После всего

* * * Коридор разветвлялся. Налево и направо уходили два совершенно одинаковых темных каменных туннеля, и нельзя было понять, как далеко они тянуться и сколько еще идти. Они остановились, решая. Это было неожиданно и быстро. Никто из них в первый момент не понял, что же произошло. Из темноты шагнул навстречу человек. Защищаясь, Дастин выбросил вперед руку с факелом, словно с мечом. Крик боли. — Дастин назад! Она сжимала пистолет, направив его туда, в потемки узкого коридора, но не могла стрелять, боясь попасть в Райдера. Прислонившись к противоположной стене, так же сжимала свое оружие шериф, силясь различить силуэты в наступившем после того, как погас факел, сумраке. Страшные звуки железа ударяющего о железо. Сдавленный вопль Дастин: — Налево, Скалли! Налево! Сара дернула ее, замешкавшуюся, за рукав, и они обе нырнули в левый коридор, ускоряя шаг, спотыкаясь, двигаясь едва ли не наощупь. — Быстрее! — снова крик Дастина. — Он должен быть там! Он? Значит, все это время Райдер знал! Скалли остановилась и повернулась, готовая броситься обратно. — Где он?! Дастин, где он?! Она не дождалась ответа. — Здесь дверь, — окликнула Сара. — Вон там еще одна. — Я вижу. — Они идут через равные промежутки. Скалли кивнула. Глаза постепенно привыкли, и темнота, казалось, отступила в глубину тоннеля. Из коридора доносились вскрики и все тот же отчего-то страшный лязг металла. Двери были тяжелыми деревянными, но дерево, окованное полосами железа, было ледяным и безжизненным. Двери были одинаковыми, с идеально похожими тяжелыми навесными замками. Сара дернула один, словно пробуя его прочность, но ей даже не далось сдвинуть его с места, настолько плотно дужка была захлестнута крепежной петлей. Металл замка был холодным и, казалось, маслянистым, он тускло поблескивал в сумраке коридора. Скалли рванула замок и в отчаянии забарабанила по двери, но даже самое яростное отчаяние неспособно сокрушить тяжелую дубовую створку. Дана была на грани, натянутая до предела, и эта струна могла порваться в любой момент. — Дана. — Тихим окликом шериф остановила ее, и тут же послышался голос Дастина. — Скалли! Так же, почти наощупь, они пошли прочь, обратно. — Держите! Из темноты коридора в них полетело что-то железное, ударилось о пол, высекая короткие оранжевые искры. — Что это?! — спросила Сара, пытаясь определить, где лежит упавший предмет. — Ключи! — Был ответ. — Забирайте Малдера и уходите! Я догоню вас! Скалли уже нашарила связку тяжелых ключей, к которой было прицеплено и еще что-то. Она вдруг поняла, что больше не слышно скрежета железа, ударяющегося о такое же остро заточенное железо, и криков. Автоматически промелькнула мысль: «Он убил их?» Он убил их, тех людей, что напали в тоннеле? Но мысль уже о совсем другой «находке» заняла ее сознание. — Дастин, здесь твой «ключ»! — Да! — прозвучал короткий ответ, эхом прокатившийся по извилинам подземелий. — У вас есть второй! Выбирайтесь отсюда! — Дастин! — позвала Сара. Но он не откликнулся, быстро уходя все дальше, по коридорам, к одному ему толком ведомо цели. Он должен закончить начатое, то, что его друзья не смогли довести до конца, то, из-за чего они погибли. Он сможет. Он должен. Сегодня. Ощутив в руке тяжесть металла, Скалли почувствовала, как отчаяние уступило место здравому смыслу, и начала постепенно уходить сумятица в мыслях. Они с Сарой вновь углубились в коридор с множеством дверей, но мало-помалу тревога возвращалась. Сара молчала, выжидая. Какая разница, с какой двери они начнут? Но она была терпелива, понимая состояние Скалли. А Дана молча смотрела вдоль уходящей в непроглядную тьму стены. Наконец не выдержали нервы шерифа. — Скалли… — Шшш. — Она словно что-то услышала, замерла, поворачиваясь, словно пытаясь опередить источник