Одна большая семья

      Исчезновение Морри стало катастрофой. Девушка ушла гулять и… не вернулась. Первой тревогу забила Гермиона — не отвечал мобильный телефон дочери. Был бы жив Аркадий — он бы что-то посоветовал, но их наставник тихо умер во сне два года назад, что стало очень печальным событием, после которого Морри старалась все свое свободное время проводить с родителями. И вот…       Гарри вместе с полицейскими пытался определить местоположение телефона дочери, но того будто не существовало в природе, как и семнадцатилетней девушки. Пережить потерю ребенка Гермиона не смогла, умерев от инфаркта через месяц. Обнаружив тело любимой дома, вернувшийся из полицейского управления мужчина быстро определил время смерти, а потом упал, чтобы больше не подняться никогда, ведь без нее он жить просто не умел.       Обнаружили их на вторые сутки, похоронив за счет больницы, где они проработали столько лет. Поттеры лежали рядом, посещаемые своими друзьями и коллегами, а Морриган Поттер так и осталась пропавшей без вести.

***

      Гермиона открыла глаза. Последнее, что она запомнила — всепоглощающая боль в груди, но… Она же находилась дома, а сейчас… Рядом кто-то завозился, и в следующее мгновение женщина оказалась в объятиях. Гарри даже не понял, что произошло, он обнимал Гермиону, даже не открыв глаза. Женщина заворожено смотрела на совсем юного мужа, понимая, что случилось невероятное.       — Гарри! — воскликнула Гермиона. — Мы снова маленькие!       — Ну не настолько мы и маленькие, — с любовью посмотрел на девушку открывший глаза Гарри. — Темпус! Ого…       — Дементоры, — задумчиво произнесла Гермиона, садясь, чтобы оглядеться. Они лежали в Запретном лесу. — У меня для тебя две новости.       — Конец третьего курса, — вздохнул юноша, продолжая обнимать жену, несмотря на смену положения тела. — Опять все сначала…       — Хрен им по всей моське, — процитировала Аркадия девушка. — Теперь мы много чего знаем.       — Да, в свете наших знаний еще неизвестно, кто тут гад, — кивнул Поттер, а потом вдруг проговорил формулу магической помолвки. Откуда он ее знал, юноша и сам не помнил, но кивнувшая Гермиона произнесла свою часть, закрепляя ритуал, сразу же отобразившийся на руке.       — Правильное решение, — согласилась девушка, пытаясь сообразить, что она забыла. Оглядевшись еще раз, Гермиона вздохнула. — Вон Сириус валяется, похоже, его поцеловали.       — Похоже, и нас поцеловали, — хмыкнул Гарри, с трудом поднимаясь. — Что планом нашего светоча предусмотрено не было. Так что теперь есть выбор…       — Делаем вид, что ничего не случилось, — предложила девушка. — Спокойно едем домой, а в поезде уже строим планы. Ты помнишь, что в Хоге аж два менталиста?       — Так себе они менталисты, как оказалось, — проворчал Гарри, припоминая все затертые участки. — Но мы все учтем. Кстати, а как мой шрам поживает?       — Как в анекдоте про дракона, — откликнулась Гермиона, опуская почему-то задранную юбку и поправляя мантию. — Помнишь, Аркадий рассказывал?       — То есть «шьел», — хихикнул юноша, припоминая. — Тоже хорошо, на самом деле. С директором наедине не остаемся, Снейпа посылаем… В общем, я помню, куда. Надо с адвокатом связаться и гоблинов посетить. Я им устрою ограничения сейфа…. Они у меня в бублик свернутся…       — Да-а-а, — протянула девушка, опираясь на Поттера. — Не любим мы магический мир.       — Было бы за что его любить, — прокомментировал юноша, замирая. — Не понял! — в отдалении обнаружились совершенно не желавшие нападать на них дементоры.       — Вот чувствовала я, что этих тварей на нас натравили… — Гермиона пыталась привести мысли в порядок. Все-таки мозги педиатра, взрослой женщины как-то справлялись с нагрузкой, но именно что как-то. — Ладно, пошли в замок.       Дамблдор посчитал, что Сириуса скушали до того, как Герой что-то успел сделать. Этот результат его тоже устраивал, потому что «крестный» сумел сделать Гарри своим наследником, так что доступ к дому и деньгам был, а чувство вины избранного станет от этого события только больше, что облегчит управление им. На счастье Альбуса, юноша даже не догадывался о мыслях «светоча», а то еще неизвестно, что бы произошло.       Пир конца года прошел довольно грустно, разве что Рональд совсем не заметил перемены, произошедшей в «друзьях». Гермиона ничего не забыла, поэтому рыжика ждало не самое радужное будущее, что Гарри, кстати, полностью поддерживал. Рона он воспринимал кем-то на уровне гельминтов, поэтому мечтал полить чем-нибудь таким, специфическим. Лизолом, например.       — Летом будет кубок чемпионата! — радостный Уизли даже не подозревал о том, что на том финале произойдет, зато его «друг» это очень хорошо помнил.       — Посмотрим еще, что будет летом, — уклончиво произнесла Гермиона, вызвав злой и какой-то обещающий взгляд Рона. Гарри этот взгляд, на беду рыжика, увидел. Семья Уизли стремилась к уменьшению своей численности.       — Гарри! Ты же приедешь?! — закричал Рональд, не осознавая того, что эти крики больно бьют по ушам.       — Конечно! — крикнул в самое ухо рыжего юноша, отчего тот на некоторое время оглох.       Поезд шел в Лондон, а Гарри понимал, что численность Уизли пора сокращать, пока он это не сделал своими руками. Так что задача на данный момент была довольно простой… По крайней мере, так думали молодые люди, не подозревая о сюрпризах, уготованных судьбой.

