Одна большая семья

      Аркадий смотрел на сильно озадаченных детей. Испугавшаяся Гермиона уже пришла в себя, напоенная зельем. Мужчина не знал, как сказать детям то, что удалось узнать от приведенного в сознание менталиста. Теперь история девочки была ему понятна от начала и до конца, но как отреагируют его юные целители? Еще помолчав, мужчина решил сказать самое, по его мнению, главное.       — Это Морри, дети, — произнес он и запнулся, встретив ошеломленные взгляды Гермионы и Гарри. — Наша Морриган. Мэнди умерла от инсульта, ее место заняла душа нашей девочки.       — Морри… — юная целительница хотела рвануться к потерянной дочери, но замерла, остановленная жестом Аркадия. Папе девушка доверяла почти также абсолютно, как и Гарри.       — Это еще не все, дочка, — мужчина вздохнул, пришло время рассказать самое неприятное. — Она действительно ваша дочь, но из другого мира. В том мире Гарри ушел на смерть и не вернулся, а Миона родила Морри. Люди обратили внимание на магов, принявшись их просто уничтожать. Разразилась война…       — Что было дальше? — юноша обнимал любимую двумя руками, прижав к себе.       — Дальше… Миона скрывалась, — продолжил рассказ Аркадий. Если бы не его прошлое, он, наверное, тоже вряд ли выдержал бы увиденное в Омуте Памяти. — Маги почему-то совсем ничего не смогли противопоставить людям, поэтому были частью уничтожены, частью…       — Понятно, — кивнул Гарри, действительно поняв недоговоренность, в конце концов, именно этим его пугала тетя в детстве. — Тише, моя родная, это еще не все… — Гермиона начала плакать еще на известии о смерти мужа, но пока не рыдала, только слезы текли по лицу девушки.       — Миону выследили и убили, когда Морри было что-то около трех лет, — продолжил мужчина, сопереживая своим детям. — Ее хотели… В общем, нашей девочке удалось убежать, она скиталась, пока, наконец, не нарвалась на фанатиков. Ее хотели сжечь.       — Выброс? — поинтересовался чудом державший себя в руках юноша и, увидев кивок Аркадия, тихо всхлипнул. Гермиону прорвало, но юноша взглядом попросил папу продолжать.       — Оказавшись с вами, девочка не помнила своей прошлой жизни, — послушно продолжил мужчина свой рассказ. — И была счастлива, но в тот день… на нее напали, маги напали. Стой, сын! — остановил Гарри Аркадий. — Это моя месть. У нашей Морри случилась стихийная аппарация, из которой она, судя по всему, не вышла. А вот дальше сложнее… Она помнит, что приходила к вам взрослым, но одновременно с этим не помнит ничего. С этим еще предстоит разбираться.       — Спасибо, папа, — произнес юноша уже буквально на бегу. Гермиона и Гарри почти аппарировали в палату к, как обнаружилось, доченьке. Страшные картины мира, где быть магом означало смерть, еще стояли перед глазами мужчины, как и тот, кто был виноват в том, что маги ничего не могли противопоставить немагам. Придет день, и он за все заплатит.       Гермиона и Гарри обнимали своего потерянного ребенка. Пусть сейчас Морри выглядела иначе, но целительница всей душой приняла этот факт, чувствуя свою дочь. Возможно, это был самообман. Гарри понимал, почему Мэнди смотрела на них с таким обожанием — это же Морри, души не чаявшая в родителях. Юноша только поражался тому, как он сам-то не понял такого простого факта.       Мэнди выглядела абсолютно счастливой, потому что мама и папа поняли. Потому что родители были рядом, и они были вместе. А еще — той реальности, где родилась маленькая Морриган, больше никогда не будет. И это делало девушку самой счастливой на свете. Неожиданное открытие сказалось на динамике. Вскоре уже Морри могла понемногу двигаться, вот только с речью все еще оставались проблемы. Но девушка верила в папу и маму, поэтому не паниковала.       — Морри нашлась, — улыбнулась Гермиона, зная, что они точно со всем справятся. — Значит, теперь точно все будет хорошо.       — Обязательно, родная, — поцеловал ее Гарри. — Давай возьмем Луну и Морри и погуляем немного?       — Давай! — горячо поддержала эту идею девушка, прикрывая глаза от ласки мужа.