неведомого звука, хотя в тоннеле стояла тишина до звона в ушах, и собственное дыхание оглушало их. — Тихо. — На губах Скалли появилась слабая улыбка, которую искусно скрыла темнота. — Здесь. — Он остановилась у одной из дверей, приложив ладонь к шершавой мокрой деревянной поверхности, и повторила чуть слышно: — Здесь. Звякнула связка ключей в ее руке. Она перебирала их, наощупь примеряя резные бородки к упрямой скважине замка. Есть! Она рванула стальной прут, скользящий в пальцах, неохотно повернулись тугие пружины, отпуская дужку замка, выскочившую из прочно державших ее креплений. Двумя рыками она потянула ручку, открывая дверь. — Малдер! Здесь было светлее, ненамного, но светлее, чем в коридоре. — Малдер. — Она повторяла его имя как заклинание, делая шаг к нему на враз ослабевших ногах. Он моргнул, открывая глаза, несколько секунд не мигая, в упор, он глядел на нее, а потом, словно начиная, наконец, по-настоящему приходить в себя, улыбнулся слабой болезненной улыбкой. — Где ты была так долго? Струна оборвалась, заставив Скалли кусать задрожавшие губы, но, видимо, несколько коротких едва слышных слов забрала остатки сил и у Малдера. Глаза закрылись сами собой, и он повис в колодках, тут же встрепенулся, хрипя от боли и удушья. Ругая себя (не время для лирики!), она бросилась поддержать его, переступающего по полу кончиками пальцев. Сара, быстро оценив обстановку, подхватила связку ключей, молясь, чтобы один из них подошел к замку колодок. Рука Скалли легла на его влажную липкую спину, и он болезненно громко застонал. — Прости, Малдер… потерпи, сейчас… Он слышал сбившийся с ровного голос напарницы, и цеплялся за него, как утопающий за соломинку, силясь не скользнуть в тень забытья. — Держитесь. — Видимо это единственное слово Сары предназначалось им обоим, в следующую секунду колодки были отомкнуты, и Малдер всем своим весом осел в крепкие руки напарницы. Придерживая, она помогла ему опуститься на пол, и когда он распластался на нем спиной, боль не дала ему «уйти». Несколько секунд он лежал, борясь со стонами и слабостью, пока наконец, не нашел силы открыть глаза. — Малдер. Он сглотнул, и Скалли болезненно поморщилась при виде того, как кадык перекатился, резанув кожу его пересохшего горла. Она беспомощно оглянулась в поисках воды. Ведро стояло в углу, на грубом деревянном столе, но не было стакана, чтобы зачерпнуть холодной спасительной влаги. — Я сейчас, Малдер. Она отошла всего лишь на несколько шагов, но у него хватило сил повернуть голову, чтобы все время видеть ее. Три или четыре секунды, и она вернулась, чтобы напоить его из сложенных вместе ладоней. Он с жадностью выпил воду и, неотрывно глядя на Скалли, проговорил: — Принцесса на белом коне… Она улыбнулась, убирая влажные волосы с его лба. — Не время для шуток, Малдер. — Она не стала напоминать, как скучала без этих шуток. — Ты можешь идти? — Ты все равно не сможешь меня нести, Скалли. — Что случилось? — Ты чертовски популярна Скалли. Ты знала об этом? Тут несколько парней хотели с тобой познакомиться. Я… я пытался втолковать им, что ты… несвободна, но, по-моему, они не поняли. Сара была готова рассмеяться от внезапно нахлынувших чувств, наблюдая за агентами. Она стояла у двери, понимая, что они должны уходить, что вот-вот могут нагрянуть их недоброжелатели, и не могла найти слов, чтобы поторопить своих спутников. Скалли тоже подумала об этом. — Как ты, Малдер? — В порядке. Она нахмурилась, молча отметила, что у него вывихнуты пальцы, Малдер закрыл глаза от боли, усталости и нахлынувшей слабости. — Малдер? — Ее голос звучал обеспокоено, возвращая его в реальность, к лучшему в этой реальности, к ней, склонившейся над ним, прикасающейся к нему. — Малдер, оставайся со мной, открой глаза… — и когда он сделал это, — не