик, который раздается во время худшего ужаса – ужаса смерти. Оно умирало и молило прекратить. Сознание покидало её, потому мысли всплывали отрывками. « - Прекратить. Мне? Мне прекратить? Нельзя. Уже нельзя. Надо продолжить, я должна… Тошнит. Рука болит. Не могу это прекратить. И не буду… Как сильно болит».