Часть 23
17 июля 2022 г., 16:21
Школы действительно оказались «в том числе и магическими», как объяснила Гарри секретарь одной из них. По швейцарским законам школа только с магическими предметами просто не могла существовать, отчего во всех школах наряду с магией преподавались и обычные предметы, впрочем, юные маги были свободны в своем выборе. Так как младшие девочки как-то вдруг перестали вести себя как совсем маленькие, решено было привести на знакомство и их, хотя Гарри был против очного обучения. Очень нестабильным было состояние и Астории, и Джинни.
Назначив время, «весь выводок», как выразился Аркадий, двинулся в сторону учебного заведения, находившегося на другом берегу цюрихского озера. Морри жалась к родителям, порываясь взять маму за руку, что Гермиона очень хорошо понимала — доченька волновалась. Луна держалась за руку Гарриет, неожиданно принявшую всех Поттеров. Женщина была красивой, вызывая естественный интерес Аркадия, впрочем, лишнего глава семьи себе не позволял. Чуть впереди двигались державшиеся за руки Астория с Джинни. Младшие не волновались, твердо зная, что «старшие», как они называли всех, кроме себя, точно защитят.
Катер принял семью на борт и, мерно стуча двигателем, двинулся к противоположному берегу. Справа и слева открывалась усеянная яхтами гладь озера, чуть в отдалении в небо бил большой фонтан, небо было просто невозможно синим. Гермиону переполняло ощущение какой-то неземной радости, она чувствовала, что все беды остались позади. Аналогичное настроение было и у Гарри. Юноша был просто счастлив, хотя и поглядывал по сторонам, надеясь на то, что никто не рискнет обидеть его близких.
Катер причалил к станции, позволив всем пассажирам спуститься вниз. Вокруг расстилалось цветочное море, горы вдали, что-то жующие коровы вызывали умиротворенное настроение, отчего через некоторое время улыбались все. Пройдя совсем немного по булыжной старинной мостовой, что была, возможно, старше Хогвартса, Поттеры подошли к вполне современному школьному зданию. Трехэтажная школа представляла собой большой параллелепипед, поставленный на длинную сторону, состоявший, казалось, из одних окон, через которые были видны занимавшиеся школьники. Две пары дверей, над одной из которых было написано «Магическая школа второй ступени», казались почти одинаковыми. Предположив, что им нужно именно в магическую часть, взрослые и дети двинулись в указанном направлении. Пройдя по совершенно обычному коридору, украшенному парящими в воздухе вешалками, Поттеры попали в приемную руководства учебного заведения. В Швейцарии директор школы назывался «ректор», что Гермиона и Гарри знали, как закончившие уже один раз подобное учреждение в Швейцарии.
— Ого, сколько вас! — удивилась улыбчивая женщина. — Давайте знакомиться. Представьтесь, пожалуйста.
— Гермиона Поттер, моя супруга, — представил девушку Гарри. — Морриган Поттер, наша…
— Дочь, — закончила за папу Морри, с вызовом глядя в глаза, ставшие очень большими, ректору. — Это Гарри Поттер, мой папа. Мама и папа — целители!
— Заметно, что это ваша дочь, — сообщила пришедшая в себя женщина. — Девочка вами гордится.
— Как и мы ею, — мягко улыбнулась Гермиона, продемонстрировав перстень. — Это наши сестры: Луна, Джинни и Астория. Они пережили очень непростое время, поэтому двух младших хорошо бы для начала на домашнее обучение. Муж не любит рисковать, — извиняющимся тоном произнесла девушка.
— Да… Кому рассказать, — вздохнула ректор, снова начав улыбаться. — Целителям школа, наверное, не нужна?
— Обычную надо сдать, нас университет ждет, но вот дочка хочет с нами, — сдал Морри юноша. — Поэтому будем подстраиваться.
— Я вас поняла, — кивнула женщина, руководившая школой. — В таком случае, не возражаете против небольшого теста? — поинтересовалась она.
— Я ничего не по-о-о-мню, — протянула Морри, глядя на маму с улыбкой, отчего Поттеры рассмеялись. — Мама пугается экзаменов, хотя знает всегда и все, — объяснила девушка.
Тестом оказался большой опросник, который заполнял каждый, кроме взрослых. Заметив, что юноша поглядывает в сторону младших, не забывая контролировать ту, кого назвал супругой, ректор подняла брови, удивленно глядя на Аркадия.
— Контролирует, чтобы плохо не стало, — объяснил ей глава семьи. — Девочки прошли через очень тяжелые испытания, поэтому и проверяет.