***

      Аркадий предчувствовал свой конец, но, даже умирая, он не желал оставлять этих потерянных, несмотря на возраст, детей одних. Возможно, что-то или кто-то, кто управляет всем миром, прислушалось к искреннему желанию одинокого, если бы не эти двое, старика. Как бы то ни было, но, открыв глаза, Аркадий не узнал места, где находился. Дышать было тяжело и, осмотрев себя, мужчина понял, почему — такая туша и двигаться могла бы с трудом. Рядом завозилась… ну, положим, женщина. Аркадий осмотрел лежащее рядом, сгоряча решив, что столько не выпьет.       — Вернон, что случилось? — поинтересовалась женщина, на что Аркадий удивился — она говорила по-английски.       — Все хорошо, — ответил он густым басом на том же языке, на что женщина закрыла глаза, засыпая. Осознав, что он и есть Вернон, Аркадий попытался вспомнить, откуда ему знакомо это имя. В следующий момент мужчина был погребен под мутной волной различной информации. Это имя было действительно знакомо Аркадию — так звали именно того человека сомнительной разумности, который так любил бить Гарри.       Давно уже Аркадий не испытывал такого омерзения к людям. Память, доставшаяся ему, принадлежала законченному садисту, жирному, как свинья-рекордсмен. Поэтому в первую очередь следовало привести в порядок тело, потом перевоспитать семью, а там и Гарри из школы своей страшной приедет. Будет ему нормальный дом, как и положено каждому.       Сказано — сделано. Ничего не понимавший в дрелях, Аркадий решил продать дело и заняться тем, к чему привык. Документы ему удалось просто купить, а экзамены он сдавал честно, поразив своими знаниями специальную комиссию. Поэтому вскоре уже работал в «скорой», как привык, называясь здесь «парамедиком». Дело удалось продать сравнительно быстро — желающие купить нашлись. А вот с семьей ничего хорошего не вышло.       — Какая медицина! Тебя заразил этот ненормальный! — кричала Петунья, жена, значит. А потом, убедившись, что Вернон совершенно изменился, пожелала с ним развестись. Слышавшая о том, что адвокат может раздеть мужа до трусов, женщина вознамерилась произвести именно эту операцию. Но Аркадий не зря всю жизнь прожил в Германии, поэтому лишившаяся опеки и родительских прав Петунья осталась еще и должна кругленькую сумму. Ибо адвокат адвокату рознь, и мужчина знал это очень хорошо. Теперь это знала и Петунья.       — Папа… Ты что, папа?.. — приехавший из школы Дадли моментально огреб ремня, что сподвигло его на здоровый образ жизни. Петунья действительно слишком сильно ненавидела племянника, мечтая о том, что Вернон его однажды прибьет. Но Вернон умер, похоже, от инсульта, и теперь его место занял Аркадий. Возвращавшегося домой подростка ждал сюрприз.       За чуть больше, чем полгода Аркадий привел свое тело при активной помощи коллег в хоть какой-то порядок, и теперь не напоминал стадо свиней на выпасе. Перестал напоминать свинью и Дадли, радостно уехав в школу, где его хотя бы не так часто… хм… вразумляли. Мужчина ездил на смены, как привык за всю свою жизнь. В Британии, как и в Германии, специальных психиатрических бригад не было, поэтому иногда Аркадия ожидали разные сюрпризы, но он относился к ним с юмором, а вот к нему относились с большим уважением.       В этот майский день у Аркадия была смена, но он отпросился на пару часов, чтобы забрать сына с вокзала, куда отправился прямо на санитарной машине, надеясь на то, что парень не испугается. Полицейские, увидев медика, помогли припарковаться прямо у выхода с платформ, даже поинтересовались, не нужна ли какая-то помощь, но потом ушли по своим делам, услышав, что доктор просто встречает ребенка. А обновленный Вернон только улыбался, предвкушая выражения лиц.