засыпай, мы должны выбраться отсюда. — Да, — слабо откликнулся он, — ты, действительно, не в той форме, чтобы нести меня. Она мягко провела от плеча Малдера вниз по руке, пока не достигла запястья и осторожно сжала его. — Давай, — позвала она, — помоги мне. Он приподнялся, пользуясь поддержкой Скалли, и сел, свесив голову на грудь. Дана обвила рукой его шею, притягивая к себе, и прошептала в самое его ухо: — Пожалуйста, Малдер… Она поймала себя на отчаянном желании обнять его, но вовремя остановилась, вспомнив его болезненную реакцию на прикосновение немного ранее. Что-то было с его спиной. Она осторожно наклонилась и, то, что она увидела, заставило ее прикусить губу, сдерживая эмоции. Кровь была такой яркой даже в глухом сумраке подвала, цвет боли. — Не надо… смотреть туда… Она слегка отодвинулась, чтобы на этот раз встретиться с ним взглядом. — Поторопитесь, — послышался от двери голос Сары. Скалли машинально кивнула, не поворачивая головы, оба агента все еще глядели только друг на друга. — Не надо, — удивительно мягко и едва слышно повторил Малдер. Дана ничего не сказала. Она протянула свои руки, чтобы ее напарник смог подняться, используя эту поддержку. Прошло полминуты, прежде чем он смог полностью встать и выпрямиться, все еще цепляясь за плечи Скалли. — Идем? Малдер посмотрел вниз, на ее обращенное к нему лицо. Она улыбалась, и он мог поклясться, что видел синие искорки в ее глазах, казавшихся темными в сумраке. Ее взгляд, ее улыбка, словно притупляли его боль. Пожалуй, он сможет идти наверх сам. Первый же шаг показал, насколько опрометчивым было это решение. Скалли вовремя поддержала его, не дав упасть, и несколько секунд выжидала, пока он соберется с силами. — Готов, напарник? — спросила она. Простой вопрос. Ничего лишнего. Он выдохнул: — Да. И вместе они шагнули к двери. * * * Городская больница Райн, Вайоминг Пятница, 5:45 АМ — Десятый, — с довольной улыбкой парень щелкнул ножницами, обрезая хирургическую нить, и посмотрел на женщину у двери, стройную, тонкую, в строгом деловом костюме, дремавшую, опершись на стену и скрестив руки на груди. Его слова достигли цели: Скалли открыла глаза. — Может присядете, мисс? — предложил медбрат, убирая ватным тампоном сукровицу поверх свежего шва. Скалли нашла это предложение вполне разумным и опустилась на высокий жесткий табурет. — Вам стоило бы поспать, — заботливо продолжил медик, — вот с него берите пример, — он кивнул на Малдера, который сладко спал, лежа на животе, пока на его многострадальную спину накладывали швы. Фокс что-то невнятно пробормотал во сне. Скалли слабо улыбнулась и, протянув руку, нежно коснулась темных волос напарника. — Спасибо. Недолгое молчание. Парню, видимо, не терпелось поговорить. Странные для него, должно быть, люди, агенты ФБР. И где этот Малдер получил столько порезов? И шериф ходит мрачнее тучи, не иначе, какие-то проблемы с федералами, вот еще свалились на нашу голову. Но молодой медик думал вовсе не об этом. — Будет как новенький. — Руни обработал очередную рану, готовясь зашить. — Досталось ему. Она глянула туда, на спину напарника, над которой трудился молодой сотрудник здешней больницы. Больница являла маленькое двухэтажное здание, столь же малочисленным был и ее персонал: два доктора, медбрат Руни Ховард и уборщик. — У вас хорошо получается. — Дана, в общем-то, уже не жалела, что доверила спину Малдера этому парню. — Я долго тренировался, — сообщил он. — У меня два маленьких брата. Летом это вечно сбитые коленки и бесконечные порезы, так что… богатая практика, Стоун доверяет мне накладывать швы со спокойной душой, я даже ему однажды бровь зашивал. — Что, несчастный случай? — вяло поинтересовалась Скалли. — Знаете, всякое бывает, — с ухмылкой поведал Руни, — док зашивал Энди