***

      — Согласно переданным нам воспоминаниям, — фактический председатель Международной Конфедерации Магов был очень серьезен, речь шла о предательстве всего магического сообщества. В центре зала на стуле, обвитый цепями, сидел Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор в блокирующем ошейнике. Великий Светлый был тих, не возмущался и вообще, казалось, находился не здесь. — Альбус Дамблдор планировал передать магглам полную информацию о магическом мире, отговариваясь необходимостью объединения. По этой причине будет использован артефакт Истины.       Собравшиеся зашумели. Этот артефакт извлекал истину из мага, выворачивая того чуть ли не наизнанку. Соврать с ним было невозможно, но допрос обычно заканчивался смертью подозреваемого, потому что совсем не врать люди просто не умели, а артефакт считал ложью даже умолчание. В зал внесли сияющий холодным синим светом венец, сразу же опустив его на голову Дамблдору.       — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, планировали ли вы… — допрос начался. Вопросы, задаваемые председателем, и получаемые ответы заставляли представителей магических стран хвататься за сердце и другие органы.       — А теперь мы все посмотрим воспоминания девочки, видевшей, чем это закончится, — вздохнул будто бы постаревший председатель МКМ. — Включайте, — кивнул он кому-то.       Смотрели представители стран, смотрел и Дамблдор, слыша проклятья в свой адрес, видя, как умирают люди и собираются сжечь маленькую девочку. Он хотел воскликнуть, что это все ложь, и он все делает для «всеобщего блага», но артефакт вспыхнул белым светом, ослепляя всех. Когда люди проморгались, от Великого Светлого остался лишь белесый пепел.       Вот с теми, кто хотел напасть на Морри, проблема так легко не решалась. Аркадий был целителем, соответственно, сам отомстить не мог. Но у него был юрист, а на свете существовала Лига Наемников, за деньги способная на многое. Причина нападения на Морри была проста — деньги Поттера. Мужчина сплюнул: «Все зло от денег». Именно такую задачу он и поставил юристу — уничтожить тех, кто планировал и осуществлял нападение на ребенка. Причем уничтожить так, чтобы, по возможности, в живых остались.       Посчитав проблему решенной, Аркадий направился в больницу. Дети сейчас занимались Морри с Луной, и на внешние раздражители вряд ли способны были реагировать, поэтому с женщинами, одна из которых была матерью дочки, работать предстояло именно Аркадию. Нельзя сказать, что он винил детей, мужчина очень хорошо помнил, что именно значила Морри для Гермионы и Гарри.

***

      Память Гарриет Броклхерст еще только предстояло вернуть, а вот для лежавшей рядом Марлин Маккиннон ничего сделать было нельзя — потомства она не оставила, вся ее семья оказалась уничтоженной. Почему в живых оставили именно ее, оказалось загадкой и для аврората, и для Аркадия. Артур Уизли сообщил, что «она красивая, могла пригодиться». Что именно имел в виду этот… нехорошее слово, задумываться не хотелось. Именно Марлин объяснила, почему Эванс считалась… Тем, кем ее назвала Броклхерст.       — Лили считала, что ей все должны, — рассказала Марлин. — Чуть ли не избранной себя мнила, а всех остальных… Традиции изучать не хотела, вот ее и выбрали в жертвы. Сначала факультет смеялся, а потом оказалось, что если с ней дружить, то не так опасно вечерами в Хогвартсе.       — А как тогда она вышла замуж за Поттера? — поинтересовался Аркадий.       — Она не вышла замуж, — вздохнула мисс Маккиннон. — Под ритуалом зачала, потом родила. Во время родов подчинение спало, она захотела убежать, но… Правда, Поттера проклясть успела, да так, что тот после ее смерти пару часов всего и прожил. Это еще на шестом курсе было. Броклхерст тоже родила, и еще пара девчонок. Почему ее не убили, я не знаю, наверное, из-за статуса крови…       — Ничего себе откровения, — мужчина таких подробностей не ожидал. — По отношению к тем, кто был рожден за пределами магического мира, это было нормой?       — Не знаю, — женщина пожала плечами. — У нас да, из магглокровок мало кто до выпуска доживал — кого продавали, кого…       Аркадий пытался уложить сказанное в голове и не мог. Получалось, что дети, да и он сам, попали в совершенно другой мир, либо было что-то, чего они не знали в своей прошлой жизни. В любом случае, Великобритания становилась историей. Только вот Дадли, не желавший переезжать, все еще беспокоил мужчину. Следовало разобраться, почему юноша так настойчиво требует никуда его не переводить.       Именно этим Аркадий и занялся. Переместившись с помощью международного порт-ключа в Британию, он вызвал местный магический транспорт, о чем сразу же пожалел. Почему сын называл «Ночной Рыцарь» бетономешалкой на колесах, мужчина понял. Хорошо хоть для возвращения обратно ехать не надо было, потому что Аркадий лезть в это еще раз был не готов.       — Дадли, объясни, в чем дело, — попросил его Аркадий. Юноша изменился — сбросил вес, исчезла та самая подленькая ухмылка, заменившись на что-то другое.       — Минутку, — биологический сын исчез на мгновение, а потом появился с изумительно красивой девушкой. — Познакомься, папа, это моя… — он посмотрел на прекрасное создание и решился. — Любимая. Зовут Розой.       — Очень приятно, — мужчина представился местным именем, понимая теперь сына. — Тогда решим так, я свяжусь с родителями юной леди, и вместе решим. Возражения?       — Спасибо, сэр, — почти прошептала девушка, покраснев. Она и не надеялась на такое принятие со стороны отца возлюбленного. Именно поэтому и боялась раньше признаться, а Дадли ради нее, оказывается…