Одна большая семья

      — Беда, целители, — очень грустно сообщил появившийся вечером в спальне перед самым отбоем эльф. — Большая беда, — в таком состоянии домовика молодые люди видели впервые.       — Неси к беде, — вздохнул Гарри, понимая, что происходит что-то из ряда вон. Гермиона подхватила сумку с экстренным набором и кивнула. Хлопок — и перед глазами юных целителей предстала почти невозможная, по мнению миссис Поттер, картина. Они оказались в незнакомой гостиной. По полу ползла в сторону двери почти обнаженная девушка. Она не пользовалась ногами, подтягиваясь на руках. Вокруг стояли школьники, смеялись и бросали в ползущую огрызками яблок и чем-то еще, мгновенно рассвирепевший Гарри не понял — чем.       Наложив мощный Сомнус на всю гостиную, юноша приказал эльфу отнести пациентку в больничное крыло, а сам, кивнув Гермионе, наколдовал воздушный пузырь, начав проверять самих школьников. Девушка поняла, что имел в виду ее муж и, выпив универсальный антидот, повторила чары за ним. Увиденное в гостиной вызывало когнитивный диссонанс, потому что такое поведение было совсем нехарактерно для факультета, как оказалось, барсуков.       — Миона, пройдись по спальням, пожалуйста, — Гарри уже нашел то, что хотел, и это ему совсем не нравилось. — Возможно, это не единственная жертва. Зелье Далилы абсолютно у всех.       — Поняла, — кивнула Гермиона, отправляясь в спальни. Она подозревала, кто ещё из барсуков мог бы стать жертвой, потому что помнила многих. А Гарри вызвал аврорат.       — Ну и что опять случилось? — поинтересовался Главный Аврор, уставший ходить в школу, как на работу. Ему хотелось домой, к семье, а не разбираться с очередными «происками врагов». Юноша показал аврору средний палец, отчего тот пошел пятнами, но ничего сказать не смог. Тогда мужчина пригляделся к пальцу и вздохнул. — Что случилось, целитель?       — Зелье Далилы у всего факультета, как минимум одна тяжело пострадавшая, — юноша взглянул в сторону спален, откуда появилась Гермиона, показав на пальцах единичку. — Двое пострадавших, но это напоминает уже очень нехорошие вещи, ибо зелье было распылено. Оно на воздухе живет, конечно, недолго, но им хватило.       — Не школа, а тюрьма какая-то, — в сердцах заявил Главный Аврор. — В Азкабане и то спокойнее, несмотря на дементоров. Я вас понял, мы займемся.       Аврорат принялся активно работать. Мстительно улыбавшаяся девушка отписала юристу, отчего британским правоохранителям стало еще веселее — к ним присоединился ИнтерКолдоПол — международная магическая полиция. Зелье было специфическим, сварить его мог не каждый, поэтому под подозрение сразу же попал Северус Снейп. Им занялись международники, не позволив британцам перевесить всех собак на зельевара.       Гарри и Гермиона в это время разбирались с пациентами. Мадам Помфри с интересом смотрела за работой целителей, вмешаться, впрочем, даже не пытаясь. Используемые теми методы и терминология лежали далеко за пределами понимания женщины. Вторая жертва оказалась племянницей главы ДМП, что добавило остроты жизни британским правоохранителям, ибо мадам Боунс в гневе была страшна.       — Сьюзан Боунс, аллергия на зелье, стабилизирована, — сообщила мадам Помфри юная целительница. — Можно отправлять в Мунго.       — А со второй что? — поинтересовалась медиведьма.       — А со второй… Кто это, кстати? — спросила Гермиона, но ответа ждать не стала. — Тут не зелье виновато, ее очень сильно напугали и применили какие-то чары, муж разбирается, какие именно. Муж?       — Что-то странное, — откликнулся Гарри, накладывая еще группу диагностических чар. — У нее родители есть? — девушка переадресовала вопрос Гарри медиведьме, на что та покачала головой. — То есть, приют… Потащили-ка ее домой, может, у Аркадия будет хоть какая-то идея.       — А школа? — удивилась целительница, непонимающе глядя на высказавшегося, где он такую школу видел, мужа. — Ну, в чем-то ты прав, да. Но вот туда она, скорей всего, не влезет, не настолько мышца растяжима, все-таки.       — Пошутили и побежали, — хмыкнул юноша, перепроверяя девушку еще раз. — По симптомам на бешенство похоже — восходящий паралич и все такие радости, но вот по состоянию организма — нет.