Уинслета, пьяного в дым, всего порезанного стеклами (раздавил бутылку в баре). Ну, Энди на четвертом шве проснулся и начал буянить спросонья. Док, слава Богу, легко отделался, а вообще, эти столики, — он указал подбородком на невысокий металлический медицинский столик-подставку перед собой, на котором сейчас располагался лоток с инструментами, — опасные штуки. Дана кивнула, как-то механически отметив, что реагирует на все рефлекторно, должно быть, сказывается смертельная усталость. «Не упрямься, я знаю, что ты в порядке, просто надо немного отдохнуть», — она словно слышала ровный тихий голос напарника. Даже специально посмотрела на него, но Малдер все так же спал. Зато ее «потусторонний» взгляд поймал Руни. — Вам все-таки лучше прилечь, мэм. — Позже, — она вновь мягко отклонила его заботу. Тихо, почти бесшумно отворилась дверь, и вошла Сара. — Как он? — Нормально, — вздохнула Скалли. Сара присела рядом, глядя на виртуозную работу Ховарда. Руни кивнул в знак согласия. — Повезло ему. «Да уж», — с сарказмом подумала Сара. — Все раны чистые, воспаления не предвидится. Небольшая лихорадка, за пару дней пройдет. Минута тишины не казалась чем-то вынужденным, стесняющим. Смертельная усталость подавляла любые желания. — Как Дастин? — спросила Скалли. — Неплохо, — удовлетворенно кивнула Сара. — Пришел в себя. Там целая очередь к его койке. Вообще-то он и вас хотел увидеть, но, думаю, это подождет. Ему, — она кивнула на Малдера, — вы нужнее сейчас, — и про себя добавила: «И он вам тоже». — Останетесь здесь? Дана неопределенно пожала плечами. — Скорее всего. — Хорошо, — улыбнулась Сара, поднимаясь. — Мне пора, надо еще добраться до дома. — Встретимся завтра утром? — спросила Дана без всякого энтузиазма. — Конечно. Она похлопала себя по левому карману. — Оу, кажется, я забыла телефон у Дастина. Ну что ж, я пойду. Спокойной ночи вам обоим. — И вам, — Дана прикрыла глаза. Городская больница Райн, Вайоминг Пятница, 6:18 АМ Он ворочался в мучительном приступе бессонницы. Нервы были напряжены, и он никак не мог расслабиться ровно настолько, чтобы позволить измученному сознанию скользнуть в здоровый сон. Окружавшая темнота сделала все ощущения другими, и сейчас, когда все ушли, когда смолкли заботливые голоса и только в памяти остались теплые улыбки и заверения, что все хорошо, все в порядке, все пройдет, давнишняя тоска вступила в свои права, все больше овладевая им. Он сглотнул теплые слезы и всхлипнул, отирая мокрые щеки здоровой рукой. Полоска света упала из коридора желто-белым лезвием, когда неожиданно открылась дверь. — Дастин? Ты не спишь? — Нет, — откликнулся он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, спокойно, надеясь, что следы только что пролитых слез буду незаметны. — Извини, я, кажется, забыла здесь телефон. — Конечно, — он выпустил долгий дрожащий выдох. — Дастин, ты в порядке? — Сара присела на край его койки, беря в ладони его руку. Что-то ей показалось подозрительным и, потянувшись, она наощупь отыскала в темноте переключатель маленькой лампы. — Нет, пожалуйста, не надо. — Дастин спрятал лицо в сгибе локтя, умоляя выключить свет, и Сара снова послушно дернула переключатель. — Эй, — мягко позвала она, — что случилось? Его пальцы были холодными в ее руке, и она осторожно принялась растирать их, согревать. Он сжал ладонь, прекратив ее движения, и задрожал. — Дастин? — она склонилась над ним, убирая его руку от лица, и почувствовав в следующую секунду влагу под кончиками ее пальцев на его щеках. Он снова тяжело всхлипнул, когда она спокойно, не говоря ни слова, провела по его лицу, вытирая невидимые в темноте слезы. — Они все умерли, — отрывисто прошептал он, борясь с рыданиями. — Господи, Сара, все! Джек, Горди, Джонатан… — он застонал, приподнимаясь. — За что? Он походил