— Дружная у вас семья, — женщина искренне порадовалась за большую семью Поттер.
***
Поначалу ректор посоветовала Гермионе, Гарри и Морри походить в класс для социализации, как она выразилась, на что Гарри только хмыкнул, но возражать не стал. Луна училась в подготовительном классе, а Джинни с Асторией — дома. Пока они еще боялись других учеников, выпускать их было просто опасно. Гермиона входила в новый класс с волнением, Гарри — со спокойствием, а их любимая доченька — с уверенностью в том, что защитит маму от любого хулигана. Тот факт, что еще неизвестно кого от кого защищать придется, Морри не беспокоил. На троих новеньких смотрели с интересом, но лезть со знакомством не стали, решив понаблюдать. — Мамочка, передай карандаш, — забывшаяся Морри Гермиону ничуть не смутила. Твердо уверенная в том, что статус целителя защищает от всего, кудрявая девушка передала простой карандаш, будто бы и не замечая, как застыли слышавшие эту фразу школьники. — Прошу прощения, — учитель приблизился к столу, за которым сидела тройка новых учеников. — Вы действительно подтвержденные целители? — Да, конечно, — кивнул Гарри, продемонстрировав кольцо. — Доча, пиши аккуратнее, людям это потом еще читать. — Да, папочка, — откликнулась девушка, к которой обратился юноша. В интонациях этих двоих не было и намека на шутку, скорее создавалось ощущение, что это обычная семья, но вот возраст… — Как так? — удивился преподаватель, пытаясь уложить услышанное в голове, что ему не очень хорошо удавалось. — Ма-а-агия, — протянула необыкновенно улыбчивая сегодня Гермиона. — Мы предлагали сдавать экстерном, но ректор настояла на социализации. — Целителей? — большие круглые глаза учителя сделали бы честь любой сове. На этом, собственно, школа для троих Поттеров и закончилась. Ректор согласилась, что лучше сдавать экстерном, а не шокировать школьников и, особенно, учителей. Поэтому у Гермионы и Гарри высвободилось время для работы в клинике, а Морри была с родителями, конечно. Целеустремленная и любознательная девушка приглянулась главе одного из отделений и теперь трудилась медиведьмой совсем рядом с любимыми родителями. О воле магии целители знали, поэтому обращение Морри к Гарри или Гермионе никого не смущало. Экзамены сдавались. Желая поддержать дочь, юные целители сдавали предметы, только хорошенько подготовив любимую доченьку, и довольно быстро шли к финишу, за которым их ожидал университет. Тяжелых случаев не было, в основном рутина, с которой и Гермиона, и Гарри справлялись играючи, тоскуя тем не менее по экстренной медицине. Все-таки первая любовь… Закончили школу они через два года. Аркадий по этому поводу закатил грандиозный праздник. Луне предстояло учиться еще три года, а младшие только готовились пойти в школу. Несмотря на то, что Джинни была одного возраста с Луной, бывшая рыжая воспринимала беловолосую свою сестру, как однозначно старшую, иногда доводя до ступора учителей. Луна училась владеть собой, своим телом, постепенно забывая самые страшные моменты жизни, тем более что сердце ей починили. Теперь девушку беспокоили только суставы, но бандажи справлялись. Луна научилась правильно дышать, правильно двигаться и правильно кушать. Поэтому даже весна проходила уже без эксцессов. Вот на младших иногда накатывало, и тогда с ними сидели трое старших. Потому что они — одна семья.***
— Мама… — прошептала Астория. Как-то незаметно Астория, да и Джинни начали звать мамой… Гермиону. Несмотря на то, что мадам Броклхерст приняла их обеих, у женщины, воспитанной опекунами в стиле чистокровных традиций, не было так необходимой девочкам теплоты. — Что, доченька? Приснилось что-нибудь? — Гермиона, напротив, укрывала настрадавшихся девочек своим теплом и нерастраченной еще в прошлой жизни материнской лаской, отчего дети тянулись к ней изо всех сил. — Мамочка, а можно мы поедем в воскресенье в горы? — Астории очень нравилось бывать в Цермате, да и в других красивых горных местах. — Ну, если кто-то уговорит дедушку… — задумчиво проговорила кудрявая целительница. Аркадий принял сложившееся положение вещей, поэтому не возражал против именования себя дедушкой. Он все чаще посматривал на Гарриет, ибо был, по своему мнению, мужчиной еще молодым, так почему бы и нет?