***

      Увидев детей в неурочное время, Аркадий удивился. Еще больше он удивился пациентке, в которой было что-то знакомое. Чем-то девушка походила на Гермиону, но вот чем, мужчина сразу не понял. Аркадий внимательно осмотрел незнакомку, отметив характерные признаки поражения нервной системы, после чего открыл книгу с набором чар.       — Так, дети, — задумчиво произнес мужчина. — Накладываем большой круг диагностики в три этапа.       — То есть каждый на свою область? — уточнила Гермиона, открывая свой вариант колдомедицинской книги.       — Да, — кивнул Аркадий, разглядывая девушку. — Надо от одежды ее избавить и зельем кожной детоксикации обмыть.       — Это я сейчас, — улыбнулась целительница, поднимая чарами пациентку и отправляясь в ванную.       — Сын, — позвал старший в семье, пытаясь понять, кого ему напоминает девушка, ставшая пациенткой. — Что у вас в школе случилось?       — Ну-у-у… — протянул Гарри, стараясь не слишком активно улыбаться. — Турнир отменился, Дамблдора оскопили… Характерный для Магической Великобритании бардак.       — Пациентка откуда? — задал наводящий вопрос Аркадий.       — Кто-то палаческий арсенал распылил в гостиной самого дружного факультета, — объяснил юноша. — Ну тот, который снимает моральные барьеры…       — Понятно, — кивнул мужчина, об этом зелье он читал. — Но у девушки совсем другие симптомы…       Вернулась Гермиона с молчаливой пациенткой, и тут Гарри вспомнил эту девушку, погибшую в Битве за Хогвартс. Он помнил их всех, каждого и каждую, хотя в снах те приходить давно уже перестали. Это поначалу было тяжело… Девушка, оказавшаяся мисс Броклхерст, смотрела на целителей с ужасом и паникой в глазах. Гермиона ее понимала — оказаться совершенно обнаженной перед мужчинами…       — Это Мэнди Броклхерст, — произнес юноша, — вспомнил я ее. Не бойся, — попросил он Мэнди, — мы целители.       — Интересно то, что ты ее вспомнил, увидев голой, — хмыкнула целительница, ревновать и не думавшая, но посчитавшая правильным поддеть немедленно покрасневшего мужа.       — Так, отставили хиханьки, — скомандовал Аркадий. — Я занимаюсь головой и шеей, дочка — грудью, сын — тем, что больше всего мужиков интересует.       — Меня больше всего Гермиона интересует, — заметил Гарри, косо глянув на любимую супругу. — А все остальные совсем нет.       — Не обижайся, — примирительно произнесла девушка, вообразив, что зашла в своих шутках слишком далеко, но юноша только улыбнулся. — Работаем?       — Да, здесь мы это не вылечим, — задумчиво произнес Аркадий, сложив отклики чар. — Интересно, кто ее захотел убить таким экзотическим способом?       — Возможно, убить хотели не ее, — проговорил Гарри, вспоминая, что у Хаффлов было достаточно много министерских служащих. — Авроры разберутся. Что нам-то делать?       — Ну как что… — Аркадий еще подумал, потеребил международный групповой порт-ключ. — Сначала оденем ее, потом — в Швейцарию. Она сирота, как я понимаю? Гермиона быстро надела на Мэнди белье и платье из своих запасов, отчего паника в глазах пациентки начала угасать. Казалось, она смирилась со своим состоянием. Глаза девушки закрылись, как будто она полностью покорилась судьбе в лице целителей. В этот момент какая-то идея пришла в голову Аркадия, он взмахнул палочкой, позволив детям полюбоваться на жемчужный цвет ответа специальных чар.       — Не поняла… — растерянно произнесла Гермиона. — Это же соответствие?       — Получается, она твой близкий родственник, — задумчиво проговорил Гарри. — На мать не тянет, на дочь тоже, зна-а-ачит…       — Это твоя сестра, Миона, — кивнул девушке мужчина, глядя в мгновенно широко открывшиеся глаза Мэнди. — В Швейцарии перепроверим. Все готовы?       Весть о том, что школа закрыта, а все, в ней учившиеся, переведены на домашнее обучение, догнала Поттеров уже в Швейцарии, заставив Гарри неприлично рассмеяться. Казалось, что с появлением их в роли целителей, абсолютно все в школе совершенно разладилось. Однако у семьи сейчас была совершенно другая проблема — пораженная центральная нервная система мисс Броклхерст.