на обиженного ребенка. Она не могла больше терпеть. Она обняла его, крепко прижимая его голову к своему плечу. Он уткнулся мокрым лицом в ее шею, и Сара просто поглаживала его вздрагивающую спину, плечи, ожидая, когда он успокоиться, убаюкивая, как маленького мальчика. Дастин скоро затих, все еще чувствуя, как теплые руки скользят по его спине. — Шшш, все хорошо, — неожиданно ласково прозвучало в темноте. — Вы все сделали правильно. — Ты думаешь? — совсем по-детски шмыгнув носом, он поднял голову, чтобы посмотреть в ее глаза. Она улыбнулась, убирая влажные волосы с его лба. — Конечно. — Из-за меня погибли ребята, Малдера тоже едва не убили из-за меня! — Ожесточенно прошептал он и напряженно замолчал, прикусив губу. — Нет, — осторожно, но твердо возразила она. — Вы сделали то, что должны были. И агент Малдер не погиб, потому что ты был там. — Его спасла Скалли, — быстро возразил он. — Мне не надо было мешать ей с самого начала! — Ты не мешал, — перебила Сара. — Ты не можешь знать, что случилось бы, а чего не было. Ты сделал то, что должен был. А то, что Скалли нашла Малдера… да по-другому и быть не могло. — Почему? — неожиданно спросил он. — Это называется интуиция, Дастин. Они партнеры, а между такими людьми всегда есть связь. Это не магия, — она мягко улыбнулась. — Я не знаю, как это толком объяснить. Дана нашла его, потому что только она была связана с ним, но мы прошли тот путь, избежали всех его ловушек только благодаря тебе. Возможно, мы не смогли бы сделать этого так быстро, возможно, не смогли совсем. Но нам удалось, потому что ты был там. Слова лились тихо, вкрадчиво, словно она уговаривала ребенка, Дастин поднял на нее недоверчивый взгляд. Сара улыбнулась. — И Дэнни теперь может говорить, помнишь? Он улыбнулся в ответ и кивнул, она почувствовала, как после первого глубокого вздоха он стал дышать свободнее, расслабившись, но все еще не отпуская ее из объятий, его голова вновь легла на ее плечо. Чувствуя, что он начинает понемногу задремывать, Сара осторожно отстранилась и взяла его лицо в свои ладони. Веки Дастина устало вздрогнули, закрываясь, и он едва заметно улыбнулся. Секундой позже он почувствовал на своем лбу нежный поцелуй, и окончательно погрузился в спокойный сон. Сара укрыла его, заботливо, как младшего братишку, которого у нее никогда не было, аккуратно расправив складки синего шерстяного одеяла, еще раз поцеловала в лоб и вышла, бесшумно прикрыв за собой дверь. Мотель «Золотые листья» Райн, Вайоминг Воскресенье, 8:30 РМ Он лежал на животе, вдавив голову в подушку. Плечи и спина, все сплошь покрытые едва поджившими рубцами и аккуратно зашитыми ранами, были прикрыты простыней. — Малдер, я принесла твой ужин. Ты спишь? — Нет, — пробормотал он, не открывая глаз и крепче прижимаясь щекой к подушке. Секунду спустя он почувствовал, как Скалли присела на краешек его кровати. — Только не говори мне ничего про куриный бульон. — Не буду. — Ее прохладная ладонь нежно ласкала его затылок. — Как насчет твоей любимой картошки и бифштекса? — С кровью? — Малдер, — она говорила мягким назидательным тоном, — недожаренное мясо вредно. — Серьезно? Он попытался встать довольно резво, но тут же, скрипнув зубами, уткнулся лбом в подушку. Потом осторожно, медленно он приподнялся на локтях. — Как ты? — спросила Дана, пристально глядя на него. Он улыбнулся самоуверенной улыбкой бессмертного и огорченно пошевелил забинтованными пальцами, жадно втягивая носом запах жареной картошки и мяса и не представляя, как будет держать вилку. Скалли рассмеялась. — Веди себя культурно. — Кормите меня, женщина, — сердито повелительно бросил он и тут же добавил совсем другим, просящим тоном: — Пожалуйста. — Покормлю, — все с той же легкой улыбкой пообещала Скалли, дожидаясь, когда же он, наконец, устроиться поудобнее. Малдер все еще чувствовал слабость, и ему страшно хотелось найти опору для своей многострадальной спины, но его швы и шрамы протестовали против всякого соприкосновения с твердыми поверхностями. Он сидел на краю постели, немного ссутулившись и положив беспомощные перебинтованные руки на колени, чувствуя босыми подошвами прохладу пола. — Присоединяйся, — кивнул он на тарелку с едой в ее руках. — Спасибо, я не ем так поздно, ты же знаешь. — Да, ты предпочитаешь умирать от голода. — Ладно, — улыбнулась она, — ты сам напросился. Я ужинала час назад с шерифом Беркли. — Скалли? — бросил он недоверчивый и какой-то двусмысленный взгляд и увернулся, избегая тычка локтем. — Тебе повезло, что ты ранен, агент, но не выводи меня, иначе будешь есть это без моей помощи. Он примирительно кивнул и успокоился, пережевывая очередную порцию картошки. — Как Дастин? — Нормально. Состояние стабильное. Никаких послеоперационных осложнений. Ты бы видел, как все ждали, когда он придет в себя. — Все? — Он, оказывается, весьма популярная личность в городке. Сейчас у его палаты целая очередь. Его друзья, его тетя Алисия, Марвин и Глэдис, шериф Беркли и кого там только нет, Малдер. Он ответил стоном досады и, закрыв глаза, уныло пошутил: — Меня погубит комплекс неполноценности. Дана улыбнулась. — Перестань. Тебе не на что жаловаться. Я больше чем уверена, что завтра эта делегация посетит и тебя с пирогом и благодарностью за спасение человечества. Малдер приоткрыл один глаз. — За что? Улыбка Скалли стала шире. — Во всяком случае, пирог гарантирую. — Без куриного бульона, — закончил он, и они оба рассмеялись. Его смех быстро утих, и он снова неотрывно глядел на Скалли, слабо улыбаясь. Ее приподнятая бровь задавала ему вопрос. Малдер отрицательно покачал головой. — Ничего… просто… я слишком мало видел тебя за эти три дня, — почти смущенно признался он. Дана отвела пристальный взгляд от его карих глаз, в которых можно было запросто утонуть сейчас. Он скучал без нее. Она почувствовала, как тепло переполняет ее сердце. — Там… — запинаясь, проговорил он, и она поняла, что он имел в виду тот страшный подвал, где она нашла его, — там я постоянно ждал, что ты придешь. Я надеялся. — Ты сомневался? — Она была почти удивлена. — Нет, — уверенно ответил он, — но я не хотел, чтобы ты рисковала. Это было опасно. — Малдер, если бы я попала в такую ситуацию, ты оставил бы меня? Пораженный, он уставился на нее. — Нет, — произнес единым вздохом, отметая все сомнения прочь. — Тогда почему ты считаешь, что я могла или должна была оставить тебя там, руководствуясь инстинктом самосохранения? — в ее вопросе зазвенел металл. Она сердилась на него. — Неужели ты действительно мог так подумать? — Ее глаза были чуть прищурены, словно разглядывали его в прицел оружия. — Нет, — просто ответил он, гася ее гнев. — Но почему тогда ты думаешь, что я мог бы рисковать тобой? Он не мог. Она это знала. Глупая вспышка. Жизнь давно расставила все точки над «i» в их непростых взаимоотношениях. Но даже мысль о потере страшила ее. Малдер успокаивающе положил руку на ее спину. — Как наш научно-фантастический отчет? Она улыбнулась. — Практически завершен, остались некоторые детали. Нам удалось почти все. Мне следует поблагодарить шерифа, она очень помогла. — Я смотрю, из вас получилась неплохая команда, — снова поддел он ее. Она ткнула пальцем в его грудь. — Ты — моя команда, Малдер. — Конечно, — неожиданно легко согласился он. Его ладонь легко скользнула по ее щеке, задержавшись на мгновение, и Дана прижалась щекой к его поврежденной руке. — Все хорошо? — спросила она. Малдер кивнул и прикрыл глаза в полном блаженстве, наслаждаясь близостью Скалли, ее голосом, улыбкой, и, начиная наконец осознавать, что ад последних дней они пережили. Они выдержали, слава Богу. — Малдер, — она позвала его, вытягивая из омута мыслей. — Собираешься уснуть? Он бросил взгляд в тарелку, оценивая остатки ее содержимого, и прикидывая, сколько еще времени займет его уничтожение. Он и вправду слегка устал. — Даже не думай, — неожиданно предупредила Скалли. — Сначала ты доешь все это. Он попробовал было сделать обиженное лицо, но натолкнулся на непроницаемо суровый взгляд напарницы и покорно вздохнул. — Умница, — похвалила она, когда с ужином было покончено, отставляя в сторону поднос и осторожно помещая в ладони Малдера чашку с горячим чаем. Он сделал маленький глоток, чувствуя согревающее тепло, и поймал пристальный взор Даны. — Что? — спросил он, не отрываясь от ее глаз. Она отрицательно покачала головой, давая понять, что все в порядке, и продолжала смотреть на него. — Скалли, этот чай и так горячий, — предупредил он с улыбкой. Она машинально кивнула и, поднявшись, отошла к окну. Небо было темным беззвездным и, казалось, угрожающе нависло над землей, со дня на день ожидавшей снега. Слабый ветер утих, перестал раскачивать лампу фонаря, бросавшую пугающие тени на мерзлый сизый асфальт. Через несколько секунд Дана почувствовала теплые руки напарника на своих плечах. Его ладони скользнули вниз по ее рукам, достигая ее пальцев, чтобы переплести со своими. Она чувствовала его сильное рослое тело за своей спиной, словно ствол большого дерева, под кроной которого можно было переждать холодный дождь. Она чувствовала его тепло, зная, что никогда не будет нуждаться в чем-то большем для согревания, чем просто в его уютном тепле. — Что тебя тревожит? — прозвучал тихий прямой вопрос. Она ждала его, ждала, когда он спросит. — Я не знаю, что мне написать в отчете. — О чем ты? — О том, почему оставила тебя в опасности. Прямой вопрос — прямой ответ. — Господи, Скалли, — сердито выдохнул он, — перестань. Ты не оставляла меня, мы оба прекрасно это знаем. — Ты… ты не знаешь, Малдер. — Она говорила, словно шла по тонкому льду: — Мы уже возвращались, когда появился Дастин. Я услышала твой крик. Я должна была действовать быстрее. — Она даже не замечала, как сильнее сжала руки Малдера. — Райдер задержал тебя, верно? — догадался Фокс. Она молча кивнула. — И правильно сделал, — продолжил он. — Я должна была быть там, с тобой! — возмутилась она. — Еще не хватало тебя угробить, — улыбнулся он, не позволяя однако улыбке исказить его голос. — Моей спины вполне достаточно. И я рад, что тебя там не было. Вероятно, мне следует поблагодарить Дастина Райдера. Скалли оставалась молчаливой. Он дал ей время, стараясь ни о чем не думать, просто держал ее в руках, чувствуя шелк ее мягких волос под своим подбородком, и смотрел в едва разбавленную светом фонаря уличную темноту. На оконном стекле замерли их отражения: его широкие плечи и руки, лежавшие поверх ее рук, скрывали ее маленькую ладную фигурку в строгом деловом костюме. — У нас все получилось, — прошептал он. Она утвердительно кивнула после некоторого раздумья. — Как Дастин нашел последний «ключ»? — Он просто знал, где тот находиться. — Где все это «добро» теперь? — В сейфе у шерифа. — Что вы решили с ними сделать? — Есть какие-то особые пожелания? — поинтересовалась она. — Ну, я не знаю. Может быть, мне заказать перстень с твоим именем. Как думаешь? — Фетишист, — съязвила Дана и услышала легкое фырканье, долженствующее изображать усмешку. Она чувствовала дыхание Малдера у своего уха и расслабилась в его спокойных объятиях, доверчиво положив голову ему на грудь. Он склонился, украдкой целуя ее в висок, окутывая тонкой паутинкой нежности, которой совсем не хотелось сопротивляться. — Все хорошо? — Да, — кивнула она. Он без слов поднял одну руку к ее щеке и, убрав непослушный локон, ласкал ее кожу, словно желая почувствовать ее гладкость своими пальцами, хоть это и было невозможно сделать сквозь повязку. Дана прикрыла глаза, наслаждаясь молчаливыми секундами их нежного контакта. Его рука опустилась ниже по ее шее и легла у основания ее горла, обрисовывая почти прозрачные линии проступающих ключиц, и Скалли положила свою свободную руку поверх его. Она сильнее сжала его руки, прижимая их к своему телу, словно желая удостовериться в его реальности. — Я здесь, — прошептал он, будто угадывая ее мысли, чуть крепче обнимая ее. — Я чувствую, — улыбнулась она. Малдер улыбнулся, целуя ее волосы. Его веки устало опустились, и он зарылся носом в рыжеволосую макушку Даны. Она вздохнула, на этот раз свободно, ненапряженно. Несколько дней это была не просто сильная физическая боль, причиненная пытками, это было словно продолжение какого-то кошмара, в который он вернулся после счастливого пробуждения. Какими будут последствия? Скалли боялась ответа на этот вопрос больше всего. Посттравматический синдром? Уход в себя? Депрессия? Все это было возможно. Она с тревогой следила за каждым его движением, каждым словом, опасаясь проявления симптомов, и, кажется, слава Богу, напрасно. — Как ты нашла меня? — негромко спросил он. Она промедлила с ответом. — Это было непросто. Никогда и ничего не было просто для них. — Знаешь, — тихо начал он, — там… я думал, что ты вот-вот придешь, я так ждал этого, но иногда мне казалось, что этого не случиться. Потом… я услышал твой голос. Совсем рядом. В первый момент мне показалось, что это уже галлюцинации. — Но ты позвал меня, — продолжила она. — Нет, — он в удивлении покачал головой. — Я настолько был без сил, что не мог даже рта раскрыть. — Что? — Дана попыталась повернуться, но он сам наклонился к ней. — Малдер, я ведь слышала твой голос. Там было много этих проклятых дверей, откуда я могла знать, за которой из них ты? Он мягко улыбнулся. — Ты знала. Она вздохнула, соглашаясь. — Ты прав. Я знала. Малдер кивнул, и она ощутила прикосновение его теплого лба к своей макушке. Ее пальцы скользили по шершавым бинтам его повязки. — Как ты? — По-настоящему, хорошо, Скалли, — улыбнулся он. После еще нескольких секунд безмолвного созерцания вида за окном он потер одну ступню о другую, и Скалли почувствовала неожиданно пробежавшую по его телу дрожь. — Малдер, тебе надо лечь, — она повернулась, мягко высвобождаясь из его объятий. — Это совет врача? — Да. Пол холодный, ты простудишься. Он действительно чувствовал холод, особенно теперь, без ее тепла. — Давай, давай, — она положила руку ему на спину, подталкивая к кровати. Он быстро забрался в постель, ожидая с видимым выражением удовольствия на лице, что Скалли укутает его. Дана поправила одеяло и поинтересовалась, не нужно ли ему что-нибудь. — Нет, — ответил он, чуть отодвигаясь. — Посиди со мной. Она опустилась на краешек кровати, глядя на него. Он снова лежал на животе и почти не видел ее, но ему это было не нужно, он чувствовал, что Дана здесь, рядом, и этого ощущения было достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно. Скалли вздохнула, и он уловил печаль в ее вздохе. Коротко спросил: — Эй, что случилось? Она отрицательно качнула головой и ответила как можно беспечнее: — Ничего, Малдер. Он с трудом перевернулся на бок, и его рука приняла ладонь Скалли в осторожное ободряющее объятие. — Я просто скучаю, — призналась Дана, глядя куда-то мимо его глаз, чувствуя тепло его пальцев через шершавые бинты повязки. — Я тоже скучаю, — тихо, почти шепотом произнес он. — Уже совсем скоро. Еще только один день. — Ее ладонь нежно гладила его лицо, избегая ссадины над бровью. — Отдыхай, я сейчас вернусь. — Хорошо, мамочка, — с довольной умиротворенной улыбкой пробормотал он, снова прижимаясь щекой к подушке.